Рассказал нам Абдуллах ибн Язид аль-Мукри: рассказал нам Хайва: я слышал Абу аль-Асвада, который говорил: сообщил мне Абу Абдуллах, вольноотпущенник Шаддада, что он слышал Абу Хурайру, говорившего: я слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорившего: «Кто услышит человека, ищущего пропавшую вещь в мечети, пусть скажет ему: «Да не вернёт её тебе Аллах», ибо мечети не были построены для этого». Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджажу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1266] (569) — (Рассказал мне Хаджжадж ибн аш-Шаир: рассказал нам Абд ар-Раззак: сообщил нам ас-Саури, от Алькамы ибн Марсада, от Сулеймана ибн Бурайды, от его отца, что некий человек искал пропавшую вещь в мечети и сказал: «Кто позвал к рыжему верблюду?» Тогда Пророк ﷺ сказал: «Да не найдёшь ты. Мечети были построены только для того, для чего они были построены»).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (Хаджжадж ибн аш-Шаир) — это Хаджжадж ибн Абу Йакуб Йусуф ибн Хаджжадж ас-Сакафи аль-Багдади, надёжный, хафиз [11] (умер в 259 г.) (М, Д), упомянут ранее во «Введении» 6/40.
2 — (Абд ар-Раззак) ибн Хаммам ас-Санъани, упомянут в предыдущей главе.
3 — (Ас-Саури) — Суфьян ибн Саид ибн Масрук, Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный, хафиз, знаток фикха, подвижник, имам, довод, иногда допускал тадлис, из глав слоя [7] (умер в 161 г.) (ع), упомянут ранее во «Введении» 1/1.
4 — (Алькама ибн Марсад)(¹) аль-Хадрами, Абу аль-Харис аль-Куфи, надёжный [6] (ع), упомянут ранее в «Книге очищения» 25/648.
5 — (Сулейман ибн Бурайда) ибн аль-Хусайб аль-Аслями аль-Марвази, судья, надёжный [3] (умер в 105 г.) (М, 4), упомянут ранее в «Книге очищения» 25/648.
6 — (Его отец) Бурайда ибн аль-Хусайб, Абу Абдуллах, а по другому мнению иначе, аль-Аслями, сподвижник, принял ислам (да будет доволен им Аллах) до Бадра, умер в 63 г. (ع), упомянут ранее в «Книге веры» 100/533.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): то, что он относится к шестизвенным иснадам автора (да помилует его Аллах), и в нём есть выражения «рассказал», «сообщил» и «передал со слов» (ан‘ана).
2 — (Из них): то, что все его передатчики — передатчики, признанные всей группой (аль-джама‘а), кроме его шейха, которого выделил он сам и Абу Дауд, и Сулеймана, у которого не приводил хадисов аль-Бухари.
3 — (Из них): то, что в нём есть передача сына от отца: Сулейман ибн Бурайда — от своего отца.
Разбор хадиса:
(От Сулеймана ибн Бурайды, от его отца) Бурайды ибн аль-Хусайба (да будет доволен им Аллах) (что некий человек искал пропавшую вещь) — уже разбиралось в предыдущем хадисе, от корня «насара», по образцу «наср»: когда искал — (в мечети) — определённый артикль «аль» здесь указывает на род — (и сказал: «Кто) — вопросительное слово — (позвал к рыжему верблюду?») — то есть кто нашёл рыжего верблюда, и позвал к нему, и объявил о нём? — (Тогда Пророк ﷺ сказал: «Да не найдёшь ты») — дополнение опущено, и речь идёт о мольбе против него, то есть «да не найдёшь ты свою пропавшую вещь», что по смыслу равносильно выражению «да не вернёт её тебе Аллах».
[Внимание]: имам Ибн Хиббан аль-Бусти (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», после приведения этого хадиса по пути ас-Саури, от Алькамы ибн Марсада, поясняя его, сказал буквально следующее: сказал Абу Хатим: здесь подразумевается: «да не найдёшь ты, если вернёшься к этому поступку после того, как я запретил тебе его». Конец.
Говорит составитель (да простит его Аллах): в этом толковании есть очевидная спорность, ибо контекст риваятов указывает на то, что здесь нет ограничения условием, а напротив — оно носит безусловный характер, особенно риваят имама Ахмада, который приводится далее, поэтому нет необходимости в таком толковании. Пусть читатель обдумает это беспристрастно. А Аллах Всевышний знает лучше.
(«Мечети были построены») — в форме страдательного залога — («только для того, для чего они были построены») — то есть для той цели, ради которой они были построены.
Этот хадис приводит имам Ахмад (да помилует его Аллах) по пути Суфьяна ас-Саури, от Алькамы ибн Марсада, с такой формулировкой: некий бедуин сказал в мечети: «Кто позвал к рыжему верблюду?» — после утренней молитвы. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Да не найдёшь ты, да не найдёшь ты, да не найдёшь ты. Эти дома были построены только...» — сказал Муаммаль(¹): «...эти мечети — для того, для чего они были построены». Конец.
Уже было разъяснено значение того, для чего они были построены, в хадисе Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах), который приводился ранее в «Книге очищения», в истории о бедуине, который помочился в мечети, где сказано: затем Посланник Аллаха ﷺ позвал его и сказал ему: «Эти мечети не годятся ни для чего из этой мочи, ни для нечистот. Они предназначены только для упоминания Аллаха, Величественного и Могучего, для молитвы и чтения Корана...» — и далее хадис.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово («мечети были построены только для того, для чего они были построены») означает: для упоминания Аллаха Всевышнего, для молитвы, для получения знаний, для взаимного напоминания о добре и тому подобного. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — тот, к кому обращаются за помощью, и на Него упование.
Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Бурайды ибн аль-Хусайба (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что приводит только автор (да помилует его Аллах), не разделяя его с другими.
(Второй вопрос): о его извлечении (тахридж):
Его привёл (автор) здесь [18/1266, 1267 и 1268] (569), и (ан-Насаи) в «Деяниях дня и ночи» (174 и 175), и (Ибн Маджа) в «Установлении молитвы» (765), и (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (1721), и (Ибн Абу Шайба) в своём «Мусаннафе» (2/419), и (Абу Дауд ат-Таялиси) в своём «Мусаде» (804), и (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1301), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (1652), и (Абу Аваана) в своём «Мусаде» (1214, 1215 и 1216), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1241, 1242 и 1243), и (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (6/196 и 10/103 и 447), а достоинства хадиса уже разбирались ранее. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджажу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1267] (...) — (Рассказал нам(¹) Абу Бакр ибн Абу Шайба: рассказал нам Ваки, от Абу Синана, от Алькамы ибн Марсада, от Сулеймана ибн Бурайды, от его отца, что Пророк ﷺ,(¹) когда завершил молитву, [некий] человек встал и сказал: «Кто позвал к рыжему верблюду?» Тогда Пророк ﷺ сказал: «Да не найдёшь ты. Мечети были построены только для того, для чего они были построены»).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (Абу Бакр ибн Абу Шайба) упомянут в предыдущей главе.
2 — (Ваки) ибн аль-Джаррах ибн Малих ар-Руаси, Абу Суфьян аль-Куфи, надёжный, хафиз, подвижник, из старших [9] (умер в 196 или 197 г.) в возрасте (70) лет (ع), упомянут ранее во «Введении» 1/1.
3 — (Абу Синан) — это Саид ибн Синан аль-Бурджуми — с даммой над «ба» и «джим», между ними покоящаяся «ра» — аш-Шайбани аль-Асгар аль-Куфи, переселившийся в ар-Райй, правдивый, но с некоторыми ошибками [6].
Он передавал от Тавуса, от Абу Исхака ас-Сабии, от Амра ибн Мурры, от Саида ибн Джубайра, от Алькамы ибн Марсада, от Хабиба ибн Абу Сабита, от Вахба ибн Халида аль-Химси и от других.
А от него передавали ас-Саури, Ибн аль-Мубарак, Ваки, Джарир ибн Абд аль-Хамид, Исхак ибн Сулейман ар-Рази, Асбат ибн Мухаммад аль-Куррейши, Абу Дауд ат-Таялиси и другие.
Абу Талиб передал от Ахмада: «Он был человеком праведным, но не был твёрд в хадисе». Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: «Он не силён в хадисе». Ад-Дури и другие передали от Ибн Маина: «Достоверный (сика)». Аль-Иджли сказал: «Куфиец, приемлемый в хадисе». Ибн Саад сказал: «Он был из жителей Куфы, но проживал в ар-Райе, и был дурного нрава». Абу Хатим сказал: «Правдив, достоверен». Аль-Аджурри передал от Абу Дауда: «Достоверный, из числа возвышенных людей». Ан-Насаи сказал: «В нём нет вреда». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных» и сказал: «Был усердным в поклонении, добродетельным». Йакуб ибн Суфьян признал его достоверным. Ибн Адий сказал: «У него есть редкие и единичные передачи, и я надеюсь, что он не из тех, кто намеренно лжёт, но, возможно, он ошибается в отдельных вещах одна за другой».
Ад-Даракутни сказал: «Саид ибн Синан — это два разных человека: Абу Мяхди химсиец, который выдумывает хадисы, и Абу Синан куфиец, проживавший в ар-Райе, из числа достоверных».
Аль-Бухари привёл от него хадис в «Части о чтении за имамом», составитель [Муслим], Абу Дауд, ат-Тирмизи и ан-Насаи; в этой книге у него есть только этот хадис.
[Замечание]: то, что Абу Синан в этом своде — младший, чьё имя Саид ибн Синан, ясно указал имам Ахмад — да будет милостив к нему Аллах — в своём «Мусанаде», где сказано:
(22542) Рассказал нам Вакиа, рассказал нам Саид ибн Синан, а он — Абу Синан, от Алькамы ибн Марсада, от Сулеймана ибн Бурайды, от его отца, который сказал: «Пророк ﷺ совершил молитву, и встал человек. Он сказал: «Кто молился за красного верблюда?» Пророк ﷺ сказал: «Не найди ты [его], ведь мечети были построены лишь для того, для чего они построены»». Конец цитаты.
Его слово (лямма салля, кама раджулюн — «когда он завершил молитву, встал человек») — а в следующем риваяте сказано: «Пришёл бедуин после того, как Пророк ﷺ совершил утреннюю молитву, и вставил свою голову через дверь мечети». А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточная опора для нас и наилучший покровитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджаджа — да будет милостив к нему Аллах, — упомянутого в начале книги, сказано:
[1268] (...) — (Рассказал нам (1) Кутайба ибн Саид, рассказал нам Джарир, от Мухаммада ибн Шайбы, от Алькамы ибн Марсада, от Ибн Бурайды, от его отца, который сказал: «Пришёл бедуин после того, как Пророк ﷺ совершил утреннюю молитву, и вставил свою голову через дверь мечети», и он упомянул подобно хадису их обоих (2).
Муслим сказал: «Это Шайба ибн Наама, Абу Наама, от которого передавали Мисар, Хушайм, Джарир и другие куфийцы».)
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Кутайба ибн Саид) — упомянут в предыдущей главе.
2 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ибн Курт ад-Дабби, Абу Абдуллах аль-Куфи, проживавший в
(2) В одной из копий: «подобно их хадису».
ар-Райе и был там судьёй; достоверный, с точной книгой [8-й разряд] (умер 188 г.) в возрасте (71) года (передавали от него все составители шести сборников), упомянут в «Введении» 6/50.
3 — (Мухаммад ибн Шайба) ибн Наама ад-Дабби аль-Куфи, приемлемый [7-й разряд].
