И возможно, что они обе обратились к нему с просьбой, а ведь не является обязательным удовлетворять просьбу каждого просящего.
Его слово: («Рассказал нам Абда») — это Ибн Сулейман, а Хишам — это Ибн Урва. В иснаде есть передача табиина от табиина: Хишам от своего отца, и передача сподвижницы от сподвижницы: Зайнаб от своей матери.
Его слово: («на детей Абу Салямы») — то есть Ибн Абд аль-Асада. Он был мужем Умм Салямы до Пророка ﷺ, затем на ней женился Пророк ﷺ. У неё от Абу Салямы были Умар, Мухаммад, Зайнаб и Дурра. В хадисе Умм Салямы нет прямого указания на то, что то, что она тратила на них, было из закята. Поэтому общим достоверным содержанием хадиса является лишь то, что расходование производилось на сирот, а Аллах знает лучше.
Его слово: («тебе награда за то, что ты потратила на них») — большинство передало это в форме идафы (изафетной конструкции), при которой «ма» является союзным словом. Абу Джафар аль-Гарнати, поселившийся в Халебе, допустил танвин в слове «аджр» (награда), при котором «ма» является обстоятельственным (заркиййа). Об этом нам передал шейх Бурхан ад-Дин, мухаддис Халеба.
49 — Глава о слове Всевышнего Аллаха: «...и на [освобождение] рабов, и должникам, и на пути Аллаха...»
Передаётся от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими): он освобождает раба из закята своего имущества и даёт на хадж. Аль-Хасан сказал: если он купит своего отца из закята, это дозволено. И даётся сражающимся на пути Аллаха и тому, кто не совершил хадж, — затем он прочитал: «Воистину, милостыни предназначены для бедных...» (аят) — кому бы ты ни дал из них, это будет засчитано.
И сказал Пророк ﷺ: «Поистине, Халид удержал свои кольчуги на пути Аллаха».
Передаётся от Абу Ляса: «Пророк ﷺ посадил нас на верблюдов закята для хаджа».
1468 — Рассказал нам Абу аль-Яман, сообщил нам Шуайб, рассказал нам Абу аз-Зинад от аль-Аараджа, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланник Аллаха ﷺ приказал собирать закят, и было сказано: «Отказали Ибн Джамиль, Халид ибн аль-Валид и Аббас ибн Абд аль-Мутталиб». Тогда Пророк ﷺ сказал: «Что же порицает Ибн Джамиль, кроме того, что он был бедным, и Аллах и Его Посланник обогатили его? Что же касается Халида, то вы поступаете несправедливо по отношению к Халиду — он удержал свои кольчуги и снаряжение на пути Аллаха. А что касается Аббаса ибн Абд аль-Мутталиба, то он дядя Посланника Аллаха ﷺ, и на нём (лежит обязанность выплатить) закят и подобный ему вместе с ним».
За ним последовал Ибн Аби аз-Зинад от своего отца. А Ибн Исхак передал от Абу аз-Зинада: «Он должен (выплатить) его и подобный ему вместе с ним».
И сказал Ибн Джурайдж: «Мне рассказали от аль-Аараджа подобное этому».
Его слово: («Глава о слове Всевышнего Аллаха: «...и на [освобождение] рабов, и должникам, и на пути Аллаха...»») — аз-Зайн ибн аль-Мунир сказал: аль-Бухари извлёк этот аят из раздела толкования (тафсир), поскольку он был необходим для разъяснения статей расходования закята.
Его слово: («Передаётся от Ибн Аббаса: он освобождает раба из закята своего имущества и даёт на хадж») — это передал Абу Убайд в «Книге имуществ» через путь Хассана ибн Аби аль-Ашраса от Муджахида от него, что он не видел ничего плохого в том, чтобы человек давал из закята своего имущества на хадж и освобождал из него раба. Это привёл он от Абу Муавии от аль-Амаша от него, и привёл от Абу Бакра ибн Аййаша от аль-Амаша от Ибн Аби Наджиха от Муджахида от Ибн Аббаса, который сказал: «Освободи раба из закята своего имущества». Абду ибн Сулейман последовал за Абу Муавией — мы передали это в «Пользах» Яхьи ибн Маина в риваяте Абу Бакра ибн Али аль-Марвази от него, от Абды, от аль-Амаша, от Ибн Аби аль-Ашраса, и в его формулировке: «Он выплачивал свой закят, а затем говорил: снарядите из него на хадж». Аль-Маймуни сказал: «Я спросил Абу Абдуллаха: покупает ли человек рабов из закята своего имущества и освобождает их, и даёт ли путнику? Он ответил: да, Ибн Аббас говорит это, и я не знаю ничего, что бы это опровергало». Аль-Халляль сказал: сообщил нам Ахмад ибн Хашим, сказавший: сказал Ахмад: «Я считал, что можно освобождать раба из закята, затем воздержался от этого, потому что не увидел, что это достоверно установлено». Харб сказал: «Ему привели в довод хадис Ибн Аббаса, и он сказал: он расстроен (мудтариб)». Конец цитаты. Он назвал его расстроенным из-за разногласия в его иснаде относительно аль-Амаша, как ты видишь, и поэтому аль-Бухари не привёл его с уверенностью.
