6048 - Рассказал нам Умар ибн Хафс: рассказал нам мой отец: рассказал нам аль-Амаш, который сказал: рассказал мне Адий ибн Сабит, который сказал: я слышал Сулеймана ибн Сурада — человека из числа сподвижников Пророка ﷺ, — который сказал: «Два человека поругались бранью в присутствии Пророка ﷺ, и один из них разгневался, и гнев его усилился настолько, что лицо его вздулось и изменилось. Тогда Пророк ﷺ сказал: «Я знаю слово, которое, если бы он произнёс его, избавило бы его от того, что он испытывает». И один человек пошёл к нему и передал ему слова Пророка ﷺ, сказав: «Обратись к Аллаху за защитой от шайтана». Тот ответил: «Разве ты видишь во мне какой-то недуг? Разве я безумен? Уходи»».
6049 - Рассказал нам Мусаддад: рассказал нам Бишр ибн аль-Муфаддаль от Хумайда, который сказал: сказал Анас: рассказал мне Убада ибн ас-Самит, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ вышел, чтобы сообщить людям о ночи предопределения, но двое из мусульман поругались бранью между собой. Пророк ﷺ сказал: «Я вышел, чтобы сообщить вам, но такой-то и такой-то поругались, и она была поднята (сокрыта от знания). Быть может, это к лучшему для вас. Ищите же её в девятую, седьмую и пятую [ночи с конца]»».
6050 - Рассказал мне Умар ибн Хафс: рассказал нам мой отец: рассказал нам аль-Амаш от аль-Маррура — это Ибн Сувайд — от Абу Зарра, который сказал: «Я увидел на нём накидку и на его слуге накидку, и я сказал: «Если бы ты взял эту и надел её, получился бы полный наряд, а другую одежду отдал бы ему». Он ответил: «Между мной и одним человеком случилась ссора, а мать его была не арабкой, и я упрекнул его через неё. Он же пожаловался на меня Пророку ﷺ, и тот сказал мне: «Ты обругал такого-то?» Я сказал: «Да». Он спросил: «Ты упрекнул его матерью?» Я сказал: «Да». Он сказал: «Поистине, в тебе есть невежество (джахилия)». Я сказал: «Это случилось со мной в такой час из-за старости». Он сказал: «Да, они — ваши братья, Аллах сделал их подчинёнными вам. Кто имеет своего брата под своей властью по воле Аллаха, пусть кормит его тем, что сам ест, и одевает его тем, что сам носит, и не поручает ему работу, которая ему не по силам; а если поручит ему то, что ему не по силам, пусть поможет ему в этом»».
Его слово (глава о том, что запрещено из взаимной брани и проклятия). В риваяте, отличном от риваята Абу Зарра, и у ан-Насафи — вместо предлога «мин» — предлог «‘ан», и это предпочтительнее. В первом варианте есть опущение, подразумеваемое: «то, от чего запрещается». Слово «сибаб» (السباب) — с кясрой на «син» и облегчённой (без удвоения) «ба» — его разъяснение уже приводилось при толковании первого хадиса в книге веры. Оно допускает двойное понимание: либо в буквальном значении формы «тафа‘уль» (взаимного действия), либо в значении «сабб» — оскорбление, то есть приписывание человеку какого-либо порока. Согласно первому пониманию, правило таково: тот из двоих, кто начал, несёт грех, пока другой не переходит границы [дозволенного], как это установлено у Муслима в хадисе от Абу Хурайры. А Ибн Хиббан признал достоверным хадис аль-Ирбада ибн Сарии, в котором говорится: «Двое ругающихся друг с другом — два шайтана, которые обманывают и лгут друг другу».
Его слово в конце первого хадиса: «Ему последовал (в передаче) Мухаммад ибн Джафар от Шуубы» — это передал полным иснадом Ахмад ибн Ханбаль от Мухаммада ибн Джафара, известного как Гундар, с этим же иснадом, но в его версии сказано: «от Шуубы, от Зубайда и Мансура», и он добавил в него Зубайда — это имя с «за» и «ба», в уменьшительной форме. Смысл проклятия — это мольба об удалении от милости Аллаха Всевышнего.