Передавал от Абу Исхака ас-Сабии, Амра ибн Мурры, Алькамы ибн Марсада, Зубайда аль-Ями, Сабита ибн Убайда.
От него передавали Мисар, Хушайм, Хариджа ибн Мусаб, Абу Муавия, Фудайль ибн Ияд, Джарир ибн Абд аль-Хамид, Мухаммад ибн Уяйна.
Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных», а Ибн аль-Каттан сказал: «Его положение не известно», а Абу Аваана в своём «Сахихе» сказал: «Говорят, что его кунья — Абу Наама».
Составитель [Муслим] передал от него только этот хадис в одиночку, и сказал о нём: «Это Шайба ибн Наама, Абу Наама, от которого передавали Мисар, Хушайм, Джарир и другие куфийцы», — и в этом есть пропуск, как я вскоре разъясню.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово (фа-дакара би-мисли хадисихима — «и он упомянул подобно хадису их обоих») — субъект глагола «упомянул» — это местоимение, указывающее на Мухаммада ибн Шайбу, а местоимение «их обоих хадиса» указывает на Алькаму ибн Марсада и Абу Синана аш-Шайбани младшего.
[Замечание]: этот риваят Мухаммада ибн Шайбы я не нашёл у кого-либо приведённым полностью, так что следует это рассмотреть.
Его слово (каля Муслим — «сказал Муслим») может относиться к словам самого составителя, а может — к словам передатчика от него.
Его слово (хува Шайба ибн Наама, Абу Наама — «это Шайба ибн Наама, Абу Наама») — так в копиях книги, и по всей видимости здесь есть пропуск, и правильно: «это Мухаммад ибн Шайба ибн Наама, Абу Наама», ибо «Абу Наама» — кунья Мухаммада, а не его отца Шайбы, как было указано ранее в его биографии, и никто из составителей шархов не обратил на это внимания.
Подобная же ошибка встречается и у Абу Аваны в его «Мусанаде», где он сказал: «Говорят, что Мухаммад ибн Шайба — это Абу Наама ибн Наама, передавали от него Мисар, Хишам (1) и Джарир». Конец цитаты.
А правильно — поставить «ибн Наама» перед словами «Абу Наама», вот так: говорят, что Мухаммад ибн Шайба ибн Наама Абу Наама, передавали от него Мисар, Хишам и Джарир. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(19) — (Глава о невнимательности (сахв) в молитве и земном поклоне за неё)
Сказал собиратель — да простит его Аллах: (Знай), что «сахв» — с фатхой и сукуном — масдар (отглагольное имя) от «саха» — «ясхуу», говорят: «саха ан аш-шайи ясхуу сахван» — «был невнимателен к вещи».
В «Лисан аль-Араб» сказано: «Ас-сахв» и «ас-сахва» — это забывание вещи и невнимательность к ней, отход сердца от неё к другому; «саха — ясхуу — сахван, сухуван», и он — «сахин», «сахван», и говорят: «он — сахин, явно проявляющий сахв и сухуу», а сахв в молитве — это невнимательность к чему-либо из неё. Ибн аль-Асир сказал: «Сахв в чём-либо — это оставление его без знания, а сахв о чём-либо — оставление его со знанием», и отсюда слова Всевышнего: «Тех, которые невнимательны к своей молитве» [Сура «аль-Маун», 5]. Конец нужной цитаты из «Лисан аль-Араб» (1).
Абу аль-Бака аль-Кафави сказал в «аль-Куллийят»: «Сахв — это невнимательность сердца к вещи, так что требуется новое её получение (усвоение)». Некоторые сказали: «Нисьян (забывание) — это исчезновение образа из воспринимающей силы при сохранении его в памяти, а сахв — это исчезновение его из обоих одновременно». И сказано: «Твоя невнимательность к тому, в чём ты находишься, из-за упущения этого — сахв, а твоя невнимательность к тому, в чём ты находишься, из-за упущения чего-то другого — нисьян». И сказано: «Сахв бывает как в отношении того, что человек знает, так и того, что он не знает, а нисьян — в отношении того, что скрылось после присутствия», и опорным является то, что они синонимы. Конец нужной цитаты из «аль-Куллийят» (2).
В «аль-Мисбах» сказано: «саха ан аш-шайи ясхуу сахван» — «был невнимателен»; и различают между «сахи» и «наси» тем, что «наси», если ему напомнить, вспоминает, а «сахи» — напротив; а «сахв» — это невнимательность. Конец цитаты (3).
Автор «Маракы ас-суууд», разъясняя различие между ними, сказал:
(2) «аль-Куллийят» (стр. 506).
(3) «аль-Мисбах аль-Мунир» 1/293.
«Исчезновение того, что было известно, называй нисьяном, а в сахве знание сокрыто (укрыто внутри)».
Толкователь этого сказал: то есть нисьян — это исчезновение известного из хранящей силы и воспринимающей силы, так что требуется новое его усвоение, поскольку оно недоступно из-за своего исчезновения, а сахв — это скрытость известного, то есть его отсутствие из хранящей силы при том, что оно не отсутствует из воспринимающей силы, так что это есть отвлечение от наличествующего известного, и оно пробуждается при малейшем напоминании. И сказано: «Нисьян — невнимательность к упомянутому, а сахв — невнимательность к упомянутому и к другому». И сказано: «Они синонимы». Конец цитаты (1).
Ас-Суюти — да будет милостив к нему Аллах — в «аль-Каукаб ас-Сати» сказал, указывая на мнение о том, что между ними отношение общего и частного в абсолютном смысле:
«Сахв — это когда [человек] отвлекается от своего известного, и он отличается от нисьяна по своей всеобщности».
А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджаджа — да будет милостив к нему Аллах, — упомянутого в начале книги, сказано:
[1269] (389) (2) — Яхья бин Яхья передал нам, сказав: я читал Малику, от Ибн Шихаба, от Абу Салямы бин Абд ар-Рахмана, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, когда кто-либо из вас встаёт на молитву, к нему приходит шайтан и путает его, так что он не знает, сколько он совершил. Если кто-либо из вас обнаружит это, пусть совершит два земных поклона, сидя».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Яхья бин Яхья бин Букайр бин Абд ар-Рахман ат-Тамимий, Абу Закария ан-Нисабурий, надёжный, твёрдый, имам [10-й слой] (умер в 226 г.) — по достоверному мнению, (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи), уже упоминался в «Введении» 3/9.
2 — Малик бин Анас бин Абу Амир бин Амр аль-Асбахи, Абу Абдуллах, имам Медины, глава точнейших передатчиков и крупнейший из проверяющих [7-й слой] (умер в 179 г.) (передают все шесть), уже упоминался в «Толковании введения», ч. 1, с. 378.
3 — Ибн Шихаб — Мухаммад бин Муслим бин Убайдуллах бин Абдуллах бин Шихаб аз-Зухри, Абу Бакр аль-Мадани, правовед-хафиз, о величии и точности которого единогласны учёные, глава [4-го слоя] (умер в 125 г. или ранее) (передают все шесть), уже упоминался в «Толковании введения», ч. 1, с. 348.
4 — Абу Саляма бин Абд ар-Рахман бин Ауф аз-Зухри аль-Мадани, надёжный, твёрдый, правовед, много передававший [3-й слой] (умер в 94 г.) (передают все шесть), уже упоминался в «Толковании введения», ч. 2, с. 423.
5 — Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах), уже упоминался во «Введении» 2/4.
Изюминки этого иснада:
1 — (Из них): этот иснад относится к «пятизвенным» у автора (да помилует его Аллах), и в нём присутствуют формы «передал нам» («ат-тахдис»), «читал» («аль-кираа») и «передал со слов» («аль-ан‘ана»).
2 — (Из них): его передатчики — передатчики «джама‘а» (всех шести сборников), кроме его шейха, у которого не передавали Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — (Из них): весь иснад — из мединцев, кроме его шейха, который, впрочем, бывал в Медине.
4 — (Из них): весь иснад состоит из правоведов.
5 — (Из них): в нём передача одного последователя (табиина) от другого последователя.
6 — (Из них): в нём — Абу Саляма, один из семи правоведов по некоторым мнениям.
7 — (Из них): Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) — глава семи наиболее много передававших сподвижников, передавший 5374 хадиса.
Толкование хадиса:
«От Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, когда кто-либо из вас (أحدكم)»» — форма женского рода «إحداكن» подобна этому по смыслу; обращение же ограничено формой мужского рода, вероятно, потому что присутствовавшие в момент речи были мужчинами, а Аллах Всевышний знает лучше.
«Встаёт на молитву (إذا قام يصلي)» — имеется в виду вступление в молитву, из чего не следует, что если он молится сидя, то это к нему не относится.
Затем его слово «молится» (يصلي) охватывает как обязательную, так и добровольную молитву.
Если скажешь: слово в следующем риваяте «когда призывают к молитве» указывает на то, что имеется в виду именно обязательная молитва, и то же самое слово «когда возвещено о начале» (إذا ثُوِّب).
Отвечается: это не препятствует включению добровольной молитвы, ибо совершение её в это время желательно, согласно словам Пророка ﷺ: «Между каждыми двумя азанами есть молитва» — а Аллах Всевышний знает лучше.
«К нему приходит шайтан (جاءه الشيطان)» — по всей видимости, определённый артикль здесь указывает на конкретно известного шайтана, а именно на шайтана молитвы, называемого Хинзаб. Далее автор приведёт в «Книге приветствия», что Усман бин Абу аль-Ас (да будет доволен им Аллах) пришёл к Пророку ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, шайтан встал между мной и моей молитвой и чтением, путая их для меня». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Это шайтан, называемый Хинзаб. Когда ты его почувствуешь, ищи защиты у Аллаха от него и плюнь три раза налево». Он сказал: «Я так и сделал, и Аллах избавил меня от него».
«И путает его (فلبس عليه)» — то есть смешивает для него его молитву. Это слово (لَبَسَ) — с фатхой на «б» без удвоения, из трёхбуквенного корня; говорят: «лабаса ‘алейхи йалбису» (по модели «дараба»), когда что-то смешивают для кого-то, делая похожим на другое, скрытым, так что не узнать его сути. Смысл здесь: смешал для него дело его молитвы и запутал его мысли.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это слово здесь без удвоения, то есть смешал для него его молитву, сделал её для него неясной и заставил усомниться в ней.
Ибн аль-Асир (да помилует его Аллах) сказал: оно без удвоения, но иногда удваивается для усиления значения множественности. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: передаётся как с облегчённым, так и с удвоенным «б»; в прошедшем времени оно с фатхой, а в будущем — с касрой на «б». Значение — «смешал»; говорят: «лабасту ‘алейхи аль-амра альбисуху», то есть смешал для него дело. Отсюда слова Всевышнего: «И мы непременно смешали бы для них то, что они смешивают» (сура «Скот», 9). Что же касается формы с касрой на «б» в прошедшем и фатхой в будущем, то это от «либас» (одеяние), отсюда слова Всевышнего: «И они будут облачены в зелёные одеяния из тонкого и плотного шёлка» (сура «Пещера», 31). Конец цитаты.
«Так что он не знает, сколько он совершил. Если кто-либо из вас обнаружит это (فإذا وجد ذلك أحدكم)» — указание на сомнение и отсутствие знания; возможно также, что это относится к забывчивости.
«Пусть совершит два земных поклона (فليسجد سجدتين)» — то есть в унижение шайтана за то, что он смешал для него его молитву, ибо нет для него ничего более тяжкого, чем земной поклон, из-за того, что постигло его за отказ пасть в поклоне перед Адамом (мир ему).
В этом указание на то, что не добавляется больше двух поклонов, даже если забывчивость повторялась многократно.