Предшественники разошлись во мнениях относительно толкования слова Всевышнего: «...и на [освобождение] рабов...» Было сказано: имеется в виду покупка раба для его освобождения — это риваят Ибн аль-Касима от Малика, выбор Абу Убайда и Абу Саура, и мнение Исхака, к которому склонился аль-Бухари и Ибн аль-Мунзир. Абу Убайд сказал: «Наивысшее, что пришло по этому поводу, — это слово Ибн Аббаса, а он более достоин следования и более сведущ в толковании». Ибн Вахб передал от Малика, что это (относится) к мукатабу (рабу, заключившему договор о выкупе), и это мнение аш-Шафии, аль-Лейса, куфийцев и большинства учёных, и это предпочёл ат-Табари. Есть и третье мнение: доля рабов делится на две половины — половина для каждого мукатаба, заявляющего об исламе, а на другую половину покупаются рабы из числа тех, кто молится и постится. Это привёл Ибн Аби Хатим и Абу Убайд в «Аль-Амваль» с достоверным иснадом от аз-Зухри, что он написал это Умару ибн Абд аль-Азизу. За первое мнение приводится довод: если бы это относилось исключительно к мукатабу, то он вошёл бы в разряд должников, поскольку он является должником; и что покупка раба для его освобождения предпочтительнее помощи мукатабу, поскольку ему можно помочь, но он всё же не будет освобождён; и что мукатаб остаётся рабом, пока на нём остаётся хоть один дирхем, а закят не даётся рабу; и что покупка возможна в любое время в отличие от заключения договора о выкупе; и что его валаа (право наследования по вольноотпущенничеству) возвращается господину, который забирает деньги, а валаа в противоположном случае — его освобождение совершается немедленно, и его валаа переходит к мусульманам. Это последнее — на пути Малика в этом вопросе. Ахмад и Исхак сказали: валаа возвращается также и при покупке рабов для освобождения. От Малика передаётся: валаа принадлежит освободившему, придерживаясь общего смысла. А Убайдуллах аль-Анбари сказал: он помещается в казну (байт аль-маль).
Что касается «пути Аллаха», то большинство считает, что это выражение относится именно к воину, будь он богатым или бедным. Однако Абу Ханифа сказал: это относится к воину, находящемуся в нужде. От Ахмада и Исхака передаётся, что хадж относится к «пути Аллаха», и уже приводилось предание Ибн Аббаса на этот счёт. Ибн Умар сказал: «Знай, что хадж — это путь Аллаха». Это передал Абу Убайд с достоверным иснадом от него. Ибн аль-Мунзир сказал: «Если подтвердится хадис Абу Ляса» — то есть тот, что приводится далее в этой главе, — «я скажу так же». На это возразили, что возможно, они были бедны и им дали верблюдов именно для этой цели, не передав их им в собственность.
Его слово (и сказал аль-Хасан... и далее) — это достоверно передано от него, начало этого привёл Ибн Абу Шейба через свой путь передачи. Это означает, что он придерживался обоих мнений одновременно: об освобождении раба из закята и о расходовании закята на хадж, — за исключением того, что его прямое указание на покупку отца не поддержали остальные, поскольку отец освобождается автоматически при переходе к сыну, и его вала (право попечительства) не переходит к мусульманам, так что сын возвращает себе пользу и сберегает то, что был бы должен потратить из своего собственного имущества для избавления от позора порабощения своего отца. Его слово «на что бы ты ни дал, это засчитается» — так в оригинале без хамзы, то есть «удовлетворит», — в этом заключается его склонность к тому, что предлог «лям» в словах «для бедных» указывает на способ расходования, а не на передачу в собственность, так что если закят израсходован на одну категорию, этого достаточно.
