Разбор хадиса
(«От Муаза ибн Абд ар-Рахмана ат-Тайми, от его отца»,) — Абд ар-Рахмана ибн Усмана (да будет доволен им Аллах Всевышний), — что он (сказал: «Мы были с Тальхой ибн Убайдуллахом») (да будет доволен им Аллах Всевышний) («находясь в состоянии ихрама») — предложение в положении обстоятельства состояния — («и ему была подарена птица») — глагол в форме страдательного залога — («а он спал») — предложение, выражающее состояние, то есть в то время, когда он спал, («и некоторые из нас съели её, а некоторые воздержались») то есть удержались от еды («и Тальха проснулся») (да будет доволен им Аллах Всевышний) («и одобрил тех, кто съел её») то есть подтвердил правильность поступка тех, кто съел, — говорят: «уаффакаху-Ллаху тауфикан» — «Аллах направил его к правильному», как сказал аль-Файюми, — («и сказал») Тальха (да будет доволен им Аллах Всевышний), приводя доказательство правильности поступка тех, кто съел: («мы ели его») то есть вид птицы вообще, поэтому не подразумевается, что они съели именно ту птицу, которая была ему подарена, («вместе с Посланником Аллаха ﷺ») то есть значит это разрешено вам. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение, и на Него упование, и на Него надежда.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): о его степени.
Этот хадис Тальхи ибн Убайдуллаха (да будет доволен им Аллах Всевышний) привёл Муслим.
(Второй вопрос): о разъяснении мест, где составитель упоминает его, и о том, кто ещё привёл его вместе с ним.
Он привёл его здесь — 87/2817 — и в «аль-Кубра» 77/3799. Привёл его (Муслим) в «Хадже» 1197, (Ахмад) в «Мусанад аль-‘ашара» 1386 и 1395, (ад-Дарими) в «аль-Манасик» 1829. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель.
2818 — («Сообщил нам Мухаммад ибн Салама и аль-Харис ибн Мискин — читая ему, а я слушал, — формулировка от него — от Ибн аль-Касима, который сказал: рассказал мне Малик, от Яхьи ибн Са‘ида, который сказал: сообщил мне Мухаммад ибн Ибрахим ибн аль-Харис, от Исы ибн Тальхи, от Умайра ибн Саламы ад-Дамри, что он сообщил ему от аль-Бахзи, что Посланник Аллаха ﷺ вышел, направляясь в Мекку, будучи в состоянии ихрама, и когда они были в ар-Раухе, вдруг оказался дикий осёл, убитый охотником. Об этом сообщили Посланнику Аллаха ﷺ, и он сказал: «Оставьте его, ибо, вероятно, скоро придёт его хозяин». И пришёл аль-Бахзи, а он и был его хозяином, к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, распоряжайтесь этим ослом, как хотите». Тогда Посланник Аллаха ﷺ велел Абу Бакру разделить его между спутниками. Затем он продолжил путь, и когда был в аль-Усае, между ар-Руватхой и аль-Аражем, вдруг оказалась газель, лежащая свернувшись в тени, и в ней стрела. И он сообщил, что Посланник Аллаха ﷺ велел одному человеку стоять при ней, чтобы никто из людей не тревожил её, пока не пройдёт мимо неё»).
Передатчики этого иснада: восемь.
1 — (Мухаммад ибн Салама) ибн Абу Фатима аль-Мурадий аль-Джамали, Абу аль-Харис аль-Мисри, надёжный, твёрдый [11] 19/20.
2 — (аль-Харис ибн Мискин) ибн Мухаммад аль-Умави, вольноотпущенник их, Абу Амр аль-Мисри, судья, надёжный, знаток фикха [10] 9/9.
3 — (Ибн аль-Касим) — это Абд ар-Рахман аль-‘Утаки, Абу Абдуллах аль-Мисри, знаток фикха, спутник Малика, надёжный, из числа старших [10] 19/20.
4 — (Малик) ибн Анас, упомянутый перед предыдущим хадисом.
5 — (Яхья ибн Са‘ид) ибн Кайс аль-Ансари, Абу Са‘ид аль-Мадани, судья, надёжный, твёрдый [5] 22/23.
