А оставшиеся двое были упомянуты прежде него.
Его слово: («когда наступил день Хайбара… и т. д.») — здесь «كان» является полной (не вспомогательной); то есть: когда пришёл день Хайбара, то есть [день] похода на него.
Его слово: («пришёл пришедший… и т. д.») — Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: я не знаю этого человека, ни тех двоих, что упомянуты после него, и возможно, что все они — одно и то же лицо. Ведь он сначала сказал: «съедены», и либо Пророк ﷺ не услышал этого, либо относительно этого не было дано никакого повеления; так же и во втором случае. А когда в третьем случае было сказано: «ослы истощились», то есть от того, как много их зарезали для готовки, это совпало с ниспосланием повеления об их запрете. Возможно, именно на это опирается тот, кто сказал, что запрет на них был вызван тем, что они служили людям верховыми животными, как было упомянуто ранее.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: его слово «и возможно, что все они — одно и то же лицо… и т. д.» — не скрыта натянутость, содержащаяся в этом предположении, вдумайся в это внимательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«Он сказал: о Посланник Аллаха, ослы съедены») — глагол построен в форме страдательного залога, («затем пришёл другой и сказал: о Посланник Аллаха, ослы истощились») — тоже в форме страдательного залога, («и Посланник Аллаха ﷺ повелел Абу Тальхе») аль-Ансари, чьё имя — Зайд ибн Сахль ибн аль-Асвад, известный сподвижник, скончавшийся в 34 году хиджры; его биография приводилась ранее в главе «Хайд», 7/720. («и он возгласил: «поистине, Аллах и Его Посланник запрещают вам мясо ослов, ибо оно») — «фа» здесь для указания причины, то есть: потому что оно (нечисто — «риджс», или) — «или» указывает на сомнение передатчика — («нечисто»)», сказал (Анас (да будет доволен им Аллах)) («и котлы были опрокинуты с тем, что в них было»).
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима, и полное его толкование и разбор связанных с ним вопросов уже приводились в предыдущем хадисе, и хвала и благодарность Аллаху.
«Я хочу только исправить то, что могу, и мой успех только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(6) — (Глава о поедании мяса лошадей)
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[5014] (1941) — («Передали нам Яхья ибн Яхья, Абу ар-Раби‘ аль-‘Атаки и Кутайба ибн Са‘ид — и формулировка принадлежит Яхье — Яхья сказал: «сообщил нам», а другие двое сказали: «передал нам»
Хаммад ибн Зайд, от Амра ибн Динара, от Мухаммада ибн Али, от Джабира ибн Абдуллаха: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ запретил в день Хайбара мясо домашних ослов и разрешил мясо лошадей»»).
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — (Яхья ибн Яхья) ат-Тамими ан-Найсабури, упомянут в предыдущей главе.
2 — (Абу ар-Раби‘ аль-‘Атаки) Сулейман ибн Дауд аз-Зухрани, упомянут недавно.
3 — (Кутайба ибн Са‘ид) упомянут в предыдущей главе.
4 — (Хаммад ибн Зайд) упомянут недавно.
5 — (Амр ибн Динар) упомянут главой ранее.
6 — (Мухаммад ибн Али) ибн аль-Хусейн ибн Али ибн Абу Талиб аль-Хашими, Абу Джафар аль-Мадани, известный как аль-Бакир, надёжный (сика), достойный [4], скончался в году с чем-то после 110 (е), упомянут во «Введении», 6/61.
7 — (Джабир ибн Абдуллах) (да будет доволен им Аллах) — упомянут главой ранее.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к пятизвенным иснадам автора, и что в нём есть риваят табиина от табиина, и это относится к передаче ровесников (акран), ибо каждый из Амра ибн Динара и Мухаммада ибн Али относится к четвёртому поколению; и в нём — Джабир ибн Абдуллах, сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен им Аллах), один из семи многопередающих (мукассирин), передавший (1540) хадисов.
