И не противоречит этому то, что вместе с ним упоминаются его семейство, жёны и потомство, ведь ничто не препятствует тому, чтобы для них тоже испрашивалось возвеличивание, поскольку возвеличивание каждого соответствует тому, что подобает ему.
То же, что было приведено ранее от Абу аль-Алии, представляется более очевидным, ибо благодаря этому слово «салят» употребляется по отношению к Аллаху, к Его ангелам и к верующим, которым велено это делать, в одном и том же смысле. Это подтверждается тем, что нет разногласия относительно допустимости просить милости (тарахуум) для кого-либо, кроме пророков, тогда как относительно допустимости «салята» для кого-либо, кроме пророков, есть разногласие. Если бы смысл наших слов «О Аллах, благослови (салли) Мухаммада» был равен «О Аллах, помилуй Мухаммада» или «прояви милость к Мухаммаду», то это было бы дозволено и для не-пророков. Точно так же, если бы это означало благодать и милость, то отпала бы обязательность произнесения в ташаххуде — у тех, кто считает это обязательным, — слов молящегося в ташаххуде: «мир тебе, о пророк, и милость Аллаха, и Его благословения».
Возможен и другой ответ: это установлено путём предписанного культового действия (таабуд), так что его необходимо произносить, даже если ранее было сказано то, что на него указывает. Конец того, что в «Фатхе».
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: итог сказанного выше состоит в том, что наиболее предпочтительным из мнений о смысле «салята» Аллаха на Его пророка ﷺ является мнение тех, кто сказал, что это восхваление Аллахом Всевышним его в высшем сонме (аль-мала аль-аъла). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хотел лишь исправления, насколько мог, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
…
49 — (глава о повелении обращаться с молитвой (салятом) на пророка ﷺ)
1285 — (передали нам Мухаммад ибн Салама и аль-Харис ибн Мискин, чтением ему, а я слушал, и формулировка принадлежит ему, от Ибн аль-Касима, который сказал: рассказал мне Малик от Нуайма ибн Абдуллаха аль-Муджмира, что Мухаммад ибн Абдуллах ибн Зейд аль-Ансари — а Абдуллах ибн Зейд — тот, кому было показано в видении призыв к молитве (азан) — сообщил ему от Абу Масъуда аль-Ансари, что тот сказал: пришёл к нам Посланник Аллаха ﷺ в собрание Саъда ибн Убады, и сказал ему Башир ибн Саъд: «Аллах, велик Он и славен, повелел нам обращаться на тебя с молитвой (салятом), о Посланник Аллаха, так как же нам молиться на тебя?» Посланник Аллаха ﷺ умолк, так что мы пожелали, чтобы он не задавал этого вопроса, а затем сказал: «Говорите: о Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил род Ибрахима, и ниспошли благодать на Мухаммада и род Мухаммада, как Ты ниспослал благодать на род Ибрахима, среди миров; поистине, Ты — Достохвальный, Славный. А приветствие (салям) — как вы уже знаете»).
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — (Мухаммад ибн Салама) аль-Мурадий аль-Мисрий, упомянутый в предыдущей главе.
2 — (аль-Харис ибн Мискин) аль-Мисрий, хафиз, надёжный [10], упомянут ранее 9/9.
3 — (Ибн аль-Касим) — это Абд ар-Рахман аль-Утаки аль-Мисрий, правовед, надёжный, из старших представителей [10], упомянут ранее 19/20.
4 — (Малик) ибн Анас, имам, непоколебимый, доказательство (в хадисоведении), правовед мединский [7], упомянут ранее 7/7.
5 — (Нуайм ибн Абдуллах аль-Муджмир) аль-Мадани, надёжный [3], упомянут ранее 21/905.
6 — (Мухаммад ибн Абдуллах ибн Зейд) ибн Абд Раббихи аль-Ансари аль-Хазраджи аль-Мадани, надёжный [3].
Передавал от своего отца и от Абу Масъуда аль-Ансари. От него передавали его сын Абдуллах ибн Мухаммад, Абу Салама ибн Абд ар-Рахман, Мухаммад ибн Ибрахим ат-Тайми, Мухаммад ибн Джаафар ибн аз-Зубайр и Нуайм ибн Абдуллах аль-Муджмир.
Упомянул его Ибн Хиббан в «Надёжных». Аль-Иджли сказал: мединец, таби‘и, надёжный. Ибн Манда сказал: родился при жизни пророка ﷺ. У Муслима, Абу Дауда, ат-Тирмизи и составителя есть от него только хадис данной главы, а у аль-Бухари в «Хальк афъаль аль-ибад», у Абу Дауда, ат-Тирмизи и Ибн Маджа — только хадис об азане.
7 — (Абу Масъуд аль-Ансари) Укба ибн Амр ибн Саалаба аль-Бадри, известный сподвижник, упомянут ранее 6/494. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
Среди них: что он относится к шестизвенным иснадам составителя, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, и что все его передатчики надёжны, и что он «мусалсаль» (непрерывно однородный) по мединцам, за исключением двух его шейхов и Ибн аль-Касима, которые мисряне (египтяне); и в нём передача таби‘и от таби‘и; и в нём Мухаммад ибн Абдуллах ибн Зейд относится к малочисленным передатчикам, у него в упомянутых книгах только два хадиса. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(от Нуайма ибн Абдуллаха аль-Муджмира) — в форме действительного причастия, от «тадж-мир» или «идж-мар», как эпитет к Абдуллаху, потому что он воскурял благовония в мечети Посланника Аллаха ﷺ, то есть окуривал её ароматом; это же имя переносно применяется и к его сыну Нуайму. (что Мухаммад ибн Абдуллах ибн Зейд аль-Ансари — а Абдуллах ибн Зейд) — в форме именительного падежа как подлежащее, а сказуемым к нему служат слова (которому было показано) — в страдательном залоге — (призыв к молитве) — в форме винительного падежа как второе дополнение к глаголу «показано», то есть Аллах показал ему азан во сне. Это предложение — подлежащее и сказуемое — вставлено между именем «анна» и его сказуемым, чтобы разъяснить, что отцом Мухаммада является именно Абдуллах ибн Зейд ибн Абд Раббихи, увидевший азан во сне, а не Абдуллах ибн Зейд ибн Асим аль-Мазани, передатчик описания омовения и молитвы истиска и прочего.
Это разъяснение дано потому, что эти двое могут быть спутаны тем, кто не знает науки о людях (передатчиках), поскольку они совпадают по имени, по имени отца, по принадлежности к ансарам, а затем к хазраджитам, а также по сподвижничеству и передаче хадисов; и различаются они по деду и по роду (батн) из хазраджитов, поскольку внук Асима — из Мазин, а внук Абд Раббихи — из Бальхарис ибн аль-Хазрадж. Это разъяснено в «Фатхе» (1).
Биография же Абдуллаха ибн Зейда ибн Асима была приведена ранее в 80/97.
Что же касается упомянутого здесь Абдуллаха ибн Зейда, то это ибн Абд Раббихи ибн Саалаба ибн Зейд ибн аль-Харис ибн аль-Хазрадж аль-Ансари аль-Хазраджи, Абу Мухаммад аль-Мадани; в его родословии приводятся и иные версии. Он присутствовал при аль-Акабе, при Бадре и при других сражениях, а видение призыва к молитве было ему явлено в первый год хиджры, после постройки мечети пророка. Передавал от пророка ﷺ, а от него передавали его сын Мухаммад, сын его сына Абдуллах ибн Мухаммад — при разногласии по этому поводу, — Саид ибн аль-Мусайиб, Абд ар-Рахман ибн Абу Лейла (хотя говорят, что он не слышал от него), и Абу Бакр ибн Мухаммад ибн Амр ибн Хазм, который не застал его.
Ат-Тирмизи передал от аль-Бухари: не известен от него никакой хадис, кроме хадиса об азане, и подобное сказал также Ибн Ади. Не один автор безоговорочно утверждал, что у него нет ничего иного. Хафиз в «аль-Исаба» сказал: это ошибка, ведь дошли от него хадисы — шесть или семь, — которые я собрал в отдельном сочинении; аль-Багави же категорично утверждал, что у него нет ничего, кроме хадиса об азане. Его хадис есть у ат-Тирмизи, через передачу его сына Мухаммада ибн Абдуллаха, и он признал его достоверным; у ан-Насаи есть его хадис о том, что он раздал милостыню за своих родителей, а затем совершил омовение. Аль-Бухари привёл в «ат-Тарих» через путь Яхьи ибн Абу Касира, что Абу Салама рассказал ему, что Мухаммад ибн Абдуллах ибн Зейд рассказал ему, что его отец присутствовал при пророке ﷺ у места жертвоприношения, когда пророк ﷺ распределял жертвенных животных, и дал ему часть своих волос… (далее хадис).
Аль-Мадаини передал от Касира ибн Зейда, от аль-Муталлиба ибн Хантаба, от Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Зейда, который сказал: мой отец умер в (32) году, в возрасте (64) лет, и молитву по нему совершил Усман. Аль-Хаким же сказал: верно, что он был убит при Ухуде, так что вся эта передача является прерванной (мункатиа). Конец. Но в «аль-Мустадрак» это противоречит сказанному. А в «аль-Хилья», в биографии Умара ибн Абд аль-Азиза, приводится по достоверному иснаду от Абдуллаха аль-Умари: вошла дочь Абдуллаха ибн Зейда ибн Саалабы к Умару ибн Абд аль-Азизу и сказала: «Я дочь Абдуллаха ибн Зейда, мой отец присутствовал при Бадре и был убит при Ухуде», и он сказал: «Проси, что желаешь», и дал ей. Конец (2).
(2) «аль-Исаба» Ибн Хаджара (4/85).
(от Абу Масъуда аль-Ансари) Укбы ибн Амра, да будет доволен им Аллах Всевышний, (что он сказал: пришёл к нам Посланник Аллаха ﷺ в собрание Саъда ибн Убады) ибн Дулайма ибн Хариса ибн Абу Хузаймы, — а говорят: Хузаймы ибн Абу Хузаймы, — а говорят: Хариса ибн Харама ибн Абу Хузаймы ибн Саалабы ибн Тарифа ибн аль-Хазраджа аль-Ансари, вождя хазраджитов, Абу Сабита, — а говорят: Абу Кайса аль-Мадани.
Его матерью была Амра бинт Масъуд, у неё было сподвижничество (сухба), и она умерла во времена пророка ﷺ.
Он передавал от Пророка ﷺ. От него передавали его сыновья: Кайс, Исхак и Саид, а также сын его сына Шурахбиль ибн Саид — при существующем разногласии относительно этого, — а также Ибн Аббас, Ибн аль-Мусайиб и другие.
Он присутствовал при [клятве] аль-Акаба и на других сражениях; относительно его участия в Бадре есть разногласие: аль-Бухари, Абу Хатим и Абу Ахмад аль-Хаким упоминают, что он участвовал в Бадре, а Ибн Саад в «ат-Табакат» отнёс его к первому разряду тех, кто не участвовал в Бадре, сказав: «Он был из тех, кто приготовился к выходу на Бадр, но был укушен и остался [дома]». Ибн Саад также сказал: Саад в эпоху джахилийи писал по-арабски, хорошо плавал и метал стрелы, а того, кто хорошо этим владел, называли «совершенным» (аль-камиль); он и несколько его предков во времена джахилийи объявляли у своей крепости (утум): «Кто желает жира и мяса, пусть придёт к крепости Дулайма ибн Харисы». Он сказал: и блюдо (джафна) Саада обходило по кругу вместе с Посланником Аллаха ﷺ дома его жён. Микшам передал от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими): знамя Посланника Аллаха ﷺ во всех сражениях было с Али — знамя переселенцев (мухаджиров), а с Саадом ибн Убадой — знамя ансаров. Мухаммад ибн Сирин сказал: Саад ибн Убада каждую ночь возвращался домой с восьмидесятью людьми из числа ахль ас-суффа, чтобы накормить их ужином. Ибн Абд аль-Барр сказал: Саад уклонился от присяги Абу Бакру ас-Сиддику (да будет доволен им Аллах) и покинул Медину, и умер в Хауране, в землях Шама, в 15 году [хиджры]; сказано также — в 14 году; сказано также — в 11 году; но нет разногласия в том, что он был найден мёртвым в месте своего омовения. Ибн Джурайдж передал от Атаа: я слышал, что джинны убили его. Амр ибн Али и другие сказали: он умер в 16 году. (¹)
Он упоминается в нескольких местах в обоих «Сахихах», и от него передавали четверо [составителей Сунан].
(«И сказал ему Бишр ибн Саад») ибн Саляба ибн аль-Джулас (²) ибн Зайд ибн Малик ибн Саляба ибн Каб ибн аль-Хазраджа аль-Акбара, аль-Ансари, аль-Хазраджи, отец ан-Нумана, участвовал в Бадре, и он первый из ансаров, кто присягнул Абу Бакру ас-Сиддику (да будет доволен им Аллах). Передал от Пророка ﷺ один хадис о дарении (нухль), при разногласии относительно этого (³).
(²) с даммой над «джим» и облегчённым «лям»; ад-Даракутни огласовал его через фатху над точечным «ха» и с усиленным «лям». Об этом сообщил [Ибн Хаджар] в «аль-Исаба», т. 1, с. 262.
(³) Придёт у автора под номером 6/258–259.
От него передавали его сын ан-Нуман, сын его сына Мухаммад, Урва и Хумайд ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф. Ибн Аби Хатим упомянул его среди тех, кто умер в 13 году, из чего следует, что риваят этих [передатчиков] от него, кроме ан-Нумана, является мурсаль. Он передал хадис Хумайда ибн Абд ар-Рахмана от ан-Нумана от его отца, так что если он передавал от Бишра без посредника, то это иснад с пропуском (мурсаль) непременно установлен. Ибн Исхак и аль-Вакиди упоминают, что он был убит в день Айн ат-Тамр вместе с Халидом ибн аль-Валидом, возвращавшимся из Йамамы, в 12 году, однако аль-Бухари передал в своей «Истории» через аз-Зухри от Мухаммада ибн ан-Нумана ибн Бишра, от его отца, что Умар ибн аль-Хаттаб однажды сказал, когда его окружали мухаджиры и ансары: «Что вы думаете, если бы я допустил послабление в каком-то деле, что бы вы сделали?» Он сказал: и сказал ему Бишр ибн Саад: «Если бы ты сделал это, мы бы выправили тебя, как выправляют стрелу (кадих)». Умар сказал: «Вот вы каковы!» Это указывает на то, что он оставался в живых до правления Умара. А в «ат-Табакат» Ибн Саада сказано, что он писал по-арабски в эпоху джахилийи, и Пророк ﷺ отправлял его в некоторых военных отрядах (сарайя), и назначил его правителем Медины во время умры воздаяния (умрат аль-када), и он упоминается в «Сахихе» Муслима и в других [сборниках] в хадисе Укбы ибн Амра, упомянутом в этой главе. Ан-Насаи передал через него лишь упомянутый хадис о дарении, и никто более.
(«Повелел нам Аллах, велик Он, чтобы мы молились за тебя, о Посланник Аллаха») — а в некоторых рукописях: «чтобы мы молились за тебя» с добавлением предлога «би»; опущение его допустимо в подобных случаях, как сказал Ибн Малик (да помилует его Аллах Всевышний):
Переводи непереходный [глагол] в переходный с помощью предлога, а если предлог опущен, то [существительное] ставится в винительном падеже — по преданию [от арабов]; и с «ан» (بأن) и «ан» (أن) это происходит регулярно при отсутствии двусмысленности, как в выражении «‘аджибту ан ядуу» («я удивился, что они помирились»).
Это означает, что Аллах, пречист Он, повелел Своим верующим рабам возносить молитву (салят) и приветствие на него, сказав Всевышний: «Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром» [сура «Союзники», 56].
(«Как же нам молиться за тебя?») Относительно того, что подразумевается под словом «как» (кайфа), есть разногласие: одни говорят, что имелся в виду вопрос о смысле молитвы, к которой был дан призыв, — каким словом её произносить. Другие говорят — о её форме (сифа). Кади Ийад (да помилует его Аллах) сказал: поскольку слово «молитва» в повелении «صلوا عليه» («благословляйте его») может означать милость, мольбу и возвеличивание, они спросили, каким словом её произносить. Так сказали некоторые шейхи.
Аль-Баджи отдал предпочтение мнению, что вопрос был именно о форме молитвы, а не о её роде. В «аль-Фатхе» сказано: и это более очевидно, поскольку слово «как» (кайфа) явно указывает на форму, тогда как о роде спрашивают словом «что» (ма); к этому же склонился аль-Куртуби, сказав: это вопрос того, кому стала неясна форма того, суть чего он уже понял, — то есть они уже знали, что подразумевается под молитвой, и спросили о форме, которая подобает ей, чтобы её применять — конец цитаты.
Причиной, побудившей их к этому, было то, что приветствие (салям) было упомянуто ранее в определённой словесной формуле — «мир тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и Его благословения», — и они поняли из этого, что и молитва также имеет определённую словесную формулу; и они отступили от аналогии в пользу опоры на прямой текст, тем более что в словесных формулах поминания (азкар) обычно встречается отход от аналогии. И дело оказалось так, как они и поняли, ведь [Пророк] не сказал им: «Говорите: молитва тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и Его благословения», и не сказал: «Говорите: молитва и мир тебе» и так далее, — а научил их другой формуле (¹).
(«И промолчал Посланник Аллаха ﷺ») — то есть ожидая откровения — («до тех пор, пока мы не пожелали, чтобы он не спрашивал его») — они пожелали этого из страха, что Пророку ﷺ не понравился упомянутый вопрос, поскольку у них было устоявшееся представление о запрете на подобное, содержащемся в словах Всевышнего: «Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, причинят вам зло» [сура «Трапеза», 101].
У ат-Табарани встречается: «и он молчал, пока к нему не пришло откровение, и он сказал: «говорите»...»
(«Затем он сказал») — то есть Пророк ﷺ, после того как замолчал, ожидая откровения, и оно было ниспослано ему — («говорите: о Аллах») — это слово, широко употребляемое в мольбе (дуа), означает «о, Аллах»; «мим» здесь заменяет частицу обращения, поэтому не говорят: «Аллахумма — Прощающий, Милостивый», к примеру, а говорят: «Аллахумма, прости мне» и «помилуй меня»; и частица обращения не присоединяется к этому слову, кроме как в редких случаях, как в стихе поэта-раджиза:
«Поистине, я, когда случается некое событие,
говорю: о, Аллахумма, о, Аллахумма».
Это имя [Аллаха] отличается тем, что хамза отделена от обращения, обязательностью утолщения (тафхим) его «лям», а также тем, что частица обращения может присоединяться к нему вместе с определённым артиклем.
На это правило указал Ибн Малик в своей «Хуляса», сказав:
Совмещение «йа» и «аль» ограничено случаями необходимости, кроме как со словом «Аллах» и с [именами], передаваемыми целыми выражениями; и чаще всего [говорят] «Аллахумма» с заменой [обращения на «мим»], и редко встречается [форма] «йа Аллахумма» в поэзии.
Аль-Фарра и его последователи из числа куфийских грамматистов считали, что первоначальная форма — «йа-Ллах», а частица обращения была опущена ради облегчения, а «мим» взята из опущенного предложения, первоначально бывшего «уммана би-хайрин» («одари нас благом»). Сказано также, что она — просто вставная буква, как в слове «зуркум» («ярко-голубой», для усиления признака синевы), и была добавлена в это великое имя ради придания веса (тафхим). Сказано также, что она подобна «вав», указывающей на множественность, как если бы молящийся говорил: «о Тот, у Кого собраны все прекрасные имена», и поэтому «мим» была усилена (удвоена), чтобы стать заменой двум признакам множественного числа — «вав» и «нун» в слове «муслимун» и подобных ему. И передано от аль-Хасана аль-Басри: «Аллахумма» — это средоточие мольбы (маджма‘ ад-дуа). А от ан-Надра ибн Шумайля: кто сказал «Аллахумма», тот попросил Аллаха всеми Его именами.
