И его слово: («В риваяте Зухайра») то есть Ибн Харба, его первого шейха, («сказал: не знаю, из Корана ли это») то есть Атаъ сказал: «не знаю и так далее» («не упомянул Ибн Аббаса») то есть он сделал это словами Атаъ, тогда как правильно, что это слова Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), как сказал Харун ибн Абдуллах. Аль-Бухарий передал это от Мухаммада ибн Салляма, от Мухляда, от Ибн Джурайджа, и сказал: «Сказал Ибн Аббас…», и привёл это. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) — согласованный (муттафак алейхи).
(Второй вопрос): о его выведении (тахридж):
Его вывел (составитель) здесь [39/2418] (1049), (аль-Бухарий) в «ар-Рикак» (6436 и 6437), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (1/370), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (3231), (Абу Йаля) в своём «Мусанаде» (4/448), (ат-Табараний) в «аль-Кабир» (3/247) и «Муснад аш-Шамийин» (3/314), (Исхак ибн Рахавайх) в своём «Мусанаде» (1/403), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (114), (аль-Байхакы) в «аль-Кубра» (3/368), (аль-Багавий) в «Шарх ас-сунна» (4090), (аш-Шаший) в своём «Мусанаде» (3/324), и польза от этого уже была приведена ранее. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2419] (1050) — («Рассказал мне Суайд ибн Саид, рассказал нам Али ибн Мусхир, от Давуда, от Абу Харба ибн Абу-ль-Асвада, от его отца, что он сказал: послал Абу Муса аль-Ашъари к чтецам жителей Басры, и вошли к нему триста мужей, которые читали Коран, и он сказал: вы — лучшие из жителей Басры и их чтецы, так читайте же его, и пусть не продлится над вами срок, дабы не отвердели ваши сердца, как отвердели сердца тех, кто был до вас. И мы читали суру, которую мы уподобляли по длине и строгости суре «Бараа» («ат-Тавба»), но она была забыта мной, только я запомнил из неё: «Если бы у сына Адама были две долины из имущества, он бы желал третью долину, и не наполнит утробу сына Адама ничто, кроме земли». И мы читали суру, которую мы уподобляли одной из «мусаббихат», но она была забыта мной, только я запомнил из неё: «О те, которые уверовали, почему вы говорите то, чего не делаете? И записывается свидетельство на ваших шеях, и вы будете спрошены о нём в День воскресения»»).
Передатчики этого иснада: шесть человек:
1 — (Суайд ибн Саид) аль-Хадасаний, Абу Мухаммад, правдивый (садук), однако он ослеп, и ему стали подсказывать то, что не было из его хадисов, из числа старших [10] (240), и было ему сто лет (М Т), упомянут ранее во «Введении» 6/87.
2 — (Али ибн Мусхир) аль-Куращий аль-Куфий, судья Мосула, надёжный (сика) [8] (умер 189) (ع), упомянут ранее во «Введении» 2/6.
3 — (Давуд) ибн Абу Хинд Динар аль-Кушайрий, их вольноотпущенник, аль-Басрий, надёжный, точный (сика мутакын) [5] (умер 140) или до этого (ХТ М 4), упомянут ранее в «Аль-Иман» 27/221.
4 — (Абу Харб ибн Абу-ль-Асвад) ад-Дийлий аль-Басрий, надёжный [3].
Передавал от своего отца, и от Абу Зарра, но верно — от своего отца, и от своей тётки, и от Михджана от него, и от Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса, и от Абдуллаха ибн Фадаля аль-Лайсий, и от Умайра ибн Йасриби, судьи Басры, и от Абдуллаха ибн Кайса аль-Басрий.
И передавали от него Катада, и Давуд ибн Абу Хинд, и аль-Каттан, и Усман ибн Умайр аль-Баджалий, и Усман ибн Кайс аль-Баджалий, и Сайф ибн Вахб, и Ибн Джурайдж, и другие.