Толкование хадиса:
(«От Амра ибн Динара, от Мухаммада ибн Али») — то есть Абу Джафара аль-Бакира. Сказано в «Аль-Фатх»: таким образом Хаммад ибн Зайд ввёл между Амром ибн Динаром и Джабиром в этом хадисе Мухаммада ибн Али. А когда его привёл ан-Насаи, он сказал: я не знаю никого, кто согласился бы с Хаммадом в этом, и он привёл его через путь Хусейна ибн Вакида, а также он сам и ат-Тирмизи привели его через риваят Суфьяна ибн Уяйны, оба — от Амра ибн Динара, от Джабира, без упоминания Мухаммада ибн Али в этом. Ат-Тирмизи также склонился к предпочтению риваята ибн Уяйны и сказал: я слышал, как Мухаммад говорил: ибн Уяйна более крепок в памяти, чем Хаммад.
Хафиз сказал: но аль-Бухари и Муслим ограничились приведением пути Хаммада ибн Зайда, и с ним согласился ибн Джурайдж от Амра во введении промежуточного звена между Амром и Джабиром, но не назвал его; это привёл Абу Дауд через путь ибн Джурайджа.
И есть другой путь от Джабира, который привёл Муслим через путь ибн Джурайджа, и Абу Дауд через путь Хаммада, и ан-Насаи через путь Хусейна ибн Вакида, все они — от Абу аз-Зубайра, от него.
И привёл его ан-Насаи как достоверный от Атаа, от Джабира также, и странно поступил аль-Байхаки, категорично заявив, что Амр ибн Динар не слышал этого от Джабира.
И некоторые из знатоков фикха посчитали странным утверждение ат-Тирмизи о том, что риваят ибн Уяйны более достоверен, при указании аль-Байхаки на то, что он прерван (мункатиъ), но это — невнимательность, ибо слово ат-Тирмизи следует понимать так, что для него было достоверно установлено его соединение (иттисаль), и из утверждения аль-Байхаки о его прерванности не следует необходимо, что ат-Тирмизи говорил бы так же.
Истина же в том, что если найдётся риваят, в котором Амр прямо указывает на слышание от Джабира, то риваят Хаммада будет относиться к «дополненному в непрерывных иснадах» (аль-мазид фи муттасиль аль-асанид), а иначе риваят Хаммада ибн Зайда является непрерывным. А если предположить наличие противоречия с каждой стороны, то у хадиса есть и другие пути от Джабира, помимо этого, так что он достоверен в любом случае. Конец слов Хафиза (да помилует его Аллах), и это очень ценное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«От Джабира ибн Абдуллаха (да будет доволен им Аллах)») («что Посланник Аллаха ﷺ запретил в день Хайбара мясо домашних ослов») — исследование этого уже было приведено полностью в предыдущей главе. («и разрешил» (بفتح فكسر — с фатхой, затем кясрой)) — говорят: «азинту лаху фи кяза» — если позволил ему совершить это, а имя действия — «изн» с кясрой, сказал аль-Фаюми. А аль-Маджд сказал: «и азина лаху фи-ш-шайи», как «сумиа», в виде «изнан» с кясрой, и «азинан» — позволил ему это. Конец. А в риваяте аль-Бухари: «и разрешил нам мясо лошадей», а в хадисе ибн Аббаса у ад-Даракутни: «повелел», а в риваяте ибн Джурайджа, приводимом здесь далее: «мы ели во время Хайбара [мясо] лошадей и диких ослов, и Пророк ﷺ запретил нам домашнего осла».
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир», 1/9.
(3) «Аль-Камус аль-мухит», с. 39.
(«[в] мясе лошадей»), то есть в его поедании. А в риваяте ан-Насаи через путь Атаа, от Джабира (да будет доволен им Аллах): «Посланник Аллаха ﷺ накормил нас мясом лошадей и запретил нам мясо ослов», а через путь Абд аль-Карима, от Атаа: «мы ели мясо лошадей во времена Посланника Аллаха ﷺ». Так сказало большинство учёных, и это истина; а Абу Ханифа разошёлся с ними, сказав о нежелательности его поедания, и полное исследование этого будет приведено вскоре в третьем вопросе, если Аллах Всевышний пожелает, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Джабира ибн Абдуллаха (да будет доволен им Аллах) приведён и у аль-Бухари, и у Муслима.
