Я (Ибн Хаджар) говорю: довольство от Аллаха необходимо влечёт за собой милость, и оно является следствием её — а Аллах знает лучше. Остальная часть разбора этого хадиса уже приводилась в главе о достоинствах ансаров.
60 — сура «аль-Мумтахана»
Муджахид сказал: «(Не делай нас искушением)» — то есть: не подвергай нас мучению их руками, дабы они не сказали: «Если бы эти были на истине, их не постигло бы такое». «(Узами неверующих)» — сподвижникам Пророка ﷺ было велено расстаться со своими жёнами, которые оставались неверующими в Мекке.
Его слово: (сура «аль-Мумтахана») — во всех риваятах басмала здесь опущена. Известное произношение этого названия — с фатхой на «ха» (аль-Мумтаḥана), но встречается и с касрой (аль-Мумтаḥина), на чём настаивал ас-Сухайли. Согласно первому чтению, это причастие, описывающее женщину, по поводу которой была ниспослана сура; общеизвестно, что это Умм Кульсум бинт Укба ибн Абу Муайт, хотя говорят также, что это Саида бинт аль-Харис или Умайма бинт Бишр. Первое мнение является опорным, как будет разъяснено в книге о никахе. А кто читает с касрой, тот делает это слово описанием самой суры, подобно тому как суру «Бараа» называют «Разоблачающей».
Его слово: (Муджахид сказал: «Не делай нас искушением для тех, которые не уверовали» — то есть: не подвергай нас мучению их руками… и так далее) — этот риваят передал аль-Фирьяби от Варки, от Ибн Абу Наджиха, от него, слово в слово, с добавлением: «и не наказанием от Тебя», а в конце добавлено: «чтобы их не постигло подобное этому». Так же передал это Абд ибн Хумайд от Шабабы, от Варки, от Ибн Абу Наджиха, от него; и ат-Табари — по другому пути от Варки, от Исы, от Ибн Абу Наджиха таким же образом. Все они сошлись на том, что это остановленное (маукуф) высказывание от Муджахида. Аль-Хаким передал нечто подобное по пути Адама ибн Абу Ияса от Варки, добавив в цепочку Ибн Аббаса, и сказал: «Достоверно по условию Муслима». Но я полагаю, что упоминание Ибн Аббаса здесь — не что иное, как ошибка, поскольку все передатчики от Варки согласны в том, что он там не упоминается. Ат-Табари передал по пути Али ибн Абу Тальхи от Ибн Аббаса, что тот сказал относительно слов «Не делай нас искушением для тех, которые не уверовали»: «Не дай им власти над нами, чтобы они не ввели нас в искушение (фитну)». Это отличается от толкования Муджахида и служит подкреплением тому, что я сказал. Также ат-Табари передал по пути Саида от Катады относительно этих слов: «Не дай им взять верх над нами, чтобы они не ввели нас в искушение, полагая, что они одержали над нами верх по праву». Это похоже на толкование Муджахида.
Его слово: («Узами неверующих» — сподвижникам Пророка ﷺ было велено расстаться со своими жёнами, которые оставались неверующими в Мекке) — этот риваят передал аль-Фирьяби по пути Муджахида, а также ат-Табари по тому же пути, с формулировкой: «Сподвижникам Мухаммада ﷺ было велено развестись со своими жёнами-неверующими, остававшимися в Мекке, которые продолжали сидеть вместе с неверующими». У Саида ибн Мансура передано по пути Ибрахима ан-Нахаи: «Аят был ниспослан о женщине из числа мусульман, которая присоединяется к многобожникам и впадает в неверие: её муж не должен более удерживать её узами брака — он свободен от неё». Конец цитаты. «Кавафир» — множественное число от «кафира» (неверующая), а «исам» — множественное число от «исма» (узы, связь брака). Абу Али аль-Фариси передал: аль-Кархи сказал мне: ««Кавафир» в этом аяте охватывает и мужчин, и женщин». Я ответил ему: «Грамматики не допускают этого иначе, как применительно к женщинам — это множественное от «кафира»». Он сказал: «Разве не говорят «та’ифатун кафира» (неверующая группа)?» Конец цитаты. На это возразили, что слово «кафира» недопустимо как определение к мужчинам иначе, чем с упоминанием определяемого слова (например, «группа»), поэтому верным остаётся первое мнение. А Аллах знает лучше.
