Полезное исследование; и этот вопрос уже был исчерпывающе разобран мной среди тех вопросов, которые я упоминал в толковании хадиса Джибриля, — обратись к нему, и утолишь свою жажду, и достигнешь своей цели. И на Аллаха Всевышнего упование, Он лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По нашему иснаду, восходящему к автору, приведённому в начале книги, — да помилует его Аллах Всевышний, — он сказал:
[144] (27) — «Рассказал нам Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддамий, рассказал нам Бишр ибн аль-Муфаддаль, рассказал нам Халид аль-Хаззаъ от аль-Валида Абу Бишра, который сказал: слышал я Хумрана говорящим: слышал я Усмана говорящим: слышал я Посланника Аллаха ﷺ говорящим, — подобное этому, точно так же».
Передатчики этого иснада: их шестеро, и они уже упоминались, кроме двух:
1 — (Мухаммад ибн Абу Бакр аль-Мукаддамий) — с фатхой над удвоенным «даль» — это Мухаммад ибн Абу Бакр ибн Али ибн Ата ибн Мукаддам ас-Сакафий, их вольноотпущенник, Абу Абдуллах аль-Басрий, надёжный (сика) [10].
Передавал от своего дяди Умара ибн Али аль-Мукаддамий, Язида ибн Зурай‘, Хаммада ибн Зайда, Ибн Ульяйи, Бишра ибн аль-Муфаддаля, Аббада ибн Аббада, аль-Мутамира ибн Сулеймана, Абу Аваны и других.
От него передавали аль-Бухари и Муслим; аль-Бухари передавал от Ахмада без указания имени о нём; ан-Насаи передавал от Абу Бакра ибн Али аль-Марвазий о нём; а также Абу Хатим, Абу Бакр ибн Абу Асим, Ибрахим ибн Хашим аль-Багавий, Исмаил ибн Исхак аль-Кади, Ибрахим ибн Мухаммад ибн Наиля, Абдуллах ибн Ахмад, Юсуф ибн Якуб аль-Кади — он его основной передатчик, Абу Йала Ахмад ибн Али ибн аль-Мусанна аль-Мосулий и другие.
Сказал Абд аль-Халик ибн Мансур: я сказал Яхье: записывать ли мне от него хадисы его отца? Он сказал: записывай. И сказал также Яхья: надёжный (сика). Сказал Абу Зур‘а: надёжный. Сказал Абу Хатим: хадис его хорош, положение его — правдивость.
Сказал аль-Бухари и другие: умер он в двести тридцать четвёртом году, некоторые добавили: в начале года. А Ибн Кани‘ сказал: умер в шаабане, и был надёжным.
От него передавали исключительно аль-Бухари, автор (Муслим) и ан-Насаи, и у него в этой книге (29) хадисов.
2 — (Бишр ибн аль-Муфаддаль) ибн Лахик ар-Рикаший — через «каф» и точку над «шин» — Абу Исмаил аль-Басрий, надёжный, твёрдый, благочестивый подвижник [8].
Передавал от Хумайда ат-Тавиля, Абу Райхана, Мухаммада ибн аль-Мункадира, Ибн Авна, Яхьи ибн Саида аль-Ансария, Халида аль-Хаззаъ, Давуда ибн Абу Хинда, Сухайля ибн Абу Салиха, Асима ибн Кулайба, Убайдуллаха ибн Умара аль-Умарий, Абд ар-Рахмана ибн Исхака, Умары ибн Газийи и от своего отца аль-Муфаддаля ибн Лахика и других.
От него передавали Ахмад, Исхак, Али, Мусаддад, Абу Усама, Абу аль-Валид, Халифа ибн Хайят, Бишр ибн Муаз аль-Акадий, Усман ибн Абу Шайба, Хамид ибн Умар аль-Бакравий, Мухаммад ибн Хишам ибн Абу Хайра ас-Садусий, Яхья ибн Яхья ан-Нисабурий и другие.