(Второй вопрос): о его приведении [в других сборниках]:
Его привёл (автор) здесь [6/5014, 5015 и 5016] (1941), и (аль-Бухари) в «Аль-Магази» (4219) и «Заклание животных» (5520), и (Абу Дауд) в «Еда» (3788), и (ан-Насаи) в «Охота» (7/201) и «Аль-Кубра» (4839, 4840, 4841, 4842 и 4855), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/361 и 385), и (ат-Тахави) в «Шарх маани аль-асар» (4/204), и (Абу Йаля) в своём «Мусанаде» (3/457 и 4/114), и (ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (5273), и (ибн аль-Джаруд) в «Аль-Мунтака» (885), и (аль-Байхаки) в «Аль-Кубра» (9/326-327), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (2810), а Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о разногласии учёных относительно постановления о поедании мяса лошадей:
Имам Ибн Кудама (да помилует его Аллах) сказал: «Мясо всех коней разрешено — как арабских, так и обычных пород. Об этом ясно высказался Ахмад, и так же говорил Ибн Сирин; это передаётся также от Ибн аз-Зубайра, аль-Хасана, Атаа и аль-Асвада ибн Язида; так же говорили Хаммад ибн Зайд, аль-Лейс, Ибн аль-Мубарак, аш-Шафии и Абу Саур. Саид ибн Джубайр сказал: «Не ел я ничего более вкусного, чем гривная часть шеи мула»(1). А Абу Ханифа объявил его запретным, а Малик, аль-Аузаи и Абу Убайд посчитали его нежелательным, ссылаясь на слова Всевышнего Аллаха: «И коней, и мулов, и ослов — чтобы вы ездили на них верхом» (сура «Пчёлы», 8),
и на хадис Халида ибн аль-Валида, который сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Запретно для вас мясо домашних ослов, а также их коней и мулов», а также потому, что это животное с копытом, подобное ослу».
Большинство же учёных приводило в качестве доказательства хадис Джабира (да будет доволен им Аллах), упомянутый в этой главе, и хадис Асмы (да будет доволена ею Аллах), который приведён после него, — оба они переданы согласно в аль-Бухари и Муслиме, — а также то, что это животное чистое, приятное на вкус, не обладающее ни клыком, ни когтем, и потому разрешено, подобно скоту. К тому же оно подпадает под общий смысл аятов и хадисов, разрешающих употребление мяса. Что же касается упомянутого аята, то они опираются лишь на косвенное указание («далиль аль-хитаб»), а сами они этим принципом не пользуются. А хадис Халида не имеет достоверного иснада, как сказал Ахмад, добавивший: «В нём есть двое неизвестных передатчиков; его передаёт Саур от человека, который неизвестен», и сказал: «Мы не оставим наши достоверные хадисы из-за подобного порочного (мункар) хадиса». На этом заканчиваются слова Ибн Кудамы (да помилует его Аллах) с некоторой обработкой (1).
В «Аль-Фатх» сказано: ат-Тахави сказал: «Абу Ханифа склонялся к нежелательности употребления конины, но его ученики и другие не согласились с ним, приводя в доказательство многочисленные хадисы, подтверждающие её разрешённость. Если бы это решалось лишь путём умозаключения, то не было бы никакой разницы между конём и домашним ослом. Но если достоверные предания от Посланника Аллаха ﷺ доступны, то следование им предпочтительнее следования умозрительным доводам, тем более что Джабир сообщил, что Пророк ﷺ разрешил им есть мясо коней в то же время, когда запретил мясо ослов, что указывает на различие в их правовых положениях».
