Его слово (если это так, как он сказал) — это разъяснение к его словам «то он уже погряз в этом сам из двоих», то есть если тот, о ком было сказано, действительно неверующий, как обвинил его говорящий, то слово говорящего оказалось истинным по отношению к нему, и это слово вернулось к нему в том смысле, что его смысл подтвердился и утвердился за ним, и говоривший оказался правдив в этих словах.
Его слово (а если нет — то оно вернётся на него) — здесь «إن» условное слилось с отрицательной «لا», то есть: если тот, о ком было сказано, на самом деле не является неверующим, а невиновен в этом, то слово вернулось на говорящего, в том смысле, что его тяжесть и грех возвращаются на него, и он заслуживает за это наказания. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность и наилучший Покровитель.
29 — Глава разъяснения положения веры того, кто отрёкся от своего отца, зная об этом
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу, упомянутому в начале книги, сказано:
[224] (61) — Рассказал мне Зухайр ибн Харб: рассказал нам Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис: рассказал нам мой отец: рассказал нам Хусайн аль-Му‘аллим от Ибн Бурайды, от Йахйи ибн Йа‘мара, что Абу аль-Асвад рассказал ему от Абу Зарра, что он слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Не бывает того, чтобы человек причислил себя к отцу, не являющемуся его отцом, зная об этом, кроме как он впал в неверие. А кто заявил претензию на то, что не является его правом, тот не из нас, и пусть уготовит себе место в Огне. А кто назвал человека неверующим или сказал: враг Аллаха, а он не таков, — то это непременно обернётся на него самого».
Передатчики этого иснада: их восемь.
1 — (Зухайр ибн Харб) ибн Шаддад, Абу Хайсама ан-Насаи, поселившийся в Багдаде, надёжный, твёрдый передатчик [10] (умер в 234 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), упомянут ранее во «Введении» 2/3.
2 — (Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис) ибн Са‘ид аль-Анбари, их вольноотпущенник, Абу Сахль аль-Басри, надёжный, твёрдый передатчик от Шу‘бы [9] (умер в 207 г.) (все шесть сборников), упомянут ранее во «Введении» 6/82.
3 — (Его отец) Абд аль-Варис ибн Са‘ид ибн Заквн аль-Анбари, их вольноотпущенник, Абу Убайда ат-Таннури, надёжный, твёрдый передатчик [8] (умер в 108 г.) (все шесть сборников), упомянут ранее в «Книге веры» 18/176.
4 — (Хусайн аль-Му‘аллим) — это Хусайн ибн Заквн аль-Му‘аллим аль-Муктиб аль-Аузи аль-Басри, надёжный передатчик, иногда допускавший ошибки [6] (умер в 145 г.) (все шесть сборников), упомянут ранее в «Книге веры» 19/179.
5 — (Ибн Бурайда) — это Абдуллах ибн Бурайда ибн аль-Хусайб аль-Аслями, Абу Сахль аль-Марвази, его судья, надёжный передатчик [3] (умер в 105 г., по другой версии — в 115 г.) (все шесть сборников), упомянут ранее в «Книге веры» 1/152.
6 — (Йахйа ибн Йа‘мар) — с фатхой над «й», после которой безогласовочная «айн», и с фатхой либо даммой над «мимом» — аль-Басри, поселившийся в Марве, его судья, надёжный, красноречивый передатчик, передающий с иналом [3], умер до наступления столетия, по другой версии — после (все шесть сборников), упомянут ранее в «Книге веры» 1/102.
7 — (Абу аль-Асвад) ад-Дийли — с кясрой над безогласовочной «даль» и сукуном над «й» — а также говорят: ад-Дуали — с даммой над «даль», после которой открытая хамза — аль-Басри, судья, его имя — Залим ибн Амр ибн Суфьян ибн Джандаль ибн Йа‘мар ибн Хильс ибн Нуфаса ибн Ади ибн ад-Дил, а по другой версии его имя — Амр ибн Залим, по другой — Увайм ибн Зувайлим, по другой — Амр ибн Усман, по другой — Усман ибн Амр, надёжный, достойный передатчик, из числа мухадрамов [2].
Он передавал от Умара, Али, Му‘аза, Абу Зарра, Ибн Мас‘уда, аз-Зубайра ибн аль-Аввама, Убаййа ибн Ка‘ба, Абу Мусы, Ибн Аббаса, Имрана ибн Хусайна (да будет доволен ими Аллах).
