Полностью в «Книге о погребениях», если пожелает Аллах Всевышний. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — Тот, к Кому обращаются за помощью, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
Вопрос первый: о его степени.
Этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний) — согласованный (аль-Бухари и Муслим).
Вопрос второй: о разъяснении мест упоминания его автором, и о том, кто привёл его вместе с ним.
Привёл его здесь — ٦٤/١٣٠٨ — и в «Аль-Кубра» — ٩٨/١٢٣١ — с упомянутым иснадом.
Привёл его аль-Бухари в «Книге о погребениях» ٣/١٢٣, и Муслим в «Книге о молитве» ч. ٢, с. ٩٢. И Аллах Всевышний знает лучше.
Вопрос третий: о его пользах.
Из них: то, для чего автор (да помилует его Аллах Всевышний) составил заглавие главы, а именно — предписанность прибегания к защите (Аллаха) в молитве.
Из них: подтверждение мучения в могиле.
Из них: то, каким был Пророк ﷺ в своём страхе перед мучением Аллаха Всевышнего, несмотря на то что Он (велик и возвышен) уже простил ему то, что было прежде из его грехов, и то, что будет после. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
١٣٠٩ — (Сообщил нам Амр ибн Усман, сказал: рассказал нам мой отец, от Шуайба, от аз-Зухри, сказал: сообщил мне Урва ибн аз-Зубайр, что Аиша сообщила ему, что Посланник Аллаха ﷺ обращался с молитвой (мольбой) в молитве: «О Аллах, я прибегаю к Тебе от мучения в могиле, и прибегаю к Тебе от искушения Масиха-Даджаля, и прибегаю к Тебе от искушения жизни и смерти. О Аллах, я прибегаю к Тебе от греха и долга». Тогда некто сказал ему: как часто ты прибегаешь к защите от долга! Он сказал: «Поистине, человек, когда становится должником, говорит и лжёт, обещает и не выполняет»).
Передатчики этого иснада: шесть.
١ — (Амр ибн Усман) ибн Саид аль-Куреши, их вольноотпущенник, Абу Хафс аль-Хымсы, правдивый передатчик [١٠-й слой], упомянут ранее ٢١/٥٣٥.
٢ — (Его отец) Усман ибн Саид ибн Касир ибн Динар аль-Куреши, их вольноотпущенник, Абу Амр аль-Хымсы, надёжный, благочестивый [٩-й слой], упомянут ранее ٦٩/٨٥.
٣ — (Шуайб) ибн Абу Хамза Динар, Абу Бишр аль-Хымсы, надёжный, благочестивый, из наиболее достоверных передатчиков от аз-Зухри [٧-й слой], упомянут ранее ٦٩/٨٥.
٤ — (Аз-Зухри) Мухаммад ибн Муслим, известный медининский имам, авторитетный, твёрдый [٤-й слой], упомянут ранее ١/١.
٥ — (Урва ибн аз-Зубайр) ибн аль-Аввам, Абу Абдуллах аль-Медини, правовед, надёжный, твёрдый [٣-й слой], упомянут ранее ٤٠/٤٤.
٦ — (Аиша) (да будет доволен ею Аллах), упомянута ранее ٥/٥. И Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
Из них: то, что он относится к шестизвенным иснадам автора (да помилует его Аллах Всевышний), и что все его передатчики надёжны, и что первая половина его — хымсийцы, а вторая — мединцы, и в нём — риваят одного последователя (табиин) от другого последователя, и риваят передатчика от своей тётки по матери, и в нём Урва — один из семи великих правоведов, и в нём Аиша — одна из семи наиболее многочисленных передатчиков хадисов. И Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(От аз-Зухри), (сказал: сообщил мне Урва ибн аз-Зубайр, что Аиша) (да будет доволен ею Аллах Всевышний) (сообщила ему, что Посланник Аллаха ﷺ обращался с молитвой в молитве) — это выражение общее, не указывающее на конкретное место в молитве, однако указывает на то, что это было после ташаххуда то, что привёл Ахмад — ٦/٢٠٠ — и признал достоверным Ибн Хузайма, — и приведённая формулировка от него — от риваята Ибн Джурайджа, сообщил мне Абдуллах ибн Тавус, от своего отца, что он говорил после ташаххуда слова, которые он очень возвеличивал. Я сказал: в обоих ташаххудах? Он сказал: нет, в последнем ташаххуде, после ташаххуда. Я сказал: что это? Он сказал: «Прибегаю к Аллаху от мучения в могиле, и прибегаю к Аллаху от мучения Ада, и прибегаю к Аллаху от зла Масиха-Даджаля, и прибегаю к Аллаху от мучения в могиле, и прибегаю к Аллаху от искушения жизни и смерти». Он сказал: он их очень возвеличивал.