«Сидя (وهو جالس)» — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: цель этого хадиса — повеление совершать земной поклон при забывчивости; а совершается ли это после приветствия (таслима) или до него — этот вопрос здесь не затрагивается. Передаётся от Малика и аль-Лейса, что они относили этот хадис к случаю «постоянно одолеваемого» (мустанких) — то есть того, кого одолевает сонливость, — но в хадисе нет ничего, что на это указывало бы, и то, что они утверждают, — это притязание на ограничение смысла, требующее доказательства, тем более что мнение Малика о «мустанких» — есть ли на нём земной поклон или нет — само разнилось. Более того, скажем: в хадисе есть указание на противоположность того, что они утверждают, а именно слова «если кто-либо из вас обнаружит» — это обращение ко всем адресатам в общем, а их обычное состояние — свобода от одолевающей сонливости, ибо это редкое явление.
Аль-Хасан и группа из числа предшественников придерживались буквального смысла этого хадиса, говоря: тому, кто не знает, сколько совершил, и не знает, добавил он или убавил, нет ничего кроме двух поклонов сидя.
Передаётся от аш-Шааби, аль-Аузаи и многочисленной группы предшественников, что тот, кто не знает, сколько совершил, повторяет молитву заново, пока не убедится точно. Большинство же учёных склонилось к тому, что хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) следует относить к более подробному хадису Абу Саида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), который приведён далее, и сводить к нему, тем более что Абу Дауд добавил в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) по достоверному пути: «сидя, до того как произнесёт таслим», так что он становится равнозначным хадису Абу Саида (да будет доволен им Аллах) — он и есть тот самый хадис. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах); полное рассмотрение вопроса последует вскоре, а Аллах Всевышний лучше знает правильное, к Нему возврат и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) этот — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом), и его источник уже был приведён; остальные вопросы, связанные с ним, — в «Книге молитвы» под номером [8/865] (389), обратитесь туда, чтобы извлечь пользу, и у Аллаха Всевышнего просим успеха.
(Второй вопрос): о разногласии учёных относительно того, что подразумевается словами Пророка ﷺ: «Если кто-либо из вас обнаружит это, пусть совершит два земных поклона, сидя»:
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: учёные разошлись во мнениях относительно того, что этим подразумевается. Аль-Хасан аль-Басри и группа из числа предшественников придерживались буквального смысла хадиса и сказали: если молящийся усомнился и не знает, добавил он или убавил, то на нём лишь два поклона сидя — действуя согласно буквальному смыслу этого хадиса.
Аш-Шааби, аль-Аузаи и многочисленная группа предшественников сказали: если он не знает, сколько совершил, он обязан повторять молитву снова и снова, пока не убедится точно.
И некоторые из них сказали: он повторяет три раза, а если усомнился в четвёртом, то повторения на нём не лежит. А Малик, аш-Шафии, Ахмад и большинство учёных (да будет доволен ими Аллах) сказали: если человек усомнился в своей молитве, совершил ли он, например, три или четыре [рак‘ата], то ему следует опираться на достоверно известное, а значит он обязан совершить четвёртый [рак‘ат] и совершить земной поклон по забывчивости — руководствуясь хадисом Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах), а именно его словами -ﷺ-: «Если кто-либо из вас усомнится в своей молитве и не будет знать, сколько он совершил — три или четыре, то пусть отбросит сомнение и опирается на то, в чём он уверен, а затем совершит два земных поклона, прежде чем произнесёт таслим. И если окажется, что он совершил пять, то они [эти два поклона] сделают его молитву чётной, а если окажется, что он совершил ровно четыре, то они будут унижением для шайтана».
Они сказали: этот хадис прямо указывает на обязательность опоры на достоверно известное, и он разъясняет хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), поэтому хадис Абу Хурайры следует толковать в его свете. Это является предопределённым [толкованием], и обращение к нему обязательно, тем более что хадис Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах) согласуется с общими правилами шариата в отношении сомнения о наступлении осквернения, о наследовании от пропавшего без вести и в других подобных случаях. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1), и это — драгоценное исследование.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: суть сказанного по этому вопросу такова, что в этом хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) не содержится больше того, что Посланник Аллаха -ﷺ- велел совершать два земных поклона при забывчивости в молитве, но в нём нет разъяснения того, что должен делать тот, с кем это случилось. А другие хадисы содержат добавление, разъясняющее то, что является обязательным для него в этом случае помимо самого поклона,
и обращение к ним обязательно (1).
Итог таков, что этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) неполон по смыслу (муджмаль), и его следует толковать в свете других хадисов, разъясняющих то, что подразумевается в нём, так что смысл будет таким: пусть совершит два земных поклона после опоры на преобладающее предположение, если у него есть преобладающее предположение и склонность сердца к одной из двух сторон, либо опоры на достоверно известное, если этого у него нет, — как это является предпочтительным мазхабом, разъяснение чего последует далее, если пожелает Всевышний Аллах. А Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Третий вопрос): о разногласии учёных относительно правового статуса земного поклона по забывчивости:
(Знай), что они разошлись во мнениях относительно него — является ли он непременно обязательным или же он — сунна?
Мазхаб аш-Шафии (да помилует его Аллах) и всех его последователей таков, что это — сунна, и шейх Абу Хамид передал это от большинства учёных.
А кади Абд аль-Ваххаб аль-Малики сказал: то, что вытекает из нашего мазхаба, — что это обязательно при забывчивости, [приводящей] к недостатку.
А аль-Куртуби сказал: некоторые из наших [маликитских] последователей говорили: земной поклон по забывчивости желателен (мандуб), а некоторые из наших последователей говорили: поклон при недостатке обязателен, а при избытке — достоинство (фадыля), затем они разошлись — относится ли это к любому недостатку, или обязательность относится только к тому, что было упущено в виде действия, а не слова? Есть два риваята.
А достоверное мнение мазхаба ханафитов таково, что земной поклон по забывчивости также обязателен, — так сказано в «аль-Хидайе», и так же передал шейх Абу Хамид аль-Исфараини и другие от них, что это обязательно, и оставление его — грех, но это не является условием действительности молитвы, и это — выбор аль-Карахи из них, а некоторые из их последователей говорили, что это сунна, как в мазхабе аш-Шафии.
А что касается мазхаба Ахмада (да помилует его Аллах), то действия молитвы у них разделены на три вида:
[Первый]: столпы (аркан), нарушение которых умышленно делает молитву недействительной, и их восполнение обязательно, если они были оставлены по забывчивости, — как такбир вступления в молитву, чтение суры «Открывающая», поясной и земной поклоны и подобное этому.
[Второй]: обязательные действия (ваджибат), оставление любого из которых умышленно делает молитву недействительной, а оставление их по забывчивости не делает её недействительной, и они не восполняются, но за них совершается поклон по забывчивости, — как такбиры при переходах, первое ат-тахийят, сидение для него, произнесение славословия в поясном и земном поклонах и подобное этому.
[Третий]: словесные сунны (сунан кавлия), как открывающая молитва мольба (истифтах), обращение к Аллаху за защитой (та‘аввуз), произнесение «амин», чтение суры [после «Открывающей»], произнесение вслух, произнесение шёпотом и подобное этому. Предписывается ли для их восполнения земной поклон по забывчивости? В этом — два риваята, и земной поклон по забывчивости определённо не обязателен в этом последнем разделе. А что касается второго [раздела], то земной поклон по забывчивости для него определённо обязателен, и точно так же он обязателен, если человек по забывчивости совершил избыточное действие в молитве, умышленное совершение которого делает её недействительной, — как речь, произнесение таслима и тому подобное. Если же человек умышленно оставил поклон за обязательное действие, место которого — до таслима, то его молитва становится недействительной по их мнению, а если он оставил предписанное после таслима, то она не становится недействительной. А если он усомнился в оставлении обязательного действия, то обязателен ли для него поклон? На этот счёт — два мнения (ваджхан), а если он усомнился в избытке, то поклона он не совершает.
А сторонники аш-Шафии привели в качестве доказательства того, что земной поклон по забывчивости — сунна, а не обязателен, то, что передал Абу Дауд в своих «Сунан» через хадис Ибн Аджлана, от Зейда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара, от Абу Са‘ида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), который сказал: сказал Посланник Аллаха -ﷺ-: «Если кто-либо из вас усомнится в своей молитве, то пусть отбросит сомнение и опирается на достоверно известное. Если он окажется уверен в полноте [молитвы], то совершит два земных поклона. И если его молитва оказалась полной, то этот [дополнительный] рак‘ат становится добровольным (нафиля), как и два поклона, а если она оказалась неполной, то этот рак‘ат становится восполнением его молитвы, а два поклона — унижением для шайтана».
Они сказали: этот хадис указывает на то, что эти два поклона — добровольное действие (нафиля), и хадис хороший (хасан), поскольку от Ибн Аджлана передавали Малик и Шу‘ба, и большинство [учёных] признали его надёжным (сика), и Муслим приводил от него в нескольких местах своей книги.
Аль-Алаи (да помилует его Аллах) сказал: но против этого возражают тем, что этот хадис передала группа [учёных] от Зейда ибн Асляма, не упомянув это добавление, а Ибн Аджлан вызывает критику в отношении его памяти, и аль-Бухари включил его в «Книгу слабых передатчиков» (Китаб аз-Дуафа). Так что, если предположить принятие его [хадиса], то, когда он противоречит тому, кто надёжнее его, точнее в памяти и многочисленнее по числу [передатчиков], в его принятии есть сомнение.
А что касается тех, кто утверждает обязательность земного поклона по забывчивости, то у них есть три подхода:
[Первый]: повеление к этому в его словах -ﷺ-: «затем пусть совершит два земных поклона», и это достоверно установлено в хадисе Ибн Мас‘уда, Абу Са‘ида аль-Худри и других (да будет доволен ими Аллах).
[Второй]: опора на его -ﷺ- действие и его совершение поклона, как это установлено в хадисах Зу-ль-Йадайн и хадисе Ибн Бухайны.
Аль-Алаи (да помилует его Аллах) сказал: и это либо на основании мнения, что его -ﷺ- действие указывает на обязательность в том, в чём проявляется намерение приближения [к Аллаху] (курба), либо на основании мнения, что его -ﷺ- действие произошло здесь как разъяснение обязательных действий молитвы, поскольку они неполны по смыслу (муджмаля) в том, что связано с забывчивостью в них тоже, и это не разъясняется иначе как его -ﷺ- действием, а разъяснение обязательного обязательно, и это ясно в том случае, если [действие произошло] до таслима.
А что касается того случая, когда это было после таслима, то это на основании мнения тех, кто говорит, что этим таслимом достигается освобождение от молитвы (тахаллюль), — как ханафиты и некоторые из маликитов.
Либо же на пути объединения [доводов], присоединяя к его -ﷺ- совершению поклона его слова: «Молитесь так, как вы видели меня молящимся», и это подобно предыдущему в том, что было им совершено до или после таслима.
[Третий подход]: рассмотрение земного поклона по забывчивости с точки зрения того, что его вызывает, и что им восполняется (яджбур бихи).
И хафиз аль-Алаи обсудил эти подходы, посмотри его слова в «Назм аль-фараид», с. 364–365.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: по моему мнению, мнение тех, кто утверждает обязательность, является предпочтительным (раджих), поскольку оно пришло в форме повеления, вместе с его -ﷺ- постоянством в совершении этого, как разъяснялось ранее, а повеление указывает на обязательность, если не найдено то, что отклоняет его [от этого смысла], а здесь они не упомянули такого отклоняющего [обстоятельства]. И Всевышний Аллах знает лучше.