Его слово (и сказал Пророк ﷺ: «Поистине, Халид...» и далее) — это придёт далее с полным иснадом в этой же главе.
Его слово (и упоминается от Абу Ляса) — с буквой «син» без точек, из племени Хузаа, относительно его имени есть разногласие: одни говорят — Зияд, другие — Абдуллах ибн Анама (с буквами «айн» без точек и «нун», обе с фатхой), есть и другие мнения. У него было общение с Пророком ﷺ и два хадиса, этот — один из них. Его привели с полным иснадом Ахмад, Ибн Хузайма, аль-Хаким и другие через его путь передачи, и в версии Ахмада: «на верблюдах из верблюдов закята, слабых, для хаджа. Мы сказали: «О Посланник Аллаха, мы не считаем, что тебе следовало бы дать в перевозку этих (верблюдов)». Он сказал: «Поистине, переносит Аллах»» — и далее хадис. Передатчики его надёжны, однако в нём присутствует использование «ан» (без явного указания на прямую передачу) Ибн Исхаком, и поэтому Ибн аль-Мунзир сомневался в его достоверности.
Его слово (от аль-Аараджа) — в версии ан-Насаи через путь Али ибн Айяша, от Шуайба, о том, что рассказал ему Абд ар-Рахман аль-Аарадж из того, что он упомянул, что слышал Абу Хурайру, говорящего: сказал Умар — и далее приводится рассказ. Здесь явно указано на прямую передачу в иснаде, и добавлено упоминание об Умаре, тогда как известно, что это относится к муснаду Абу Хурайры, а Умар лишь был упомянут в тексте.
Его слово (Посланник Аллаха ﷺ повелел о садака) — в версии Муслима через путь Варкаа от Абу аз-Зинада: «Послал Посланник Аллаха ﷺ Умара сборщиком закята». Это указывает на то, что речь идёт об обязательном закяте, поскольку на добровольную садаку сборщиков не посылают. Ибн аль-Каттан аль-Малики сказал: «Более подходящим является то, что это была добровольная садака, поскольку нельзя предполагать об этих сподвижниках, что они отказались от обязательного закята». На это возразили, что не все они отказались из отрицания или упорства: что касается Ибн Джамиля, то говорят, что он был лицемером, а затем покаялся после этого, — так передал аль-Мухаллаб. А кади Хусейн в своём «Талике» категорически утверждал, что именно о нём был ниспослан аят: «И среди них те, кто заключил завет с Аллахом...» — конец цитаты. Однако известно, что этот аят был ниспослан о Салябе. Что касается Халида, то он опирался на толкование о том, что то, что он удержал, засчитывается вместо закята, и так же аль-Аббас, исходя из убеждения, о котором будет прямо сказано далее, и поэтому Пророк ﷺ извинил Халида и аль-Аббаса, но не извинил Ибн Джамиля.
Его слово (и было сказано: отказал Ибн Джамиль) — сказавшим это был Умар, как будет далее в хадисе Ибн Аббаса в рассуждении о истории аль-Аббаса. В версии Ибн Абу аз-Зинада у Абу Убайда встречается: «и сказал некто из тех, кто злословит», то есть порочит. Что касается Ибн Джамиля, то я не нашёл его имени в книгах хадисов, однако в «Талике» кади Хусейна аль-Марвази аш-Шафии, а за ним и ар-Руяни, встречается, что его имя было Абдуллах. В комментарии шейха Сирадж ад-Дина ибн аль-Мулаккина встречается, что Ибн Базиза назвал его Хумайдом, но я не нашёл этого в книге Ибн Базизы. В версии Ибн Джурайджа вместо Ибн Джамиля встречается Абу Джахм ибн Хузайфа, и это ошибка, поскольку все сходятся на том, что это Ибн Джамиль, и большинство говорит, что он был ансаром, тогда как Абу Джахм ибн Хузайфа был курайшитом — так что они различны. Некоторые из более поздних учёных упомянули, что Абу Убайд аль-Бакри в своём толковании пословиц упомянул, что его звали Абу Джахм ибн Джамиль.
Его слово (и аль-Аббас) — Ибн Абу аз-Зинад добавил от своего отца у Абу Убайда: «чтобы они отдали садаку, — сказал: — тогда произнёс проповедь Посланник Аллаха ﷺ, и защитил двоих: аль-Аббаса и Халида».