Ибн Саад упомянул его во втором разряде чтецов жителей Басры и сказал: он был известен, и у него есть хадисы. Ибн Хиббан упомянул его в «ас-Сикат», и он, и Амр ибн Али сказали: умер в году сто девятом. Халифа сказал в «ат-Табакат»: имя его — то же, что и его кунья, и упомянул, что он умер в году сто восьмом. Абд аль-Вахид ибн Али упомянул в «Ахбар ан-нухат» от Абу Хатима ас-Сиджистания, что он сказал: научился грамматике у Абу-ль-Асвада его сын Атаъ. Если это верно, то возможно, что это и есть имя Абу Харба, поскольку они не упоминали для Абу-ль-Асвада другого сына, кроме него. Ибн Кутайба сказал: Абу Харб был поэтом, разумным, аль-Хаджжадж поставил его правителем над Джавха,
и он оставался на этой должности, пока не умер аль-Хаджжадж. Ибн Абд аль-Барр сказал в «аль-Кунна»: он — басриец, надёжный.
Вывели о нём составитель, и Абу Давуд, и ат-Термизий, и ан-Насаи в «Хасаис Али», и Ибн Маджа, и в этой книге у него нет ничего, кроме этого хадиса.
5 — (Его отец) Абу-ль-Асвад ад-Дийлий, или ад-Дуалий аль-Басрий, имя его — Залим ибн Амр ибн Суфьян, а говорят: Амр ибн Залим, а говорят: с уменьшительной формой в обоих случаях, и говорят иное, надёжный, достойный, мухадрам [2] (умер 69) (ع), упомянут ранее в «Аль-Иман» 29/224.
6 — (Абу Муса аль-Ашъари) Абдуллах ибн Кайс ибн Сулайм ибн Хиддар, известный сподвижник (да будет доволен им Аллах), умер в году (50) или после этого (ع), упомянут ранее в «Аль-Иман» 16/171.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к «шестизвенным» (судасийят) составителя (да помилует его Аллах).
2 — (Из них): что он «связан цепью» (мусальсаль) басрийцами, начиная от Давуда.
3 — (Из них): что он «связан цепью» кунья.
4 — (Из них): что в нём есть трое из таби‘инов, которые передавали друг от друга, и сын от своего отца.
Разбор хадиса:
(«От Абу-ль-Асвада») ад-Дийлия, что он («сказал: послал Абу Муса аль-Ашъари») (да будет доволен им Аллах) («к чтецам жителей Басры») то есть отправил к ним, чтобы они собрались к нему, и он наставил бы их («и вошли к нему триста мужей, которые читали Коран») а в риваяте Абу Нуайма в «аль-Мустахрадж»: «собрал Абу Муса чтецов и сказал: не входите ко мне, кроме тех, кто собрал Коран (наизусть). Сказал: и вошли мы к нему около трёхсот мужей, и он наставил нас…» («и сказал: вы — лучшие из жителей Басры») то есть наилучшие из них и наивысшие по степени у Аллаха по причине вашей заботы о Коране. Ведь аль-Бухарий вывел в своём «Сахихе» от Усмана ибн Аффана (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он сказал: «Лучший из вас — тот, кто выучил Коран и научил ему».
А в упомянутой риваяте Абу Нуайма: «и сказал: вы — чтецы жителей этой местности».
(«и их чтецы, так читайте же его») то есть читайте Коран, от «тала аль-Куран тилаватан»: когда он читал его,
и возможно, что смысл: следуйте за ним и поступайте по тому, что в нём, от «тала ар-раджуля йатлувуху тулуввван», по форме «фуулюн»: когда он последовал за ним. («и пусть не продлится над вами срок») с двумя фатхами: то есть время («дабы не отвердели ваши сердца») слово «такса» стоит в форме насб благодаря скрытому «ан» после «фа» причинности, стоящей в ответе на запрет, как сказано в «аль-Хуляса»:
«И после «фа» ответа на запрет или чистое требование — «ан», и его скрытие непременно требует насб».
Аль-Куртубий (да помилует его Аллах) сказал: то есть под этим подразумевается: не находите приятным продолжительность пребывания в мирской жизни; ибо это портит сердца тем, что влечёт к ним из жадности и жёсткости, так что они не смягчаются при упоминании Аллаха, и не получают пользы ни от наставления, ни от увещевания. Конец цитаты.