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: «Некоторые из числа таби‘инов передали разрешённость этого от сподвижников без каких-либо исключений. Ибн Абу Шейба привёл с достоверным иснадом, соответствующим условиям обоих шейхов (аль-Бухари и Муслима), от Атаа, который сказал: «Твои предшественники не переставали есть его». Ибн Джурайдж спросил его: «Сподвижники Посланника Аллаха ﷺ?» Он ответил: «Да». А что касается переданного от Ибн Аббаса о нежелательности этого, то это привели Ибн Абу Шейба и Абд ар-Раззак с двумя слабыми иснадами. На слабость этого сообщения указывает то, что достоверно передано от него самого: он приводил в доказательство разрешённости мяса домашних ослов слова Всевышнего: «Скажи: я не нахожу в том, что мне открыто, запрещённого»; если это может служить опорой для разрешённости ослов, то оно годится и для коней, и разницы нет. Также достоверно установлено, что он воздерживался от определённого суждения о причине запрета есть мясо ослов: был ли это вечный запрет, или же он был обусловлен тем, что они служили людям для перевозки грузов? То же самое рассуждение применимо и к коням. Поэтому странно было бы утверждать, что от него достоверно передано мнение о запрете конины, при одновременном воздержании от определённого суждения относительно домашних ослов;
более того, ад-Даракутни привёл с сильным иснадом от Ибн Аббаса, восходящим (марфу‘) к Пророку ﷺ, сообщение, подобное хадису Джабира, с такой формулировкой: «Посланник Аллаха ﷺ запретил мясо домашних ослов и повелел есть мясо коней».
Достоверно установлено мнение о нежелательности от аль-Хакама ибн Уйайны, Малика и некоторых ханафитов, а от некоторых маликитов и ханафитов — мнение о запрете. Аль-Факихи сказал: «Известное мнение у маликитов — нежелательность, а достоверное мнение у их знатоков-исследователей — запрет».
Абу Ханифа сказал в «Аль-Джами‘ ас-сагыр»: «Я считаю мясо коня нежелательным», и Абу Бакр ар-Рази истолковал это как указание на нежелательность, отличную от запрета, сказав: «Абу Ханифа не высказался здесь категорически о запрете, и оно у него не подобно домашнему ослу». Однако составители «Аль-Мухит», «Аль-Хидая» и «Аз-Захира» подтвердили от него мнение о запрете, и это мнение большинства из них; а некоторые из них говорили, что тот, кто ест его, грешит, но это не называется запретным.
Ибн аль-Касим и Ибн Ваххаб передали от Малика мнение о запрете, и что он приводил в доказательство упомянутый ранее аят.
Мухаммад ибн аль-Хасан привёл в «Аль-Асар» от Абу Ханифы с иснадом, восходящим к Ибн Аббасу, нечто подобное этому. Аль-Куртуби в «Шарх Муслим» сказал: «Мазхаб Малика — нежелательность», и Ибн Батталь привёл в доказательство этому аят. Ибн аль-Мунайир сказал: «Внешнее сходство коня с мулом и ослом подтверждает мнение о запрете: сюда относится его облик, тяжёлый и неприятный запах его мяса, его плотность, характер его помёта, а также то, что он не жуёт жвачку». Он сказал: «Когда такое телесное сходство подтверждается, оно приравнивается к отсутствию различия, и сходство со скотом, о разрешённости которого нет разногласий, становится далёким». На этом его слова заканчиваются.
Ранее уже приводились слова ат-Тахави, из которых можно извлечь ответ на это.
Шейх Абу Мухаммад ибн Абу Джамра сказал: «Доказательство разрешённости безусловной ясно, но причина, по которой Малик считал её мясо нежелательным, состоит в том, что коней обычно используют в военных походах; если бы нежелательность отпала, употребление их мяса стало бы частым, а если бы оно стало частым, это привело бы к их убийству, а значит, к их исчезновению, что в итоге привело бы к уменьшению средства устрашения врага, о котором сказано в словах Всевышнего: «И из подготовленных коней…»».
Согласно этому, нежелательность обусловлена внешней причиной, а не является предметом собственно этого вопроса, ибо если бы даже в отношении животного, разрешённость которого не вызывает разногласий, возникло обстоятельство, при котором его убой привёл бы к совершению недозволенного, это было бы запрещено, но из этого не следует вывод о запрете самого мяса. Точно так же его слова о том, что употребление конины во времена Пророка было редким явлением, и если признать нежелательность, употребление уменьшится и станет соответствовать тому, что было раньше. На этом его слова заканчиваются.
Но это не может служить доказательством нежелательности, — максимум, что из этого следует, это то, что оставление такого действия предпочтительнее, но из того, что первоначальное положение животного — разрешённость его мяса, — не следует, что его исчезновение произойдёт именно из-за его употребления в пищу.
