И он сказал: это ошибка, а правильным является риваят Айюба, то есть ас-Сахтияни, ведь Айюб более надёжен, чем Халид, то есть аль-Хаззаз. Он хочет сказать, что верным является хадис Абу аль-Мухаллаба, который приведён перед этим.
[3961] («от Мухаммада ибн Сирина, от Имрана ибн Хусайна») Этот хадис относится к тому, в чём ад-Даракутни сделал замечание Муслиму, сказав: «Ибн Сирин не слышал этого от Имрана, как говорят, а слышал это от Халида аль-Хаззаза, от Абу Кыляба, от Абу аль-Мухаллаба, от Имрана». Так сказал Ибн аль-Мадини.
Ан-Навави сказал: в этом нет явного указания на то, что Ибн Сирин не слышал от Имрана, а если бы даже было доказано отсутствие слышания им от него, это не повредило бы достоверности данного хадиса и не вызвало бы упрёка в адрес имама Муслима, поскольку он привёл его лишь как подкрепление после того, как привёл достоверные и ясные пути передачи.
Аль-Мунзири сказал: его вывел ан-Насаи.
[3962] 11
(глава о том, кто отпустил раба на свободу, а у того есть имущество)
(«а у него есть имущество») то есть находящееся в руках раба, или имущество, приобретённое его трудом. («то имущество раба») аль-Кади сказал: отнесение его к рабу — это отнесение по принадлежности, а не по владению. На этом заканчивается его слово.
А в «Лумаат» сказано: отнесение имущества к рабу не по признаку владения, а по признаку того, что находится в его руках, то есть то, что у него в руках и что он приобрёл своим трудом. («ему») то есть тому, кто освободил. Относительно того, к кому возвращается это местоимение, есть разногласие: некоторые возвращают его к рабу, а большинство — к господину, отпустившему на свободу. И Аллах знает лучше. («если только господин не оговорит это») то есть в пользу раба, а смысл в том, что он отдаёт это рабу, и тогда это становится даром и милостыней.
А в формулировке Ибн Маджа, приведённой через путь аль-Лейса: «если только господин не оговорит своё имущество, тогда оно принадлежит ему [господину]».
А Ибн Лахиа сказал: «если только господин не сделает исключения для него [для себя]».
Ас-Синди сказал: («если только господин не оговорит») то есть в пользу раба, и тогда это становится даром от господина рабу. Но ты, знаешь, насколько это значение далеко от выражения «оговорка» — весьма далеко. Скорее уместнее было бы сказать: «если только господин не оставит это ему» или «не отдаст ему». На этом заканчивается его слово.
Аль-Ардабили в «аль-Азхар» сказал: Малик и Дауд приводили этот хадис в качестве довода на то, что раб может владеть по праву передачи владения от господина, и этого же мнения придерживался аш-Шафии в старом мазхабе.
А большинство сказало: раб не владеет по праву передачи владения от господина, и этого мнения придерживался аш-Шафии в новом мазхабе, и это наиболее достоверное мнение, на основании хадиса: «кто купил раба, а у того есть имущество, то имущество принадлежит продавцу, если только покупатель не оговорит его [для себя]».
Аль-Хаттаби в «аль-Маалим» сказал: Хамдан ибн Сахль передал от Ибрахима ан-Нахаи, что тот считал имущество принадлежащим рабу, если господин освободил его, опираясь на этот хадис, и к этому же склонялся Хамдан, придерживаясь буквального смысла данного хадиса.
И был дан ответ в двух вариантах: первый — что местоимение в его слове ﷺ «то имущество раба принадлежит ему» возвращается к слову «кто», то есть к господину, «если только господин не оговорит его для раба», и тогда это становится даром от него рабу. Второй — что среди учёных нет разногласия в том, что раб не наследует ни от кого другого, а наследование — самый достоверный и самый сильный из путей владения, и раз он не наследует его и не владеет им, то тем более он не должен владеть тем, что помимо этого, и это следует понимать как дар и как проявление сострадания.
