48 - глава: многобожие и колдовство — из числа губящих (деяний)
5764 - рассказал мне Абд аль-Азиз ибн Абдуллах, сказал: рассказал мне Сулейман, от Саура ибн Зейда, от Абу аль-Гайса, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Избегайте губящих (деяний): многобожия по отношению к Аллаху и колдовства».
Его слово («глава: многобожие и колдовство — из числа губящих») — то есть погибельных.
Его слово («избегайте губящих: многобожия по отношению к Аллаху и колдовства») — так он привёл хадис в сокращённом виде, опустив слово, указывающее на число. Ранее этот хадис приводился в «Книге завещаний» со словами «избегайте семи губящих», и там хадис был приведён полностью. Возможно поставить слово «многобожие» в винительном падеже как замену слову «семь», а возможно — в именительном падеже как начало нового предложения, тогда оно будет сказуемым при опущенном подлежащем. Смысл же ограничения здесь двумя из семи заключается в намёке на усиление значения колдовства. Некоторые люди подумали, что это и есть весь хадис целиком, и сказали: упоминание губящих (деяний) — это форма множественного числа, а он разъяснил её лишь двумя (примерами), подобно словам Всевышнего: «В нём есть ясные знамения: место стояния Ибрахима, и кто входит в него, окажется в безопасности» — где Он ограничился лишь двумя (знамениями). Это соответствует одному из мнений относительно этого аята. Однако с хадисом дело не так, ведь изначально их семь, и аль-Бухари опустил из них пять, а с аятом дело обстоит иначе. Ибн Малик сказал: этот хадис включает опущение сопряжённого слова по причине его известности, ведь подразумевается: «избегайте губящих: многобожия по отношению к Аллаху и колдовства и им подобных», и опущение допустимо, поскольку губящих (деяний) — семь, и это установлено в другом хадисе, а здесь ограничились двумя из них в качестве указания на то, что они более всего заслуживают избегания. Также допустимо чтение слов «многобожие» и «колдовство» в именительном падеже с подразумеваемым «из них».
Я говорю: явный смысл его слов предполагает, что хадис передавался то так, то в полном виде, но это не так. Дело в том, что сократил его сам аль-Бухари, как это у него обычно бывает, когда допустимо ограничиться частью хадиса. Автор привёл его в «Книге завещаний», в главе слов Всевышнего Аллаха: «Поистине, те, которые пожирают имущество сирот несправедливо», от Абд аль-Азиза ибн Абдуллаха, своего шейха в этом хадисе, с этим же иснадом, и привёл семь (деяний), упомянув после колдовства и убийства души и так далее. Он повторил его в конце «Книги о разбойниках» с этим же самым иснадом полностью. Аль-Мизи в «Атраф» упустил упоминание этого места в биографии Салима Абу аль-Гайса, от Абу Хурайры.
49 - глава: извлекают ли колдовство?
Сказал Катада: я спросил Саида ибн аль-Мусаййаба: «Человек, на которого наведена порча — или на его жену наведена привязанность (к нему в невозможности близости) — можно ли снять это с него или разрешить это?» Он ответил: «В этом нет вреда, ведь этим желают лишь исправления. А что касается того, что приносит пользу, то это не запрещено».
5765 - рассказал мне Абдуллах ибн Мухаммад, сказал: я слышал, как Ибн Уяйна говорил: первым, кто рассказал нам это, был Ибн Джурайдж, сказавший: рассказали мне родственники Урвы, от Урвы. Я спросил об этом Хишама, и он рассказал нам от своего отца, от Аиши (да будет доволен ею Аллах), сказавшей: Посланник Аллаха ﷺ был подвергнут колдовству, так что ему казалось, будто он вступает в близость с женщинами, хотя он не вступал в неё. Суфьян сказал: это — сильнейшая степень колдовства, если оно доходит до такого. Он сказал: «О Аиша, знаешь ли ты, что Аллах разъяснил мне то, о разъяснении чего я Его просил? Ко мне пришли два человека, один из них сел у моей головы, а другой — у моих ног. Тот, что был у моей головы, сказал другому: «Что с этим человеком?» Тот ответил: «Он подвергнут порче». Он спросил: «А кто навёл на него порчу?» Тот ответил: «Лабид ибн Асам, человек из бану Зурайк, союзник иудеев, был он лицемером». Он спросил: «А в чём (заключена порча)?» Тот ответил: «В гребне и волосах, что на нём остаются». Он спросил: «А где?» Тот ответил: «В оболочке мужской пальмовой завязи под камнем в колодце Заруан»». Она сказала: тогда Пророк ﷺ отправился к этому колодцу и извлёк это оттуда, и сказал: «Это тот колодец, что был мне показан (во сне); вода его словно настой хны, а пальмы его — словно головы шайтанов». Он сказал: и это было извлечено. Она сказала: я спросила: «Разве ты не (уничтожил это) — то есть разве ты не совершил разрешения (порчи)?» Он ответил: «Что до меня, то, клянусь Аллахом, (Аллах) исцелил меня, но я не желаю поднимать зло против кого-либо из людей».