От него передавали его сын Абу Харб, Абдуллах ибн Бурайда, Йахйа ибн Йа‘мар, Умар ибн Абдуллах, вольноотпущенник Гуфры, Са‘ид ибн Абд ар-Рахман ибн Рукайш.
Абу Хатим сказал: он занимал должность судьи Басры. Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Ма‘ина: надёжный. Аль-Иджли сказал: куфиец, таби‘, надёжный, и он был первым, кто заговорил о грамматике (нахве). Ибн Са‘д в первом разряде жителей Басры сказал: он был поэтом, склонявшимся к шиизму, и был надёжен в своих хадисах, если пожелает Всевышний Аллах. Когда Ибн Аббас вышел из Басры, он назначил своим наместником Абу аль-Асвада, и Али утвердил его в этой должности. Ибн Абд аль-Барр упомянул его в «аль-Истиаб» и сказал: он был человеком религии, разума, красноречия и ясности изложения, понимания, сметливости и решительности, и был из числа старших таби‘инов. Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных таби‘инов.
Аль-Вакиди сказал: он был из числа принявших ислам при жизни Пророка ﷺ, и сражался вместе с Али в день Джамаль, и умер во время правления Убайдуллаха ибн Зияда. Йахйа ибн Ма‘ин и другие сказали: он умер во время чумы аль-Джариф, в шестьдесят девятом году, и в этом году его датировали Ибн Абу Хайсама и аль-Марзубани, добавив: ему было в момент смерти восемьдесят пять лет. Ибн Абу Хайсама сказал: сообщил нам аль-Мадаини: говорили, что Абу аль-Асвад умер перед чумой. Он сказал: это более вероятно, поскольку мы не слышали о нём упоминания в ней.
Все (составители шести сборников) приводили от него хадисы, и в этой книге у него всего семь хадисов: этот хадис, и хадис (94): «Нет такого раба, который сказал бы: нет божества, кроме Аллаха…», и (553): «Были представлены мне дела моей общины…», и (720): «Каждое утро на каждый сустав любого из вас…», и (1006): «Разве Аллах не сделал для вас то, чем вы можете подавать милостыню…», и (1050): «Если бы у сына Адама были две долины из имущества…», и (2650): «Нет, это то, что было предопределено им и совершилось в них…».
8 — (Абу Зарр) аль-Гифари, говорят, его имя — Джундуб ибн Джунада ибн Кайс ибн Амр ибн Мулайль ибн Су‘айр ибн Харам ибн Аффан, а по другой версии его имя — Бурайр ибн Джунада, по другой — ибн Джундуб, по другой — ибн Ишрака, по другой — ибн Джундуб ибн Абдуллах, по другой — ибн ас-Сакан, и он был братом Амра ибн Абасы ас-Сулями по матери.
Он передавал от Пророка ﷺ, а от него передавали Анас ибн Малик, Ибн Аббас, Халид ибн Вахбан — сын двоюродной сестры Абу Зарра по матери, по другой версии — Вахбан ибн, сын жены Абу Зарра, по другой — сын его сестры, — Зайд ибн Вахб аль-Джухани, Хараша ибн аль-Хурр, Джубайр ибн Нуфайр, аль-Ахнаф ибн Кайс, Абдуллах ибн ас-Самит, Зайд ибн Заб-йан, Абдуллах ибн Шакик, Амр ибн Маймун, Абд ар-Рахман ибн Гунм, Кайс ибн Убада, Абу Идрис аль-Хаулани, Абу Асма ар-Рахаби, Абу Усман ан-Нахди, Абу аль-Асвад ад-Дийли, аль-Мааррур ибн Суваид, Йазид ибн Шарик ат-Тайми, Абу Басра аль-Гифари, Абу Салим аль-Джайшани, Абу Мурравих аль-Гифари, Зирр ибн Хубайш, Раби ибн Хираш, Абд ар-Рахман ибн Шимаса аль-Махри и многие другие.
