…остановка [в высказывании], и молчание». Конец слов автора «аль-Мар‘ат».
Составитель сказал — да простит его Аллах Всевышний: по-моему, правильнее и безопаснее — остановиться на достоверных текстах, таких как хадис данной главы и упомянутый хадис Муслима: «Поистине, отец мой и отец твой в огне», не расширяясь и не углубляясь прибавлением того, чего нет в текстах. Что же касается признания достоверным хадиса об оживлении родителей Пророка ﷺ, как сказал Ибн Хаджар аль-Хайтами, то на это не следует обращать внимания, ибо большинство хафизов из числа мухаддисов считают его подложным, как я уже отмечал ранее.
Далее: я не встречал у первых поколений [учёных] рассуждений по этому вопросу; его поднимали, спорили о нём и погружались в его гущу лишь позднейшие, подобные ас-Суйути и тем, кто пошёл его путём. То, чем удовлетворились первые — молчание, отказ от углубления, оставление раздоров и споров — и есть правильное для того, кто заботится о своей религии. Ведь если бы в этом углублении было благо, первые поколения были бы к нему более первыми и более усердными в нём, чем позднейшие. Следование их пути — залог благополучия в этом мире и в будущем. Обязательно остановиться на том, что достоверно передано от Посланника Аллаха ﷺ, и не расширяться, и не устанавливать разногласий сверх этого. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я не хотел ничего, кроме исправления, насколько мог, и в этом мне поможет только Аллах; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
…
102 — запрет просить прощения для многобожников
2035 — сообщил нам Мухаммад ибн Абд аль-А‘ля, сказал: рассказал нам Мухаммад — он же ибн Саур — от Ма‘мара, от аз-Зухри, от Са‘ида ибн аль-Мусаййаба, от его отца, который сказал: когда к Абу Талибу пришла смерть, к нему вошёл Пророк ﷺ, а у него [сидели] Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя. И [Пророк ﷺ] сказал: «О дядя, скажи: «Нет божества, кроме Аллаха» — слово, которым я буду свидетельствовать в твою пользу перед Аллахом ﷻ». Тогда Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя сказали ему: «О Абу Талиб, неужели ты отказываешься от религии Абд аль-Мутталиба?» И они не переставали говорить с ним, пока последним, что он сказал им, было: «На религии Абд аль-Мутталиба». Тогда Пророк ﷺ сказал ему: «Я непременно буду просить для тебя прощения, пока мне не будет запрещено это в отношении тебя». И был ниспослан [аят]: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения для многобожников» [ат-Тавба: 113], и был ниспослан [аят]: «Поистине, ты не наставишь на прямой путь того, кого возлюбил» [аль-Касас: 56].
Передатчики этого иснада: их шестеро:
1 — (Мухаммад ибн Абд аль-А‘ля) ас-Сан‘ани аль-Басри, надёжный [10] 5/5.
2 — (Мухаммад ибн Саур) ас-Сан‘ани, Абу Абдуллах аль-Абид, надёжный [9].
Аль-Хусайн ибн аль-Хасан ар-Рази сказал со слов Ибн Ма‘ина: «надёжный», и то же сказал ан-Насаи. Ибн Абу Хатим сказал: я спросил своего отца: каково состояние Ибн Саура? Он сказал: «достоинство, набожность и правдивость». Я сказал: «Абдуллах ибн Му‘аз тебе более любим, или Ибн Саур?» Он сказал: «Ибн Саур мне более любим». Он сказал: и я спросил Абу Зур‘а об Ибн Сауре, Хишаме ибн Юсуфе и Абд ар-Раззаке; он сказал: «Ибн Саур наилучший из них». Аль-Бухари сказал: сказал мне Ибрахим ибн Муса: сказал нам Абд ар-Раззак: «Мухаммад ибн Саур — постящийся, много совершающий молитву», так он сказал. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» и сказал: «умер в 190 году или незадолго до этого, или немного после». Передавали от него Абу Дауд и составитель, и у него в этой книге пять хадисов от него.
