…у него, и разбор этого уже был приведён там ранее, обратись к нему — извлечёшь пользу. И у Аллаха Всевышнего просим содействия.
4 — (Из их числа): указание на то, что встреча с людьми с улыбкой и открытым лицом относится к качествам пророчества, что противоречит высокомерию и располагает к любви.
5 — (Из их числа): достоинство искусства верховой езды и положений о езде на лошадях, ибо это то, чему подобает обучаться благородному и знатному мужу.
6 — (Из их числа): нет ничего дурного в том, чтобы имам или учёный, если кто-то обратился к нему словом или иным образом, положил на него руку или коснулся некоторой части его тела — это проявление смирения и способ расположить к себе душу.
7 — (Из их числа): указание на чудо Пророка ﷺ, когда он молился за Джарира (да будет доволен им Аллах) о том, чтобы он держался на коне устойчиво, и после этого с ним не случалось ни падения, ни отклонения, как об этом сообщается в хадисе. А Аллах Всевышний знает лучше.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[6345] (2476) — Передал мне Абд аль-Хамид ибн Байан, сообщил нам Халид, от Байана, от Кайса, от Джарира, который сказал: «В доисторические времена (джахилийя) существовал дом, называемый Зу-ль-Халяса, и его также называли Йеменской Каабой и Сирийской Каабой. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Не избавишь ли ты меня от Зу-ль-Халяса, Йеменской и Сирийской Каабы?». Я выступил к нему во главе ста пятидесяти человек из племени Ахмас, мы разрушили его и убили тех, кого застали при нём. Затем я пришёл к нему и сообщил об этом, и он воззвал с молитвой за нас и за племя Ахмас».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: этот иснад — тот же иснад, что приводился перед предыдущим хадисом.
Его слово («и его называли Йеменской Каабой и Сирийской Каабой»): ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в некоторых списках — «Йеменская Кааба, Сирийская Кааба» без союза «и», и в этой формулировке есть неясность. Смысл в том, что Зу-ль-Халяса называли Йеменской Каабой, а благородную Каабу, что в Мекке, называли Сирийской Каабой — так их различали для отличия друг от друга. Именно это подразумевается, и слова следует толковать в этом смысле, то есть: его называли Йеменской Каабой, а ту, что в Мекке, называли Сирийской. А что касается того, кто передал это как «Йеменская Кааба, Сирийская Кааба» без союза, то смысл в том, что употреблялись оба этих названия — одно для одного места, другое для другого.
Что же касается его слов: «Не избавишь ли ты меня от Зу-ль-Халяса, Йеменской Каабы и Сирийской?», то кади Ияд сказал: упоминание «Сирийской» — это ошибка и заблуждение некоторых передатчиков, а правильно — опустить это. Аль-Бухари привёл этот хадис с этим же иснадом, и там нет этой добавки и этой ошибки. Конец слов кади (да помилует его Аллах).
Ан-Навави возразил ему, сказав после упоминания этого: это неудачно, скорее можно истолковать эту формулировку так, что смысл таков: «Не избавишь ли ты меня от их слов: Йеменская Кааба и Сирийская, и от существования этого места, из-за которого возникло такое название?». Конец.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: это толкование, приведённое ан-Навави (да помилует его Аллах), — толкование хорошее, и далее последует более подробное разъяснение этого, вскоре, так что обрати внимание.
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), и его разбор будет приведён полностью в следующем хадисе, если пожелает Аллах Всевышний. Я отложил его разбор до того хадиса, поскольку тот более полон, так что обрати внимание.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[6346] (…) — Передал нам Исхак ибн Ибрахим, сообщил нам Джарир, от Исмаила ибн Абу Халида, от Кайса ибн Абу Хазима, от Джарира ибн Абдуллаха аль-Баджали, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ сказал мне: «О Джарир, не избавишь ли ты меня от Зу-ль-Халяса?» — дома, принадлежавшего племени Хас‘ам, называемого Йеменской Каабой. Он сказал: я выступил во главе ста пятидесяти всадников, а я не удерживался устойчиво на коне. Я упомянул об этом Посланнику Аллаха ﷺ, и он положил свою руку на мою грудь и сказал: «О Аллах, укрепи его и сделай его ведущим наставленным». Он сказал: тогда я отправился и сжёг его огнём. Затем Джарир отправил к Посланнику Аллаха ﷺ человека с радостной вестью, по кунье Абу Артат, из нас, и тот пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал ему: «Я не пришёл к тебе, пока мы не оставили его подобным паршивому верблюду». И Посланник Аллаха ﷺ пять раз воззвал с благословением за коней Ахмаса и их мужей».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — (Исхак ибн Ибрахим) — упомянут ранее в прошлой главе.