Сказал Ахмад ибн Ханбаль: к нему сходится крайняя степень твёрдости (сабат) среди [учёных] Басры. Ибн Ма‘ин включил его в число самых твёрдых шейхов басрийцев. Сказал Али ибн аль-Мадини: Бишр молился каждый день четыреста ракаатов, постился день и не постился день; при нём упомянули одного человека из джахмитов, и он сказал: не упоминайте этого неверного. Сказали Абу Зур‘а, Абу Хатим и ан-Насаи: надёжный. Сказал аль-Иджлий: надёжный, знающий фикх телесно (то есть усердный в поклонении), твёрдый в хадисе, хадис его хорош, приверженец сунны. Сказал аль-Баззар: надёжный. Сказал Ибн Саад: был надёжным, многохадисным, усманитом (приверженцем Усмана); умер в (186) году. Сказал Ахмад ибн Ханбаль: вошёл я в Басру в раджабе (186) года, и язык Бишра ибн аль-Муфаддаля был скован (парализован) прежде, чем мы вышли, и умер он в (187) году. А Ибн Хиббан датировал это в «ас-Сикат» рабиуль-авваль этого года.
Вывели от него хадисы все составители шести сборников (аль-джама‘а), и у него в этой книге (37) хадисов.
Его слово («подобное этому») означает, что хадис Бишра ибн аль-Муфаддаля подобен риваяту Исмаила ибн Ульяйи.
Его слово («точно так же») стоит в винительном падеже как обстоятельство (хал), то есть в состоянии равенства двух хадисов по формулировке и смыслу; разница же лишь в начале хадиса: Ибн Ульяйа передал его через «ан‘ана» (без прямого указания на слышание) как от аль-Валида, так и от Хумрана, и что Усман сказал: «сказал Посланник Аллаха ﷺ»; а Бишр передал его с явным указанием обоих на слышание и со словами Усмана: «слышал я Посланника Аллаха ﷺ».
[Примечание]: этот риваят Бишра привёл хафиз Ибн Мандах — да помилует его Аллах — в «Книге веры», сказав:
33 — сообщил нам Али ибн аль-Хусайн ибн Али, рассказал нам Абу Хатим ар-Рази, рассказал нам Мусаддад (х)
и сообщил нам Яхья ибн Абдуллах ибн аль-Харис, рассказал нам Ахмад ибн Али ибн Саид, рассказал нам аль-Кавариирий, сказал: рассказал нам Бишр ибн аль-Муфаддаль от Халида аль-Хаззаъ от аль-Валида Абу Бишра, сказал: слышал я Хумрана говорящим: слышал я Усмана говорящим: слышал я Посланника Аллаха ﷺ говорящим: «Кто умер, зная, что нет божества, кроме Аллаха, войдёт в Рай», — конец цитаты (1). И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По нашему иснаду, восходящему к автору — да помилует его Аллах Всевышний, — упомянутому в начале книги, он сказал:
[145] (…) — «Рассказал нам Абу Бакр ибн ан-Надр ибн Абу ан-Надр, сказал: рассказал мне Абу ан-Надр Хашим ибн аль-Касим, рассказал нам Убайдуллах аль-Ашджаи от Малика ибн Мигваля от Тальхи ибн Мусаррифа от Абу Салиха от Абу Хурайры, который сказал: были мы с Пророком ﷺ в пути, — сказал: и истощились запасы провизии людей, — сказал: пока он не решил зарезать некоторых из их верблюдов, — сказал: и сказал Умар: о Посланник Аллаха, если бы ты собрал то, что осталось из запасов людей, и воззвал бы к Аллаху за них. — Сказал: и сделал он это. — Сказал: и пришёл обладатель пшеницы со своей пшеницей, и обладатель фиников со своими финиками, — сказал: и сказал Муджахид: и обладатель косточек [от фиников] со своими косточками. Я спросил: а что они делали с косточками? Он ответил: они их обсасывали и пили после этого воду. — Сказал: и воззвал он [к Аллаху] за них, пока люди не наполнили свои запасы. — Сказал: и сказал при этом: «Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что я — Посланник Аллаха; не встретит Аллаха раб с этими двумя [свидетельствами], не сомневаясь в них, кроме как войдёт в Рай»».