А среди господ было принято проявлять благодеяние к своим невольникам при их освобождении, и имущество раба становилось принадлежащим ему из сострадания и снисхождения, если только господин не оговорит его для себя — тогда оно остаётся ему, как и было, и нет здесь сострадания. На этом заканчивается речь аль-Ардабили.
А автор «аль-Хидая» сказал: у невольника нет права владения.
Ибн аль-Хумам сказал: и исходя из этого, имущество раба принадлежит его господину после освобождения, и таково мнение большинства (джумхура). А у захиритов оно принадлежит рабу, и этого же мнения придерживались аль-Хасан, Ата и ан-Нахаи, и Малик, опираясь на то, что передано от Ибн Умара, что он ﵇ сказал: «кто освободил раба, а у того есть имущество, то имущество принадлежит рабу» — вывел это Ахмад. А Умар, когда освобождал своего раба, не претендовал на его имущество.
Было сказано: этот хадис — ошибочен, а поступок Умара (да будет доволен им Аллах) относится к разряду проявления щедрости.
А у большинства (джумхура) есть довод в том, что передано от Ибн Масуда, что он сказал своему рабу: «о Умайр, я хочу отпустить тебя на волю благим освобождением, так сообщи мне о своём имуществе, ибо я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: какой бы человек ни освободил своего раба или своего юношу и не дал ему разрешения относительно его имущества, то оно принадлежит его господину» — вывел это аль-Асрам. На этом заканчивается.
А в «Сунан» Ибн Маджа формулировка такова: «говорит: какой бы человек ни освободил юношу и не оговорил его имущество, то имущество принадлежит ему [рабу]». На этом заканчивается.
Аль-Мунзири сказал: его вывели ан-Насаи и Ибн Маджа.
А вывели его аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа из хадиса Салима ибн Абдуллаха ибн Умара от его отца, и это уже приводилось в «Книге о торговых сделках».
2 - [3963] (глава об освобождении сына от прелюбодеяния)
(«сын прелюбодеяния — худший из троих») то есть двое прелюбодеев и их сын.
Аль-Хаттаби сказал: люди разошлись в толковании этого хадиса. Некоторые из них склонились к тому, что это сказано о конкретном человеке, который был известен и отмечен злом (помечен дурной славой).
А некоторые сказали: сын прелюбодеяния стал хуже своих родителей потому, что наказание (худд) может быть применено к ним обоим, и тогда кара будет ограничена ими, а это относится к знанию Аллаха, неведомо, что Он сделает с ним и как поступит с его грехами.
А Абд ар-Раззак передал от Ибн Джурайджа, от Абд аль-Карима, что он сказал: отец сына прелюбодеяния часто проходил мимо Пророка ﷺ, и люди говорили: «это дурной человек, о Посланник Аллаха», и Пророк ﷺ говорил: «он худший из троих» — имея в виду отца. Он сказал: тогда люди перенесли [это выражение] на сына как «худший из троих». А Ибн Умар, когда ему говорили «сын прелюбодеяния — худший из троих», отвечал: «напротив, он лучший из троих».
Аль-Хаттаби сказал: это толкование, данное Абд аль-Каримом, — предположение, достоверность которого неизвестна, а то, что пришло в хадисе, — это именно «сын прелюбодеяния — худший из троих», и это согласно тому, что сказал Посланник Аллаха ﷺ.
А некоторые из людей знания сказали: он худший из троих по происхождению, по составу, по родословной и по рождению, — потому что он создан из семени прелюбодея и прелюбодейки, а это семя нечистое.
Передано, что «жила [в крови] заразительна» — то есть нельзя быть уверенным, что этот порок не окажет своего воздействия на него и не проникнет в его жилы, побуждая его ко злу и призывая его к пороку. Всевышний Аллах сказал в истории Марьям: «Твой отец не был скверным человеком, и мать твоя не была блудницей», — и они [люди] судили о порочности ответвления по порочности корня.
