Из его выражения складывается впечатление, будто Абу Хурайра — дед Ибрахима по матери, но дело не так, как ты уже узнал; возможно, выражение было такое: «от его деда по матери, от Абу Хурайры». А Аллах знает лучше.
Его слово («берегитесь зависти») — то есть остерегайтесь зависти в отношении имущества или мирского положения, ибо это осуждаемо, в отличие от соревновательного стремления (гибта) в делах загробных.
Его слово («ибо зависть поедает благие дела») — то есть уничтожает и устраняет благочестивые деяния завистника.
Его слово («подобно тому, как огонь поедает дрова») — потому что зависть доводит своего обладателя до злословия о том, кому он завидует, и подобного этому, и тем самым уничтожает его благие дела [расходуя их] на честь того, кому завидуют, так что тот, кому завидуют, обретает благо за благом, а завистник — скорбь за скорбью.
И он подобен тому, о ком Всевышний сказал: «потерял этот мир и последний».
Его слово («или сказал: траву») — с даммой, это сырая зелень, и это сомнение передатчика.
Об этом хадисе аль-Мунзири промолчал.
[4904] Его слово («что он вошёл, он») — то есть Сахль, («и его отец») — то есть Абу Умама, («а он был правителем Медины») — то есть а Анас был правителем
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Сказал шейх Шамс ад-дин Ибн аль-Каййим, да помилует его Аллах: в «Сунан» Ибн Маджа приводится хадис Абу аз-Зинада от Анаса о том, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Зависть поедает благие дела, подобно тому как огонь поедает дрова, а милостыня гасит грех, подобно тому как вода гасит огонь, а молитва — свет верующего, а пост — щит от огня».
Поскольку завистник ненавидит милость Аллаха к Его рабам, а подающий милостыню оказывает им благодеяние, то милостыня и благодеяние этого человека гасят и устраняют его грехи, а зависть и ненависть того человека к милости Аллаха на Его рабов устраняют его благие дела.
А поскольку молитва — центр веры, основа ислама, глава служения [Аллаху], место сокровенной беседы и приближения к Аллаху, и ближе всего раб бывает к своему Господу, когда он молится, а ближе всего он бывает к Нему во время молитвы, когда он совершает поклон, — молитва стала светом мусульманина.
А поскольку пост закрывает перед человеком дверь страстей и сужает пути шайтана, особенно две самые опасные двери — рот и половой орган, из которых проистекает большая часть страстей, — он стал подобен щиту от огня, ибо человек защищается им от стрел Иблиса.
В «Сахихах» от Анаса, да будет доволен им Аллах, [передаётся], что Пророк ﷺ сказал: «Не питайте друг к другу ненависти, не завидуйте друг другу, не отворачивайтесь друг от друга, не разрывайте связей и будьте рабами Аллаха братьями; и не разрешается мусульманину избегать своего брата более трёх [дней]» — хадис.
... в Медине от имени Умара ибн Абд аль-Азиза («и вот он») — то есть Анас («молится молитву лёгкую, дакика») — с даль без точки и двумя каф, между которыми стоит спокойная я.
В рукописи аль-Хаттаби — «зафифа», с даль с точкой и двумя фа, между которыми стоит спокойная я.
В «Аль-Маалим» сказано: смысл слова «зафифа» — «лёгкая»; говорят «человек хафиф, зафиф» и «хифаф, зифаф» в одном значении. Конец цитаты.
В «Аль-Камус»: «хафиф, зафиф» и «хуфаф, зуфаф» с даммой — слово-спутник (следующее по звучанию за первым, усилительное).
Следует знать, что не подразумевается, будто он, да будет доволен им Аллах, допускал недостаток в молитве, оставлял сунну чтения и произнесения слов возвеличивания [тасбихов] и относился небрежно к её исполнению. Напротив, имеется в виду, что он ограничивался достаточным в этом: довольствовался чтением короткой суры и произнесением тасбиха трижды, при этом соблюдая вставание, сидение и выравнивание всех остальных столпов молитвы. По всей видимости, он был имамом, который молился с людьми, поскольку был правителем, и поэтому облегчал молитву, следуя словам Посланника Аллаха ﷺ: «Когда кто-либо из вас руководит молитвой людей, пусть облегчает» — хадис, переданный аш-Шейхайн (аль-Бухари и Муслимом).