(«как отвердели сердца тех, кто был до вас») из прежних общин: иудеев и христиан, и это указание на слово Всевышнего: «Не время ли настало для тех, которые уверовали, чтобы смирились их сердца при упоминании Аллаха и того, что ниспослано из истины, и чтобы не были они подобны тем, кому было дано Писание прежде, а срок для них продлился, и отвердели их сердца» (аль-Хадид: 16).
Имам Ибн Касир (да помилует его Аллах) сказал в своём «Тафсире»: Всевышний говорит: не время ли настало для верующих, чтобы смирились их сердца при упоминании Аллаха, то есть чтобы они смягчались при напоминании, наставлении и слушании Корана, понимали его, повиновались ему, слушали его и подчинялись ему.
Муслим в своём «Сахихе» привёл через путь Ауна ибн Абдаллаха, от его отца, от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Между нашим принятием ислама и тем, как Аллах упрекнул нас этим аятом: «Разве не пришло время, чтобы сердца тех, которые уверовали, смирились при упоминании Аллаха?» — прошло всего четыре года».
Суфьян ас-Саури передал от аль-Мас‘уди, от аль-Касима, что он сказал: «Соратники Посланника Аллаха ﷺ заскучали и сказали: «Расскажи нам, о Посланник Аллаха». И Аллах Всевышний ниспослал: «Мы рассказываем тебе самый прекрасный рассказ» (Йусуф, 3). Затем они снова заскучали и сказали: «Расскажи нам, о Посланник Аллаха». И Аллах Всевышний ниспослал: «Аллах ниспослал наилучшее повествование» (аз-Зумар, 23). Затем они снова заскучали и сказали: «Расскажи нам, о Посланник Аллаха». И Аллах Всевышний ниспослал: «Разве не пришло время, чтобы сердца тех, которые уверовали, смирились при упоминании Аллаха?»»
Катада сказал относительно слов Всевышнего «Разве не пришло время, чтобы сердца тех, которые уверовали, смирились при упоминании Аллаха?»: «Нам передавали, что Шаддад ибн Аус передавал от Посланника Аллаха ﷺ, что он сказал: «Первое, что будет отнято у людей, — это смирение (хушу‘)»».
Что касается слов Всевышнего «и пусть они не будут подобны тем, кому было даровано Писание прежде, а затем срок для них затянулся, и их сердца ожесточились» — Аллах Всевышний запретил верующим уподобляться тем, кому прежде было вверено Писание, — иудеям и христианам, — которые, когда для них затянулся срок, изменили Писание Аллаха, бывшее в их руках, продали его за малую цену, отбросили его за свои спины, обратились к разноречивым мнениям и лживым словам, стали слепо подчиняться людям в религии Аллаха и взяли своих раввинов и монахов господами вместо Аллаха. Тогда их сердца ожесточились, они не принимали наставлений, и их сердца не смягчались ни обещанием, ни угрозой. «А многие из них — нечестивцы» (аль-Хадид, 16), то есть в своих делах: их сердца испорчены, а их деяния тщетны, как сказал Всевышний: «За то, что они нарушили свой завет, Мы прокляли их и сделали их сердца жестокими. Они искажают слова, меняя их местами, и забыли долю из того, что им было напомнено» (аль-Маида, 13), то есть их сердца испортились, ожесточились, и искажение слов, изменение их смысла стало их природой, они оставили деяния, к которым были повелены, и совершили то, что было им запрещено. Поэтому Аллах запретил верующим уподобляться им в чём-либо из основных и второстепенных вопросов религии.