Затем я увидел, что шейх-уль-ислам (да помилует его Аллах) поддержал то, что я предпочёл, — что земной поклон по забывчивости обязателен, и вот его текст:
Он (да помилует его Аллах) сказал: а что касается его обязательности, то Пророк -ﷺ- велел это в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) при простом сомнении, сказав: «Если кто-либо из вас встанет молиться, к нему приходит шайтан и вносит путаницу в его молитву, так что он не знает, сколько он совершил. Если кто-либо из вас обнаружит это, то пусть совершит два земных поклона, сидя», — согласились [на передаче аль-Бухари и Муслим]. И он велел это в случае, когда человек отбрасывает сомнение, сказав в хадисе Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах): «пусть отбросит сомнение и опирается на достоверно известное, а затем совершит два земных поклона прежде, чем произнесёт таслим; и если он совершил пять, то они сделают его молитву чётной, а если он совершил ровно четыре, то они будут унижением для шайтана», — передал Муслим.
И точно так же в хадисе Абд ар-Рахмана (да будет доволен им Аллах): «затем пусть совершит два земных поклона, сидя, прежде чем произнесёт таслим, а затем произносит таслим», и он велел это в хадисе Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), хадисе о старании определить истину (тахарри), сказав: «пусть постарается определить правильное, и завершит на этом, а затем совершит два земных поклона», — согласились [аль-Бухари и Муслим]. А в другой версии: «эти два поклона — для того, кто не знает, добавил ли он в своей молитве или убавил, так пусть постарается определить......правильное, и завершает на этом молитву, а затем совершает два поклона (земных)», а в другом хадисе, приведенном согласованно (аль-Бухари и Муслим) от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах): «Мы сказали: о Посланник Аллаха, произошло ли что-то новое в молитве? Он сказал: нет. Мы рассказали ему о том, что он сделал, и он сказал: если кто-то прибавит или убавит, пусть совершит два поклона, — сказал (передатчик): затем он совершил два поклона». Итак, он ﷺ повелел совершать два поклона в случае прибавления или убавления, и он имел в виду: если прибавит то, что было запрещено, или убавит то, что было предписано.
В этом — установление обязательности поклона за всё, что оставлено из предписанного, если оставлено по забывчивости, при том что оставление этого по забывчивости не влечёт обязательного повторения самого действия, а также если по забывчивости прибавлено то, что было запрещено. Согласно этому, всё предписанное в молитве, если оставлено по забывчивости, — молящийся либо повторяет это, когда вспомнит, либо совершает поклон за забывчивость; необходимо одно из двух.
Саму молитву, если человек забыл её (совершить), он совершает, когда вспомнит, — нет для неё иного искупления, кроме этого. Точно так же, если он забыл про её (полноту) очищения, как было велено тому, кто оставил непокрытое водой пятнышко на стопе, — повторить омовение и молитву. Точно так же, если он забыл рака‘ат, как в хадисе Зу-ль-Йадайн, — необходимо совершить то, что было забыто, либо присоединив это к тому, что он уже совершил, либо начав молитву заново.
Итак, вот пять достоверных хадисов, и во всех них повелевается забывшему совершить два поклона за забывчивость. И он ﷺ, когда забыл о первом ташаххуде, совершил их с мусульманами перед приветствием; а когда произнёс приветствие в молитве после двух или трёх рака‘атов, он совершил то, что оставалось, и совершил их с мусульманами после молитвы; а когда ему напомнили, что он совершил пять (рака‘атов), он совершил их после приветствия и разговора.
Это указывает на его ﷺ постоянство в совершении их и на утверждение их обязательности, и на то, что он никогда не оставлял их при забывчивости, требующей их совершения. Это ясные и очевидные доказательства их обязательности, и таково мнение большинства учёных, и это мазхаб Малика, Ахмада и Абу Ханифы; и у тех, кто не считает их обязательными, нет доказательства, близкого к этому. Конец слов шейх-уль-ислама (да помилует его Аллах), и это весьма ценное исследование, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос четвёртый): сказал Абу Абдуллах аль-Мазири (да помилует его Аллах): хадисы главы — пять:
1 — хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) о том, кто засомневался и не знал, сколько он совершил (рака‘атов), и в нём — что он совершает два поклона, но не упомянуто их место.
2 — хадис Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах) о том, кто засомневался, и в нём — что он совершает два поклона до того, как произнесёт приветствие.
3 — хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), и в нём — встал на пятый (рака‘ат), и совершил поклон после приветствия.
4 — хадис Зу-ль-Йадайн, и в нём — приветствие после двух (рака‘атов), ходьба и разговор, и что он совершил поклон после приветствия.
5 — хадис Ибн Бухайны (да будет доволен им Аллах), и в нём — встал после двух (рака‘атов), и поклон до приветствия.
Учёные разошлись во мнениях о том, как следует поступать с этими хадисами. Давуд (да помилует его Аллах) сказал: нельзя проводить аналогию (кыяс) на их основе, а следует применять их в тех же ситуациях, в которых они пришли. Ахмад (да помилует его Аллах) согласился с мнением Давуда именно в отношении этих молитв, но разошёлся с ним в остальном, сказав: во всём прочем совершается поклон до приветствия за всякую забывчивость.
Что же касается тех, кто применял аналогию, то они разошлись во мнениях: одни сказали, что человек вправе выбирать при всякой забывчивости — если пожелает, совершит поклон после приветствия, а если пожелает — до него, будь то прибавление или убавление.
Абу Ханифа (да помилует его Аллах) сказал: основа — поклон после приветствия, и он истолковал некоторые хадисы в соответствии с этим.
Аш-Шафи‘и (да помилует его Аллах) сказал: основа — поклон до приветствия, и он свёл остальные хадисы к этому.
Малик (да помилует его Аллах) сказал: если забывчивость — это прибавление, поклон совершается после приветствия, а если убавление — то до него.
Что касается аш-Шафи‘и, то он сказал о хадисе Абу Са‘ида: «а если это был пятый (рака‘ат), он делает его четным (присоединяет к нему шестой)», и указал определённо на поклон до приветствия, при допущении прибавления; а допущенное подобно существующему. Хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) о встании на пятый рака‘ат и о поклоне после приветствия он истолковывает тем, что пророк ﷺ узнал о забывчивости только после приветствия, а если бы узнал о ней до него, то совершил бы поклон до него. Хадис Зу-ль-Йадайн он истолковывает тем, что это была молитва, в которой произошла забывчивость, и он забыл о поклоне до приветствия, но восполнил его после. Конец.
Ан-Навави (да помилует его Аллах), передав эти слова аль-Мазири, сказал: это хорошее, ценное рассуждение, и самый сильный из мазхабов здесь — мазхаб Малика (да помилует его Аллах), затем мазхаб аш-Шафи‘и. У аш-Шафи‘и (да помилует его Аллах) есть также мнение, подобное мазхабу Малика: поступать по выбору. А согласно мазхабу Малика: если в одной молитве сойдутся два вида забывчивости — прибавление и убавление, — поклон совершается до приветствия. Кади Ийяд (да помилует его Аллах) и группа наших (шафиитских) товарищей сказали: между этими расходящимися во мнениях и прочими учёными нет разногласия в том, что если человек совершит поклон до приветствия или после него за прибавление или убавление, — этого ему достаточно, и его молитва не портится; расхождение же их только в том, что предпочтительнее. А Аллах знает лучше.
Большинство сказало: если человек допустил забывчивость два раза и более, ему достаточно двух поклонов за всё это. Так сказал аш-Шафи‘и, Малик, Абу Ханифа и Ахмад (да будет милостив к ним Аллах Всевышний), а также большинство последователей (табиинов). От Ибн Абу Ляйлы передано: за каждую забывчивость — два поклона, и в этом (мнении) есть слабый хадис. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах).
А в «Фатхе» (сказано) в сущности следующее: Малик, аль-Музани и Абу Саур из числа шафиитов пошли по пути различения между тем, была ли забывчивость убавлением или прибавлением: в первом случае поклон совершается до приветствия, а во втором — после. Он сказал: и Ибн Абд аль-Барр утверждал, что это предпочтительнее прочих мнений, ради согласования двух хадисов; сказал: и это соответствует логическому рассуждению, потому что в убавлении есть восполнение (джабр), и потому оно должно относиться к самой основе молитвы, а в прибавлении — унижение шайтана, и потому оно вне её.
Ибн Дакык аль-Ыйд сказал: нет сомнения, что согласование предпочтительнее, чем предпочтение одного хадиса другому и утверждение об отмене (насх), и упомянутое согласование усиливается упомянутой соответствующей причиной (мунасаба); а когда соответствующая причина очевидна и решение согласуется с ней, она становится (полноценной) причиной (иллей), и тогда решение распространяется на все её случаи, и не может быть ограничено, кроме как прямым текстом.
На это возразили, что утверждение, будто поклон в случае прибавления есть только унижение шайтана, недопустимо; напротив, он также есть восполнение того нарушения, что произошло, ибо, хотя это и прибавление, по смыслу это — недостаток. А пророк ﷺ назвал поклон за забывчивость «унижением шайтана» лишь в случае сомнения, как в хадисе Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах) у Муслима.
Аль-Хаттаби сказал: тот, кто различал между прибавлением и убавлением, не пришёл к правильному различию, — а к тому же в истории Зу-ль-Йадайн поклон совершался после приветствия, а это было (искупление) убавления.
Что же касается слов ан-Навави: самый сильный из мазхабов здесь — мнение Малика, затем Ахмада, — то другие сказали: напротив, путь Ахмада сильнее, ибо он сказал: каждый хадис применяется в том, о чём он говорит, а там, где ничего не пришло, — поклон совершается до приветствия. Он сказал: и если бы не то, что передано от пророка ﷺ в этом, я бы считал всё это (совершаемым) до приветствия, ибо это относится к самой сути молитвы, и потому совершается до приветствия.
Исхак сказал подобное, только он сказал: там, где ничего не пришло, следует различать между прибавлением и убавлением, — так он уточнил свой мазхаб из двух мнений Ахмада и Малика, и это наиболее взвешенный из мазхабов, как представляется.
Что касается Давуда, то он придерживался буквального (захиритского) подхода и сказал: поклон за забывчивость не предписан, кроме как в тех случаях, в которых пророк ﷺ совершал его, — и только. У аш-Шафи‘и же весь поклон за забывчивость совершается до приветствия, а у ханафитов — весь после приветствия.
Ханафиты опирались на хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах).
На это возразили, что он не узнал о прибавлении рака‘ата, кроме как после приветствия, когда его спросили: было ли прибавлено в молитве? И учёные согласны в этом случае, что поклон за забывчивость совершается после приветствия, поскольку до него это было невозможно из-за отсутствия знания о забывчивости; сподвижники же (да будет доволен ими Аллах) последовали за ним (в продолжении молитвы), допуская прибавление в молитве, поскольку тогда было время, когда ожидалась отмена (некоторых предписаний).
Некоторые ответили тем, что содержится в хадисе Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) из добавления, а именно: «если кто-то из вас засомневается в своей молитве, пусть постарается найти верное, пусть завершит на этом молитву, затем пусть произнесёт приветствие, затем совершит два поклона».
На это ответили, что это противоречит хадису Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах) у Муслима, текст которого: «если кто-то из вас засомневается в своей молитве и не будет знать, сколько он совершил, пусть отбросит сомнение и построит на том, в чём уверен, затем совершит два поклона перед тем, как произнести приветствие», — и этим держались шафииты.
Некоторые объединили оба (хадиса), отнеся два случая к двум разным ситуациям. Аль-Байхаки отдал предпочтение пути выбора (тахйир) в поклоне за забывчивость — до приветствия или после него.