Учёный (алляма) Ибн аль-Каййим подробно разобрал этот вопрос в своей вышеупомянутой книге, приведя то, что не найти в других [источниках]; обратитесь к ней, с. 94–106.
(«молись») значение слова «молитва» уже было разъяснено недавно. («над Мухаммадом») — это самое известное из его имён -ﷺ-, оно образовано от слова «хамд» (хвала), и в первооснове является причастием страдательного залога от «хамд», включающим в себя восхваление восхваляемого, любовь к нему, почитание и возвеличивание его. Оно построено по форме «муфа‘‘ал», ибо эта форма служит для выражения множественности, так что «Мухаммад» — это тот, чью хвалу возносящие хвалу умножают раз за разом, или тот, кто заслуживает быть восхваляемым снова и снова. Это и имя собственное, и вместе с тем описательное имя, объединяющее оба значения применительно к нему -ﷺ-, хотя в отношении многих других, кто был назван этим именем, оно является чисто именем собственным. Таково же положение имён Господа Всевышнего, имён Его Книги и имён Его Пророка -ﷺ-: это имена собственные, указывающие на смыслы, содержащие в себе качества, так что в них принадлежность к именам собственным не противоречит описательности, в отличие от прочих имён творений.
Итак, наречение его -ﷺ- этим именем связано с тем, что заключено в самом его значении, а именно с хвалой: ведь он -ﷺ- восхваляем у Аллаха, восхваляем у Его ангелов, восхваляем у своих братьев-посланников и восхваляем у всех обитателей земли, даже если некоторые из них не уверовали в него, ибо те качества совершенства, которыми он обладает, восхваляемы всяким разумным существом, даже если кто-то из упрямства, из неприятия или по невежеству отвергает разумом обладание им этими качествами. Если бы он знал о наличии в нём этих качеств, то восхвалял бы его, ибо тот, кто восхваляет обладателя качеств совершенства, но не знает об их наличии в нём, на самом деле уже восхваляет его. Он же -ﷺ- обрёл из значения слова «хамд» то, что не досталось никому другому: имя его — Мухаммад и Ахмад, его община — «восхваляющие» (хаммадун), возносящие хвалу Аллаху и в радости, и в горе; молитва его общины начинается с хвалы, его проповедь начинается с хвалы, его Книга начинается с хвалы. Так же и у Аллаха, в Хранимой Скрижали установлено, что его халифы и сподвижники будут переписывать свиток Корана, начиная его с хвалы. В его руке -ﷺ- знамя хвалы в День воскресения, и когда он падёт ниц перед своим Господом ﷿ ради заступничества и получит на то дозволение, он восхвалит своего Господа теми словами хвалы, которые тогда будут ему открыты. Он — обладатель Похвального места, которому позавидуют и первые, и последние. Сказал Всевышний: «И бодрствуй ночью в дополнение к обязательному, — может быть, Господь твой возведёт тебя на Похвальное место» (аль-Исра, 79).
(«и над родом Мухаммада») Говорят, что первоначальная форма слова «аль» (род) — это «ахль» (семья, люди), причём «ха» было заменено на «хамзу», а затем эта «хамза» была смягчена; поэтому при уменьшительной форме слово возвращается к первоначальному виду и говорят «ухайль». Другие говорят, что первоначальная форма — «авал», от глагола «аля» — «возвращаться», и так был назван тот, кто возвращается к некоему лицу и присоединяется к нему. В пользу этого говорит то, что слово «аль» присоединяется только к чему-то возвеличиваемому: говорят «аль аль-кады» (род судьи), но не говорят «аль аль-хаджжам» (род цирюльника), в отличие от «ахль». Также слово «аль», как правило, не присоединяется к неразумному существу и, по мнению большинства, не присоединяется к местоимению, хотя некоторые допускали это в редких случаях. Это засвидетельствовано в стихах Абд аль-Мутталиба, сказанных в истории о владельцах слона, среди которых есть такие строки:
«И даруй победу над родом креста и его поклонниками сегодня — Твоему роду».
Иногда выражение «аль такой-то» относится к самому этому лицу, а иногда — и к нему самому, и к тем, кто причисляется к нему вместе. Правило таково: если говорится «сделал род такого-то то-то», то он сам включается в их число, если нет особого указания на обратное. Одним из свидетельств этому служит слово Пророка -ﷺ-, сказанное аль-Хасану ибн Али -да будет доволен ими обоими Аллах-: «Поистине, мы — род Мухаммада, милостыня нам не дозволена». Если же оба слова упоминаются вместе, то это разграничение не действует, подобно паре «бедный» и «нищий», «вера» и «ислам», «нечестие» и «ослушание».
Поскольку формулировки хадиса разошлись — в одних оба слова («Мухаммад» и «род Мухаммада») упоминаются вместе, а в других — по отдельности, — наиболее подходящим является толкование, согласно которому он -ﷺ- произносил всё это целиком, а некоторые передатчики запомнили то, чего не запомнили другие. Что же касается предположения о том, что это были разные, отдельные случаи, то оно маловероятно, поскольку большинство путей передачи прямо указывают, что это было сказано в ответ на их вопрос: «Как нам молиться за тебя?»
Сказал составитель, да простит его Аллах: по-моему, толкование о разных случаях ближе к истине, поскольку спрашивавших было много, и относить их вопрос к одному-единственному случаю весьма маловероятно. Поразмысли над этим.
Более правильным будет сказать, что он -ﷺ- обучал их в разное время разными формулировками, одни из которых длиннее, а другие короче, облегчая им дело, — подобно тому как обучение сподвижников -да будет доволен ими Аллах Всевышний- различным формулировкам ташаххуда, формулам вступительного дуа, поминаниям в поясном и земном поклонах, а также различным мольбам разнилось.
Итог таков, что в этом деле есть простор: желающий совершить молитву (за Пророка) может выбрать любую формулировку, достоверно переданную от Посланника Аллаха -ﷺ-, и произносить её. Наилучшим же будет в одно время молиться одной формулировкой, а в другое — иной, и так использовать все формулировки, достоверно переданные от Пророка -ﷺ-. А Аллах Всевышний знает лучше.
Сказано в «Фатхе»: возможно также, что тот, кто ограничился упоминанием «рода Ибрахима» без упоминания самого Ибрахима, передал это по смыслу, исходя из того, что Ибрахим включён в выражение «род Ибрахима», как уже было сказано ранее. Конец цитаты.
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: это предположение весьма маловероятно, ибо передача по смыслу в словах, носящих характер поклонения, недопустима, как это установлено в соответствующем разделе науки о терминологии хадиса. Смотри «ат-Тадриб» хафиза ас-Суюти, да помилует его Аллах, «Тип двадцать шестой», том 2, стр. 102, где сказано в разделе о разногласии относительно передачи по смыслу: «Нет сомнения в том, что ставится условие, чтобы это не относилось к тому, в отношении чего предписано поклонение именно данной формулировкой». Конец цитаты. А Аллах Всевышний знает лучше.
Далее последует разъяснение разногласия учёных относительно того, кто подразумевается здесь под «родом», в разделе «вопросы», если пожелает Аллах Всевышний.
(«подобно тому, как Ты молился за род Ибрахима») — это определение к опущенному масдару, подразумеваемое: «молитвой, подобной Твоей молитве за род Ибрахима». Далее последует речь о том, в каком смысле молитва за Пророка -ﷺ- уподобляется молитве за род Ибрахима, также в разделе «вопросы», если пожелает Аллах Всевышний.
Род Ибрахима — это его потомство от Исмаила и Исхака, как это категорично утверждает группа толкователей. А если верно, что у Ибрахима были дети и не от Сары и Хаджар, то они непременно входят в это число. Далее, подразумеваются из них мусульмане, а точнее — богобоязненные, так что сюда входят пророки, правдивейшие, мученики и праведники, но не прочие. Об этом же будет сказано применительно к «роду Мухаммада». Сказано это в «Фатхе».
(«и благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил род Ибрахима») то есть утверди для него и продли то, что Ты даровал ему из чести и почёта, и умножь ему то из совершенств, что подобает Тебе и ему.
Сказано в «Фатхе»: под благословением здесь подразумевается умножение блага и почёта; говорят также, что это очищение от изъянов и возвеличивание; говорят также, что имеется в виду утверждение этого и его постоянство, — от выражения «баракат аль-ибиль», то есть «верблюды опустились на колени и остались неподвижны на земле», отсюда же название «бирка» (водоём) — с кясрой в начале и сукуном во втором звуке — из-за того, что вода в нём пребывает неподвижно.
Итог таков, что требуется, чтобы им было даровано наиболее полное благо, и чтобы это утвердилось и пребывало постоянно. Далее последует более подробное разъяснение значения слова «баракя» в шестом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
(«среди миров») относится либо к слову «помолись», либо к слову «благослови» на основе взаимного притяжения (та‘надуз).
Сказал хафиз ас-Сахави, да помилует его Аллах: словами «среди миров» он указал на широкую известность молитвы и благословения над Ибрахимом среди миров, на распространённость его чести и почитания, и на то, что для нашего Пророка -ﷺ- испрашивается молитва, подобная той молитве, и благословение, подобное тому благословению, по своей широте распространения среди творений и своей известности. Сказал Аллах Всевышний: «И оставили Мы о нём (упоминание) среди последующих поколений: мир Ибрахиму!» (ас-Саффат, 108–109).
Под «мирами» в риваяте Ибн Масуда -да будет доволен им Аллах- и других подразумеваются разряды творений. Есть и иные мнения на этот счёт: говорят, что это то, что вмещает в себя чрево небесной сферы; говорят, что это всё, в чём есть дух; говорят, что это всё сотворённое; говорят, что это с оговоркой — разумные существа, — эти два последних мнения приведены в «аль-Машарик»; говорят, что это только люди и джинны, — так передал аль-Мунзири, и он же передал ещё одно мнение, что это джинны, люди, ангелы и шайтаны. Сказано в «ас-Сихах»: «алям» — это творение, а множественное число — «авалим»; «алямун» — разряды творений. А сказано в «аль-Мухкам»: «алям» — это всё творение целиком; говорят также, что это то, что вмещает в себя чрево небесной сферы; и у этого слова нет единственного числа от того же корня, ибо «алям» объединяет собой разные вещи, а если бы оно стало именем для одной из них, то превратилось бы во множественное число для однородных вещей; множественное же число от него — «алямун», и ни одно иное слово не образует множественное число по форме «фа‘илун» через «вав» и «нун», кроме этого слова. Конец цитаты.
(«поистине, Ты — Достохвальный, Достославный») Что касается «Достохвальный» (хамид), то это форма «фа‘иль» от «хамд» в значении «восхваляемый», причём более выразительная форма, обозначающая того, кто обрёл наиболее полные из качеств хвалы; говорят также, что оно означает «восхваляющий», то есть Тот, Кто восхваляет деяния Своих рабов.
Что же касается «Достославный» (маджид), то это форма «фа‘иль» от «маджд» (слава) — качество того, кто достиг совершенства в почёте, и оно непременно предполагает......для величия и могущества, подобно тому как «хвала» указывает на качество почитания.
Уместность завершения мольбы этими двумя великими именами состоит в том, что требуемым является почтение Аллаха Всевышнего к Его Пророку ﷺ, восхваление его и возвеличивание, и увеличение приближения его, а это непременно влечёт за собой испрашивание хвалы и величия. В этом заключено указание на то, что оба этих имени подобны обоснованию требуемого, или же являются как бы дополнением к нему. Смысл таков: поистине, Ты — совершающий то, чем заслуживается хвала, — непрерывные милости, и Ты щедр обилием благодеяния ко всем Твоим рабам. Так сказано в «аль-Фатх».
Далее последует более подробное изложение при исследовании смысла этих двух имён и уместности завершения молитвы ими, в седьмом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
Его слово («и приветствие, как вы знаете») — предложение, состоящее из подлежащего и сказуемого.
Ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: смысл его таков — Аллах Всевышний повелел вам молитву и приветствие мне; что касается молитвы, то вот её форма, а что касается приветствия, то оно таково, как вы знаете из ташаххуда, а именно их слова: «Мир тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и благословения Его».
Слово (علمتم) — с фатхой над «айн» и кясрой над облегчённой «лям», в форме действительного залога, то есть: «как вы знали это в ташаххуде».
А некоторые передают его с даммой над «айн» и удвоением «лям», в форме страдательного залога, то есть: «как вас этому научили». Ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: оба варианта верны.
Ас-Синди, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: (علمتم) в форме действительного залога, от «знания», то есть «как вы знали это в ташаххуде», либо имеется в виду то, что вошло в обиход в отношении того, как одни приветствуют других; либо в форме страдательного залога, от «обучения», то есть «как вас этому обучили в ташаххуде». Конец цитаты из «Шарх ас-Синди», 3/46.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: слово его «либо имеется в виду то, что вошло в обиход...» и так далее — в этом есть сомнение, ибо это отдалённое допущение, на которое не следует опираться. Правильным является первый смысл, так что вникни. А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище, и у Него испрашивается помощь, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
Вопрос первый: о его степени.
Этот хадис Абу Масʻуда (да будет доволен им Аллах Всевышний) передал Муслим.
Вопрос второй: о разъяснении мест, где составитель упоминает его, и о том, кто ещё передал его вместе с ним.
Передал его здесь — 49/1285 — и в «аль-Кубра» — 84/1208 — и в «Амаль аль-йаум ва-ль-лайла»
48 — от Мухаммада ибн Салямы и аль-Хариса ибн Мискина, оба от Абд ар-Рахмана ибн аль-Касима, от Малика, от Нуайма ибн Абдуллаха аль-Муджмира, от Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Зейда аль-Ансари, от него. А в «Амаль аль-йаум ва-ль-лайла» — 49 — от Ахмада ибн Баккара, от Мухаммада ибн Салямы, от Мухаммада ибн Исхака, от Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми, от Мухаммада ибн Абдуллаха аль-Ансари, с тем же матном.
Также передали (Муслим) 2/16, (Абу Дауд) № 980 и 981, (ат-Тирмизи) 3220, (Малик) в «аль-Муватта», с. 120, (Ахмад) 3/118 и 4/119 и 5/273, (ад-Дарими) № 1349, (Абд ибн Хумайд) 234, (Ибн Хузайма) 711. А Аллах Всевышний знает лучше.
Вопрос третий: о пользах, извлекаемых из него.
Из их числа: то, для чего составитель, да помилует его Аллах Всевышний, дал заголовок, а именно разъяснение повеления возносить молитву за Пророка ﷺ.
Из их числа: то смирение, благородство нрава и прекрасные качества, которыми обладал Пророк ﷺ, поскольку он посещал своих сподвижников в их собраниях, оказывая им почёт и утешение.
Из их числа: имаму подобает особо посещать вождей и предводителей народа в их собраниях, чтобы утешить их, снискать их расположение и подчеркнуть их достоинство перед их последователями, дабы те ещё более почитали их и повиновались им.
Из их числа: та забота, что проявляли сподвижники в вопросах о важных делах религии и трудных вопросах шариата, чтобы поступать согласно тому ответу, что давал им Посланник Аллаха ﷺ, а не устанавливать законы от себя, следуя словам Всевышнего: «О те, которые уверовали! Не опережайте Аллаха и Его Посланника» (аль-Худжурат: 1).
Из их числа: та почтительность, что проявлял Пророк ﷺ по отношению к своему Господину при обращении к нему с религиозным вопросом, — он не начинал с ответа на вопрос спрашивающего от себя, а ожидал откровения, ибо был таким, как сказал Аллах Всевышний: «И не говорит он по прихоти. Это — не что иное, как внушаемое откровение» (ан-Наджм: 3-4).
Из их числа: разъяснение того, что повеление о ташаххуде предшествовало повелению о молитве за Пророка ﷺ, судя по его словам: «а приветствие — как вы уже знаете».
Из их числа: на основании этого сделан вывод об обязательности именно той формулировки, которой Пророк ﷺ обучил своих сподвижников, в исполнение повеления, независимо от того, считаем ли мы обязательность абсолютной или же ограниченной молитвой. Что же касается обязательности этого именно в молитве, то от Ахмада передана одна риваят об этом, но наиболее достоверным у его последователей является мнение о необязательности.
Разошлись во мнениях о наилучшем: от Ахмада передано, что наилучшим является наиболее полная переданная форма, а по другой риваят от него — есть выбор. Что же касается шафиитов, то они сказали: достаточно сказать «О Аллах, благослови Мухаммада», и разошлись, достаточно ли произнести то, что указывает на это, например, произнести это в форме сообщения, сказав, например: «Аллах благословил Мухаммада»; наиболее достоверным является то, что это засчитывается,
и это потому, что мольба в форме сообщения более веская, так что она допустима тем более.
А тот, кто запретил это, остановился на предписанном характере (таабуд), и это то, чему отдал предпочтение Ибн аль-Араби; более того, его слова указывают на то, что награда, обещанная тому, кто вознесёт молитву за Пророка ﷺ, достигается лишь тем, кто произнёс её в указанной форме.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: то, что сказал Ибн аль-Араби, да помилует его Аллах Всевышний, представляется мне предпочтительным, потому что когда Пророка ﷺ спросили о формуле, которой исполняется повеление Аллаха Всевышнего о молитве за него, и ему сказали: «Как же нам молиться за тебя, когда мы молимся за тебя в нашей молитве?» — он ответил им словами: «Скажите: О Аллах, благослови Мухаммада» и так далее. Как же тогда возможно выйти из обязательства и достичь исполнения формулировкой, отличающейся от этого ответа? Куда там, куда там!! А Аллах Всевышний знает лучше.
Сказано в «аль-Фатх»: наши сподвижники — то есть шафииты — единодушны в том, что не засчитывается ограничение сообщением, например, если сказать: «Молитва за Мухаммада», поскольку в этом нет приписывания молитвы Аллаху Всевышнему. Разошлись они в определении обязательности слова «Мухаммад», но допустили довольствование описанием вместо имени, как «Пророк» и «Посланник Аллаха», потому что слово «Мухаммад» стало предметом предписанного (таабуд), так что не засчитывается вместо него ничто, кроме того, что выше его по значению; поэтому они сказали: не засчитывается использование местоимения, а также, например, слова «Ахмад», согласно наиболее достоверному мнению по обоим вопросам, несмотря на предшествующее упоминание в ташаххуде словами «Пророк» и «Мухаммад».
Большинство же учёных склонилось к тому, что достаточно любой формулировки, передающей смысл молитвы за него ﷺ, до такой степени, что некоторые из них сказали: если бы кто-то сказал в середине ташаххуда: «Молитва и приветствие тебе, о Пророк», это было бы засчитано; так же, если бы он сказал: «Свидетельствую, что Мухаммад ﷺ — раб Его и Посланник Его», в отличие от случая, если бы он поставил вперёд «раб Его и Посланник Его». И это должно основываться на том, что порядок слов ташаххуда не является обязательным условием, и это наиболее достоверное мнение, однако довод противоположной стороны силён, судя по их словам «как учит нас суре» и словам Ибн Масʻуда (да будет доволен им Аллах): «Он пересчитывал их по моей руке».
Основной довод большинства в довольствовании упомянутым состоит в том, что обязательность установлена текстом Корана словами Всевышнего: «Молитесь за него и приветствуйте его приветствием» — и когда сподвижники спросили о форме, и Пророк ﷺ обучил их ей, но передача этих формулировок разошлась, то ограничились тем, в чём сошлись риваяты, и оставили то, что сверх этого, как в ташаххуде, ибо если бы оставленное было обязательным, он не умолчал бы об этом. Конец цитаты.
