«А множественное число [этого слова] — «хурумат» (حُرُمات), подобно «гурфа» и «гуруфат»». Конец [цитаты].
А смысл здесь: почитание Мекки и её возвеличивание, то есть в этой главе приводится хадис, указывающий на обязательность возвеличивания Мекки — да возвысит её Аллах Всевышний и да охранит её. И Аллах Всевышний лучше знает истину.
2875 — (Сообщил нам Мухаммад ибн Кудама, от Джарира, от Мансура, от Муджахида, от Тавуса, от Ибн Аббаса, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ в день [покорения Мекки]: «Этот город сделал запретным Аллах в тот день, когда сотворил небеса и землю, и он — запретен запретностью Аллаха до Дня воскресения; не срубают его колючий кустарник, не спугивают его дичь, не поднимают его находку, кроме как тот, кто объявляет о ней, и не косят его траву». Аль-Аббас сказал: «О Посланник Аллаха, кроме изхира?» — и [Пророк ﷺ] произнёс слово, смысл которого: «кроме изхира»).
Передатчики этого иснада — их шестеро:
1 — (Мухаммад ибн Кудама) ибн Айюн аль-Хашими, их вольноотпущенник, аль-Массиси, он — надёжный (сика) [10] 137/214.
2 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ад-Дабби, Абу Абдуллах аль-Куфи, поселившийся в Райе и бывший там судьёй, надёжный, с достоверными записями; говорили, что в конце жизни у него бывали ошибки по памяти [8] 2/2.
3 — (Мансур) ибн аль-Мутамир ас-Сулами, Абу Аттаб аль-Куфи, надёжный, твёрдый [6] 2/2.
4 — (Муджахид) ибн Джабр аль-Махзуми, Абу аль-Хаджжадж аль-Макки, надёжный, факих, обладающий достоинствами [3] 27/31.
5 — (Тавус) ибн Кайсан аль-Химьяри, их клиент, Абу Абд ар-Рахман аль-Ямани, надёжный, факих, обладающий достоинствами [3] 27/31.
6 — (Ибн Аббас) Абдуллах, «море [знаний]», учёный муж — (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний) 27/31. И Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
Из них: он относится к шестизвенным иснадам автора (да смилуется над ним Аллах Всевышний). Из них: все его передатчики — передатчики [сборников] достоверных [хадисов], кроме его шейха, ибо этот хадис единолично передали он и Абу Дауд. Из них: в нём есть риваят табиина от табиина, и в нём — Ибн Аббас (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний), один из четырёх «Абдуллахов» и семи передатчиков, [известных] обилием передач, — он передал 1696 хадисов. И Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса
Его слово («от Муджахида, от Тавуса»): сказано в «Фатх»: так передал это Мансур в связанном виде (мусаль), но ему противоречил аль-Амаш, который передал это от Муджахида от Пророка ﷺ в виде мурсаль; это извлёк Саид ибн Мансур от Абу Муавии от него. И он же извлёк это от Суфьяна от Дауда ибн Шабура от Муджахида в виде мурсаль, а Мансур — надёжный, хафиз, поэтому предпочтение отдаётся его связанной передаче. Конец [цитаты] (1).