История его принятия ислама приведена в обоих «Сахихах», и в изложении аль-Бухари от Абу Джамры, от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), он сказал: когда до Абу Зарра дошла весть о посланничестве Пророка ﷺ, он сказал своему брату: поезжай в эту долину и узнай для меня о положении дел этого человека, который заявляет, что он пророк, к которому приходит весть с небес, и услышь его слова, а затем приди ко мне. И брат отправился, пока не прибыл туда, и услышал его слова, а затем вернулся к Абу Зарру и сказал ему: я видел, что он повелевает благородными нравами и говорит слова, которые не…...стихами. Он сказал: «ты не утолил во мне того, чего я желал». Тогда он собрался в путь и взял с собой бурдюк с водой, пока не прибыл в Мекку. Он пришёл в мечеть и стал искать Пророка ﷺ, не зная его в лицо, и не хотел спрашивать о нём, пока не застигла его часть ночи. Он лёг, и его увидел Али, который понял, что это чужестранец. Увидев его, Али последовал за ним, и никто из них не спрашивал другого ни о чём, пока не наступило утро. Затем он взял свой бурдюк и запас в мечеть и провёл там весь день, но Пророк ﷺ не показывался ему до вечера. Тогда он вернулся на своё место, и Али прошёл рядом с ним и сказал: «не пора ли этому человеку узнать своё жилище?» Он поднял его, и они пошли вместе, и никто из них не спрашивал другого ни о чём. Когда настал третий день, Али сделал то же самое, поднял его вместе с собой и сказал: «не расскажешь ли ты мне, что привело тебя сюда?» Тот ответил: «если ты дашь мне обещание и обязательство наставить меня, я сделаю это». Он дал обещание, и тот рассказал ему. Али сказал: «это истина, и он — Посланник Аллаха ﷺ. Когда наступит утро, следуй за мной. Если я увижу что-то, чего опасаюсь для тебя, я встану, как будто иду вылить воду; если я пойду дальше, следуй за мной, пока не войдёшь туда, куда войду я». Так он и сделал, и последовал за ним, пока тот не вошёл к Пророку ﷺ, и он вошёл вместе с ним, услышал его слова и принял ислам на месте. Пророк ﷺ сказал ему: «вернись к своему народу и сообщи им, пока не придёт к тебе моё повеление». Тот сказал: «клянусь Тем, в Чьей руке моя душа, я непременно возглашу это среди них во весь голос!» Он вышел, пришёл в мечеть и воззвал громким голосом: «свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха». Тогда люди встали и стали бить его, пока не повалили на землю. Пришёл аль-Аббас и склонился над ним, говоря: «горе вам! разве вы не знаете, что он из племени Гифар и что это путь ваших торговых караванов в Шам?» И он спас его от них. На следующий день тот повторил то же самое, и его снова стали бить и набросились на него, и аль-Аббас склонился над ним.
Говорят, что его принятие ислама произошло после четырёх человек. Он вернулся в земли своего народа и оставался там, пока Посланник Аллаха ﷺ не переселился в Медину, и прошли Бадр и Ухуд, и переселение стало возможным для него только после этого. Он был высоким, темнокожим и худощавым.
Ахмад в своём «Мусанаде» приводит через путь Ирака ибн Малика, что Абу Зарр (да будет доволен им Аллах) сказал: «Я — ближайший из вас к Посланнику Аллаха ﷺ в День воскресения, ибо я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «ближайший ко мне из вас в День воскресения — тот, кто покинул этот мир в том же состоянии, в котором я его оставил». И клянусь Аллахом, среди вас нет никого, кто не привязался бы к чему-то из этого мира, кроме меня». Передатчики его надёжны, однако в нём есть разрыв, ибо Ирак не слышал от Абу Зарра.
Ахмад и ат-Тирмизи передают от Абдуллаха ибн Амра, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «не покрывало зелёное небо и не несла серая земля человека более правдивого в речи, чем Абу Зарр» (1).
В этой же главе есть также передачи от Абу ад-Дарды, Абу Хурайры и других. Абу Исхак передаёт от Хани ибн Хани от Али (да будет доволен им Аллах): «Абу Зарр — сосуд, наполненный знанием и завязанный, из которого ничего не вышло». Аль-Аджурри передаёт от Абу Дауда: «он не участвовал в Бадре, но Умар присоединил его [к участникам Бадра в списках], и он был равен Ибн Мас‘уду в знании».
