14 - Главы о дийях («вирах»)
От Посланника Аллаха ﷺ. «Дийят» — множественное число от «дия». В «Аль-Гарибе» сказано: «дия» — это масдар от «вада» (وَدَى) — когда убийца или (сородичи) убитого отдают опекуну убитого имущество, являющееся возмещением за душу; затем этим именем — «дия» — стало называться само это имущество, по образцу называния предмета именем действия (масдара). Поэтому оно образует множественное число, подобно слову «идда» с выпадением первой буквы корня.
Аш-Шуммуни сказал: изначально этот корень указывает на течение, отсюда «вади» (долина, русло), потому что вода «теряет» (يَدِي), то есть течёт в нём. Установление дийи подтверждено Писанием — словами Всевышнего: «...и дия, вручаемая его семье», и сунной — множеством хадисов, а также единодушным согласием учёных на её обязательности в целом. Так сказано в «Аль-Миркат».
В «Ан-Нихае» сказано: говорят «вадайту-ль-катиля адихи дийатан», когда отдают дийю за убитого, а «иттадайту-ху» — когда её получают. Конец цитаты.
(Глава о том, что сообщается о дийе: сколько верблюдов она составляет)
[1386] Его слово («от Хишфа») — с кясрой над «хой» и сукуном над «шин» (обе точечные), и с «фа» («ибн Малик») ат-Таи. Ан-Насаи назвал его надёжным передатчиком; относится к третьему поколению, как сказал Хафиз.
Его слово («о дийе за непреднамеренное убийство») — то есть о дийе за убийство по ошибке.
Знай, что убийство бывает трёх видов: умышленное, по ошибке и приравненное к умышленному (шибх аль-амд).
К этому мнению склонились шафииты, ханафиты, аль-Авзаи, ас-Саури, Ахмад, Исхак, Абу Саур и большинство учёных из числа сподвижников, последователей и тех, кто пришёл после них. Они установили за умышленное убийство возмездие (кисас), за убийство по ошибке — дийю, упомянутую в хадисе главы, а за убийство, приравненное к умышленному, — то есть совершённое тем, чем обычно не убивают, как палка, плеть или игла, но с намерением убить, — усиленную дийю в размере ста верблюдов, из которых сорок должны быть беременными самками.
Малик, аль-Лейс и другие сказали: убийство бывает двух видов — умышленное и по ошибке. Убийством по ошибке считается то, что произошло вследствие какой-либо причины, либо совершено не обязанным (шариатом) лицом, либо без намерения убить именно этого человека или без намерения убить вообще, либо совершено тем, чем обычно не убивают. А умышленным считается всё остальное. За первое возмездия не полагается, за второе — полагается.
Не секрет, что хадисы, указывающие на третий вид — приравненное к умышленному, — годны для использования в качестве доказательства обязательности усиленной дийи для того, кто его совершил. Так сказал аш-Шаукани.
(«Двадцать бинт махад») — это верблюдицы, вступившие во второй год жизни. («И двадцать бани махад мужского пола») — в форме винительного падежа, как в имеющихся списках; а в «Аль-Мишкат» — «дукур» в форме родительного падежа. Аль-Кари сказал: родительный падеж — по соседству (правило смежности), как в пословице «нора варана разрушенная» (جُحْرُ ضَبٍّ خَرِبٍ). Так — в ат-Тирмизи, Абу Дауде, «Шарх ас-Сунна» и некоторых списках «Аль-Масабих», а в других списках — «дукуран» в винительном падеже, и это очевидно. Конец слов аль-Кари.
Из этих его слов явствует, что в списке ат-Тирмизи, который был у аль-Кари, стояло «дукур» в родительном падеже. («И двадцать бинт лябун») — в «Маджма аль-бихар» сказано: «бинт аль-лябун» и «ибн аль-лябун» — это из верблюдов тот, кому исполнилось два года и он вступил в третий, так что его мать становится «лябун», то есть имеющей молоко из-за другого детёныша. («И двадцать джаза‘а») — это из верблюдов тот, кому исполнилось полных четыре года. («И двадцать хикка») — с кясрой над «ха» несоединяемым и удвоением «каф» — это вступившая в четвёртый год.
Его слово («и Абу Хишам ар-Рифаи») — с кясрой над «ра». Его имя — Мухаммад ибн Язид ибн Мухаммад ибн Касир аль-Иджли аль-Куфи, судья Мадаина; не является сильным (передатчиком).