3 — (Ма‘мар) ибн Рашид аль-Азди, их вольноотпущенник, Абу Урва аль-Басри, переселившийся в Йемен, надёжный, твёрдый, достойный, из числа старших [7] 10/10.
4 — (аз-Зухри) Мухаммад ибн Муслим, твёрдый имам, доказательство [4] 1/1.
5 — (Са‘ид ибн аль-Мусаййаб) один из твёрдых учёных и великих правоведов, из числа старших [3] 9/9.
6 — (его отец) аль-Мусаййаб ибн Хазн — с фатхой на «х» без точки и сукуном на «зай» — ибн Абу Вахб ибн Амр ибн Аид ибн Имран ибн Махзум аль-Махзуми аль-Кураши, Абу Са‘ид. У него и у его отца Хазна было общение [с Пророком] (сахаба), передавал от Пророка ﷺ, а также от своего отца и от Абу Суфьяна ибн Харба. От него передавал его сын Са‘ид. Ибн Лахи‘а сказал со слов Букайра ибн аль-Ашаджа, от Са‘ида: «аль-Мусаййаб был торговцем», — и упомянул историю. Хафиз сказал: аль-Вакиди и Мус‘аб аз-Зубайри утверждали, что он из тех, кто принял ислам во время завоевания [Мекки], но они не привели никакого доказательства, ведь установлено в «Сахихе», что он присутствовал при Худайбийи. Ибн Юнус сказал: аль-Мусаййаб прибыл в Египет для похода на Ифрикию в 27 году. А в «Надёжных» Ибн Хиббана среди последователей [сподвижников] упомянут аль-Мусаййаб ибн Хазн; если он имел в виду именно этого, то он совершил грубую ошибку. Аль-Азди и другие отнесли его к числу тех, от кого передавал только один [человек]. Передавали от него аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд и составитель, и у него [в этой книге] только этот хадис от него.
Тонкости этого иснада:
(Из них): что это один из шестизвенных иснадов составителя — да помилует его Аллах Всевышний. (Из них): что его передатчики — передатчики «Сахиха», кроме Мухаммада ибн Саура, как было указано выше. (Из них): что в нём передача сына от отца. (Из них): что в нём есть тот, от кого передавал только один [человек] — это аль-Мусаййаб, ибо от него передавал только его сын Са‘ид, как было указано выше. Ан-Навави — да помилует его Аллах Всевышний — сказал: это хадис, о выведении которого в своих «Сахихах» согласны аль-Бухари и Муслим, через передачу Са‘ида ибн аль-Мусаййаба от его отца от Посланника Аллаха ﷺ,
и передавал от аль-Мусаййаба только его сын Са‘ид, — так сказали хафизы. И в этом есть возражение хафизу аль-Хакиму Абу Абдуллаху ибн аль-Байй‘у — да помилует его Аллах Всевышний — в его словах: «Ни аль-Бухари, ни Муслим — да помилует их Аллах Всевышний — не выводили [хадис] от кого-либо, от кого передавал только один передатчик»; возможно, он имел в виду [это правило] в отношении не-сподвижников. А Аллах знает лучше». Конец. (Из них): что в нём передача одного последователя (табии) от другого последователя. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса
(от Са‘ида ибн аль-Мусаййаба) — с кясрой на удвоенном «я» по наиболее предпочтительному мнению, а некоторые ставят фатху, как сказал ас-Суйути в «Альфийят аль-хадис»:
«Всякое «Мусаййаб» — с фатхой, кроме Абу Са‘ида, для которого допустимы оба варианта».