Это вызвало затруднение у Ибн аль-Фиркаха в «аль-Иклид», и он сказал: их утверждение, что это наименьшее (обязательное количество), нуждается
(٢) Это имам Тадж ад-Дин Абд ар-Рахман ибн Ибрахим, известный как аль-Фиркях аш-Шафии, скончавшийся в 690 г. по хиджре. У него есть книга «аль-Иклид ли-дар' ат-таклид» — комментарий к «ат-Танбих» шейха Абу Исхака аш-Шираэи, но он остановился, не дойдя до «Книги о никахе». Конец. «Кашф аз-зунун», т. 1, с. 490....на то, что достаточно упоминания самого слова «молитва» (салят), ибо в достоверных хадисах нет указания на ограничение этим, а хадисы, в которых содержится общее повеление молиться, не содержат указания на то, что обязательно должно входить в эту молитву. Наименьшее, что встречается в риваятах: «О Аллах, благослови Мухаммада, как Ты благословил Ибрахима». Отсюда аль-Фурани передал от автора «аль-Фуру'» два мнения о том, обязательно ли упоминание Ибрахима. Тот, кто не считал это обязательным, привёл в качестве доказательства то, что оно пришло без упоминания Ибрахима в хадисе Зейда ибн Хариджи, (да будет доволен им Аллах), у ан-Насаи с крепким иснадом, в такой формулировке: «Молитесь на меня и усердствуйте в мольбе, и говорите: О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада».
Хафиз сказал: в этом есть сомнение, потому что это сокращение, сделанное некоторыми передатчиками, ведь ан-Насаи приводит это с этой же стороны полностью, и так же ат-Тахави.
Из этого также: приводится доказательство тем, что Пророк ﷺ научил своих сподвижников этой формулировке после того, как они спросили его о ней, что это наилучшая из формулировок молитвы за него, ибо он не выбирает для себя, кроме самого достойного и наилучшего.
Из этого следует: если кто-то поклялся произнести за него наилучшую молитву, то путь к исполнению клятвы — произнести именно эту формулировку. Так утвердил ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, в «ар-Раудат».
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, сказал: это мнение верное, а те формулировки молитв, которые упомянули другие, неверны, и на них не следует обращать внимания, ибо у них нет опоры и нет никакого следа знания. И Аллах Всевышний знает лучше.
Из этого также: приводится доказательство на дозволенность молитвы за кого-то, кроме пророков. Разбор разногласия по этому вопросу будет приведён вскоре, если пожелает Аллах Всевышний.
Из этого также: было сказано, что союз «вав» не подразумевает порядок следования, ибо формулировка повеления пришла с молитвой и приветствием через «вав» в словах Всевышнего: «Молитесь за него и приветствуйте его приветствием», и обучение приветствию было упомянуто раньше молитвы, как они сказали: «Мы узнали, как приветствовать тебя, так как же нам молиться за тебя?»
Из этого также: это возражает тому, что передано от ан-Нахаи, что для исполнения повеления о молитве достаточно слов: «Мир тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и благословения Его» в ташаххуде, ибо если бы было так, как он сказал, то Пророк ﷺ направил бы своих сподвижников к этому и не стал бы обучать их иной формулировке.
Из этого также: это указывает на то, что раздельное упоминание молитвы без приветствия не порицается, и наоборот, — об этом уже говорилось ранее.
Из этого также: это указывает на достоинство молитвы за Пророка ﷺ, судя по тому, что пришло повеление о ней, и по тому, что сподвижники, (да будет доволен ими Аллах), уделяли внимание вопросу о её формулировке. Пришли также крепкие хадисы, прямо говорящие о её достоинстве. Составитель, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, приведёт некоторые из них в отдельной главе, посвящённой ей — 55/1295, 1296 и 1297. Мы будем говорить о них там, если пожелает Аллах Всевышний. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Четвёртый вопрос: о разъяснении разногласия учёных относительно того, что подразумевается под «родом Мухаммада» (آل محمد) ﷺ в этом хадисе:
Имам, великий учёный Ибн аль-Каййим, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: относительно рода Пророка ﷺ существует разногласие, представленное четырьмя мнениями:
Было сказано: это те, кому запрещена садака, и относительно них есть три мнения учёных:
(Первое): это сыновья Хашима и сыновья аль-Мутталиба; это мазхаб аш-Шафии и одна риваят от Ахмада.
(Второе): это сыновья Хашима исключительно; это мазхаб Абу Ханифы, вторая риваят от Ахмада и выбор Ибн аль-Касима, ученика Малика.
(Третье): это сыновья Хашима и те, кто выше них до Галиба, так что сюда входят сыновья аль-Мутталиба, сыновья Умайи, сыновья Науфаля и те, кто выше них до сыновей Галиба; это выбор Ашхаба из числа учеников Малика, как передал это от него автор «аль-Джаухар», и это передал аль-Лахми в «ат-Тасбира» от Асбага, но не передал этого от Ашхаба.
Это мнение о роде — то есть что это те, кому запрещена садака — является буквальным текстом аш-Шафии, Ахмада и большинства, и это выбор большинства учеников Ахмада и аш-Шафии.
(Второе мнение):
Что род Пророка ﷺ — это его потомство и его жёны исключительно. Это передал Ибн Абд аль-Барр в «ат-Тамхид»; он сказал в главе об Абдуллахе ибн Абу Бакре при разъяснении хадиса Абу Хумайда ас-Саиди, (да будет доволен им Аллах): некоторые люди привели доказательство этим хадисом на то, что род Мухаммада ﷺ — это его жёны и его потомство исключительно, основываясь на его словах в хадисе Малика, от
Нуайма аль-Муджмира, и в других не менее хадисах: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада», а в этом хадисе — то есть в хадисе Абу Хумайда: «О Аллах, благослови Мухаммада, и его жён, и его потомство». Они сказали: это толкование того хадиса, и оно разъясняет, что род Мухаммада — это его жёны и его потомство. Они сказали: поэтому дозволено человеку говорить каждому из жён Мухаммада ﷺ и его потомства: «Да благословит тебя Аллах», когда обращается к нему прямо, и «да благословит его Аллах», когда он не присутствует, а в отношении других это не дозволено. Они сказали: слова «род» (آل) и «семья» (أهل) равнозначны, и это жёны и потомство, — на основании этого хадиса.
(Третье мнение): что его род ﷺ — это его последователи до Дня воскресения. Это передал Ибн Абд аль-Барр от некоторых учёных, и самый ранний, от кого передано это мнение, — Джабир ибн Абдуллах, (да будет доволен Аллах ими обоими); упомянул это от него аль-Байхаки, а передали от него Суфьян ас-Саври и другие. Это выбрали некоторые ученики аш-Шафии, как передал от него Абу ат-Тайиб ат-Табари в своём «Та'лике», и это предпочёл шейх Мухьи ад-Дин ан-Навави в «Шарх Муслим», и это выбрал аль-Азхари.
(Четвёртое мнение): что его род ﷺ — это благочестивые из его общины. Это передали аль-Кади Хусайн, ар-Рагиб и группа учёных.
[Раздел]: о разъяснении доводов сторонников этих мнений:
Сторонники первого мнения привели доводы:
(Первый): то, что передал аль-Бухари в своём «Сахихе» со слов Абу Хурайры, (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланнику Аллаха ﷺ приносили финики во время их сбора, и приходил один со своими финиками, и другой со своими финиками, так что у него собиралась куча фиников. И вот аль-Хасан и аль-Хусайн стали играть этими финиками, и один из них взял финик и положил его в рот. Посланник Аллаха ﷺ посмотрел на него и вынул его изо рта, сказав: «Разве ты не знаешь, что род Мухаммада не ест садаку?» Это передал также Муслим, и он сказал: «Нам не дозволена садака».
(Второй): то, что передал Муслим в своём «Сахихе» от Зейда ибн Аркама, (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланник Аллаха ﷺ встал однажды, произнося перед нами проповедь у воды, называемой Хумм, между Меккой и Мединой. Он воздал хвалу Аллаху Всевышнему, восхвалил Его, напомнил и наставил, затем сказал: «А после этого: о люди, поистине я — человек, и скоро ко мне придёт посланник Господа моего, могуч Он и велик. Поистине я оставляю среди вас две весомые вещи: первая из них — Книга Аллаха, могуч Он и велик, в которой руководство и свет; так держитесь Книги Аллаха и крепко её придерживайтесь». Он побуждал к Книге Аллаха и призывал к ней, затем сказал: «...и мою семью. Напоминаю вам об Аллахе в отношении моей семьи. Напоминаю вам об Аллахе в отношении моей семьи». Хусайн ибн Сабра спросил: а кто его семья, о Зейд? Разве его жёны не из его семьи? Он ответил: поистине его жёны из его семьи, но его семья — те, кому после него запрещена садака. Он спросил: а кто они? Он ответил: это род Али, род Акиля, род Джафара и род Аббаса. Он спросил: всем ли им запрещена садака? Он ответил: да.
И достоверно установлено, что Пророк ﷺ сказал: «Поистине садака не дозволена роду Мухаммада».
(Третье доказательство): то, что приведено в «двух Сахихах» в хадисе аз-Зухри от Урвы, от Аиши (да будет доволен ей Аллах): «Фатима (да будет доволен ей Аллах) послала к Абу Бакру (да будет доволен им Аллах), спрашивая его о своём наследстве от Пророка ﷺ из того, что Аллах даровал Посланнику Аллаха ﷺ (как фай). Абу Бакр (да будет доволен им Аллах) сказал: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мы не оставляем наследства, то, что мы оставляем — милостыня (садака), поистине, семейство Мухаммада питается из этого имущества»» — то есть из имущества Аллаха, и им не полагается брать сверх пропитания.
Итак, его ﷺ род (аль) обладает особыми свойствами: одно из них — запрет на садаку, другое — то, что они не наследуют ему, третье — их право на пятую часть пятой доли (хумс аль-хумс), четвёртое — их особое право на то, чтобы за них совершалась молитва (салят).
Установлено, что запрет садаки, право на пятую часть пятой доли и отсутствие наследования от него распространяются на определённых родственников Пророка ﷺ. Точно так же и молитва за его род (аль) относится к ним же.
(Четвёртое доказательство): то, что передал Муслим через хадис Ибн Шихаба от Абдуллаха ибн аль-Хариса ибн Науфаля аль-Хашими: что Абд аль-Мутталиб ибн Раби‘а сообщил ему, что его отец Раби‘а ибн аль-Харис сказал Абд аль-Мутталибу ибн Раби‘а и аль-Фадлю ибн аль-Аббасу (да будет доволен ими Аллах): «Идите к Посланнику Аллаха ﷺ и скажите ему: назначь нас, о Посланник Аллаха, [сборщиками] садаки…» — и далее приводится хадис, в котором он ﷺ сказал нам: «Поистине, эта садака — не что иное, как грязь людей (аусах ан-нас), и она не дозволена ни Мухаммаду, ни роду Мухаммада (аль Мухаммад)».
(Пятое доказательство): то, что передал Муслим в своём «Сахихе» через хадис Урвы ибн аз-Зубайра от Аиши (да будет доволен ей Аллах): что Пророк ﷺ велел [привести] рогатого барана, который наступает на чёрное, лежит на чёрном и смотрит через чёрное — и далее приводится хадис, где сказано: Пророк ﷺ взял барана, положил его на бок, затем зарезал и сказал: «С именем Аллаха, о Аллах, прими это от Мухаммада, рода Мухаммада (аль Мухаммад) и от общины Мухаммада (умма Мухаммад)», — затем принёс его в жертву (курбан).
Так это передал Муслим полностью, и суть соединительного союза (атф) — в различении [сторон], а его община ﷺ шире, чем его род (аль).
Сторонники этого мнения сказали: толкование слова «аль» словами самого Пророка ﷺ предпочтительнее его толкования словами кого-либо другого.
Сторонники второго мнения, которые считают, что его род (аль) — это исключительно его потомство и жёны, приводят в доказательство хадис Абу Хумайда: «О Аллах, благослови Мухаммада, его жён и его потомство», а в других хадисах: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада». Максимум, что можно сказать здесь — что первое выражение поясняется вторым.
Они также приводят в доказательство то, что есть в «двух Сахихах» из хадиса Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «О Аллах, сделай пропитание рода Мухаммада достаточным [лишь для нужды]». Известно, что эта услышанная мольба не коснулась всех сынов Хашима и всех сынов аль-Мутталиба, ибо среди них были и богатые, и обладатели достатка — и до сих пор так. А что касается его жён и потомства ﷺ, то их пропитание было лишь достаточным [для нужды]. То имущество, которое доставалось его жёнам после него, они раздавали в качестве садаки и делали своё пропитание лишь необходимым. Так, к Аише (да будет доволен ей Аллах) пришло огромное имущество, и она раздала его всё за одно сидение. Служанка сказала ей: «Если бы ты оставила нам хоть дирхем, чтобы купить на него мясо!» Она ответила: «Если бы ты напомнила мне, я бы сделала это».
Они также приводят в доказательство то, что есть в «двух Сахихах» от Аиши (да будет доволен ей Аллах), которая сказала: «Семейство Мухаммада ﷺ не наедалось хлебом с приправой три дня подряд, пока он не встретился с Аллахом Всемогущим и Великим». Они сказали: известно, что аль-Аббас, его дети и сыны аль-Мутталиба не входят в слово Аиши и не входят в её намерение.
Эти сказали: жёны включаются в понятие «аль» — особенно жёны Пророка ﷺ — по уподоблению этого родству, потому что связь их с Пророком ﷺ не может быть прервана: они запрещены для других и при его жизни, и после его смерти, и они — его жёны и в этом мире, и в будущем. Так что причина, связывающая их с Пророком ﷺ, занимает место родства. И он ﷺ прямо указал на то, что за них должна совершаться молитва. Поэтому правильным мнением — а это то, что прямо изложено имамом Ахмадом (да помилует его Аллах) — является то, что садака запрещена для них, потому что она — грязь людей, а Аллах Пречистый оградил этот высокий и почтенный род от всякой грязи сынов Адама. О, удивительно, как это жёны его могут входить в его слова ﷺ: «О Аллах, сделай пропитание рода Мухаммада достаточным», и в его слова о жертвоприношении: «О Аллах, это от Мухаммада и рода Мухаммада», и в слова Аиши (да будет доволен ей Аллах): «Род Посланника Аллаха ﷺ не наедался пшеничным хлебом», и в слова молящегося: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада» — но не входят в его слова: «Поистине, садака не дозволена ни Мухаммаду, ни роду Мухаммада», хотя она — грязь людей, а жёны Посланника Аллаха ﷺ более достойны быть ограждёнными от неё и удалёнными от неё.
Если скажут: если бы садака была запрещена им, то была бы запрещена и их вольноотпущенникам (маваля), подобно тому как, будучи запрещённой сынам Хашима, она была запрещена и их вольноотпущенникам. А ведь установлено в «Сахихе», что Барире было подано в качестве садаки мясо, и она съела его, и Пророк ﷺ не запретил ей это, а она была вольноотпущенницей Аиши (да будет доволен ей Аллах)?
Ответ: это — довод тех, кто дозволяет садаку жёнам Пророка ﷺ, и ответ на это возражение таков: запрет садаки для жён Пророка ﷺ не является первичным (асли), а является следствием (таба‘) запрета её для него самого ﷺ. Иначе садака была бы для них дозволена до их связи с ним. Они — производное (фар‘) в этом запрете, а запрет для вольноотпущенника — производное от запрета для его господина. Поскольку запрет для сынов Хашима был первичным, он повлёк за собой и их вольноотпущенников, а поскольку запрет для жён Пророка ﷺ был производным, он не имел силы повлечь за собой их вольноотпущенников, ведь это было бы производным от производного.
Они сказали: Аллах Всевышний сказал: «О жёны Пророка! Если кто-нибудь из вас совершит явную непристойность, то её мучения будут увеличены вдвое. И это для Аллаха легко»... до слов: «Аллах желает лишь избавить вас от скверны и очистить вас полностью, о обитатели дома (ахль аль-бейт)! Помните то, что читается в ваших домах из аятов Аллаха и мудрости» [Сура «аль-Ахзаб», 30–34]. Так они вошли в число «обитателей дома», ведь всё это обращение содержится в контексте упоминания о них, поэтому недопустимо исключать их из чего-либо в этом обращении.
Сторонники третьего мнения, полагающие, что род Пророка ﷺ — это его община и его последователи до Дня воскресения, приводят в доказательство то, что род почитаемого и того, за кем следуют (мат‘бу‘) — это его последователи в его религии и его деле, будь они близкими или далёкими родственниками.
Они сказали: и производность этого слова указывает на это, ведь оно происходит от «аля-йа’улу» (возвращаться), а возвращение последователей — к тому, за кем они следуют, ведь он — их предводитель и их пристанище (мауиль).
Они сказали: поэтому слова Всевышнего: «Кроме рода Лута (аль Лут), которых Мы спасли перед рассветом» [«аль-Камар», 34] означают его последователей и его приверженцев, верующих в него, из числа его родственников и других. А слова Всевышнего: «Введите род Фараона (аль Фир‘аун) в суровейшие мучения» [«Гафир», 46] означают его последователей.
Они также приводят в доказательство то, что Ватила ибн аль-Аскъа (да будет доволен им Аллах) передал, что Пророк ﷺ призвал Хасана и Хусейна (да будет доволен ими Аллах), посадил каждого из них на своё колено, приблизил к себе Фатиму (да будет доволен ей Аллах) и её мужа, затем окутал их своей одеждой и сказал: «О Аллах, это — моя семья (ахли)». Ватила сказал: я спросил: «О Посланник Аллаха, а я из твоей семьи?» Он ответил: «И ты из моей семьи». Это передал аль-Байхаки с хорошим иснадом.
Они сказали: известно, что Ватила ибн аль-Аскъа принадлежит к сынам Лейса ибн Бакра ибн Абд Манат, и он — лишь из числа последователей Пророка ﷺ.
Сторонники четвёртого мнения, полагающие, что его род — это благочестивые из его общины, приводят в доказательство то, что передал ат-Табарани в своём «Му‘джаме» от Джа‘фара ибн Ильяса ибн Садаки, [который передал]: рассказал нам Нуайм ибн Хаммад, рассказал нам Нух ибн Абу Марьям от Яхьи ибн Са‘ида аль-Ансари от Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах Всевышний), который сказал: Посланника Аллаха ﷺ спросили: кто является родом Мухаммада? Он ответил: «Каждый благочестивый (мутакки)», — и Посланник Аллаха ﷺ прочитал: «Его покровители — только богобоязненные» [«аль-Анфаль», 34].
Ат-Табарани сказал: этот хадис от Яхьи передал только Нух, и передал его исключительно Нуайм.
Аль-Байхаки передал его также через хадис Абдуллаха ибн Ахмада ибн Юниса, [который передал]: рассказал нам Нафи‘ Абу Хурмуз от Анаса... и привёл его. Но этот Нух и этот Нафи‘ — ни на кого из них не ссылается ни один из учёных, и оба они были обвинены во лжи.
В доказательство этого мнения также приводят слова Аллаха Всеблагого и Всевышнего, сказанные Нуху о его сыне: «Поистине, это — неправедное дело» [«Худ», 46]. Так Он исключил его из числа его семьи по причине его неверия, из чего следует, что род Посланника ﷺ — это его последователи.
Аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах) ответил на это удачным ответом, а именно: имеется в виду, что он не из числа твоей семьи, которых Мы велели тебе взять с собой и пообещали тебе их спасение, поскольку Аллах Всевышний сказал ему перед этим: «Погрузи на него от каждого вида по паре, а также твою семью, кроме тех, о которых уже было сказано Слово» (Худ: 40). Так что его сын не относится к его семье, чьё спасение было обещано.