Ибн Абу Хатим привёл с достоверным иснадом от ар-Раби‘ ибн Умайла аль-Фазари, который сказал: «Абдаллах ибн Мас‘уд передал нам хадис, удивительнее которого я не слышал, кроме чего-то из Книги Аллаха или того, что сказал Пророк ﷺ». Он сказал: «Когда для сынов Исраила затянулся срок и их сердца ожесточились, они сочинили писание от самих себя, которое пленило их сердца, показалось сладким их языкам и доставляло им наслаждение, тогда как истина стояла между ними и многими их страстями. Они сказали: «Давайте призовём сынов Исраила к этому нашему писанию: кто последует за нами в этом, того мы оставим, а кто откажется последовать за нами, того мы убьём». Так они и сделали. Среди них был один учёный муж; увидев, что они творят, он взял то, что знал из Книги Аллаха, записал это на тонком материале, свернул и поместил в рог, который повесил себе на шею. Когда убийств стало много, некоторые из них сказали друг другу: «О люди, вы распространили убийства среди сынов Исраила; призовите такого-то и предложите ему наше писание — если он последует за вами, за ним последуют и остальные люди, а если откажется, то убейте его». Они призвали того учёного мужа и сказали: «Веруешь ли ты в то, что в этом нашем писании?» Он сказал: «А что в нём? Покажите мне». Они показали ему всё до конца, затем сказали: «Веруешь ли ты в это?» Он ответил: «Да, я верую в то, что в этом», — и указал рукой на рог. Тогда они оставили его. Когда он умер, они обыскали его и нашли повешенный рог, а в нём — то, что было известно из Книги Аллаха. Тогда некоторые из них сказали друг другу: «О люди, мы не слышали об этом — его постигло искушение». И разделились сыны Исраила на семьдесят два толка, и наилучшим из их толков был толк сторонников обладателя рога». Ибн Мас‘уд сказал: «Вот вам — скоро, если вы останетесь в живых, или останется в живых кто-то из вас, вы увидите дела, которые будете отвергать, но не сможете их изменить. Достаточно человеку из вас того, чтобы Аллах знал в его сердце, что он ненавидит это».
Что касается слов Всевышнего: «Знайте, что Аллах оживляет землю после её смерти. Мы разъяснили вам знамения, — быть может, вы уразумеете» (аль-Хадид, 17), — в них содержится указание на то, что Аллах Всевышний смягчает сердца после их ожесточения, ведёт заблудших после их сбившегося пути, устраняет беды после их тяжести. Подобно тому, как Он оживляет мёртвую, засушливую, безжизненную землю обильным проливным дождём, так же Он направляет ожесточённые сердца доказательствами Корана и его аргументами, вливает в них свет после того, как они были заперты и не доступны никому проникающему. Пречист же Аллах, наставляющий на путь того, кого пожелает, после заблуждения, и вводящий в заблуждение того, кого пожелает, после совершенства, Он творит то, что желает, Он — Мудрый, Справедливый во всех Своих деяниях, Кроткий, Ведающий, Великий, Возвышенный». Конец цитаты.
(«И поистине, мы читали суру, которую по длине и суровости уподобляли суре «Бараа»») — а в упомянутой риваяте Абу Ну‘айма: «Была ниспослана сура, которую мы уподобляли суре «Бараа» по длине и суровости, но я забыл её, кроме того, что запомнил из неё один аят, в котором сказано: «Если бы у сына Адама было…»».
(«Она была заставлена меня забыть» — «فَأُنْسِيتُهَا») — глагол в форме страдательного залога. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «Это одна из разновидностей насха (отмены), ибо насх, как передали наши учёные, бывает трёх видов:
Первый — отмена постановления при сохранении текста для чтения.
Второй — противоположное этому, то есть отмена текста для чтения при сохранении постановления.
Третий — отмена и постановления, и текста для чтения, как это произошло с этими двумя сурами, которые упомянул Абу Муса (да будет доволен им Аллах), — ведь у них были отменены и постановление, и чтение. Этот вид насха и есть тот, о котором говорит Аллах Всевышний: «Какой бы аят Мы не отменили или не заставили забыть» (аль-Бакара, 106) — согласно чтению того, кто читает с даммой над «нун» и кясрой над «син». Также слова Всевышнего: «Мы будем читать тебе Коран, и ты не забудешь его, кроме того, что пожелает Аллах» (аль-А‘ля, 6-7). Эти две суры относятся к тому, что Аллах Всевышний пожелал заставить забыть после того, как ниспослал их, ведь Аллах Всевышний творит то, что желает, и способен на то, что пожелает, поскольку всё это возможно. И пусть никто не воображает из этого и подобного ему, что из Корана что-то пропало, ибо это ложно, что доказывается словами Всевышнего: «Поистине, Мы ниспослали Напоминание, и Мы оберегаем его» (аль-Хиджр, 9), а также тем, что единогласие сподвижников и тех, кто после них, установилось на том, что Коран, чтением и постановлениями которого нам велено поклоняться, — это то, что закреплено между двух обложек Мусхафа, без прибавления и без убавления». Конец цитаты.