6 — (Мухаммад ибн Ибрахим ибн аль-Харис) ат-Тайми, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный, имеет отдельные передачи [4] 60/75.
7 — (Иса ибн Тальха) ибн Убайдуллах ат-Тайми, Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный, добродетельный, из числа старших [3] 73/90.
8 — (Умайр ибн Салама) ад-Дамри — с фатхой над «даль» и сукуном над «мим» — сподвижник, считающийся из числа жителей Медины. Передавал от Пророка ﷺ. И говорят: от аль-Бахзи, от него, историю о свернувшейся газели. От него передавал Иса ибн Тальха ибн Убайдуллах. Ибн Исхак сказал: это Умайр ибн Салама ибн Мунтаб ибн Тальха ибн Джудайй ибн Дамра. Ибн Абд аль-Барр сказал: они не расходились в признании его сподвижничества. А Малик в своём хадисе назвал его: от Умайра ибн Сулайма, от аль-Бахзи. Правильным же является, что это принадлежит Умайру ибн Саламе, от Пророка ﷺ, а аль-Бахзи был охотником. И возможно, что между обеими риваятами есть расхождение относительно аль-Бахзи, и что он лишь сообщил историю аль-Бахзи, а затем было опущено определяемое слово, и осталось определяющее — и этому есть подобные примеры. И на этом решительно утверждал Муса ибн Харун, как передал от него ад-Даракутни в «аль-Иляль», и на подобный этому пример указал Ибн Абд аль-Барр в «ат-Тамхид».
Аль-Хафиз сказал: в этом оправдании есть сомнение, ибо ад-Даракутни привёл это в «аль-Иляль» через путь Аббада ибн аль-Аввама и Юнуса ибн Рашида, оба от Яхьи ибн Са‘ида, и он сказал в своей риваяте: что аль-Бахзи рассказал ему. И возможно, что это было ошибкой их обоих, полагая, что его слова «от аль-Бахзи» — в смысле передачи, и они передали это по смыслу, сказав: «рассказал ему». А опора в подтверждении его сподвижничества — на риваяте Ибн аль-Хада, от Мухаммада ибн Ибрахима, от Исы, от Умайра ибн Саламы, который сказал: «В то время как мы были с Пророком ﷺ...». А в риваяте Абд Раббихи ибн Са‘ида от Мухаммада ибн Ибрахима: «Я вышел с Пророком ﷺ...». А сказал в нём: «от аль-Бахзи» — Яхья ибн Са‘ид, от Мухаммада. А Аллах знает лучше. И расхождение в этом было именно относительно Яхьи.
А в его словах: «они не расходились в признании его сподвижничества» есть сомнение, ибо Ибн Мандах сказал: есть расхождение относительно его сподвижничества. И упомянул его Ибн Хиббан среди надёжных передатчиков из числа таби‘инов, после того как упомянул его среди сподвижников. Составитель уникально передал только хадис данной главы. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
(Из них): что он относится к семизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах Всевышний). (Из них): что все его передатчики — передатчики достоверных сводов, кроме сподвижника, ибо он относится к его уникальным передачам, как было упомянуто только что. (Из них): что он представляет собой цепь передатчиков-мединцев, кроме двух его непосредственных шейхов и Ибн аль-Касима, которые были мисрийцами (египтянами). (Из них): что в нём есть передача сподвижника от сподвижника, если мы скажем, что это относится к муснаду аль-Бахзи, а правильным является, что это относится к муснаду Умайра ибн Саламы, и что его слова «от аль-Бахзи» — на основе опущения определяемого слова: «от истории аль-Бахзи». (Из них): что в нём есть трое из таби‘инов, передающих друг от друга: Яхья от Мухаммада ибн Ибрахима от Исы ибн Тальхи. (Из них): что его сподвижник относится к тем, кто передавал мало, ибо у него нет ничего, кроме этого хадиса, у составителя. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса
(«От Умайра ибн Саламы ад-Дамри») (да будет доволен им Аллах Всевышний) («что он сообщил ему от аль-Бахзи») то есть о его истории, как я уже изложил ранее, а это — с фатхой над «ба», сукуном над «ха», после которых «зай»: относится к «Бахз», а это имя рода, как сказано в «аль-Камус». Имя аль-Бахзи — Зайд ибн Ка‘б, сподвижник, которому принадлежит этот хадис (да будет доволен им Аллах), согласно одному мнению, и он относится к уникальным передачам составителя (да помилует его Аллах Всевышний).