Его слово («глава: извлекают ли колдовство?») — так он привёл заглавие главы в форме вопроса, указывая на разногласие (по этому вопросу), и открыл главу тем, что передал от Саида ибн аль-Мусаййаба о допустимости (этого), указывая на то, что он отдаёт этому мнению предпочтение.
Его слово: («И сказал Катада: я спросил Саида ибн аль-Мусайиба...» и далее) — этот риваят передал с полным иснадом Абу Бакр аль-Асрам в «Китаб ас-сунан» через путь Абана аль-Аттара от Катады, и подобное же — через путь Хишама ад-Даставаи от Катады, в формулировке: «ищет того, кто вылечит его», и сказал: «Аллах запретил лишь то, что вредит, а не запретил то, что приносит пользу». Ат-Табари передал в «ат-Тахзиб» через путь Йазида ибн Зурай‘а от Катады от Саида ибн аль-Мусайиба, что тот не видел ничего плохого в том, чтобы человек, поражённый колдовством, шёл к тому, кто освободит его от него, и сказал: «Это благое дело». Катада сказал: а аль-Хасан не любил этого и говорил: «Это знает только колдун». [Катада] сказал: тогда Саид ибн аль-Мусайиб сказал: «Аллах запретил лишь то, что вредит, а не запретил то, что приносит пользу».
Абу Дауд передал в «аль-Марасиль» от аль-Хасана как хадис, восходящий к Пророку (ﷺ) в форме марфу‘: «Нушра — из деяний шайтана», а с полным иснадом это передали Ахмад и Абу Дауд хорошим (хасан) иснадом от Джабира. Ибн аль-Джаузи сказал: нушра — это освобождение околдованного от колдовства, и на это способен, как правило, лишь тот, кто знает колдовство. Ахмада спросили о том, кто освобождает околдованного от колдовства, и он ответил: «В этом нет ничего плохого». Это и есть принятое мнение (аль-му‘тамад).
На хадис и асар отвечают так: слово «нушра — из деяний шайтана» указывает на её первоначальную суть, а решение по ней различается в зависимости от намерения: кто намеревается через неё сделать добро, для того это благо, а иначе — зло. Далее, ограничение, переданное от аль-Хасана, не следует понимать буквально, ибо колдовство может быть развязано также с помощью рукъй (заклинаний), мольб и та‘визов (заговоров-оберегов). Но возможно, что нушра бывает двух видов.
Его слово: («с ним колдовство» — طِبٌّ) — с кясрой над «та» (طِطّ), то есть колдовство; разъяснение этого приводилось ранее.
Его слово: («или он связан» — أَوْ يُؤْخَذُ) — с фатхой над «вав», с хамзой и удвоенной «хой» с точкой, после которой ещё одна буква с точкой; то есть удерживается от своей жены и не может вступить с ней в близость. «Аль-ухза» (الأُخْذَة) с дамма над хамзой — это слова, которые произносит колдун; либо это бусина, над которой читают заклинание, либо сама рукъя.
Его слово: («или с него снимается» — أَوْ يُحَلُّ عَنْهُ) — с дамма в начале и фатхой над «ха».