2 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ад-Дабби аль-Куфи, переселившийся в ар-Райй и бывший там судьёй, — упомянут недавно.
Остальные упомянуты в этой главе и до неё, а Исхак ибн Ибрахим — это Ибн Рахавайх аль-Ханзали.
Разбор хадиса:
(От Джарира ибн Абдуллаха аль-Баджали) — с фатхой над «ба» и «джим» — по отношению к племени Баджила, а он — сын Анмара ибн Ираша ибн Амра ибн аль-Гаус, брата Азда ибн аль-Гауса. Некоторые говорят, что Баджила — имя их матери, а она из племени Са‘д аль-Аширы, а её сестра — Бахила, и они родили два великих племени. Поселился в Куфе, как сказано в «аль-Лубаб» (1).
(Он сказал) Джарир (да будет доволен им Аллах): (Посланник Аллаха ﷺ сказал мне: «О Джарир, не» — с фатхой над «хамзой» и облегчением «лям») — здесь означает предложение и побуждение, и относится к глагольным предложениям (2). (избавишь ты меня) — с дамма над буквой настояще-будущего времени, от «ираха» — избавление, с «ра» и «ха» без точки, как сказано в «Аль-Умда».
А в «Аль-Фатх» сказано: его слово «не избавишь ли ты меня» — с облегчённой «лям», это просьба, содержащая в себе повеление, и он выделил именно Джарира этим, потому что это было в землях его народа, а он был одним из их знатных. Под покоем подразумевается покой сердца, и не было ничего, что более тяготило сердце Пророка ﷺ, чем существование того, чему придают сотоварищей помимо Аллаха Всевышнего.
Аль-Хаким передал в «аль-Икляль» от аль-Бараа ибн Азиба (да будет доволен им Аллах), что он сказал: «Прибыло к Пророку ﷺ сто человек из племени Баджила и племени Кушайр [и] Джарир ибн Абдуллах (3), и он спросил его о племени Хас‘ам, и тот сообщил ему, что они отказались принять ислам. Тогда он назначил его начальником над всеми, кто был с ним, и присоединил к нему триста человек из ансаров, и приказал ему направиться к Хас‘аму и призывать их три дня; если они примут ислам, он должен принять это от них и разрушить их идола Зу-ль-Халяса, а иначе — обрушить на них меч» (4).
(От Зу-ль-Халяса?) — с фатхой над «ха» без точки и «лям», после которых — «сад» без точки. Ибн Дурайд передал фатху первой буквы и сукун второй, а Ибн Хишам передал дамма над ней. И говорят:
(2) «Умдат аль-кари», 14/269.
(3) Так в списке «аль-Фатх»: очевидно, что здесь есть пропуск, например: «в их числе Джарир ибн Абдуллах» или нечто подобное, так что следует уточнить.
(4) «Аль-Фатх», 9/494, «Книга военных походов», № 4355.
с фатхой над первой буквой и дамма над второй, и первое — более известно. А «Халяса» — растение с красными зёрнами, подобными сердоликовым бусинам, а «Зу-ль-Халяса» — название дома, в котором находился идол. Некоторые говорят, что имя дома — «аль-Халяса», а имя идола — «Зу-ль-Халяса». Аль-Мубаррад передал, что место Зу-ль-Халяса стало соборной мечетью для города, называемого аль-Абалят, из земель Хас‘ама, и ошибся тот, кто сказал, что оно было в землях Персии, как сказано в «аль-Фатх» (1).
А в «аль-Умда» сказано: «аль-Халяса» — с «ха» без точки, «лям» и «сад» без точки, все с фатхой, и говорят: с сукуном над «лям», и говорят: с дамма над «ха» и сукуном над «лям» — это название того дома. Абу аль-Валид аль-Вакаши зафиксировал его с фатхой над «ха» и сукуном над «лям», а ад-Диямий записал его своей рукой с фатхой над обеими. Ибн аль-Асир сказал: Зу-ль-Халяса — идол-тиран, которому поклонялось племя Даус, и говорят: это был дом, принадлежавший племени Хас‘ам, называемый Йеменской Каабой, и это тот дом, который разрушил Джарир ибн Абдуллах аль-Баджали, к которому послал его Пророк ﷺ. Конец (2).
«(Дом рода) Хас‘ам» — с буквами «ха» с точкой и «син» с тремя точками, по образцу слова «джа‘фар»: известное племя, ведущее своё происхождение от Хас‘ама ибн Анмара — с фатхой в начале и сукуном на «нун», то есть сына Ираша — с касрой в начале и облегчённой «ра», а в конце буква с точкой — сына ‘Аназа — с фатхой на несогласной и сукуном на «нун», после которой «зай», то есть сына Ваиля; их родословная восходит к Раби‘а ибн Низару, братьям Мудара ибн Низара, деда курайшитов.