[Внимание]: явный смысл этой риваяты Малика (да помилует его Аллах Всевышний) таков, что она относится к муснаду аль-Бахзи, а не к муснаду Умайра ибн Саламы.
Аль-Хафиз Абу Умар (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: относительно иснада этого хадиса нет расхождения передающих от Малика, но расходятся товарищи Яхьи ибн Са‘ида относительно него в передаче от Яхьи. Группа передала это так же, как передал Малик. А Хаммад ибн Зайд, Хушайм, Язид ибн Харун и Али ибн Мусхир передали от Яхьи, от Мухаммада ибн Ибрахима, от Исы ибн Тальхи, от Умайра ибн Саламы, от Пророка ﷺ.
И мнение, по-моему, — это мнение того, кто отнёс хадис к Умайру ибн Саламе, от Пророка ﷺ, как сказал Хаммад ибн Зайд и те, кто последовал за ним. А из того, что указывает на правильность этого — то, что Язид ибн аль-Хад и Абд Раббих ибн Са‘ид передали этот хадис от Мухаммада ибн Ибрахима, от Исы ибн Тальхи, от Умайра ибн Саламы ад-Дамри, который сказал: «Мы вышли с Посланником Аллаха ﷺ...». А в хадисе Ибн аль-Хада: «В то время как мы были с Посланником Аллаха ﷺ...». Так передал аль-Лайс ибн Са‘д от Язида ибн аль-Хада. И сказал Муса...
Ибн Харун сказал: правильным у нас является то, что этот хадис передал Умайр ибн Салама от Пророка ﷺ, без посредника между ним и Пророком ﷺ. Он сказал: и это ясно видно в риваяте Йазида ибн Харуна и Абд Раббихи ибн Са‘ида. Муса ибн Харун сказал: и это (расхождение) не восходит к Малику, ибо группа передатчиков передала этот хадис от Йахьи ибн Са‘ида так же, как передал его Малик, но это (расхождение) произошло от самого Йахьи ибн Са‘ида, который иногда передавал этот хадис, говоря в нём «от аль-Бахзи», а иногда не говорил «от аль-Бахзи». Я полагаю, что первые шейхи считали это допустимым, и это не есть риваят от такого-то, а лишь (упоминание) истории такого-то. Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: суть в том, что правильным является тот риваят, который относит этот хадис к муснаду Умайра ибн Саламы, а не к муснаду аль-Бахзи, ввиду согласия Хаммада ибн Зейда, Хушайма, Али ибн Мусхира и Йазида ибн Харуна — все они передали от Йахьи ибн Са‘ида, от Мухаммада ибн Ибрахима, от Исы ибн Тальхи, от Умайра ибн Саламы ад-Дамри: что Посланник Аллаха ﷺ подошёл, или вышел... (далее хадис).
И доказательством предпочтения риваята этих (передатчиков) над риваятом Малика служит то, что Йазид ибн аль-Хад и Абд Раббихи ибн Са‘ид передали этот хадис от Мухаммада ибн Ибрахима так же, как передали они, а в их риваяте содержится ясное указание Умайра словами: «Мы вышли с Посланником Аллаха ﷺ», а в хадисе Ибн аль-Хада: «Когда мы были с Посланником Аллаха ﷺ...» Это есть ясное указание Умайра ибн Саламы на его присутствие при этом событии. И Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово («что Посланник Аллаха ﷺ вышел, направляясь в Мекку, будучи в состоянии ихрама, и когда они оказались в ар-Роухе») — с фатхой на «ра» и сукуном на «вав», после которых идёт непокрытая «ха», по образцу слова «хамра» (красная): место между Меккой и Мединой, на расстоянии тридцати или сорока миль от Медины. Так сказано в «аль-Камусе».