Ибн аль-Каййим (да будет милостив к нему Аллах) сказал: на правильность этого указывает то, что построение аята показывает, что верующие в него составляют категорию, отдельную от его семьи, которая является его семьёй в собственном смысле, поскольку Всевышний сказал: «Погрузи на него от каждого вида по паре, а также твою семью, кроме тех, о которых уже было сказано Слово, и тех, кто уверовал», — так вот «тот, кто уверовал» связано союзом с дополнением при глаголе «погрузи», а этим дополнением является семья, и пара из каждого вида.
Они также приводят в качестве доказательства ранее упомянутый хадис Василя ибн аль-Аскъа. Они говорят: выделение Василя этим особым отношением ближе к истине, чем распространение этого на всю общину, — как если бы Василя поместили в положение семьи, уподобив его тому, кто заслуживает этого названия.
Вот то, чем аргументировали приверженцы каждого из этих мнений.
Правильным является первое мнение, за ним следует второе, а третье и четвёртое — слабые, поскольку Пророк ﷺ снял всякое сомнение своими словами: «Поистине, садака не дозволена роду Мухаммада», и его словами: «Род Мухаммада ест из этого имущества только», и его словами: «О Аллах, сделай удел рода Мухаммада — пропитание». Это никак нельзя понимать как относящееся ко всей общине без исключения. Поэтому наиболее уместно понимать «род» в молитве так же, как «род» упомянут в остальных его высказываниях, и не допускается отступать от этого.
Что касается его прямого упоминания жён и потомства, то это не указывает на то, что род ограничивается только ими, — напротив, это довод против такого ограничения, поскольку Абу Дауд передал хадис Нуайма аль-Муджмира от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) о молитве за Пророка ﷺ: «О Аллах, благослови Мухаммада, Пророка неграмотного, и его жён — матерей верующих, и его потомство, и людей его дома, как Ты благословил Ибрахима».
Здесь объединены жёны, потомство и семья. Он прямо назвал их поимённо, чтобы показать, что они по праву входят в понятие «род» и не выходят из него, — более того, они наиболее достойны из тех, кто в него входит. Это подобно другим случаям сочетания частного с общим и наоборот, что служит указанием на почёт частного и его особое выделение упоминанием из числа своего рода, поскольку оно наиболее достойно из членов этого рода войти в него. Здесь у людей два подхода:
(Первый): упоминание частного перед общим или после него служит указанием, что под общим подразумевается то, что помимо него.
(Второй подход): частное упоминается два раза — один раз само по себе, а другой раз в составе общего названия, охватывающего его, — в знак усиления его почёта. Это подобно словам Всевышнего: «И вот взяли Мы завет с пророков, и с тебя, и с Нуха, и Ибрахима, и Мусы, и Исы, сына Марьям» (аль-Ахзаб: 7), и словам Всевышнего: «Кто является врагом Аллаха, и Его ангелов, и Его посланников, и Джибриля, и Микаля, то поистине Аллах — враг неверующим» (аль-Бакара: 98).
Кроме того, молитва за Пророка ﷺ — это право, принадлежащее ему и его роду, а не всей остальной общине, поэтому она обязательна для него и для его рода по мнению аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах) и других, как об этом будет сказано далее, хотя среди них есть разногласие относительно «рода». А тот, кто не считает её обязательной, без сомнения считает её желательной по отношению к нему и к его роду, а по отношению к остальным верующим либо считает её нежелательной, либо не считает желательной, либо не допускает её произнесения в отношении кого-либо, кроме Пророка ﷺ и его рода. Так что тот, кто говорит, что его род в молитве — это вся община, впал в крайнюю крайность заблуждения.
Кроме того, Пророк ﷺ установил в ташаххуде и приветствие, и молитву. В приветствии он установил, чтобы молящийся приветствовал сначала Посланника ﷺ, затем самого себя, а затем всех остальных праведных рабов Аллаха, — и достоверно передано от Пророка ﷺ, что он сказал: «Когда вы говорите это, вы приветствуете каждого праведного раба Аллаха на небе и на земле». Что же касается молитвы, то он установил её только по отношению к нему и к его роду, и это указывает, что его род — это его семья и его родственники.
Кроме того, Аллах Всевышний повелел нам молиться за него после упоминания его прав и того, чем он был выделен, в отличие от остальной общины, — из дозволенности брака с ним для той, что отдаёт себя ему, и запрета брака с его жёнами для общины после него, и прочего, что было упомянуто вместе с этим из его прав, возвеличивания его, почитания и уважения. Затем Всевышний сказал: «Не подобает вам причинять неудобство Посланнику Аллаха, и не подобает вам жениться на его жёнах после него никогда; поистине, это у Аллаха является великим грехом» (аль-Ахзаб: 53). Затем упомянул снятие греха с его жён в разговоре с их отцами и сыновьями, в их входе к ним и уединении с ними. Затем сопроводил это тем, что является одним из твёрдых прав, принадлежащих ему у общины, — а именно повелением им молиться за него и приветствовать его, начав это повеление известием о том, что он и его ангелы благословляют его. Тогда сподвижники спросили Посланника Аллаха ﷺ, каким образом им исполнять это право? Он сказал: «Говорите: О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада». Так молитва за его род является частью и продолжением молитвы за него, поскольку это то, чем радуется его взор, и через это Аллах увеличивает его почёт и возвышение, ﷺ, приветствие ему.
Что же касается тех, кто говорит, что это благочестивые люди из его общины, то это его приближённые (авлия). Тот из них, кто является его родственником, — из его приближённых. А тот, кто не является его родственником, — из его приближённых, но не из его рода. Ведь человек может быть и из его рода, и из его приближённых, как люди его дома и верующие в него из его родственников, а может не быть ни из его рода, ни из его приближённых. И может быть из его приближённых, даже не будучи из его рода, — как его преемники в его общине, призывающие к его сунне, защищающие его, поддерживающие его религию, даже если они не являются его родственниками.
Достоверно передано в «Сахихе» от Пророка ﷺ, что он сказал: «Поистине, род такого-то не являются моими приближёнными; поистине, мои приближённые — это богобоязненные, где бы они ни были и кем бы они ни были» (1).
Смысл в том, что богобоязненные — это приближённые Посланника Аллаха ﷺ, и его приближённые более любимы ему, чем его род. Сказал Аллах Всевышний: «А если вы обе будете помогать друг другу против него, то поистине Аллах — его покровитель, и Джибриль, и праведные из верующих, а ангелы после этого — помощники» (ат-Тахрим: 4).
Пророка ﷺ спросили: кто из людей тебе всего любимее? Он сказал: «Аиша» (да будет доволен ею Аллах). Спросили: а из мужчин? Он сказал: «Её отец» (да будет доволен им Аллах). Согласовано (аль-Бухари и Муслим).
Дело в том, что богобоязненные — это приближённые Аллаха, как сказал Всевышний: «Разве не так, что для приближённых Аллаха нет страха, и не будут они печалиться (62). Тех, которые уверовали и были богобоязненны» (Юнус: 62-63). А приближённые Аллаха ﷾ являются приближёнными Его Посланника ﷺ.
Что же касается того, кто утверждает, что «род» — это последователи, то следует сказать: нет сомнения, что слово «род» применяется к последователям в некоторых местах с указывающим на это контекстом, но из этого не следует, что везде, где встречается слово «род», подразумеваются последователи, — ввиду тех текстов, которые мы упомянули. И Аллах Всевышний знает лучше.
Закончены слова Ибн Каййима аль-Джаузи (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) с некоторой переработкой и сокращением (1).
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: имам Ибн Каййим аль-Джаузи (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) прекрасно исследовал этот вопрос, изучил каждое мнение с его доводами и обсудил их, и из его исследования вытекает, что предпочтительным является толкование «рода» здесь как тех, кому запрещена садака, — в силу силы и ясности его доводов. Это, на мой взгляд, явное предпочтение, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Пятый вопрос: об упоминании вопроса, известного среди людей, и разъяснении того, что в нём содержится:
Это вопрос о том, что Пророк ﷺ превосходит Ибрахима, — так как же для него просят такой же молитвы, что и для Ибрахима, при том, что тот, с кем сравнивают, по своей сути должен быть выше того, кого сравнивают? Как же совместить эти два противоречащих друг другу положения?
Сказал имам Ибн аль-Каййим (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): и мы приведём то, что сказали люди об этом, и что в этом есть верного и ошибочного.
Одна группа сказала: эту молитву Пророк ﷺ научил свою общину произносить прежде, чем стало известно, что он — господин потомков Адама.
Если бы сказавший это промолчал, было бы для него лучше и предпочтительнее, ибо это та самая молитва, которой Пророк ﷺ научил их, когда они спросили его о толковании аята: «Поистине, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром» (сура «Аль-Ахзаб», 56), и он научил их этой молитве, и сделал её узаконенной в молитвах общины до Дня воскресения. А Пророк ﷺ был наилучшим из потомков Адама и до того, как об этом стало известно, и после, и после того как это стало известно, он не изменил порядок молитвы, которой научил свою общину, и не заменил её другой,
и никто не передал от него иного, — а это один из самых неудачных ответов, какие бывают.
Другая группа сказала: этот вопрос и просьба были узаконены, чтобы Аллах избрал его возлюбленным (халилем), подобно тому как избрал возлюбленным Ибрахима, и Аллах ответил ему на это, как достоверно установлено от него в «Сахихе»: «Знайте, ваш товарищ — возлюбленный Милостивого», имея в виду самого себя.
Этот ответ того же рода, что и предыдущий, ибо его смысл в том, что после того как Аллах избрал его возлюбленным, молитва за него таким образом больше не узаконена, — а это одна из самых явных ложностей.
Ещё одна группа сказала: это сравнение относится к молящемуся — к той награде за молитву за него, которую он получит, то есть он просит у своего Господа награду, а именно чтобы Он благословил его, как благословил род Ибрахима, — а не в отношении Пророка ﷺ, ибо то, что просится для Посланника Аллаха ﷺ через молитву, величественнее и грандиознее того, что достаётся кому-либо другому из миров.
Это того же рода, что и предыдущее, и даже более порочно, ибо сравнение не в том, что достаётся молящемуся, а в том, что достаётся тому, за кого молятся, то есть Пророку ﷺ. Кто говорит, что смысл таков: «О Аллах, дай мне из награды за мою молитву за него, как Ты благословил род Ибрахима», — тот искажает слова и делает своё утверждение недействительным.
Ибн аль-Каййим сказал, да помилует его Аллах: если бы не то, что эти и подобные им толкования упоминали некоторые из толкователей и почернили ими бумагу, и внушили людям, что в них есть основательность, то было бы предпочтительнее обойти их молчанием, чем упоминать, ибо учёный стыдится говорить об этом и заниматься его опровержением.
Ещё одна группа сказала: сравнение относится только к роду (аль), и речь заканчивается на словах «О Аллах, [благослови] Мухаммада», затем сказано: «и род Мухаммада, как Ты благословил род Ибрахима», так что молитва, просимая для рода Мухаммада, — это та, что сравнивается с молитвой, получаемой родом Ибрахима. Это передал аль-Умрани от аш-Шафии, да помилует его Аллах, но это, безусловно, недействительно применительно к нему, ибо аш-Шафии слишком велик, чтобы говорить подобное, и это не подобает его знанию и красноречию, ибо это в высшей степени слабо и неубедительно.
И во многих хадисах на эту тему передано: «О Аллах, благослови Мухаммада, как Ты благословил род Ибрахима».
К тому же это неверно и с точки зрения арабского языка, ибо если действующее слово (амиль) упомянуто со своим дополнением (мамуль), а затем к нему присоединено сочинительным союзом другое, а после этого оно ограничено обстоятельством, или предлогом с существительным, или отглагольным именем (масдар), или определением масдара, то это ограничение относится и к дополнению, и к тому, что к нему присоединено союзом. Это то, чего арабский язык не допускает иначе. Если сказать: «Пришёл ко мне Зейд и Амр в пятницу», то обстоятельство времени ограничивает приход обоих, а не только приход Амра. Точно так же если сказать: «Я ударил Зейда и Амра мучительным ударом», или «перед эмиром», или «поприветствовал меня Зейд и Амр в пятницу» и подобное этому.
Если ты скажешь: это верно, когда действующее слово не повторяется; но если оно повторяется, то допустимо иначе. Ты говоришь: «Приветствуй Зейда, и Амра, если встретишь его», — не исключено, что это относится только к Амру. А здесь действующее слово повторено в словах «и род Мухаммада».
На это отвечается: этот пример не соответствует вопросу о молитве, соответствующим было бы сказать: «Приветствуй Зейда, и Амра, как ты приветствуешь верующих», и подобное этому, и в таком случае утверждение, что сравнение относится к приветствию Амра отдельно, а не Зейда, — утверждение недействительное.
Ещё одна группа сказала: не обязательно, чтобы то, с чем сравнивают (мушаббах бихи), было выше того, что сравнивают (мушаббах), напротив, допустимо, чтобы они были равны, и допустимо, чтобы сравниваемое было выше того, с чем сравнивают.
Они сказали: Пророк ﷺ превосходит Ибрахима, мир ему, во многих отношениях, помимо молитвы, хотя они равны в отношении молитвы. Они сказали: доказательством того, что сравниваемое может быть лучше того, с чем сравнивают, служат слова поэта:
«Наши сыновья — сыновья наших сыновей, а наши дочери — их сыновья — сыновья чужих мужей».
Это утверждение также слабо по нескольким причинам:
Первое: это противоречит известному правилу сравнения одной вещи с другой, ибо арабы не сравнивают вещь иначе, как с тем, что выше неё.
Второе: молитва от Аллаха Всевышнего — одна из самых величественных и высоких степеней, а Мухаммад ﷺ — лучший из творений, поэтому молитва, получаемая им, непременно должна быть лучше всякой молитвы, получаемой любым другим творением, и никто другой не может быть равен ему в этом.
Третье: Аллах, пречист Он, повелел это (1) после того как сообщил, что Он и Его ангелы благословляют его, и повелел молиться и приветствовать его, и подтвердил это приветствием, а это сообщение и повеление Он не установил в Коране ни для кого другого из творений.
Четвёртое: Пророк ﷺ сказал: «Поистине, Аллах и Его ангелы благословляют того, кто учит людей добру» (2), — это потому, что своим обучением добру они спасают их от зла этого мира и Последней жизни и тем самым становятся причиной их процветания и счастья, а это причина их вхождения в число верующих, за которых молятся Аллах
(2) Достоверный хадис, приведённый ат-Тирмизи от Абу Умамы, и у него есть подтверждение от хадиса Джабира, да будет доволен им Аллах, у ат-Табарани в «Аль-Аусат», см. «Маджма аз-заваид», т. 1, с. 124–125.
и Его ангелы. И поскольку учителя добра становятся причиной того, что Аллах и Его ангелы благословляют тех, кто учится у них, Аллах и Его ангелы благословляют их самих. А ведь известно, что нет никого из учителей добра лучше, и более щедрого на обучение, и более заботливого о своей общине, и более терпеливого в обучении, чем Пророк ﷺ, и поэтому его община получила от его наставления то, чего не получала ни одна другая община, и община обрела от его наставления такие полезные знания и праведные деяния, что стала лучшей общиной, выведенной для миров. Как же тогда молитва за этого Посланника, наставника в добре, может быть равна молитве за того, кто не подобен ему в этом наставлении?
А что касается их ссылки на слова поэта в доказательство допустимости того, что сравниваемое (мушаббах бихи) может быть лучше того, что сравнивают (мушаббах), то это не доказывает данного положения, ибо слова «наши сыновья — сыновья наших сыновей» могут означать, что подлежащее в них поставлено после, а сказуемое — перед ним, и тогда он сравнил сыновей своих сыновей со своими сыновьями, и допустимо перестановка сказуемого здесь из-за ясности смысла и отсутствия путаницы, и в таком случае это соответствует основному правилу сравнения; либо это может быть случаем обратного сравнения, подобно тому как луну сравнивают с совершенным лицом по его красоте, а льва сравнивают с совершенным в своей отваге мужчиной, а море — с совершенным по своему великодушию, ставя этого человека на место сравниваемой производной формы (фар'), и это допустимо, если подразумевается такой смысл обратного сравнения. В этом случае поэт поставил сыновей своих сыновей на место своих собственных сыновей, считая их выше по своему положению, а затем сравнил своих сыновей с ними. Так считает часть знатоков смыслов (маани).
Ибн аль-Каййим сказал, да помилует его Аллах: у меня же мнение о том, что поэт не имел в виду этого, а имел в виду различие между сыновьями его сыновей и сыновьями его дочерей, сообщая, что сыновья его дочерей принадлежат своим отцам и не являются нашими сыновьями, а наши сыновья — это сыновья наших сыновей, а не сыновья наших дочерей. Он не хотел сравнить сыновей своих сыновей со своими сыновьями, и не обратное этому, а имел в виду то значение, о котором мы упомянули, и это очевидно.
Ещё одна группа сказала: у Пророка ﷺ есть особая молитва, присущая только ему, с которой не сравнится никакая другая молитва, в которой никто с ним не участвует, а то, о чём просится в молитве, — это дополнительная молитва сверх того, что уже дано ему, добавленная к ней, и эта добавка сравнивается с молитвой за Ибрахима. И нет ничего предосудительного в том, чтобы просить для превосходящего (аль-фадиль) достоинство, данное менее превосходящему (аль-мафдуль), присоединённое к тому достоинству, которым он один обладает и которого не получил никто другой.
Они сказали: и пример этого — что султан дал человеку большое имущество, а другому дал меньше того имущества, и попросили султана, чтобы он дал обладателю большого имущества столько же, сколько дано тому, кто ниже него, чтобы это присоединилось к тому, что ему уже дано, и тогда у него от суммы двух дарований получится больше, чем получалось от одного большого дарования.
Это также слабо, потому что Всевышний Аллах сообщил, что Он и Его ангелы совершают над ним «саляту», затем повелел совершать над ним «саляту», и нет сомнения, что испрашиваемое у Аллаха есть подобие той «саляты», о которой Он сообщил, а не то, что ниже её, — то есть наиболее полная и наиболее превосходная «салят» над ним, а не превзойдённая, менее совершенная «салят».
По мнению этих людей, испрашивание относится к менее совершенной «саляте», а не к превосходящей, и она становится превосходящей лишь через присоединение к «саляте», которая не была испрашиваема. Нет сомнения в порочности этого, ибо «салят», которую община испрашивает у своего Господа для него, есть самая величественная и самая превосходная «салят».
Другая группа сказала: упомянутое уподобление относится лишь к основе «саляты», а не к её мере и не к её образу. Испрашиваемое относится к форме, а не к мере даруемого. Это подобно тому, как ты говоришь человеку: «Сделай добро своему сыну, как ты сделал добро такому-то», — при этом ты не имеешь в виду меру добра, а имеешь в виду лишь основу добра. И в качестве доказательства этому приводят слово Всевышнего: «И делай добро, как Аллах сделал добро тебе» (аль-Касас, 77). Нет сомнения, что никто не способен делать добро в той мере, в какой Аллах сделал добро ему, — здесь имеется в виду лишь основа добра, а не его мера. И также слово Всевышнего: «Мы внушили тебе откровение, как внушили Нуху и пророкам после него» (ан-Ниса, 163), — и это уподобление относится к основе откровения, а не к его мере и достоинству того, что было внушено. И слово Всевышнего: «Пусть же он принесёт нам знамение, как были посланы первые» (аль-Анбия, 5), — здесь имеется в виду лишь род знамения, а не его подобие. И слово Всевышнего: «Обещал Аллах тем из вас, кто уверовал и совершал праведные дела, что непременно сделает их преемниками на земле, как сделал преемниками тех, кто был до них, и непременно утвердит для них их религию, которую Он избрал для них одобрительно» (ан-Нур, 55), — и известно, что образ преемства различен, и то, что дано этой общине, совершеннее того, что дано другим. И сказал Всевышний: «О те, которые уверовали! Предписан вам пост, как он был предписан тем, кто был до вас» (аль-Бакара, 183), — и уподобление здесь относится лишь к основе поста, а не к его сущности, мере и образу. И сказал Всевышний: «Как Он сотворил вас в начале, так вы и вернётесь» (аль-Араф, 29), — а известно, сколь различаются первое возникновение, то есть начало, и второе, то есть воскрешение. И сказал Всевышний: «Мы послали к вам посланника, свидетельствующего о вас, как Мы послали к Фараону посланника» (аль-Муззаммиль, 15), — и известно, что уподобление здесь относится к основе посланничества и не требует полного подобия двух посланников.