Передано от Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса относительно слов Всевышнего «Мы сотворили для геенны много джиннов и людей», что он сказал: дитя блуда — из тех, кто сотворён для геенны. Так же передано от Саида ибн Джубайра.
От Абу Ханифы [передано], что если кто-либо купит раба и обнаружит, что тот — дитя блуда, то ему дозволено вернуть его по причине этого недостатка. Что же касается слов Ибн Умара, что он «лучший из трёх», то смысл этого в том, что на нём нет греха за тот проступок, который совершили его родители, и потому он лучше их обоих, поскольку он свободен от их грехов.
В «Мустадраке» через путь передачи Урвы говорится: до Аиши дошло, что Абу Хурайра говорит, будто Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Дитя блуда — худший из трёх». Она сказала: был некий человек из числа лицемеров, который причинял вред Посланнику Аллаха ﷺ, и он сказал: «Кто избавит меня от такого-то?» Ему сказали: о Посланник Аллаха, он к тому же ещё и дитя блуда. Тогда он сказал: «Он — худший из трёх», — тогда как Всевышний Аллах говорит: «Не понесёт душа тяжесть чужой ноши».
В «Сунан» аль-Байхаки, через путь передачи Зайда ибн Муавии ибн Салиха, который сказал: рассказал мне ас-Сафар ибн Башир аль-Асади, что Посланник Аллаха ﷺ сказал «дитя блуда — худший из трёх» лишь потому, что его родители приняли ислам, а он сам не принял ислам, и тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Он — худший из трёх».
Аль-Байхаки сказал: это мурсаль.
В «Муснаде» Ахмада через путь передачи Ибрахима ибн Убайда ибн Рифаа от Аиши передано, что она сказала: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Дитя блуда — худший из трёх, если он совершает деяние своих родителей».
В «Муджаме» ат-Табарани приведён подобный же хадис от Ибн Аббаса, возведённый к Пророку ﷺ.
В «Сунан» аль-Байхаки от аль-Хасана передано, что он сказал: дитя блуда было названо худшим из трёх лишь потому, что некая женщина сказала ему: «Я не от твоего отца, к которому тебя причисляют», — и он убил её, и потому был назван худшим из трёх. Это сказал ас-Суюти в «Миркат ас-Судуд».
«Его слово» (чтобы я одарил) — форма первого лица от глагола «таф‘иль», известная форма. Говорят «матта‘туху» с усилением [удвоением согласной], то есть «я дал ему», и от этого же в хадисе: Абд ар-Рахман развёлся со своей женой и «одарил её служанкой» (матта‘а би-валида), то есть дал ей рабыню. Смысл же таков: чтобы я отдал за удар плетью (чтобы освободить дитя блуда) — с кясрой над «за», сукуном над «нун» и фатхой над «за» тоже допустимо как язык.
В «Мисбахе» сказано: «зинйа» с кясрой, а с фатхой — тоже допустимый язык, и это противоположно тому, как говорят «дитя законности» (валад рушда), то есть с кясрой над «ра».
Ибн ас-Сиккит сказал: «зинйа» и «гыйа» — с кясрой и с фатхой, а «зина» — с кратким алифом. Конец цитаты.
В «Нихае» сказано: о ребёнке, если он рождён от блуда, говорят «он для зинйа». У Ибн Маджи возведено к Пророку ﷺ с иснадом, в котором есть слабость, от Маймуны бинт Саад, вольноотпущенницы Пророка ﷺ, что Посланника Аллаха ﷺ спросили о дитяти блуда, и он сказал: «Пара сандалий, в которых я сражаюсь на пути Аллаха, лучше, чем если бы я освободил дитя блуда». Конец цитаты.
Как будто имеется в виду, что награда за его освобождение мала, и, возможно, это потому, что над ним обычно преобладает зло, и потому благодеяние по отношению к нему приносит малую награду, подобно благодеянию по отношению к тому, кто того не заслуживает. Это и есть то, что имел в виду Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах).
