И это подтверждается тем, что среди передатчиков от Мухаммада ибн аль-Мункадира, от Джабира, относительно этого не было разногласий, как это привёл автор в конце главы, которая следует за этой.
Его слово: («мы не будем называть тебя кунья Абу-ль-Касим, и нет тебе почёта») — в риваяте, приведённом в главе после этой, с этой же стороны передачи: «и мы не доставим тебе радости глазу» — это от слова «инъам» (إنعام, «доставление благополучия»), то есть: мы не одарим тебя этим так, чтобы твой глаз возрадовался этому. Отсюда извлекается дозволенность нарекать человека кунья по имени того, кто у него родится, и это не ограничивается только первым из его детей.
Его слово: («и был извещён Пророк ﷺ») — так у большинства передатчиков с огласовкой хамзы через «дамма», то есть в форме страдательного залога (глагол построен для неизвестного деятеля), а у некоторых из них — в форме действительного залога. И это подтверждается тем, что в главе, которая следует после этой, приведено в такой форме: «и он пришёл к Пророку ﷺ».
Его слово: («и он сказал: назови своего сына Абд ар-Рахманом») — в соответствии заголовка главы с хадисом Джабира есть некоторая трудность, и наиболее близкое из того, что было сказано, — это то, что когда они осудили его за то, что он взял себе кунья Пророка ﷺ, это подразумевало дозволенность кунья вообще; а когда Пророк ﷺ велел ему назвать сына Абд ар-Рахманом, он выбрал для него имя, которое обрадовало бы его душу, поскольку изменил имя, — и обстоятельства требовали того, чтобы он предложил ему не иначе как хорошее имя. Разъяснение того, почему это имя наилучшее, было приведено ранее, в начале главы.
Сказал один из толкователей «Машарик»: у Аллаха — прекраснейшие имена, и среди них есть основы и производные, то есть с точки зрения происхождения слова (иштикак). Он сказал: а у основ есть свои первоосновы, то есть с точки зрения смысла, и первоосновами основ являются два имени: Аллах и ар-Рахман, поскольку каждое из них включает в себя все имена. Сказал Всевышний Аллах: «Скажи: «Призывайте Аллаха или призывайте ар-Рахмана»». Поэтому никто не нарекал себя этими двумя именами. А то, что передано о «Рахмане Йамамы» (лжепророке Мусайлиме), не относится к этому, поскольку это имя было в форме идафы (со связанным определением). А слово их поэта:
«И ты — дождь для людей, не переставай быть Рахманом» —
это чрезмерность в неверии и не относится к делу, поскольку речь идёт о том, что никто не нарекал себя этим именем как собственным именем, и не противоречит этому употребление тех, кто применял его как описание, поскольку это не влечёт наречения этим именем как таковым. И многие были прозваны «царь милостивый» (аль-Малик ар-Рахим), но подобного не случалось с именем «ар-Рахман». А когда это установлено, то присоединение рабства (убудийя) к каждому из этих двух имён является чистой истиной в полном смысле слова, и отсюда проявляется смысл того, почему это имя является более любимым. И Аллах знает лучше.
106 — глава слов Пророка ﷺ: «Называйтесь моим именем, но не берите себе мою кунья»
Это передал Анас от Пророка ﷺ.
6187 — рассказал нам Мусаддад: рассказал нам Халид: рассказал нам Хусайн, от Салима, от Джабира (да будет доволен им Аллах), который сказал: у одного из наших мужчин родился мальчик, и он назвал его аль-Касимом. Тогда сказали: «Мы не будем давать тебе кунья, пока не спросим Пророка ﷺ». И он сказал: «Называйтесь моим именем, но не берите себе мою кунья».
6188 — рассказал нам Али ибн Абдуллах: рассказал нам Суфьян, от Аюба, от Ибн Сирина: «Я слышал Абу Хурайру, который сказал: сказал Абу-ль-Касим ﷺ: «Называйтесь моим именем, но не берите себе мою кунья»».
6189 — рассказал нам Абдуллах ибн Мухаммад: рассказал нам Суфьян, который сказал: «Я слышал Ибн аль-Мункадира, который сказал: я слышал Джабира ибн Абдуллаха (да будет доволен Аллах ими обоими): у одного из наших мужчин родился мальчик, и он назвал его аль-Касимом. Тогда сказали: «Мы не будем называть тебя Абу-ль-Касим и не доставим тебе радости глазу». И он пришёл к Пророку ﷺ и упомянул ему об этом, и он сказал: «Назови своего сына Абд ар-Рахманом»».