Его слово («и передают, что он говорил: «пречист Господь твой…» и так далее») — это привёл Абу Йаля, как тебе уже известно. («Господь величия») — то есть господства и превосходства; это слово стоит в качестве замены к «Господь твой». («от того, что они приписывают Ему») — то есть от того, что они приписывают Ему сына. («и мир посланникам») — то есть тем, кто донёс от Аллаха единобожие и шариаты. («и хвала Аллаху, Господу миров») — за оказанную им помощь и за гибель неверующих.
[300] Его слово («сообщил нам Шаддад Абу Аммар») — это Шаддад ибн Абдуллах аль-Курайши ад-Димашки, надёжный передатчик (сика). («сказал: рассказал мне Абу Асма ар-Рахаби») — его имя Умар ибн Марсад, а говорят также, что его имя Абдуллах; надёжный передатчик из третьего поколения, умер во времена халифата Абд аль-Малика — так сказано в «ат-Такриб».
Его слово («когда он желал завершить свою молитву») — а в риваяте Муслима: «когда он завершал свою молитву».
Ан-Навави сказал: под завершением (аль-инсираф) имеется в виду произнесение таслима (приветствия, завершающего молитву). («он просил прощения трижды») — Муслим в своём «Сахихе» после этого хадиса сказал: аль-Валид сказал: я спросил аль-Аузаи, как совершается это испрашивание прощения. Тот ответил: он говорит «астагфируллах, астагфируллах». Вызывает недоумение, что он ﷺ просил прощения, хотя ему уже было прощено.
Ибн Саййид ан-Нас сказал: это исполнение долга рабского служения (убудийя) и выполнение обязанности благодарности, как он сказал: «Разве не быть мне благодарным рабом?» А также для того, чтобы он показал верующим свою сунну делом, как показал её словом — в мольбе и смирении, — дабы ему подражали в этом. Конец цитаты. («Ты — ас-Салям») — а в риваяте, отличном от ат-Тирмизи: «О Аллах, Ты — ас-Салям».
Его слово («это хадис достоверный») — его привела вся группа (аль-джамаа), кроме аль-Бухари.
Полезное замечание. Хафиз Ибн аль-Каййим сказал в «Зад аль-Маад»: что касается мольбы после таслима в молитве, обращённой к кибле или к молящимся позади, то это вовсе не было из его руководства ﷺ, и не передано от него ни достоверным, ни хорошим иснадом.
Что же касается выделения этого для молитв утренней (фаджр) и послеполуденной (аср), то этого не делал ни он сам, ни кто-либо из его халифов, и он не наставлял на это свою общину; это лишь одобряемое новшество, которое сочли хорошим те, кто счёл его заменой сунне после этих двух молитв. И Аллах знает лучше.
А большинство мольб, связанных с молитвой, он совершал именно внутри неё и повелевал совершать их именно внутри неё, и это подобает состоянию молящегося, ибо он обращён к своему Господу и беседует с Ним тайно, пока находится в молитве. Когда же он произносит таслим, эта тайная беседа прерывается и исчезает то стояние пред Ним и близость к Нему. Как же он может оставить обращение к Нему с просьбой во время этой тайной беседы, близости к Нему и обращённости к Нему, а затем просить, уже отвернувшись от Него? Нет сомнения, что обратное этому состоянию более подобает молящемуся. Однако здесь есть тонкая деталь: когда молящийся заканчивает свою молитву и поминает Аллаха, произносит «ля иляха илля Ллах», прославляет Его и восхваляет, и возвеличивает узаконенными поминаниями сразу после молитвы, то ему желательно после этого произнести молитву за Пророка ﷺ и просить о чём пожелает, и его мольба будет следовать сразу после этого второго поклонения, а не потому, что это «дубур ас-салят» (сразу после молитвы) само по себе. Ведь каждый, кто поминает Аллаха, восхваляет Его, воздаёт Ему хвалу и молится за Посланника Аллаха ﷺ, тому будет отвечено на мольбу сразу после этого, как в хадисе Фадалы ибн Убайда: «Когда кто-либо из вас молится, пусть начнёт с хвалы Аллаху и восхваления Его, помолится за Пророка ﷺ, а затем пусть просит, о чём пожелает».
Ат-Тирмизи сказал: хадис достоверный. Конец слов Ибн аль-Каййима. И хафиз Ибн Хаджар возразил ему, как это передал аль-Касталлани в «аль-Мавахиб», сказав: то, что он утверждает об отрицании в абсолютном смысле, отвергается, ибо достоверно установлено от Муаза ибн Джабаля, что Пророк ﷺ сказал ему: «О Муаз, клянусь Аллахом, я люблю тебя, так не оставляй же после каждой молитвы говорить: «О Аллах, помоги мне поминать Тебя, благодарить Тебя и хорошо поклоняться Тебе»».