Сказал Ибн Джурайдж: сообщил мне это от своего отца, от Аиши, от Пророка ﷺ.
А у Муслима — по пути Мухаммада ибн Абу Аиши, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), возведённо (марфу): «Когда кто-либо из вас произнесёт ташаххуд, пусть прибегает к защите Аллаха от четырёх (вещей), говоря: О Аллах, я прибегаю к Тебе от мучения Ада…» — и далее хадис. Это риваят Вакиа от аль-Авзаи, от Хассана ибн Атыйи, от него. А передал его аль-Валид ибн Муслим, от аль-Авзаи, с формулировкой: «Когда кто-либо из вас закончит последний ташаххуд, пусть прибегает к защите Аллаха от четырёх (вещей)…» — и привёл его.
Это — как сказано в «Аль-Фатх» — содержит указание на определение времени этого прибегания к защите после завершения ташаххуда, так что оно предшествует прочим мольбам, и то, что пришло относительно разрешения молящемуся выбирать из мольбы то, что он желает, относится к тому, что после этого прибегания к защите и перед приветствием (таслимом).
(О Аллах, я прибегаю к Тебе от мучения в могиле) — об этом уже говорилось в предыдущем (хадисе). (И прибегаю к Тебе от искушения Масиха-Даджаля) сказали знатоки языка: искушение (фитна) — это испытание и проверка. Сказал Ийад: а в обычном употреблении оно применяется для обозначения раскрытия того, что неприятно — конец цитаты. И применяется оно к убийству, сожжению, клевете и прочему.
А «Масих» — с фатхой над «мим», с облегчённым (без удвоения) огласованным касрой «син», и с «ха» в конце — применяется как к Даджалю, так и к Исе, сыну Марьям (мир ему), но если подразумевается Даджаль, это уточняется отдельным словом.
Сказал Абу Дауд в «Сунан»: «Масих» с удвоением — Даджаль, а с облегчением — Иса, и это — наиболее известное (мнение). А что касается того, что передал аль-Фарабри в риваяте аль-Мустамли отдельно от него, от Халафа ибн Амира, а он — аль-Хамадани, один из хафизов, что «Масих» с удвоением и без удвоения — одно и то же, говорится и о Даджале, и об Исе, и что нет различия между ними в смысле отсутствия специфического отнесения одного из двух слов к одному из двух (лиц) — это третье мнение.
Сказал аль-Джаухари: кто говорит с облегчением — из-за того, что он обходит (масх) землю, а кто говорит с удвоением — из-за того, что он лишён глаза (масхуль-айн). Передал некто, что он произносил с точечной «ха» (خ) в отношении Даджаля, и приписал говорившему это искажение (тасхиф).
И разошлись во мнениях относительно прозвания Даджаля этим именем: сказано — потому что он лишён глаза; сказано — потому что одна из сторон его лица создана лишённой (черт) — без глаза и без брови; сказано — потому что он обходит землю, когда выходит.
А что касается Исы (мир ему), то сказано: он назван так потому, что вышел из чрева своей матери, помазанный маслом; сказано — потому что Захария помазал его; сказано — потому что он не касался (масх) больного, чтобы тот не исцелился; сказано — потому что он обходил землю в своих странствиях; сказано — потому что у его стопы не было свода; сказано — из-за того, что он носил грубую одежду (мусух); сказано — что это по-еврейски «машиха», и арабизировано как «Масих»; сказано — «Масих» означает праведник (Сиддик). И упомянул автор «Аль-Камус», что он собрал относительно причины называния Исы этим именем пятьдесят мнений, приведя их в «Шарх аль-Машарик».
А «Даджаль» — обманщик, лжец. Форма «фаʿʿаль» от «даджл», что значит обман, ложь, сокрытие. И подразумевается здесь известный лжец, который явится в конце времён, а в его значении — всякий развращающий, вводящий в заблуждение.
