[Замечание]: что касается риваята Абд аль-Малика ибн Умайра от аль-Мунзира ибн Джарира от его отца, то я уже привёл его полностью в «Книге закята» под номером [٢١/ ٢٣٥١] (١٠١٧).
Что же касается риваята Ауна ибн Абу Джухайфы от аль-Мунзира ибн Джарира, то его привёл Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(١٩١٩٧) — рассказал нам Мухаммад ибн Джафар, [он сказал]: рассказал нам Шуба, от Ауна ибн Абу Джухайфы, от аль-Мунзира ибн Джарира, от его отца, который сказал: мы были у Посланника Аллаха ﷺ в начале дня, и к нему пришли люди, босые, нагие, одетые в дырявые полосатые накидки или в грубые плащи, с мечами на поясе, большинство из них были из племени Мудар, а вернее — все они были из Мудар. Лицо Посланника Аллаха ﷺ изменилось при виде их бедности. Он вошёл, затем вышел и велел Билалу произнести азан и икаму. Он совершил молитву, а затем произнёс проповедь, в которой сказал: «О люди, бойтесь вашего Господа, который создал вас из одной души» (Женщины, 1) — до конца аята — «Поистине, Аллах наблюдает за вами» (Женщины, 1). И прочитал аят из суры «Собрание»: «И пусть душа посмотрит, что она приготовила на завтрашний день» (Собрание, 18). «Пусть человек подаст милостыню из своего динара, из своего дирхама, из своей одежды, из са' пшеницы, из са' финиковой пальмы» — и он даже сказал: — «хотя бы половиной финика». Он сказал: тогда пришёл человек из ансаров с узелком, который его рука едва могла удержать, а вернее — уже не могла удержать. Затем люди последовали друг за другом, так что я увидел две горки — из еды и из одежды, и я увидел, как лицо Посланника Аллаха ﷺ засияло, будто оно было позолочено. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто заложил в исламе хорошую сунну, тому будет её награда и награда тех, кто будет поступать по ней после него, без какого-либо уменьшения их наград, а кто заложил в исламе плохую сунну, на том будет её грех и грех тех, кто будет поступать по ней после него, без какого-либо уменьшения их грехов»». Конец (1).
[Замечание]: ранее в «Закяте» я сказал об этом риваяте: я не нашёл того, кто привёл бы его целиком. А теперь — хвала Всевышнему Аллаху и по Его милости — я нашёл это, и на Всевышнего Аллаха упование в успехе.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[٦٧٨٠] (٢٦٧٤) — (Рассказали нам Йахья ибн Аюб, Кутайба ибн Саид и Ибн Худжр, сказав: рассказал нам Исмаил — они имели в виду ибн Джафара — от аль-Аля, от его отца, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто призвал к прямому пути, тому будет награда, подобная наградам тех, кто последовал за ним, и это не уменьшит ничего из их наград; а кто призвал к заблуждению, на том будет грех, подобный грехам тех, кто последовал за ним, и это не уменьшит ничего из их грехов»).
Составитель, — да простит его Аллах, — сказал: этот самый иснад уже приводился в предыдущей главе.
Его слово («от Абу Хурайры») (да будет доволен им Аллах) («что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «кто призвал к прямому пути») — то есть к тому, чем можно руководствоваться из благих дел, и он употребил слово в неопределённой форме, чтобы оно распространялось широко и охватывало даже незначительное, как, например, устранение препятствия с дороги (1).
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: «прямой путь» (الهدى) — это либо указание, ведущее к желаемой цели, либо наставление в общем смысле. В этом хадисе подразумевается то, чем можно руководствоваться из благих дел, и это, в силу неопределённости слова, распространяется на всё, что вообще называется «прямым путём» — будь оно малым или большим, великим или незначительным. Наибольшим проявлением такого руководства является призыв к Аллаху и совершение благих дел с словами: «Поистине, я из числа мусульман», а наименьшим — призыв к устранению препятствия с дороги мусульман. Отсюда — величие положения учёного-правоведа, призывающего и наставляющего, до такой степени, что один такой учёный превосходит тысячу поклоняющихся, ведь его польза распространяется на людей и на эпохи до Дня воздаяния. И мы надеемся на милость и щедрость Аллаха, что наш труд в этой книге будет вписан в этот ряд, — да помилует Аллах раба, который скажет: «Амин»! Конец.
Составитель, — да простит его Аллах, — сказал: амин, амин, амин.
Его слово («тому будет») — то есть тому призывающему («награда, подобная наградам тех, кто последовал за ним») и поступал согласно его указанию или исполнял его повеление, («это не уменьшит», — с даммой над «каф», от глагола по образцу «насара») («этого») аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: указывает на то, о чём говорится в глаголе «кяна» (быть); так было сказано, но более очевидно, что это относится к награде. («ничего из их наград»). Ибн аль-Малик сказал: это дополнение, либо уточнение, исходя из того, что глагол «уменьшать» может быть как непереходным, так и переходным. Конец. Аль-Кари возразил ему, сказав: более очевидно, что слово «ничего» (شيئًا) — дополнение, то есть «ничего из их наград», либо абсолютное дополнение, то есть «из уменьшения». Конец (2).
Это устраняет предположение о том, что награда призывающего может быть равна лишь за счёт уменьшения награды последовавшего, тогда как на самом деле награда последовавшего присоединяется к награде призывающего. А местоимение множественного числа в слове «их наградах» относится к слову «кто» (мен) по смыслу.
И заслужил призывающий к прямому пути эту награду именно потому, что призыв к прямому пути — одно из качеств пророков (мир им) (1).
Его слово («а кто призвал к заблуждению») — то есть тот, кто направил другого к совершению греха, даже незначительного, или приказал ему это, или помог ему в этом, («на том будет грех, подобный грехам тех, кто последовал за ним»), поскольку это порождено его действием, которое является одним из качеств шайтана. А раб подлежит наказанию за причину и за то, что из неё проистекло, подобно тому как пьяный наказывается за преступление, совершённое им в состоянии опьянения, — из-за запрета на саму причину, так что пьяный не оправдывается. Ведь Аллах наказывает за запрещённые причины и за то, что из них проистекает, подобно тому как Он вознаграждает за причины, предписанные Им, и за то, что из них проистекает. Поэтому на Каине, убившем своего брата, лежит доля греха за каждого убийцу, так как он был первым, кто установил обычай убийства, как сказано в хадисе (2). Его слово («это не уменьшит ничего из их грехов») — аль-Кади аль-Байдави сказал: деяния рабов, даже если они сами по себе не являются непосредственной причиной награды и наказания, всё же по установленному Аллахом (велик Он и возвышен) обычаю связаны с ними так, как следствия связаны с причинами. А действие раба, если оно имеет какое-либо влияние на возникновение чего-либо, — то, подобно тому как награда и наказание проистекают из того, что он совершает непосредственно, они также проистекают из того, что является следствием его действия, — например, указание на что-либо или побуждение к нему. И поскольку то основание, по которому опосредованный виновник заслуживает награды, отличается от основания, по которому её заслуживает непосредственный исполнитель, награда одного не уменьшает награду другого ни на что. Конец.
Аль-Кари сказал: из этого становится ясно, что Пророку ﷺ причитается умножение награды соответственно умножению деяний его общины, — то, что не поддаётся исчислению и не имеет предела. То же самое относится к первым из мухаджиров и ансаров, а также к остальным из числа предшественников по отношению к последующим поколениям, и к учёным-муджтахидам по отношению к их последователям. Этим объясняется превосходство предшествующих над последующими на каждом уровне и в каждую эпоху.
[Замечание]: Ибн Хаджар сказал: если призывающий ко греху покаялся, а деяние по-прежнему совершается [другими] по его призыву, то прерывается ли грех его наставничества с его покаянием — поскольку покаяние стирает то, что было до него, — или нет, поскольку условием покаяния является возврат несправедливо взятого и прекращение [греха], а пока деяние, совершаемое по его указанию, продолжает существовать, действие остаётся приписанным ему, как если бы он не вернул и не прекратил? Оба варианта возможны, и я не встречал по этому поводу передачи от кого-либо, но сейчас склоняюсь ко второму. Конец.
Аль-Кари возразил ему, сказав: более очевидно первое, иначе пришлось бы утверждать недействительность его покаяния, а этого никто не говорил. Далее, возврат несправедливо взятого ограничен возможностью, а прекращение каждой вещи происходит соответственно ей непременно. Кроме того, продолжение награды последователей основано на продолжении удовлетворённости того, за кем они следуют; если же он покаялся и пожалел, это прерывается, — подобно тому как призывающий к прямому пути, если он впал в погибель, — да упасёт нас Аллах от этого, — прерывается награда тех, кто следовал за ним. Также многие из неверующих были призывающими к заблуждению, но от них принимался ислам, поскольку ислам стирает то, что было до него, а покаяние подобно этому, даже сильнее, ибо покаявшийся от греха — как тот, у кого вовсе нет греха. Конец (1).
Составитель, — да простит его Аллах, — сказал: то, что сказал аль-Кари, представляется мне верным ввиду очевидности его доказательства и ясности его пути.
И суть его в том, что тот, кто покаялся от призыва к греху, и покаяние его было хорошим, не требуется от него, чтобы призванные им к этому заблуждению оставили его; однако ему следует призвать их к правильному пути, подобно тому как он призывал их к заблуждению, если он способен на это. И Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) относится к тому, что передал автор (да помилует его Аллах) в единственном числе (то есть без параллельных передач в других сборниках из числа шести).
(Вопрос второй): о его источниках:
Его привёл (автор) здесь [6/6780] (2674), и (Абу Дауд) в «Сунне» (4609), и (ат-Тирмизи) в «Знании» (2674), и (Ибн Маджа) во «Введении» (206), и (Ахмад) в своём «Мусаннаде» (2/397), и (ад-Дарими) в своём «Сунане» (1/130 и 131), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (112), и (аль-Багъяуи) в «Шарх ас-Сунна» (109). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — (из них): побуждение и настойчивое призывание к призыву к благим делам и установлению хороших сунн.
2 — (из них): предостережение от призыва к новшествам и вымыслам, которые не подтверждаются шариатским доказательством, а, напротив, отвергаются и опровергаются им. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: этот хадис и предшествующий хадис Джарира ясно указывают на побуждение к желательности установления хороших дел и на запрет установления плохих дел, и что тот, кто установил хорошую сунну, получит награду, подобную награде каждого, кто будет поступать по ней, до Дня воскресения, а тот, кто установил плохую сунну, будет нести грех, подобный греху каждого, кто будет поступать по ней, до Дня воскресения, и что тот, кто призвал к правильному пути, получит награду, подобную наградам тех, кто последовал за ним, или к заблуждению — будет нести грех, подобный грехам тех, кто последовал за ним, независимо от того, был ли он тем, кто первым начал этот правильный путь или заблуждение, или был предшествуем в этом кем-то другим, и независимо от того, было ли это обучением знанию, или обрядом, или воспитанием, или чем-то иным. Конец цитаты (1).
3 — (из них): что награда за некоторые дела не прерывается, равно как и грехи за них, и это те дела, которые становятся причиной для подражания их совершителю, поэтому разумному человеку следует быть ключом к добру, а не ключом ко злу. Ибн Маджа привёл в своём «Сунане» от хадиса Сахля ибн Саада (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Это добро — сокровищницы, и у этих сокровищниц есть ключи. Блажен раб, которого Аллах сделал ключом к добру и замком для зла, и горе рабу, которого Аллах сделал ключом ко злу и замком для добра» (2).
4 — (из них): то, что сказал Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах): этот хадис — самое доходчивое из того, что говорит о достоинстве обучения знанию сегодня, и призыва к нему, и ко всем путям добра и благочестия (3).
5 — (из них): то, что сказал некто из учёных: в этом хадисе и предшествующем хадисе «кто установил хорошую сунну и т. д.» есть указание на то, что всякая награда, полученная указывающим и призывающим, получает и Пророк ﷺ подобную ей, в дополнение к той особой награде, которая полагается ему самому за его указание или
(2) Признал хорошим шейх аль-Альбани в «ас-Сильсиля ас-сахиха» 3/320–321, № (1332).
(3) «Тануир аль-хавалик» 1/170.
его наставление наставленного на путь, и в дополнение к тем наградам, которые ему полагаются за его собственные благие дела, знания и заслуги, до аромата распространения которых не доходит вся его умма, и десятой доли десятой доли которых они не достигают. И так мы говорим: все наши благие дела, наши праведные поступки и обряды каждого мусульманина записаны в свитках нашего Пророка ﷺ в дополнение к той награде, которая полагается ему самому, и получает он награды по числу своей уммы, умноженные многократно, не поддающиеся счёту, которые разум не способен постичь; ибо каждый учёный и наставляющий получает награду до Дня воскресения, и его наставнику в наставлении на правильный путь возобновляется подобная награда, а наставнику его наставника — вдвое больше, а третьему наставнику — вчетверо, а четвёртому — в восемь раз, и так она удваивается на каждой ступени по числу наград, полученных до него, пока не доходит до Пророка ﷺ; если предположить, что ступеней десять после Пророка ﷺ, то Пророку ﷺ полагается награда в тысячу двадцать четыре, а если наставлен будет одиннадцатый через десятого, награда Пророка ﷺ станет две тысячи сорок восемь, и так каждый раз, когда прибавляется один, удваивается всё, что было прежде него, вечно, до Дня воскресения, и это дело, которое может объять только Аллах. Что же говорить, если взять это вместе с многочисленностью сподвижников, последователей и мусульман в каждую эпоху, и каждому из сподвижников полагается по числу наград, которые проистекли из его поступка, до Дня воскресения, и всё, что достаётся всем сподвижникам, целиком достаётся и Пророку ﷺ. Этим проявляется превосходство первых поколений над последующими, и то, что чем больше становятся последующие, тем больше становится награда первых, и она умножается. И кто размыслит над этим смыслом и будет наделён содействием свыше, у того пробудится стремление к обучению, и он возжелает распространять знание, чтобы умножалась его награда в жизни и после смерти постоянно, и удержится от введения новшеств и притеснений, таких как незаконные поборы и прочее, ибо это умножает на него грехи тем же путём, что было упомянуто, пока хоть кто-то поступает по этому. Пусть же мусульманин размыслит над этим смыслом, над счастьем указывающего на добро и над несчастьем указывающего на зло. Конец цитаты (1). И Аллах Всевышний знает лучше.
«Я желаю лишь исправления, насколько это в моих силах, и содействие мне только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
* * *
(50) — (Книга поминания, мольбы и покаяния)
Что касается «зикр» (с касрой): аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: это сохранение вещи, как и «тазкар», и то, что произносится языком, и слава — как «зукра» (с даммой), — и хвала, и почёт, и молитва Аллаху Всевышнему, и мольба, и книга, в которой подробно изложена религия. Конец цитаты (1).
Ар-Рагиб аль-Асфахани (да помилует его Аллах) сказал: слово «зикр» иногда употребляется в значении состояния души, благодаря которому человек способен сохранять то знание, которое он приобретает, — это подобно сохранению (хифз), с той разницей, что «хифз» говорится с точки зрения удержания этого знания, а «зикр» говорится с точки зрения его воспроизведения (припоминания). А иногда оно употребляется в значении присутствия вещи в сердце или в речи, и поэтому говорят: «зикр» бывает двух видов: зикр сердцем и зикр языком, и каждый из них бывает двух родов: зикр после забвения и зикр не после забвения, а вследствие постоянного сохранения. И всякая речь, о которой говорят, называется «зикр»; и из зикра языком — слова Всевышнего: «Мы ниспослали вам Писание, в котором ваше упоминание» (аль-Анбия, 10), и слова Его: «Это благодатное напоминание, которое Мы ниспослали» (аль-Анбия, 50), и слова Его: «Это напоминание тому, кто со мной, и напоминание тому, кто был до меня» (аль-Анбия, 24), и слова Его: «Неужели напоминание ниспослано ему из нас всех?» (Сад, 8), то есть Коран, и слова Его: «Сад. Клянусь Кораном, обладателем напоминания» (Сад, 1), и слова Его: «И оно, поистине, есть напоминание для тебя и для твоего народа» (аз-Зухруф, 44), то есть честь для тебя и для твоего народа, и слова Его: «Спросите же обладателей напоминания» (ан-Нахль, 43), то есть предыдущие писания. И слова Его: «Аллах уже ниспослал вам напоминание — Посланника» (ат-Талак, 10–11); было сказано, что «напоминание» здесь — это описание Пророка ﷺ, и это мнение Ибн Аббаса, приведённое от него Ибн Мардавайхом (2), подобно тому как «слово» — описание Иисуса (мир ему), поскольку он был возвещён в предыдущих писаниях, так что слово «Посланник» становится заменой к нему; а некоторые сказали, что слово «Посланника» стоит в винительном падеже, зависимом от слова «напоминание», как если бы было сказано: «Мы ниспослали вам Писание — напоминание —
(2) Смотри: «ад-Дурр аль-мансур» 8/209.
Посланника, который читает». Он сказал: а из зикра после забвения — слова Его: «Поистине, я забыл рыбу, и заставил меня забыть о ней не кто иной, как шайтан, чтобы я не упомянул о ней» (аль-Кахф, 63); а из зикра сердцем и языком вместе — слова Всевышнего: «Помните же Аллаха, как вы помните ваших отцов, или ещё сильнее» (аль-Бакара, 200), и слова Его: «Помните же Аллаха у святого места и помните Его так, как Он наставил вас» (аль-Бакара, 198), и слова Его: «И Мы уже написали в Псалтыри после напоминания», то есть после предыдущего писания (аль-Анбия, 105).
И его слово: «Поистине, помнить Аллаха — величайшее (من العنكبوت: ٤٥)»; то есть: упоминание Аллахом Своего раба больше, чем упоминание раба о Нём, и это побуждение к частому упоминанию Его. А «зикра» (الذِّكرى) — это многократное упоминание, и оно более выразительно, чем «зикр». Всевышний сказал: «В знак милости от Нас и напоминание для обладающих разумом» (Сад: 43), «И напоминай, ибо напоминание приносит пользу верующим» (аз-Зарийат: 55), — и во многих других айатах. Конец слов ар-Рагиба (да помилует его Аллах) — с сокращением (1).
Что касается ду‘а (мольбы), то это обращение к Всевышнему Аллаху с желанием. Говорят: «да‘а дуа’» (с даммой), и «да‘ва» (с фатхой и без удлинения) — так сообщил аль-Маджд (2).
Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: «Я обратился к Аллаху с мольбой (да‘ват Аллаха дуа’ан)» — значит: усердно просил Его и стремился к тому благу, что у Него есть (3).