Фатха — это то, что стало распространённым на устах [людей], но сам Са‘ид не любил этого, поэтому мы отдали предпочтение кясре. (от его отца) — аль-Мусаййаба ибн Хазна, да будет доволен им Аллах — (сказал: когда к Абу Талибу пришла смерть) — имя Абу Талиба — Абд Манаф. Ан-Навави — да помилует его Аллах Всевышний — сказал: имеется в виду, что приблизилась его смерть, и появились её признаки, и это было до состояния предсмертной агонии и созерцания [ангела смерти]. А если бы это было в состоянии агонии и созерцания, то вера не принесла бы ему пользы, согласно словам Аллаха Всевышнего: «И не будет принято покаяние тех, кто творит злые дела, до тех пор, пока смерть не придёт к одному из них, и он скажет: «Поистине, я раскаиваюсь теперь»» [ан-Ниса: 18]. И на то, что это было до созерцания, указывает его беседа с Пророком ﷺ и с неверными курайшитами. Кади Ийяд — да помилует его Аллах Всевышний — сказал: я видел, что некий из толкователей этого хадиса счёл, что «прихождение» здесь — в буквальном смысле предсмертной агонии, и что Пророк ﷺ своими словами тогда надеялся, что его настигнет милость благодаря его благословению ﷺ. Кади [Ийяд] — да помилует его Аллах Всевышний — сказал: это неверно, по тому, что мы привели ранее. Конец.
Хафиз — да помилует его Аллах Всевышний — сказал, после передачи почти того же, что приведено выше от ан-Навави: возможно, что он [Абу Талиб] действительно достиг этого состояния [агонии], но Пророк ﷺ надеялся, что если он признает единобожие, даже в этом состоянии, то это принесёт ему пользу именно в его особом случае, и его заступничество ﷺ будет допустимо ввиду его положения по отношению к нему [Пророку]. Поэтому он сказал: «Я буду спорить за тебя этим и заступлюсь за тебя», — об этом будет сказано далее. И подтверждает эту особенность то, что после того, как он [Абу Талиб] отказался признать единобожие и сказал: «Я на религии Абд аль-Мутталиба», и умер на этом, Пророк ﷺ не оставил заступничество за него, а заступился за него, так что было облегчено его наказание по сравнению с другими, и это было одной из особенностей в отношении него [Абу Талиба].
(вошёл к нему Пророк ﷺ, а у него [был] Абу Джахль) — Амр ибн Хишам, — и это предложение находится в позиции винительного падежа…
(1) — «Шарх Муслим», т. 1, с. 161, «Книга веры».
(2) — «Шарх Муслим», т. 1, с. 162, «Книга веры».
как есть, а в риваяте аль-Бухари: «и нашёл у него Абу Джахля…» (и Абдуллаха ибн Абу Умайю)
Ибн Хаджар (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: возможно, что аль-Мусаййаб присутствовал при этом событии, ведь оба упомянутых были из бану Махзум, а он также был из бану Махзум, и все трое в то время были неверующими; Абу Джахль умер в своём неверии, а двое других приняли ислам. А что касается слов некоторых комментаторов о том, что этот хадис относится к разряду мурсаль сподвижников, то это отвергается, поскольку они основывались на том, что аль-Мусаййаб — по мнению Мусъаба — из числа принявших ислам в год завоевания [Мекки], а по мнению аль-Аскари — из числа тех, кто присягал под деревом. Он сказал: но в любом случае он не был свидетелем смерти Абу Талиба, поскольку тот умер, как и Хадиджа, в близкие дни, в один и тот же год, а Пророку ﷺ было тогда около пятидесяти лет. Конец цитаты.
Причина отвержения этого в том, что из позднего принятия ислама аль-Мусаййабом не следует, что он не мог присутствовать при смерти Абу Талиба, как присутствовал при ней Абдуллах ибн Абу Умайя, который в то время был неверующим, а затем принял ислам. Удивительно, как этот говорящий приписывает аль-Аскари сведение о том, что аль-Мусаййаб был из числа присягавших под деревом, и не обращает внимания на то, что это установлено в этом самом «Сахихе», который он комментирует, как было разъяснено выше в «Книге военных походов». Конец цитаты.