Это привели Абу Дауд и ан-Насаи. И хадис Зайда ибн Аркама: «Я слышал, как он ﷺ взывал после молитвы (дубур ас-салят): «О Аллах, Господь наш и Господь всякой вещи»».
Это привели Абу Дауд и ан-Насаи. И хадис Сухайба, возведённый им к Пророку: «Посланник Аллаха ﷺ, когда завершал молитву, говорил: «О Аллах, устрой для меня мою религию…»» и далее хадис.
Это привёл ан-Насаи, и Ибн Хиббан и другие признали его достоверным.
Если скажут: под «дубур ас-салят» имеется в виду близкое к концу молитвы время, то есть ташаххуд, — я отвечу: пришло повеление о поминании после молитвы (дубур ас-салят), и под этим единогласно понимается время после таслима; так же и здесь, пока не установлено что-либо противоречащее этому.
Ат-Тирмизи привёл от Абу Умамы: его спросили, какая мольба более всего услышана, и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «В глубине последней части ночи и после обязательных молитв (дубур ас-салауат аль-мактубат)».
Ат-Табарани привёл от Джафара ибн Мухаммада ас-Садика, который сказал: мольба после обязательной молитвы превосходит мольбу после дополнительной, подобно тому как обязательная молитва превосходит дополнительную.
Многие из ханбалитов поняли, что Ибн аль-Каййим имел в виду отрицание мольбы после молитвы в абсолютном смысле, но это не так, ибо суть его слов в том, что он отрицал это при условии, что молящийся продолжает сидеть лицом к кибле и произносит мольбу сразу после таслима. Что же касается случая, когда он поворачивается лицом (к людям) или сначала произносит узаконенные поминания, то в этом случае он не запрещает приступить затем к мольбе. Конец его слов.
Я говорю: нет сомнения в том, что установлена мольба после завершения обязательной молитвы от Посланника Аллаха ﷺ и словом, и делом. И хафиз Ибн аль-Каййим также упомянул это в «Зад аль-Маад», сказав в разделе о том, что говорил Посланник Аллаха ﷺ после завершения молитвы, буквально следующее: Абу Хатим упомянул в своём «Сахихе», что Пророк ﷺ говорил при завершении своей молитвы: «О Аллах, устрой для меня мою религию, которую Ты сделал опорой моего дела, и устрой для меня мою мирскую жизнь, в которой Ты устроил моё пропитание. О Аллах, поистине я прибегаю к Твоему довольству от Твоего гнева, и прибегаю к Твоему прощению от Твоего наказания, и прибегаю к Тебе от Тебя. Никто не может воспрепятствовать тому, что Ты даровал, и никто не может дать то, чему Ты воспрепятствовал, и не принесёт пользы усердному его усердие вопреки Тебе».
Аль-Хаким привёл в своём «Мустадраке» от Абу Айюба, что он сказал: «Я не молился позади вашего Пророка ﷺ без того, чтобы не услышать, как он, завершив свою молитву, говорит: «О Аллах, прости мне мои ошибки и все мои грехи. О Аллах, воскреси меня, оживи меня, надели меня уделом и направь меня к благим делам и нравственным качествам, ибо никто не наставляет на благое в них и не отвращает от дурного в них, кроме Тебя»».
Ибн Хиббан привёл в своём «Сахихе» от аль-Хариса ибн Муслима ат-Тамими, который сказал: «Пророк ﷺ сказал мне: «Когда совершишь утреннюю молитву, скажи, прежде чем заговоришь: «О Аллах, укрой меня от Огня» — семь раз, ибо если ты умрёшь в этот день, Аллах запишет тебе защиту от Огня. А когда совершишь вечернюю молитву, [скажи] прежде чем заговоришь: «О Аллах, укрой меня от Огня» — семь раз, ибо если ты умрёшь в эту ночь, Аллах запишет тебе защиту от Огня»».
На этом заканчиваются слова Ибн аль-Каййима.
Что касается его слова о том, что мольба после произнесения таслима в молитве, обращённая к кибле или к молящимся [позади], не была из его наставления ﷺ, — я не знаю, каков смысл этого и что он имел в виду этим, разве что можно сказать, что он отрицал это с оговоркой о продолжении молящимся стояния лицом к кибле и о произнесении этого сразу после таслима, как сказал хафиз. А Аллах Всевышний знает лучше.
Полезное замечание. Знай, что учёные хадисоведы разошлись во мнениях в наше время относительно того, дозволено ли имаму, завершив обязательную молитву, обращаться с мольбой, поднимая руки, и произносить ли за ним «амин» находящимся позади него молящимся, поднимая свои руки. Одни сказали, что это дозволено, а другие сказали, что это не дозволено, полагая, что это нововведение. Они сказали: это не установлено достоверно от Посланника Аллаха ﷺ достоверным иснадом, а является делом, возникшим позднее, а всякое возникшее позднее — нововведение. Что же касается сторонников дозволенности, то они привели в довод пять хадисов.