Его слово: («или совершается нушра» — أَوْ يُنَشَّرُ) — с удвоенной буквой с точкой, от слова «нушра» с дамма; это вид лечения, которым лечат того, о ком предполагают, что на нём колдовство или что его коснулся джинн. Это названо так потому, что через это раскрывается и снимается то заболевание, которое в нём смешалось. И это согласуется со словами Саида ибн аль-Мусайиба, приведёнными ранее в главе о рукъе, в хадисе Джабира у Муслима, восходящем к Пророку (ﷺ): «Кто может принести пользу своему брату — пусть сделает это». А законность нушры подтверждается тем, что приводилось ранее в хадисе «Сглаз — истина» в истории об омовении того, кто сглазил.
‘Абд ар-Раззак передал через путь аш-Ша‘би, что он сказал: «Нет ничего плохого в «арабской нушре», которая, если применена, не вредит: это когда человек выходит к месту, где растут колючие деревья, берёт [ветви] справа и слева от каждого вида, затем измельчает их, читает над ними [заклинание], а затем омывается этим».
Ибн Батталь упомянул, что в книгах Вахба ибн Мунаббиха сказано: следует взять семь зелёных листьев сидра, измельчить их между двумя камнями, затем смешать с водой, прочитать над этим аят «аль-Курси» и «аль-Кавафиль», затем сделать три глотка из этого, а затем омыться этим — и это устранит всё, что с ним есть, и это хорошо для мужчины, если он лишён близости со своей женой [из-за колдовства]. Среди тех, кто прямо заявил о допустимости нушры, — аль-Музани, спутник аш-Шафи‘и, и Абу Джафар ат-Табари и другие.
Затем я нашёл описание нушры в книге «ат-Тыбб ан-набави» Джафара аль-Мустагфири, который сказал: я нашёл в почерке Насуха ибн Василя на обороте одной части тафсира Кутайбы ибн Ахмада аль-Бухари, что он сказал: Катада сказал Саиду ибн аль-Мусайибу: «Человек, на котором колдовство и который лишён близости со своей женой, — дозволено ли ему совершить нушру?» Он ответил: «Нет ничего плохого, ведь этим он желает лишь исправления дела, а то, что приносит пользу, — не было запрещено».
Насух сказал: и спросил меня Хаммад ибн Шакир: «Что такое «хал» (снятие) и что такое «нушра»?» — и я не знал их [значений]. Тогда он сказал: это когда человек не может совокупляться со своей женой, но способен на всё прочее. Тот, кто поражён этим, берёт связку веток и топор с двумя лезвиями, кладёт его в середину этой связки, затем разжигает огонь в этой связке, и когда топор нагреется, вынимает его из огня и мочится на его жар — и он исцелится с дозволения Всевышнего Аллаха. А что касается нушры, то он собирает в весенние дни, что может, из роз мофара и садовых роз, кладёт их в чистый сосуд, наливает туда пресную воду, затем немного кипятит эти розы в воде, затем оставляет, пока вода не остынет, и обливается ею — и он исцелится с дозволения Всевышнего Аллаха.
Хашид сказал: я выучил эти две пользы в Шаме. Я говорю: этот Хашид — один из передатчиков «Сахиха» от аль-Бухари. Аль-Мустагфири упустил из виду, что этот асар Катады аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» в форме та‘лик, и что ат-Табари привёл его с полным иснадом в своём тафсире; и если бы он это знал, он не ограничился бы отнесением его к тафсиру Кутайбы ибн Ахмада без иснада. Он также упустил асар аш-Ша‘би в его описании, а это — наивысшее из того, что дошло до нас в этой связи по иснаду.
Затем [аль-Бухари] привёл хадис Аиши об истории колдовства, [наведённого] на Пророка (ﷺ), и разъяснение его уже приводилось полностью недавно. Его слово в нём: сказал Суфьян: «И это — самое сильное из того, что может быть из колдовства» — Суфьян — это Ибн ‘Уяйна, и это передано с полным иснадом, упомянутым [ранее]. Я не нашёл этих слов Суфьяна в «Мусанаде» аль-Хумайди, ни у Ибн Абу ‘Умара, ни у других. А Аллах знает лучше.