Аль-Маварди и другие передали единодушное согласие (иджма‘) на допустимость (обоих вариантов), а разногласие лишь в том, что предпочтительнее; так же однозначно передал ан-Навави.
На это возразили, что имам аль-Харамайн передал в «Нихайе» разногласие в достаточности (иджза’) от......школе, и посчитал слабым мнение о допустимости [обратного]. Также аль-Куртуби передал разногласие в их школе, и это противоречит тому, что сказал Ибн Абд аль-Барр: нет разногласия в передаче от Малика, что если он совершит все земные поклоны за упущение до приветствия или после него, то на нём ничего не будет. Это можно совместить тем, что разногласие было среди его последователей.
Разногласие есть и у ханафитов. Аль-Кудури сказал: если он совершил земной поклон за упущение до приветствия, то передано от некоторых наших сторонников, что это не допускается, поскольку это исполнение до его времени. А автор «аль-Хидая» прямо указал, что разногласие у них касается предпочтительности.
Ибн Кудама в «аль-Мукни‘» сказал: кто оставил земной поклон за упущение, который совершается до приветствия, — его молитва становится недействительной, если он сделал это намеренно, а иначе он восполняет его, если промежуток не затянулся.
Можно сказать, что единогласие, которое передал аль-Маварди и другие, предшествовало этим мнениям в упомянутых школах.
Ибн Хузайма сказал: у иракцев нет доказательства в хадисе Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), поскольку они противоречили ему, сказав: если молящийся сидел в четвёртом ракяте столько, сколько занимает ташаххуд, он присоединяет к пятому шестой ракят, затем произносит приветствие и совершает земной поклон за упущение, а если он не сидел в четвёртом ракяте, его молитва не действительна. В хадисе же Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) не передано ни присоединения шестого ракята, ни повторения молитвы, а у них непременно должно быть одно из двух. Он сказал: учёному запрещено противоречить сунне после того, как он узнал о ней. Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: из изложенного выше обзора мнений учёных по вопросу о том, совершается ли земной поклон за упущение до приветствия или после него, и приведения их доводов стало ясно, что наиболее предпочтительным является мнение о предоставлении выбора между земным поклоном до приветствия или после него в том, о чём нет прямого указания.
Итог таков: то, о чём есть прямое указание, что Пророк ﷺ совершал земной поклон до приветствия, — совершается до приветствия; то, о чём передано, что он совершал его после приветствия, — совершается после приветствия, в соответствии с текстом; а то, о чём нет прямого указания, — совершающий ошибку имеет выбор: если хочет, совершает земной поклон до приветствия, а если хочет — после него.
Аш-Шаукани, да помилует его Аллах, сказал: наилучшее, что можно сказать в этом вопросе, — это что следует поступать в соответствии с тем, на что указывают слова и действия Пророка ﷺ относительно земного поклона до приветствия и после него. То, что из причин земного поклона было ограничено условием «до приветствия», за то совершается земной поклон до него, а то, что было ограничено условием «после приветствия», за то совершается земной поклон после него, а то, что не было ограничено ни тем, ни другим, — в этом есть выбор между земным поклоном до приветствия и после него, без различия между прибавлением и убавлением, — на основании того, что вывел Муслим в своём «Сахихе» от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ сказал: «Если человек прибавил или убавил, пусть совершит два земных поклона». А все причины земного поклона не бывают иначе, как прибавлением, или убавлением, или их совокупностью. Конец его слов, да помилует его Аллах, и это очень ценное исследование, а Аллах Всевышний лучше знает истину.
Затем, после того как я написал вышеизложенное, я увидел, что шейх ислама Ибн Таймийя, да помилует его Аллах, отдал предпочтение тому же, что предпочёл я. Мне захотелось привести это здесь для дополнения пользы. Он, да помилует его Аллах, сказал после изложения школ и их доводов:
И тогда наиболее очевидным из мнений является различение между прибавлением и убавлением, а также между сомнением с исследованием [более вероятного] и сомнением с опорой на достоверное. Это одна из версий, переданных от Ахмада, а мнение Малика близко к этому, но не тождественно ему, ибо в этом [различении], при использовании всех текстов, есть разумное различие. А именно: если это связано с убавлением, как оставление первого ташаххуда, молитва нуждается в восполнении, и её восполнение бывает до приветствия, чтобы молитва завершилась им, ведь приветствие — это выход из молитвы. А если это связано с прибавлением, как лишний ракят, то не соединяются в молитве два прибавления, а земной поклон совершается после приветствия, поскольку это — унижение шайтана наподобие отдельной молитвы, которой восполняется недостаток его молитвы, ведь Пророк ﷺ сделал два земных поклона равными по значению ракяту.
Также, если он усомнился и произвёл исследование [более вероятного], то он завершил свою молитву, и два земных поклона — только для унижения шайтана, поэтому они совершаются после приветствия. А Малик не признаёт исследования [более вероятного] и не признаёт земного поклона после него в этом случае.
Также, если он произнёс приветствие, а у него ещё осталась часть молитвы, затем он её завершил, — он завершил её, а приветствие в ней — прибавление, и земной поклон в этом случае — после приветствия, ибо это унижение шайтана.
А что касается случая, когда он усомнился, и ему не стало ясно более вероятное, — здесь либо он молился четыре ракята, либо пять. Если он молился пять, то два земных поклона делают его молитву чётной, чтобы было как будто он молился шесть, а не пять, а это бывает только до приветствия. А Малик здесь говорит: земной поклон совершается после приветствия.
Итак, это мнение, которое мы поддержали, — то, в котором применяются все хадисы, ни один хадис из них не отвергается, вместе с применением правильной аналогии там, где нет прямого текста, и присоединением того, о чём нет текста, к тому, на что оно похоже из того, о чём есть текст.
И то, что разъясняет это, — что если вместе с приветствием была ошибка, земной поклон совершается после приветствия. Тогда говорится: если прибавлено что-то иное, чем приветствие, из рода молитвы, — как лишний ракят по ошибке, или лишний поклон, или лишнее падение ниц по ошибке, — это прибавление, которое, если бы было сделано намеренно, сделало бы молитву недействительной, подобно приветствию. Поэтому присоединение его к приветствию более уместно, чем присоединение его к случаю оставления первого ташаххуда или сомнения с опорой на достоверное.
А слова того, кто говорит: земной поклон относится к делам молитвы, поэтому он восполняется до приветствия, — ему отвечают: если бы это было верно, то весь он непременно должен был бы совершаться до приветствия. А поскольку установлено, что часть его — после приветствия, стало известно, что он не относится к тому роду дел молитвы, который восполняется до приветствия. Этому противостоит слово того, кто говорит: земной поклон не относится к тому, что обязывает запрещение [начала] молитвы, ведь это запрещение обязывает [лишь] правильную молитву, а эти утверждения — притязания, на которые не приводится ночью никаких доказательств. Наоборот, говорится: запрещение [начала молитвы] обязывает земной поклон, которым восполняется молитва.
И говорится: часть земного поклона — то, восполнение чего для молитвы происходит, если он после приветствия, чтобы не соединились в ней два прибавления, и потому что он, вместе с завершением молитвы, является унижением шайтана и противодействием ему противоположностью его намерения. Ведь он [шайтан] намеревался уменьшить молитву раба тем, что внёс в неё из прибавления, и раб был велен унизить его, совершив два дополнительных земных поклона после приветствия, чтобы это было прибавлением в поклонении Аллаху, и земным поклоном ради Аллаха, и приближением к Аллаху, которое шайтан хотел уменьшить у раба, — ведь шайтан хотел уменьшить его благие дела, поэтому Аллах велел ему завершить свою молитву и унизить шайтана. И Аллах простил человеку то, что он прибавил в молитве по забвению, — из приветствия, лишнего ракята и прочего, — так что он не грешит этим, но его приближение [к Аллаху] может оказаться неполным из-за его недостатка в том, что он забыл, поэтому Аллах велел ему довершить это двумя земными поклонами, дополнительными к молитве. И Аллах знает лучше. Конец слов шейха ислама, да помилует его Аллах, и это очень ценное исследование, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Пятый вопрос): о разногласии людей знания относительно восполнения земного поклона за упущение:
Ибн Абу Шейба передал от Саламы ибн Нубайта, что он сказал: я сказал ад-Даххаку ибн Музахиму: я допустил ошибку и не совершил земной поклон [за упущение]. Он сказал: вот здесь и соверши. От Ваддаха [передано], что он сказал: я спросил Катаду, и он сказал: он повторяет два земных поклона за упущение. От аль-Хасана и Ибн Сирина [передано], что они оба сказали: если он отвернул лицо от киблы, он не совершает два земных поклона за упущение. От Ибрахима ан-Наха‘и [передано], что он сказал: они [поклоны] остаются обязанными ему, пока он не выйдет [из мечети] или не заговорит. От Хаммада ибн Абу Сулеймана [передано] о человеке, который забыл два земных поклона за упущение, пока не вышел из мечети: он сказал: он не повторяет [молитву]. А Ибн Шубрума сказал: он повторяет молитву. От аль-Хакама [передано], что с ним случилось такое, и он повторил молитву.
Абд ар-Раззак передал от аль-Хасана о человеке, который забыл два земных поклона за упущение: он сказал: если он не вспомнил о них, пока не покинул [молитвенное место], он не совершает их, а его молитва уже прошла в состоянии правильности; а если он вспомнил о них, находясь сидя, — он совершает их без того, чтобы встать.
От Ибн Джурайджа [передано], что он сказал: я сказал Атаа: я забыл два земных поклона за упущение и заговорил или беседовал, но не встал? Он сказал: соверши их. Я сказал: а если я встал, когда закончил, и не говорил, затем вспомнил? Он сказал: сядь и соверши их.
От Алкамы [передано], что он совершил молитву, ошибся, затем отвернулся от киблы, и сказал ему человек: ты не совершил два земных поклона за упущение. Он сказал: правда? Тот сказал: да. И он повернулся к кибле и совершил их.
А что касается четырёх имамов, то в их школах есть подробности, которые аль-Алаи, да помилует его Аллах, полностью изложил в упомянутой своей книге, с. 367–370.
Сказал составитель (собиратель) — да простит его Аллах Всевышний: то, что представляется мне более предпочтительным, — это что молящийся восполняет упущенное земными поклонами при забывчивости (суджуд ас-сахв), даже если он отвернулся от киблы, или заговорил, или вышел из мечети, будучи забывшим; ибо достоверно установлено от Пророка ﷺ, что он совершил земные поклоны при забывчивости после того, как отвернулся от киблы, заговорил и вошёл в свою комнату, как это будет разъяснено в хадисах, которые приведены далее. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Шестой вопрос): о разногласии учёных относительно постановления о ташаххуде и приветствии (таслим) после двух земных поклонов при забывчивости:
(Знай), что они разошлись также во мнениях о земных поклонах при забывчивости — следует ли за ними ташаххуд и таслим, или нет, или же только одно из двух? И нуждается ли молящийся, если поклоны совершаются после приветствия, в такбире вступления в молитву (такбират аль-ихрам), или нет?
Ибн Абу Шейба передал от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), что он совершает ташаххуд при них и произносит таслим; и от Хаммада ибн Абу Сулеймана, и аль-Хакама — то же самое; и от Ибрахима ан-Наха‘и — также; и передал это Абд ар-Раззак от Катады.
А другие сказали: после них нет ни ташаххуда, ни таслима. Ибн Абу Шейба передал это от Анаса ибн Малика, аль-Хасана аль-Басри, аш-Ша‘би и Атаа ибн Абу Рабаха — хотя относительно последнего есть разногласие в передаче.