Второй хадис. Его слово (от аль-Хусайна) — это Ибн Заквана, учитель (аль-Му‘аллим), а весь иснад до Абу Зарра — басрийцы, хотя сам он также посещал Басру. В риваяте Муслима через путь Абд ас-Самада ибн Абд аль-Варис сказано: «Рассказал нам мой отец: рассказал нам аль-Хусайн аль-Му‘аллим».
Его слово (от Абу Зарра) — в риваяте аль-Исмаили с двух путей: от Абу Ма‘мара, шейха аль-Бухари в этом хадисе, с иснадом до Абу аль-Асвада, что Абу Зарр рассказал ему это.
Его слово («никто не обвиняет другого в нечестии (фусук) и не обвиняет его в неверии (куфр), чтобы это не вернулось на него самого, если тот не таков, как он сказал»). В одном из риваятов аль-Исмаили: «чтобы это не обратилось на него», а в другом — «чтобы это не вернулось на него», то есть возвратилось на него. Слово «хара» (حار) — с двумя «х» и «р» (обеими бесточечными буквами) — означает «вернулось». Это указывает на то, что если один человек скажет другому: «Ты нечестивец» или «Ты неверующий», и если тот на самом деле не таков, то именно сказавший становится достойным упомянутого качества. А если тот действительно таков, как сказано, то ничего не возвращается на говорящего, поскольку он сказал правду. Однако из того, что человек не становится тем самым нечестивцем или неверующим [если это не так], не следует, что говорящий не совершает греха в самой форме высказывания «ты нечестивец». Напротив, в этом случае есть разграничение: если он имел намерение наставить его самого или предупредить других, разъясняя его положение, — это допустимо; а если он имел намерение опозорить его и ославить, и причинить ему чистый вред, — это недопустимо, поскольку ему велено скрывать его недостатки, наставлять его и увещевать добрым словом. И насколько это возможно сделать мягко, не разрешается делать это резко, ибо резкость может стать причиной подстрекательства человека и его упорства в этом деянии, как это свойственно природе многих людей из-за чувства собственного достоинства, особенно если повелевающий ниже по положению, чем тот, кому повелевают. А в риваяте Муслима встречается формулировка: «а кто назовёт человека неверующим или скажет: «враг Аллаха», — не будучи таковым, то это вернётся на него самого».
Он привёл его в составе хадиса, осуждающего того, кто причисляет себя не к своему отцу. Начало этого хадиса уже приводилось в главе о достоинствах курайшитов с тем же иснадом, что упомянут здесь, так что это один хадис, который аль-Бухари разделил на два. Этот матн приведён также в главе «О том, кто без основания объявил своего брата неверующим» — со слов Абу Хурайры, а также со слов Ибн Умара в формулировке: «то один из них понёс это на себе» («فقد باء بها أحدهما»), что также означает «вернулось». Ан-Навави сказал: относительно толкования этого «возвращения» существуют разногласия. Одни говорят: неверие вернулось на него самого, если он считал это дозволенным, — но это далеко от контекста сообщения. Другие говорят: это относится к хариджитам, поскольку они обвиняют верующих в неверии, — так передал Ияд от Малика, но это слабое мнение, так как по достоверному мнению большинства хариджиты не становятся неверующими из-за своего нововведения.
Я говорю: у слов Малика есть основание, а именно то, что среди хариджитов есть такие, кто обвиняет в неверии многих сподвижников, которым Посланник Аллаха ﷺ засвидетельствовал Рай и веру, так что обвинение их в неверии происходит из-за отвержения ими этого свидетельства, а не просто из-за того, что они выносят обвинение в неверии на основании некоего толкования, — как будет разъяснено далее в главе «О том, кто без основания объявил своего брата неверующим». А верное установление таково, что хадис приведён для удержания мусульманина от того, чтобы говорить это своему брату-мусульманину, и это было прежде появления секты хариджитов и прочих.