Его слово: «(أَيْ عَمِّ)» («о дядя!») — «أيْ» (айи), с фатхой над хамзой и облегчённой (некратной) буквой «й» — частица призыва к далёкому или подобному далёкому, как спящий или невнимательный, — как перечислил их Ибн Малик (да помилует его Аллах Всевышний) в «Хуляса», сказав:
«И для обращения к далёкому или подобному далёкому — «йа», «айи», «а», затем «айа», также «хайа»»
а «عمّ» («дядя») — обращение, присоединённое к «йа» первого лица (то есть «мой»); допустимо как сохранение этой «йа», так и её опущение, а затем допустимы шесть форм, как указал Ибн Малик на пять из них, сказав:
«Сделай обращение правильным, если оно присоединено к «йа», подобно «‘абди», «‘абди», «‘абда», «‘абда», «‘абдийа»»
а шестая — придание ему дамма, по аналогии с неопределённым существительным, к которому обращаются с определённым смыслом.
Его слово: «скажи: нет божества, кроме Аллаха, — слово» — (كَلِمَةً) в форме винительного падежа как замена «нет божества, кроме Аллаха», либо в винительном падеже как выделение (ихтисас); допустим и именительный падеж, как сказуемое при опущенном подлежащем, то есть «это — слово» (أُحَاجُّ) с усилением буквы «джим», от «муХаджа» — это взаимный глагол от «худжа» (доказательство); «джим» — с фатхой при джазме, поскольку это ответ на повеление, подразумевается: «если ты скажешь, я буду препираться»; допустим и именительный падеж как сказуемое при опущенном подлежащем. В риваяте аль-Бухари, по пути Салиха ибн Кайсана, от аз-Зухри: «я засвидетельствую» вместо «я буду препираться», а в риваяте Муджахида у ат-Табари: «я буду спорить перед Аллахом посредством неё». Ат-Табари добавил, по пути Суфьяна ибн Хусайна, от аз-Зухри, что он сказал: «о дядя, поистине, ты — величайший из людей по праву на меня, и наилучший из них по благодеяниям ко мне, так скажи слово, ради которого мне будет обязательным заступничество за тебя в День воскресения».
Его слово: «(لَكَ بِهَا، عِنْدَ اللَّهِ)» («для тебя посредством неё у Аллаха») — оба предлога с местоимениями и обстоятельство связаны с «أُحاجّ» («я буду препираться»)
Его слово: «и сказали ему Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя: о Абу Талиб, разве ты отвращаешься» — то есть отворачиваешься — «от религии Абд аль-Мутталиба, и они не переставали говорить с ним» — а в риваяте аль-Бухари: «и не переставал Посланник Аллаха ﷺ предлагать её ему, и они повторяли ему то же самое высказывание…», а в риваяте Муслима: «и не переставал Посланник Аллаха ﷺ предлагать её ему, и они повторяли ему то же самое высказывание»; подразумевается слово Абу Джахля и его товарища ему: «разве ты отвращаешься от религии Абд аль-Мутталиба» — «до тех пор, пока последнее, что он сказал им» — то есть присутствующим у него — «на религии Абд аль-Мутталиба» — сказуемое при опущенном подлежащем, то есть «он на религии Абд аль-Мутталиба»; а в риваяте аль-Бухари: «он на религии Абд аль-Мутталиба», и он подразумевал этим самого себя; допустимо также, что он сказал «я», но передатчик изменил это, избегая передать слова Абу Талиба буквально, считая неприличным упомянутое выражение; и это из хороших [редакторских] приёмов [передатчиков]. В риваяте Муджахида сказано: он сказал: «о сын брата моего, религия старцев». В хадисе Абу Хазима от Абу Хурайры у Муслима, ат-Тирмизи и ат-Табари сказано: «он сказал: если бы не то, что курайшиты будут меня упрекать, говоря, что его к этому побудил лишь страх смерти, я бы обрадовал этим твой глаз». А в риваяте аш-Шааби у ат-Табари: «он сказал: если бы не то, что это станет для тебя позором, я бы не побоялся это сделать».
Добавлено в риваяте аль-Бухари: «и он отказался сказать: нет божества, кроме Аллаха», и это усиление от передатчика в отрицании того, что это произошло от Абу Талиба, и, видимо, он опирался в этом на то, что не слышал этого от него в тот момент, и это тот предел, который возможно было ему известен; и допустимо, что Пророк ﷺ известил его об этом.