Упоминание Зу-ль-Халасы встречается в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) у аль-Бухари и Муслима в «Книге смут» в возведённой к Пророку форме: «Не наступит Час, пока не будут покачиваться бёдра женщин племени Даус вокруг Зу-ль-Халасы» — это был идол, которому поклонялось племя Даус в эпоху невежества.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: мне представляется, что это не тот же самый (идол), что упомянут в хадисе данной главы, хотя ас-Сухайли склоняется к их единству. Ведь Даус — племя Абу Хурайры, и они восходят к Даусу ибн ‘Удсану — с даммой на несогласной, после которой стоит покоящаяся «даль», затем буква с тремя точками — сыну ‘Абдуллаха ибн Заграна; их родословная восходит к аль-Азду. Между ними и Хас‘амом есть расхождение как в родословной, так и в местности.
Ибн Дихья упомянул, что Зу-ль-Халаса, о котором говорится в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), был установлен ‘Амром ибн Лухайем в низине Мекки; ему навешивали ожерелья, укладывали на него страусиные яйца и совершали при нём жертвоприношения. А тот, что принадлежал племени Хас‘ам, — они построили дом, подражая Каабе. Так проявляется различие, и усиливается вероятность того, что речь идёт о двух разных объектах. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
«Его называли Каабой йеменской» — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так во всех рукописях, и это относится к присоединению определяемого к своему определению; куфийцы допускали это, а басрийцы предполагали здесь пропуск, то есть «Кааба йеменской стороны». Слово «йеманийя» — с облегчённой «йа» согласно известному чтению, передаётся также с усилением; это уже разъяснялось не раз.
В риваяте, предшествующем этому, сказано: «И его называли: Кааба йеменская, и Кааба шамская». В «Фатхе» сказано: так это передано; было сказано, что это ошибка, и правильно — только «йеменская». Так её назвали, подражая Каабе, ибо Кааба — Заповедный дом — по отношению к тому, кто находится со стороны Йемена, является шамской (северной), поэтому ту, что в Мекке, назвали шамской, а ту, что у них, — йеменской, чтобы различать их.
Хафиз сказал: мне представляется, что то, что содержится в этом риваяте, верно, и что её называли йеменской по причине её нахождения в Йемене, а шамской — потому что они сделали её дверь обращённой к Шаму. И ‘Ийад передал, что в некоторых риваятах сказано: «и Кааба йеменская, Кааба шамская» без союза «и». Он сказал: в этом есть неясность. Он сказал: смысл в том, что её называли то так, то так, и это подтверждает то, что я сказал, ибо предполагать это при наличии союза «и» предпочтительнее.
Другой сказал: его слово «и Кааба шамская» — это подлежащее с опущенным сказуемым, подразумевается: она та, что в Мекке. И было сказано: «Кааба» — подлежащее, а «шамская» — сказуемое, и предложение является обстоятельственным (халь); смысл: и Кааба — она шамская, и никакая другая.
Он сказал: и ас-Сухайли передал от некоторых грамматиков, что «ему» (له) — избыточное слово, и что правильно говорить: называли: Кааба шамская, то есть — этот новый дом, и Кааба йеменская, то есть — древний дом, или наоборот. Ас-Сухайли сказал: избыточности в этом нет, а «лям» здесь в значении «из-за», то есть: из-за него называли: Кааба шамская и Кааба йеменская, то есть одно из двух определений относилось к древнему (дому), а другое — к новому. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) сказал: по-моему, это последнее толкование, которое привёл ас-Сухайли, предпочтительнее и более обоснованно. Суть его в том, что из-за существования того (языческого) дома возникли два названия: одно — Кааба шамская, это название для благородной Каабы, а второе — Кааба йеменская, это название для упомянутого дома идола. Согласно этому, в риваяте нет ошибки, так что вдумайся в это внимательно. А Аллах Всевышний знает лучше.
«Сказал» Джарир (да будет доволен им Аллах): «И я выступил» — то есть вышел поспешно на бой — «во главе ста пятидесяти всадников». В версии аль-Бухари: «во главе ста пятидесяти верховых». В одном из риваятов добавлено: «и они были обладателями коней» — то есть держались на них устойчиво, по причине его последующих слов: «а я не мог держаться на коне устойчиво». В одном из слабых риваятов ат-Табарани встречается: «что их было семьсот». Хафиз сказал: возможно, если это передано верно, то избыточное число составляют пехотинцы и сопровождающие. Он сказал: затем я нашёл в «Книге о сподвижниках» Ибн ас-Сакана, что их было больше этого числа; там передано от Кайса ибн Гараба аль-Ахмаси, что он прибыл делегацией в пятистах человек. Он сказал: и прибыл Джарир со своим народом, и прибыл аль-Хаджжадж ибн Зу-ль-А‘йан во главе двухсот. Он сказал: и к нам присоединили триста человек из ансаров и других, и мы совершили поход на племя Хас‘ам. Как будто те сто пятьдесят были народом Джарира, а дополнение до двухсот — их последователи, а риваят, где упомянуто семьсот, относится к тем, кто был из рода Джарира и Кайса ибн Гараба, ведь пятьдесят были из одного племени. «Гараба» — с фатхой на букве с точкой и на «ра» без точки, после которой стоит губная буква, — так огласовало большинство. Конец цитаты.