Передатчики этого иснада: их семеро:
1 — (Абу Бакр ибн ан-Надр ибн Абу ан-Надр) аль-Багдади, иногда его называют по имени деда, а его имя — то же, что и кунья; сказано также, что его имя — Ахмад, а сказано — Мухаммад, надёжный [111] (умер 245) (М, С) 5/36.
2 — (Абу ан-Надр Хашим ибн аль-Касим) аль-Лайси, их вольноотпущенник, аль-Багдади, известен по своей кунье, а прозвище его — Кайсар, надёжный, твёрдый [9] (умер 207) (Все составители шести сборников) 5/36.
3 — (Убайдуллах аль-Ашджаи) — это Убайдуллах ибн Убайд ар-Рахман, Абу Абд ар-Рахман аль-Куфий, надёжный, заслуживающий доверия, самый твёрдый из людей в записи от ас-Саври, из числа старших [9].
Передавал от Хишама ибн Урвы, Исмаила ибн Абу Халида, Малика ибн Мигваля, Шубы, ас-Саври, Абд аль-Малика ибн Саида ибн Абджара, Мухаммада ибн Амра ибн Алькамы и других.
От него передавали два его сына: Абу Убайда и Аббад, а также Абу ан-Надр Хашим ибн аль-Касим, Яхья ибн Адам, Ибн аль-Мубарак, Усман ибн Абу Шайба, Абу Хайсама, Ахмад ибн Ханбаль, Яхья ибн Ма‘ин и другие.
Аль-Ашджаʻи сказал: «Я слышал от ас-Саври тридцать тысяч хадисов». Ибн Саʻд сказал: «Он передал книги ас-Саври в их истинном виде», и от него передан «Аль-Джамиʻ». Он был из жителей Куфы, прибыл в Багдад и умер там. Кубайса сказал: «Когда умер ас-Саври, его хотели поставить на его место, но он отказался». Абу Бакр аль-Аʻйн сказал: «Я спросил Ахмада о товарищах ас-Саври, и он сказал: Йахья, Абд ар-Рахман, Вакиʻ, затем аль-Ашджаʻи». Абу Дауд передал от Ахмада: «Он записывал во время заседания, поэтому его хадис достоверен». Ибн Мухриз передал от Ибн Маʻина: «В Куфе не было более знающего о Суфьяне, чем аль-Ашджаʻи». Ад-Дури передал от Ибн Маʻина: «Надёжный, вызывающий доверие». Ан-Насаи сказал: «Надёжный». Аль-Иджли сказал: «Он был надёжным, твёрдым, скрупулёзным, знающим хадис ас-Саври, праведным человеком, наивысшим из передававших от Суфьяна». Ибн Шахин в «Ас-Сикат» сказал: Усман ибн Абу Шейба сказал: «Он был наиболее твёрдым из людей в передаче от ас-Саври, когда доставал свою книгу». Ибн Саʻд сказал: «Ашджаʻи, из числа их самих, был надёжным». Ибн Хиббан упомянул его в «Ас-Сикат» и сказал: «Он передаёт редкие хадисы и единичные передачи». Абу Дауд сказал: «Он умер в начале ста восемьдесят второго года».
От него передали аль-Бухари, автор настоящего труда, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа. В этой книге от него (10) хадисов.
[Замечание]: «Убайдуллах ибн Убайд ар-Рахман» — оба имени в уменьшительной форме. В некоторых списках «Ат-такриб» встречается второе имя в неуменьшительной форме, но это ошибка типографий. Он единственный носитель этого имени — в шести книгах никого другого с таким именем не встречается. А Аллах Всевышний знает лучше.
4 — (Малик ибн Мигваль) — с касрой на «мим», сукуном на точечной букве и фатхой на «вав» — ибн Асим ибн Газийя ибн Хуртха ибн Джурайдж ибн Баджила аль-Баджали, Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный, твёрдый, из крупных передатчиков [7].