Первый — хадис Абу Хурайры.
Хафиз Ибн Касир сказал в своём тафсире (т. 3, с. 172): Ибн Аби Хатим сказал: рассказал нам Абу Маамар аль-Мукри, рассказал мне Абд аль-Варис, рассказал нам Али ибн Зайд от Саида ибн аль-Мусайиба, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ поднял руки после того, как произнёс таслим, будучи лицом к кибле, и сказал: «О Аллах, спаси аль-Валида ибн аль-Валида, Айяша ибн Аби Рабиа, Саламу ибн Хишама и слабых из мусульман, которые не могут найти способа и не находят пути [к спасению], из рук неверующих».
Ибн Джарир сказал: рассказал нам аль-Мусанна, рассказал нам Хаджадж, рассказал нам Хаммад от Али ибн Зайда, от Абдуллаха или Ибрахима ибн Абдуллаха аль-Курайши, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ обращался с мольбой после молитвы полуденной: «О Аллах, спаси аль-Валида, Саламу ибн Хишама и Айяша ибн Аби Рабиа и слабых из мусульман из рук многобожников, которые не могут найти способа и не находят пути [к спасению]».
У этого хадиса есть подтверждение в «Сахихе» из другого пути, как было изложено ранее. На этом заканчивается то, что в тафсире Ибн Касира.
Я говорю: в иснаде этого хадиса — Али ибн Зайд ибн Джудан, а он подвергнут критике.
Хадис второй — хадис Абдуллаха ибн аз-Зубайра. Ас-Суюти в своём послании «Фадд аль-виа» упомянул от Мухаммада ибн Яхьи аль-Аслями, который сказал: «Я видел Абдуллаха ибн аз-Зубайра, и он увидел человека, поднимающего руки прежде, чем закончить свою молитву. Когда же он закончил её, он сказал: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ не поднимал руки, пока не заканчивал свою молитву»».
Он сказал: его передатчики надёжные (сика).
Я говорю: его упомянул хафиз аль-Хайсами в «Маджма аз-заваид» и сказал: его передал ат-Табарани, и он дал ему характеристику, сказав: Мухаммад ибн Яхья аль-Аслями от Абдуллаха ибн аз-Зубайра, и его передатчики надёжные. На этом заканчивается [цитата].
Хадис третий — хадис Анаса. Его вывел хафиз Абу Бакр Ахмад ибн Мухаммад ибн Исхак ас-Сунни в своей книге «Амаль аль-йаум ва-ль-лайла». Он сказал: рассказал мне Ахмад ибн аль-Хасан, рассказал нам Абу Исхак Якуб ибн Халид ибн Язид аль-Балиси, рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Абд ар-Рахман аль-Курайши, от Хасифа, от Анаса, от Пророка ﷺ, что он сказал: «Нет такого раба, который распростёр бы свои ладони после каждой молитвы и сказал бы: «О Аллах, Боже мой и Боже Ибрахима, Исхака и Якуба, и Боже Джибриля, Микаиля и Исрафиля, прошу Тебя, чтобы Ты ответил на мою мольбу, ибо я нуждающийся, и чтобы Ты оберёг меня в моей религии, ибо я испытываемый, и чтобы Ты коснулся меня Своей милостью, ибо я грешник, и чтобы Ты отвёл от меня бедность, ибо я нищий», без того, чтобы не было правом Аллаха Всемогущего и Великого не вернуть его руки пустыми».
Я говорю: в его иснаде — Абд аль-Азиз ибн Абд ар-Рахман аль-Курайши.
Сказано в «Мизане»: Ахмад обвинил его [во лжи], а Ибн Хиббан сказал: «Мы записали от Умара ибн Синана, от Исхака ибн Халида, от него список, в котором утверждено сто искажённых хадисов, среди которых есть такие, что не имеют основы, а среди них есть такие, что приписаны человеку, к которому недопустимо обращаться в качестве довода ни в коем случае».
Ан-Насаи и другие сказали: «Он не надёжен (не сика)», и Ахмад ибн Ханбаль вычеркнул его хадис. На этом заканчивается [цитата].
Хадис четвёртый — хадис аль-Асвада аль-Амири от его отца, который сказал: «Я молился с Посланником Аллаха ﷺ утреннюю молитву, и когда он произнёс таслим, он повернулся, поднял руки и обратился с мольбой» — и далее хадис. Его передал Ибн Аби Шайба в своём «Мусаннафе». Так упомянул некий из выдающихся [учёных] этот хадис без иснада и приписал его к «Мусаннафу», но я не нашёл его иснада, и Аллах Всевышний лучше знает, достоверен он или слаб.