Его слово («от Ибн Аббаса» (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний)), что он сказал: «сказал Посланник Аллаха ﷺ в день [покорения Мекки]» — обстоятельство времени связано со словом «сказал». («Этот город») — то есть Мекка, или же вся земля харама. («Сделал его запретным Аллах») — то есть постановил его запретность и предопределил её. Внешний смысл этого — что решение Аллаха Всевышнего относительно Мекки состоит в том, что с её жителями нельзя воевать, а тому, кто ищет в ней убежища, гарантируется безопасность, и его нельзя трогать; это одно из мнений толкователей относительно слов Всевышнего: «А кто войдёт в него, окажется в безопасности» [Али Имран: 97], и Его слов: «Неужели они не видели, что Мы сделали харам безопасным» [Паук: 67]. («В тот день, когда Он сотворил небеса и землю») — то есть что его запретность — дело древнее, установленный закон, действующий постоянно, а не то, что её запретность придумали люди или что она — особенность именно этого шариата. Это не противоречит словам Пророка ﷺ в хадисе Джабира у Муслима и хадисе Анаса у аль-Бухари: «Поистине, Ибрахим сделал Мекку запретной». Ибо приписывание запретности ему — в том смысле, что он донёс это, ведь тот, кто устанавливает шариаты и постановления — Аллах Всевышний, а пророки доносят их; и как это приписывается Аллаху Всевышнему в том смысле, что Он есть тот, кто постановил это, так же приписывается это посланникам, потому что это слышится от них и разъясняется их устами.
Итог таков, что он [Ибрахим] явил её запретность, передавая от Аллаха Всевышнего, после того как она была забыта, а не то, что он положил ей начало.
Было сказано также: он сделал её запретной с дозволения Аллаха Всевышнего. То есть Аллах Всевышний записал в Хранимой скрижали в день сотворения небес и земли, что Ибрахим сделает Мекку запретной по велению Аллаха Всевышнего. Так в «Иршад ас-сари».
Говорит составитель [этого труда] — да простит его Аллах Всевышний: последнее мнение слабое, его ослабляют слова Пророка ﷺ: «и не люди сделали её запретной». И Аллах Всевышний знает лучше.
Аль-Айни (да смилуется над ним Аллах Всевышний) сказал: смысл его слов «поистине, Ибрахим сделал Мекку запретной» таков: он возвестил о её запретности и сообщил людям, что она запретна по запрету Аллаха, так как её запретность не была известна иначе, как в его время, на его устах, поэтому она была приписана ему; подобно этому в словах Всевышнего: «Аллах упокоивает души» [Толпы: 42], где упокоение приписано Ему, а в другом аяте: «Скажи: упокоивает вас ангел смерти» [Земной поклон: 11], где упокоение приписано ангелу, а в ещё одном аяте: «Те, кого упокоивают ангелы» [Пчёлы: 32], где упокоение приписано им [ангелам во множественном числе]; в действительности же упокоивающий — это Аллах ﷻ, а приписал Он это другим, потому что это проявляется через их посредство. Конец [цитаты].
Итак, нет противоречия между двумя хадисами; ибо смысл слов «поистине, Ибрахим сделал Мекку запретной» — то есть по велению Аллаха Всевышнего, а не по собственному усмотрению, или же — что Аллах предопределил в день сотворения небес и земли, что Ибрахим сделает Мекку запретной, или же смысл в том, что Ибрахим — первый, кто явил её запретность среди людей, тогда как прежде того она уже была запретной у Аллаха, или же он — первый, кто явил это после потопа.
Аль-Куртуби сказал: смысл его в том, что Аллах сделал Мекку запретной изначально, безо всякой причины, приписываемой кому-либо, и без чьего-либо участия в этом; сказал он: и поэтому этот смысл подтверждён словами «и не люди сделали её запретной», а под словами «и не люди сделали её запретной» подразумевается, что её запретность установлена шариатом, и разум здесь ни при чём, или же имеется в виду, что она — из числа того, что Аллах сделал запретным, и потому обязательно подчиниться этому, а она — не из числа того, что люди сделали запретным, то есть во времена невежества (джахилийи), как они запрещали разные вещи от себя самих, — так что не допускается иджтихад в отказе от этого. Было сказано также: смысл в том, что её запретность непрерывна с начала творения, и она не относится к тому, чем особо отличился шариат Пророка ﷺ. Конец [цитаты] (1).