Его слово: («в футляре от завязи мужской пальмы под ра‘уфой») — в риваяте аль-Кушмихани: «ра‘уфа» с добавлением алифа после «ра», и так же передают большинство передатчиков. Ибн ат-Тин поступил наоборот и утверждал, что форма «ра‘уфа» (без алифа после «ра») встречается только у аль-Асили, тогда как это как раз наиболее известная форма в языке. Есть и другой вариант — «ур‘уфа», и он встречается именно так в мурсале Умара ибн аль-Хакама. А в риваяте Ма‘мара от Хишама ибн Урвы у Ахмада встречается «под ра‘уса» — с «са» с тремя точками вместо «фа», и это тоже известный языковой вариант. У Ибн аль-Асира в «ан-Нихае» указано, что в ещё одном риваяте встречается «за‘уба» — с «за» и «ба», и он говорит: «Это то же, что и «ра‘уфа»». Конец цитаты.
Ра‘уфа — это камень, который кладут у устья колодца, и который невозможно извлечь; на нём стоит тот, кто набирает воду. Иногда он находится на дне колодца. Абу Убайда сказал: это скала, которая опускается на дно колодца при его рытье, и на ней сидит тот, кто чистит колодец; это твёрдый камень, который встречается и который невозможно извлечь, поэтому его оставляют.
Относительно происхождения этого слова есть разногласие. Одни говорят, что оно связано со значением «выступать вперёд» и «выдаваться», — говорят: «пришёл такой-то, опережая лошадей» (يرعف الخيل), то есть «идёт впереди них». Аль-Азхари в своём «Тахзибе» приводит от Шимра, что тот сказал: «Ра‘уфа колодца» означает «чистоту», это подобно роднику размером с камень скорпиона в верхней части колодца, так что при рытье проходят пять и более слоёв [земли], и порой находят обильную воду. Шимр сказал: тот, кто связывает «ра‘уфу» со значением «чистота», как будто заимствовал это слово от «ру‘аф» (кровотечение из носа), а тот, кто связывает «ра‘уфу» с камнем, который предшествует кладке колодца, — производит это слово от «раафа-р-раджулю» (опередил человек), когда тот идёт впереди.
Я говорю: отнесение «ра‘уфы» ко второму значению более очевидно, в отличие от первого. И Аллах знает лучше.
Его слово: («и Пророк ﷺ пришёл к колодцу, пока не извлёк его» — и далее до слов: «и извлёк») — так это передано в риваяте Ибн Уяйны. А в риваяте Исы ибн Юнуса: «я сказал: о Посланник Аллаха, разве ты не извлёк его?» В риваяте Вухайба: «я сказал: о Посланник Аллаха, извлеки же его для людей». В риваяте Ибн Нумайра: «разве ты не извлёк его? Он сказал: нет». Так же и в риваяте Абу Усамы, который приводится после этой главы.
Ибн Баттталь сказал: аль-Мухаллаб упомянул, что передатчики разошлись в передаче от Хишама относительно извлечения упомянутого колдовства. Суфьян утвердил это [извлечение] и связал вопрос Аиши с «нушрой» (снятием порчи), а Иса ибн Юнус отрицал это и связал её вопрос с самим извлечением, не упомянув ответа [Пророка ﷺ], тогда как Абу Усама изложил это прямо.
Он сказал: рассмотрение вопроса требует отдать предпочтение риваяту Суфьяна ввиду его превосходства в точности передачи, и это подтверждается тем, что упоминание «нушры» не встречается в риваяте Абу Усамы, а добавление от Суфьяна принимается, поскольку он наиболее точен из них, тем более что он дважды повторил упоминание извлечения колдовства в своём риваяте, что делает ошибку маловероятной. Он же добавил упоминание «нушры» и представил ответ Пророка ﷺ на неё словом «нет» вместо ответа на вопрос об извлечении.
Он сказал: возможен и другой вариант толкования, и он изложил его суть так: извлечение, отрицаемое в риваяте Абу Усамы, — это не то же самое извлечение, что утверждается в риваяте Суфьяна. Утверждаемое — это извлечение самого футляра, а отрицаемое — извлечение того, что в нём содержалось. Он сказал: и, как кажется, тайный смысл этого в том, чтобы люди не увидели это [колдовство] и не научились ему те, кто пожелал бы применять колдовство.