Хадис пятый — хадис аль-Фадля ибн Аббаса, который сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Молитва — по два [раката], ташаххуд в каждых двух ракатах, смирение, покорность и униженность, затем ты складываешь свои руки» — он говорит: поднимаешь их к своему Господу, обращая их ладонями к своему лицу, — «и говоришь: «О Господь мой, о Господь мой». А кто не сделает этого, то он такой-то и такой-то», а в одном риваяте: «то это неполноценно (хидадж)». Его передал ат-Тирмизи.
Они также приводили в качестве довода общий смысл хадисов о поднятии рук при мольбе, говоря: мольба после обязательной молитвы — вещь желательная и поощряемая, и от Посланника Аллаха ﷺ достоверно передано совершение мольбы после обязательной молитвы; поднятие же рук относится к правилам этикета мольбы, и от Посланника Аллаха ﷺ достоверно передано поднятие рук во множестве случаев мольбы.
Далее: не установлено достоверного запрета на поднятие рук при мольбе после обязательной молитвы, напротив, о его подтверждении переданы лишь слабые хадисы. Они говорили: после установления этих четырёх положений и отсутствия достоверного запрета поднятие рук при мольбе после обязательной молитвы не является дурным новшеством, но является дозволенным, и нет греха на том, кто это делает.
Что касается первого и второго [положений], то ат-Тирмизи привёл хадис от Абу Умамы: его спросили: «О Посланник Аллаха, какая мольба лучше всего слышится?» Он ответил: «Глубокой последней частью ночи и после обязательных молитв». И он сказал: это хадис хороший (хасан).
Ан-Насаи привёл в своих «Сунан» от Атаа ибн Марвана, от его отца, что Кааб поклялся ему Аллахом, который рассёк море для Мусы, что они находят в Торе, что Дауд, пророк Аллаха ﷺ, когда завершал свою молитву, говорил: «О Аллах, приведи в порядок для меня мою религию, которую Ты сделал для меня защитой, и приведи в порядок для меня мою мирскую жизнь, в которой Ты устроил моё пропитание...» — и в конце хадиса сказано: и рассказал мне Кааб, что Сухайб рассказал ему, что Мухаммад ﷺ произносил эти слова при завершении своей молитвы. Этот хадис признал достоверным Ибн Хиббан, как указано в «Фатх аль-Бари». Ранее в словах Ибн аль-Каййима уже приводились хадис Абу Аюба и хадис аль-Хариса ибн Муслима о мольбе после обязательной молитвы.
Что же касается третьего и четвёртого [положений], то Абу Дауд и ат-Тирмизи (признавший его хорошим) привели от Сальмана хадис, возведённый к Пророку ﷺ: «Поистине, Господь ваш стыдлив и щедр, стыдится Своего раба, когда тот поднимает к Нему руки, вернуть их пустыми (сифран — со звуком «и» под буквой «сад» и покоем «фа», то есть пустыми)». Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: иснад его хороший.
Муслим привёл от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, Аллах благ и не принимает ничего, кроме благого...» — и далее в хадисе: «Затем он упомянул человека, который долго странствует, растрёпанного, покрытого пылью, простирающего руки к небу со словами: «О Господь, о Господь!» — но пища его запретна, питьё его запретно, одежда его запретна, и питался он запретным — как же будет ему отвечено?!»
Хафиз в «Фатх аль-Бари» сказал: на эту тему есть многочисленные хадисы, которые аль-Мунзири собрал отдельно в одном труде, часть из них привёл ан-Навави в «Аль-Азкар» и подробно в комментарии к «Аль-Мухаззаб»; также аль-Бухари в «Аль-Адаб аль-Муфрад» посвятил этому отдельную главу, где привёл хадис Абу Хурайры: пришёл ат-Туфайль ибн Амр к Пророку ﷺ и сказал: «Даус ослушались, призови на них проклятие Аллаха!» Тогда он повернулся лицом к кибле, поднял руки и сказал: «О Аллах, наставь даус на путь истинный!» Этот хадис есть в обоих «Сахихах», но без слов «и поднял руки».
И хадис Джабира о том, что ат-Туфайль ибн Амр совершил хиджру, — и далее упоминается история человека, совершившего хиджру вместе с ним, где сказано: Пророк ﷺ сказал: «О Аллах, и рукам его прости!» — и поднял руки. Иснад его достоверный, и его привёл Муслим.
И хадис Аиши о том, что она видела Пророка ﷺ, взывающего с поднятыми руками, говорящего: «О Аллах, я всего лишь человек...» — и далее по тексту хадиса. Иснад его достоверен. Из достоверных хадисов на эту тему — то, что привёл автор [сборника], то есть аль-Бухари, в отдельном труде о поднятии рук: «Видел я Пророка ﷺ поднимающим руки, взывая за Усмана».
У Муслима — от Абд ар-Рахмана ибн Самуры в истории о затмении: «...и я подошёл к Пророку ﷺ, а он поднимал руки, взывая».
У него же в хадисе Аиши о затмении также: «...затем он поднял руки». И в её хадисе о его мольбе за жителей аль-Бакы: «...и поднял руки трижды...» — и далее по тексту.