А что касается слов некоторых из запрещающих: «Если бы оно было разрешённым, то было бы дозволено приносить его в жертву при жертвоприношении», то это опровергается дичью, ибо она съедобна, но жертвоприношение ею не установлено законом. И, возможно, причина того, что конь не используется для жертвоприношения, заключается в необходимости его сохранения, ибо если бы в отношении него было дозволено всё то, что дозволено в отношении других животных, была бы утрачена его польза в самом важном деле — в военном походе.
Ат-Тахави, Абу Бакр ар-Рази и Абу Мухаммад ибн Хазм упомянули через путь Икримы ибн Аммара от Йахьи ибн Абу Касира от Абу Салямы от Джабира, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ запретил мясо ослов, коней и мулов». Ат-Тахави сказал: «Знатоки хадисов признают Икриму ибн Аммара слабым передатчиком». Хафиз сказал: «Особенно в передаче от Йахьи ибн Абу Касира, ибо хотя об надёжности Икримы есть разногласие, и Муслим приводил от него хадисы, но приводил их не из его передачи от Йахьи ибн Абу Касира. Йахья ибн Саид аль-Каттан сказал: «Его хадисы от Йахьи ибн Абу Касира слабы»; аль-Бухари сказал: «Его хадис от Йахьи является спутанным (мудтариб)»; ан-Насаи сказал: «В нём нет проблемы, кроме как в передаче от Йахьи»; Ахмад сказал: «Его хадис от кого-либо, кроме Ийаса ибн Салямы, спутан», а это утверждение более строгое, чем предыдущее, и оно включает в свой общий смысл также и Йахью ибн Абу Касира. И даже если предположить достоверность этого пути, то относительно него есть разногласие о передаче от Икримы, ибо хадис у Ахмада и ат-Тирмизи с этого пути не содержит упоминания о конях вовсе. А если предположить, что то добавление, которое он сделал, было его запомненным, то другие разнообразные передачи от Джабира, различающие в правовом положении мясо коней и мясо ослов, более явно связаны непрерывной цепью, более крепки по передатчикам и более многочисленны по числу».
Некоторые ханафиты объявили дефектным хадис Джабира тем, что передал от Ибн Исхака, будто он не участвовал в битве при Хайбаре, но это не является дефектом, ибо максимум, что из этого следует — что это относится к категории «мурсаль сподвижника» (передача сподвижником без непосредственного присутствия), что также является достоверным.
Среди доводов тех, кто запрещал есть конину, — хадис Халида ибн аль-Валида, приведённый в «Сунан»: «Что Пророк ﷺ запретил в день Хайбара есть мясо коней».
Но на это возразили, что этот хадис является редким (шазз) и порочным (мункар), ибо в его формулировке говорится, что он участвовал в Хайбаре, а это ошибка, поскольку он принял ислам лишь после этого события, согласно достоверному мнению. Большинство учёных твёрдо утверждают, что его принятие ислама произошло в год завоевания Мекки, и главной опорой этого является то, что сказал Мусаб аз-Зубайри, наиболее знающий из людей о племени курайш: он сказал, что Аль-Валид ибн аль-Валид написал Халиду, когда тот бежал из Мекки во время малого паломничества по договору (умрат аль-кадия), чтобы не встретиться с Пророком ﷺ в Мекке, и упомянул историю о причине принятия ислама Халидом, а малое паломничество по договору произошло после Хайбара — это твёрдо установлено.
И этот хадис также опорочен тем, что в его иснаде есть неизвестный передатчик, однако ат-Табари привёл его от Йахьи ибн Абу Касира, от человека из жителей Химса, который сказал: «Мы были с Халидом», и упомянул, что Посланник Аллаха ﷺ запретил мясо домашних ослов, лошадей и мулов.
Этот риваят опорочен тадлисом Йахьи и неопределённостью личности этого человека.