А другие сказали: после них произносится таслим, но не ташаххуд. Это передано от Са‘да ибн Абу Ваккаса, Аммара ибн Ясира, Абд ар-Рахмана ибн Абу Лейлы, а также от Ибрахима ан-Наха‘и и аль-Хасана аль-Басри. И передал это Ибн Абд аль-Барр от Ибн Сирина. Но Ибн Абу Шейба передал от Ибн Сирина, что он сказал: «Мне милее, чтобы при них совершался ташаххуд». И передал также Ибн Абд аль-Барр от Йазида ибн Кусайта, что он совершает ташаххуд после них, но не таслим; сказал он: и это также передаётся от аль-Хакама ибн Утайбы, Хаммада и ан-Наха‘и.
Таковы мнения предшествующих учёных.
Что же касается четырёх имамов, то кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: мазхаб Малика таков — если эти два поклона (то есть два поклона при забывчивости) совершаются после приветствия, то для них произносится ташаххуд, затем — таслим. Затем относительно него возникло разногласие: произносит ли имам их приветствие громко, как в остальных молитвах, или же тихо, без огласки? И возникло разногласие относительно него: есть ли для них такбир вступления или нет? И возникло разногласие относительно него: совершается ли для них ташаххуд, если они предшествуют приветствию, или нет?
Аль-Куртуби указал на предпочтительность мнения об обязательности такбира вступления, если поклоны совершаются после приветствия, но мнение Малика не разошлось относительно обязательности таслима: то, из чего выходят посредством таслима, непременно требует такбира, которым входят в состояние вступления, как и в остальных молитвах.
А мазхаб Абу Ханифы таков: после двух поклонов при забывчивости произносится ташаххуд, затем — таслим, и, по их мнению, нет нужды в такбире вступления, поскольку тем таслимом, что был произнесён до земных поклонов при забывчивости, молящийся вообще не вышел из молитвы.
Это мнение Мухаммада ибн аль-Хасана, который дошёл до того, что сказал: дозволено следующему за имамом (муктади) начать следовать за ним изначально после того, как тот произнёс таслим, и он будет подобен опоздавшему (масбук).
А Абу Ханифа и Абу Юсуф сказали: если он совершил земные поклоны при забывчивости после того, как произнёс таслим, он не вышел этим таслимом из молитвы, и дозволено следовать за ним; а если он отказался от совершения поклонов, то этим таслимом он вышел из молитвы, и не дозволяется привязывать к нему следование в молитве (кудва).
Польза разногласия между ними проявляется в вопросе о нарушении омовения смехом с голосом (кахкаха) согласно их основе. И они согласились в том, что если он произнёс таслим, желая тем прервать молитву, то это намерение недействительно, и он совершает те земные поклоны при забывчивости, что на нём лежат, поскольку его намерение представляет собой изменение установленного шариатом порядка.
А Ахмад (да помилует его Аллах) сказал: когда он совершает поклоны до приветствия, ему не нужен ташаххуд, и его таслим после поклонов — это то, чем он выходит из молитвы; таслим не связан с земными поклонами при забывчивости. А если же он совершает поклоны после приветствия, то он произносит ташаххуд после них, затем — таслим; и он не упомянул такбир вступления.
Что же касается мазхаба аш-Шафи‘и (да помилует его Аллах), то если он совершает поклоны до приветствия, то нет ни ташаххуда, ни таслима — определённо; а если он совершает их после приветствия, то в этом есть подробности у его последователей, которые изложил аль-‘Аляи (да помилует его Аллах), а я их оставил ради краткости (1).
И аль-‘Аляи (да помилует его Аллах) привёл их доводы после изложения их мнений, сказав:
Что касается такбира вступления, то о нём не упоминается прямо ни в одном хадисе, за исключением того, что Хаммад ибн Зейд передал от Хишама ибн Хассана, от Ибн Сирина, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) в хадисе о Зу-ль-Йадайне, что Пророк, когда завершил молитву и произнёс таслим по её окончании, произнёс такбир, затем ещё такбир, и совершил земные поклоны при забывчивости. Это извлёк Абу Дауд и сказал: эту (деталь) передал только Хишам ибн Хассан в передаче Хаммада ибн Зейда от него; а передали это Хаммад ибн Салама и Абу Бакр ибн Айяш от Хишама ибн Хассана, не упомянув этого выражения — то есть его слова «произнёс такбир, затем ещё такбир».
И так же передали это от Ибн Сирина многие — более десяти человек — без этого добавления.
Итог: это добавление является единичным (шазз), и хотя его передатчик надёжен, ему противоречит группа хафизов, более многочисленная, чем он, поэтому оно отвергается.
А то, на что опирался аль-Куртуби в вопросе обязательности такбира вступления, — это то, что повторяется в риваятах хадиса о Зу-ль-Йадайне в «Сахихе» из слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): «Он совершил молитву в два ракята, затем произнёс такбир, затем совершил земной поклон, затем произнёс такбир и поднялся, затем произнёс такбир и совершил земной поклон, затем произнёс такбир и поднялся».
Он сказал: он присоединил земной поклон к первому такбиру посредством «сумма» («затем»), которое подразумевает отсрочку; а если бы такбир был для поклона, то он бы сопровождал его одновременно, и передатчик привёл бы это через союз «ва» («и»), подразумевающий совместность, как он сделал в остальных переходах поклона.
Аль-‘Аляи сказал: этот довод не является явно веским, но он вероятен, или близок к явности.
А самое сильное, чем можно доказать это, — то, что достоверно установлено от Пророка ﷺ о произнесении таслима после земных поклонов при забывчивости, которые он совершил после приветствия, как это установлено в хадисе Имрана ибн Хусайна (да будет доволен им Аллах) у Муслима.
А правило требует, что таслимом выходят только из связывающего обязательства (акд), заключённого прежде него посредством вступительного такбира (тахрим). И если это присоединить к тому, что сказал аль-Куртуби, это даёт силу в вопросе такбира вступления.
Но это — если мы скажем, что это не относится к первой молитве. А если мы сделаем это возвращающимся к ней, как один из двух подходов последователей аш-Шафи‘и в случае, если он произнёс таслим, забыв о земных поклонах при забывчивости, и как мазхаб Абу Ханифы в том, что первым таслимом он не вышел из молитвы, поскольку на нём оставались земные поклоны при забывчивости, то здесь нет смысла в такбире вступления. Но мнение о том, что он не вышел из молитвы тем таслимом, который он произнёс намеренно, — далёкое мнение, не имеющее основания, ведь Пророк ﷺ сказал: «А завершение её — таслим», поэтому тому, кто утверждает, что он не выходит из молитвы, если намеренно произнёс таслим, нужен довод.
Что же касается ташаххуда, то Абу Дауд, ат-Тирмизи и Ибн Маджа все передали от Мухаммада ибн Йахьи аз-Зухли: рассказал нам Мухаммад ибн Абдуллах аль-Ансари, сообщил мне Аш‘ас, от Ибн Сирина, от Халида аль-Хаззы, от Абу Кыляба, от Абу аль-Мухалляба, от Имрана ибн Хусайна (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ совершил с ними молитву, и забыл, и совершил два земных поклона, затем произнёс ташаххуд, затем произнёс таслим. Ат-Тирмизи сказал: это хадис хороший, редкий (хасан гариб).
Аль-‘Аляи сказал: этот Аш‘ас — это Ибн Абд аль-Малик аль-Хумрани, его признали надёжным Йахья ибн Са‘ид аль-Каттан, ан-Насаи и другие; Абу Хатим ар-Рази сказал: в нём нет вреда; а Йахья ибн Ма‘ин сказал: Хафс ибн Гияс выехал в Аббадан, и там собрались вокруг него жители Басры и сказали: не рассказывай нам от Аш‘аса ибн Абд аль-Малика.
Ни аль-Бухари, ни Муслим не извлекли от него ничего в своих двух книгах, но аль-Бухари упомянул его в форме та‘лик (без полного иснада). А Ибн Ади упомянул его в своей книге «Аль-Камиль фи-д-ду‘афа», но не упомянул ничего, что указывало бы на его ослабление, кроме этого высказывания жителей Басры, а является ли это ослаблением само по себе — есть сомнение, если оно единично; так как же быть, когда есть признание его надёжным от Йахьи ибн Са‘ида аль-Каттана и других?
А то, на что опирался аль-Байхаки в отвержении этого хадиса, — это то, что его передал только этот Аш‘ас, а передали это Шу‘ба ибн аль-Хаджжадж, Вухайб ибн Халид, Исмаил ибн Улейя, Хаммад ибн Зейд, Хушайм ибн Башир, Йазид ибн Зурай‘ и Абд аль-Ваххаб ас-Сакафи — все они от Халида аль-Хаззы, из хадиса Имрана ибн Хусайна, полно и сокращённо, и никто из них не упомянул ташаххуд после двух поклонов при забывчивости. Поэтому это добавление является единичным (шазз), противоречащим надёжным, точным хафизам, а значит — отвергаемым. Это — если бы Аш‘ас был равен упомянутым, а как же быть, если он значительно уступает им в точности и памяти? К тому же он также подвергался порицанию (насмешкам за память), и одного этого достаточно для отвержения добавления о ташаххуде.
На это также указывает то, что достоверно передано по многим путям от Ибн Сирина в хадисе Зу-л-Йадайн, после того как он изложил хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): он сказал: «И мне сообщили от Имрана ибн Хусайна, что он сказал: «Затем он произнёс таслим»», не упомянув при таслиме ташаххуда, — а ведь он здесь является передатчиком этого хадиса. Если бы это было сохранено в его памяти, он упомянул бы это хотя бы один раз.
В «Сахихе» аль-Бухари от Хаммада ибн Зейда передано, что Салама ибн Алькама сказал: «Я спросил Мухаммада — то есть Ибн Сирина — о ташаххуде в двух поклонах забывчивости». Он ответил: «Этого нет в хадисе Абу Хурайры». А в риваяте аль-Исмаили сказано: «Я не запомнил в нём от Абу Хурайры ничего, но мне больше нравится, чтобы человек произносил ташаххуд».
В «Сунан» аль-Байхаки приводится хадис через Мухаммада ибн Имрана ибн Абу Лейлы: «Рассказал нам мой отец, рассказал нам Ибн Абу Лейла, рассказал мне аш-Шааби от аль-Мугиры ибн Шу'бы: что Пророк ﷺ произнёс ташаххуд после того, как поднял голову из двух поклонов забывчивости».
Аль-Байхаки сказал: «Этот хадис передал в одиночку Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Лейла от аш-Шааби, а тем, что передано лишь одним человеком, не следует радоваться (как надёжным основанием)».
Затем он передал хадис от Мухаммада ибн Саламы, от Хусайфа, от Абу Убайды, от Абдуллаха ибн Масуда (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если ты в молитве засомневался — три или четыре, и твоё преобладающее мнение склоняется к четырём, — произнеси ташаххуд, затем соверши два поклона сидя, прежде чем произнести таслим, затем произнеси ташаххуд снова, затем произнеси таслим».
Затем аль-Байхаки сказал: «Это не сильный хадис, и есть разногласие о том, возводится он к Пророку или является остановленным (на передатчике)».
Аль-Алаи сказал: «Хусайф аль-Джазари — как было упомянуто ранее — Ахмад ибн Ханбаль признал слабым, а однажды сказал: «Он не силён», а Абу Хатим сказал: «Говорилось о плохой его памяти»».