И из длинного хадиса Абу Хурайры о завоевании Мекки: «...и поднял руки, и стал взывать».
В обоих «Сахихах» — из хадиса Абу Хумайда в истории Ибн аль-Лутбийи: «...затем поднял руки, так что я увидел белизну его подмышек, говоря: «О Аллах, разве я не передал (послание)?»»
Из хадиса Абдуллаха ибн Амра: Пророк ﷺ упомянул слова Ибрахима и Исы, затем поднял руки и сказал: «О Аллах, моя община!»
В хадисе Умара: Посланник Аллаха ﷺ, когда на него нисходило откровение, у его лица слышался звук, подобный жужжанию пчёл; и однажды Аллах ниспослал ему [откровение], а затем состояние прошло, и он повернулся лицом к кибле, поднял руки и стал взывать — и далее по тексту хадиса. Привели его ат-Тирмизи (и приведённая формулировка принадлежит ему), ан-Насаи и аль-Хаким.
В хадисе Усамы: «Я был позади Пророка ﷺ на верблюде в Арафате, и он поднял руки, взывая; тут его верблюдица накренилась, и повод её упал, и он взял его рукой, продолжая держать другую руку поднятой». Привёл его ан-Насаи с хорошим иснадом.
В хадисе Кайса ибн Сада у Абу Дауда: «...затем Посланник Аллаха ﷺ поднял руки, говоря: «О Аллах, благослови и помилуй род Сада ибн Убады...»» — и далее по тексту; иснад его хороший.
И хадисов на эту тему множество. Конец слов хафиза [Ибн Хаджара].
Я говорю: относительно поднятия рук при мольбе имеется послание ас-Суюти, которое он назвал «Фадд аль-виа фи ахадис раф аль-йадайн фи-д-дуа» («Раскрытие сосуда в хадисах о поднятии рук при мольбе»).
Они также приводили в качестве довода хадис Анаса (да будет доволен им Аллах Всевышний), который сказал: пришёл однажды бедуин из жителей пустыни к Посланнику Аллаха ﷺ в пятницу и сказал: «О Посланник Аллаха, погиб скот, погибли семьи, погибли люди!» Тогда Посланник Аллаха ﷺ поднял руки, взывая, и люди подняли свои руки вместе с Посланником Аллаха ﷺ, взывая — и далее по тексту хадиса. Передал его аль-Бухари.
Они говорили: это поднятие рук, хотя и было в мольбе о ниспослании дождя, но не является特ифическим только для этого случая, и поэтому аль-Бухари в «Китаб ад-Даават» привёл этот хадис в качестве довода на дозволенность поднятия рук в мольбе вообще, безотносительно к конкретному случаю.
Я говорю: правильным мнением, на мой взгляд, является то, что поднятие рук в мольбе после молитвы допустимо; если кто-то это делает, в этом нет ничего плохого, если пожелает Аллах Всевышний, и Аллах Всевышний знает лучше.
Замечание. Знай, что ханафиты в это время придерживаются поднятия рук в мольбе после каждой обязательной молитвы с постоянством, как в отношении обязательного действия, — как будто они считают это обязательным. Поэтому они осуждают того, кто, завершив обязательную молитву приветствием, говорит: «О Аллах, Ты — мир, и от Тебя мир, благословен Ты, о Обладатель величия и почёта», а затем не совершает мольбу с поднятием рук.
Их поступок противоречит словам их имама, имама Абу Ханифы, а также противоречит тому, что содержится в их авторитетных книгах. Аль-Айни сказал в «Умдат аль-кари»: Абу Ханифа сказал: после всякой молитвы, после которой совершается добровольная молитва, встают; а после той, после которой добровольная молитва не совершается, как аср и утренняя молитва, — предоставляется выбор. Это же мнение Абу Миджляза Лахика ибн Хумайда. Конец цитаты.
В «Бахр ар-Раик» сказано: автор не упомянул, что делается после приветствия. Но учёные сказали: если это имам и молитва такая, после которой совершается добровольная молитва, то он встаёт и перемещается со своего места — либо вправо, либо влево, либо позади себя, а сидение лицом к людям — это новшество (бид‘а). А если это молитва, после которой добровольная не совершается, он сидит на своём месте; если пожелает — отворачивается вправо или влево, а если пожелает — обращается к ним лицом. Конец цитаты.
В «Аль-‘Алямгирийя» сказано: когда имам завершает приветствием обеденную или вечернюю молитву, ему не рекомендуется оставаться сидящим, но он встаёт для добровольной молитвы и не совершает её на месте обязательной, а отворачивается вправо или влево, либо отходит назад; если пожелает — возвращается домой и совершает её там. А если он был ведомым (муктади) или молился один: если он останется на своём месте молитвы, вознося мольбу, это допустимо; и так же если он встанет для добровольной молитвы на своём месте, или отойдёт назад, или отвернётся вправо или влево — это допустимо, и всё это равнозначно.