Его слова: «А я не мог держаться устойчиво на коне, и я упомянул это Посланнику Аллаха ﷺ, и он ударил своей рукой по моей груди и сказал: «О Аллах, укрепи его и сделай его ведущим, ведомым по прямому пути»» — уже было разъяснено ранее, так что не пренебрегай этим, и Аллах Всевышний — Покровитель содействия.
«Сказал» Кайс ибн Абу Хазим, передавая от Джарира: «И отправился» Джарир «и сжёг её» — то есть сжёг Халасу, дом идола — «огнём, затем Джарир отправил к Посланнику Аллаха ﷺ человека, чтобы обрадовать его» этим сожжением, «которого называли» — с даммой в начале и облегчённой или усиленной «нун», в форме страдательного залога, настоящее время от «кана» в облегчённой форме, или «акна», или «канна» в усиленной форме, — «Абу Артой» — с фатхой на «алифе»... и его слова «от нас», то есть от Ахмаса. В версии аль-Бухари: «затем Джарир отправил человека из Ахмаса, которого называли Абу Артой» — с фатхой на «хамзе» и сукуном на «ра», после которой несогласная буква, а после «алифа» — «ха» женского рода. Имя этого Абу Арты: Хусайн ибн Раби‘а; оно названо в следующем риваяте у Муслима. У некоторых передатчиков этого хадиса — «Хусайн» с несогласной «син» вместо «сад», и это искажение. Некоторые называли его Хисном — с касрой в начале и сукуном на второй букве, а некоторые передатчики переставили это, сказав: «Раби‘а ибн Хисн». Некоторые называли его «Арта», а правильно: Абу Арта, Хусайн ибн Раби‘а, он же сын ‘Амира ибн аль-Азвара; он сподвижник из племени Баджила. Хафиз сказал: я не встречал упоминания о нём, кроме как в этом хадисе. Конец цитаты.
«Пришёл» Абу Арта (да будет доволен им Аллах) «к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал ему: не» — отрицательная частица — «пришёл я к тебе, пока мы не оставили её подобной облезлому верблюду» — с «джим» и губной буквой, — это иносказание об удалении её украшений и лишении её красоты. Аль-Хаттаби сказал: смысл в том, что она стала подобна верблюду, обмазанному дёгтем от парши, — указание на то, что она стала чёрной от того сожжения, которому она подверглась.
У некоторых передатчиков встречается, и говорят, что это риваят Мусаддада: «пустой внутри» — с «вав» вместо «ра» и «фа» вместо губной буквы, — и смысл: что она стала лишь формой без содержания, а «пустой внутри» — тот, чья внутренность пуста при видимой величине снаружи.
У Ибн Баттала встречается, что смысл слова «облезлый» — то есть чёрный, а смысл слова «пустой внутри» — то есть белый, и он передал это от Сабита ас-Саракусти, но ‘Ийад это отверг и сказал: это искажение и порча смысла, — так он сказал.
Хафиз сказал: если он имел в виду отвержение толкования «пустого внутри» как «белого», то это приемлемо, ибо это противоречит значению «чёрного», а установлено, что он сжёг её, а то, что сжигается, непременно становится чёрным по своему следу — как же его можно описывать как белое? А если он имел в виду отвержение самого слова «пустой внутри», то в этом нет порчи, ибо смысл в том, что она стала пустой, в ней ничего не осталось, как я это разъяснил. Конец цитаты.
«И Посланник Аллаха ﷺ призвал благословение» — с усилением «ра»; то есть помолился о благословении — в риваяте Ибн Хиббана: «О Аллах, благослови коней Ахмаса и его людей» — «на коней Ахмаса» — с двумя несогласными буквами.
(٢) «Аль-Фатх» ٩/ ٤٩٧, «Книга походов», номер (٤٣٥٥).
По форме подобно слову «ахмар», это братья Баджилы, с фатхой на «ба» с точкой и кясрой на «джим», — родовая группа Джарира (да будет доволен им Аллах), которые ведут своё происхождение от Ахмаса ибн аль-Гаус ибн Анмара. Баджила — женщина, к которой была отнесена эта известная племенная группа, а основа их родословной также восходит к Анмару.