(«Итак, он») — то есть город, («запретен») — то есть сделан запретным, почитаем, («запретностью Аллаха») — то есть по причине запретности Аллаха Всевышнего, так что «ба» здесь причинности. Допустимо также, что она указывает на сопряжённость, тогда она связана с опущенным [словом], то есть «сопряжённый с запретностью Аллаха», и это — усиление [значения] запретности. («До Дня воскресения») — связано со словом «запретен», и в этом — указание на то, что его не касается отмена [постановления]. Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: его слова «запретностью Аллаха» означают «по причине Его запрета, Всевышнего». Было сказано также: «хурма» — это «истина», то есть «запретен по истине, которая препятствует его дозволению».
(«Не срубают его колючий кустарник») — глагол в страдательном залоге, то есть «не отсекают». А в хадисе Абу Шурайха: «и не рубят там дерево». Ибн аль-Джаузи сказал: знатоки хадиса говорят «юАдаду» с даммой над «дад», а Ибн аль-Хашшаб сказал нам: это с кясрой над ней, а «миАдад» с кясрой в начале — орудие, которым рубят. Аль-Халиль сказал: «миАдад» — это меч, который используют для рубки деревьев. Ат-Табари сказал: изначально это от «Адада ар-раджуль» — «поразил его вредом в его плечо (Адуд)». А в риваяте Умара ибн Шаббы встречается вариант «ля юхдад» с точечным «ха» вместо «айн», что возвращается к тому же смыслу, ибо изначальное значение «хадд» — это «переломить», и оно используется в значении «отрубить».
(«И не спугивают его дичь») — с даммой в начале и удвоенной, огласованной фатхой «фа», в страдательном залоге, то есть «не кричат на неё, чтобы она разбежалась». Суфьян ибн Уяйна сказал: смысл в том, что если [дичь] находится в тени дерева, её не спугивают, чтобы вынудить уйти с этого места, а [хозяин] мог бы сесть там и укрыться в тени. Ат-Табари сказал: нет разногласия в том, что если он спугнул её и она осталась цела, на нём нет возмещения (искупления), но он грешит совершением того, что запрещено; если же он погубил её или она погибла из-за того, что он её спугнул, — на нём обязательно возмещение. Ан-Навави сказал: спугивание запрещено, а это — вспугивание с её места; если он её спугнул, он совершил грех, независимо от того, погибла она или нет; если же она погибла во время того, как она бежала, до того как успокоилась, — он несёт ответственность (дамàн), а иначе — нет. Учёные сказали: из этого запрета вытекает по аналогии («первенство») запрещение погубления [дичи] с ещё большим основанием. Конец [цитаты] (2).
Сказал аль-Хафиз: сказано, что «отпугивание дичи» — иносказание, означающее охоту на неё. А сказано также, что это следует понимать буквально. В «Сахихе» аль-Бухари приводится от Халида аль-Хаззаа, от Икримы, который сказал: «Знаешь ли ты, что означает «не отпугивают её дичь»?» — это когда её сгоняют с тени, чтобы занять её место. Сказано, что этим Икрима указал на запрет уничтожения дичи и всех видов причинения ей вреда, обратив внимание на меньшее, чтобы указать на большее. Атаа и Муджахид не согласились с Икримой, сказав: нет ничего дурного в том, чтобы прогонять дичь, если это не приводит к её гибели. Это передал Ибн Абу Шейба. Ибн Абу Шейба также передал через путь аль-Хакама, от одного шейха из жителей Мекки, что на Каабе сидел голубь и испражнился на руку Умара, тогда Умар махнул рукой, и голубь взлетел и опустился на один из домов Мекки, тут появилась змея и съела его, и Умар обязал себя за это овцой в качестве компенсации. Подобное передано и другим путём от Усмана.
(«и не поднимает свою находку») в форме страдательного залога, («лукатата-ху» — «его находку») в винительном падеже как предшествующее прямое дополнение, а подлежащим служит его слово: «кроме того, кто объявит о ней».