Аль-Мунзири сказал: этот хадис вывел ан-Насаи.
3 — [3964] (Глава о награде за освобождение раба)
(Ибрахим ибн Абу Абля) — с фатхой над непроточной «айн» и сукуном над одноточечной «ба» — надёжный передатчик из Шама. (От аль-Гарифа) — с фатхой над точечной «гайн» и кясрой над «ра». (Ибн ад-Дайлями) — с фатхой над «даль».
Аль-Хаким в «Мустадраке» сказал: этот аль-Гариф — прозвище Абдуллаха ибн ад-Дайлями, упомянул это ас-Суюти.
В «Такрибе»: аль-Гариф — с фатхой в начале — ибн Айяш, с точечной подстрочной и точечной надстрочной буквами, ибн Файруз ад-Дайлями, и иногда его возводят к деду, приемлемый передатчик.
В «Джами‘ аль-усуль» сказано: это аль-Гариф ибн Айяш ад-Дайлями. Конец цитаты. (Василя ибн аль-Аскаа) — был из числа людей навеса и служил Пророку ﷺ три года. (Чтобы читать) — то есть Коран (и его свиток был подвешен у него в доме) — это предложение, выражающее состояние, указывающее на то, что он способен вернуться к нему при возникновении сомнения в чтении.
Ат-Тыби сказал: это подтверждающее то, что было сказано ранее. (И он прибавлял) — то есть, несмотря на это, иногда он прибавлял (и убавлял) — то есть в своём чтении по оплошности и ошибке.
Ат-Тыби сказал: в этом преувеличение, а не то, что дозволено прибавление и убавление в читаемом [тексте Корана].
В этом же указание на дозволенность передачи хадиса по смыслу, с убавлением и прибавлением слов при соблюдении смысла и цели, заложенной в нём. (Мы хотели лишь хадис, который я слышал) — то есть мы не имели в виду нашими словами хадис, в котором нет ни прибавления, ни убавления, что я подразумевал под этим — избегания прибавления и убавления в словах, а мы хотели именно хадис, который я слышал от Посланника Аллаха ﷺ. (О нашем товарище) — то есть о деле нашего товарища, который умер, обязав себя огню.
У Ибн Хиббана в его «Сахихе» и у аль-Хакима в «Мустадраке» от Василя передано, что он сказал: я был с Посланником Аллаха ﷺ в походе на Табук, и вот группа людей из бану Сулайм сказала: наш товарищ обязал себе (Хадис). (Обязал) — то есть тот, кого он так описал, заслужил [огонь], если бы не прощение. (То есть) — это слова аль-Гарифа, желающего пояснить, что Василя имеет в виду под опущенным дополнением при слове «обязал» — (Огонь), а его слова (за убийство) связаны со словом «обязал» и являются продолжением слов Василя, так что предложение «то есть огонь» является вставным пояснением. (Освободите за него) — то есть за его убийство и в качестве возмещения (за каждый орган
из него) — то есть из освобождаемого раба, с фатхой над «та» (орган из него) — то есть из убийцы (от огня) — связано со словом «освобождает», и, возможно, убитый был из числа тех, с кем заключён договор, и убил он его по ошибке, и они посчитали, что ошибка обязывает [наказание] огнём из-за того, что в этом есть своего рода упущение, поскольку он не пошёл путём осмотрительности и предосторожности. Так сказано в «Миркат».
Аль-Хаттаби сказал: некоторые учёные считали желательным, чтобы освобождаемый раб не был евнухом, чтобы он не был неполным в органе, дабы освобождающий получил обещанное — освобождение всех его органов от огня.
Аль-Хаким сказал: этот хадис достоверен по условию двух шейхов [аль-Бухари и Муслима].
Аль-Мунзири сказал: его вывел ан-Насаи.
[3965] 14
(