Среди арабов есть и другое племя, называемое Ахмас, которое здесь не имеется в виду; его представители ведут происхождение от Ахмаса ибн Дубайʻа ибн Рабиʻа ибн Низара.
(«и его мужчинам») — то есть он призывал за мужчин Ахмаса (пять раз). Возможно, что призыв был именно пятикратным, тогда как обычно, когда он призывал, он делал это трижды, как в хадисе Анаса (да будет доволен им Аллах), — это было усилением и особым выделением Ахмаса за то, что они взялись за уничтожение неверия и устранение его следов. Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Джарира ибн Абдуллы аль-Баджали (да будет доволен им Аллах) — согласованный (передан и аль-Бухари, и Муслимом).
(Второй вопрос): о его извлечении:
Его привёл автор (составитель) здесь [٢٩/ ٦٣٤٥, ٦٣٤٦ и ٦٣٤٧] (٢٤٧٦), а также аль-Бухари в «Джихаде» (٣٠٣٠), «Достоинствах ансаров» (٣٨٢٣), «Походах» (٤٣٥٥, ٤٣٥٦ и ٤٣٥٧), «Мольбах» (٦٣٣٣); Абу Дауд в «Джихаде» (٣٧٧٢); Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (٧٢٠٢); ат-Табарани в «Аль-Кабир» (٢٢٥٢, ٢٢٥٣, ٢٢٥٥, ٢٢٥٦ и ٢٢٥٧); аль-Байхаки в «Аль-Кубра» (٩/ ١٧٤). Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
١ — из них: разъяснение достоинств Джарира (да будет доволен им Аллах) и его народа.
٢ — из них: разъяснение благословенности руки Пророка ﷺ и его мольбы, и что он призывал нечётным числом раз, и мог превысить три раза. В этом — конкретизация общего слова Анаса: «Когда он призывал, то призывал трижды», которое передал Муслим, — оно относится к преобладающему случаю, а увеличение здесь произошло по причине, требовавшей этого, что явно в случае Ахмаса — из-за того, что они взялись за уничтожение неверия и поддержку ислама, особенно вместе с людьми, которые были из их числа.
٣ — из них: разъяснение допустимости устранения того, чем искушаются люди, будь то строение или что-то иное, будь то человек, животное или неодушевлённый предмет.
٤ — из них: допустимость расположения к себе душ людей посредством назначения над ними правителя из их же числа, а также расположения через мольбу за них и похвалу им.
٥ — из них: желательность отправления вестника с радостной вестью о победах и подобном этому.
٦ — из них: разъяснение достоинства верховой езды на конях во время войны.
٧ — из них: принятие сообщения от одного передатчика.
٨ — из них: усиление в нанесении урона врагу, и в этом — урон следам лжи и усиленное их устранение. Аллах Всевышний знает лучше.
С непрерывным иснадом до автора (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[٦٣٤٧] (…) — Рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, [сказав]: рассказал нам Вакиʻ (х), и рассказал нам Ибн Нумайр, [сказав]: рассказал нам мой отец (х), и рассказал нам Мухаммад ибн Аббад, [сказав]: рассказал нам Суфьян (х), и рассказал нам Ибн Абу Умар, [сказав]: рассказал нам Марван — то есть аль-Фазари (х), и рассказал мне Мухаммад ибн Рафиʻ, [сказав]: рассказал нам Абу Усама, — все они от Исмаила, с этим же иснадом, и в риваяте Марвана сказано: «И пришёл вестник Джарира, Абу Артаа, Хусайн ибн Рабиʻа, чтобы обрадовать Пророка ﷺ».
Передатчики этого иснада: десять:
١ — (Ибн Нумайр) — это Мухаммад ибн Абдулла ибн Нумайр, упомянутый перед двумя хадисами.
٢ — (его отец) Абдулла ибн Нумайр аль-Хамдани аль-Куфи, упомянут недавно.
٣ — (Мухаммад ибн Аббад) ибн аз-Зибрикан аль-Макки, переселившийся в Багдад, правдив, но допускает ошибки [١٠] (умер ٢٣٤) (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа), упомянут прежде в «Введении» ٤/ ١٩.
٤ — (Суфьян) ибн Уяйна, упомянут перед двумя главами.
٥ — (Ибн Абу Умар) Мухаммад ибн Яхья ибн Абу Умар аль-Адани, затем аль-Макки, упомянут недавно.
٦ — (Марван аль-Фазари) — это Марван ибн Муавия ибн аль-Харис ибн Асма, Абу Абдулла аль-Куфи, переселившийся в Мекку, затем в Дамаск, надёжный, обладающий крепкой памятью, но допускал искажение имён шейхов (тадлис) [٨] (умер ١٩٣), упомянут прежде в «Вере» ٨/ ١٣٨.