Что же касается вопроса Абу Умамы, когда он сказал: «Скажи мне, эта молитва — предписанная или что-то, что ты совершил дополнительно (нафиля)?», и сравнения её с молитвой путника ради облегчения, — то, возможно, он не вспомнил в тот момент хадис об облегчении. Также возможно, что Абу Умама понимал хадис об облегчении как облегчение меньшей степени, чем то облегчение, которое понимал Анас, да будет доволен им Аллах. Поэтому Абу Умама и сказал то, что сказал.
Слова же от «во времена Умара ибн Абд аль-Азиза» до слов «я не ошибся, кроме как в чём-то, что я забыл» встречаются в некоторых списках и не встречаются в других. Также этого нет в кратком изложении аль-Мунзири. А Аллах знает лучше.
Его слово («как будто она») — то есть молитва Анаса, с учётом облегчения в ней.
Его слово («когда же он произнёс таслим») — то есть Анас, завершая свою молитву.
Его слово («сказал мой отец») — то есть Абу Умама.
Его слово («скажи мне») — то есть сообщи мне.
Его слово («эту молитву») — то есть та, которую ты только что совершил.
Его слово («предписанную, или что-то, что ты совершил дополнительно») — то есть обязательную или добровольную.
Его слово («я не ошибся») — то есть я не совершал ошибку намеренно в этой молитве.
Его слово («не будьте суровы к самим себе») — то есть тяжёлыми деяниями, такими как пост в течение всей жизни, бодрствование всю ночь целиком и воздержание от женщин.
Его слово («и будет проявлена к вам суровость») — в форме насб, как ответ на запрет; то есть [Аллах] предпишет вам это, и вы попадёте в трудность, либо же вы упустите что-то из того, что стало для вас обязательным, из-за вашей слабости в перенесении тягостей.
Его слово («в кельях») — множественное число от «савмаа», это место поклонения монахов.
Его слово («монашество») — стоит в форме насб, определяемое [подразумеваемым] глаголом, который разъясняется тем, что после него, то есть: «они изобрели монашество».
Его слово («Мы не предписывали его им») — то есть Мы не предписали это монашество.
Его слово («затем он вышел утром») — то есть Абу Умама вышел утром.
Его слово («тогда он сказал») — то есть Анас.
Его слово («исчез») — то есть погиб.
Его слово («и ваккату») — с каф и удвоенным та; в некоторых списках «фану» — от «фана» (исчезновение), и смысл его ясен, и это то, что подразумевается словом «ваккату».
Сказано в «Аль-Камус»: «иктаттаху» — означает «истребил его до основания». (Рухнувшими на свои крыши) — то есть обвалившимися на свои же крыши. Очевидно, что это второе описание слова «жилища», а первым его описанием является его слово «покинутые их обитателями».
(И он сказал: узнаёшь ли ты эти жилища) — очевидно, что местоимение в слове «сказал» относится к Анасу (да будет доволен им Аллах), то есть Анас сказал Абу Умаме: узнаёшь ли ты эти опустевшие жилища?
(Он сказал) — то есть Абу Умама (что мне до узнавания их и их обитателей) — то есть: что мне даёт узнать эти жилища и их обитателей, которые в них были, — иными словами: я не знаю ни их, ни их обитателей. Слово «ма» здесь вопросительное, и вопрос выражает отрицание.
(Это жилища народа... и далее) — это слова, сказанные Анасом, то есть Анас сказал: это жилища народа...
Таким образом, слово «сказал» перед этим предложением подразумевается — это то, что очевидно.
Однако возможно и то, что местоимение в первом «он сказал» относится к Абу Умаме, а во втором «он сказал» — к Анасу, то есть Абу Умама сказал Анасу: узнаёшь ли ты эти жилища? — а Анас сказал: что мне до узнавания их и их обитателей... и так далее.
Согласно этому пониманию, его слова «что мне до узнавания их и их обитателей» представляют собой формулу удивления, и общий смысл получается таким: Анас сказал: я знаю эти жилища и их обитателей истинным знанием. И в этом случае нет необходимости предполагать слово «сказал» перед его словами «это жилища народа».
Отрывок от слов «затем на следующий день» до слов «и облегчение — в подтверждении этого или его отрицании» встречается в некоторых списках и не встречается в других, а также его нет в «Мухтасаре» аль-Мунзири. Аллах знает лучше.
