Сахих аль-Бухари · Клятва в доисламский период
Хадис № 3845
حَدَّثَنَا أَبُو مَعْمَرٍ: حَدَّثَنَا عَبْدُ الْوَارِثِ: حَدَّثَنَا قَطَنٌ أَبُو الْهَيْثَمِ: حَدَّثَنَا أَبُو يَزِيدَ الْمَدَنِيُّ، عَنْ عِكْرِمَةَ، عَنِ ابْنِ عَبَّاسٍ ﵄ قَالَ: «إِنَّ أَوَّلَ قَسَامَةٍ كَانَتْ فِي الْجَاهِلِيَّةِ لَفِينَا بَنِي هَاشِمٍ، كَانَ رَجُلٌ مِنْ بَنِي هَاشِمٍ، اسْتَأْجَرَهُ رَجُلٌ مِنْ قُرَيْشٍ مِنْ فَخِذٍ أُخْرَى، فَانْطَلَقَ مَعَهُ فِي إِبِلِهِ، فَمَرَّ رَجُلٌ بِهِ مِنْ بَنِي هَاشِمٍ، قَدِ انْقَطَعَتْ عُرْوَةُ جُوَالِقِهِ، فَقَالَ: أَغِثْنِي بِعِقَالٍ أَشُدُّ بِهِ عُرْوَةَ جُوَالِقِي، لَا تَنْفِرُ الْإِبِلُ، فَأَعْطَاهُ عِقَالًا فَشَدَّ بِهِ عُرْوَةَ جُوَالِقِهِ، فَلَمَّا نَزَلُوا عُقِلَتِ الْإِبِلُ إِلَّا بَعِيرًا وَاحِدًا، فَقَالَ الَّذِي اسْتَأْجَرَهُ: مَا شَأْنُ هَذَا الْبَعِيرِ لَمْ يُعْقَلْ مِنْ بَيْنِ الْإِبِلِ؟ قَالَ: لَيْسَ لَهُ عِقَالٌ، قَالَ: فَأَيْنَ عِقَالُهُ؟ قَالَ: فَحَذَفَهُ بِعَصًا كَانَ فِيهَا أَجَلُهُ، فَمَرَّ بِهِ رَجُلٌ مِنْ أَهْلِ الْيَمَنِ، فَقَالَ: أَتَشْهَدُ الْمَوْسِمَ؟ قَالَ: مَا أَشْهَدُ، وَرُبَّمَا شَهِدْتُهُ، قَالَ: هَلْ أَنْتَ مُبْلِغٌ عَنِّي رِسَالَةً مَرَّةً مِنَ الدَّهْرِ؟ قَالَ: نَعَمْ، قَالَ: فَكُنْتَ إِذَا أَنْتَ شَهِدْتَ الْمَوْسِمَ فَنَادِ: يَا آلَ قُرَيْشٍ، فَإِذَا أَجَابُوكَ فَنَادِ: يَا آلَ بَنِي هَاشِمٍ، فَإِنْ أَجَابُوكَ، فَسَلْ عَنْ أَبِي طَالِبٍ فَأَخْبِرْهُ: أَنَّ فُلَانًا قَتَلَنِي فِي عِقَالٍ، وَمَاتَ الْمُسْتَأْجَرُ، فَلَمَّا قَدِمَ الَّذِي اسْتَأْجَرَهُ، أَتَاهُ أَبُو طَالِبٍ، فَقَالَ: مَا فَعَلَ صَاحِبُنَا؟ قَالَ: مَرِضَ، فَأَحْسَنْتُ الْقِيَامَ عَلَيْهِ، فَوَلِيتُ دَفْنَهُ، قَالَ: قَدْ كَانَ أَهْلَ ذَاكَ مِنْكَ، فَمَكُثَ حِينًا، ثُمَّ إِنَّ الرَّجُلَ الَّذِي أَوْصَى إِلَيْهِ أَنْ يُبْلِغَ عَنْهُ وَافَى الْمَوْسِمَ، فَقَالَ:
يَا آلَ قُرَيْشٍ، قَالُوا: هَذِهِ قُرَيْشٌ، قَالَ: يَا آلَ بَنِي هَاشِمٍ؟ قَالُوا: هَذِهِ بَنُو هَاشِمٍ، قَالَ: أَيْنَ أَبُو طَالِبٍ؟ قَالُوا: هَذَا أَبُو طَالِبٍ، قَالَ: أَمَرَنِي فُلَانٌ أَنْ أُبْلِغَكَ رِسَالَةً، أَنَّ فُلَانًا قَتَلَهُ فِي عِقَالٍ. فَأَتَاهُ أَبُو طَالِبٍ فَقَالَ لَهُ: اخْتَرْ مِنَّا إِحْدَى ثَلَاثٍ: إِنْ شِئْتَ أَنْ تُؤَدِّيَ مِائَةً مِنَ الْإِبِلِ فَإِنَّكَ قَتَلْتَ صَاحِبَنَا، وَإِنْ شِئْتَ حَلَفَ خَمْسُونَ مِنْ قَوْمِكَ أَنَّكَ لَمْ تَقْتُلْهُ، فَإِنْ أَبَيْتَ قَتَلْنَاكَ بِهِ، فَأَتَى قَوْمَهُ فَقَالُوا: نَحْلِفُ، فَأَتَتْهُ امْرَأَةٌ مِنْ بَنِي هَاشِمٍ، كَانَتْ تَحْتَ رَجُلٍ مِنْهُمْ، قَدْ وَلَدَتْ لَهُ، فَقَالَتْ: يَا أَبَا طَالِبٍ، أُحِبُّ أَنْ تُجِيزَ ابْنِي هَذَا بِرَجُلٍ مِنَ الْخَمْسِينَ، وَلَا تَصْبُرْ يَمِينَهُ حَيْثُ تُصْبَِرُ الْأَيْمَانُ، فَفَعَلَ، فَأَتَاهُ رَجُلٌ مِنْهُمْ فَقَالَ: يَا أَبَا طَالِبٍ أَرَدْتَ خَمْسِينَ رَجُلًا أَنْ يَحْلِفُوا مَكَانَ مِائَةٍ مِنَ الْإِبِلِ، يُصِيبُ كُلَّ رَجُلٍ بَعِيرَانِ، هَذَانِ بَعِيرَانِ، فَاقْبَلْهُمَا عَنِّي وَلَا تَصْبُرْ يَمِينِي حَيْثُ تُصْبَرُ الْأَيْمَانُ، فَقَبِلَهُمَا وَجَاءَ ثَمَانِيَةٌ وَأَرْبَعُونَ فَحَلَفُوا، قَالَ ابْنُ عَبَّاسٍ: فَوَالَّذِي نَفْسِي بِيَدِهِ، مَا حَالَ الْحَوْلُ، وَمِنَ الثَّمَانِيَةِ وَأَرْبَعِينَ عَيْنٌ تَطْرِفُ».
- Аль-Бухари:привёл в своём «Сахихе»أورده في صحيحهصحيح البخاري ج5 ص43