1 — глава: «Не берите Моего врага и вашего врага себе в друзья»
4890 — рассказал нам аль-Хумайди: рассказал нам Суфьян: рассказал нам Амр ибн Динар, сказав: рассказал мне аль-Хасан ибн Мухаммад ибн Али, что он слышал, как Убайдуллах ибн Абу Рафи, писец Али, говорил: я слышал, как Али (да будет доволен им Аллах) говорил: «Посланник Аллаха ﷺ отправил меня, аз-Зубайра и аль-Микдада и сказал: «Отправляйтесь, пока не дойдёте до Раудат Хах — там вы найдёте женщину на верблюде (заина), у которой есть письмо; заберите его у неё». Мы отправились, и наши кони мчали нас, пока мы не достигли той рощи, и действительно, там оказалась та женщина. Мы сказали: «Отдай письмо». Она сказала: «При мне нет никакого письма». Мы сказали: «Либо ты отдашь письмо, либо мы сбросим с тебя одежду». Тогда она достала его из своих заплетённых волос. Мы принесли его Пророку ﷺ, и в нём оказалось следующее: от Хатиба ибн Абу Бальтаа к людям из числа многобожников… из числа мекканцев, — он сообщал им о некоторых делах Пророка ﷺ. Пророк ﷺ спросил: «Что это, о Хатиб?» Тот ответил: «Не торопись со мной, о Посланник Аллаха! Я был человеком из курайшитов, но не был из их числа по кровному родству (не принадлежал к их родам напрямую), а те, кто с тобой из мухаджиров, имеют родственные связи, благодаря которым защищают своих родных и имущество в Мекке. Мне же захотелось, раз у меня нет такого родства среди них, оказать им услугу, чтобы они защищали моих родственников. Я сделал это не из неверия и не из отступничества от своей религии». Пророк ﷺ сказал: «Он сказал вам правду». Умар сказал: «Позволь мне, о Посланник Аллаха, отрубить ему голову!» Он ответил: «Он участвовал в битве при Бадре. А откуда ты знаешь? Быть может, Аллах, Могучий и Великий, взглянул на участников Бадра и сказал: ‚Делайте, что хотите, ибо Я уже простил вас‘»».
Амр сказал: «И был ниспослан о нём (аят): «О те, которые уверовали! Не берите Моего врага и вашего врага себе в друзья»». Он сказал: «Не знаю, входил ли этот аят в сам хадис, или это слова Амра».
Рассказал нам Али, сказав: Суфьяна спросили об этом: «По этому поводу был ниспослан аят «Не берите Моего врага и вашего врага себе в друзья» и далее?» Суфьян ответил: «Это входит в общеизвестный хадис среди людей; я запомнил его от Амра, не пропустив из него ни единой буквы, и не думаю, что кто-либо, кроме меня, запомнил его (полностью)».
Его слово: «Глава: «Не берите Моего врага и вашего врага друзьями»» — это заглавие отсутствует у всех, кроме Абу Зарра. Слово «враг» (عدو), поскольку оно по форме подобно масдарам (отглагольным именам), употребляется как для единственного числа, так и для множественного.
Его слово: «Вы открываете им (тайны) из любви к ним» — это разъяснение упомянутого дружеского покровительства. Возможно, что это обстоятельство образа действия (хал) или определение (сифа), но в этом есть некоторая сложность: им было запрещено брать их в друзья-покровители безусловно, а ограничение определением или обстоятельством образа действия наводит на мысль о допустимости при отсутствии этих условий. Однако по общим правилам известен безусловный запрет, так что здесь нет смыслового ограничения (мафхума). Возможно также, что покровительство необходимо влечёт за собой любовь, так что покровительство не может состояться без любви, и тогда это — обязательное обстоятельство образа действия. И Аллах знает лучше.
Его слово: («Аль-Хасан ибн Мухаммад ибн Али») — то есть ибн Аби Талиба.
Его слово: («пока не придёте к саду Хах») — с двумя точечными буквами (хā и хā); а кто произносит это с непроточной буквой, а затем джим, тот совершил искажение (тасхиф). Разъяснение этого уже приводилось в главе о шпионе из книги о джихаде и в начале рассказа о походе на Мекку (аль-Фатх).
Его слово: («Мы непременно бросим») — так это приведено здесь, хотя по правилам следовало бы опустить букву «я» (иайа); говорят также, что она сохранена ради созвучия со словом «непременно выведете».
Его слово: («Я был человеком из курайшитов») — то есть по союзу (хильф), согласно его же дальнейшим словам «а не был из их числа по происхождению».
Его слово: («Я был человеком из курайшитов, а не был из их числа по происхождению») — в этом нет противоречия. Он имел в виду, что он принадлежал к ним в смысле того, что был их союзником, а ведь установлен хадис: «Союзник народа — из них». А выражение «я не был из их числа по происхождению» использовано для утверждения переносного смысла (маджаз).
Его слово: («Он сказал вам правду») — с облегчённой буквой «даль», то есть сказал истину.
Его слово: («Умар сказал: позволь мне, о Посланник Аллаха, отрубить ему голову») — Умар сказал это, несмотря на то что Посланник Аллаха ﷺ признал правдивость оправдания Хатыба, из-за той силы веры и ненависти к тем, кого причисляют к лицемерию, что была присуща Умару. Он предположил, что тот, кто нарушил повеление Посланника Аллаха ﷺ, заслуживает казни, но не был в этом полностью уверен, поэтому попросил разрешения на его убийство. Он назвал его лицемером из-за того, что тот скрыл противоположное тому, что показывал внешне. А оправдание Хатыба заключалось в том, что он упомянул, поскольку сделал это, истолковав дело так, что в нём нет вреда. У ат-Табари приводится по пути аль-Харита от Али в этом рассказе, что он сказал: «Разве он не участвовал в битве при Бадре?» Тот ответил: «Да, но он нарушил (клятву) и оказал помощь твоим врагам против тебя».
Его слово: («Он сказал: он участвовал в битве при Бадре, а откуда тебе знать...») — это указывает на то, что причиной отказа от его казни было его участие в битве при Бадре. Как будто было сказано: разве участие в Бадре снимает с него этот великий грех? И на это последовал ответ словами «а откуда тебе знать...» и далее.
Его слово: («Может быть, Аллах ﷻ обратил взор на участников битвы при Бадре») — так это приведено в большинстве риваятов в форме надежды (тараджжи), но со стороны Аллаха это уже свершившееся дело. В хадисе Абу Хурайры у Ибн Аби Шейбы это приведено в форме утверждения. Разъяснение этого уже подробно приводилось в главе о достоинстве участников битвы при Бадре из книги военных походов.
Его слово: («Делайте, что хотите, ибо Я уже простил вас») — так в большинстве риваятов. У ат-Табари по пути Ма‘мара от аз-Зухри от Урвы: «Поистине, Я прощаю вас». Это указывает на то, что под словами «Я простил» подразумевается «Я прощу», по способу выражения будущего через свершившееся ради усиления уверенности в его исполнении. В «Магази» Ибн Айиза, в мурсале от Урвы: «Делайте, что хотите, ибо Я непременно прощу вас». Имеется в виду прощение их грехов в загробной жизни, иначе, если бы на ком-то из них лежало, например, обязательное наказание (хадд), оно не было бы снято в этом мире.
Ибн аль-Джаузи сказал: это не относится к будущему времени, а относится к прошедшему; смысл таков: «Делайте, что хотите, какое бы дело это ни было, оно уже прощено вам». Он сказал: ведь если бы это относилось к будущему, то ответом было бы «Я непременно прощу вас», а если бы было так, это означало бы полное освобождение от грехов, что неверно. И это опровергается тем, что люди после этого продолжали бояться наказания, так что Умар говорил: «О Хузайфа, ради Аллаха, я из их числа?»