И сказал Пророк ﷺ: «Если бы вы уповали на Аллаха истинным упованием, Он даровал бы вам удел, как Он дарует удел птицам: они улетают утром с пустыми животами, а возвращаются вечером с полными» (¹).
И здесь уподобление относится к основе удела, а не к его мере и не к его образу, и подобное этому.
И этот ответ также слаб по нескольким причинам:
Одна из них: то, что они упомянули, допустимо использовать применительно к высшему, низшему и равному. Если бы ты сказал: «Делай добро своему отцу и своей семье, как ты делаешь добро своему верховому животному и своему слуге» и подобному тому — это было бы допустимо. И известно, что если бы уподобление относилось к основе «саляты», было бы уместно сказать: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил род Абу Авфы», или «как Ты благословил отдельных верующих» и подобное тому, или «как Ты благословил Адама, Нуха, Худа, Лута», ибо, по мнению этих людей, уподобление относится лишь к основе «саляты», а не к её мере и не к её качеству.
И нет разницы в этом между всяким, над кем совершена «салят», — так какое же преимущество и достоинство в этом для Ибрахима и его рода? И какая тогда польза в упоминании его и его рода? Достаточно было бы сказать: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада» — и только.
Второе: то, что они упомянули в качестве примеров, не является подобием «саляты» над Пророком ﷺ, ибо эти примеры бывают двух видов: сообщение и просьба. То, что относится к сообщению, — цель уподобления в нём — довод, приближение к пониманию и утверждение этого сообщения, и что оно из того, что разумному человеку не подобает отрицать, подобно тому, с чем оно уподоблено.
А что касается раздела просьбы и повеления, то цель его — указание на причину, и что воздаяние — того же рода, что и деяние. Если ты скажешь: «Обучай, как обучил тебя Аллах» и подобное этому, — это будет напоминанием повелеваемому о благодарности за милость, воздаянии подобным ей и обусловливании её благодарностью.
Третье: его слово («как Ты благословил род Ибрахима») — определение к пропущенному отглагольному имени, подразумевается: «благословением, подобным Твоему благословению рода Ибрахима», и истинный смысл этой речи в том, что «салят» должна быть подобна той «саляте», с которой её сравнивают, и не следует отходить от истинного смысла речи и её значения.
Другая группа сказала: это уподобление имеет место по отношению к каждой отдельной «саляте» из «салятов» молящихся, так что каждый молящийся, совершающий над Пророком ﷺ эту «саляту», просит у Аллаха, чтобы Он совершил над Его посланником ﷺ «салят», подобную той «саляте», что была дана роду Ибрахима. И нет сомнения, что если от каждого молящегося ему испрашивается у Аллаха «салят», подобная Его «саляте» над родом Ибрахима, то ему достанется от этого многократно умноженная «салят», не поддающаяся счёту, и никто не приблизится к нему в этом, не говоря уже о том, чтобы сравняться с ним или превзойти его ﷺ.
Подобно этому: царь дал человеку тысячу дирхемов, и каждый из его подданных попросил его дать другому человеку, более достойному него, подобную ту тысячу, — так что каждый попросил его дать ему тысячу, и в итоге у него накопилось столько тысяч, сколько было просящих.
Сторонники этого мнения выдвинули против самих себя вопрос: уподобление имеет место по отношению к основе этой испрашиваемой «саляты» и по отношению к каждому отдельному её случаю, так что затруднение остаётся в силе как оно есть.
Суть его в том, что дарование, которое даётся более достойному, непременно должно быть лучше дарования, даваемого менее достойному; и если для него просят дарование ниже того, что он заслуживает, то это не подобает его положению.
И они ответили на это, что это затруднение возникает лишь в том случае, если повеление не подразумевает повторения; а если повеление подразумевает повторение, то от общины требуется просить у Аллаха для него «салят» за «салятом», каждая из которых подобна тому, что было дано Ибрахиму, мир ему, — и в итоге у него накопится столько «салятов», что их количество по отношению к «саляте», данной Ибрахиму, не поддаётся счёту.
Ибн аль-Каййим, да помилует его Аллах, сказал: и это также слабо, ибо уподобление здесь имеет место в «саляте» Аллаха над ним, а не в значении «саляты» молящегося. Смысл этой мольбы: «О Аллах, дай ему подобное тому, что Ты дал Ибрахиму», — так что испрашиваемая для него «салят» равна «саляте» над Ибрахимом, и сколько бы раз эта просьба повторялась, таков остаётся её смысл, так что каждый молящийся просит у Аллаха совершить над ним «салят» ниже той, которую он заслуживает, и эта просьба и повеление к ней повторяются. Разве это не усиление стороны затруднения?
Более того, уподобление имеет место как в основе «саляты», так и в её отдельных случаях, и ваш ответ доводом о повторении ничего не решает, ибо повторение не делает сторону уподобляемого сильнее стороны того, с чем уподобляют, как того требует само уподобление. Если бы повторение делало его таковым, то оправдание им было бы полезным, но, напротив, повторение требует усиления превосходства и силы того, с чем уподобляют, — так как же можно уподоблять тогда тому, что ниже его? Так проявилась слабость этого ответа.
Другая группа сказала: среди рода Ибрахима есть пророки, подобных которым нет в роде Мухаммада. Так что если для Пророка ﷺ и его рода испрашивается «салят», подобная той, что была у Ибрахима и его рода — а среди них пророки, — то род Пророка ﷺ получит от этого то, что им подобает, ибо они не достигают степеней пророков, а остаётся излишек, принадлежащий пророкам, среди которых Ибрахим, — для Мухаммада ﷺ, так что ему достаётся от этого такое преимущество, которого не досталось никому другому.
Разъяснение этого состоит в том, что молитва, обращённая к Ибрахиму и его роду, — а в их числе пророки — представляется единой совокупностью, разделённой между Мухаммадом ﷺ и его родом. Нет сомнения, что роду Пророка ﷺ не может достаться то же самое, что досталось роду Ибрахима, среди которого пророки, — им достанется то, что подобает им, а доля Пророка ﷺ и избыточная часть, которая не причиталась его роду, остаётся его собственной ﷺ. Так итоговая доля, причитающаяся ему из всего этого, оказывается больше и превосходнее того, что досталось Ибрахиму.
Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: это лучше всего, что было сказано прежде.
Он сказал: а ещё лучше сказать: Мухаммад ﷺ сам входит в род Ибрахима, более того — он лучший из рода Ибрахима, как передал Али ибн Абу Тальха от Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) относительно слов Всевышнего: «Поистине, Аллах избрал Адама, Нуха, род Ибрахима и род Имрана над мирами» (Али Имран, 33). Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах) сказал: Мухаммад — из рода Ибрахима. Это прямое указание, ибо если в «род» входят прочие пророки, происходящие от потомства Ибрахима, то вхождение туда Посланника Аллаха ﷺ — тем более обоснованно. Тогда наши слова «как Ты благословил род Ибрахима» охватывают и молитву за него самого, и за прочих пророков из потомства Ибрахима.
Затем Аллах повелел нам молиться за него и за его род особо, в той же мере, в какой мы молились за него вместе со всем родом Ибрахима в общем смысле, — ведь он входит в их число. Роду же его достанется из этого то, что им подобает, а всё остальное целиком остаётся ему ﷺ.
Разъяснение этого таково: получается, что за него была вознесена молитва особо, и для него было испрошено из молитвы то же, что для рода Ибрахима, — а он входит в их число. Нет сомнения, что молитва, обращённая к роду Ибрахима, включающему в себя Посланника Аллаха ﷺ, совершеннее молитвы, обращённой к нему одному, без них. Поэтому для него испрашивается этим великое дело, которое непременно превосходит то, что досталось Ибрахиму. Тогда становится очевидной польза сравнения и её соответствие своей основе: то, что испрашивается для него посредством этой формулы молитвы, — больше того, что испрашивалось бы иной формулой. Ведь если испрашиваемое в мольбе подобно тому, с чем сравнивают, а у него самая большая доля из этого, то ему причитается из уподобляемого больше, чем Ибрахиму и прочим, и к этому прибавляется ещё та часть из подобия, которая не досталась никому другому.
Так проявилось из этого его превосходство и почёт над Ибрахимом и над каждым из его рода, — а среди них пророки, — то, что подобает ему. И эта молитва стала указывать на данное превосходство, следовать за ним и являться одним из его следствий и требований.
Да благословит его Аллах, и его род, и ниспошлёт им мир обильно, и да вознаградит его Аллах от нас наилучшей наградой, какой Он вознаграждал пророка от его общины.
О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил род Ибрахима, поистине Ты — Достохвальный, Славный, и ниспошли благодать Мухаммаду и роду Мухаммада, как Ты ниспослал благодать роду Ибрахима, поистине Ты — Достохвальный, Славный. Здесь заканчивается речь учёного Ибн Каййима аль-Джаузи (да помилует его Аллах Всевышний) — с сокращением в некоторых местах и небольшой правкой. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение.
Вопрос шестой:
Разъяснение значения слова «баракя», упомянутого в его словах: «и ниспошли благодать Мухаммаду» и далее.
(Знай): что суть слова «баракя» — это устойчивость, постоянство и утверждённость. Отсюда «баракя аль-ба‘ир» — верблюд опустился на землю и утвердился на ней, отсюда же «маброк» — место, где верблюд опускается на землю. В «Сихахе» сказано: всё, что утвердилось и установилось, о нём говорят «баракя». А «аль-барк» — это множество верблюдов, а «аль-бирка» (с касрой на «ба») — подобие водоёма, множественное число — «аль-бирак». Сказано: назван так из-за того, что вода в нём удерживается. А «аль-баракау» — стойкость в бою и усердие в нём, как сказал поэт:
«И не спасёт от гибельных пучин, кроме стойкости в бою или бегства».
А «баракя» — это рост и увеличение, а «табрик» — мольба об этом. Говорят: «баракаху-Ллах», «барака фихи», «барака алейхи», «барака ляху». В Коране: «Благословен тот, кто в огне, и тот, кто вокруг него» (ан-Намль, 8), и в нём же: «И благословили Мы его и Исхака» (ас-Саффат, 113), и в нём же: «Благословили Мы её» (аль-А‘раф, 37). В хадисе: «И благослови мне то, что Ты дал». И в хадисе о Са‘де: «Да благословит тебе Аллах в твоей семье и твоём имуществе».
А «мубарак» — тот, кого благословил Аллах Всеблагой, как сказал Мессия, мир ему: «И сделал меня благословенным, где бы я ни был» (Марьям, 31). И Его Книга благословенна, как сказал Всевышний: «И это благословенное напоминание, которое Мы ниспослали» (аль-Анбия, 50), и сказал: «Книга, которую Мы ниспослали тебе, благословенная» (Сад, 29). И она достойнее всего называться благословенной по обилию её блага, пользы и разнообразных проявлений благодати в ней. А о Господе (Величие Ему) говорится «Табарака» (Преблагословен), но не говорится «мубарак».
Цель же — рассмотреть его слова: «и ниспошли благодать Мухаммаду и роду Мухаммада, как Ты ниспослал благодать роду Ибрахима».
Эта мольба содержит в себе дарование ему того блага, которое было даровано роду Ибрахима, его непрестанность и устойчивость для него, умножение и увеличение его, — это и есть суть «баракя». Аллах Всевышний сказал об Ибрахиме и его роде: «И обрадовали Мы его Исхаком, пророком из числа праведников. И благословили Мы его и Исхака» (ас-Саффат, 112-113). И сказал Всевышний о нём и о людях его дома: «Милость Аллаха и Его благословения на вас, о люди дома, поистине Он — Достохвальный, Славный» (Худ, 73).
Имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: обрати внимание, как в Коране пришло: «И благословили Мы его и Исхака», без упоминания Исмаила, а в Торе упомянуто благословение на Исмаила без упоминания Исхака. Так в Торе пришло упоминание благословения на Исмаила в знак того блага и благодати, что досталась его сыновьям, особенно завершение их благодати, величайшее и самое славное из неё — Посланник Аллаха ﷺ, — тем самым обратив их внимание на то, что произойдёт среди его сыновей это великое благословение, которое сбудется устами благословенного ﷺ. А в Коране упомянуто нам его благословение на Исхака, обращая наше внимание на то, что случилось среди его детей: пророчество Мусы, мир ему, и других, и то, что было им дано из Писания и знания, — призывая рабов Своих к вере в это и подтверждению этого, чтобы они не оставляли без внимания знание прав этого благословенного дома и людей пророчества среди них, и не говорил бы говорящий: это пророки сынов Исраиля, у нас с ними нет связи, — напротив, обязательно почитать их, уважать, верить в них, любить их, быть им близким по духу и хвалить их — да будет над ними всеми мир и благословение Аллаха.
И поскольку этот благословенный, очищенный дом — самый почётный из домов мира вообще, Аллах Всеблагой и Всевышний выделил его несколькими особенностями:
Из них: то, что Он поместил в нём пророчество и Писание, так что после Ибрахима, мир ему, не пришёл ни один пророк, кроме как из людей его дома.
Из них: то, что Он Всеблагой сделал их предводителями, ведущими по Его повелению до Дня воскресения, так что всякий, кто вошёл в Рай из числа приближённых Аллаха после них, вошёл туда через их путь и по их призыву.
Из них: то, что Он Всеблагой избрал из них двух возлюбленных: Ибрахима и Мухаммада, да благословит их Аллах и ниспошлёт им мир. Всевышний сказал: «И взял Аллах Ибрахима возлюбленным» (ан-Ниса, 125). И сказал Пророк ﷺ: «Поистине, Аллах взял меня возлюбленным, как взял Ибрахима возлюбленным». Это одна из особенностей людей этого дома.
Из них: то, что Он Всеблагой сделал владельца этого дома предводителем для миров, как сказал Всевышний: «И вот испытал Ибрахима Господь его словами, и он исполнил их полностью. Сказал: Поистине, Я сделаю тебя для людей предводителем» (аль-Бакара, 124).
Из них: то, что Он совершил через его руки строительство Своего Дома, который сделал стоянием для людей, их киблой и местом хаджа, так что появление этого Дома произошло через людей этого самого почётного дома.
Из них: то, что Он повелел рабам Своим молиться за людей этого дома, подобно тому как Он молился за людей их дома и их предшественников — Ибрахима и его род, и это их особая привилегия.
И из их числа: то, что Он вывел из них две величайшие общины, каких не выходило из семьи никого другого, — это община Мусы и община Мухаммада, мир и благословение Аллаха им обоим, а община Мухаммада ﷺ является завершением семидесяти общин, и она — лучшая из них и самая почётная перед Аллахом (2).
И из их числа: то, что Аллах Пресвышный сохранил за ними доброе упоминание и прекрасную похвалу в мире, так что о них не упоминают иначе как с похвалой им, с молитвой и приветствием им. Сказал Аллах Всевышний: «И оставили Мы о нём (упоминание) среди последующих поколений. Мир Ибрахиму! Так Мы воздаём творящим добро» (Сура «ас-Саффат», 108–110).
И из их числа: сделание семьи этого дома разграничением между людьми, ибо счастливцы — это их последователи, любящие их и признающие их своими покровителями, а несчастные — те, кто питает к ним ненависть, отворачивается от них и враждует с ними. И рай — для них и для их последователей, а огонь — для их врагов и противников.
И из их числа: то, что Он Пресвышный сделал упоминание о них связанным с упоминанием о Себе, так что говорится: «Ибрахим — друг Аллаха, Его посланник и Его пророк», «Мухаммад — посланник Аллаха, Его друг и Его пророк», «Муса — тот, с кем говорил Аллах, Его посланник». Сказал Всевышний Своему пророку ﷺ, напоминая ему о Своей милости к нему: «И Мы возвысили для тебя упоминание о тебе» (Сура «аш-Шарх», 4).
Сказал Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах): «Когда упоминают Меня, упоминают и тебя со Мной», — так что говорится: «Нет божества, кроме Аллаха, Мухаммад — посланник Аллаха» в свидетельстве ислама, в азане, в проповедях, в ташаххудах и в прочем.
(2) Привёл его Ахмад, и ат-Тирмизи с достоверным иснадом (хасан).
И из их числа: то, что Он Пресвышный сделал избавление Своих творений от несчастья мирской жизни и Последней жизни через руки семьи этого дома, так что у них перед людьми такие блага, которые невозможно ни исчислить, ни возместить, и у них великие благодеяния над шеями первых и последних из числа обладателей счастья, и огромные заслуги перед ними, за которые им воздаёт Аллах ﷻ.
И из их числа: то, что всякий вред (1), польза, доброе дело и повиновение Аллаху Всевышнему, происходящие в мире, — им (принадлежит) награда, подобная награде тех, кто это совершил. Пречист Тот, Кто отличает Своей милостью, кого желает из Своих рабов.
И из их числа: то, что Аллах ﷾ закрыл все пути между Собой и мирами и запер перед ними двери, так что не открывал никому вообще, кроме как через их путь и их дверь.
Сказал аль-Джунайд (да помилует его Аллах): говорит Аллах ﷻ Своему посланнику ﷺ: «Клянусь Своим могуществом и величием, если бы они пришли ко Мне со всех путей или стали бы искать открытия со всех дверей, Я не открыл бы им, пока они не войдут за тобой».
И из их числа: то, что Он Пресвышный выделил их из знания тем, чем не выделил никакую другую семью из числа миров, так что не проходило по миру семьи более знающей об Аллахе, Его именах, Его атрибутах, Его установлениях, Его действиях, Его награде, Его наказании, Его законодательстве, о местах Его довольства и гнева, о Его ангелах и Его творениях, чем они. Пречист Тот, Кто собрал для них знание первых и последних.
И из их числа: то, что Он Пресвышный выделил их в единобожии по отношению к Нему, в любви к Нему, в близости к Нему и в особом отношении к Нему тем, чем не выделил никакую другую семью.
И из их числа: то, что Он Пресвышный утвердил их власть на земле, сделал их наместниками на ней, и подчинились им обитатели земли так, как не случалось с другими.
И из их числа: то, что Он Пресвышный поддержал их, оказал им помощь и дал им победу над Своими врагами и их врагами так, как не поддерживал никого другого.
И из их числа: то, что Он Пресвышный стёр через них следы заблудших и многобожников, а также те следы, которые Он ненавидит и питает к ним отвращение, так, как не стирал через других.
И из их числа: то, что Он Пресвышный насадил для них любовь, почитание и уважение в сердцах миров так, как не насаждал для других.