(«Когда вдруг дикий осёл») — «иза» здесь внезапное, то есть неожиданно предстало перед ними наличие дикого осла, («подстреленный») то есть убитый раной. («И об этом было сообщено Посланнику Аллаха ﷺ») — о наличии подстреленного дикого осла, и, по-видимому, они спросили у него разрешения съесть его, судя по его словам («и он сказал: «оставьте его»») то есть не трогайте его и не распоряжайтесь им ни поеданием, ни иначе, («ведь скоро») то есть близко («придёт его хозяин») и распорядится им — разрешит есть или запретит. («И пришёл аль-Бахзи») то есть человек, приписываемый к [племени] Бахз, а это, как сказано в «аль-Камусе», название рода, («а он был его хозяином») то есть хозяином того подстреленного осла, («к Посланнику Аллаха ﷺ, и сказал: о Посланник Аллаха, да благословит тебя Аллах и ниспошлёт мир, распоряжайтесь этим ослом») то есть поступайте с ним, как хотите; слово «شأنكم» стоит в винительном падеже как дополнение к опущенному глаголу, то есть «сделайте своё дело». («И Посланник Аллаха ﷺ приказал Абу Бакру») ас-Сиддику (да будет доволен им Аллах Всевышний) разделить его между сподвижниками (да будет доволен ими всеми Аллах), («и он разделил его между спутниками») — с кясрой, множественное число от «руфка» с даммой. Аль-Фаюми сказал: «руфка» — это группа людей, которые сопровождают тебя в твоём путешествии, и когда вы расходитесь, название «руфка» исчезает; оно произносится с даммой на «ра» в языке [племени] Бану Тамим, а множественное число — «рифак», подобно «бурма» и «бирам», и с кясрой на «ра» в языке [племени] Кайс, а множественное — «рифак», подобно «сидра» и «сидар». А «рафик» — тот, кто сопровождает тебя. Аль-Халиль сказал: и название «рафик» не исчезает при расставании. Конец цитаты.
(«Потом он двинулся») то есть пошёл Посланник Аллаха ﷺ, («пока не оказался в аль-Усае») — с даммой на «хамзе», передана также кясра, и с тремя вариантами чтения (буквы «са»): место на пути в аль-Джухфу к Мекке. А в «аль-Камусе» сказано: «и Усая с даммой, а также с тремя вариантами чтения: место между двумя святынями, там есть мечеть Пророка, или колодец, ниже аль-Арджа, над ним мечеть Пророка ﷺ» — конец цитаты. («Между ар-Руайсой») — с даммой на «ра», в уменьшительной форме: место между двумя святынями. Так сказано в «аль-Камусе». («И аль-Арджем») — с фатхой на «айн», сукуном на «ра», после которых «джим»: селение, объединяющее (несколько поселений), из владений аль-Фур‘а, на расстоянии нескольких дней пути от Медины. Так сказал Ибн аль-Асир. («Когда [вдруг увидели] лежащую свернувшись газель») — с непокрытой «ха», затем «каф», затем «фа». Абу Умар сказал: «хакиф» — это стоящая, изогнувшаяся, склонившаяся (газель), и всё изогнутое называется «мухукукиф». Это слово аль-Ахфаша. А другие языковеды сказали: «хакиф» — та, что укрывается в «хикфе», то есть в изгибе песчаного бархана. Аль-Аджжадж сказал (из усечённого раджаза):
«Спасшийся, которого истощила усталость от того, что спешил, складывая ночи одну за одной,
подобно тому, как серп луны изгибается, пока не искривится совсем».
А в «аль-Лисан» сказано: «газель хакиф» — здесь два толкования: одно — что это означает, что она оказалась в «хикфе», а другое — что она легла, свернувшись, и её спина изогнулась. Аль-Азхари сказал: газель хакиф — та, что лежит, свернувшись, в песчаном изгибе, или свернулась подобно «хикфу». И он также сказал: газель хакиф — та, что заснула, изогнулась и свернулась во сне, и поэтому песок, если он изогнут, называется «хикф» — конец цитаты. («В тени, и в ней стрела») — возможно, что имеется в виду, что в этой газели застряла стрела, то есть кто-то выстрелил в неё стрелой, и она осталась в ней, не убив её. А возможно, что имеется в виду, что в этой тени лежал «сахм», то есть камень, приготовленный для охоты, ведь в «аль-Камусе» и «аль-Лисане» среди значений слова «сахм» упомянуто, что это камень, который кладут на дверь строения, возводимого для льва, чтобы поймать его: когда он входит, камень падает на дверь и запирает её. И Аллах Всевышний знает лучше.