٧ — (Мухаммад ибн Рафиʻ) Абу Абдулла ан-Найсабури, хафиз, упомянут недавно.
Остальные упомянуты в главе.
Его слово («все они от Исмаила») — местоимение множественного числа относится к пяти упомянутым: Вакиʻ, Абдулла ибн Нумайр, Суфьян ибн Уяйна, Марван аль-Фазари и Абу Усама Хаммад ибн Усама, — все они передали этот хадис от Исмаила ибн Абу Халида, от Кайса ибн Абу Хазима, от Джарира ибн Абдуллы (да будет доволен им Аллах).
Его слово («и пришёл вестник Джарира, Абу Артаа, Хусайн ибн Рабиʻа, чтобы обрадовать Пророка ﷺ») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так это в некоторых списках: «Хусайн» с «сад», а в большинстве списков — «Хусейн» с «син». Кади упомянул оба варианта и сказал: правильным является вариант с «сад», и это то, что имеется в списке Ибн Махана. Конец цитаты.
[Замечание]: риваят Вакиʻа ибн аль-Джарраха от Исмаила ибн Абу Халида привёл Ибн Абу Шейба (да помилует его Аллах) в своём «Мусаннафе», сказав:
(٣٣١٥٤) — рассказал нам Вакиʻ, [сказав]: рассказал нам Исмаил ибн Абу Халид, от Кайса ибн Абу Хазима, от Джарира, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Неужели ты не избавишь меня от Зу-ль-Халасы? — дом, принадлежавший Хасъаму, которому они поклонялись в эпоху невежества, называемый Йеменской Каабой». Он сказал: «И я вышел с ста пятидесятью всадниками». Он сказал: «И мы сожгли его, так что сделали его подобным паршивому верблюду». Он сказал: «Джарир отправил человека к Пророку ﷺ, чтобы обрадовать его вестью. Когда он прибыл к нему, он сказал: «Клянусь Тем, Кто послал тебя с истиной, я не пришёл к тебе, пока мы не оставили его подобным паршивому верблюду». Он сказал: «И благословил Посланник Аллаха ﷺ Ахмас, его конницу и его мужчин, пять раз». Конец цитаты.
Что же касается риваята Ибн Нумайра от Исмаила, то я не нашёл того, кто его привёл, пусть это будет рассмотрено. Аллах Всевышний знает лучше.
Что же касается риваята Суфьяна ибн Уяйны от Исмаила, то его привёл аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», сказав:
(٥٩٧٤) — рассказал нам Али ибн Абдулла, [сказав]: рассказал нам Суфьян, от Исмаила, от Кайса, который сказал: я слышал Джарира, говорившего: сказал мне Посланник Аллаха ﷺ: «Неужели ты не избавишь меня от Зу-ль-Халасы?» — а это был идол, которому они поклонялись, называемый Йеменской Каабой. Я сказал: «О Посланник Аллаха, я человек, который не держится крепко на коне». Тогда он ударил меня в грудь и сказал: «О Аллах, укрепи его, и сделай его наставляющим на прямой путь и ведомым по нему». Он сказал: «И я вышел с пятьюдесятью из Ахмаса, из моего народа», — а иногда Суфьян говорил: «И я отправился с группой из моего народа», — «и я прибыл туда и сжёг это. Затем я пришёл к Пророку ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, я не пришёл к тебе, пока не оставил его подобным паршивому верблюду». И он призвал за Ахмас и его конницу». Конец цитаты.
Что же касается риваята Марвана аль-Фазари, то его привёл ат-Табарани (да помилует его Аллах) в «Аль-Муʻджам аль-Кабир», сочетая его с [риваятом] Суфьяна, сказав:
(٢٢٥٣) — рассказал нам Абу Халифа, [сказав]: рассказал нам Ибрахим ибн Бишар ар-Раммади, [сказав]: рассказал нам Суфьян и Марван ибн Муавия, оба сказали: рассказал нам Исмаил ибн Абу Халид, [который] слышал Кайса ибн Абу Хазима, [который] слышал Джарира, говорившего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Неужели ты не избавишь меня от Зу-ль-Халасы?» Я сказал: «О Посланник Аллаха ﷺ, я человек, который не держится крепко на коне». Тогда он ударил меня в грудь и сказал: «О Аллах, сделай его наставляющим на прямой путь и ведомым по нему». Он сказал: «И я вышел к нему с пятьюдесятью из моего народа, и сжёг его огнём. Затем я вернулся к Пророку ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха ﷺ, я не пришёл к тебе, пока не оставил его подобным облысевшему верблюду». И он призвал за Ахмас, его конницу и его мужчин, трижды». Конец цитаты.