Абу Дауд заявил, что хадис Халида ибн аль-Валида отменён (насх), но не указал, чем именно он отменён. Так же сказал ан-Насаи: хадисы о разрешении более достоверны, а этот хадис, если он достоверен, является отменённым. Как будто, когда перед ним оказались два противоречащих сообщения, и он увидел, что в хадисе Халида сказано «запретил», а в хадисе Джабира — «разрешил», он отнёс разрешение к отмене запрета. Но в этом есть изъян: из того, что запрет предшествовал разрешению, не следует, что принятие Халидом ислама предшествовало завоеванию Хайбара — большинство считает наоборот, а отмена не устанавливается предположением.
Аль-Хазими утвердил насх, приведя хадис Халида, и сказал: он передан из Шама, дошёл несколькими путями, в то время как в хадисе Джабира встречаются слова «разрешил» и «дал дозволение»; из этого явствует, что запрет был раньше, а разрешение — позже, поэтому необходимо принять именно его. Он сказал: если бы не пришло это выражение, утверждение о насхе было бы отвергнуто из-за незнания хронологии. Конец цитаты.
Но в словах «разрешил» и «дал дозволение» нет ничего, что обязывало бы принять насх. Скорее, представляется, что изначальное положение лошадей, мулов и ослов было основано на исходной дозволенности (аль-бараа аль-аслия). Когда же Законодатель в день Хайбара запретил им ослов и мулов, он опасался, что они подумают, будто лошади относятся к тому же разряду из-за сходства с ними, поэтому он дал дозволение на их поедание, в отличие от ослов и мулов. Правильное же мнение таково, что вещи до разъяснения их шариатского положения не описываются ни дозволенностью, ни запретностью, поэтому насх здесь не устанавливается.
Аль-Хазими также передал утверждение насха другим путём, сказав: запрет на поедание лошадей и ослов был общим из-за того, что они забирали их до разделения и выделения пятой части добычи, и поэтому был отдан приказ опрокинуть котлы. Затем, когда он провозгласил, что мясо ослов является скверной (риджс), стало ясно, что запрет на них — по их сущности, а запрет на лошадей был связан именно с оставлением раздела добычи. Но этому противоречит то, что приказ опрокинуть котлы был из-за того, что в них варили мясо ослов, как это прямо указано в достоверном хадисе, а не мясо лошадей, поэтому его цель не достигается.
Правильно то, что хадис Халида, даже если признать его достоверным, не может противостоять хадису Джабира, указывающему на дозволенность, которому соответствует и хадис Асмы.
Хадис Халида признали слабым: Ахмад, аль-Бухари, Муса ибн Харун, ад-Даракутни, аль-Хаттаби, Ибн Абд аль-Барр, Абд аль-Хакк и другие.
Некоторые объединили хадисы Джабира и Халида так: хадис Джабира указывает на дозволенность в целом, а хадис Халида указывает на запрет в одном случае, но не в другом, — потому что лошади в Хайбаре были редкостью, и люди нуждались в них для джихада, поэтому упомянутый запрет не противоречит этому и не влечёт описания поедания лошадей абсолютной нежелательностью, не говоря уже о запретности.
У ад-Даракутни в хадисе Асмы пришло: «У нас была лошадь во времена Посланника Аллаха ﷺ, и она собиралась умереть, и мы зарезали её и съели её».
Ответили на хадис Асмы тем, что это единичный случай: возможно, та лошадь состарилась до такой степени, что стала бесполезной для джихада, и тогда запрет на лошадей был по внешней причине, а не по их сущности. Это удачное объединение.
Некоторые утверждали, что хадис Джабира в этой главе указывает на запретность из-за его слова «разрешил» (рахкхаса), потому что рухса — это дозволение запрещённого при наличии препятствия, что указывает на то, что он дал им дозволение на это из-за голода, поразившего их в Хайбаре, и это не указывает на абсолютную дозволенность.
Ответили на это тем, что в большинстве риваятов пришло слово «дал дозволение» (азина), а в некоторых — слово «повелел», что указывает на то, что под словом «рахкхаса» подразумевается «азина» (дал дозволение), а не именно рухса в терминологии тех, кто жил после эпохи сподвижников.