Халифа, Амр ибн Али и другие говорят: он умер в ар-Рабазе в тридцать втором году. Аль-Мадаини добавляет: над ним совершил молитву Ибн Мас‘уд, который умер вскоре после него. Его достоинства и заслуги весьма многочисленны.
Его хадисы приводит вся община [шести сборников], и в этой книге от него (57) хадисов. Аллах Всевышний знает лучше.
Особенности этого иснада:
1 — то, что он относится к восьмизвенным иснадам автора, то есть это низкий иснад, поскольку наивысшие иснады у него четырёхзвенные, а самые низкие — десятизвенные.
2 — то, что все передатчики в нём — люди [сборников] общины, кроме его шейха, от которого передаёт ат-Тирмизи.
3 — то, что Ибн Бурайда здесь — это Абдуллах ибн Бурайда, а не его брат Сулейман ибн Бурайда. Он и его брат Сулейман — оба надёжные, знатные последователи (табиины), родившиеся в одном чреве во времена Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах). Говорят, что они умерли в один день, но это неверно; правильное же мнение — что Сулейман умер, будучи судьёй в Мерве, в сотом году, после чего его брат Абдуллах занял его место, пока не умер в сто пятнадцатом году.
4 — то, что в нём есть трое из числа знатных последователей, передающих один от другого: Ибн Бурайда — от Яхьи ибн Я‘мара — от Абу аль-Асвада, причём передача первых двух — это передача от сверстников (акран), так как оба они из третьего разряда.
4 [так в оригинале] — то, что Абу аль-Асвад, да помилует его Аллах Всевышний, был из числа разумных людей и первым, кто заложил науку грамматики (нахв) по велению Али (да будет доволен им Аллах).
5 — то, что Абу Зарр и этот Абу аль-Асвад впервые упоминаются в этой книге здесь, и всего от Абу Зарра (да будет доволен им Аллах) автор приводит (57) хадисов, а от Абу аль-Асвада — только семь хадисов, как я разъяснил ранее.
6 — то, что среди шести сборников нет никого, носящего кунью Абу Зарр, кроме этого лица, а всего носящих кунью Абу аль-Асвад — шестеро: первый — этот, о котором идёт речь здесь; второй — Абу аль-Асвад ас-Сулами, сподвижник, у которого есть хадис только у ан-Насаи, и говорят, что правильнее — Абу аль-Йасар ас-Сулами; третий — Абу аль-Асвад аль-Мухариби, вольноотпущенник Амра ибн Хурайса, судья Куфы, чьё имя Сувайд, приемлемый передатчик из пятого разряда, также у ан-Насаи; четвёртый — Абу аль-Асвад аль-Муради, чьё имя ан-Надр ибн Абд аль-Джаббар, у Абу Дауда, ан-Насаи и Ибн Маджи; пятый — Абу аль-Асвад, отец Сувады, чьё имя Муслим ибн Михрак, у автора, Абу Дауда и Ибн Маджи; шестой — воспитанник Урвы, Мухаммад ибн Абд ар-Рахман, из людей [сборников] общины.
7 — то, что этот сподвижник (да будет доволен им Аллах) из числа тех, кто был известен своей куньей, так что возникло много разногласий относительно его имени и имени его отца. Он был четвёртым из четырёх принявших ислам, а по другой версии — пятым из пяти, обладателем многочисленных достоинств (да будет доволен им Аллах), как мы уже упоминали в его биографии ранее. Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(«от Абу Зарра») аль-Гифари, Джундуба ибн Джунады, согласно наиболее достоверному мнению (да будет доволен им Аллах), («что он слышал Посланника Аллаха ﷺ говорящим: «нет такого человека»)» — «мин» здесь избыточная частица, а «раджуль» («человек») — подлежащее при «лейса» («нет»). Выражение через слово «мужчина» дано по преимущественному случаю, но и женщина подпадает под то же правовое положение (1). («который приписал себя») — глагол в форме страдательного залога по смыслу действующего лица («не своему отцу») — то есть возвёл своё происхождение к нему и взял его отцом, отвернувшись от собственного отца, — и это предложение является определением к слову «человек». Его слово («в то время как он знает это») — предложение в положении винительного падежа обстоятельства образа действия, то есть в состоянии знания о своём отце. Это уточнение необходимо, ибо грех имеет место лишь в отношении знающего о деле. («кроме как он впал в неверие») — ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: приведены два толкования:
[Первое]: что это относится к тому, кто считает это дозволенным.