Аль-Куртуби возразил ему, что «делайте» — это форма повеления, а она предназначена для будущего времени; арабы никогда не употребляли форму повеления для прошедшего времени ни по контексту, ни иначе, поскольку повеление и прошедшее время противоположны по смыслу — созидание и начинание. Слова «делайте, что хотите» следует понимать как побуждение к действию, и невозможно, чтобы это означало прошедшее время, и невозможно также понимать это как обязательное предписание, так что остаётся понимание как дозволение (ибаха). Он сказал: и стало мне ясно, что это обращение — обращение почёта и уважения, содержащее в себе то, что с этими людьми произошло состояние, при котором были прощены их прежние грехи, и они стали достойны того, чтобы им прощались и последующие грехи, которые могли бы возникнуть. Но из наличия пригодности к чему-либо не следует обязательность его свершения. И Аллах явил правдивость Своего Посланника в отношении каждого, о ком Он что-либо сообщил в этом смысле, ибо они не переставали совершать деяния обитателей Рая до тех пор, пока не покинули этот мир, а если бы предположить, что от кого-то из них исходило что-то подобное, он немедленно поспешил бы к покаянию и придерживался бы верного пути. И это с уверенностью узнаёт из их жизнеописаний тот, кто ознакомился с их жизнеописаниями. Конец цитаты.
Возможно также, что под его словами «Я уже простил вас» подразумевается, что их грехи оказываются прощёнными, а не то, что от них вообще не может исходить грех. Ведь Мистах участвовал в битве при Бадре и совершил проступок в отношении Аиши, как уже приводилось в толковании суры «Свет». Как будто Аллах, из уважения к их достоинству перед Ним, обрадовал их устами Своего Пророка вестью о том, что они прощены, даже если бы от них произошло то, что произошло.
Некоторые из рассуждений по этому вопросу уже приводились в конце книги о посте, в разделе о Ночи предопределения, а остальную часть разбора этого хадиса мы приведём в книге о выкупах за кровь (дийат), если пожелает Всевышний Аллах.
Его слово: («Сказал Амр») — это Ибн Динар, и это соединено с упомянутым иснадом.
его слово: «и в связи с ним ниспослано: «о те, которые уверовали! не берите Моего врага и вашего врага друзьями (аулия)»» — слово «аулия» выпало в версиях, кроме версии Абу Зарра.
его слово: («сказал: не знаю... этот аят входит в хадис, или это слово Амра») — это сомнение исходит от Суфьяна ибн Уяйны, как я поясню далее.
его слово: («передал нам Али») — это Ибн аль-Мадини («сказал: было сказано Суфьяну: относительно этого ниспослан аят «не берите Моего врага и вашего врага друзьями» — этот аят? Суфьян сказал: это входит в хадис людей») — то есть эту добавку, имея в виду категорическое утверждение о её возведении к пророку ﷺ (марфу').
его слово: («я запомнил это от Амра, не упустив из этого ни буквы, и не думаю, что кто-либо запомнил это, кроме меня») — это указывает на то, что Суфьян не был категоричен в том, что данная добавка является возведённой к пророку (марфу'). Эту добавку включил в текст (вставил, идрадж) от него Ибн Абу Умар, и это передал аль-Исмаили по его пути, сказав в конце хадиса: «сказал: и в связи с этим ниспослан данный аят». Так же это передал и Муслим — от Ибн Абу Умара и Амра ан-Накида. Так же передал это ат-Табари — от Убайда ибн Исмаила и аль-Фадля ибн ас-Саббаха, и ан-Насаи — от Мухаммада ибн Мансура, — все они от Суфьяна.
На основании того, что Умар попросил разрешения на убийство Хатиба, был сделан вывод о допустимости узаконенного убийства шпиона, даже если он мусульманин, — таково мнение Малика и тех, кто с ним согласен. Довод в этом заключается в том, что пророк ﷺ не отверг намерение Умара убить его, если бы не имелось препятствующей причины, и он разъяснил, что препятствующей причиной было то, что Хатиб участвовал в битве при Бадре, — а это отсутствует в случае с кем-либо иным, кроме Хатиба. Если бы препятствием для его убийства был именно ислам, то пророк ﷺ не обосновал бы это более частной причиной, чем ислам. И изложение (сияк) Али разъяснило, что данная добавка является вставленной (мудраджа).
Это передал также Муслим — от Исхака ибн Рахавайха, от Суфьяна,
и разъяснил, что чтение этого аята принадлежит словам самого Суфьяна.