Составитель [книги], да простит его Аллах, говорит: то, что он отнёс эти две суры к тому, что было отменено и по постановлению, и по чтению, содержит скрытую [проблему], которую нельзя оставить без внимания, — вдумайся в это тщательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«Кроме того, что я запомнил из неё: «Если бы у сына Адама было две долины из имущества, он непременно взыскал бы третью долину, и не заполнит утробу сына Адама ничего, кроме земли (могилы)», и мы читали суру, которую мы уподобляли одной из сур ‘мусаббихат’») — в форме действительного причастия, то есть сур, в начале которых стоит слово, означающее прославление (тасбих), как «Сабах Аллах» и «Йусаббих Аллах» и «Саббих исма раббика».
А в риваяте Абу Ну‘айма: «И была ниспослана сура, которую мы уподобляли ‘мусаббихат’, начинающаяся словами «Саббах Аллах», но я забыл её…».
(«...то я забыл её, кроме того, что запомнил из неё» (1): «О те, которые уверовали, почему вы говорите то, чего не делаете?») — это вопрос в значении отрицания и упрёка за то, что человек говорит о себе благое, чего он не делает. Если речь о прошлом, то это будет ложью, а если о будущем — то нарушением обещания, и то и другое осуждаемо. И это же значение содержится в словах Всевышнего: «Велика мерзость перед Аллахом того, что вы говорите то, чего не делаете (3)» [ас-Сафф: 3]. А что касается этого хадиса, то он относится к тому, что человек сообщает о себе о том, что он совершил в прошлом, и лишь похваляется этим, на что указывают слова Пророка ﷺ: (то это записывается) — в форме именительного падежа (بالرفع), то есть «оно записывается». Возможно также, что это форма винительного падежа после каузативной «фа» (الفاء السببيّة), но первое толкование более очевидно, на что указывает именительный падеж в словах: «то вас спросят», а Аллах Всевышний знает лучше.
(...как свидетельство на ваших шеях, и вас спросят) — а в версии Абу Нуайма: «затем вас спросят» (о ней в День воскресения) — это значение слов Всевышнего: «И каждому человеку Мы прикрепили его деяние (птицу) к его шее, и выведем ему в День воскресения книгу, которую он найдёт развёрнутой. Читай свою книгу! Достаточно того, что сегодня ты сам будешь свидетелем против себя» [аль-Исра: 13-14].
Сказал хафиз Ибн Касир (да помилует его Аллах): сказал Маамар: и прочитал аль-Хасан аль-Басри аят: «Справа и слева сидящий (наблюдатель)» — о сын Адама! Тебе развёрнут твой свиток, и приставлены к тебе два благородных ангела: один справа от тебя, другой слева. Тот, что справа, записывает твои добрые дела, а тот, что слева, записывает твои дурные дела. Делай же что хочешь — уменьшай или увеличивай, — пока не умрёшь, и тогда твой свиток свернётся и будет помещён на твою шею вместе с тобой в твоей могиле, до тех пор, пока ты не выйдешь в День воскресения с книгой, которую найдёшь развёрнутой: «Читай свою книгу» — аят. И клянусь Аллахом, справедлив тот, кто сделал тебя самого судьёй над самим собой. Сказал Ибн Касир (да помилует его Аллах): это одно из самых прекрасных слов аль-Хасана (да помилует его Аллах). Конец цитаты (2). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Мусы аль-Ашари (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал только автор [ан-Насаи] (да помилует его Аллах), и никто другой.
(2) «Тафсир Ибн Касира» 3/29.