Представляется затруднительным то, что произошло в этой сделке в виде чередования [условий], где он сказал: «если Умар будет удовлетворён, то продажа за него, а если не будет удовлетворён, то Сафвану — четыреста». Ибн аль-Мунир объяснил это тем, что ответственность за цену проданного лежит на покупателе, даже если он упомянул, что покупает для другого, поскольку именно он является непосредственным исполнителем сделки. Конец цитаты.
Как будто он остановился на внешнем смысле обусловленного выражения и не увидел его полного контекста, поэтому предположил, что четыреста — это и есть цена, за которую купил Нафи‘, но это не так: цена составляла четыре тысячи, а Нафи‘ был наместником Умара в Мекке, и поэтому он оговорил право выбора для Умара после того, как заключил сделку от его имени, как об этом ясно сказали все те, кого я упомянул как передавших это в непрерывном иснаде. А что касается того, что Нафи‘ оговорил Сафвану четыреста, если Умар не будет удовлетворён, то возможно, что он сделал это в качестве компенсации за пользование тем домом до того момента, когда придёт ответ от Умара. Умар ибн Шабба привёл в «Книге о Мекке» от Мухаммада ибн Йахьи Абу Гассана аль-Кинани, от Хишама ибн Сулеймана, от Ибн Джурайджа, что Нафи‘ ибн Абд аль-Харис аль-Хузаи был наместником Умара в Мекке и купил дом для тюрьмы у Сафвана, и далее привёл нечто подобное, но сказал вместо «четырёхсот» — «пятьсот», и добавил в конце, что это тот самый дом, который называют «тюрьма Арима» (с двумя неточечными буквами).
Его слово: («и заключил в тюрьму Ибн аз-Зубайр в Мекке») — это передано в непрерывном иснаде Халифой ибн Хайятом в его «Истории», Абу аль-Фараджем аль-Асбахани в «Аль-Агани» и другими различными путями, в том числе то, что передал аль-Факихи через Амра ибн Динара от аль-Хасана ибн Мухаммада, то есть Ибн аль-Ханафии, который сказал: «Ибн аз-Зубайр схватил меня и заключил в доме ан-Надва в тюрьме Арима, и я вырвался от него и продолжал перебираться через горы, пока не упал к своему отцу в Мина». Об этом сказал Кусайр Азза, обращаясь к Ибн аз-Зубайру:
«Ты сообщаешь всем встречным, что ты подвижник, — но подвижник тот, кто угнетён в тюрьме Арима».
Аль-Факихи упомянул, что она называлась «тюрьма Арима», потому что Арим был вольноотпущенником Мусаба ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, и тот разгневался на него, построил для него [помещение] размером в один локоть на один локоть, затем заложил над ним постройку, скрыв его в ней, так что он умер, и это место было названо «тюрьма Арима». Аль-Факихи сказал: «Эта тюрьма находилась в задней части дома ан-Надва». А Умар ибн Шабба упомянул, что причиной гнева Мусаба на Арима было то, что Арим был приближённым Амра ибн Саида ибн аль-Аса, и когда Амр по приказу Йазида ибн Муавии снарядил войско против Ибн аз-Зубайра в Мекке, с ним отправился Амр ибн аз-Зубайр, — а он враждовал со своим братом Абдуллахом, — и Арим вышел с этим войском, и Мусаб захватил его и сделал с ним то, что сделал.
Затем составитель привёл отрывок из хадиса Абу Хурайры о истории Сумамы, о котором уже говорилось в предыдущей главе.
9 — глава о преследовании [должника]
2424 — Рассказал нам Йахья ибн Букайр: рассказал нам аль-Лейс от Джафара ибн Раби‘а, — а другой сказал: рассказал мне аль-Лейс, сказал: рассказал мне Джафар ибн Раби‘а, — от Абдуллаха ибн Хурмуза, от Абдуллаха ибн Каба ибн Малика аль-Ансари, от Каба ибн Малика (да будет доволен им Аллах), что у него был долг за Абдуллахом ибн Абу Хадрадом аль-Аслами, и он встретил его и стал его преследовать, и они разговаривали, пока их голоса не повысились, и мимо них прошёл Пророк ﷺ и сказал: «О Каб!» — и указал рукой, как бы говоря: «половину», — и тот взял половину того, что было на нём [долга], и оставил половину.
Его слово: («глава о преследовании») — здесь он привёл хадис Каба ибн Малика о том, что у него был долг за Абдуллахом ибн Абу Хадрадом, и об этом уже говорилось в главе о требовании долга и преследовании [должника] в мечети.