Его слово («и в этой главе — от Абдуллаха ибн Амра») — вывели пятеро, кроме ат-Тирмизи, в формулировке: «Поистине, Пророк ﷺ постановил, что тому, кто убит по ошибке, дийя составляет сто верблюдов: тридцать бинт махад, тридцать бинт лябун, тридцать хикка и десять бани лябун мужского пола». Абу Дауд промолчал о нём.
Аль-Мунзири сказал: в его иснаде — Амр ибн Шуайб, о котором речь уже была; а те, кто ниже Амра ибн Шуайба, — надёжные передатчики, кроме Мухаммада ибн Рашида аль-Макхули, которого признали надёжным Ахмад, Ибн Ма‘ин и ан-Насаи, но которого счёл слабым Ибн Хиббан и Абу Зур‘а.
Аль-Хаттаби сказал: этот хадис — я не знаю никого из знатоков фикха, кто следовал бы ему.
Его слово («хадис Ибн Мас‘уда — мы не знаем его возведённым (к Пророку) иначе, как по этому пути; передан он также от Абдуллаха как остановленный (маукуф)») — Хафиз в «Ат-Талхисе» сказал: его вывели Ахмад, авторы «Сунан», аль-Баззар, ад-Даракутни и аль-Байхаки из хадиса Ибн Мас‘уда как возведённый, но в нём — «бани махад» вместо «ибн лябун». Ад-Даракутни подробно рассмотрел этот хадис в «Сунан» и вывел его через путь Абу Убайды от его отца как остановленный, и там — «двадцать бани лябун», и сказал: это иснад хороший (хасан). Первый же (вариант) он назвал слабым по нескольким причинам, а риваят Абу Убайды подтвердил тем, что тот передал от Ибрахима ан-Наха‘и от Ибн Мас‘уда согласно ему.
Аль-Байхаки возразил ему, что ад-Даракутни допустил ошибку в этом, а щедрый (то есть большой знаток) может и споткнуться. Он сказал: я видел это в «Джами‘» Суфьяна ас-Саури от Мансура от Ибрахима от Абдуллаха, и от Абу Исхака от Алкамы от Абдуллаха, и от Абд ар-Рахмана ибн Махди от Язида ибн Харуна от Сулеймана ат-Тайми от Абу Мижляза от Абу Убайды от Абдуллаха — и у всех них «бани махад».
Хафиз Ибн Хаджар сказал: он же сам возразил себе, сказав: я видел это в книге Ибн Хузаймы — а он имам — в риваяте Вакиа от Суфьяна, и там сказано «бани лябун», как сказал ад-Даракутни. Хафиз сказал: таким образом, отпадает предположение, что ад-Даракутни изменил (текст), и, возможно, разногласие в этом восходит к более раннему звену цепи. Конец цитаты.
Его слово («и учёные единодушны в том, что дийя взимается в течение трёх лет») — Ибн Абу Шейба вывел через путь Ибрахима ан-Наха‘и, который сказал: первым, кто установил (порядок выплаты) дийи, был Умар. Он установил, что полная дийя выплачивается за три года: две трети дийи — за два года, половина — за два года, треть — за один год, а то, что меньше этого, — в тот же год. Абд ар-Раззак вывел это через путь от Умара. Так — в «Ад-Дирая».
У Абд ар-Раззака в одном из иснадов приводится, что Умар ибн аль-Хаттаб установил полную дийю выплачиваемой в течение трёх лет, половину дийи — в течение двух лет, а то, что менее половины, — в течение одного года.
В другом иснаде у него сказано: Умар установил, что дийя выплачивается из жалований в течение трёх лет, половина и две трети — в течение двух лет, треть — в течение одного года, а то, что менее трети, — в тот же год. А в ещё одном риваяте у него сказано: он вынес решение, что дийя выплачивается в течение трёх лет, и в каждый год — треть, за счёт людей, состоящих в диване, из их жалований.
Он также вынес решение, что две трети выплачиваются в течение двух лет, а треть — в течение одного года, и то, что менее трети, — в тот же год.
Так приведено в «Насб ар-рая».
(«И они сочли, что дийя за непреднамеренное убийство лежит на аль-акиля») — с касрой над «каф», это множественное число от «акиль», то есть тот, кто выплачивает дийю. Дийя была названа «акль» — названием по масдару, потому что верблюдов привязывали («ты‘каль») у двора близкого убитого; затем это употребление распространилось настолько, что «акль» стало применяться к дийе, даже если она выплачивалась не верблюдами.
Акиля человека — это его родственники по отцовской линии, то есть его асаба, — те, кто привязывал верблюдов у ворот близкого убитого.