И из их числа: то, что Он Пресвышный сделал их следы на земле причиной сохранения и продолжения существования мира, так что мир продолжает существовать, пока сохраняются их следы; а когда исчезнут их следы с земли, тогда наступит время разрушения мира. Сказал Аллах
Всевышний: «Аллах сделал Каабу, Заповедный дом, стоянием для людей, а также запретный месяц, жертвенных животных и ожерелья (на них)» (Сура «аль-Маида», 97). Сказал Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах) в её толковании: «Если бы все люди оставили хадж, то небо упало бы на землю», и сказал: «Если бы все люди оставили хадж, то им не была бы дана отсрочка». И сообщил Пророк ﷺ, что в конце времён Аллах поднимет Свой дом с земли, а также Своё слово из свитков и из сердец людей (1). И тогда не останется на земле дома, к которому совершали бы хадж, ни слова, которое читали бы, и тогда приблизится разрушение мира. И так же люди сегодня — их существование зиждется на сохранении следов их Пророка и его законоустановлений среди них, на упорядоченности их дел, на достижении их благ и на отражении разного рода бедствий и зла через них, тогда как при их упразднении, отвращении от них и обращении за судом к чему-то иному, и принятии иного вместо них — происходит противоположное.
И кто размыслит над тем, как Аллах Пресвышный насылал на страны и рабов из числа врагов того, кого насылал, тот узнает, что это происходило по причине их упразднения религии их Пророка, его сунны и его законоустановлений, так что Аллах насылал на них того, кто их уничтожал и мстил им, — до такой степени, что страны, в которых сохранялись следы Посланника ﷺ, его сунна и его законоустановления имели проявление, были защищены соответственно степени проявления этого среди их обитателей.
Эти особенности и многократно превосходящие их — из следов милости Аллаха и Его благословений над семьёй этого дома. Поэтому повелел нам Посланник Аллаха ﷺ просить у Аллаха Всевышнего, чтобы Он благословил его и его семью, как благословил этот величественный дом, — молитвы и приветствия Аллаха им всем.
И из благословений семьи этого дома то, что Он Пресвышный явил через их руки из благословений мирской жизни и Последней жизни то, чего не явил через руки никакой другой семьи.
И из их благословений и особенностей то, что Аллах Пресвышный дал им из особых качеств то, чего не дал другим: среди них тот, кого Он взял в друзья, среди них — заколаемый (в жертву), среди них тот, с кем Он говорил напрямую и приблизил его для тайной беседы, среди них тот, кому Он дал половину красоты и сделал его одним из самых почётных перед Ним людей, среди них тот, кому Он дал власть, какую не давал никому другому, среди них тот, кого Он возвысил на высокое место.
И когда Он ﷾ упомянул этот дом и его потомство, то сообщил, что всех их Он отличил превосходством над мирами.
И из их особенностей и благословений для обитателей земли то, что Аллах Пресвышный отвёл всеобщее наказание от обитателей земли через них и через их посланничество. И было установлением Пресвышного среди общин прежних пророков то, что когда они объявляли лжецами
своих пророков и посланников, Он уничтожал их всеобщим наказанием, как поступил с народом Нуха, народом Худа, народом Салиха, народом Лута. Когда же Аллах ﷾ ниспослал Тору, Евангелие и Коран, Он отвёл ими всеобщее наказание от обитателей земли и повелел вести джихад против того, кто объявлял их лжецами и противоречил им, и это было для них помощью через их же руки, исцелением для их сердец, и обретением из их числа мучеников, и уничтожением их врага их же руками, ради достижения того, что любит Пресвышный, через их руки.
И достойно этой семьи дома, при некоторых из их достоинств, чтобы языки не переставали быть влажными от молитвы за них и приветствия, похвалы и почитания, и чтобы сердца были переполнены их почитанием, любовью к ним и уважением, и чтобы молящийся за них знал, что если бы он потратил все свои вдохи на молитву за них, то не воздал бы и малой доли их права.
Да воздаст им Аллах от Своего творения наилучшим воздаянием, и да увеличит им в высшем сонме почитание, честь и уважение, и да благословит их Аллах непрестанным благословением, не прерывающимся, и приветствует их приветствием. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Седьмой вопрос:
в разъяснении мудрости завершения этой молитвы этими двумя именами из имён Господа ﷾, а именно словами: «хвалимый, славный»:
«Хамид» — это форма «фаиль» от «хамд» (хвала), и оно по смыслу подобно «Мухаммад». И большей частью форма «фаиль» приходит в Его именах Всевышнего в значении «фаиль» (действующего), как «самиун» (слышащий), «басирун» (видящий), «алимун» (знающий), «кадирун» (могущий), «алиюн» (высочайший), «хакимун» (мудрый), «халимун» (снисходительный), и таких много; а также форма «фаул», как «гафурун» (прощающий), «шакурун» (благодарный), «сабурун» (терпеливый).
Что касается «Вадуд», то относительно него есть два мнения:
(первое): что оно по значению — «фаиль» (действующий), то есть Тот, Кто любит Своих пророков, посланников, приближённых и верующих рабов.
(Второе): что оно [«хамид»] употреблено в значении причастия страдательного залога, то есть «любимый» — тот, кто заслуживает того, чтобы его любили всей любовью, и чтобы он был любимее для раба, чем его слух, зрение, душа и все прочие его любимые.
Что же касается «хамид» («достохвальный»), то оно употребляется только в значении «махмуд» («восхваляемый»), но оно более выразительно, чем «махмуд». Ведь если форма «фаиль» отклоняется от значения причастия страдательного залога, это указывает на то, что данное качество стало подобно природному свойству, врождённой чертой, неотъемлемым нравом, — как если ты скажешь: «такой-то — остроумен, благороден, щедр». Поэтому эта форма чаще всего образуется от глагола по модели «фаула», как «шарафа» (быть благородным), и эта форма относится к формам, выражающим врождённые свойства и неотъемлемые качества, как «кабура» (быть большим), «сагура» (быть малым), «хасуна» (быть прекрасным),
«лятуфа» (быть тонким, изящным) и тому подобное.
Поэтому «хабиб» («любимый» в форме «фаиль») более выразительно, чем «махбуб» («любимый» в форме причастия страдательного залога), потому что «хабиб» — это тот, в ком присутствуют качества и деяния, за которые его любят, так что он любим сам по себе, даже если предположить, что кто-то иной его не любит из-за неосведомлённости о нём или из-за препятствия, мешающего его любить. А «махбуб» — это тот, к кому привязалась любовь любящего, так что он стал любимым благодаря любви другого к нему. А «хабиб» — он любим по своей сущности и своим качествам, независимо от того, привязалась к нему любовь другого или не привязалась. Так же и «хамид» и «махмуд».
«Хамид» — это тот, у кого есть такие качества и причины для хвалы, которые обусловливают то, что он должен быть восхваляемым, даже если его не восхваляет никто иной, — он достохвален сам по себе. А «махмуд» — это тот, к кому привязалась хвала восхваляющих. Так же «маджид» и «мумаджжад», «кабир» и «мукаббар», «азым» и «муаззам».
Хвала («хамд») и величие («маджд») — к ним восходит всё совершенство целиком, ибо хвала предполагает восхваление и любовь к восхваляемому. Кого ты любишь, но не восхваляешь, — ты не являешься восхваляющим его. И так же тот, кого ты восхваляешь ради какой-то цели, но не любишь его, — ты не являешься восхваляющим его, пока не станешь и восхваляющим его, и любящим его. Эта хвала и эта любовь следуют за причинами, обусловливающими их, а это те качества совершенства, атрибуты величия и благодеяние по отношению к другим, которыми обладает восхваляемый, ибо это и есть причины любви. И чем полнее и совершеннее эти качества, тем более полной и великой становится хвала и любовь. А Аллах, Пресвятой, обладает абсолютным совершенством, в котором нет никакого недостатка ни с какой стороны, и всё благодеяние принадлежит Ему и исходит от Него, поэтому Он более всех достоин любой хвалы и любой любви со всех сторон. Он достоин того, чтобы Его любили за Его сущность, за Его качества, за Его деяния, за Его имена, за Его благодеяние и за всё, что исходит от Него, Возвышенного и Всевышнего.
Что же касается величия («маджд»), то оно предполагает величественность, обширность и великолепие, а хвала указывает на качества почёта. Аллах же, Возвышенный, — Обладатель Величия и Почёта. И в этом смысл слов раба: «Нет божества, кроме Аллаха, и Аллах Велик» («Ля иляха илля Ллах, ва Ллаху акбар»). «Нет божества, кроме Аллаха» указывает на Его божественность и на Его единственность в ней, а Его божественность предполагает полную любовь к Нему; «Аллах Велик» указывает на Его величие и величественность, а это предполагает Его возвеличивание, восхваление и провозглашение Его величия. Поэтому Пресвятой Аллах часто сочетает эти два вида в Коране, как в словах Его: «Милость Аллаха и Его благословения на вас, о обитатели дома! Поистине, Он — Достохвальный, Славный» (Худ, 73), и в словах Всевышнего: «Скажи: «Хвала Аллаху, Который не взял Себе сына и не имеет сотоварища во владычестве и не имеет покровителя от унижения», — и возвеличивай Его величайшим возвеличиванием!» (аль-Исра, 111), — где Он повелел восхвалять Его и возвеличивать. И сказал Всевышний: «Благословенно имя твоего Господа, Обладателя Величия и Почёта!» (ар-Рахман, 78), и сказал Всевышний: «И останется лик твоего Господа, Обладателя Величия и Почёта» (ар-Рахман, 27).
В «Джами’» ат-Тирмизи (3524) и у других передатчиков приводится хадис Анаса от Пророка ﷺ, что он сказал: «Настойчиво повторяйте: «О Обладатель Величия и Почёта»» (1), то есть держитесь этого и привязывайтесь к этому, ибо величие и почёт — это и есть хвала и слава.
Итак, упоминание этих двух имён — «Достохвальный» и «Славный» — после молитвы за Пророка ﷺ и его род соответствует словам Всевышнего: «Милость Аллаха и Его благословения на вас, о обитатели дома! Поистине, Он — Достохвальный, Славный (73)».
И поскольку молитва за Пророка ﷺ есть восхваление его Аллахом Всевышним, оказание ему почёта, возвышение упоминания о нём, усиление любви к нему и приближение его, как было сказано ранее, она включает в себя хвалу и славу. Как бы молящийся просит у Аллаха Всевышнего увеличить хвалу ему и славу ему, ибо молитва за него есть своего рода хвала ему и славословие — такова её сущность. Поэтому в этом прошении упомянуты два подходящих ему имени — имя «Достохвальный» и имя «Славный».
В этом содержится указание на то, что взывающему предписано завершать своё обращение именем из прекрасных имён, подходящим к его просьбе, или же начинать своё обращение этим именем. Это соответствует (2) словам Всевышнего: «У Аллаха — прекрасные имена, так призывайте Его посредством них» (аль-Араф, 180). И сказал Сулейман, мир ему, в молитве к своему Господу: «Он сказал: «Господи, прости меня и дай мне такую власть, которая не будет подобать никому после меня. Поистине, Ты — Дарующий»» (Сад, 35). А Пророк ﷺ говорил: «Господи, прости меня и прими моё покаяние, поистине, Ты — Принимающий покаяние, Милосердный» (3).
И тому подобные другие аяты и хадисы.
И поскольку для Посланника ﷺ была испрошена хвала и слава через молитву Аллаха за него, это прошение было завершено двумя именами — «хвала» и «слава».
Также, поскольку для Посланника ﷺ была испрошена хвала и слава, и это уже было ему присуще, это было завершено сообщением об утверждённости этих двух качеств для Господа тем более обоснованно, ведь всякое совершенство в рабе, не влекущее за собой недостатка, — Господь более достоин его.
Также, поскольку для Посланника ﷺ через молитву за него была испрошена хвала и слава, а это предполагает восхваление его, это прошение было завершено восхвалением Того, Кто послал его, хвалой и славой. Так это обращение включает в себя как просьбу о хвале и славе для Посланника ﷺ, так и сообщение об утверждённости этого для Господа, Возвышенного и Всевышнего (4). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(2) Так в рукописи, и, возможно, правильнее: «и это смысл слов Всевышнего».
(3) Передал Абу Дауд, ат-Тирмизи, сказавший: «хороший, достоверный», и Ибн Маджа, и признал его достоверным Ибн Хиббан.
(4) См. «Джиля’ аль-афхам», с. 253–258, я привёл это с некоторыми изменениями и сокращением.
Вопрос восьмой:
О разногласии учёных относительно решения о молитве за Пророка ﷺ:
(Знай), что люди знания разошлись в этом во мнениях, которые Хафиз, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, довёл до десяти, сказав в «Фатхе»: «Итог того, с чем я ознакомился из слов учёных об этом, — десять мазхабов:
(Первый из них): слова Ибн Джарира ат-Табари о том, что она относится к рекомендуемым (мустахабб) деяниям, и он заявил о существовании иджма’ (единогласия) относительно этого.
(Второй из них): противоположное этому — то, что передали Ибн аль-Кассар и другие об иджма’ на то, что она обязательна в общем смысле, без ограничения [числом], но минимум, которым достигается исполнение обязанности, — один раз.
(Третий из них): она обязательна на протяжении жизни хотя бы раз, будь то в молитве или вне её, подобно словам единобожия (калима ат-таухид); это сказал Абу Бакр ар-Рази из ханафитов, Ибн Хазм и другие. А аль-Куртуби-толкователь сказал: «Нет разногласия в том, что она обязательна раз в жизни, и что она обязательна во всякое время подобно обязательности подтверждённых сунн (сунан муаккада)», и его предшественником в этом был Ибн Атыя.
(Четвёртый из них): она обязательна в сидении в конце молитвы, между произнесением ташаххуда и таслимом, завершающим молитву; это сказал аш-Шафии и его последователи.
(Пятый из них): она обязательна в ташаххуде; это мнение аш-Ша’би и Исхака ибн Рахавайха.
(Шестой из них): она обязательна в молитве без определения конкретного места; это передано от Абу Джа’фара аль-Бакира.
(Седьмой из них): обязательно многократное её повторение без ограничения числом; это сказал Абу Бакр ибн Букайр из маликитов.
(Восьмой из них): она обязательна каждый раз, когда упоминается [Пророк ﷺ]; это сказал ат-Тахави и группа ханафитов, аль-Халими и группа шафиитов, а Ибн аль-Араби из маликитов сказал, что это наиболее осторожное мнение (аль-ахвату), и так же сказал аз-Замахшари.
(Девятый из них): она обязательна один раз в каждом собрании, даже если упоминание о нём повторяется многократно; передал это аз-Замахшари.
(Десятый из них): она обязательна в каждой молитве-прошении (дуа); передал это также аз-Замахшари». Конец слов Хафиза, да будет милостив к нему Аллах, с некоторыми изменениями.
Сказал составитель (да простит его Всевышний Аллах): наиболее предпочтительным мнением у меня является восьмое мнение, а именно мнение о том, что она обязательна каждый раз, когда упоминается его имя; на это указывают многочисленные доводы. Среди них: то, что привели Ибн Хузайма и Ибн Хиббан в своих «Сахихах» от хадиса Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ поднялся на минбар и сказал: «Амин, амин, амин» — хадис полностью, и в нём: «А тот, при ком ты был упомянут, и он не помолился за тебя, и умер, то он попадёт в огонь, — да отдалит его Аллах! Скажи: амин. И я сказал: амин».
Такая угроза бывает только в отношении того, кто оставил обязательное, что указывает на то, что произнесение молитвы за него каждый раз, когда упоминается его имя, обязательно.
Среди них также: хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), также восходящий к Пророку: «Опозорился нос человека, при котором я был упомянут, а он не помолился за меня»… хадис, и это достоверный хадис хорошего уровня (хасан), как сказал ат-Тирмизи (да помилует его Всевышний Аллах). Значение слова «рагима» (с кясрой на «гайн»): прилипло к пыли (рагам), а это земля, — от унижения и позора. Это мольба против него об унижении и позоре, и такое бывает только в отношении того, кто оставил обязательное.
Среди них также: то, что привёл ан-Насаи, и признал достоверным Ибн Хиббан, от хадиса аль-Хусайна ибн Али (да будет доволен ими обоими Аллах), восходящего к Пророку: «Скупец — тот, при ком я был упомянут, а он не помолился за меня».
Среди них также: хадис Абу Зарра (да будет доволен им Аллах), который сказал: я вышел однажды и пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ, он сказал: «Не сообщить ли вам о самом скупом из людей?» Они сказали: конечно, о Посланник Аллаха. Он сказал: «Тот, при ком я был упомянут, а он не помолился за меня, — вот это самый скупой из людей». Привёл его Ибн Абу Асим в «Книге о молитве», и это достоверный хадис в силу подтверждающих его (сахих ли-гайрихи).
Кто рассмотрит эти хадисы беспристрастно, узнает об обязательности произнесения молитвы за Пророка ﷺ каждый раз, когда упоминается его имя. Так что рассмотри их, и ты будешь наставлен к правильному, а Аллах наставляет на прямой путь. И Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
Девятый вопрос: о разногласии учёных относительно обязательности произнесения молитвы за Пророка ﷺ в последнем ташаххуде:
Знай, что некоторые из числа обладающих знанием склонились к тому, что она обязательна после последнего ташаххуда. Среди тех, кто держался этого мнения:
Умар, его сын Абдуллах, Ибн Мас‘уд (да будет доволен ими Аллах), Джабир ибн Зайд, аш-Ша‘би, Мухаммад ибн Ка‘б аль-Куразий, Абу Джа‘фар аль-Бакир, аш-Шафии, Ахмад ибн Ханбаль, Исхак, Ибн аль-Мавваз, и это же выбрал Абу Бакр ибн аль-Араби.
А большинство склонилось к тому, что она в нём не обязательна, среди них:
Малик, Абу Ханифа и его сторонники, ас-Саури, аль-Аузаи.
Первые приводили в качестве доказательства хадис Абу Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), упомянутый в этой главе, где в добавлении, переданном по пути Мухаммада ибн Исхака от Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми от Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Зайда от него, содержится выражение: «Как же нам молиться за тебя, если мы уже произносим молитву за тебя в нашей молитве?» Ад-Даракутни сказал: иснад его хороший (хасан) и непрерывный (муттасиль). Аль-Байхаки сказал: иснад его хороший, достоверный. Ибн ат-Туркумани возразил ему, что он [аль-Байхаки] сказал в «Главе о запрете убивать то, что имеет душу», после упоминания хадиса, в котором есть Ибн Исхак: хафизы проявляют сдержанность в отношении того, что он передаёт один.
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: и это уместное возражение, поскольку это добавление передал только один Ибн Исхак, однако то, что он передаёт один, если и не достигает степени достоверного (сахих), то находится на степени хорошего (хасан), если он ясно указал, что это передача с прямым слышанием (тахдис), а здесь дело так и есть. И достоверным это признаёт лишь тот, кто не различает между достоверным и хорошим и считает всё, что подходит для довода, достоверным, а это методика Ибн Хиббана и других.
И приводили это добавление как доказательство группа из шафиитов, как Ибн Хузайма и аль-Байхаки, для обязательности произнесения молитвы за Пророка ﷺ в ташаххуде, до салама.
Но на это возразили, что в этом нет указания на это, а скорее это указывает лишь на обязательность произнесения этих слов тем, кто произносит молитву за Пророка ﷺ в ташаххуде; и даже если предположить обязательность самого произнесения молитвы, это не указывает именно на это конкретное место. Однако аль-Байхаки приблизил это тем, что когда был ниспослан этот аят, а Пророк ﷺ уже научил их, как приветствовать его в ташаххуде, а ташаххуд входит в молитву, — они спросили о том, как молиться за него, и он научил их. Это указывает на то, что имеется в виду произнесение молитвы за него в ташаххуде после завершения того ташаххуда, который он им ранее научил. А что касается предположения, что это происходит вне молитвы, то это далёко от истины, как сказал Ийад и другие.