Ан-Навави сказал: смерть Абу Талиба произошла в Мекке незадолго до хиджры. Ибн Фарис сказал: Абу Талиб умер, когда Посланнику Аллаха ﷺ было сорок девять лет, восемь месяцев и одиннадцать дней, а Хадиджа, мать верующих (да будет доволен ею Аллах), умерла через три дня после смерти Абу Талиба. Конец цитаты.
Его слово: «и сказал ему Пророк ﷺ: непременно буду просить прощения для тебя, пока мне не будет запрещено [молить] за тебя» — в форме первого лица, страдательного залога, от «запрещения», то есть в течение того времени, когда Аллах Всевышний не запретит мне просить за тебя прощения.
Аз-Зайн ибн аль-Мунайир (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: не подразумевается просьба об общем прощении и снисхождении за грех многобожия, а подразумевается облегчение наказания ему, как разъяснено в другом хадисе.
Ибн Хаджар (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: и это — сильная небрежность с его стороны, ибо заступничество за Абу Талиба в облегчении наказания не было отвергнуто, и просьба об этом не была запрещена, а запрет коснулся лишь просьбы об общем прощении; и это было допущено Пророку ﷺ по примеру Ибрахима в этом, а затем пришла отмена этого, как будет разъяснено далее ясно. Конец цитаты (1).
Его слово: «и был ниспослан [аят]: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения многобожникам»» [ат-Тавба, 113] —
(1) — «Фатх», 9/458, «Книга толкования [Корана]».
— то есть не подобает им это, и это — сообщение в смысле запрета; так это встретилось в этом риваяте, а ат-Табари передал, по пути Шибля от Амра ибн Динара, что он сказал: сказал Пророк ﷺ: «Ибрахим просил прощения своему отцу, а он был многобожником, так и я не перестану просить прощения для Абу Талиба, пока мой Господь не запретит мне это»; тогда его товарищи сказали: «мы непременно будем просить прощения для наших отцов, как просил прощения наш пророк для своего дяди», и тогда был ниспослан этот аят.
И в этом есть затруднение, поскольку смерть Абу Талиба произошла в Мекке до хиджры, по единому мнению, а установлено, что Пророк ﷺ пришёл к могиле своей матери, когда совершал умру, и попросил разрешения своего Господа помолиться за неё, и тогда был ниспослан этот аят, а основа [в подобных случаях] — отсутствие повторения ниспослания.
Аль-Хаким и Ибн Абу Хатим привели, по пути Айюба ибн Хани от Масрука, от Ибн Масуда (да будет доволен им Аллах), который сказал: вышел Посланник Аллаха ﷺ однажды к могилам, и мы последовали за ним, и он пришёл и сел у одной из могил, и долго беседовал с ней [шёпотом], затем заплакал, и мы заплакали от его плача, и он сказал: «поистине, могила, у которой я сидел, — это могила моей матери, и я попросил разрешения моего Господа помолиться за неё, но Он не дал мне разрешения, и было ниспослано мне: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения многобожникам»».
Ахмад привёл от хадиса Ибн Бурайды от его отца нечто подобное, и в нём: «он остановился с нами, а мы были с ним, около тысячи всадников», но не упомянул о ниспослании аята. А в риваяте ат-Табари этим же путём: «когда он прибыл в Мекку, пришёл к следу могилы», а по пути Фудайля ибн Марзука от Атыйи: «когда он прибыл в Мекку, остановился у могилы своей матери, пока на него не стало горячим солнце, надеясь, что ему будет позволено, и он попросит прощения для неё, и был ниспослан [аят]».
У ат-Табарани, по пути Абдуллаха ибн Кайсана, от Икримы, от Ибн Аббаса, приведено нечто подобное хадису Ибн Масуда, и в нём: «когда он спустился с перевала Асфан», и в нём — о ниспослании аята по этому поводу.