Что же касается риваята Абу Усамы от Исмаила, то его привёл аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», сказав:
(4099) — Юсуф ибн Муса передал нам: Абу Усама сообщил нам от Исмаила ибн Абу Халида, от Кайса, от Джарира, который сказал: сказал мне Посланник Аллаха ﷺ: «Не избавишь ли ты меня от зу-ль-Хуласы?» Я ответил: «Да», — и отправился со ста пятидесятью всадниками из племени Ахмас, а они были обладателями коней, а я не удерживался на коне устойчиво. Я упомянул об этом Пророку ﷺ, и он ударил своей рукой по моей груди, так что я увидел след его руки на своей груди, и сказал: «О Аллах, укрепи его и сделай его ведущим по прямому пути и наставленным». Он сказал: с тех пор я не падал с коня. Он сказал: а зу-ль-Хуласа был домом в Йемене, принадлежавшим племенам Хас'ам и Баджила, в нём находился идол, которому поклонялись, и его называли Каабой. Он сказал: и он пришёл к нему, сжёг его огнём и разрушил его.
Он сказал: когда Джарир прибыл в Йемен, там был человек, гадавший на стрелах. Ему сказали: здесь посланец Посланника Аллаха ﷺ, и если он застигнет тебя за этим, то отрубит тебе голову. Он сказал: и вот, когда тот гадал на стрелах, к нему подошёл Джарир и сказал: «Либо ты сломаешь их и засвидетельствуешь, что нет божества, кроме Аллаха, либо я отрублю тебе голову». Он сказал: тот сломал их и засвидетельствовал. Затем Джарир отправил человека из племени Ахмас, по прозвищу Абу Артаа, к Пророку ﷺ, чтобы обрадовать его этой вестью. Когда тот пришёл к Пророку ﷺ, он сказал: «О Посланник Аллаха, клянусь тем, кто послал тебя с истиной, я не пришёл, пока не оставил его подобным паршивому верблюду». Он сказал: тогда Пророк ﷺ благословил коней Ахмас и их всадников пять раз. Конец (1), и Аллах Всевышний знает лучше.
«Я лишь хочу примирения, насколько это в моих силах. Успех мой зависит только от Аллаха, на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(30) — (Глава о некоторых достоинствах Абдуллы ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах))
Это: Абдулла ибн аль-Аббас ибн Абд аль-Мутталиб ибн Хашим ибн Абд Манаф, курайшит, хашимит, Абу аль-Аббас, двоюродный брат Посланника Аллаха ﷺ. Его матерью была Умм аль-Фадль, Лубаба бинт аль-Харис аль-Хилалия. Он родился, когда бану Хашим находились в аш-Ши'бе, за три года до хиджры, а по другой версии — за пять лет, и первое мнение более достоверно. Это близко к тому, что передано о нём в обоих «Сахихах»: «Я подъехал, будучи верхом на ослице, а в тот день я уже приближался к возрасту зрелости, а Пророк ﷺ молился в Мина, не имея перед собой стены...» и далее хадис. А в «Сахихе» от Ибн Аббаса: «Пророк ﷺ скончался, когда я был обрезан», а в другой версии: «И они не обрезали мужчину, пока он не достигал зрелости», а в другом пути передачи: «Он скончался, когда мне было десять лет», и это следует понимать как отбрасывание дробной части.
Ат-Тирмизи передал через путь Лейса от Абу Джахдама от Ибн Аббаса, что тот видел Джибриля (мир ему) два раза.
А в «Сахихе» от него: «Пророк ﷺ прижал его к себе и сказал: «О Аллах, обучи его мудрости»», и его называли «толкователем арабов». Говорят, что прозвал его так Джурджир, царь Магриба, — он воевал вместе с Абдуллой ибн Абу Сарх в Ифрикии, и там разговаривал с Джурджиром, который сказал ему: «Тебе подобает быть не иначе как толкователем арабов». Это упомянул Ибн Дурайд в своей книге «Аль-Ахбар аль-Мансура».
Аль-Вакиди сказал: нет разногласия среди наших имамов, что он родился в аш-Ши'бе, когда курайшиты держали бану Хашим в осаде, и что на момент смерти Пророка ﷺ ему было тринадцать лет.
Абу аль-Хасан аль-Мадаини передал от Сухайма ибн Хафса, от Абу Бакры, который сказал: прибыл к нам Ибн Аббас в Басру, и не было среди арабов подобного ему по телосложению, знанию, одежде, красоте и совершенству.
Ибн Юнус сказал: он участвовал в походе на Ифрикию вместе с Абдуллой ибн Саадом в двадцать седьмом году. Ибн Манда сказал: он был белым, высоким, с желтоватым оттенком кожи, крупного телосложения, красивой внешности, светлого лица, с густыми волосами, окрашивал их хной.