Затем я обнаружил слова хафиза Ибн аль-Каййима, которые он произнёс в своей «Книге о молитве» относительно этого хадиса, и они прекрасны и весьма полезны, поэтому я приведу их здесь целиком. Он сказал:
Что касается хадиса Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абу аль-Амья и рассказа о том, как Сахль ибн Абу Умама вошёл к Анасу ибн Малику и увидел, что тот совершает молитву облегчённо, как молитву путника, и сказал: это молитва Посланника Аллаха ﷺ, — то это то, что передал только Ибн Абу аль-Амья, а он почти неизвестен (маджхуль), и все достоверные хадисы от Анаса противоречат этому. Как же может Анас говорить такое, если он же говорил, что более всех похож на молитву Посланника Аллаха ﷺ был Умар ибн Абд аль-Азиз, который произносил тасбих десять раз, и он же поднимал голову после поклона так долго, что говорили: он забыл, — и так же между двумя земными поклонами, и говорил: мы не жалели усилий, чтобы совершить для вас молитву Посланника Аллаха ﷺ, — и он же плакал из-за того, что люди небрегли молитвой.
Для отвержения хадиса Ибн Абу аль-Амья достаточно тех достоверных и ясных хадисов, что были приведены прежде, в иснаде которых нет изъяна и в указании которых нет сомнения.
Если бы даже хадис Ибн Абу аль-Амья был достоверен, — а он далёк от достоверности, — то его следовало бы понимать в том смысле, что эта молитва Посланника Аллаха ﷺ относится к постоянной сунне-молитве, подобной сунне утренней молитвы, вечерней и ночной, приветственной молитве мечети и подобным им, а не в том смысле, что это была та молитва, которую он постоянно совершал со своими сподвижниками. Ложность этого понимания несомненна, и его отвергают все остальные достоверные и ясные хадисы.
Нет сомнения в том, что Посланник Аллаха ﷺ облегчал некоторые молитвы, как облегчал он сунну утренней молитвы, так что Аиша, мать верующих, говорила: читал ли он в ней «Открывающую Книгу»? И облегчал он молитву в пути, так что иногда читал в утренней молитве две суры «аль-Муаввизатайн». И облегчал он, когда слышал плач ребёнка.
Итак, сунна — это облегчение там, где он облегчал, и продление там, где он продлевал, и умеренность в большинстве случаев.
То, что осудил Анас, — это чрезмерная строгость, при которой человек не облегчает себе, несмотря на нужду в облегчении. Нет сомнения, что это противоречит его сунне и его наставлению.
Конец слов Ибн аль-Каййима.
Я говорю: Абу Дауд и ан-Насаи передали от Ибн Джубайра, который сказал: я слышал, как Анас ибн Малик говорил: я не молился ни за кем после Посланника Аллаха ﷺ, чья молитва была бы более похожа на молитву Посланника Аллаха ﷺ, чем молитва этого юноши, — имея в виду Умара ибн Абд аль-Азиза. Он сказал: мы прикинули, что в его поклоне было десять тасбихов, и в его земном поклоне — десять тасбихов. И именно на этот хадис указал Ибн аль-Каййим своими словами «и он же говорил, что более всех похож...» и так далее.
Этот хадис аль-Мунзири обошёл молчанием.
3 — (Глава о проклятии [4905])
(Он сказал: я слышал Нимрана) — с кясрой на первой букве и сукуном на второй — ибн Утбу ад-Дамари. (Поднимается) — с кясрой на «айн», то есть восходит проклятие, как если бы оно обретало телесную форму. (И запирается) — в форме страдательного залога от «аль-игляк» — «затворение». (Перед ним) — то есть перед проклятием. (Затем опускается) — с кясрой на «ба», то есть спускается. (И запираются его двери) — то есть двери земли, и из этого понимается, что у земли тоже есть двери, как и у небес. (Перед ним) — то есть при нём, а слово «дуна» употребляется в значении «впереди» и «позади». (Затем оно поворачивает вправо
—
[примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-Сунан»]
Шейх Шамс ад-Дин Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: в обоих «Сахихах» передано от Сабита ибн ад-Даххака, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Проклятие верующего подобно его убийству». А в «Сахихе» Муслима передано от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Не подобает правдивому быть проклинающим».
и влево) — то есть склоняется в сторону правой и левой стороны. (Проход) — с фатхой на «мим», то есть вход и путь. (К тому, кто проклят) — в форме страдательного залога. (И если он) — то есть проклятый — (для этого) — то есть достоин упомянутого проклятия, — или же ответ на условие опущен, и подразумевается: «оно постигает его и проникает в него». (А иначе) — то есть если он не достоин этого — (оно возвращается) — то есть проклятие — (к тому, кто его произнёс) — ибо тогда именно он является достойным его.