[Второе]: что он проявил неблагодарность за милость и благодеяние, и в отношении права Аллаха Всевышнего, и в отношении права своего отца, и что не подразумевается неверие, выводящее из общины ислама. Это подобно тому, как сказал Пророк ﷺ: «они проявляют неверие [куфр]», а затем пояснил это как их неблагодарность за благодеяние и неблагодарность к супругу. Конец слов.
Аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: это — то есть приписывание себя не своему отцу — совершают лишь люди грубости, невежества и высокомерия, из-за низости и презренности положения отца, так что они считают приписывание себя к нему позором и умалением своего достоинства. Нет сомнения, что это запрещено, и запретность этого известна; кто совершает это, считая дозволенным, тот является неверным в истинном смысле, и тогда хадис остаётся в своём явном значении. А если это не считающий дозволенным, то неверие, упомянутое в хадисе, следует понимать как неблагодарность за милости и права, ибо он отвечает на благодеяние злом, и к тому, кто таков, применимо название «неверный», а его поступок — неверие в языковом и шариатском смысле, как мы это установили. Возможно также сказать, что это название применено к нему потому, что он уподобился неверным, людям времён невежества, обладателям высокомерия и надменности, ибо они поступали именно так. Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов аль-Куртуби (1).
[Замечание]: В риваяте Абу Зарра аль-Харави для «Сахих аль-Бухари» встречается его слово «إلَّا كفر بالله» с добавлением слова «Аллах» (بالله). Об этом сказано в «Фатх»: «Здесь встречается именно так — (كَفَرَ بالله), и слово «بالله» не встречается ни в других риваятах, кроме риваята Абу Зарра, ни в риваяте Муслима, ни у аль-Исмаили, и это (отсутствие добавления) предпочтительнее. Если же это добавление достоверно, то имеется в виду тот, кто счёл это дозволенным, зная о запрете. А согласно известному риваяту, имеется в виду неверие в отношении благодати (куфр ан-ни‘ма), и буквальный смысл слова здесь не подразумевается — оно употреблено ради усиления и предостережения совершившего это. Либо под безоговорочным упоминанием неверия подразумевается, что совершивший это совершил поступок, подобный поступку неверных»
Его слово («и кто заявляет то, что ему не принадлежит, тот не из нас»): аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: «Внешний смысл этого — полное отречение, и оно остаётся в своём буквальном значении в отношении того, кто считает это дозволенным, как было сказано ранее, а в отношении того, кто не считает это дозволенным, оно толкуется в том смысле, что он не следует пути Пророка ﷺ и не следует пути людей его религии, ибо это — несправедливость, а путь людей религии — справедливость и отказ от несправедливости. И это подобно тому, как сказано: «Не из нас тот, кто бьёт себя по щекам и разрывает пазухи одежд», и близко к этому: «Кто не подстригает усы, тот не из нас»
«.
Его слово («то пусть займёт себе место в огне»): то есть пусть расположится в своём жилище там, или пусть устроит себе там жилище. Это — мольба против него (проклятие), а некоторые сказали: это сообщение (хабар) в форме повеления, и это мнение предпочёл ан-Навави. Смысл его таков: это — его наказание, если он будет наказан, но он может быть наказан этим, а может Всевышний Аллах простить его, а может Он даровать ему покаяние, и тогда это отпадёт от него.
Его слово («и кто назвал человека неверным»): то есть обратился к нему с этим, как если бы сказал ему: «о неверный». Упоминание слова «мужчина» — в силу преобладающего случая, иначе и в отношении женщины, если бы её так назвали, действовало бы то же правило. (Или сказал ему) (враг Аллаха) — в форме винительного падежа при опущении обращения, то есть «о враг Аллаха», а возможно, что это именительный падеж как сказуемое к опущенному подлежащему, то есть «ты» или «он — враг Аллаха». Ан-Навави сказал: «Мы зафиксировали слово «враг Аллаха» в двух формах: в именительном и винительном падежах, причём винительный падеж предпочтительнее как обращение, то есть «о враг Аллаха», а именительный падеж — как сказуемое подлежащего, то есть «он — враг Аллаха», подобно тому, что было приведено в другом риваяте: «сказал своему брату: неверный», ибо мы зафиксировали это слово «неверный» в именительном падеже с танвином, как сказуемое опущенного подлежащего. И Аллах Всевышний знает лучше».