Его слово (что он отвергает) — с касрой над «каф», то есть: что он отрицает или не приемлет. А его слово «и обогатил его Аллах и Его Посланник» — Посланник Аллаха ﷺ упомянул самого себя, поскольку он был причиной его вступления в ислам, и тот стал богатым после своей бедности за счёт того, что даровал Аллах Своему Посланнику и дозволил его общине из военной добычи. И этот стиль речи относится к усилению похвалы посредством того, что похоже на упрёк, потому что если у него не было иного оправдания, кроме упомянутого — что Аллах обогатил его, — то у него вовсе нет оправдания; в этом заключается намёк на неблагодарность за милости и упрёк за плохое деяние в ответ на добро.
Его слово (задержал) — то есть удержал.
Его слово (и снаряжение его) — с даммой над буквой «та», множественное число от «атад» (с двумя фатхами). В версии Муслима встречается «а‘тадаху», что также является множественным числом того же слова. Говорят, что это то, что человек готовит из верховых животных и оружия, а некоторые говорят — именно кони, говорят: «конь атид», то есть крепкий, или подготовленный для верховой езды, или быстрый в прыжке, — разные мнения. Также говорят, что у некоторых передатчиков аль-Бухари встречается «а‘бидаху», с буквой «ба» без точек, множественное число от «раб» — это передал Ияд, но первое чтение является более известным.
Его слово («то она за него [это] милостыня, и подобное ей вместе с ней») — так в риваяте Шуайба, но ни Варка, ни Муса ибн Укба не сказали «садака» (милостыня). Согласно первому риваяту получается, что пророк ﷺ обязал его удвоить свою милостыню, чтобы это было возвышением его положения, привлечением внимания к его упоминанию и удалением от него порицания. Смысл в таком случае: «это твёрдо установленная на нём милостыня, которую он раздаст и добавит к ней подобное ей по щедрости». А риваят Муслима указывает на то, что пророк ﷺ обязался сам выплатить это за него, судя по его словам «то это на мне». В этом есть указание на причину этого — его слова: «поистине, дядя — подобие отца», в порядке предпочтения и почитания его. Также возможно, что он взял это на себя от его имени, откуда можно извлечь пользу, что закят связан с обязательством (зимма), как это один из двух мазхабов аш-Шафии.
Некоторые совместили риваят «на мне» и риваят «на нём» тем, что изначальный риваят — «на мне» (алаййа), а риваят «на нём» (алейхи) подобен ему, только с прибавлением «ха» молчания (ха ас-сакт). Это передал Ибн аль-Джаузи от Ибн Насира. Говорилось также, что смысл его слов «на мне» — «это у меня долг», потому что я взял у него взаймы вперёд закят за два года. Это пришло явно в том, что вывел ат-Тирмизи и другие из хадиса Али, но в его иснаде есть спорность. У ад-Даракутни передано путём Мусы ибн Тальхи, что пророк ﷺ сказал: «Поистине, мы нуждались и взяли вперёд от Аббаса закят его имущества за два года».
Это мурсаль (с обрывом иснада). Ад-Даракутни также передал это версией с непрерывным иснадом, упомянув в нём Тальху, но иснад мурсаля более достоверен. У ад-Даракутни также приведён хадис Ибн Аббаса: пророк ﷺ послал Умара сборщиком закята, и тот пришёл к Аббасу и был с ним резок, после чего сообщил об этом пророку ﷺ, и тот сказал: «Поистине, Аббас уже дал нам вперёд закят своего имущества за этот год и за будущий год». В его иснаде есть слабость. Это также вывели он [ад-Даракутни] и ат-Табарани из хадиса Абу Рафи в подобном виде, и его иснад тоже слаб. А из хадиса Ибн Масуда: пророк ﷺ взял вперёд у Аббаса его закят за два года. В его иснаде — Мухаммад ибн Закван, а он слаб. Если бы это подтвердилось, оно устранило бы затруднение, и тогда изложение риваята Муслима перевесило бы остальные риваяты. В этом также опровержение слов того, кто сказал, что история о взятии вперёд пришла в другое время, отличное от времени, когда был послан Умар для взятия закята. Установление этой истории о взятии вперёд закята Аббаса не является чем-то далёким по рассмотрению с учётом совокупности этих путей передачи, и Аллах знает лучше.