Это также было опровергнуто тем, что если бы дозволение на поедание лошадей было рухсой из-за голода, то домашние ослы были бы более достойны этого из-за их многочисленности и редкости лошадей в то время, и потому что лошади используются в том же, в чём используются ослы — переноске тяжестей и прочем, — тогда как ослы не используются в том, в чём используются лошади — в сражении верхом на них. А в действительности он ﷺ приказал вылить котлы, в которых варилось мясо ослов, несмотря на нужду, которая была у людей, что указывает на то, что дозволение есть мяса лошадей было общей дозволенностью, а не связано именно с крайней необходимостью.
Что касается того, что передано от Ибн Аббаса, Малика и других в качестве доказательства запрета словами Всевышнего: «И лошадей, и мулов, и ослов — чтобы вы ездили на них верхом, и для украшения» [ан-Нахль: 8], то на этот аят опирается большинство сторонников запретности, и они обосновали это несколькими способами:
Первый: буква «лям» здесь для обозначения причины (та‘лиль), что указывает на то, что они не были созданы для чего-либо иного, поскольку прямо указанная причина подразумевает ограничение (хасар), и потому дозволение их поедания противоречило бы внешнему смыслу аята.
Второй: соединение мулов и ослов союзом, что указывает на их общность с лошадьми в положении запретности, поэтому тот, кто выделяет их положение отдельно от того, с чем они соединены, нуждается в доказательстве.
Третий: аят изложен в контексте напоминания о милости (иммтинан), и если бы от них можно было получать пользу в виде еды, то напоминание об этом было бы величайшим, поскольку с этим связано само сохранение телесного существования без посредника, а Мудрый не напоминает о низшей милости, оставляя высшую, тем более что напоминание о еде уже встретилось в упомянутых перед этим (животных).
Четвёртый: если бы их поедание было дозволено, то была бы упущена та польза от них, ради которой было упомянуто напоминание о милости — верховая езда и украшение. Это краткое изложение того, чем они обосновывали своё мнение из этого аята.
Ответ в общих чертах: аят суры «ан-Нахль» мекканский по единогласному мнению, а дозволение есть мясо лошадей было после переселения из Мекки более чем через шесть лет. Если бы Пророк ﷺ понимал из этого аята запрет, то не дал бы дозволения на поедание.
Также аят суры «ан-Нахль» не является прямым текстом, запрещающим поедание, а хадис прямо указывает на его дозволенность.
Также, если снизойти в уступке, то упомянутое указывает лишь на оставление поедания, а оставление шире, чем то, что оно связано именно с запретностью, или с нежелательностью, или с тем, что противоречит предпочтительному. И если ни одно из этого не определено однозначно, то остаётся опираться на доказательства, прямо указывающие на дозволенность.
В порядке детального разбора: что касается первого — даже если мы признаем, что «лям» здесь для обозначения причины, мы не признаем, что это подразумевает ограничение верховой ездой и украшением, ведь польза от лошадей есть и в другом, помимо этих двух, и помимо еды по единогласному мнению. А верховая езда и украшение упомянуты лишь потому, что они являются наиболее частым назначением лошадей. Подобный пример — хадис о корове, упомянутый в обоих «Сахихах», когда она обратилась к своему всаднику и сказала: «Мы не были созданы для этого, мы были созданы для пахоты». И хотя это более явно указывает на ограничение, под этим не подразумевалось именно самое частое назначение, иначе бы её нельзя было есть, а пользу от неё получают и в других вещах, помимо пахоты, по единогласному мнению.
Также, если признать это доказательство, то следовало бы запретить переноску тяжестей на лошадях, мулах и ослах, а такого мнения никто не придерживается.
Что касается второго: указание через соединение союзом (‘атф) — это указание через сопутствие (дилялят иктиран), а оно слабое.
Что касается третьего: напоминание о милости было направлено в основном на то, в чём заключалась их польза от лошадей, — к ним обратились через то, к чему они привыкли и что знали, а они не знали о поедании лошадей из-за их редкости в их землях, в отличие от скота, большая часть пользы от которого заключалась в переноске тяжестей и еде. Поэтому в отношении каждого из этих двух видов ограничились напоминанием о самой распространённой пользе от них. И если бы из этого следовало ограничение в этой части, то следовало бы то же самое и в другой части.