А подразумевается под искушением Масиха-Даджаля то, что проявится через его руки из чудесных вещей, выходящих за рамки обычного, которыми он введёт в заблуждение того, чья вера слаба, как это содержится в многочисленных хадисах, разъясняющих его выход в конце времён, и то, что проявится вместе с ним из этих дел. Да защитит нас Аллах Всевышний от зла его искушения по Своей милости и щедрости, амин.
(И прибегаю к Тебе от искушения жизни и смерти) «аль-Мухйа» с укороченным алифом — форма «мафʿал» от жизни, как «аль-Мамат» от смерти, и подразумевается жизнь и смерть. Возможно, он имел в виду время того (то есть период жизни и смерти), и подразумевал под этим испытание мира и того, что после него; возможно также, что он имел в виду состояние предсмертной агонии и состояние допроса в могиле, и как будто он прибегал к защите от искушения этих двух состояний и просил утверждения (тавсит) в них. Сказал это аль-Куртуби.
Сказал Ибн Дакык аль-Ид (да помилует его Аллах): искушение жизни — это то, что случается с человеком в течение его жизни из увлечённости мирскими делами, страстями и невежеством, и самое величайшее из этого — прибежище у Аллаха — дело конца (жизни) при смерти.
А искушение смерти можно понимать как искушение при смерти, приписанное к ней из-за близости к ней, и тогда под искушением жизни, согласно этому, понимается то, что было прежде того; можно также понимать под этим искушение могилы, а достоверно установлено — то есть в грядущем хадисе Асмы в «Книге о погребениях» — «поистине, вы будете испытываться в ваших могилах подобно, или близко к искушению Даджаля», и в этом случае оно не повторяется с его словами «мучение в могиле», поскольку мучение является следствием искушения, а причина не является тем, что вызвано ею.
Сказано также: подразумевается под искушением жизни — испытание при отсутствии терпения, а под искушением смерти — вопрошание в могиле, сопровождаемое замешательством. Это переход от частного к общему, поскольку мучение могилы входит в искушение смерти, а искушение Даджаля входит в искушение жизни.
Аль-Хаким ат-Тирмизи привёл в «Наваль-ль-усуль» от Суфьяна ас-Саури, что покойному, когда его спрашивают «кто твой Господь», является шайтан и указывает на себя, говоря: «Я твой Господь», — поэтому и передана мольба об укреплении для него в момент вопрошания. Затем привёл с хорошим иснадом от Амра ибн Мурры: «Они любили, когда покойного помещали в могилу, говорить: «О Аллах, защити его от шайтана»». Так сказано в «Фатхе».
(«О Аллах, поистине я прибегаю к Тебе от греха (аль-ма’сам)») — то есть от того, чем человек грешит, либо от того, в чём есть грех, либо от того, что влечёт грех, либо это сам грех — масдар, поставленный на место имени.
(«и от долга (аль-маграм)») — аль-Джазари сказал: это масдар, поставленный на место имени, подразумевается под ним обременение грехами и проступками. Также говорят: аль-маграм подобно аль-гарам, то есть долг, и подразумевается под ним то, что было взято в долг на нечто, что не угодно Аллаху, либо на дозволенное, но затем человек оказался не способен его вернуть. Что же касается долга, в котором была нужда, а человек способен его вернуть, то от него не испрашивают защиты. Конец цитаты.
Аль-Хафиз сказал: аль-маграм — это долг; говорят «гарима» (с кясрой на «ра») — то есть взял в долг. Сказано: имеется в виду то, что берётся в долг на недозволенное, либо на дозволенное, но затем человек оказывается не способен вернуть; возможно также, что подразумевается нечто более общее, чем это, — а Пророк ﷺ прибегал к защите от преобладания долга над ним. Аль-Куртуби сказал: аль-маграм — это гарам (долг), и в хадисе указано на вред, проистекающий от долга. Конец цитаты.
Ас-Синди сказал после упоминания предыдущих мнений: я говорю: очевидно, что подразумевается то, что приводит к греху по причине этого. Конец цитаты.
(«И сказал ему некто спросивший») — это Аиша (да будет доволен ею Аллах), как разъяснено в риваяте автора (9/5454) через Ма‘мара от аз-Зухри, где приведено: Посланник Аллаха ﷺ чаще всего прибегал к защите от долга и греха; я спросила: о Посланник Аллаха, почему ты так часто прибегаешь к защите от долга? Он сказал: «Поистине, взявший в долг говорит и лжёт, обещает и не выполняет».