«Лукъата» — вещь, которую поднимают (находят); она произносится с «лам» под даммой и «каф» под фатхой согласно общеизвестному произношению у знатоков языка и у мухаддисов. Аяд сказал: недопустимо иное произношение. Аз-Замахшари в «аль-Фаик» сказал: «лукъата» произносится с «каф» под фатхой, а простонародье произносит её с сукуном. Так он сказал. А аль-Халиль категорично утверждал, что она произносится с сукуном, говоря: а с фатхой — это форма «поднимающий». Аль-Азхари сказал: то, что сказал аль-Халиль, — это то, чего требует правило аналогии (кыяс), однако то, что услышано от арабов и на чём единодушны знатоки языка и хадиса, — это произношение с фатхой. Ибн Барри сказал: огласовка фатхой формы, обозначающей объект действия, редка, что подтверждает, что сказанное аль-Халилем соответствует правилу аналогии. Есть также два других варианта произношения: «лукаата» с даммой над «лам», и «лакъта» с фатхой над ним. Все четыре варианта объединил Ибн Малик в стихах, где он сказал:
«Лукаата, и лакъта, и лукъата,
и лукъта — то, что поднявший поднял».
Некоторые из более поздних учёных объяснили фатху над «каф» в форме, обозначающей найденную вещь, тем, что это для усиления значения, — по причине смысла, которым эта вещь особо отмечена, а именно тем, что каждый, кто её видит, склоняется к тому, чтобы взять её, и поэтому она была названа именем действующего лица по этой причине. Так сказано в «Фатхе».
(«кроме того, кто объявит о ней») с усилением буквы «ра», от «ат-та‘риф» (объявление): то есть кроме того, кто хочет объявить о ней и обнародовать это, а затем хранит её для её владельца и не присваивает себе, в отличие от находки за пределами харама, ибо там её поднимают, чтобы распоряжаться ею после объявления в течение года.
Ас-Синди (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) сказал: сказано, что смысл — «кроме того, кто объявляет о ней постоянно», чтобы через это возникла разница между харамом и не-харамом, иначе не имело бы смысла упоминать это здесь, в месте изложения особых постановлений, установленных для харама в силу его священности. А тот, кто не считает объявление обязательным постоянно, полагает, что это уточнение подобно уточнению ихрама запретом на нечестие в словах Всевышнего: «А кто обязал себя в них совершением хаджа, то нет ни близости, ни нечестия, ни споров во время хаджа» [аль-Бакара, 197], хотя запрет является общим.
Итог этого — усиление внимания к делу ихрама и разъяснение, что уклонение от нечестия во время ихрама более строго обязательно, и подобным же образом уточнение здесь — для усиления внимания к делу харама, и что объявление о его находке более настойчиво обязательно.
В «Фатхе» сказано: смысл в том, что находка в нём не дозволена никому, кроме того, кто хочет только объявить о ней; а что касается того, кто хочет объявить о ней, а затем присвоить её себе, то это не дозволено.
(«и не срезают его травы») в форме страдательного залога. То есть не срезают и не режут его свежие растения. «Аль-хала» с буквой «ха» с точкой и кратким гласным (передана также огласовка с долготой) — свежее нежное растение, пока оно свежее; когда же оно высыхает, то называется «хашиш». «Ихтиляу-ху» — его срезание. Так сказал Ибн аль-Асир. Аль-Файюми сказал: «аль-хала» с краткостью — свежее растение, единственное число — «халат», подобно «хаса» и «хасат». В «аль-Кифая» сказано: «аль-хала» — свежая трава, то есть то, что было зелёным из растительности, а «хашиш» — то, что высохло. «Ихталяйту аль-халаа ихтиляа» — я срезал его, а «халайту-ху халйан» — по образцу «рама», подобно этому; действующее лицо — «мухталин» и «халин». В хадисе: «не срезают его травы», то есть не режут её. Конец.