А в молитве, после которой добровольная не совершается, как утренняя и послеполуденная, не рекомендуется оставаться сидящим на своём месте, обращённым к кибле, и Пророк ﷺ назвал это новшеством (бид‘а). Затем он вправе выбирать: если пожелает — уйдёт, а если пожелает — останется сидеть в своём молитвенном месте (михрабе) до восхода солнца, и это предпочтительнее. И он обращается лицом к людям, если рядом с ним нет опоздавшего (масбук); если же таковой есть, он отворачивается вправо или влево. Лето и зима в этом отношении равны — это верное мнение. Так сказано в «Хуляса». Конец цитаты.
10 — Глава о том, что передано об уходе с молитвы направо и налево [301]
Его слово (то он уходил на обе свои стороны). В риваяте Абу Дауда: (то он уходил со своих сторон) (направо и налево) — разъяснение к его словам «на обе свои стороны», то есть иногда направо, а иногда налево.
Его слово (и в главе также передано от Абдуллы ибн Мас‘уда, Анаса, Абдуллы ибн Амра и Абу Хурайры). Что касается хадиса Абдуллы ибн Мас‘уда, то его привела вся группа (аль-джама‘а), кроме ат-Тирмизи. Он сказал: пусть никто из вас не отводит для шайтана какую-либо часть своей молитвы, считая своей обязанностью уходить только направо. Я много раз видел, как Посланник Аллаха ﷺ уходил налево. А в другой версии: чаще всего он уходил налево.
Что касается хадиса Анаса, то его привели Муслим и ан-Насаи. Он сказал: чаще всего я видел, как Посланник Аллаха ﷺ уходил направо.
Что касается хадиса Абдуллы ибн Амра, то его привёл Ибн Маджа. Он сказал: я видел, как Посланник Аллаха ﷺ поворачивался направо и налево в молитве.
Что касается хадиса Абу Хурайры, то я не нашёл того, кто его привёл.
Его слово (хадис Хульба — хадис хороший (хасан)). Его признал достоверным Ибн Абд аль-Барр в «Аль-Истиаб», и его упомянул Абд аль-Баки ибн Кани‘ в своём «Му‘джаме» через несколько путей передачи. В его иснаде — Кабиса ибн Хульб, которого некоторые обвиняли в неизвестности, но его признали надёжным аль-Иджли и Ибн Хиббан, а тот, кто его знает, — довод против того, кто его не знает. Так сказано в «Найль».
Этот хадис привели Абу Дауд и Ибн Маджа.
Его слово (и достоверны оба способа от Посланника Аллаха ﷺ). Ведь в упомянутом хадисе Абдуллы ибн Мас‘уда: я много раз видел, как Посланник Аллаха ﷺ уходил налево. А в упомянутом хадисе Анаса: чаще всего я видел, как Посланник Аллаха ﷺ уходил направо.
Если ты скажешь: каждый из них использовал форму превосходной степени (афаль ат-тафдыль), и явный смысл слов одного противоречит явному смыслу слов другого — как же их согласовать? Я отвечу: ан-Навави сказал: их можно согласовать тем, что Пророк ﷺ иногда делал так, а иногда — так, и каждый из них сообщил о том, что, по его убеждению, было чаще.
А Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: можно согласовать их и другим способом — отнести хадис Ибн Мас‘уда к состоянию молитвы в мечети, поскольку комната Пророка ﷺ находилась с его левой стороны, а хадис Анаса отнести ко всему прочему, как, например, состояние в пути. Затем, если убеждения Ибн Мас‘уда и Анаса противоречат друг другу, предпочтение отдаётся Ибн Мас‘уду, поскольку он более знающий, более старший по возрасту, более почтенный, чаще сопровождал Пророка ﷺ и был ближе к его местам стояния в молитве, чем Анас; а также потому, что в иснаде Анаса есть человек, о котором говорили критически, — это ас-Судди; а также потому, что хадис Ибн Мас‘уда — «согласованный» (муттафак алейх); а также потому, что риваят Ибн Мас‘уда согласуется с очевидным положением дел, поскольку комната Пророка ﷺ находилась с его левой стороны. Конец слов Хафиза.
Я говорю: на мой взгляд, более очевидным является первое согласование. И Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (и передаётся от Али ибн Абу Талиба, что он сказал: если его дело было справа, он брал направо, и так далее). Это привёл Ибн Абу Шейба, и текст его таков: он сказал: когда молитва завершена, а у тебя есть дело, и это дело справа от тебя или слева от тебя, то направляйся в сторону своего дела. Конец цитаты.
В «Найль» сказано: учёные сказали: рекомендуется уходить в сторону своего дела, но при этом сказали: если для него обе стороны равны, то право предпочтительнее, ввиду общего смысла хадисов, ясно указывающих на достоинство предпочтения правой стороны (ат-тайямун). Конец цитаты.