(«Почему ты так часто прибегаешь к защите от долга») — первое «ма» — выражающее удивление, «акъсар» (с фатхой на «ра») — глагол удивления, второе «ма» — масдарное, и образованный от него масдар стоит в винительном падеже как дополнение глагола удивления. Как если бы этот вопрошающий полагал, что долг связан лишь с тесным материальным положением, а от такого не следует остерегаться людям совершенства. Так сказал ас-Синди, да помилует его Аллах Всевышний.
(«Он сказал: поистине, человек») — подразумевается род человеческий и большинство его состояний («когда берёт в долг (гарима, с кясрой на «ра»)») — то есть на нём лежит долг, подразумевается взятие в долг, и он сделал это своим постоянным занятием и привычкой, как на это указывает контекст («говорит (хаддаса)», с усилением «даль») — то есть рассказывает о прошедших обстоятельствах, чтобы обосновать своё оправдание в невыполнении («и лжёт») — потому что, когда с него требует хозяин долга, а у него нет того, чем можно вернуть долг, он лжёт, чтобы освободиться от его руки, и говорит: у меня есть отсутствующее имущество, когда оно придёт, я верну твой долг («и обещает») — то есть на будущее, говоря: я дам тебе завтра или через такой-то срок («и не выполняет») своего обещания.
Из вышеизложенного стало ясно, что «гарима» — условие, «хаддаса» — следствие, «казаба» — сопряжено с следствием и вытекает из него, «ва‘ада» — сопряжено с «хаддаса», а не с «гарима», а «ахлафа» — вытекает из него.
Итог ответа состоит в том, что долг приводит к нарушению в вере, поэтому вопросу было оказано внимание.
Возникает затруднение относительно его молитвы ﷺ с упомянутым, при том что он непогрешим и ему прощены грехи предыдущие и последующие.
На это отвечено несколькими ответами:
(Первый): что он намеревался обучить свою общину.
(Второй): что подразумевается прошение за общину, и тогда смысл здесь: «прибегаю к Тебе за мою общину».
(Третий): следование пути смирения, проявление рабского служения, приверженность страху перед Аллахом, Его возвеличиванию, нужде в Нём, исполнение Его повеления в обращении к Нему; и повторение просьбы не является запретным при достоверности исполнения, поскольку это приносит благие деяния и возвышает степени, и в этом побуждение его общины к неотступности в этом, потому что если он, при достоверности прощения ему, не оставлял смиренную мольбу, то тот, кому это не достоверно, тем более достоин неотступности.
Что касается прибегания к защите от искушения Даджаля при достоверном знании, что он не застанет его, то в этом нет затруднения на первых двух путях. Сказано также, что на третьем пути возможно, что это было до достоверного знания о том, что он не застанет его, и на это указывает его слово в другом хадисе у Муслима: «Если он выйдет, а я среди вас, то я буду его противником...» — хадис. Так указано в «Фатхе». А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
Первый вопрос: о его степени:
Этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний) — согласованный (аль-Бухари и Муслим).
Второй вопрос: о разъяснении мест, где автор упомянул его, и о том, кто привёл его вместе с ним:
Он привёл его здесь (64/1309) и в «Кубре» (98/1232) от Амра ибн Усмана, от его отца, от Шу‘айба ибн Абу Хамзы, от аз-Зухри, от Урвы ибн аз-Зубайра, от неё. И в (9/5454) от Мухаммада ибн Усмана ибн Абу Сафвана, от Саламы ибн Са‘ида ибн Атыйи — а он был лучшим из людей своего времени — от Ма‘мара, от аз-Зухри таким же образом. И в (22/5472) от Исхака ибн Ибрахима, от Бакыйи, от Сулеймана Сулайма аль-Хымси, от аз-Зухри таким же образом.
Привели его: аль-Бухари (1/211, 3/154, 9/75), Муслим (2/92, 2/93), Абу Дауд (№880), Ибн Хузайма (852). А Аллах Всевышний знает лучше.
Четвёртый вопрос: о пользах хадиса:
Из них: дозволенность произнесения этой молитвы в молитве (салят).
Из них: подтверждение мучения могилы, в противоречие тем из мутазилитов, кто отрицал его, и прибегание к защите от него.
Из них: прибегание к защите от искушения упомянутых вещей.
Из них: возвеличивание значения долга и то, что он является причиной впадения в грех.
Из них: запретность лжи и нарушения обещания. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат.