Его слово: («сказал Амр») — это Ибн Динар. А слова аль-Бухари в конце хадиса: «Слышал Суфьян от Амра» — это слова его шейха Али ибн Абдаллаха. Аль-Хумайди же передал этот хадис в своём «Муснаде» от Суфьяна, сказавшего: «Рассказал нам Амр» — и привёл его текст.
Его слово: («был здесь») — то есть в Мекке. А в риваяте Ибн Абу Умара от Суфьяна у аль-Исмаили: «из жителей Мекки».
Его слово: («звали его Навва̄с») — с фатхой над «нун» и удвоением, по мнению большинства; у аль-Кабиси — с касрой и без удвоения; у аль-Кушмихани — как в первом варианте, но с добавлением «йа» нисба.
Его слово: («от компаньона его») — я не установил его имени.
Его слово: («верблюдов, страдающих хиямом») — в риваяте Ибн Абу Умара: «хийāм», с касрой в начале.
Его слово: («и не узнал тебя») — с сукуном над «айн», от корня «маʻрифа» (знание), по мнению большинства; у аль-Мустамли — с даммой в начале и фатхой с удвоением над «айн», от корня «таʻриф» (извещение, представление).
Его слово: («так забери же их») — с буквой «син» без точки, повелительная форма от «истияк» (гнать, уводить скот); говорящий — Ибн Умар, а обращено это к Навва̄су. В риваяте Ибн Абу Умара: «сказал: забери же их тогда», то есть: если дело обстоит так, как ты говоришь, то верни их себе.
Его слово: («тогда он сказал: оставь их») — говорящий это Ибн Умар. По-видимому, Навва̄с намеревался забрать их обратно, но Ибн Умар удержал его, сказав: «оставь их».
Его слово: («мы удовлетворились решением Посланника Аллаха ﷺ») — то есть: я удовлетворился его решением, поскольку он постановил, что нет заразности и нет дурного предзнаменования. Согласно толкованию, которое избрал Ибн ат-Тин, хадис становится маукуфом (остановленным на сподвижнике) — словами Ибн Абу Умара. А согласно толкованию, которое избрал я, поступил аль-Хумайди в своём своде: он привёл этот путь передачи сразу после хадиса аз-Зухри от Салима и Хамзы, сыновей Абдаллаха ибн Умара, от их отца, возведённого к Пророку: «нет заразности и нет дурного предзнаменования» — как будто он опирался на то, что это один и тот же хадис. В этом хадисе — дозволенность продажи вещи с изъяном, если продавец разъяснил его и покупатель согласился, независимо от того, разъяснил ли продавец это до заключения сделки или после неё; однако если он отложил разъяснение после заключения сделки, то у покупателя устанавливается право выбора (хийар). В нём также — что уважаемый человек сам покупает то, что ему нужно, и остерегается несправедливости по отношению к праведному человеку. Аль-Хумайди привёл в конце хадиса историю, сказав: Навва̄с обычно сидел с Ибн Умаром, и тот его смешил. Однажды он сказал: «Хотел бы я, чтобы гора Абу Кубайс была моей, из золота». Ибн Умар спросил его: «Что бы ты с ним делал?» Он ответил: «Умер бы на нём».
Его слово: («нет заразности») — сказал аль-Хаттаби: я не знаю здесь иного смысла для «заразности», кроме как если предположить, что «хиям» — это болезнь, свойство которой таково, что тот, кто ею поражён, если пасётся вместе с другими верблюдами, передаёт им подобное же. А другой сказал: у этого слова есть явный смысл, а именно: «я удовлетворился этой продажей, несмотря на имеющийся в ней изъян, и не стану обращаться в суд против продавца». Это толкование избрал Ибн ат-Тин и те, кто последовал за ним. Ад-Дауди сказал: смысл его слов «нет заразности» — запрет на посягательство и несправедливость. А Абу Али аль-Хиджри сказал в «Наваадир»: «хиям» — это одна из болезней верблюдов, возникающая от питья застоявшейся воды с обильной тиной; одним из признаков её появления служит то, что верблюд поворачивается лицом к солнцу, куда бы оно ни двигалось, продолжает есть и пить, но тело его убывает, словно тает. Если хозяин хочет удостовериться в этом, ему становится ясно: если он обнаруживает запах, подобный запаху закваски, значит верблюд болен «хиямом», а тот, кто понюхает его мочу или помёт, тоже заражается «хиямом». Конец цитаты. Этим проясняется смысл, который остался скрытым для аль-Хаттаби и который он высказал лишь как предположение; этим же проясняется правомерность соединения аль-Бухари «паршивого» (аджраб) с «хиям», поскольку они сходятся в притязании на заразность. Это подкрепляется и тем, что согласно этому толкованию хадис приобретает статус возведённого (марфу'), а слова Ибн Умара «нет заразности» становятся разъяснением того решения, которое он вынес.
37 — глава о продаже оружия во время смуты и в иных случаях. Имран ибн Хусайн порицал его продажу во время смуты.
2100 — рассказал нам Абдаллах ибн Масляма от Малика, от Яхьи ибн Саида, от Умара ибн Касира ибн Афляха, от Абу Мухаммада, вольноотпущенника Абу Катады, от Абу Катады (да будет доволен им Аллах), который сказал: мы вышли с Посланником Аллаха ﷺ в год Хунайна, и я продал кольчугу и купил на вырученные деньги финиковую пальмовую рощу у бану Салима; и это было первым имуществом, которое я нажил в исламе.
[Хадис 2100 — его отрывки встречаются также в: 3142, 4321, 4322, 7170]