Другие говорят: смысл его — «вернулся на него его порок в отношении брата и грех обвинения того в неверии», и в этом нет ничего плохого.
Третьи говорят: опасаются, что это приведёт его к неверию, как говорится: «грехи — почта неверия», так что боятся за того, кто упорствует в них и настаивает на них, дурного исхода. Наиболее весомым из всех мнений является то, что кто скажет это тому, чей ислам известен, и у него не возникло сомнения, из-за которого он предположил бы, что тот — неверующий, тот сам становится неверующим за это, как будет установлено далее. Таким образом, смысл хадиса — «вернулось на него его обвинение в неверии», то есть вернулось само обвинение в неверии, а не неверие как таковое, как если бы он обвинил в неверии самого себя за то, что обвинил в неверии подобного себе, а того, кого обвиняет в неверии только неверующий, убеждённый в ложности религии ислама. Это подтверждается тем, что в некоторых передачах сказано: «неверие стало обязательным для одного из них». Аль-Куртуби сказал: где бы в языке шариата ни встречалось слово «неверие», оно означает отрицание того, что известно из религии ислама по шариатской необходимости. Но встречается «неверие» в шариате и в значении отрицания благодеяний и оставления благодарности благодетелю и исполнения его права, как это было установлено ранее в книге веры, в главе «Неверие, не являющееся неверием [в полном смысле]». А в хадисе Абу Саида: «они отрицают добро и отрицают [заслуги] супруга». Он сказал: а слова «понёс это один из них» означают «вернулся с его грехом и остался с ним связан», а изначальное значение слова «баа» — связанность, отсюда выражение «я связываю себя с Твоей милостью» («أبوء بنعمتك»), то есть «обязываю себя ею и признаю её». Он сказал: а местоименный суффикс «ха» в словах «بها» указывает на единичное обвинение в неверии, которое является наименьшим значением, обозначаемым словом «кафир», но возможно также, что он относится к самому слову [«кафир»].
В итоге: если тот, кому это было сказано, является неверующим в шариатском смысле, то сказавший сказал правду, и это [обвинение] осталось при том, кому оно было сказано; а если он не был таковым, то дурные последствия и грех этих слов вернулись к сказавшему их. Так ограничился этим толкованием слова «вернулось», и это одно из наиболее взвешенных объяснений. Абу Дауд привёл от Абу ад-Дарды с хорошим иснадом, восходящим [к Пророку ﷺ], что если раб проклянёт что-либо, проклятие поднимается к небу, и врата небесные закрываются перед ним, затем оно опускается на землю и обращается вправо и влево, и если не находит выхода, возвращается к тому, кого прокляли; если он заслуживает этого — [остаётся при нём], а если нет — возвращается к произнёсшему его. У этого есть подтверждение у Ахмада из хадиса Ибн Масуда с хорошим иснадом, и ещё одно у Абу Дауда и ат-Тирмизи от Ибн Аббаса, передатчики которого надёжны, но оно подверглось критике за отсутствие связи в иснаде (иршаль).
Третий хадис: хадис Анаса, разбор которого уже приводился в главе о добром нраве.
Пятый хадис: хадис Сулеймана ибн Сурада — с «дамма» над «сад» и «фатха» над «ра», после которых идёт «даль» без диакритики. Он — сын аль-Джауна ибн Абу аль-Джауна аль-Хузаи, известный сподвижник. Говорят, что его звали Ясар — с буквой «я» и «син» без диакритики, — а Пророк ﷺ изменил ему имя. Кунья его — Абу аль-Мутарриф. Он был убит в шестьдесят пятом году, дожив до девяноста трёх лет.