«Первый случай присяги на пятидесяти клятвах (касама), который был во времена невежества (джахилийи), произошёл у нас, среди бану Хашим. Один человек из бану Хашим был нанят человеком из курайшитов, из другого рода, и отправился с ним со своими верблюдами. Мимо него прошёл человек из бану Хашим, у которого оторвалась завязка мешка, и сказал: «Помоги мне верёвкой, чтобы я привязал завязку своего мешка, а то верблюды разбегутся». Тот дал ему верёвку, и он привязал ею завязку своего мешка. Когда они остановились на привале, все верблюды были привязаны, кроме одного. Наниматель спросил: «Что с этим верблюдом, почему его не привязали вместе с остальными?» Тот ответил: «У него нет верёвки». Он спросил: «А где его верёвка?» Тогда он ударил его палкой, и этот удар стал причиной его смерти. Мимо него проходил человек из жителей Йемена, и умирающий спросил его: «Будешь ли ты на ярмарке (мавсим)?» Тот ответил: «Обычно не бываю, но иногда случается бывать». Он спросил: «Не мог бы ты передать от меня послание хотя бы раз в жизни?» Тот ответил: «Да». Он сказал: «Если будешь на ярмарке, крикни: 'О род Курайш!' Когда они откликнутся, крикни: 'О род бану Хашим!' Если они откликнутся, спроси об Абу Талибе и сообщи ему, что такой-то убил меня из-за верёвки». Нанятый умер. Когда наниматель вернулся, к нему пришёл Абу Талиб и спросил: «Что случилось с нашим товарищем?» Тот ответил: «Он заболел, и я хорошо ухаживал за ним, а затем сам похоронил его». Абу Талиб сказал: «Ты поступил так, как подобает». Прошло некоторое время, а затем тот человек, которому было поручено передать послание, прибыл на ярмарку и закричал: «О род Курайш!» Ему ответили: «Вот курайшиты». Он крикнул: «О род бану Хашим!» Ему ответили: «Вот бану Хашим». Он спросил: «Где Абу Талиб?» Ему сказали: «Вот Абу Талиб». Он сказал: «Такой-то велел мне передать тебе послание: такой-то убил его из-за верёвки». Абу Талиб пришёл к нему и сказал: «Выбери одно из трёх: если хочешь, заплати сто верблюдов, ведь ты убил нашего товарища; если хочешь, пусть пятьдесят человек из твоего рода поклянутся, что ты не убивал его; а если откажешься, мы убьём тебя за него». Тот человек пошёл к своему роду, и они сказали: «Мы поклянёмся». Тогда к Абу Талибу пришла женщина из бану Хашим, которая была замужем за одним из них и родила ему детей, и сказала: «О Абу Талиб, я хочу, чтобы ты позволил моему сыну заменить одного из пятидесяти клянущихся и не заставлял его приносить клятву там, где приносят такие клятвы». Он согласился. Затем к нему пришёл ещё один человек из них и сказал: «О Абу Талиб, ты хотел, чтобы пятьдесят человек поклялись вместо ста верблюдов, так что на каждого человека приходится по два верблюда. Вот два верблюда — прими их от меня и не заставляй меня приносить клятву там, где приносят такие клятвы». Он принял их. Затем пришли сорок восемь человек и принесли клятву». Ибн Аббас сказал: «Клянусь Тем, в Чьей Руке моя душа, не прошёл и год, как из тех сорока восьми не осталось ни одного, чей глаз ещё моргал (то есть все они умерли)».