Ан-Навави сказал: смысл этого таков: «если бы не опасение, что люди станут считать это одним из обрядов хаджа и станут из-за этого теснить друг друга настолько, что одолеют вас и оттеснят от черпания воды, — то я бы и сам черпал вместе с вами», — из-за великого достоинства этого черпания воды. Его слово (то подали ему) — то есть дали ему (ведро) — проявляя заботу о более достойном. (И он напился из него) — то есть из ведра или из воды.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели Муслим и Ибн Маджа примерно так же, полностью, а ан-Насаи привёл его в сокращённом виде.
В одном из риваятов в состав хадиса включены слова, идущие после его слова «и возьмите себе из места стояния Ибрахима место для молитвы», где сказано: и он прочитал в них суру «Единобожие» и суру «Скажи: о неверующие».
А в другом риваяте: и он совершил закатную и вечернюю молитвы с одним азаном и одним икаматом.
[١٩٠٦] Его слово (от своего отца) — то есть от Мухаммада ибн Али — (что пророк ﷺ...) — переданное в форме мурсаль — (совершил полуденную и послеполуденную молитвы) — то есть объединив их с опережением, как это явствует из предыдущего риваята — (с одним азаном...) и в этом содержится довод в пользу того, что две молитвы при объединении с опережением совершаются с одним азаном для первой и с двумя икаматами — для каждой молитвы свой икамат.
Этого мнения придерживались аш-Шафии, Ахмад, Абу Саур и другие. (И он совершил закатную и вечернюю молитвы в Джам‘) — то есть в Муздалифе — (с одним азаном и двумя икаматами) — и в этом содержится довод в пользу того, что при объединении молитв с отсрочкой, во время второй молитвы, они совершаются с одним азаном для первой и с двумя икаматами, как было указано ранее. (И не совершал между ними дополнительных молитв) — то есть не совершил ничего из добровольных молитв между этими двумя обязательными.
Этот хадис передал в виде муснад (упомянув Джабира ибн Абдуллаха) в пространном хадисе, то есть в упомянутом ранее. (И согласился с Хатимом) — «Хатима» здесь дополнение к глаголу «согласился» — (в отношении иснада этого хадиса) — то есть в отношении иснада данного хадиса с упоминанием Джабира — (Мухаммад ибн Али аль-Джу‘фи). А смысл в том, что, хотя Абд аль-Ваххаб ас-Сакафи и передал этот хадис от Джа‘фара ибн Мухаммада в форме мурсаль, однако Хатим ибн Исмаил, а также Мухаммад ибн Али аль-Джу‘фи передали его от Джа‘фара ибн Мухаммада с упоминанием Джабира ибн Абдуллаха, так что хадис стал непрерывным (муттасиль). Слово (кроме того) — это исключение из слова «согласился», то есть Мухаммад ибн Али согласился с Хатимом в иснаде и матне, кроме того, что он добавил следующую фразу: (сказал: и совершил закатную и ночную молитвы) — то есть ‘иша — (с одним азаном и одним икаматом), — в отличие от Хатима ибн Исмаила, который сказал: с одним азаном и двумя икаматами. Риваят Мухаммада ибн Али аль-Джу‘фи подтверждает мнение Абу Ханифы и Абу Юсуфа, ибо они оба говорили: с одним азаном и одним икаматом.
Я обнаружил это выражение в некоторых списках, тогда как в большинстве из них оно отсутствует, и вот оно: Абу Дауд сказал: мне сказал Ахмад: «Хатим допустил ошибку в этом пространном хадисе». Конец цитаты.
Я говорю: в достоверности приписывания этих слов Абу Дауду, а затем Ахмаду ибн Ханбалю есть сомнение, ибо группа имамов из числа как ранних, так и поздних учёных признала этот хадис достоверным, не указав на ошибку Хатима ибн Исмаила. А Аллах знает лучше.
[١٩٠٧] (Я совершил заклание здесь, а Мина вся является местом заклания) — то есть каждый участок её пригоден для заклания, и в этом единодушны все учёные, однако предпочтительнее совершать заклание в том месте, где совершал его пророк ﷺ, — так сказал аш-Шафии.
А место заклания пророка ﷺ находится у первого столба, что примыкает к мечети Мины, — так сказал Ибн ат-Тин. Границы Мины простираются от долины Мухассир до аль-Акабы. (Я стоял здесь) — то есть у скал, а Арафат весь целиком является местом стояния, где стояние действительно.