Его слово («тогда как это не так»): предложение в положении винительного падежа (обстоятельство), то есть при том, что этот человек не таков, как он его описал, ибо он невиновен в неверии и богобоязнен перед Аллахом Всевышним. (Кроме как это вернётся на него) — то есть непременно вернётся на того, кто произнёс это утверждение, — то есть его порок и грех, как мы уже разъяснили ранее.
Кадий Ияд (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: его слово («кроме как вернётся на него») — смысл его: вернулось на него; а слово «хаур» означает «возвращение». От этого же корня — слова Всевышнего: «Он полагал, что никогда не вернётся» (сура «аль-Иншикак», 14), и его слово ﷺ: «Прибегаю к Тебе от возвращения после устроенности», приведённый Муслимом; а у ат-Тирмизи и Ибн Маджи — «после сплочённости» (с буквой «ра»). Кадий сказал: здесь (частица) может означать «вернулся», как приведено в самом хадисе. А некоторые сказали: на него вернулся его недостаток, который он приписал своему брату, — то есть если тот не заслуживал этого, будучи лживо обвинён им. А другие сказали: если он сказал это верующему с истинной верой, подобному ему, и обвинил его в неверии, то он сам стал неверным, потому что тот подобен ему и придерживается его религии.
Ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: его слово («кроме как вернётся на него») — относительно этого исключения сказано, что оно относится к смыслу, и его разъяснение таково: «никто не назовёт его так, чтобы это не вернулось на него», а возможно, что оно связано с первым, то есть с его словом ﷺ: «нет такого человека…», и тогда исключение будет относиться к самому выражению.
А в формулировке Абу Аваны: «Не обвинит человек человека в неверии, кроме как это вернётся, если тот, к кому оно относится, не таков». А в другом его риваяте: «Кто причислил себя не к своему отцу, тот не из нас; кто заявил то, что ему не принадлежит, тот не из нас; а кто обвинил человека в неверии или обвинил его в нечестии, тогда как это не так, то это вернётся на него». И Аллах Всевышний лучше знает правильное, к Нему возврат и место прибежища, и у Него испрашивается помощь, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис от Абу Зарра (да будет доволен им Аллах) — «согласованный» (муттафак алейхи).
(Вопрос второй): разъяснение источников хадиса (тахридж):
Его привёл автор здесь в «Книге веры» [29/224] (61), и аль-Бухари в «Достоинствах курайшитов» 4/219 (3508), и в «Благонравии» 8/18 (6545), а также в «аль-Адаб аль-Муфрад» (432 и 433), и Ахмад в своём «Мусанаде» (5/166 и 181), и Абу Авана в своём «Мусанаде» (55 и 56), и Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (215). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): извлекаемая польза из хадиса:
1 — (в числе них): употребление слова «неверие» в отношении грехов, и то, что они противоречат совершенству веры, — а это и есть та цель, ради которой автор (да помилует его Аллах Всевышний) привёл здесь этот хадис.
2 — (в числе них): разъяснение запрета отречения от известного родства и причисления себя к иному роду.
3 — (в числе них): то, что обусловленность знанием необходима в обоих случаях — как в утверждении, так и в отрицании, — ибо грех влечётся только на того, кто знает о вещи и совершает её намеренно.
4 — (в числе них): разъяснение запрета притязания на то, что не принадлежит человеку, во всём, будь то связано с правом другого или нет. В этом же указание, что человеку не дозволено брать то, в пользу чего судья вынес решение, если он на это не имеет права.
Сказано в «Фатх»: «Из хадиса извлекается запрет притязания на что-либо, что не принадлежит притязающему, и в это входят все ложные притязания — будь то на имущество, знание, обучение, родство, положение, праведность, благодать, покровительство (валя) и прочее, и запрет усиливается по мере увеличения связанного с этим порока».