11 — Глава о том, что передано в описании молитвы [302]
Его слово («передал нам Исмаил ибн Джафар») ибн Аби Касир аль-Ансари аз-Зураки, Абу Исхак аль-Кари, — надёжный передатчик (сика сабт), скончался в 180 году. («от Йахьи ибн Али ибн Йахьи ибн Халляда ибн Рафи‘ аз-Зураки») — с даммой на «зай» и фатхой на «ра», после которых стоит «каф», мадинец, «приемлемый» (макбуль) передатчик из шестого разряда, как сказано в «ат-Такриб». («от своего деда») — а в риваяте ан-Насаи: «от своего отца, от своего деда»; отец же его, Али ибн Йахья ибн Халляд, — надёжный передатчик, а дед его, Йахья ибн Халляд ибн Рафи‘, имеет собственный риваят, и Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных передатчиков из числа таби‘инов. («от Рифаа ибн Рафи‘») ибн Малика ибн аль-Аджлана, Абу Муаза аль-Ансари, — славный сподвижник, участник битвы при Бадре.
Его слово («в то время как он сидел в мечети») — то есть в одной из её частей, как в хадисе Абу Хурайры у аш-Шейхайн («когда к нему подошёл человек, похожий на бедуина») — этим человеком был Халляд ибн Рафи‘, дед Али ибн Йахьи, передатчика этого хадиса; это разъяснил Ибн Аби Шейба, передав от Аббада ибн аль-Аввама, от Мухаммада ибн Амра, от Али ибн Йахьи, от Рифаа, что Халляд вошёл в мечеть — так сказал аль-Хафиз.
И он сказал: что же касается того, что приведено у ат-Тирмизи — «когда пришёл человек, похожий на бедуина, помолился и облегчил свою молитву», — то это не препятствует толкованию, что это был Халляд, поскольку Рифаа уподобил его бедуину из-за того, что он облегчил молитву, или по иной причине. Конец цитаты. («и помолился») — ан-Насаи в риваяте Дауда ибн Кайса добавляет: «два рак‘ата».
Аль-Хафиз сказал: в этом есть указание на то, что он совершил дополнительную (нафиля) молитву, и наиболее вероятно, что это была приветственная молитва мечети (тахийят аль-масджид). («и облегчил свою молитву») — а в риваяте Ибн Аби Шейбы: «и совершил лёгкую молитву, не завершив её поясной и земной поклоны полностью». («затем удалился») — то есть от своей молитвы («и поприветствовал Пророка ﷺ»). Аль-Кари сказал в «аль-Миркат»: он поставил право Аллаха впереди права Его Посланника, как того требует этикет посещения, ведь Пророк ﷺ повелел так поступать тому, кто приветствовал его до молитвы приветствия мечети, сказав ему: «Вернись и помолись, затем приди и поприветствуй меня», на что Пророк ﷺ ответил: «И тебе». А в риваяте Муслима, в хадисе Абу Хурайры: «И он сказал: «И тебе мир, вернись и помолись, ибо ты не молился»». Кади Ияд сказал: в этом указание на то, что действия несведущего человека в поклонении, совершённые без знания, не засчитываются, — и это построено на том, что отрицание здесь означает отрицание действительности (иджза’), и это очевидный смысл. А тот, кто толкует это как отрицание совершенства, опирается на то, что Пророк ﷺ после обучения не повелел ему повторить молитву, что указывает на её действительность, иначе получилось бы отложенное разъяснение (та’хир аль-баян) — так сказал один из маликитов, но в этом есть сомнение, поскольку Пророк ﷺ в последний раз действительно повелел ему повторить молитву, после чего тот попросил обучить его, и он обучил его, — как будто он сказал ему: «Повтори свою молитву в таком виде». На это указал Ибн аль-Мунир, как приведено в «аль-Фатх». («дважды или трижды») — а в одном из риваятов аль-Бухари: «трижды» без сомнения. («и каждый раз он подходил к Пророку ﷺ и приветствовал») — в этом указание на желательность повторения приветствия и ответа на него, даже если человек не выходил с этого места, если возникает видимость разделения (действий). («и люди испугались») — то есть возненавидели это («и это стало для них тяжким») — с даммой на «ба», и его подлежащим является следующее его слово («что тот, кто облегчает свою молитву, тем самым не молится») — то есть это было для них тяжело, и они испугались этого. («Тогда человек в конце концов сказал: «Покажи мне»») — форма повеления от «ира’а» (показывать) («и научи меня»). Ибн аль-Мулак в толковании «аль-Машарик» сказал: если спросят, почему Пророк ﷺ молчал и не обучал его сразу, так что ему пришлось обращаться снова и снова, — мы ответим: потому что этот человек, не выяснив полностью положение дел и полагаясь на то, что у него уже есть, — Пророк ﷺ молчал об обучении в качестве порицания ему и наставления на то, что следует прояснять то, в чём есть неясность; а когда он попросил разъяснения дела, Пророк ﷺ разъяснил это благим словом. Конец цитаты.