Сказал хафиз (да помилует его Аллах Всевышний): это пути передачи, которые взаимно подкрепляют друг друга, и в них есть указание на то, что ниспослание аята было отсрочено по отношению к кончине Абу Талиба. Это подтверждается также тем, что он ﷺ в день битвы при Ухуде, после того как ему было рассечено лицо, сказал: «Господи, прости мой народ, ибо они не знают». Однако допустимо, что это испрошение прощения было связано именно с живыми, и речь здесь не об этом; и допустимо, что ниспослание аята было отложено, хотя причина его возникла ранее, и что у его ниспослания было две причины: более ранняя — дело Абу Талиба, и более поздняя — дело Амины. Подтверждает отсроченность ниспослания и то, что было приведено ранее в толковании суры «Тауба» относительно испрошения им ﷺ прощения для лицемеров, пока не был ниспослан запрет на это, — а это указывает на отсроченность ниспослания, хотя причина возникла ранее. На это же указывает и его слово в хадисе главы: «И ниспослал Аллах об Абу Талибе: «Поистине, ты не наставляешь на прямой путь того, кого возлюбил»», — ибо это дает понять, что первый аят был ниспослан об Абу Талибе и о ком-то ином, а второй — о нём одном. Множественность причины подтверждается также тем, что передал Ахмад через Абу Исхака от Абу аль-Халиля от Али (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Я слышал, как один человек испрашивал прощения для своих родителей, будучи многобожниками, и я упомянул об этом Пророку ﷺ, и тогда Аллах ниспослал: «Не подобает Пророку…»» — до конца аята. И передал ат-Табари через Ибн Абу Наджиха от Муджахида, который сказал: верующие сказали: «Не испросить ли нам прощения для наших отцов, как испросил прощение Ибрахим для своего отца?» — и тогда был ниспослан этот аят. И через Катаду он сказал: «Мы упомянули ему, что некоторые люди…», — и привёл нечто подобное. Здесь заканчиваются слова хафиза (да помилует его Аллах Всевышний).
(«И ниспослано было: «Поистине, ты не наставляешь на прямой путь того, кого возлюбил»») [«Рассказ», 56]. Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний): толкователи единогласны в том, что этот аят был ниспослан об Абу Талибе, и об этом их единогласии сообщил также аз-Заджжадж и другие. Аят этот носит общий смысл, ибо наставляет на прямой путь и вводит в заблуждение только Аллах Всевышний.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний): его слово «Поистине, ты не наставляешь на прямой путь…» и далее означает: ты не властен даровать успех тому, кого Аллах пожелал оставить без поддержки. Разъясняется это тем, что истинное наставление на прямой путь есть сотворение способности к повиновению и его принятию, а это принадлежит только Аллаху Всевышнему. Наставление же, которое допустимо приписывать кому-либо помимо Аллаха Всевышнего в некотором смысле, — это указание и разъяснение пути, как сказал Аллах Всевышний: «И поистине, ты направляешь на прямой путь» [«Совет», 52], то есть указываешь и разъясняешь, как сказал Всевышний: «На тебе лишь передача (послания)» [«Совет», 48], и сказал: «Чтобы ты разъяснял людям то, что было ниспослано им» [«Пчёлы», 44].
Он сказал: то, что мы упомянули, — это учение приверженцев сунны и общины, и на это указывают неопровержимые доказательства. Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
Первый вопрос: о его степени. Хадис аль-Мусайиба ибн Хазна (да будет доволен Аллах ими обоими) этот приведён согласно единогласному мнению обоих шейхов.
Второй вопрос: о местах упоминания его составителем и о тех, кто привёл его вместе с ним:
Его привёл он здесь — 102/2035, и в «аль-Кубра» 102/2162, и в «ат-Тафсир» 11230 «сура ат-Тауба» и 11383 «сура аль-Касас». И привели его аль-Бухари 1360, 3884, 4675, 4772; Муслим 131; Ахмад 132 и 1162. А Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о его пользах:
Из них: то, для чего составитель (да помилует его Аллах Всевышний) поместил заголовок — запрет испрашивать прощение для многобожников. И из них: допустимость посещения могилы многобожника. И из них: допустимость плача у могилы. И из них: что тому, кто никогда не совершал добра, если завершил свою жизнь свидетельством, что нет божества, кроме Аллаха, выносится решение о его исламе и на него распространяются установления…