Ар-Рагиб (да помилует его Аллах) сказал: ду‘а подобно нида (зову), с той разницей, что нида может произноситься с частицами «йа» или «айа» и подобными им без присоединения имени, тогда как ду‘а почти не произносится без имени, например: «о такой-то». Иногда каждое из этих двух слов употребляется на месте другого. Всевышний сказал: «...подобны тому, кто кричит на то, что не слышит ничего, кроме зова и клича» (аль-Бакара: 171). Также ду‘а употребляется в значении «называть», например: «да‘авту ибни Зайдан» — то есть: «назвал его». Всевышний сказал: «Не равняйте обращение (дуа’) к Посланнику между собой с обращением друг к другу» (ан-Нур: 63) — побуждая к его возвеличиванию; это относится к обращению того, кто говорил: «О Мухаммад». А «да‘автуху» — означает: «попросил его» или «воззвал к нему за помощью». Всевышний сказал: «Они сказали: «Обратись (уд‘у) за нас к твоему Господу»» (аль-Бакара: 68), то есть: «Попроси Его». И сказал: «Скажи: «Видели ли вы сами, если придёт к вам наказание Аллаха или наступит Час, — станете ли вы призывать (тад‘уна) кого-либо кроме Аллаха, если вы говорите правду? Нет, вы будете призывать (тад‘уна) только Его»» (аль-Ан‘ам: 40-41), — предостерегая, что если вас поразит беда, вы не найдёте прибежища, кроме как у Него. Конец слов ар-Рагиба (да помилует его Аллах) (1).
Что касается тауба (покаяния), то это возвращение. Говорят: «таба мин занбихи, йатубу таубан, тауба, ва матаба» — то есть: «отступил (от греха)». Некоторые сказали: тауба — это тауб, но «ха» служит для придания женского рода масдару. Другие сказали: тауба — единичное действие, подобно «дарбат» (единичный удар). Итак, он «та’иб» (кающийся), а «таба Аллаху ‘алейхи» означает: «простил его и избавил от грехов», и Он — «тавваб», в форме преувеличения. А «истатабаху» означает: «попросил его покаяться» — так сказал аль-Файйуми (да помилует его Аллах) (2).
Ар-Рагиб (да помилует его Аллах) сказал: тауб — это оставление греха самым прекрасным образом, и это наиболее выразительный из способов извинения, ибо извинение бывает трёх видов: либо извиняющийся говорит: «Я не совершал этого», либо говорит: «Я совершил это по такой-то причине», либо говорит: «Я совершил это и поступил плохо, но я отступил» — и четвёртого пути нет. И этот последний вид и есть тауба.
А тауба в шариате — это оставление греха из-за его отвратительности, раскаяние в том, что было допущено, твёрдое намерение не повторять его, и возмещение того, что можно возместить из деяний посредством повторения. И когда собираются эти четыре условия, покаяние становится полным. А «таба иля Аллах» (обратился с покаянием к Аллаху) — упоминание «иля Аллах» указывает на обращение, подобно: «Так обратитесь с покаянием к вашему Создателю» (аль-Бакара: 54), «И обратитесь все с покаянием к Аллаху» (ан-Нур: 31), «Неужели они не обратятся с покаянием к Аллаху» (аль-Маида: 74). А «таба Аллаху ‘алейхи» означает: «принял его покаяние», отсюда: «Аллах принял покаяние Пророка и переселившихся» (ат-Тауба: 117), «Затем Он принял их покаяние, чтобы они покаялись» (ат-Тауба: 118), «И Он принял ваше покаяние и простил вам» (аль-Бакара: 187).
Слово «та’иб» (кающийся) применяется как к тому, кто приносит покаяние, так и к тому, кто принимает покаяние: раб — кающийся к Аллаху, а Аллах — принимающий покаяние Своего раба.
А «тавваб» — это раб, много каявшийся, что выражается в оставлении им в каждый момент некоторых грехов постепенно, пока он не оставит их все. Иногда это говорится и об Аллахе Всевышнем из-за многократности принятия Им покаяния рабов, раз за разом. А Его слово: «А кто покается и совершит благое, тот вернётся к Аллаху истинным возвращением» (аль-Фуркан: 71) — означает: полное покаяние, то есть сочетание оставления мерзкого...