Аз-Зубайр ибн Баккар привёл через свою цепь передачи от Мусы ибн Укбы, от Муджахида, что Ибн Аббас умер в ат-Таифе, и совершил над ним молитву Ибн аль-Ханафия. Тогда прилетела белая птица, вошла в его саван и не вышла из него. Когда над ним был выровнен прах, Ибн аль-Ханафия сказал: «Клянусь Аллахом, сегодня умер толкователь этой общины».
Якуб ибн Суфьян привёл через путь Абдуллы ибн Ямина, что его отец рассказал ему: когда несли похоронные носилки Абдуллы ибн Аббаса, прилетела белая птица, которую называют аль-гурнук, и вошла в носилки, после чего её больше не видели. Ибн Саад привёл через путь Йалы ибн Атаа от Буджайра ибн Абдуллы, который сказал: когда вынесли носилки Ибн Аббаса, прилетела большая белая птица со стороны Вадж, пока не смешалась с его саваном, и не было известно, куда она исчезла. И они считали, что это было его знание.
Аль-Хасан ибн Арафа в своей «Части» сказал: Марван ибн Шуджа передал нам от Салима аль-Афтаса, от Саида ибн Джубайра, который сказал: Ибн Аббас умер в ат-Таифе, и я присутствовал на его похоронах. Прилетела белая птица, вида которой я не видел прежде, вошла в его носилки, и её не видели выходящей оттуда. Когда его похоронили, был прочитан этот аят: «О душа умиротворённая! Вернись к своему Господу...» [аль-Фаджр: 27–28] до конца суры.
О его смерти есть разные мнения: в шестьдесят пятом году, и говорят — в шестьдесят седьмом, и говорят — в шестьдесят восьмом, и это верно согласно мнению большинства.
Аль-Мадаини передал от Хафса ибн Маймуна, от его отца: Абдулла ибн Аббас скончался в ат-Таифе, и прилетела белая птица, вошла между носилками и ложем. Когда его положили в могилу, мы услышали читающего, читавшего: «О душа умиротворённая!» — этот аят. И они согласны, что он умер в ат-Таифе в шестьдесят восьмом году, но разошлись в его возрасте: одни говорят — семьдесят один год, другие — семьдесят два, третьи — семьдесят четыре, и первое мнение наиболее сильное; это упомянуто в «Аль-Исаба» (1).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: это Абдулла ибн Аббас ибн Абд аль-Мутталиб ибн Хашим, известный по кунье Абу аль-Аббас. Он родился в аш-Ши'бе, когда бану Хашим были осаждены там, немного до выхода их оттуда, а это было за три года до хиджры. Разошлись во мнениях о его возрасте на день смерти Пророка ﷺ: одни говорят — десять лет, другие — пятнадцать лет, это передал от него Саид ибн Джубайр, третьи — что ему было тринадцать лет. Ибн Аббас сказал: в год прощального паломничества он уже приближался к возрасту зрелости. Умер Абдулла в ат-Таифе в шестьдесят восьмом году, во времена Ибн аз-Зубайра, потому что тот изгнал его из Мекки. Ибн Аббас умер в возрасте семидесяти лет, по другой версии — семидесяти одного, по третьей — семидесяти четырёх. Молитву над ним совершил Мухаммад ибн аль-Ханафия, сказавший: «Сегодня умер богобоязненный наставник этой общины». И над его могилой был поставлен шатёр (2).
Передаётся от Муджахида от него, что он сказал: я видел Джибриля возле Пророка ﷺ два раза, и Посланник Аллаха ﷺ молился за меня о мудрости два раза. Ибн Масуд (да будет доволен им Аллах) сказал о нём: «Как прекрасен толкователь Корана — Ибн Аббас». Умар (да будет доволен им Аллах) говорил о нём: «Юноша среди старцев, вопрошающий язык и разумеющее сердце». Масрук сказал: «Когда я видел Ибн Аббаса, я говорил: самый красивый из людей; а когда он говорил, я говорил: самый красноречивый из людей; а когда он рассказывал, я говорил: самый знающий из людей». Его называли «морем» за обилие его знания и «толкователем» за широту его памяти и проницательность его понимания. Умар (да будет доволен им Аллах) приближал его к себе за превосходство его понимания и хорошее умение подходить к делу.
Всего он передал от Посланника Аллаха ﷺ тысячу шестьсот шестьдесят хадисов (3), извлечённых
(2) Собиратель сказал: я считаю это правильным, потому что Ибн аль-Ханафия был из числа людей знания, а установка шатра над могилой — это новшество, не относящееся к шариату, более того, оно противоречит тому, с чем пришёл Пророк ﷺ; пусть на это будет обращено внимание.
(3) Упоминается, что у Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) в «Мусанад Бакы ибн Махляда» (1696) хадисов.