Его слово («выругались двое мужчин») — я не смог установить их имена. В другой версии, приведённой в главе «Описание Иблиса», от аль-Амаша с тем же иснадом сказано: «Я сидел с Пророком ﷺ, а двое мужчин ругались друг с другом».
Его слово («так что раздулось его лицо») — в упомянутой версии сказано: «покраснело его лицо и раздулись его вены на шее», а в версии Муслима: «покраснели его глаза и раздулись его вены на шее». Толкование слова «вадаж» (вена на шее) уже приводилось в главе «Описание Иблиса». А в хадисе Муаза ибн Джабаля, приведённом у Ахмада и авторов «Сунан», сказано: «так что мне показалось, будто его нос разрывается от гнева».
Его слово («поистине, я знаю слово, если бы он произнёс его, то ушло бы от него то, что он испытывает») — в упомянутой версии: «если бы он сказал: «прибегаю к Аллаху от шайтана»», а в версии Муслима — «от шайтана проклятого». Подобное и в хадисе Муаза, где сказано: «поистине, я знаю слово, если бы произнёс его этот гневающийся, ушёл бы от него гнев: «О Аллах, поистине я прибегаю к Тебе от шайтана проклятого»».
Его слово: «И направился к нему человек» — в риваяте Муслима: «И встал к этому человеку один из тех, кто слышал Пророка ﷺ», а в предыдущем риваяте: «И сказали ему», — что указывает на то, что обратившийся к нему из них был один человек, а именно Муаз ибн Джабаль, как это разъясняет риваят Абу Дауда, в котором сказано: «И стал Муаз повелевать ему, но тот отказался, засмеялся и стал всё больше гневаться».
Его слово: «И сказал: «Прибегни к защите Аллаха»» — в упомянутом риваяте сказано, что Пророк ﷺ сказал: «Прибегни к защите Аллаха», и это передано по смыслу, ибо он ﷺ наставил его на это, а в сообщении не сказано, что он повелел им самим повелевать ему это, однако они извлекли это из общего повеления давать наставление мусульманам.
Его слово: «Ты считаешь, что во мне есть что-то дурное?» — с даммой над «та» (أتُرى), то есть «полагаешь ли ты». Слово «بأس» здесь встречается у большинства в форме именительного падежа (رفع), а в некоторых версиях — в форме винительного падежа (بأسًا), и это более уместно.
Его слово: «Разве я безумен?» — в упомянутом риваяте: «И есть ли во мне безумие?»
Его слово: «Иди» — это обращение того человека к тому, кто повелел ему прибегнуть к защите Аллаха, то есть: «Займись своим делом». И более подходит, чтобы этот повелеваемый [так ответивший] был неверующим или лицемером, либо же гнев одолел его настолько, что вывел его из равновесия, так что он оттолкнул наставляющего, который указал ему путь избавления от пылающего в нём гнева, таким дурным ответом. Говорят также, что он был из грубых бедуинов и полагал, что прибегает к защите от шайтана только тот, в ком есть безумие, и не знал, что гнев — это один из видов зла от шайтана, и поэтому человек выходит из своего обычного облика из-за него и находит привлекательным порчу своего имущества, как разрывание одежды, разбивание посуды или нападение на того, кто его разгневал, и подобное этому, что совершает вышедший из равновесия. И вывел Абу Дауд из хадиса Атыййи ас-Са‘ди, возведённого [к Пророку ﷺ]: «Поистине, гнев — от шайтана»... — и далее хадис.
Шестой хадис: от Убады ибн ас-Самита относительно упоминания ночи предопределения (Ляйлят аль-Кадр), и это уже было разъяснено в конце книги о посте, а здесь он привёл его из-за его слов: «И повздорили они (فتلاحى)», то есть заспорили. «Ат-таляхи» с буквой «ха» без точки означает препирательство и спор, что в большинстве случаев приводит к взаимной перебранке.
И уже было сказано ранее, что этими двумя людьми были Ка‘б ибн Малик и Абдуллах ибн Абу Хадрад.