5 — (в числе них): этот хадис указывает на то, что решение судьи не делает дозволенным запретное, в противоречие тому, что передано от некоторых, что его решение делает это дозволенным. Аль-Касани из числа ханафитов сказал, разъясняя это согласно мазхабу Абу Ханифы: «Что касается разъяснения того, что делает дозволенным судебное решение, и того, что не делает, то основа состоит в том, что решение судьи на основании показаний двух лживых свидетелей в том, в отношении чего у него есть в целом полномочие на установление, приносит дозволенность по мнению Абу Ханифы (да помилует его Аллах), а его решение на их основании в том, в отношении чего у него вообще нет полномочия на установление, не приносит дозволенности по единогласному мнению».
Сказал составитель (да простит его Аллах Всевышний): это одно из самых удивительных из услышанных ложных мнений, ведь оно противоречит его слову ﷺ в хадисе Умм Салямы (да будет она довольна Аллахом), «согласованном» (муттафак алейхи): «А кому я вынес решение в пользу права мусульманина несправедливо, то это — лишь кусок огня, пусть он взял его или оставил». В этом хадисе нет различия между имуществом и половыми связями (фуруджами), а эти учёные провели различие между ними, сказав: «Решение судьи не делает дозволенным запретное имущество, а что касается половых связей, то оно делает их дозволенными». Так, если человек привёл двух лживых свидетелей и они засвидетельствовали в отношении женщины, что она его жена, а судья вынес решение об этом, они говорят: ему дозволено вступать с ней в интимную связь, хотя он знает, что вообще никогда не женился на ней. Нет силы и мощи, кроме как у Аллаха!
Имам аш-Шафии (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: «Нет различия между притязанием на дозволенность жены для того, кто привёл двух лживых свидетелей на её замужество, зная об их лжи, и притязанием на то, что свободный человек является его собственностью, приведя на это двух лживых свидетелей, зная о его свободе. Если же судья выносит решение, что тот является его собственностью, ему не дозволено обращать его в рабство по единогласному мнению».
Ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: «Утверждение, что решение судьи делает дозволенным как внешне, так и внутренне, противоречит этому достоверному хадису, и предшествующему единогласному мнению, противоречащему говорившему это, а также правилу, относительно которого учёные достигли единогласия, и с которым согласен упомянутый говоривший, а именно, что половые связи заслуживают большей осторожности, чем имущество».
И далее в полном виде это обсуждение придёт при разборе упомянутого хадиса Умм Салямы в «Книге судебных решений» — если пожелает Аллах Всевышний.
6 — (из их числа): то, что сказал имам Ибн Дакык аль-Ыйд (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): этот хадис охватывает то, что упомянули некоторые правоведы относительно тяжб — назначение подставного лица («мусаххар»), которое в некоторых случаях предъявляет иск для сохранения формы иска и ответа на него. Этот подставной истец заявляет то, о чём знает, что это не принадлежит ему, а судья, который его назначает, также знает об этом. Соблюдение таких процедурных правил не относится к тому, что прямо предписано шариатом, чтобы под него подпадала общность этой угрозы. Величайшая цель судопроизводства — это доведение права до того, кому оно причитается. Поэтому нарушение этих судебных формальностей при достижении цели судопроизводства и при отсутствии прямого предписания законодателя об их обязательности предпочтительнее, чем противоречие этому хадису и попадание под эту великую угрозу, на которую он указывает. Таков путь последователей Малика, то есть отсутствие строгости в этих формальностях. Конец цитаты. Это хороший вывод, и Аллах Всевышний знает лучше.
7 — (из их числа): то, что также сказал Ибн Дакык аль-Ыйд: в этом хадисе содержится великая угроза тому, кто объявил кого-то из мусульман неверующим, тогда как это не так. Это великая опасность, в которую впало множество богословов-каламистов и тех, кто приписывает себя к сунне и людям хадиса, когда они разошлись во взглядах на убеждения, и стали резко порицать своих противников, объявляя их неверующими. Некоторые из приверженцев поверхностного понимания (хашавия) разорвали завесу благоговения в этом деле, и эта угроза относится к ним, если их противники не таковы. Конец его слов, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
Полное рассмотрение вопроса о такфире было приведено ранее в достаточной мере, обратись к нему — извлечёшь пользу. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, и Он — достаточная опора для нас, и прекраснейший из покровителей.
(2) «Мусаххар» — это тот, кто предъявляет иск безвозмездно, либо тот, кого назначает судья вместо отсутствующего.
(3) «Ихкам аль-Ихкам» 4/282–283, по изданию с примечаниями.