Ибн Дакык аль-Ид (да помилует его Аллах) сказал: в этом нет явного указания на то, что повеление об этом относится именно к молитве. И многие приводили это как доказательство обязательности произнесения молитвы. Некоторые сформулировали доказательство так: произнесение молитвы за него обязательно по единогласному мнению (иджма), а произнесение молитвы за него вне молитвы не является обязательным по единогласному мнению, следовательно, определённо она обязательна в молитве. Он сказал: и это слабо, потому что его слова «не обязательна вне молитвы по единогласному мнению», если имеется в виду в частности [то есть именно вне молитвы как таковое], то это верно, но не даёт искомого, поскольку это указывает лишь на то, что она обязательна в одном из двух мест, не определяя конкретно которое.
Аль-Карафи утверждал в «аз-Захира», что аш-Шафии (да помилует его Аллах) — тот, кто приводил это как доказательство, и возразил ему подобно тому, как возразил Ибн Дакык аль-Ид, но не был прав в приписывании этого аш-Шафии. А то, что сказал аш-Шафии в «аль-Умм»: Аллах предписал произнесение молитвы за Своего Посланника ﷺ Своими словами: «Воистину, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром» (аль-Ахзаб, 56), и не было такого места, где предписание произносить молитву за него было бы более уместным, чем в молитве, и мы нашли указание от Пророка ﷺ на это.
Сообщил нам Ибрахим ибн Мухаммад, рассказал мне Сафван ибн Сулайм от Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что он сказал: о Посланник Аллаха, как нам молиться за тебя? — то есть в молитве. Он сказал: «Говорите: О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил Ибрахима» — хадис.
Сообщил нам Ибрахим ибн Мухаммад, рассказал мне Са‘д ибн Исхак ибн Ка‘б ибн Уджра от Абд ар-Рахмана ибн Абу Лейлы от Ка‘ба ибн Уджры (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он говорил в молитве: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил Ибрахима и род Ибрахима»… хадис.
Сказал аш-Шафии (да помилует его Аллах): и когда передано, что Пророк ﷺ обучал их ташаххуду в молитве, и передано от него, что он обучал их, как молиться за него в молитве, не подобает нам говорить: ташаххуд в молитве обязателен, а молитва за него в нём не обязательна.
Некоторые из противников подвергли это доказательство критике с нескольких сторон:
(Первая): слабость Ибрахима ибн Абу Яхьи, и разговор о нём известен.
(Вторая): даже если предположить его достоверность, то его слова в первом случае «то есть в молитве» — а тот, кто это сказал, не указан прямо, [неясно, кто сказал] «то есть».
(Третья): его слова во втором случае «что он говорил в молитве» — хотя очевидный смысл этого — что это предписанная молитва, но возможно, что имеется в виду под словами «в молитве» — то есть в описании молитвы за него [то есть в форме этой молитвы], и это сильное предположение, поскольку большинство путей передачи от Ка‘ба ибн Уджры указывают на то, что вопрос был задан о форме молитвы, а не о её месте.
(Четвёртая): в хадисе нет ничего, что указывало бы на то, что это определённо относится к ташаххуду, тем более к промежутку между ним и саламом в молитве.
Некоторые распространялись в приписывании аш-Шафии в этом отклонения от общепринятого мнения (шудуз), среди них Абу Джа‘фар ат-Табари, Абу Джа‘фар ат-Тахави, Абу Бакр ибн аль-Мунзир, аль-Хаттаби, и Ийад привёл в «аш-Шифа» их высказывания, и не один порицал его за это, поскольку тема его книги требовала признания правильности того, к чему склонился аш-Шафии, но он посчитал это хорошим, ввиду того, что в этом усиление возвеличивания Пророка.
И группа выступила в защиту аш-Шафии, приведя доводы из текстов и умозрительные, и отвергла обвинение в отклонении от общепринятого; они передали мнение об обязательности от группы сподвижников, последователей и тех, кто после них.
Наиболее достоверное, что дошло об этом от сподвижников и последователей, — то, что привёл аль-Хаким с сильным иснадом от Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), который сказал: человек произносит ташаххуд, затем произносит молитву за Пророка ﷺ, затем молится за себя. Это самое сильное, чем можно аргументировать в пользу аш-Шафии, ибо Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах) упомянул, что Пророк ﷺ обучил их ташаххуду в молитве, и что он сказал: «затем пусть выберет из мольбы, что пожелает». И поскольку установлено от Ибн Мас‘уда повеление о произнесении молитвы за него перед мольбой, это указывает на то, что он был осведомлён о добавлении этого между ташаххудом и мольбой, и тем самым отпадает аргумент того, кто держался за хадис Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах) в отвержении того, к чему склонился аш-Шафии, подобно тому...
Как упомянул Ийяд, сказавший: это тот ташаххуд Ибн Мас'уда, которому научил его Пророк ﷺ, и в нём нет упоминания о молитве (салавате) на него. Таково же и слово аль-Хаттаби: в конце хадиса Ибн Мас'уда сказано: «Когда ты сказал это, ты завершил свою молитву», однако ему возразили тем, что эта добавка является вставленной (мудраджа), а если предположить её достоверность, то следует понимать это так, что предписание молитвы на него пришло после того, как было преподано учение о ташаххуде.
Это подкрепляется тем, что вывел ат-Тирмизи от Умара как остановленное на нём сообщение (мавкуф): «Мольба остаётся между небом и землёй, и ничто из неё не поднимается, пока не будет произнесена молитва на Пророка ﷺ».
Ибн аль-Араби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: подобное не говорится по собственному усмотрению (по ра'й), значит, оно имеет статус возведённого (марфу') к Пророку — конец цитаты.
Для этого приведено подтверждающее сообщение, возведённое к Пророку, в «Джуз аль-Хасан ибн Арафа». Аль-Умари в «Амаль аль-йаум ва-ль-лайла» вывел от Ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими) с хорошим иснадом, что тот сказал: «Не бывает молитвы без чтения, ташаххуда и молитвы на меня».
Аль-Байхаки в «Хилафийят» вывел с сильным иснадом от аш-Ша'би, который относится к крупным табиинам, сказавшего: кто не помолился на Пророка ﷺ в ташаххуде, пусть повторит свою молитву. Ат-Табари вывел с достоверным иснадом от Мутаррифа ибн Абдуллаха ибн аш-Шиххира, который также из крупных табиинов, сказавшего: мы учили ташаххуд так, что когда человек говорил «и свидетельствую, что Мухаммад — Его раб и посланник», он восхвалял своего Господа и превозносил Его, затем молился на Пророка ﷺ, а затем просил о своей нужде.
Что касается факихов различных областей, то они не пришли к единодушию в противоречии аш-Шафии в этом вопросе — напротив, от Ахмада передаются два риваята, а от Исхака — категоричное утверждение о преднамеренном оставлении: он сказал, что если человек оставит это (намеренно), пусть повторит молитву.
Разногласие есть и у маликитов: его упомянул Ибн аль-Хаджиб в разделе о сунан молитвы, а затем сказал: «согласно достоверному мнению», на что толкователь его, Ибн Абд ас-Салям, заметил, что имеется в виду наличие двух мнений о её обязательности, и это явствует из слов Ибн аль-Мавваза из их числа.
Что касается ханафитов, то некоторые из наших шейхов обязали тех из них, кто говорит об обязательности молитвы на него всякий раз, как он упоминается, как ат-Тахави, — а ас-Саруджи в «Шарх аль-Хидая» передал от авторов «аль-Мухит», «аль-Акд», «ат-Тухфа» и «аль-Мугис» из их книг, — говорить об обязательности её в ташаххуде, поскольку упоминание Пророка предшествует этому в конце ташаххуда, однако они вольны придерживаться этого, но не делают это условием действительности молитвы.
Ат-Тахави передал, что Харамала в одиночку передал от аш-Шафии обязательность этого после ташаххуда и перед приветствием, завершающим молитву (таслим ат-тахаллюль). Он сказал: однако его сподвижники приняли это, отстаивали его и вели по этому поводу диспуты — конец цитаты.
На это опирался Ибн Хузайма и последовавшие за ним, приводя то, что вывели Абу Дауд, ан-Насаи и ат-Тирмизи, который признал это достоверным, а также Ибн Хузайма, Ибн Хиббан и аль-Хаким, из хадиса Фадалы ибн Убайда, который сказал:
Пророк ﷺ услышал человека, взывающего в своей молитве, который не восхвалил Аллаха и не помолился на Пророка ﷺ, и сказал: «Этот поспешил», затем позвал его и сказал: «Когда кто-либо из вас молится, пусть начнёт с восхваления своего Господа и прославления Его, затем помолится на Пророка, а затем просит о чём пожелает».
Это указывает на то, что упомянутое выше слово Ибн Мас'уда является возведённым (марфу'), поскольку оно совпадает с ним по формулировке.
Ибн Абд аль-Барр подверг критике приведение хадиса Фадалы в качестве довода на обязательность, сказав: если бы это было так, то Пророк повелел бы молящемуся повторить молитву, как повелел тому, кто плохо совершил молитву. На это же указал и Ибн Хазм.
Ему ответили допущением, что обязательность наступила уже после завершения молитвы того человека, и достаточно опираться на само повеление для утверждения об обязательности.
Группа учёных, среди них аль-Джурджани из ханафитов, сказали: если бы это было обязательным (фард), то потребовалось бы отложить разъяснение сверх времени нужды, поскольку он научил их ташаххуду и сказал: «пусть выберет из мольбы, что пожелает», не упомянув при этом молитву на него.
Им ответили допущением, что она ещё не была предписана в то время.
Хафиз аль-Ираки, да помилует его Аллах, сказал в «Шарх ат-Тирмизи»: это передано в «Сахихе» с формулировкой «затем пусть выберет», а «затем» (сумма) указывает на отсрочку, что свидетельствует о том, что между ташаххудом и мольбой было нечто ещё.
Некоторые опирались на то, что установлено в «Сахихе Муслима» из хадиса Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), возведённого к Пророку: «Когда кто-либо из вас завершит последний ташаххуд, пусть ищет прибежища у Аллаха от четырёх вещей»... — и далее хадис. На это опирался Ибн Хазм, утверждая обязательность этого прибежища в ташаххуде и говоря, что молитва на Пророка ﷺ после ташаххуда желательна (мустахабб), а не обязательна, — но в этом есть то, что в этом есть (то есть спорность). А Аллах Всевышний знает лучше.
Ибн аль-Кайим встал на защиту аш-Шафии, сказав: учёные единодушны в предписанности молитвы на него в ташаххуде, разногласие же существует лишь относительно обязательности либо желательности. А в опоре тех, кто не считает это обязательным, на деяние праведных предшественников есть сомнение, поскольку их деяние согласовывалось с этим (то есть они молились на Пророка), разве что имеется в виду под «деянием» убеждение (в необязательности), — тогда требуется ясная передача о том, что это не обязательно, а откуда же взяться такой передаче?
Он сказал: что касается слов Ийяда о том, что люди порицали аш-Шафии за это, то в этом нет смысла — в чём же порицание, если он не противоречил ни ясному тексту, ни единогласному мнению, ни аналогии, ни превалирующей пользе? Напротив, это мнение — из достоинств его мазхаба. Что же касается его (Ийяда) передачи единогласного мнения (иджма'), то опровержение этого уже приводилось ранее. А что касается его утверждения, что аш-Шафии избрал ташаххуд Ибн Мас'уда, то это свидетельствует о его (Ийяда) осведомлённости об избранных мнениях аш-Шафии, поскольку тот на самом деле избрал ташаххуд Ибн Аббаса.
Что касается того, чем аргументировала группа шафиитов из возведённых, ясных в этом отношении хадисов, то они слабые, как хадис Сахля ибн Са'да, Аиши, Абу Мас'уда, Бурайды и других, и аль-Байхаки собрал их все в «Хилафийят». Не будет вреда в их упоминании для усиления довода, но не в том, чтобы они сами по себе служили доказательством.
Хафиз сказал: я не видел, чтобы кто-либо из сподвижников и табиинов ясно высказался об необязательности, кроме того, что передано от Ибрахима ан-Наха'и, но и с этим формулировка переданного от него, как уже упоминалось, наводит на мысль, что кто-то другой считал это обязательным, ведь он выразился словом «достаточность» (иджза') — конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: превосходно изложил учёный Ибн аль-Кайим, да помилует его Аллах Всевышний, утверждение мазхаба аш-Шафии, говорящего об обязательности в конце ташаххуда. После того как он привёл доводы отрицающих обязательность и разобрал их, он сказал, дословно:
Послушайте теперь наши доводы в пользу обязательности — у нас есть на это доводы:
(Первый довод): слово Всевышнего: «Поистине, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром» [аль-Ахзаб: 56].
Смысл довода в том, что Аллах Пречистый повелел верующим благословлять и приветствовать миром Посланника Аллаха ﷺ, а Его абсолютное повеление указывает на обязательность, пока не установлено доказательство обратного.
Установлено, что сподвижники его (да будет доволен ими Аллах) спросили его о том, как совершать эту повелённую молитву (благословение), и он сказал: «Говорите: о Аллах, благослови Мухаммада...» — и далее хадис. Установлено также, что приветствие миром, которому их научили, — это приветствие ему в самой молитве, то есть приветствие ташаххуда. Таким образом, источник обоих повелений, обоих научений и оба места — едины.
Поясняет это то, что он научил их ташаххуду, повелевая им его, а в нём — упоминание приветствия ему ﷺ. Затем они спросили его о молитве (благословении) на него, и он научил их ей, после чего уподобил её тому приветствию, которому уже научил их. Это указывает на то, что молитва и приветствие, упомянутые в хадисе, — это молитва и приветствие ему в самой молитве.
Поясняет это и то, что если бы под молитвой и приветствием ему подразумевалось нечто вне молитвы, а не в ней, то каждому приветствующему из них следовало бы, приветствуя его, говорить: мир тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и Его благословения. Но известно, что они не придерживались этой формы при приветствии его — напротив, входящий из них говорил: мир вам, а иногда говорил: мир Посланнику Аллаха, а иногда говорил: мир тебе, о Посланник Аллаха, и тому подобное. Они и так неизменно приветствовали его приветствием ислама с самого начала ислама, а то, чему их научили, было чем-то добавочным сверх этого — а именно приветствием ему в самой молитве.
Поясняет это и хадис Ибн Исхака: «Как нам молиться (благословлять) на тебя, когда мы молимся на тебя в нашей молитве?» — эту формулировку признала достоверной группа хафизов, среди них Ибн Хузайма, Ибн Хиббан,
аль-Хаким, ад-Даракутни и аль-Байхаки.
Когда установлено, что молитва, о способе совершения которой был задан вопрос, — это молитва на него в самой молитве, и это вышло в виде разъяснения повелённого об этом в Коране, то устанавливается, что она обязательна. К этому добавляется повеление Пророка ﷺ о ней, и, возможно, именно на это указывал имам Ахмад своими словами: я испытывал робость перед этим, но затем прояснилось мне, и оказалось, что это обязательно.
На это доказательство есть возражения:
(один из них): что слово его ﷺ («и приветствие, как вы уже научены») допускает два толкования: (первое): что имеется в виду приветствие ему в молитве. (второе): что имеется в виду приветствие, которым молитва завершается, — так сказал Ибн Абд аль-Барр.
(второй вопрос): что предел того, что вы упомянули, указывает лишь через сопряжение молитвы с приветствием на то, что приветствие обязательно в ташаххуде, а значит, и молитва тоже; но довод от сопряжения слаб.
(третий вопрос): мы не признаём обязательность ни приветствия, ни молитвы, и ваш довод состоятелен лишь после признания обязательности приветствия ему ﷺ.
Ответ на эти вопросы:
(что касается первого): он совершенно несостоятелен, ибо в самом хадисе есть то, что его опровергает, а именно: они сказали: «это приветствие тебе, о посланник Аллаха, мы уже знаем, а как же молитва тебе?» — это формулировка аль-Бухари в хадисе Абу Саида (да будет доволен им Аллах).
Кроме того, они спросили Пророка ﷺ о том, как совершать молитву и приветствие, повеление о которых содержится в аяте, а не о том, как совершается приветствие в конце молитвы.
(что касается второго вопроса): это вопрос того, кто не понял сути изложенного довода, ибо мы не приводили в качестве довода сопряжение, а привели в качестве довода повеление об этом в Коране, и разъяснили, что молитва, о которой они спросили Пророка ﷺ, чтобы он научил их ей, — это именно та молитва, которая произносится внутри молитвы (то есть в ташаххуде).
(что касается третьего вопроса): он в высшей степени несостоятелен, ибо доводам из Книги и сунны не противопоставляются возражения, в отличие от мнения оппонента. Как же может ваше разногласие в вопросе, где уже установлен довод в пользу мнения ваших противников, отменять действие достоверного довода, не имеющего противоречащего ему довода в другом вопросе? Разве это не переворачивание пути учёных, ведь именно доводы отменяют противоречащие им мнения, и именно ими возражают тому, кто противоречит их требованию, и они имеют приоритет над всяким мнением, которое им противоречит, а не наоборот — что мнения муджтахидов противопоставляются доводам, отменяют их следствие и имеют над ними приоритет. Более того, этот хадис является доводом против вас в обоих вопросах, ибо он указывает на обязательность приветствия и молитвы ему ﷺ, а потому необходимо следовать ему.
(Второй довод): что Пророк ﷺ произносил это в ташаххуде, а нам было велено молиться так, как молился он, и это указывает на обязательность совершения того, что он совершал в молитве, кроме того, что исключено особым доводом. Итак, здесь две предпосылки:
Что касается первой предпосылки, то её разъясняет то, что передал аш-Шафии в своём «Муснаде» от Ибрахима ибн Мухаммада, который сказал: рассказал мне Саад ибн Исхак от Абд ар-Рахмана ибн Абу Лейлы от Кааба ибн Уджры (да будет доволен им Аллах), от Пророка ﷺ, что он говорил в молитве: «О Аллах, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как Ты благословил Ибрахима и род Ибрахима, и ниспошли благодать Мухаммаду и роду Мухаммада, как Ты ниспослал благодать Ибрахиму и роду Ибрахима, поистине, Ты — Достохвальный, Славный».
Хотя в этом иснаде присутствует Ибрахим ибн Абу Яхья, которого группа учёных признала надёжным, среди них аш-Шафии, Ибн аль-Асбахани, Ибн Ади, Ибн Укда, тогда как другие признали его слабым.
Что касается второй предпосылки, то её разъясняет то, что передал аль-Бухари в своём «Сахихе» от Малика ибн аль-Хувайриса (да будет доволен им Аллах), который сказал: мы пришли к Пророку ﷺ, будучи молодыми людьми примерно одного возраста, и пробыли у него двадцать ночей. Он подумал, что мы стосковались по своим семьям, и спросил нас о тех, кого мы оставили из своих родных, и мы рассказали ему. Он был мягким и милосердным и сказал: «Возвращайтесь к своим семьям, обучайте их и повелевайте им, и молитесь так, как вы видели, что я молюсь. А когда наступит время молитвы, пусть один из вас произнесёт азан, и пусть предстоятельствует старший из вас».
(Третий довод): хадис Фадалы ибн Убайда (да будет доволен им Аллах), в котором Пророк ﷺ сказал ему, или кому-то другому: «Если кто-то из вас совершает молитву, пусть начнёт с восхваления Аллаха и прославления Его, затем пусть помолится за Пророка ﷺ, а затем пусть просит, о чём пожелает». Передал имам Ахмад и составители Сунан, и признали достоверным Ибн Хиббан и аль-Хаким.
Против него было выдвинуто возражение с нескольких сторон:
Одно из них: что Пророк ﷺ не велел этому молящемуся повторить молитву.
