Его слово: («и чтобы после этого года многобожник не совершал хадж») — извлечено из слов Всевышнего: «Пусть же они не приближаются к Заповедной мечети после этого их года». Аят прямо указывает на запрет им входить в Заповедную мечеть, даже если они не намеревались совершать хадж, но поскольку хадж — это величайшая цель, им прямо было заявлено о запрете именно на него, из чего следует, что запрет на всё остальное — тем более обоснован. Под «Заповедной мечетью» здесь подразумевается весь Харам целиком.
Что касается того, что приводится в хадисе Джабира, который передали ат-Табари, Исхак в своём «Мусанаде», ан-Насаи и ад-Дарими — оба от него, и который признали достоверным Ибн Хузайма и Ибн Хиббан, по пути Ибн Джурайджа: «Рассказал мне Абдуллах ибн Усман ибн Хусайм от Абу аз-Зубайра от Джабира», что Пророк ﷺ, вернувшись из умры аль-Джиранны, отправил Абу Бакра руководить хаджем. Мы отправились с ним, и когда достигли аль-Арджа, он объявил (совершил таусиб) для утренней молитвы. Тут он услышал рёв верблюдицы Пророка ﷺ, и оказалось, что на ней Али. Абу Бакр спросил его: «Ты назначен эмиром или посланником?» Тот ответил: «Нет, меня послал Посланник Аллаха ﷺ с сурой «Бараа», чтобы я прочёл её людям». Мы прибыли в Мекку, и накануне дня тарвия Абу Бакр встал и произнёс перед людьми проповедь об их обрядах. Когда он закончил, встал Али и прочитал людям суру «Бараа» до конца. Затем то же самое было в день жертвоприношения, затем в день отбытия (ан-нафр). Это можно объединить так, что Али прочитал её полностью в этих трёх местах, а в остальное время он объявлял об упомянутых вещах — что после этого года многобожник не должен совершать хадж и так далее, — и при этом он прибегал к помощи Абу Хурайры и других в этом объявлении.
В хадисе Миксама от Ибн Аббаса у ат-Тирмизи сообщается, что Пророк ﷺ отправил Абу Бакра — далее приводится этот же хадис, — и в нём говорится, что Али встал в дни ташрика и возгласил: «Покровительство Аллаха и покровительство Его Посланника снято с каждого многобожника. «Так странствуйте по земле четыре месяца» — и пусть после этого года ни один многобожник не совершает хадж, и пусть никто нагим не совершает обход вокруг Дома, и не войдёт в Рай никто, кроме верующего». Али возглашал это, и когда у него садился голос, встав, Абу Хурайра возглашал это же.
Ахмад привёл с хорошим иснадом от Анаса, что Пророк ﷺ отправил суру «Бараа» с Абу Бакром, и когда тот достиг Зуль-Хулайфы, [Пророк] сказал: «Её не должен доставлять никто, кроме меня самого или человека из моей семьи», — и отправил её с Али. Ат-Тирмизи сказал: «Хороший, редкий (хасан гариб)».
В хадисе Я‘ля у Ахмада сообщается: когда были ниспосланы десять аятов из суры «Бараа», Пророк ﷺ отправил их с Абу Бакром, чтобы он прочитал их жителям Мекки. Затем он позвал меня и сказал: «Догони Абу Бакра, и где бы ты его ни встретил, возьми у него это писание». Абу Бакр вернулся и спросил: «О Посланник Аллаха, обо мне было что-то ниспослано?» Тот ответил: «Нет, но это никто не должен передать — или же так сказал Джибриль: «Никто не передаст это от тебя, кроме тебя самого или человека из твоих»». Аль-Имад ибн Касир сказал: не подразумевается, что Абу Бакр вернулся сразу же, а подразумевается, что он вернулся из своего хаджа. Я же говорю: нет препятствия понимать это буквально, ввиду близости расстояния. Что касается его слов «десять аятов», то имеется в виду, что первый из них: «Многобожники — нечистота»…
4 — Глава: «Кроме тех многобожников, с которыми вы заключили договор»
4657 — Рассказал мне Исхак, рассказал нам Йакуб ибн Ибрахим, рассказал нам мой отец от Салиха от Ибн Шихаба, что Хумайд ибн Абд ар-Рахман сообщил ему, что Абу Хурайра сообщил ему, что Абу Бакр (да будет доволен им Аллах) отправил его в том хадже, руководить которым его назначил Посланник Аллаха ﷺ перед хаджем прощания, в составе группы, чтобы объявлять людям, что после этого года многобожник не должен совершать хадж и никто не должен обходить Дом нагим. Хумайд говорил: «День жертвоприношения — это день великого хаджа», — на основании хадиса Абу Хурайры.