Что касается четвёртого: если бы из дозволения их поедания следовало их исчезновение, то то же самое следовало бы и в отношении коров и прочего из того, чьё поедание дозволено, и о пользе от которых напоминалось в другом отношении. А Аллах знает лучше.
Конец того, что в «Фатхе». (сноска)
Сказал составитель, да простит его Всевышний Аллах: это исследование, в котором хафиз, да помилует его Аллах, дал себе волю, — исследование ценное и весьма важное.
Итог таков: то, к чему пришло большинство учёных, — дозволенность поедания мяса лошадей — есть истина ввиду ясности и прямоты его доказательств, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный исход.
По непрерывному иснаду до автора, да помилует его Аллах, в начале книги он сказал:
[5015] (…) — (И рассказал мне Мухаммад ибн Хатим, [сказав]: рассказал нам Мухаммад ибн Бакр, [сказав]: сообщил нам Ибн Джурайдж, [сказав]: сообщил мне Абу аз-Зубайр, что он слышал, как Джабир ибн Абдуллах говорил: «Мы ели во время Хайбара мясо лошадей и мясо диких ослов, а Пророк ﷺ запретил нам мясо домашнего осла»).
Передатчики этого иснада: пятеро.
И все они уже упоминались в двух предыдущих главах, а хадис в этом изложении относится к тем, что приводит только автор [Муслим] в отдельном виде. Разъяснение его и рассмотрение связанных с ним вопросов уже были даны в предыдущем хадисе, и хвала Аллаху и Его милость.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[5016] (…) — («И передал мне его также Абу ат-Тахир: сообщил нам Ибн Вахб (ح); и передал мне Йа‘куб ад-Дауракы и Ахмад ибн Усман ан-Науфали, оба сказали: передал нам Абу ‘Асим, — оба они [передают] от Ибн Джурайджа с этим же иснадом»).
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — (Йа‘куб ад-Дауракы) — это: Йа‘куб ибн Ибрахим ибн Касир аль-‘Абди, их вольноотпущенник, Абу Йусуф аль-Багдади, надёжный (сика) [10] (умер в 252 г.) (входит в число передатчиков, на которых опирается вся община хадисоведов — «‘айн»), уже упоминался в «Книге веры» 25/209, и он один из девяти передатчиков, от которых члены «джама‘а» передавали без посредника.
2 — (Ахмад ибн Усман ан-Науфали) — Абу Усман аль-Басри, по прозвищу Абу аль-Джауза, надёжный (сика) [11] (умер в 246 г.) (передают от него Муслим, ат-Тирмизи и ан-Насаи), уже упоминался в «Книге веры» 65/369.
Остальные же уже упоминались в этой главе и в предыдущей главе. «Абу ат-Тахир» — это: Ахмад ибн Амр ибн Абдуллах ибн ас-Сарх аль-Мисри, а «Абу ‘Асим» — это: ад-Даххак ибн Мухлад ан-Набиль.
[Замечание]: Этот риваят Ибн Вахба от Ибн Джурайджа привёл Абу ‘Авана (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(7634) — «Сообщил нам Йунус ибн Абд аль-А‘ля, сказал: сообщил нам Ибн Вахб, сказал: сообщил мне Ибн Джурайдж, что Абу аз-Зубайр аль-Макки сообщил ему, что он слышал, как Джабир ибн Абдуллах говорил: «Мы ели во время похода на Хайбар мясо лошадей и мясо диких ослов, а Посланник Аллаха ﷺ запретил [есть] мясо домашнего осла»». Конец цитаты (1).
А риваят Абу ‘Асима ан-Набиля от Ибн Джурайджа привёл Ибн Маджа (да помилует его Аллах) в своём «Сунане», сказав:
(3191) — «Передал нам Бакр ибн Халаф Абу Бишр, передал нам Абу ‘Асим, передал нам Ибн Джурайдж, сообщил мне Абу аз-Зубайр, что он слышал, как Джабир ибн Абдуллах говорил: «Мы ели во время похода на Хайбар мясо лошадей и мясо диких ослов»». Конец цитаты (2).
(2) «Сунан Ибн Маджа» 2/1064.