Возложение выплаты дийи на акиля установлено сунной.
Учёные единогласны в этом, хотя это противоречит внешнему смыслу слов Всевышнего: «Не понесёт несущая ношу чужую ношу», однако из общего смысла этого аята было сделано исключение ради содержащейся в этом пользы.
Потому что если бы убийца был обязан выплачивать дийю единолично, то это, вероятно, поглотило бы всё его имущество.
Потому что нельзя быть уверенным в том, что подобные непреднамеренные случаи не повторятся с ним; а если бы его оставили без обязательства выплаты, то кровь убитого была бы попрана.
Хафиз сказал: возможно, тайный смысл этого в том, что если бы обязательство выплаты возлагалось на него одного, то он мог бы обеднеть, и тогда властям пришлось бы после его обеднения признать кровь попранной, поэтому обязательство было возложено на его акиля.
Потому что вероятность обеднения одного человека выше, чем вероятность обеднения целой группы; и потому что если такое повторится с ним, то предостережение от повторения подобного со стороны целой группы будет более действенным для принятия, наряду с предостережением самого убийцы.
А знание — у Аллаха Всевышнего.
Акиля человека — это его род.
Начинают с его ближайшей ветви рода, а если они не могут покрыть выплату, к ним присоединяют более отдалённых родственников.
Она возлагается на свободных совершеннолетних мужчин из числа состоятельных среди них. Конец цитаты.
(«Некоторые сказали: дийя лежит только на мужчинах, а не на женщинах и детях из числа асаба») — в «аль-Хидая» из книг ханафитов сказано: на женщинах и на потомстве из тех, кто имеет долю в диване, нет обязательства выплаты, согласно словам Умара (да будет доволен им Аллах): «Не выплачивает вместе с акиля ни ребёнок, ни женщина». Конец цитаты.
Я говорю: хафиз аз-Зайлаи в «Тахридж аль-Хидая» сказал: «гариб» (редкое сообщение). Конец цитаты.
А хафиз в «ад-Дирая» сказал: «я не нашёл его». Конец цитаты.
В «аль-Хидая» сказано: и потому что выплата обязательна для людей, способных оказать поддержку, поскольку они пренебрегли надзором за убийцей, а женщины и дети не участвуют во взаимной поддержке между людьми; поэтому на них не возлагается то, что является заменой поддержки, а именно джизья. Конец цитаты.
(«Возлагается») — в форме страдательного залога от «тахмиль» («на каждого мужчину из них четверть динара, а некоторые сказали — до половины динара») — автор «аль-Хидая» сказал: и это распределяется между ними в течение трёх лет, причём с одного человека не берут более четырёх дирхамов в год, а бывает и меньше.
Так это привёл аль-Кудури в своём «Мухтасаре».
Это указывает на то, что при выплате всей дийи с одного человека может быть взято более четырёх.
Мухаммад (да помилует его Аллах) прямо указал, что при выплате всей дийи в течение трёх лет с каждого человека не берётся более трёх или четырёх, так что с каждого в каждый год берётся лишь один дирхам или один дирхам и треть дирхама, и это наиболее достоверное мнение.
А по мнению аш-Шафии (да помилует его Аллах), с каждого обязательно берётся половина динара, потому что это — вид пожертвования, и оно соотносится с закятом, минимальный размер которого таков, поскольку пять дирхамов у них равны половине динара. Конец цитаты.
(«Если дийя набирается полностью») — то есть этого достаточно («а если нет») — то есть если дийя не набирается полностью — («смотрят на ближайшие к ним племена, и на них возлагается обязательство») — в форме страдательного залога от «ильзам».
Его слово («кто убьёт») — в форме действительного залога («передаётся») — в форме страдательного залога, то есть убийца («и это тридцать хикка») — с касрой над «ха», это верблюдица, вошедшая в четвёртый год, поскольку она уже пригодна для верховой езды и переноски груза («и тридцать джаза‘а») — с двумя фатхами, это верблюдица, вошедшая в пятый год («и сорок хилифа») — с фатхой над «ха» с точкой и касрой над «лям», после которых идёт «фа», это беременная верблюдица, множественное число — «хилифат» и «халаиф». В риваяте Ибн Маджи добавлено: «в утробах которых их детёныши» («и это ради ужесточения аль-акль») — с фатхой над «айн» и сукуном над «каф», то есть дийи.
Его слово («хадис Абдуллаха ибн Амра — хадис хороший, редкий») — этот хадис привёл также Ибн Маджа, и хафиз упомянул его в «ат-Талхис», не высказав о нём никакого суждения.