(«сказал аль-Аббас») ибн Абд аль-Мутталиб, дядя посланника Аллаха ﷺ. В грядущем риваяте (120/2893) добавлено: «а он был человеком опытным» («мужаррибан») («о посланник Аллаха, кроме аль-изхира») — здесь допустимо и именительный, и винительный падеж. Именительный — по бадалю (замене) от предшествующего, а винительный — потому что это исключение, наступившее после отрицания. Ибн Малик сказал: предпочтительнее винительный падеж, поскольку исключение здесь отстранено от исключаемого-из-целого, отдалившись от соответствия по бадалю, а также поскольку исключение возникло в конце речи и не было изначально задуманным. В грядущем риваяте (120/2893) добавлено: «ибо он [нужен] для наших домов и наших могил».
«Аль-изхир» — с кясрой над «алиф» и «ха» с точкой, между ними стоящая с сукуном «заль» с точкой: известное растение с приятным запахом, у него корень, уходящий в землю, то есть проникающий в неё, и тонкие стебли; растёт на равнине и в жёсткой земле. На западе есть его разновидность, как сказал Ибн аль-Байтар. Он сказал: то, что растёт в Мекке, — лучшего качества, и жители Мекки покрывают им дома между брёвнами, то есть кладут его под глину и над деревом, чтобы заделать промежутки, и глина не осыпалась бы; так же они кладут его в могилы, то есть заделывают им промежутки между кирпичами в могилах. Они также использовали его вместо тростника для разжигания огня, и потому аль-Аббас сказал: «ибо он для их кузнецов». «Аль-каййн» с фатхой над «каф», сукуном над «я», после которого «нун» — кузнец,
и его потребность в нём — то, что он разжигает им огонь. Ат-Табари сказал: «каййн» у арабов — всякий обладатель ремесла, который сам его выполняет. В одном из риваятов аль-Бухари в «аль-Магази» встречается: «ибо без него нельзя обойтись кузнецу и домам», а в другом его риваяте: «ибо он для наших ювелиров и наших могил». В прерванном риваяте Муджахида у Умара ибн Шаббы встречается объединение всех трёх [значений], и там же встречается: «Тогда сказал аль-Аббас: о посланник Аллаха, жители Мекки не могут обойтись без аль-изхира — для их кузнецов и их домов».
Это указывает на то, что исключение в хадисе главы не имелось в виду аль-Аббасом как его собственное исключение, а он хотел, чтобы пророк ﷺ подсказал ему это исключение [сам произвёл его]. Так сообщается в «Фатхе».
(«и упомянул слово») то есть пророк ﷺ упомянул слово, которое передатчик не запомнил, а запомнил лишь его смысл, как разъяснено его словами («смысл которого») то есть смысл того слова — это подлежащее, сказуемым которого является его слово («кроме аль-изхира»). Итог: передатчик усомнился в точной формулировке исключения в речи пророка ﷺ, при том что он запомнил формулировку [слов] аль-Аббаса; поэтому он разъяснил, что запомнил смысл, а не буквальную формулировку, а именно: «кроме аль-изхира». И это — исключение части из целого, поскольку аль-изхир входит в общее понятие того, что срезается.
Сказал аль-Хафиз (да будет милостив к нему Всевышний Аллах): разошлись во мнениях о том, было ли его слово ﷺ «кроме аль-изхира» результатом иджтихада или откровением? Сказано также: как будто Всевышний Аллах предоставил ему решение в этом вопросе абсолютно. А сказано: ему было заранее ниспослано откровение, что если кто-нибудь попросит исключить что-либо из этого, то он должен удовлетворить его просьбу.
