Муснад Ахмада · Хадис Салмана аль-Фарси
Хадис № 23737
حَدَّثَنَا يَعْقُوبُ، حَدَّثَنَا أَبِي، عَنِ ابْنِ إِسْحَاقَ، حَدَّثَنِي عَاصِمُ بْنُ عُمَرَ بْنِ قَتَادَةَ الْأَنْصَارِيُّ، عَنْ مَحْمُودِ بْنِ لَبِيدٍ، عَنْ عَبْدِ اللهِ بْنِ عَبَّاسٍ، قَالَ: حَدَّثَنِي سَلْمَانُ الْفَارِسِيُّ حَدِيثَهُ مِنْ فِيهِ، قَالَ: كُنْتُ رَجُلًا فَارِسِيًّا مِنْ أَهْلِ أَصْبَهَانَ مِنْ أَهْلِ قَرْيَةٍ مِنْهَا يُقَالُ لَهَا جَيٌّ، وَكَانَ أَبِي دِهْقَانَ قَرْيَتِهِ، وَكُنْتُ أَحَبَّ خَلْقِ اللهِ إِلَيْهِ، فَلَمْ يَزَلْ بِهِ حُبُّهُ إِيَّايَ حَتَّى حَبَسَنِي فِي بَيْتِهِ كَمَا تُحْبَسُ الْجَارِيَةُ، واَجْتهَدْتُ فِي الْمَجُوسِيَّةِ حَتَّى كُنْتُ قَطَنَ النَّارِ الَّذِي يُوقِدُهَا لَا يَتْرُكُهَا تَخْبُو سَاعَةً، قَالَ: وَكَانَتْ لِأَبِي ضَيْعَةٌ عَظِيمَةٌ، قَالَ: فَشُغِلَ فِي بُنْيَانٍ لَهُ يَوْمًا، فَقَالَ لِي: يَا بُنَيَّ، إِنِّي قَدْ شُغِلْتُ فِي بُنْيَانٍ هَذَا الْيَوْمَ عَنْ ضَيْعَتِي، فَاذْهَبْ فَاطَّلِعْهَا، وَأَمَرَنِي فِيهَا بِبَعْضِ مَا يُرِيدُ، فَخَرَجْتُ أُرِيدُ ضَيْعَتَهُ، فَمَرَرْتُ بِكَنِيسَةٍ مِنْ كَنَائِسِ النَّصَارَى، فَسَمِعْتُ أَصْوَاتَهُمْ فِيهَا وَهُمْ يُصَلُّونَ، وَكُنْتُ لَا أَدْرِي مَا أَمْرُ النَّاسِ لِحَبْسِ أَبِي إِيَّايَ فِي بَيْتِهِ، فَلَمَّا مَرَرْتُ بِهِمْ، وَسَمِعْتُ أَصْوَاتَهُمْ، دَخَلْتُ عَلَيْهِمْ أَنْظُرُ مَا يَصْنَعُونَ، قَالَ: فَلَمَّا رَأَيْتُهُمْ أَعْجَبَنِي صَلَاتُهُمْ، وَرَغِبْتُ فِي أَمْرِهِمْ، وَقُلْتُ: هَذَا وَاللهِ خَيْرٌ مِنَ الدِّينِ الَّذِي نَحْنُ عَلَيْهِ، فَوَاللهِ مَا تَرَكْتُهُمْ حَتَّى غَرَبَتِ الشَّمْسُ، وَتَرَكْتُ ضَيْعَةَ أَبِي وَلَمْ آتِهَا، فَقُلْتُ لَهُمْ: أَيْنَ أَصْلُ هَذَا الدِّينِ؟
- Шуайб аль-Арнаут:его иснад хасан (хороший)إسناده حسنمسند أحمد تخريج شعيب الأرنؤوط ج39 ص140
Нам передал Якуб, нам передал мой отец, от Ибн Исхака, мне передал Асим ибн Умар ибн Катада аль-Ансари, от Махмуда ибн Лабида, от Абдуллаха ибн Аббаса, который сказал: мне передал Салман аль-Фариси свой рассказ из своих собственных уст. Он сказал: «Я был персом из жителей Исфахана, из селения, которое называется Джай. Мой отец был дихканом (старостой) своего селения, и я был самым любимым для него из всех творений Аллаха. Его любовь ко мне была такой сильной, что он держал меня в своём доме, как держат девушку. Я усердствовал в маджусизме (зороастризме), так что стал хранителем огня, который разжигал и не давал ему угаснуть ни на час. У моего отца было огромное поместье. Однажды он был занят своей постройкой и сказал мне: «Сын мой, сегодня я занят постройкой и не могу заняться своим поместьем. Пойди и присмотри за ним», — и поручил мне кое-что там сделать. Я вышел, направляясь к его поместью, и прошёл мимо одной из церквей христиан. Я услышал их голоса — они молились. Я не знал, что делают люди, потому что отец держал меня заперто в доме. Когда я прошёл мимо них и услышал их голоса, я вошёл к ним посмотреть, что они делают. Когда я увидел их, мне понравилась их молитва, и я почувствовал склонность к их делу. Я сказал: «Клянусь Аллахом, это лучше той религии, которой мы придерживаемся!» Клянусь Аллахом, я не покинул их, пока не зашло солнце, и я оставил поместье своего отца, не дойдя до него. Я спросил их: «Где источник этой религии?»»