И ранее также было сказано, что Абу Убайда ибн Абдуллах ибн Масуд ничего не слышал от своего отца, поскольку был совсем маленьким при его жизни. Амр ибн Мурра сказал: «Я спросил Абу Убайду: «Помнишь ли ты что-нибудь от Абдуллаха?» Он ответил: «Нет»».
А что касается хадиса аль-Мугиры, то в нём есть Ибн Абу Лейла, как сказал аль-Байхаки, а он — судья и правовед Мухаммад ибн Абд ар-Рахман. Яхья ибн Саид признавал его слабым, а Ахмад ибн Ханбаль сказал о нём: «Плохая память, путаный хадис, но его правоведение нам милее его хадисов». Ибн Маин сказал: «Он не из таких (надёжных)». Ан-Насаи сказал: «Он не силён». Абу Хатим сказал: «У него была плохая память, он был занят судейством, и это ухудшило его память», но при этом сказал о нём: «Его положение — правдивость». Так же аль-Иджли сказал о нём: «Он был правдив, его хадис допустим для передачи». Многие его хвалили.
Аль-Алаи сказал: «Можно сказать, что эти три хадиса в своей совокупности поднимаются до степени хорошего (хасан) и на них можно опираться, и это не так уж далеко от истины. Но Ибн Абд аль-Барр сказал: «Что касается ташаххуда в двух поклонах забывчивости, то я не помню его достоверным путём от Пророка ﷺ». Так же ан-Навави сказал: «Относительно ташаххуда не установлен ни один хадис». И Аллах знает лучше». На этом закончились слова аль-Алаи, да помилует его Аллах Всевышний.
Составитель, да простит его Аллах, сказал: из вышеизложенного стало ясно, что добавление ташаххуда в хадисах о забывчивости не является достоверным, поскольку те, кто добавил его, противоречат группе хафизов, при том что и о них самих было сказано критическое. Я, было, отдавал предпочтение его достоверности в «Шарх ан-Насаи», но теперь мне представляется предпочтительным то, что сказали Ибн Абд аль-Барр и ан-Навави, с чем согласился аль-Алаи. Обрати на это внимание. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — нам достаточен, и прекрасен Он как Покровитель.
[1270] (…) — («Рассказали мне Амр ан-Накид и Зухайр ибн Харб, они сказали: рассказал нам Суфьян, — он Ибн Уяйна, — сказал: (х) и рассказал нам Кутайба ибн Саид и Мухаммад ибн Румх, от аль-Лейса ибн Саада, оба они от аз-Зухри, с этим иснадом, подобное этому»).
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Мухаммад ибн Румх) ибн аль-Мухаджир ат-Тадживи, вольноотпущенник их рода, египтянин, надёжный, твёрдый [10] (умер в 242 г.) (М, К), упомянут ранее в «Книге веры», 16/168.
2 — (аль-Лейс ибн Саад) аль-Фахми, вольноотпущенник их рода, Абу аль-Харис аль-Мисри, надёжный, твёрдый, правовед, выдающийся имам [7] (умер в 175 г.) (ع), упомянут ранее в «Разъяснении введения», ч. 2, с. 412.
Остальные упомянуты в предыдущей главе и до неё.
Его слово («с этим иснадом, подобное этому») — то есть с иснадом аз-Зухри, упомянутым ранее, подобно его хадису, а именно: от Абу Саламы ибн Абд ар-Рахмана, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах).
[Примечание]: что касается риваята Суфьяна ибн Уяйны, то его привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(7244) «Рассказал нам Суфьян, от аз-Зухри, от Абу Саламы, от Абу Хурайры, доводя это до Пророка ﷺ: «Приходит к одному из вас шайтан, когда он в своей молитве, и путает его, так что он не знает, сколько он совершил. Кто обнаружит в себе нечто подобное, пусть совершит два поклона, сидя»». На этом конец.
А что касается риваята аль-Лейса, то его привёл ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) в своём «Джами'», сказав:
(363) «Рассказал нам Кутайба, рассказал нам аль-Лейс, от Ибн Шихаба, от Абу Саламы, от Абу Хурайры, сказавшего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, шайтан приходит к одному из вас в его молитве и путает его, так что он не знает, сколько он совершил. Если кто-либо из вас обнаружит это, пусть совершит два поклона, сидя»». Абу Иса (ат-Тирмизи) сказал: «Это хадис хороший, достоверный»». На этом конец. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — нам достаточен, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывной цепочке до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1271] (…) — («Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, рассказал нам Муаз ибн Хишам, рассказал мне мой отец, от Яхьи ибн Абу Касира, рассказал нам Абу Салама ибн Абд ар-Рахман, что Абу Хурайра рассказал им, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Когда призывают на азан, шайтан отступает, издавая звук испускания газов, чтобы не слышать азан. Когда азан заканчивается, он возвращается. Когда произносят тасвиб, он отступает. Когда тасвиб заканчивается, он возвращается, шныряя между человеком и его душой, говоря: «Вспомни то, вспомни это», о том, что тот и не думал вспоминать, так что человек доходит до того, что не знает, сколько он совершил в молитве. Если кто-то из вас не будет знать, сколько он совершил, пусть совершит два поклона, сидя»»).
(2) В одной из версий: «рассказал нам».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — (Мухаммад ибн аль-Мусанна) упомянут перед предыдущей главой.
2 — (Муаз ибн Хишам) ад-Дастувани аль-Басри, поселился в Йемене, правдив, но иногда допускал ошибки [9] (умер в 200 г.) (ع), упомянут ранее в «Книге веры», 12/156.
3 — (его отец) Хишам ибн Абу Абдуллах Санбар ад-Дастувани, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый, обвинялся в кадаритстве, из числа старших [7] (умер в 154 г.) (ع), упомянут ранее в «Книге веры», 12/156.
4 — (Яхья ибн Абу Касир) ат-Таи, вольноотпущенник их рода, Абу Наср аль-Басри, затем аль-Ямами, надёжный, твёрдый, практиковал тадлис и ирсал [5] (умер в 132 г.) (ع), упомянут ранее в «Разъяснении введения», ч. 2, с. 424.
Оставшиеся двое упомянуты перед предыдущим хадисом.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): что этот хадис относится у составителя к шестизвенным (судасият), и в нём есть тахдис и ан'ана.
2 — (из них): что все его передатчики — передатчики всей группы (аль-джама'а).
3 — (из них): что его шейх — один из девяти, от которых передавали авторы шести сборников без посредника, а упоминание их уже приводилось не раз.
4 — (из них): что он непрерывно связан с басрийцами до Яхьи, а оставшиеся двое — мединцы.
5 — (из них): что в нём есть риваят табии от табии: Яхья — от Абу Саламы.
6 — (из них): что Абу Салама — из числа тех, кто стал известен по своей кунье, и наиболее верно, что это его имя, но говорят также, что его звали Абдуллах, а также говорят — Исмаил. Он — один из семи правоведов, по некоторым мнениям.
Толкование хадиса:
(От Йахьи ибн Абу Касира) ат-Таи, который сказал: «(Рассказал нам Абу Салама ибн Абд ар-Рахман) ибн Ауф, что Абу Хурайра рассказал им» — то есть рассказал Абу Саламе и тем, кто был с ним, — «что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Когда призывают к молитве азаном» — то есть словами известного азана, — «шайтан обращается в бегство» (أَدْبَرَ الشَّيْطَانُ). Слово «идбар» (إدبار) — противоположность «икбаль» (إقبال, приближение); говорят: «дабара-н-нахару дубуран» (по образцу «каада») — когда день миновал и закончился. А «адбара» с добавлением «алиф» — то же самое. Определённый артикль в слове «аш-шайтан» указывает на конкретно известного, то есть подразумевается известный шайтан, — сказано в «Умда».
В «Фатх» сказано: по-видимому, под шайтаном имеется в виду Иблис, но возможно, что подразумевается род шайтанов, то есть всякий непокорный из джиннов и людей, однако здесь имеется в виду именно шайтан из джиннов. Конец цитаты.
«У него выход газов» (لَهُ ضُرَاطٌ) — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство состояния, относящееся к «шайтану». Слово «дурат» (بالضم) — имя действия от «дарита-йадрату» (по образцу «таиба»), «дарит», подобно «катиф», причём «дарит» (فهو ضَرِطٌ) и «дарата-дартан» (по образцу «дараба») — синонимичная форма, как сказано в «Мисбах». Это ветер со звуком, выходящий из заднего прохода человека или иного существа, — сказано в «Манхаль».
Далее, выход этого газа от шайтана — реальность в буквальном смысле, как сказал кадий Ийяд (да помилует его Аллах), поскольку шайтан — тело, которое ест и пьёт, как об этом сообщается в достоверных известиях.
Аль-Айни (да помилует его Аллах) сказал: это образное представление состояния шайтана при бегстве его от услышанного азана — подобно состоянию человека, которого поразило великое несчастье и охватила огромная беда, так что у него от сильного потрясения продолжает выходить газ; ведь у того, кто оказывается в тяжелейшем состоянии — от страха или иного, — расслабляются суставы, и он не в силах владеть собой, так что открывается у него отверстие для мочи и испражнений.
И поскольку шайтана, да проклянёт его Аллах, охватывает великое потрясение и огромное бедствие при призыве к молитве, так что он убегает, чтобы не слышать азан, — его состояние сравнили с состоянием того человека, и ему приписали, в порядке образного утверждения, испускание газов, происходящее от предельного, сильнейшего страха, но в действительности там нет никакого выхода газов; допустимо лишь, что у него есть некий ветер, поскольку он дух, но неизвестно, какова его природа.
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: занятость шайтана самим собой при слышании азана сравнили со звуком, заполняющим слух и мешающим услышать что-либо иное, а затем назвали это «дурат» в целях его унижения. Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что сказал аль-Айни, а также то, что он передал от ат-Тайби, отрицая реальность выхода газов и полагая, что речь идёт лишь о переносном значении, использованном ради образного сравнения, — неверно; ибо это чрезмерная изощрённость и толкование текста вопреки его прямому смыслу без всякой необходимости. Напротив, правильно то, что этот выход газов реален буквально, как это утверждает данный достоверный хадис, и что может препятствовать этому, чтобы отходить от прямого смысла ясного текста? То, что передано выше от кадия Ийяда (да помилует его Аллах), есть истина; вдумайся же в это с беспристрастностью, а Аллах направляет к правильному.
«Чтобы не слышать азан» (حَتَّى لَا يَسْمَعَ الْأَذَانَ) — причина испускания газов, то есть он делает это лишь для того, чтобы занять себя и не слышать азан, чтобы не быть свидетелем в пользу муэдзина в День воскресения, как об этом говорится в хадисе Абу Са‘ида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), возведённом к Пророку ﷺ: «Не услышит предел голоса муэдзина ни джинн, ни человек, ни что-либо иное, без того чтобы это не засвидетельствовало в его пользу в День воскресения», — привёл его аль-Бухари, и шайтан входит в это число. Сказано также, что «хатта» здесь — граница его бегства, — сказано в «Умда».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: первое толкование ближе к смыслу, поскольку явная причина его бегства от азана — при том, что он не убегает от Корана, который превосходит азан по достоинству, — состоит в желании избежать того, чтобы стать обязанным свидетельствовать в пользу муэдзина, как на это указывает упомянутый хадис Абу Са‘ида (да будет доволен им Аллах). Тогда выход газов из него при его бегстве происходит из-за его страха, что голос муэдзина достигнет его во время бегства и войдёт в его ухо; так проясняется, что слова «чтобы не слышать» являются причиной для испускания газов. Аллах Всевышний знает лучше.
В «Фатх» сказано: слова «чтобы не слышать азан» по внешнему смыслу указывают, что он намеренно производит это — либо чтобы занять себя слушанием звука, который он сам издаёт, отвлекаясь от слышания муэдзина, либо делает это из пренебрежения, как поступают глупцы.