Ответ на это: этот человек не знал об обязательности этого, поэтому оставил это, полагая, что это не обязательно, и Пророк ﷺ не велел ему повторить молитву, но велел ему впредь произносить это. Веление ему произносить это впредь указывает на обязательность этого, а отсутствие веления повторить молитву указывает на то, что невежда извиняется в отношении необязательности. Это подобно тому, как Пророк ﷺ не велел человеку, плохо совершившему свою молитву, повторить прошедшие молитвы, хотя тот сообщил ему, что не умеет молиться иначе, извиняя его за незнание.
Если скажут: почему же он велел ему повторить именно ту молитву, и не извинил его за незнание в этом?
Мы скажем: потому что время молитвы ещё не истекло, и он уже знал столпы молитвы, поэтому был обязан их исполнить.
Если скажут: почему же он не велел оставившему молитву за него повторить ту молитву, как велел плохо молившемуся?
Мы скажем: веление его ﷺ молиться за него в ней является явным произвольным утверждением обязательности, и возможно, что этот человек, услышав это веление от Пророка ﷺ, поспешил повторить молитву без того, чтобы Пророк ﷺ велел ему это. Также возможно, что та молитва была добровольной, и повторять её не было обязательным. Возможны и другие объяснения, но нельзя оставлять явный смысл веления, а он служит однозначным доводом для этого сомнительного, допускающего толкование случая. И Аллах Всевышний знает лучше.
Второе возражение: что эта мольба была произнесена после завершения молитвы, а не внутри неё, на основании того, что передал ат-Тирмизи в своём «Джами» через Ришдина в этом хадисе: «Пока посланник Аллаха ﷺ сидел, вошёл человек, помолился и сказал: «О Аллах, прости меня и помилуй меня», тогда посланник Аллаха ﷺ сказал: «О молящийся! Когда ты помолишься и сядешь, восхвали Аллаха подобающим Ему образом, помолись за меня, затем взывай к Нему»».
Ответ на это с нескольких сторон:
Одна из них: что Ришдина признал слабым Абу Зура и другие, поэтому он не может служить доводом сам по себе, тем более когда он противоречит надёжным, достоверным передатчикам, ибо каждый, кто передавал этот хадис, говорил в нём: «он слышал, как Пророк ﷺ услышал человека, взывающего в своей молитве».
Вторая: что Ришдин не сказал в своём хадисе, что этот взывающий воззвал после завершения молитвы, и его формулировка не указывает на это, а сказал: «он помолился и сказал: «О Аллах, прости меня»», а это не указывает на то, что он сказал это после окончания молитвы. И сам хадис указывает на это, ибо в нём сказано: «Если кто-то из вас совершает молитву, пусть начнёт с восхваления Аллаха», и известно, что под этим не подразумевалось завершение молитвы, а вхождение в неё, тем более что большинство мольб Пророка ﷺ произносились именно внутри молитвы, а не после неё, как в хадисах Абу Хурайры, Али, Абу Мусы, Аиши, Ибн Аббаса, Хузайфы, Аммара и других (да будет доволен ими Аллах), и никто из них не сказал, что он ﷺ взывал после своей молитвы, в достоверном хадисе.
И когда Правдивейший (ас-Сиддик) спросил его о мольбе, которой он взывал бы в своей молитве, он не сказал: «взывай ею вне молитвы», и не сказал этому взывающему: «взывай ею после твоего приветствия из молитвы», тем более что молящийся беседует со своим Господом, обращаясь к Нему, и потому его мольба к Господу Всевышнему в этом состоянии более уместна, чем его мольба к Нему после того, как он отвернулся от Него и завершил свою беседу с Ним.
Третья: что слово его ﷺ («восхвали Аллаха подобающим Ему образом») подразумевало именно ташаххуд в сидячем положении, поэтому он сказал: «Когда ты помолишься и сядешь», то есть в твоём ташаххуде, и велел ему восхвалить Аллаха Всевышнего, прославить Его и помолиться за Его посланника ﷺ.
Третье возражение: что тот, кому он велел молиться и взывать после восхваления Аллаха, не определён, так почему же вы сказали, что это происходит после ташаххуда?
Ответ на это: в молитве нет места, где предписано узаконенное восхваление Аллаха Всевышнего, затем молитва за Его посланника ﷺ, затем мольба, кроме как в ташаххуде в конце молитвы, ибо это не узаконено ни в стоянии, ни в поясном поклоне, ни в земном поклоне, по единогласному мнению. Отсюда известно, что имелся в виду именно конец молитвы, состояние сидения в ташаххуде.
Четвёртое возражение: что он велел в этом хадисе мольбу сразу после молитвы за него, а мольба не обязательна, следовательно, и молитва за него ﷺ не обязательна.
Ответ на это: не является невозможным, чтобы было велено две вещи, и появился довод об необязательности одной из них, тогда как другая остаётся на исходной обязательности.
Второе: то упомянутое — восхваление и прославление — является обязательным перед мольбой (ду‘а), ибо это — ташаххуд, а Пророк ﷺ повелел его совершать и сообщил сподвижникам, что он предписан им как обязанность, и сопряжённость повеления с мольбой не отменяла его обязательности. Так же обстоит дело и с молитвой (испрашиванием благословения) за Пророка ﷺ.
Третье: ваше утверждение, что мольба (ду‘а) не является обязательной, — ложно, ибо среди мольбы есть та, что обязательна, а именно мольба о покаянии, испрашивании прощения за грехи, о наставлении на прямой путь, о прощении и тому подобном. Передаётся от Пророка ﷺ, что он сказал: «Кто не просит Аллаха, на того Он гневается». А гнев бывает только за оставление обязательного или совершение запретного.
Пятое возражение: если бы молитва за Пророка ﷺ была обязательной частью молитвы, то её разъяснение не было бы отложено до этого момента, чтобы затем увидеть человека, который её не совершает, и повелеть ему это, и знание об её обязательности было бы получено ещё до этого хадиса.
Ответ на это: мы не утверждали, что она стала обязательной для общины только с этим хадисом, но этот молящийся оставил её, и Пророк ﷺ повелел ему то, что уже было установлено и известно из его шариата. Это подобно хадису о человеке, плохо совершавшем молитву: ведь обязательность поясного и земного поклонов и спокойствия (тума'нина) для общины не была получена только из этого хадиса, и то, что разъяснение Пророка ﷺ этому было отложено до момента молитвы этого бедуина, означает лишь, что он повелел ему совершать ту молитву, которую он предписал своей общине ещё до этого случая.
Шестое возражение: Абу Дауд и ат-Тирмизи в этом хадисе, хадисе Фадалы, сказали: «И сказал он ему, или другому», с частицей «или» — а если бы это было обязательным для каждого дееспособного, то не было бы сказано «ему, или другому».
Это возражение несостоятельно по нескольким причинам:
Первая: достоверный риваят, переданный Ибн Хузаймой и Ибн Хиббаном, гласит: «И сказал он ему и другому» с союзом «и», и так же передали имам Ахмад, ад-Даракутни, аль-Байхаки и другие.
Вторая: частица «или» здесь не означает выбор, а служит для разделения, и смысл в том, что любой молящийся, кто бы он ни был, пусть скажет это — этот или другой, — подобно словам Всевышнего: «И не повинуйся из них грешнику или неверующему» (аль-Инсан: 24) — здесь не имеется в виду выбор, но смысл таков: кто бы из них ни был, не повинуйся ему, будь то этот или тот.
Третья: хадис прямо указывает на всеобщность его слов: «Когда кто-либо из вас молится, пусть начнёт с восхваления Аллаха», — и далее он это упомянул.
Четвёртая: в риваяте ан-Насаи и Ибн Хузаймы говорится: «Обучил их Посланник Аллаха ﷺ», и далее упомянул это, а это — всеобщее указание.
Четвёртое доказательство: три хадиса, каждый из которых по отдельности не составляет достаточного довода, но при совокупности они могут усиливать друг друга.
Первый из них: то, что передал ад-Даракутни от Амра ибн Шамра, от Джабира — это аль-Джу‘фи — от Ибн Бурайды, от его отца, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О Бурайда, когда ты молишься в своей молитве, не оставляй ташаххуд и молитву за меня, ибо это — закят молитвы, и приветствуй всех пророков и посланников Аллаха, и приветствуй праведных рабов Аллаха».
Второй: то, что также передал ад-Даракутни через Амра ибн Шамра, от Джабира, который сказал: сказал аш-Ша‘би: я слышал, как Масрук ибн аль-Аджда‘ говорил: сказала Аиша (да будет доволен ею Аллах): я слышала, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Не принимает Аллах молитву иначе как с очищением и с молитвой за меня». Однако Амр ибн Шамр и Джабир не являются теми, на кого можно опираться, а Джабир более приемлем, чем Амр.
Третий: то, что передал ад-Даракутни от хадиса Абд аль-Мухаймина ибн Аббаса ибн Сахля ибн Са‘да, от его отца, от его деда, что Пророк ﷺ сказал: «Нет молитвы у того, кто не помолился за своего Пророка ﷺ». Передал это ат-Табарани
от хадиса Убаййя ибн Аббаса, от его отца, от его деда, а Абд аль-Мухаймин не является доводом, а Убайй — его брат, и хотя он надёжен (сика) и на него опирался аль-Бухари, известный в этом хадисе риваят — именно через Абд аль-Мухаймина, и передал его ат-Табарани обоими путями, но он не подтверждается.
Пятое доказательство: установлена обязательность её от Ибн Мас‘уда, Ибн Умара и Абу Мас‘уда аль-Ансари (да будет доволен ими Аллах), и это уже было упомянуто, и не сохранилось ни от одного из сподвижников, чтобы он сказал: она не обязательна. А слово сподвижника, если ему не противоречит другой, является доводом, особенно согласно основам жителей Медины и Ирака.
Шестое доказательство: это — деяние людей со времён их Пророка и до сегодняшнего дня, и если бы молитва за него ﷺ не была обязательной, то не было бы единогласия общины во всех странах и во все эпохи на её произнесении в ташаххуде и на недопущении её упущения.
Мукатиль ибн Хайян сказал в своём тафсире относительно слов Всевышнего: «Те, которые совершают молитву» — сказал: совершение её — это соблюдение её и её времён, вставание в ней, поясной поклон, земной поклон, ташаххуд и молитва за Пророка ﷺ в последнем ташаххуде.
Имам Ахмад сказал: люди в тафсире — иждивенцы Мукатиля. Они сказали: значит, молитва за Пророка ﷺ в молитве входит в её совершение, к которому повелено, а значит, она обязательна. Сторонники этого мнения также опирались на аналогии (кыясы), нет нужды их приводить.
Они сказали: далее скажем нашим противникам: нет среди вас никого, кто не обязывал бы в молитве некоторые вещи и без таких доводов, как эти.
Вот Абу Ханифа говорит об обязательности витра, а где доводы об его обязательности по сравнению с доводами об обязательности молитвы за Пророка ﷺ? И он обязывает омовение того, кто громко рассмеялся в своей молитве, опираясь на разрозненный (мурсаль) хадис, который не может сравниться с нашими доводами в этом вопросе, и обязывает омовение от рвоты, кровотечения из носа, кровопускания и тому подобного доводами, которые не сравнятся с доводами этого вопроса.
А Малик говорит: в молитве есть вещи между обязательным и желательным, которые не являются обязательными, но выше степени похвального и желательного; его последователи называют их сунной (сунан), как чтение суры вместе с аль-Фатихой, такбиры
при переходах, первым сидением, громким и тихим чтением, и они обязывают земной поклон (за упущение) при их оставлении согласно их подробной классификации.
А Ахмад называет это обязательными (ваджибат) и обязывает земной поклон за упущение по забывчивости.
Так что если обязательность молитвы за Пророка ﷺ и не сильнее обязательности многих из этих вещей, то она, по крайней мере, не ниже их.
Цель в том, что порицание порицающего в этом вопросе в адрес аш-Шафи‘и — ложно, ибо вопрос, в котором столько доводов и преданий, как этот, — как можно порицать того, кто придерживается его? И Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов имама-исследователя Ибн Каййима аль-Джаузии (да помилует его Аллах Всевышний).
Сказал составитель (да простит его Аллах Всевышний): это исследование весьма ценно, и суть его — предпочтение мнения об обязательности молитвы за Пророка ﷺ после последнего ташаххуда. Имам Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах Всевышний) обсудил доводы обеих сторон и после тщательного разбора и глубокого изучения их доводов пришёл к предпочтению обязательности, и мне не представляется иного мнения ввиду ясности его доводов.
Учёный аль-Амир ас-Сан‘ани (да помилует его Аллах Всевышний) сказал в «аль-Удда, хашия аль-Умда»:
Что касается довода отрицающих обязательность её в конце молитвы тем, что Пророк ﷺ обучил ташаххуду и повелел вслед за ним, чтобы выбирал из просьбы то, что пожелает тот, кто этого не знает, а в месте обучения не откладывается разъяснение обязательного, то ответ на это состоит из нескольких сторон:
(Первое): вы обязали произносить приветствие (салям) на основании его слова ﷺ: «а завершением её (молитвы) является приветствие», хотя оно не упомянуто в хадисе о ташаххуде. Мы же обязали молитву (за Пророка) на основании доводов, требующих её обязательности в молитве. Если бы отсутствие упоминания этого в хадисе о ташаххуде препятствовало обязательности молитвы за Пророка, то оно точно так же препятствовало бы обязательности приветствия. А если оно не препятствует последнему, то не препятствует и обязательности молитвы.
Второе: как он ﷺ обучил их ташаххуду, так же он обучил их молитве за него. Как же может обучение им ташаххуду указывать на его обязательность, а обучение молитве за него — не указывать на её обязательность?
Если скажут: ташаххуд, которому он их обучил, — это ташаххуд молитвы (намаза), тогда как молитва за него ﷺ, которой он их обучил, — является общей (без привязки к намазу).
Мы ответим: нет, молитва, которой он их обучил, — она тоже относится к молитве (намазу), ибо в риваяте Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми сказано: «Как нам молиться за тебя, когда мы сидим в нашей молитве?».
Далее, если предположить, что хадисы о ташаххуде отрицают обязательность молитвы за него ﷺ, то доводы об её обязательности имели бы приоритет над этими хадисами, поскольку отрицание остаётся на исходной презумпции отсутствия обязанности (бараа аслия), а обязательность переносит от неё, а переносящее имеет приоритет над отрицающим. Тем более что здесь и вовсе нет противоречия, ибо максимум, что можно сказать о доводах о ташаххуде, — это то, что они умалчивают об обязательности чего-либо иного, а то, что умалчивает об обязательности чего-либо, не противоречит тому, на обязательность чего указал довод, — не говоря уже о том, чтобы иметь над ним приоритет.
Затем, хадис об обучении ташаххуду предшествует хадису об обучении молитве (за Пророка), ибо он ﷺ обучил их ему, когда была предписана молитва (намаз), а обучение их молитве за него внутри намаза произошло после ниспослания суры «Аль-Ахзаб», при ниспослании аята о предоставлении его жёнам выбора. Так что если предположить, что обучение их ташаххуду отрицает молитву (за Пророка), то это было бы отменено (насх) последующим обучением их ей». Конец слов ас-Санъани, да помилует его Аллах Всевышний.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: то, что сказал ас-Санъани, да помилует его Аллах Всевышний, весьма хорошо. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и место упокоения.
Девятый вопрос:
О разногласии учёных относительно молитвы за Пророка ﷺ в первом ташаххуде:
Имам аш-Шафии, да помилует его Аллах Всевышний, сказал в «Аль-Умм»: молитва за Пророка ﷺ произносится в первом ташаххуде — таково известное мнение его мазхаба, это новое (аль-джадид) мнение, однако оно является желательным (мустахабб), а не обязательным. А в старом (аль-кадим) мнении он сказал: не следует прибавлять ничего сверх ташаххуда, — таков риваят аль-Музани от него. Этого же мнения придерживались Ахмад, Абу Ханифа, Малик и другие, да помилует их всех Аллах.
В пользу аш-Шафии, да помилует его Аллах, приводили довод — то, что передал ад-Даракутни через хадис Мусы ибн Убайды от Абдуллаха ибн Динара от Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: посланник Аллаха ﷺ обучал нас ташаххуду: «Приветствия благие и чистые — Аллаху, мир тебе, о Пророк, и милость Аллаха, и Его благословения, мир нам и праведным рабам Аллаха, свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, единого, у Которого нет сотоварища, и что Мухаммад — Его раб и Его посланник», — затем он молился за Пророка ﷺ.
Также ад-Даракутни передал через хадис Амра ибн Шамира от Джабира от Абдуллаха ибн Бурайды от его отца (да будет доволен им Аллах), который сказал: сказал посланник Аллаха ﷺ: «О Бурайда, когда ты сидишь в своей молитве, ни в коем случае не оставляй молитву за меня, ибо она — очищение (закят) молитвы».
Они сказали: это охватывает и первое, и последнее сидение.
Также в его пользу приводили довод, что Аллах Всевышний повелел верующим молиться за Его посланника ﷺ и приветствовать его, что указывает на то, что где предписано приветствие ему, там предписана и молитва за него. Поэтому сподвижники спросили его о том, как молиться за него, и сказали: мы уже знаем, как приветствовать тебя, но как нам молиться за тебя? Это указывает на то, что молитва за него сопряжена с приветствием его ﷺ, а известно, что молящийся приветствует Пророка ﷺ, следовательно, ему предписано и молиться за него.
Они сказали: это место, в котором предписан ташаххуд и приветствие Пророка ﷺ, значит, в нём предписана и молитва за него, как и в последнем ташаххуде.
Они сказали: первый ташаххуд — это место, в котором желательно упоминание посланника ﷺ, следовательно, в нём желательна и молитва за него, поскольку это более совершенно в его упоминании.
Они сказали: в хадисе Мухаммада ибн Исхака сказано: «Как нам молиться за тебя, когда мы сидим в нашей молитве?».
А другие сказали: первый ташаххуд не является местом для этого — таково старое (аль-кадим) мнение аш-Шафии из двух его высказываний, и именно его многие из его последователей признали достоверным, потому что сокращение первого ташаххуда предписано (в сунне), и Пророк ﷺ, когда сидел в нём, был подобен сидящему на раскалённых камнях (ар-радф). От него не установлено достоверно, что он делал это (молитву за себя) в нём, и он не обучил этому общину, и не известно, чтобы кто-либо из сподвижников считал это желательным. Далее, если бы предписанность этого была такой, как вы упомянули из повеления, то это было бы обязательным в этом месте, как и в последнем, поскольку повеление охватывает оба места. Далее, если бы молитва (за Пророка) была желательна в этом месте, то была бы желательна в нём и молитва за его род ﷺ, ибо Пророк ﷺ не выделил себя отдельно от своего рода повелением молиться за него, а повелел им молиться за него и за его род — как в молитве, так и вне её. Далее, если бы молитва за него в этом месте была предписана, то в ней было бы предписано и упоминание Ибрахима, поскольку это и есть форма молитвы, которая повелена. Далее, если бы она была предписана в этом месте, то в ней была бы предписана и мольба (дуа) после неё, по хадису Фадалы ибн Убайда (да будет доволен им Аллах), и не было бы разницы между первым и последним ташаххудом.
Они сказали: что касается ваших доводов из хадисов, то помимо их слабости из-за Мусы ибн Убайды, Амра ибн Шамира и Джабира аль-Джуфи, они не указывают на это, поскольку под ташаххудом в них подразумевается последний, а не первый, по причинам, которые мы упомянули. А Аллах Всевышний знает лучше. Это привёл учёный Ибн аль-Каййим, да помилует его Аллах Всевышний.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: из того, что упомянуто из доводов каждой из сторон в пользу своего мнения, мне представляется предпочтительным мнение большинства (джумхур), а именно — что молитва за Пророка ﷺ в первом ташаххуде не предписана, ввиду отсутствия сильного довода на её предписанность. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и место упокоения.
«Я хочу лишь исправления, насколько могу, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
…