Говорилось также, что смысл в том, что он взял у него взаймы вперёд размер закята за два года, и было велено произвести взаимозачёт этим из того [что причитается]. Это сочли маловероятным тем, что если бы это произошло, то пророк ﷺ известил бы Умара о том, что он не должен требовать с Аббаса, — но это не так уж далеко от истины.
Смысл «на нём» по первому толкованию — то есть «обязательно для него», а не в смысле, что он [пророк] получает это [себе], потому что милостыня для него запретна, поскольку он из бану Хашим. Некоторые же истолковали риваят главы буквально, сказав: это было до запрета милостыни для бану Хашим. Это подкрепляется риваятом Мусы ибн Укбы от Абу аз-Зинада у Ибн Хузаймы, со словами «то это ему» вместо «на нём». Аль-Байхаки сказал: здесь «лям» в значении «аля» (на), чтобы риваяты согласовались, и это предпочтительнее, так как источник один; к этому склонился и Ибн Хиббан. Говорилось также, что смысл — «то это ему», то есть тот размер, который требовалось от него взыскать, потому что я взял на себя обязательство выплатить это за него. Говорилось также, что он отсрочил ему это на тот год до следующего года, так что на нём оказался закят за два года — так сказал Абу Убайд. Говорилось также, что он [Аббас] взял в долг, когда выкупал Акыля и других, и оказался в числе должников (гаримин), поэтому ему стало дозволено брать закят по этому соображению.
Самое отдалённое из всех мнений — мнение того, кто сказал, что это было во время, когда наказание производилось имуществом, и потому пророк ﷺ обязал Аббаса за его уклонение от выплаты закята выплатить вдвое больше положенного, из-за величия его положения и его славы, подобно тому как в словах Всевышнего о жёнах пророка ﷺ: «удвоится ей наказание вдвойне» — этот аят. Об этом уже было сказано в начале рассуждения.
Историей о Халиде обосновывали дозволенность расходования имущества закята на покупку оружия и прочих орудий войны и помощь ими на пути Аллаха, исходя из того, что он ﷺ дозволил Халиду зачесть себе то, что он удержал [из своего имущества на военные нужды], в счёт того, что было на нём обязательным, как было сказано ранее, — это метод аль-Бухари. Большинство же ответили несколькими ответами:
Первый — что смысл в том, что пророк ﷺ не принял сообщение тех, кто сообщил ему об отказе Халида, исходя из того, что тот не заявлял прямо об отказе, а они передали это от него, основываясь на своём понимании. И его слова «вы притесняете его» означают: приписывая ему отказ, тогда как он не отказывает. И как он мог отказать в обязательном, если он добровольно пожертвовал удержанием своего оружия и коней?
Второй — что они посчитали это [оружие и коней] товаром для торговли и потребовали с него закят с их стоимости, а пророк ﷺ известил их, что закята с того, что он удержал [для военных нужд], на нём нет. Это нуждается в отдельной передаче и стало бы доводом для того, кто отменяет закят с удержанного [для собственных нужд] имущества, и для того, кто обязывает его с торговых товаров.
Третий — что он намеревался тем, что вывел из своего владения, [заплатить] закят со своего имущества, поскольку один из разрядов [получателей закята] — путь Аллаха, а это моджахиды. Так говорит тот, кто дозволяет выплату стоимости [вместо натуры] в закяте, как ханафиты, и тот, кто дозволяет опережающую выплату, как шафииты. Уже было приведено ранее обоснование аль-Бухари этим на дозволенность выплаты товаров в закяте.
Историей о Халиде обосновывали дозволенность обращения в вакф животного и оружия, а также то, что вакф допустимо оставлять в руках того, кто его учредил, и дозволенность выплаты закята товарами — о чём уже говорилось выше, — а также распределение закята одному-единственному разряду из восьми. Ибн Дакык аль-Ид возразил против всего этого, сказав, что данная история представляет собой частный случай (وَاقِعَةُ عَيْنٍ), допускающий как упомянутые толкования, так и иные, поэтому опираться на неё как на доказательство чего-либо из перечисленного нельзя. Он сказал: возможно, что удержание Халидом (своего имущества) представляло собой лишь предназначение его для определённой цели и отказ от распоряжения им, и не будет странным, если такое действие назовут «тахбисом» (удержанием), — и тогда опираться на эту историю как на доказательство упомянутых положений не является обязательным.