(«И он утверждал») — по-видимому, утверждающий — это Умайр ибн Салама ад-Дамри, а слово «за‘м» [утверждение] применяется и в отношении истинного высказывания, и это из таковых, («что Посланник Аллаха ﷺ приказал человеку встать возле неё») то есть возле той газели, («чтобы никто из людей не тревожил её») — с фатхой в начале или с даммой, от «раба-хи, йурибу-хи» в трёхбуквенной форме, из разряда «ба‘а», или от «араба-хи, йурибу-хи» в четырёхбуквенной форме: то есть не подходить к ней и не пугать её.
Хафиз Абу Умар (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: в этом есть доказательство того, что находящемуся в ихраме не разрешается пугать дичь и помогать в этом (другим); не видишь ли ты, что Посланник Аллаха ﷺ приказал человеку встать возле лежащей свернувшись газели, чтобы люди прошли мимо неё, и чтобы никто не тревожил её, то есть не касался её и не будил её — конец цитаты. («Пока он не пройдёт мимо неё») — местоимение действующего лица относится к «кто-то», а местоимение дополнения — к газели. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): о его степени достоверности:
Этот хадис Умайра ибн Саламы ад-Дамри (да будет доволен им Аллах Всевышний) достоверен (сахих).
(Второй вопрос): о разъяснении мест, где составитель упомянул его, и о том, кто передал его вместе с ним:
Он привёл его здесь — 87/2818 и 32/4344, и в «аль-Кубра» — 77/3800 и 35/4856. И привёл его Малик в «аль-Муватта», в «Книге хаджа», 789. И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
(Из них): то, что составитель (да помилует его Аллах Всевышний) вынес в качестве заголовка главы, а именно — допустимость того, чтобы находящийся в ихраме ел мясо дичи, добытой человеком, не находящимся в ихраме, но при условии, что он не помогал ему в охоте, не указывал на неё и не наводил на неё, как ранее было подробно изложено разногласие учёных по этому вопросу. (И из них): допустимость поедания дичи, если её хозяин отсутствует или умер, при условии, что известно, что это его добыча.
Учёные-правоведы разошлись во мнениях по этому вопросу. Малик сказал: если охотник застаёт добычу в тот же день, он ест её — как в случае с собакой, так и со стрелой, — даже если она уже мёртвая, при условии, что на ней есть след ранения; а если он оставил её на ночь, то не ест. Ас-Саури сказал: если она скрылась от него на день и ночь, я не одобряю, чтобы он её ел. Абу Ханифа и его последователи сказали: если добыча скрылась из виду, а охотник продолжает её преследовать, и находит её убитой, то есть её дозволено; но если он прекратил преследование и занялся чем-то другим, а затем пошёл искать её и нашёл убитой, а собака была рядом с ней, — мы не одобряем есть её. Аль-Авзаи сказал: если он находит её на следующий день мёртвой и обнаруживает в ней стрелу или след ранения, пусть ест её. Аш-Шафии сказал: по аналогии не следует есть её, если она скрылась из виду, поскольку неизвестно, умерла ли она от его выстрела или от чего-то другого.
Передано от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими): «Ешь то, что ты настиг, и оставь то, что скрылось от тебя надолго» — то есть имеется в виду: ешь всё то, чью добычу и смерть ты видел своими глазами от своего оружия или своей собаки, и оставь то, что скрылось от тебя из виду.
В хадисе Абу Са‘лабы аль-Хушани (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ говорится о том, кто находит свою добычу спустя три дня: пусть ест её, если она не протухла. Привёл его Муслим.
А в хадисе Ади ибн Хатима (да будет доволен им Аллах) сообщается, что он спросил Посланника Аллаха ﷺ о...