Ат-Табари сказал: аль-Аббасу было допустимо исключить аль-изхир, потому что у него могло возникнуть предположение, что под запретом Мекки подразумевается запрет на военные действия, а не то, что было упомянуто о запрете срезания растений, ибо это относится к запрету, установленному самим Посланником по его собственному иджтихаду, и поэтому ему было допустимо попросить его исключить аль-изхир. Это построено на предположении, что у Посланника ﷺ был собственный иджтихад в постановлениях. Но то, что он сказал, не является обязательным; более того, в его ﷺ одобрении просьбы аль-Аббаса содержится довод в пользу допустимости частичной специализации общего [постановления].
Ибн Батталь передал от аль-Мухалляба, что исключение здесь было по причине необходимости, подобно дозволению есть мертвечину при необходимости, и аль-Аббас разъяснил это тем, что жители Мекки не могут обойтись без аль-изхира.
Ибн аль-Мунайир возразил ему тем, что то, что дозволяется по необходимости, обусловлено наличием этой необходимости в отношении данного лица; если бы аль-изхир был подобен мертвечине, то его использование было бы запрещено кроме как тому, чья необходимость в нём подтверждена, а между тем есть единодушное мнение о том, что он дозволен абсолютно, без условия необходимости. Конец.
Сказал аль-Хафиз: возможно, что аль-Мухалляб имел в виду, что изначальное дозволение его [использования] было по причине необходимости, и это была её причина, а не то, что он имел в виду, что оно обусловлено ею.
Сказал составитель (да простит его Аллах Всевышний): в этом ответе, который Хафиз дал за аль-Мухаллаба, есть сомнение, поскольку явный смысл его сравнения с поеданием мертвечины при необходимости противоречит этому. Вдумайся. И Аллах Всевышний знает лучше.
Ибн аль-Мунайир (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: истина в том, что вопрос аль-Аббаса был в смысле смиренной просьбы, а разрешение Пророка ﷺ было доведением от Аллаха Всевышнего — либо путём внушения, либо путём откровения, и кто утверждает, что ниспослание откровения требует длительного времени, тот заблуждается. Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и место прибежища, и у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Вопрос первый): о его степени:
Этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний) — согласованный (передан аль-Бухари и Муслимом).
(Вопрос второй): о разъяснении мест, где составитель упоминает его, и о том, кто передал его вместе с ним:
Он привёл его здесь — 110/2875, 111/2876, 120/2893, — и в «Большой книге» — 110/3857, 111/3858, 120/3875. Также его привёл аль-Бухари в «Похоронах» 1349, в «Хадже» 1587, 1833, 1834, в «Торговых сделках» 2090, в «Джихаде» 2783, 2825, 3077, в «Джизье и договорах» 3189, в «Военных походах» 4313; Муслим в «Хадже» 1353 и в «Правлении» 1353; Абу Дауд в «Обрядах» 2017 и в «Джихаде» 2480; ат-Тирмизи в «Военных походах» 1590; Ибн Маджах в «Джихаде» 2773; Ахмад в «Своде преданий бану Хашим» 2279, 2349, 2891, 2916, 3243; ад-Дарими в «Военных походах» 2512. И Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его пользах:
Из них — то, ради чего составитель (да помилует его Аллах Всевышний) дал заголовок главы, а именно разъяснение неприкосновенности Мекки, да хранит её Аллах Всевышний.