И было поставлено под сомнение его ﷺ молчаливое одобрение (такрир) его молитвы, притом что она была недействительна, — трижды, согласно мнению о том, что отрицание относится к действительности. И был дан ответ, что он желал постепенно подвести его к осознанию того, чего тот не знал, повторяя действие несколько раз, — на случай, если он совершил это по забывчивости или невнимательности, чтобы он вспомнил и исправил это сам, без обучения; таким образом, это не относится к разряду молчаливого одобрения ошибки, а относится к разряду подтверждения самой ошибки. Либо же он не обучил его сразу, чтобы это было более действенным для его вразумления и вразумления других, а также для придания важности и значимости этому делу.
Ибн Дакык аль-Ид сказал: молчаливое одобрение (такрир) само по себе не является безусловным доказательством дозволенности, но требует отсутствия препятствующих обстоятельств; и нет сомнения, что в увеличении восприимчивости обучаемого к тому, что ему преподносится, после повторения им действия, собирания своих мыслей и направления своего вопроса, есть польза, которая препятствует обязательности немедленного обучения, особенно при отсутствии опасения упущения времени — либо на основании явного правового постановления, либо по особому откровению. Конец цитаты. («Он сказал: «Да»») — то есть «согласен». В «аль-Камус» сказано: «аджаль» — это ответ, подобный «на‘ам» («да»), но он лучше него при подтверждении, тогда как «на‘ам» лучше него при вопросе. («Затем произнеси ташаххуд») — то есть возгласи азан, («затем произнеси икама») — тоже. А в риваяте Абу Дауда: «затем произнеси ташаххуд, затем — икама», и там нет слова «тоже». В «аль-Миркат» сказано: «затем произнеси ташаххуд» — то есть скажи: «Ашхаду алля иляха илля Ллах ва анна Мухаммадан расулю Ллах» после омовения, («затем произнеси икама») — то есть для молитвы.
Сказано также, что смысл «произнеси ташаххуд» — соверши азан, поскольку он включает в себя два свидетельства (шахады), а «произнеси икама» в таком случае означает икаму для молитвы; так это передал Майрак от «аль-Азхар». На этом заканчивается то, что приведено в «аль-Миркат».
И очевидно, что под словами «затем произнеси ташаххуд, затем — икама» подразумеваются азан и икама, на что указывает слово «тоже» после слов «затем — икама». («Если у тебя есть что-то из Корана, то читай») — а в одном из риваятов Абу Дауда: «затем читай «Умм аль-Куран» (открывающую суру) и то, что пожелает Аллах, чтобы ты прочитал».
Аль-Хафиз сказал после упоминания этого риваята: а у Ахмада и Ибн Хиббана в этой же передаче: «затем читай «Умм аль-Куран», затем читай, что пожелаешь».
Ибн Хиббан озаглавил главу так: «Обязанность молящегося — чтение Открывающей книгу суры в каждом рак‘ате». Далее: «Затем выпрямись стоя» — а в версии Ахмада: «Выпрями свой хребет, пока кости не вернутся на свои суставы, затем совершай земной поклон, выпрямляясь в поклоне, затем садись, успокаиваясь сидя». А в риваяте Абу Дауда: «Затем совершает земной поклон, пока не успокоятся его суставы, затем говорит: «Аллах велик» и поднимает голову, пока не выпрямится сидя, затем говорит: «Аллах велик», затем совершает земной поклон, пока не успокоятся его суставы, затем поднимает голову и произносит такбир».
Его слово («если ты сделал это», то есть упомянутое) — «то твоя молитва завершена», то есть стала полной, не ущербной. Его слово («а если ты убавил», то есть уменьшил) — в «Аль-Камус» сказано: «анкаса-ху, наккаса-ху и интакаса-ху» означают «уменьшил его». Его слово («и это было легче», то есть проще для них, то есть для сподвижников, да будет доволен ими Аллах, чем первое», то есть чем первое высказывание, а именно: «Вернись и молись, ибо ты не молился») — [означает], что тот, кто убавил из этого что-либо... и так далее, есть замена (бадаль) его слову «это».
Его слово («и в этой главе передано также от Абу Хурайры и Аммара ибн Ясира») — что касается хадиса Абу Хурайры, то его привели аш-Шейхан [аль-Бухари и Муслим], а также ат-Тирмизи привёл его в этой же главе. Что же касается хадиса Аммара, то следует посмотреть, кто его привёл.
Его слово («хадис Рифаа ибн Рафи‘ — хадис хороший») — его привели также Абу Дауд и ан-Насаи. А Ибн Абд аль-Барр сказал: «Это хадис достоверный (сабит)» — передал это Майрак от аль-Мунзири, как это [указано] в «Аль-Миркат».