Его слово: («рассказал мне Исхак») — это Исхак ибн Мансур, как это категорически утверждает аль-Мизи. А Йакуб ибн Ибрахим — то есть ибн Са‘д ибн Ибрахим ибн Абд ар-Рахман ибн Аууф. А Салих — это ибн Кайсан. Этот хадис уже приводился в начале книги о молитве в риваяте Йакуба ибн Ибрахима ибн Са‘да от племянника Ибн Шихаба от его дяди, так что у него есть два пути передачи, и его изложение от племянника Ибн Шихаба совпадает с изложением Укайля.
Что касается риваята Салиха, то в его конце оказалось: «Хумайд говорил: «День жертвоприношения — это день великого хаджа», — на основании хадиса Абу Хурайры». Эту добавку включил (в основной текст) Шуайб от аз-Зухри, как уже было приведено в книге о джизье, и его формулировка от Абу Хурайры: «Абу Бакр отправил меня в числе тех, кто объявлял в день жертвоприношения в Мине: «После этого года многобожник не совершает хадж и никто не обходит Дом нагим». А день великого хаджа — это день жертвоприношения; и было сказано «великий» ввиду слов людей о «малом хадже» [то есть об умре]. И Абу Бакр в тот год объявил людям об этом, так что в год хаджа прощания, в котором совершил хадж Пророк ﷺ, ни один многобожник не совершил хадж» — конец цитаты.
Его слова «а день великого хаджа — это день жертвоприношения» — это слова Хумайда ибн Абд ар-Рахмана, которые он выведен из слов Всевышнего: «И объявление от Аллаха и Его Посланника людям в день великого хаджа», а также из того, что Абу Хурайра возглашал это по приказу Абу Бакра в день жертвоприношения, что указывает на то, что под «днём великого хаджа» подразумевается день жертвоприношения. Изложение риваята Шуайба наводит на мысль, что это было частью того, что возглашал сам Абу Бакр, но это не так, ибо предания от Абу Хурайры единодушно сходятся на том, что возглашал это он сам и те, кто был с ним.
Со стороны Абу Бакра исходило две вещи: запрет многобожникам совершать хадж и запрет обходить [Каабу] обнажённым. А ‘Али также объявлял об этих двух вещах, и он ещё добавлял: «Кто имеет договор — его договор действует до его срока», и «в рай не войдёт никто, кроме мусульманина». Как будто это последнее было своего рода подготовкой к тому, чтобы многобожник не совершал хадж к Дому, а то, что было перед этим, — это то, доведение чего было особо поручено ‘Али. Поэтому учёные сказали: мудрость в отправке ‘Али после Абу Бакра состояла в том, что у арабов было принято, что договор нарушает только тот, кто его заключил, или тот, кто связан с ним родством, из членов его семьи. Поэтому [Пророк ﷺ] поступил с ними согласно их обычаю, и поэтому он сказал: «Пусть от меня доводит только я сам или человек из моей семьи». Ахмад и ан-Насаи передали через путь Мухаррира ибн Абу Хурайры от его отца, который сказал: «Я был с ‘Али, когда Посланник Аллаха ﷺ отправил его в Мекку с сурой «Неотвратимость» («Бараа»), и мы объявляли, что в рай войдёт только душа мусульманская, что никто не должен обходить Дом обнажённым, и что тому, у кого есть договор с Посланником Аллаха ﷺ, отведён срок в четыре месяца, а когда они пройдут, то Аллах и Его Посланник свободны от обязательств перед многобожниками, и что после этого года многобожник не будет совершать хадж. И я объявлял об этом, пока у меня не сел голос».
