- الشَّهْرَ
- (شَهَرَ) — (шахара)
В хадисе: «Поститесь в течение месяца (الشَّهْرَ) и его тайну (سِرَّهُ)». Аш-шахр (الشَّهْرُ) — это новый месяц (полумесяц), названный так за свою известность (شُهْرَة) и видимость. Он имел в виду: «Поститесь в начале месяца и в конце его». А сказано: его тайна — это его середина.
Отсюда же и хадис: «Месяц — двадцать девять (дней)», а в другой версии: «Поистине, месяц…», то есть польза наблюдения за новым месяцем в ночь на двадцать девятое — это чтобы узнать о неполноте предыдущего месяца. А если под этим подразумевается сам месяц, то определённый артикль (лям) здесь указывает на конкретность.
В нём же: его спросили, какой пост лучше после месяца Рамадан, и он сказал: «Месяц Аллаха аль-Мухаррам». Он приписал месяц Аллаху для его возвеличивания и почитания, подобно их выражениям: «Дом Аллаха» и «Род Аллаха» о курайшитах.
В нём же: «Два месяца праздника не бывают неполными», имея в виду месяц Рамадан и Зу-ль-Хиджжа: то есть если их число в подсчёте окажется неполным, то по своему статусу они (всё равно считаются) полными, чтобы его община не оказалась в затруднении, если постилась двадцать девять дней, или их хадж по ошибке пришёлся на девятое или десятое число — тогда не будет на них возмещения, и в их обрядах не окажется недостатка. Об этом сказано и иное, но это (толкование) более вероятно.
В нём же: «Кто наденет одежду известности (ثَوْبَ شُهْرَةٍ), того Аллах облачит в одежду позора в День воскресения». Аш-шухра (الشُّهْرَةُ) — это появление чего-либо в позорном виде, так что люди делают это известным (يَشْهَرُهُ).
Отсюда же и хадис Аиши: «Мой отец вышел, обнажив (شَاهِرًا) свой меч, верхом на своей верблюдице», имея в виду день отступничества (от ислама), то есть вынув его из ножен.
Отсюда же и хадис Ибн аз-Зубайра: «Кто обнажит (شَهَرَ) свой меч, а затем нанесёт удар, кровь его дозволена», то есть кто вынул его из ножен для сражения, а под «нанесёт удар» он имел в виду ударить им.
В стихах Абу Талиба: «Клянусь я воющими каждый день, и тем, что читают толкователи месяцев (الشُّهُورُ)», то есть учёные, единственное число от них — «шахр» (شَهْرٌ). Так сказал аль-Харави.
- الْغَدَاءِ
- (غَدَا) в хадисе о предрассветной трапезе (сухур): «Он сказал: «Идите же к благословенному завтраку (гада)»». Аль-гада — это пища, которую едят в начале дня; и сухур был назван «гада», потому что для постящегося он занимает такое же положение, какое завтрак занимает для не постящегося.
Отсюда же и хадис Ибн ‘Аббаса: «Я завтракал (атагадда) у ‘Умара ибн аль-Хаттаба в рамадан», то есть: совершал сухур.
И в нём: «Утренний выход (гадва) или вечерний выход (равха) на пути Аллаха». Аль-гадва — единичное действие от аль-гудувв, то есть передвижение в начале дня, противоположность вечернему передвижению (равах). Говорят: «гада — йагду — гудувван». А аль-гудва (с даммой) — это время между утренней молитвой и восходом солнца. Это слово повторяется в хадисах как имя, как глагол, как действительное причастие и как отглагольное имя (масдар).
И в нём: сообщается, что Йазид ибн Мурра сказал: «Было запрещено торговать аль-гадавийй». Это всё, что находится в утробах беременных [животных]; люди торговали этим между собой, и им было это запрещено, поскольку в этом — неопределённость (гарар). Некоторые передают это слово с точечным «даль» [то есть «аль-гадавийй» через «зайн»].
И в хадисе о ‘Абд аль-Мутталибе и слоне: «Пусть никогда их крест и их военная сила не одержат верх — завтра (гадван) — над твоей силой». Аль-гадв — это корень слова аль-гад («завтра»), то есть день, который приходит после твоего дня; у него была отброшена конечная буква (лям). В полной форме оно употребляется только в поэзии.
Отсюда же слова Зу ар-Руммы: «Люди — не более чем как жилища и их обитатели: они были обитаемы в день, когда люди в них поселились, а завтра (гадван) — [превратятся] в пустоши».
‘Абд аль-Мутталиб не имел в виду именно завтрашний день, а имел в виду ближайшее время.