Учёные единодушны в том, что тот, кто остановился в любой части Арафата, — стояние его действительно. У Арафата четыре границы: одна — до большой дороги, ведущей на восток, вторая — до подножий горы, что позади его земель, третья — до садов, примыкающих к его двум сторонам слева от того, кто обращён лицом к Каабе, четвёртая — долина Урана (с даммой над «айн» и через «нун»); и ни она, ни Намира не входят ни в Арафат, ни в Харам. (А Муздалифа вся целиком является местом стояния) — в этом содержится довод в пользу того, что она вся целиком является местом стояния, так же как и Арафат весь целиком является местом стояния. Так сказано в «Найль аль-аутар».
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели Муслим и ан-Насаи примерно так же.
[١٩٠٨] (Так совершайте заклание в своих жилищах) — под «жилищами» подразумеваются стоянки. Знатоки языка говорят: «рахль» человека — это его стоянка, будь она из камня, глины, шерсти или волоса.
[١٩٠٩] (И возьмите) — с касрой над «ха», в повелительном наклонении, согласно одному из двух чтений, а по другому чтению — с фатхой, в повествовательном наклонении; повелительное наклонение указывает на обязательность.
В «Фатх аль-Бари» сказано: однако установился единогласный консенсус (иджма‘) на допустимости совершения молитвы, обращаясь к любой из сторон Каабы, что указывает на отсутствие конкретизации данного места. Это основано на том, что под «местом стояния Ибрахима» имеется в виду то место, где остался след его стоп, и оно существует по сей день.
Муджахид сказал: под «местом стояния Ибрахима» подразумевается весь Харам целиком, однако первое мнение более верно. (И он прочитал в них суру «Единобожие») — то есть «Скажи: Он — Аллах, Единый»; в этом содержится желательность чтения этих двух сур вместе с открывающей главой Писания. Относительно обязательности этих двух рак‘атов имеются разногласия: Абу Ханифа, а также, согласно одной из его позиций, аш-Шафии считали их обязательными, приводя в доказательство упомянутый аят; на это был дан ответ, что повеление в этом аяте относится лишь к принятию этого места для молитвы, а не к самой молитве.
Аль-Хасан аль-Басри и другие говорили, что его слово (место для молитвы) означает «кибла». Конец цитаты.
Речь об иснаде и смысле этого хадиса уже приводилась ранее, под хадисом Хатима ибн Исмаила, то, что упомянул ан-Навави. Однако из данного риваята явствует, что его слова «и он прочитал в них суру «Единобожие»» являются вставкой (мудрадж) от Мухаммада ибн Али, добавленной к тому, что передал Джабир. Точно так же его слова «‘Али сказал в Куфе: и я отправился, побуждая…» до конца истории о Фатыме (да будет доволен ею Аллах) — это то, что упомянул Мухаммад ибн Али в прерванной форме (мункати‘), без упоминания Джабира. А Аллах знает лучше.
8 — Глава о стоянии на Арафате.
[1910] Его слово (وَمَنْ دَانَ دِينَهَا) — «и кто следовал их религии», то есть последовал за ними и принял их веру как свою.
(يَقِفُونَ بِالْمُزْدَلِفَةِ) — «стояли в Муздалифе», то есть в то время, когда люди стояли в Арафате.
(وَكَانُوا) — то есть курайшиты — (يُسَمَّوْنَ الْحُمْسَ) — «назывались хумс», множественное число от «ахмас», от слова «хамаса», означающего храбрость и суровость. Этим прозвищем были названы курайшиты, кинана и их союзники во времена джахилии за их усердие (тахаммус) в своей религии, либо за то, что они прибегали к «хумаса» — то есть Каабе, поскольку её камни были белыми, переходящими в чёрный цвет, а такой оттенок считался «шадид» (сильным, суровым). Итог таков: курайшиты до ислама стояли в Муздалифе, которая относится к Харраму, и не стояли в Арафате, тогда как остальные арабы стояли в Арафате. Курайшиты же говорили: «Мы — жители Харрама, и не выходим из него».
(سَائِرُ الْعَرَبِ) — то есть остальные из них — (يَقِفُونَ بِعَرَفَةَ) — по древнему обычаю.
(ثُمَّ يُفِيضُ مِنْهَا) — «ифада» означает продвижение в пути; изначально это слово означало «литьё», а затем было использовано в переносном смысле для обозначения продвижения в пути. Первоначально говорилось «афаса нафсаху» (заставил себя двинуться) или «афаса рахилатаху» (заставил свою верховую животную двинуться), затем дополнение было полностью опущено, так что глагол стал восприниматься как непереходный.
(ثُمَّ أَفِيضُوا) — то есть «двигайтесь» — (مِنْ حَيْثُ أَفَاضَ النَّاسُ) — то есть оттуда, откуда двигалось большинство людей, а это Арафат.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис передали аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи и ан-Насаи.