Возможно также, что он не делает это нарочно, а испытывает при слышании азана такой сильный страх, который вызывает у него этот звук по своей причине. Возможно и то, что он делает это намеренно, чтобы противопоставить нечто, соответствующее молитве через чистоту, — оскверненностью.
Этим хадисом приводится доказательство желательности повышения голоса при азане, поскольку слова «чтобы не слышать» явно указывают, что он удаляется до предела, при котором прекращается его слышание звука. И указание этого предела встречается в риваяте составителя, приведённом ранее в «Азане», из хадиса Джабира (да будет доволен им Аллах), где сказано: «до тех пор, пока не окажется на месте ар-Равха». Аль-А‘маш передал от Абу Суфьяна, передатчика этого от Джабира, что между Мединой и ар-Равха тридцать шесть миль.
Это риваят Кутайбы от Джарира у Муслима; он же приводит его от Исхака от Джарира, но не приводит его текста целиком, а текст Исхака в его «Мусанаде»: «до тех пор, пока не окажется в ар-Равха, а это тридцать миль от Медины», — так он включил это пояснение в само сообщение, но опорным считается риваят Кутайбы. Конец цитаты.
«Когда завершится» (فَإذَا قُضِيَ) — в форме страдательного залога, а действующим лицом при нём выступает слово «азан», то есть когда он закончится, освободятся от него. Слово «када’» (قضاء) употребляется во многих значениях, здесь оно означает завершение; говорят: «кадайту хаджати» — я завершил свою нужду, покончил с этим делом.
«Он приближается» (أَقْبَلَ) — то есть направляется к молящемуся, чтобы смутить его в молитве.
«Когда же произносится ‹тасвиб›» (فَإاذَا ثُوِّبَ بِهَا) — с даммой над «тха» и удвоенной кясрой над «вав», в форме страдательного залога, — то есть когда объявляется икама (призыв к началу молитвы), и «тасвиб» здесь означает икаму.
Изначальное же значение «тасвиб» — извещение о чём-то и предупреждение о его наступлении; корень его в том, что человек махал своей одеждой перед товарищем, размахивая ею при внезапном событии — из страха или при виде врага, а затем это слово стало широко использоваться для всякого извещения, произносимого громко. А икама названа «тасвиб» потому, что она — возвращение к призыву, от «саба иля кяза» — вернуться к чему-либо. Это приведено в «Умда».
«Он обращается в бегство» (أَدْبَرَ) — то есть отступает шайтан, чтобы не слышать тасвиб. «Когда завершается тасвиб, он снова приближается, крадучись» (فَإِذَا قُضِيَ التَّثْوِيبُ، أَقْبَلَ يَخْطُرُ). В другом варианте — «хатта йахтир» с даммой либо кясрой над «тха» — обе формы допустимы, обе передал кадий Ийяд в «Машарик». Он сказал: «мы зафиксировали это по чтениям строгих учёных с кясрой, а от большинства передатчиков слышали с даммой»; сказал: правильнее — с кясрой, и смысл — «внушает наущение». Полное рассмотрение этого уже приведено в «Книге молитвы».
«Между человеком и его самим собой» (بَيْنَ الْمَرْءِ وَنَفْسِهِ) — то есть его сердцем; то есть он становится между человеком и тем, к чему тот стремится: приближением к своей молитве и искренностью в ней.
В «Умда» сказано: этим толкованием — толкованием «нафс» как «сердце» — разрешается вопрос, который был поставлен: как можно вообразить, что он «крадётся между человеком и его самим собой», если это два выражения об одной и той же вещи? Возможен ответ, что это образное выражение предельной близости шайтана к человеку. Конец цитаты.
«Говорит: вспомни то-то, вспомни то-то» (يَقُولُ: اذْكرْ كَذَا، اذْكرْ كَذَا) — это иносказание о вещах, не связанных с молитвой, и повторение здесь для усиления.
«О том, что не приходило ему на память» (لِمَا لَمْ يَكُنْ يَذْكُرُ) — то есть о чём-то, что молящийся не вспоминал до вступления в молитву. В риваяте Абд Раббихи от аль-А‘раджа, приведённом далее, добавлено: «и обольщал его, и обещал ему, и напоминал ему о его нужде то, что тот не помнил».
«Пока человек не начинает не знать, сколько он совершил» (حَتَّى يَظَلَّ الرَّجُلُ إِنْ يَدْرِي كَمْ صَلَّى) — то есть чтобы человек перестал знать, сколько он совершил; «хатта» здесь — предел наущения шайтана, «йазалла» (بالظاء, по образцу «та‘иба») — означает «становится», «ин» с кясрой над «хамза» — отрицательная частица, «йадри» — означает «знает», то есть шайтан внушает наущение человеку, пока тот не перестанет знать, сколько ракаатов он совершил — три или четыре.
«Если же кто-то из вас не знает, сколько он совершил, пусть совершит два поклона» (فَإِذَا لَمْ يَدْرِ أَحَدُكُمْ كَمْ صَلَّى، فَلْيَسْجُدْ سَجْدَتَيْنِ) — отсюда следует, что не полагается более двух поклонов, даже если человек допустил несколько ошибок по забывчивости.
«Сидя» (وَهُوَ جَالِسٌ) — то есть в положении сидя.
Хадис приведён в обоих сборниках (аль-Бухари и Муслим), и вопросы, связанные с ним, уже рассматривались недавно. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточная опора и наилучший покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1272] (…) — «Рассказал мне Харамала ибн Йахья, рассказал нам Ибн Вахб, сообщил мне Амр от Абд Раббихи ибн Саида, от Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, когда шайтан слышит призыв к молитве, он убегает, испуская ветры», — и передал подобное, добавив: «Затем он внушает ему приятные мысли и обещания, и напоминает ему о его делах то, о чём он раньше не вспоминал»».
Передатчики этого иснада — их шестеро:
1 — (Абд Раббихи ибн Саид) ибн Кайс аль-Ансари ан-Наджжари, брат Йахьи аль-Мадани, надёжный (сика) [5].
Передавал от своего деда Кайса, Абу Умамы ибн Сахля ибн Хунайфа, Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана, Ибн аль-Мункадира, Мухаммада ибн Йахьи ибн Хаббана, Махрамы ибн Сулеймана, Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми, Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа и других.
От него передавали Ата (который старше его), Аюб ас-Сахтияни (его сверстник), Амр ибн аль-Харис, Малик, аль-Лейс, Шу‘ба, оба Суфьяна, аль-Мубарак ибн Фадаля, Хаммад ибн Салама и Ибн Лахи‘а.
Ибн аль-Мадини передал от Йахьи ибн Саида аль-Каттана: «Он был живым умом и бодрым сердцем». Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: «Надёжный шейх, мадани». Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Ма‘ина: «Надёжный, безупречный». Ибн Абу Хатим передал от своего отца: «Нет в нём вреда». Я спросил: «Можно ли опираться на его хадис как на доказательство?» Он ответил: «Его хадис хороший, он надёжен». Ан-Насаи сказал: «Надёжный». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных» и сказал: «Это тот, кого называют Абд Раббихи аль-Мадани». Аль-Иджли сказал: «Надёжный». Ибн Са‘д сказал: «Он был надёжным, много передавал хадисов, но менее, чем его брат Йахья». Абу Аваана сказал: «Он самый ценный по количеству хадисов среди своих братьев».
Амр ибн Али и другие сказали: он умер в сто тридцать девятом году. Халифа, Ибн Кани‘ и другие сказали: он умер в (140) году.
От него передавала вся община (аль-джама‘а), и в этой книге у него семь хадисов, под номерами (389), (763), (1108), (1109) — и повторил его после этого — (2194), (2204) и (2261), причём последний он повторил три раза.
2 — (Абд ар-Рахман аль-А‘раджа) — это Абд ар-Рахман ибн Хурмуз, Абу Дауд аль-Мадани, надёжный, твёрдый (сабит), знаток фикха [7] (умер в 117 г.) (‘айн — передавала вся община), уже упоминался в «Книге веры», 23/192.
Остальные передатчики упоминались главой ранее. «Амр» — это Ибн аль-Харис.
Его слово (فذكر نحوه — «и передал подобное») — действующее лицо глагола «передал» — это местоимение, указывающее на Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа, то есть Абд ар-Рахман аль-А‘раджа передал от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) подобное хадису Абу Салямы от него же.
Его слово (فهناه ومناه — «внушил ему приятные мысли и обещания») — первое слово происходит от «тахни’а» (поздравление, внушение приятного), облегчённое [в произношении] из-за сопутствующего ему слова «маннаху» (обещание), которое происходит от «тамнийа» (обещание, посул), то есть напомнил ему о приятностях и обещаниях. Ибн аль-Асир (да помилует его Аллах) сказал: имеется в виду то, что приходит человеку в его молитве из мысленных наваждений и соблазнов шайтана. Говорят: «Ханаани ат-та‘аму» (яхнау’уни, йахни’уни, йахна’уни) — еда пришлась мне по вкусу; «ханаату-т-та‘ама» — то есть насладился ею. Всякое дело, которое приходит к тебе без усилий, называется «хани’» (приятным, лёгким), равно как «мах’на» и «мухання», множественное число — «маханиъ». Это исходная форма с хамзой, но иногда она облегчается, и именно это облегчение более подходит в данном хадисе из-за слова «маннаху» (обещание). Конец слов Ибн аль-Асира (да помилует его Аллах).
Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: «Хану’а-шшай’у» (с даммой и хамзой) — «хана’атан» (с фатхой и удлинением) — означало: стало легким, без труда и усилия, отсюда — «хани’» (лёгкое). Допускается замена и слияние букв. «Ханаани аль-валаду йахна’уни» (с хамзой) — из образцов «нафаа» и «дараба». Арабы говорят в благопожелании: «Лийахни’ка аль-валад» с покоящейся хамзой, либо заменяя её на «я», а её опущение — простонародное произношение; смысл: «порадовал меня», отсюда «хани’» (радующийся), и этим именем называли. «Хана’туху хан’ан» в обоих вариантах языка — означало «дал ему» или «накормил его». «Ханаани ат-та‘аму йахна’уни» — «оказался вкусным и приятным на вкус». «Акалту хани’ан мари’ан» — то есть без затруднения. «Йахну’у» с даммой в настоящем времени во всех значениях — также допустимая форма. Некто сказал: в арабском языке нет другого глагола формы «яф‘улу» с даммой и хамзой, чьё прошедшее время было бы с фатхой, кроме этого. «Ханнатуху би-л-валад» (с усилением) — поздравил его с рождением ребёнка, и в форме причастия страдательного залога этим именем также называли. Конец слов аль-Фаюми (да помилует его Аллах).
[Замечание]: риваят аль-А‘раджа, на который автор здесь ссылается, отсылая к риваяту Абу Салямы, привёл хафиз Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (2/166), сказав:
(1248) «Рассказал нам Мухаммад ибн Ибрахим, рассказал нам Мухаммад ибн аль-Хасан, рассказал нам Харамала ибн Йахья, рассказал нам Ибн Вахб, сообщил мне Амра ибн аль-Харис от Абд Раббихи ибн Саида, от Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, когда шайтан слышит призыв к молитве, он убегает, испуская ветры; когда же он [призыв] прекращается, он возвращается, ища возможность внести смуту, и приходит к человеку, внушая ему приятные мысли и обещания, и напоминая ему о его делах то, о чём он раньше не вспоминал, — так что он не знает, сколько [ракаатов] он совершил»». Конец. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточная опора и наилучший покровитель.