(Сказал Марван ибн Мухаммад) — то есть аль-Валид ибн Рабах, упомянутый в иснаде — (Рабах ибн аль-Валид слышал от него) — то есть от Нимрана — (и упомянули) — то есть Марван — (что Яхья ибн Хассан ошибся в этом), назвав его аль-Валидом ибн Рабахом.
Я говорю: этот хадис передал также Абу Дауд в «Книге джихада» — хадис «заступится шахид за семьдесят человек из своей семьи» — по этому же иснаду от Ахмада ибн Салиха, от Яхьи ибн Хассана, от аль-Валида ибн Рабаха ад-Дамари: «рассказал мне мой дядя Нимран ибн Утба, сказал: вошли мы к Умм ад-Дарда» — и привёл его. Однако Яхья ибн Хассан передал его также и в правильном виде.
Аль-Миззи сказал: хадис о заступничестве шахида и хадис о проклятии передал Абу-ль-Касим ат-Табарани от Убайда ибн Зухаля и Ахмада ибн Мухаммада ибн Рашдина, от Ахмада ибн Салиха, от Яхьи ибн Хассана, от Рабаха ибн аль-Валида — в правильном виде. Конец цитаты.
Об этом хадисе аль-Мунзири промолчал.
[4906] Его слово («не проклинайте друг друга») — с опущением одной из букв «та» (в форме «تَلَاعَنُوا»). Его слово («проклятием Аллаха») — то есть пусть никто из вас не проклинает другого, пусть никто не говорит определённому мусульманину, например: «да падёт на тебя проклятие Аллаха». Его слово («и не гневом Аллаха») — то есть пусть не говорит: «разгневался на тебя Аллах». Его слово («и не огнём») — то есть пусть не говорит, например: «пусть введёт тебя Аллах в огонь». Это относится именно к определённому человеку, ибо допускается проклинать по общему признаку, как сказать: «проклятие Аллаха на неверующих», или по более частному признаку, как сказать: «проклятие Аллаха на иудеях», или же проклинать определённого неверующего, умершего в неверии, как Фараон и Абу Джахль — так сказал аль-Кари.
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
У ат-Тирмизи передано от Ибн Масуда, сказавшего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Верующий не бывает злоречивым, не бывает проклинающим, не бывает сквернословом и не бывает грубым». И сказал: хадис хороший (хасан).
Аль-Мунзири сказал: и вывел его ат-Тирмизи, и сказал: хороший, достоверный (хасан сахих). На этом заканчиваются его слова.
Ранее уже было упомянуто разногласие имамов относительно того, слышал ли аль-Хасан от Самуры.
[4907] Его слово («не будут проклинающие заступниками») — смысл в том, что они не получат права заступничества в День воскресения, когда верующие будут заступаться за своих братьев, заслуживших огонь. Его слово («и не свидетелями») — здесь есть три мнения. Наиболее верное и наиболее известное из них: они не будут свидетелями в День воскресения над общинами относительно того, донесли ли до них их посланники послания. Второе: они не будут свидетелями в этом мире, то есть их свидетельство не принимается по причине их нечестия. Третье: им не будет дарован удел мученической смерти (шахада), то есть гибель на пути Аллаха. Так сказал ан-Навави.
Аль-Мунзири сказал: и вывел его Муслим.
[4908] Его слово («и сказал Муслим») — это Ибн Ибрахим. Его слово («боролся с ним ветер») — то есть тянул его. Его слово («и он проклял его») — то есть ветер, а слово «рих» (ветер) — женского рода. Его слово («ведь он подчинён приказу») — то есть некоему приказу, и борьба (с человеком) — из его особого свойства и обычных сопутствующих признаков его существования; либо же: «ведь он подчинён приказу» — даже в этой борьбе, в качестве испытания для рабов Его, и это более очевидное толкование, как сказал аль-Кари. Его слово («и поистине это») — то есть само это дело — («не заслуживает») — то есть эта вещь не заслуживает проклятия — («от него») — то есть со стороны проклинающего.
Аль-Мунзири сказал: и вывел его ат-Тирмизи, и сказал: странный (гариб), нам неизвестно, чтобы кто-либо, кроме Бишра ибн Умара, передал его с иснадом. На этом заканчиваются его слова.
А этот Бишр ибн Умар — это аз-Захрани, на которого опирались как на довод аль-Бухари и Муслим.