Его слово («и было сказано «больший» и так далее») — это из хадиса Ибн ‘Умара у Абу Дауда, а основа этого в данном достоверном своде — возведение его слов [к Пророку ﷺ], то есть: «Что это за день?» Они сказали: «Это день жертвоприношения». Он сказал: «Это день большого хаджа». Разошлись во мнениях о том, что имеется в виду под «малым хаджем». Большинство считает, что это ‘умра. Это со связанным иснадом передал Абд ар-Раззак через путь Абдаллаха ибн Шаддада, одного из старших последователей (табиинов),
и с связанным иснадом передал ат-Табари от группы [учёных], среди них ‘Ата и аш-Ша‘би. А от Муджахида [передано]: «Большой хадж — это кыран (совмещение хаджа и умры), а малый — это ифрад (совершение только хаджа)». Было также сказано: день малого хаджа — это день ‘Арафы, а день большого хаджа — это день жертвоприношения, потому что в нём завершаются остальные обряды. От ас-Саури [передано]: дни хаджа называются «день большого хаджа», подобно тому как говорят «день покорения [Мекки]». Ас-Сухайли подтвердил это тем, что ‘Али велел [объявлять] это во все дни. Было также сказано, что причина в том, что люди эпохи невежества стояли в ‘Арафе, а курайшиты стояли в Муздалифе, а когда наступало утро дня жертвоприношения, все вместе стояли в Муздалифе, поэтому этот день назвали «большим» из-за собрания всех в нём. От аль-Хасана [передано]: он был назван так из-за согласия всех религиозных общин в совершении хаджа в этот день. Ат-Табари передал через путь Абу Джухайфы и других, что день большого хаджа — это день ‘Арафы. А через путь Са‘ида ибн Джубайра — что это день жертвоприношения. И он привёл довод, что если девятый день, то есть день ‘Арафы, закончится до стояния [на ‘Арафе], то хадж не будет упущен, в отличие от десятого дня, ибо если ночь закончится до стояния, то [хадж] будет упущен.
В риваяте ат-Тирмизи из хадиса ‘Али, переданного и как возведённый, и как остановленный [на сподвижнике]: «День большого хаджа — это день жертвоприношения», и он отдал предпочтение остановленной версии. Его слово («и объявил Абу Бакр» и так далее) также является отосланным (мурсаль) от слов Хумайда ибн Абд ар-Рахмана, и подразумевается, что Абу Бакр разъяснил им это. Было также сказано: Пророк ﷺ не ограничился доведением через Абу Бакра суры «Бараа» от себя, потому что она содержала похвалу Абу Бакру, и он захотел, чтобы они услышали её не от Абу Бакра. Но это — небрежность того, кто это сказал, к которой его привело предположение, что подразумевалось доведение всей суры «Бараа» целиком. Но дело не так,
как мы уже изложили выше, — ему было велено довести из неё только начальные аяты. Я уже приводил хадис Джабира, где говорится, что ‘Али прочитал её [суру], пока не завершил её целиком, и способ примирения этого [с предыдущим] [уже указан]. Этим также обосновывается то, что хадж Абу Бакра был в месяце зуль-хиджа, в противовес тому, что передано от Муджахида и Икримы ибн Халида, а я уже привёл эту передачу от них обоих в разделе о военных походах. А довод в том, что Абу Хурайра сказал: «Абу Бакр отправил меня в тот хадж в день жертвоприношения», но в этом нет доказательства, потому что слово Муджахида, если оно достоверно, подразумевает под «днём жертвоприношения» утро дня стояния [на ‘Арафе], независимо от того, произошло ли стояние в зуль-каада или в зуль-хиджа.