Из них — запрет срубать деревья и колючие растения запретной территории (харама). Аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: правоведы ограничили запрет на срубание деревьями, которые вырастил Аллах Всевышний без человеческого вмешательства. А что касается того, что растёт благодаря обработке человеком, то относительно этого есть разногласие: большинство считает это допустимым, а аш-Шафии сказал, что во всех случаях полагается возмещение (джаза), и это мнение предпочёл Ибн Кудама. Разошлись также относительно возмещения за срубленное из первого вида: Малик сказал, что возмещения за это нет, но срубивший впадает в грех. Атаа сказал: он просит прощения. Абу Ханифа сказал: с него берётся жертвенное животное по стоимости. Аш-Шафии сказал: за большое дерево — корова, а за то, что меньше, — овца. Ат-Табари привёл аргумент через аналогию с возмещением за охотничью добычу. Ибн аль-Кассар возразил ему, что тогда следовало бы обязать возмещением находящегося в состоянии ихрама, если он срубит что-то из деревьев дозволенной территории (хилл), а никто такого не говорит. Ибн аль-Араби сказал: единогласны в запрете срубания деревьев запретной территории, кроме того, что аш-Шафии разрешил срезать зубочистку (сивак) из веток дерева. Так передал от него Абу Саур, и он также разрешил брать листья и плоды, если это не причиняет дереву вреда и не губит его, и так же сказали Атаа, Муджахид и другие, и они разрешили срубать колючки, поскольку они по своей природе причиняют вред, подобно вредным животным (фавасик), а большинство запретило это на основании данного хадиса, и это подтвердил достоверным аль-Мутавалли из числа шафиитов, и они ответили, что упомянутая аналогия противоречит прямому тексту, поэтому она не принимается во внимание, и даже если бы не было прямого текста о запрете колючек, то в запрете срубания деревьев уже содержалось бы указание на запрет срубания колючек, поскольку большинство деревьев запретной территории именно таковы, а также в силу наличия различия, ибо упомянутые вредные животные направлены на причинение вреда намеренно, в отличие от растений. Ибн Кудама сказал: нет вреда в использовании того, что отломилось от веток и отделилось от дерева без человеческого вмешательства, и того, что опадает из листьев — это установлено от Ахмада, и мы не знаем разногласия в этом.
Из них — то, что этим хадисом обосновывается положение о том, что находку (лукта) в Мекке не берут для присвоения, а только для розыска её владельца, и это мнение большинства, и особенность Мекки в этом отношении, по их мнению, заключается в возможности доставить находку её владельцу; ибо если она принадлежит мекканцу, то это очевидно, а если она принадлежит человеку из отдалённых краёв, то редко бывает край, откуда не приходили бы люди в Мекку, так что если нашедший объявляет о находке каждый год, то становится легко узнать её владельца. Так сказал Ибн Баттал. А большинство маликитов и некоторые шафииты сказали: она подобна находкам в других городах, и особенность Мекки заключается лишь в усиленном оповещении, поскольку паломник возвращается в свою страну и может не вернуться, поэтому нашедшему в Мекке нужно усилить оповещение.
Из них — то, что некоторые обосновывали этим хадисом обязательность ихрама для входящего в запретную территорию. Аль-Куртуби сказал: смысл его слов «сделал её запретной Аллах» таков, что запрещено входить в неё тому, кто не в состоянии ихрама, до тех пор пока он не войдёт в ихрам, и это подобно словам Всевышнего: «Запрещены вам ваши матери» [ан-Ниса: 23], то есть вступать с ними в половую связь, и словам: «Запрещена вам мертвечина» [аль-Маида: 3], то есть её поедание, — известное употребление указывает на определение опущенного. Он сказал: и на верность этого смысла указывает извинение Пророка ﷺ за то, что он вошёл в Мекку не в состоянии ихрама, сражаясь, словами: «Она не была дозволена мне, кроме как на один час дня», — и далее хадис.
Сказал составитель (да простит его Аллах Всевышний): это обоснование сомнительно, и разъяснение этого вопроса уже приводилось ранее, и истина в том, что ихрам не обязателен, кроме как для того, кто желает совершить хадж или умру, так что пусть вернутся к тому, что было сказано ранее в 107/2867. И Аллах Всевышний знает лучше.
Из них — то, что этим хадисом обосновывается запрет срубания травы запретной территории, и относительно выпаса скота на ней есть разногласие: Малик и куфийцы, а также это мнение выбрал ат-Табари, сказали, что это хуже, чем срубание травы. А аш-Шафии сказал: нет вреда в выпасе скота для пользы животных, и это практика людей, в отличие от срубания травы, которое именно запрещено, и запрет не распространяется на что-либо иное.