Передавал от Абу Исхака ас-Сабиʻи, Аун ибн Абу Джухайфы, Симака ибн Харба, Нафиʻа — вольноотпущенника Ибн Умара, аз-Зубайра ибн Адийя, Мухаммада ибн Сука, аль-Валида ибн аль-Айзара и других.
От него передавали Абу Исхак — его шейх, Шуʻба, Мисʻар, ас-Саври, Заида, Ибн Уяйна, Исмаил ибн Закария, Йахья ибн Саʻид аль-Каттан, Вакиʻ, Ибн аль-Мубарак и другие.
Абу Талиб передал от Ахмада: «Надёжный, твёрдый в хадисе». Йахья ибн Маʻин, Абу Хатим и ан-Насаи сказали: «Надёжный». Абу Нуайм сказал: «Мне передал Малик ибн Мигваль, и он был надёжным». Аль-Иджли сказал: «Праведный человек, выдающийся в достоинстве». Ат-Табарани сказал: «Из лучших мусульман». Абдуллах ибн Ахмад ибн Ханбаль передал от своего отца: «Я слышал, как Ибн Уяйна говорил: некий человек сказал Малику ибн Мигвалю: «Бойся Аллаха», и тот положил щеку на землю». Ибн Саʻд сказал: «Он был надёжным, вызывающим доверие, обладавшим множеством хадисов, достойным, благим». Аль-Бухари сказал: Абдуллах ибн Саʻид передал: «Я слышал, как Ибн Мухди говорил: если увидишь, что куфиец упоминает Малика ибн Мигваля с добром, будь уверен в нём». Ибн Хиббан в «Ас-Сикат» сказал: «Он был из числа подвижников жителей Куфы и наиболее скрупулёзных из них».
Амр ибн Али сказал: «Он умер в сто пятьдесят седьмом году». Ибн Саʻд сказал: «В сто пятьдесят восьмом». Абу Нуайм и другие сказали: «В сто пятьдесят девятом году», и в этом году датировал его Мутайин, добавив: «В месяце зуль-хиджжа».
От него передала группа [составителей шести книг], и в этой книге от него (14) хадисов.
[Замечание]: «Малик ибн Мигваль» не имеет сотоварища с этим именем. А Аллах Всевышний знает лучше.
5 — (Тальха ибн Мусаррыф) ибн Амр ибн Каʻб ибн Джахдаб ибн Муавия ибн Саʻд ибн аль-Харис аль-Хамдани аль-Йами — с точечной буквой — Абу Мухаммад, а говорят: Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный, чтец, достойный [5].
Передавал от Анаса, Абдуллаха ибн Абу Авфы, Хайсамы ибн Абд ар-Рахмана, Зайда ибн Вахба, Абу Салиха ас-Саммана, Саʻида ибн Джубайра, Муджахида, Мусʻаба ибн Саʻда ибн Абу Ваккаса и других.
От него передавали Абу Исхак ас-Сабиʻи — он старше него, Исмаил ибн Абу Халид, Зубайд ибн аль-Харис аль-Йами, аль-Аʻмаш — они его сверстники, его сын Мухаммад, Малик ибн Мигваль и другие.
Ибн Маʻин, Абу Хатим и аль-Иджли сказали: «Надёжный». Абу Маʻшар сказал: «После него не осталось подобного ему», и похвалил его. Абдуллах ибн Идрис сказал: «Я не видел, чтобы аль-Аʻмаш хвалил кого-либо из тех, кого застал, кроме Тальхи ибн Мусаррыфа». Ибн Идрис сказал: «Его называли предводителем чтецов». Аль-Иджли сказал: «Он был усмановцем, был из наиболее искусных чтецов жителей Куфы и из их избранных». Он сказал: «Чтецы собрались в доме аль-Хакама ибн Утайбы и сошлись на том, что Тальха — наиболее искусный чтец жителей Куфы. Когда это до него дошло, он с утра пошёл к аль-Аʻмашу читать ему, чтобы избавиться от этого имени». Абд аль-Малик ибн Абджар сказал: «Я не видел подобного ему; в каком бы обществе я его ни видел, я видел его превосходство над ними». Ибн Саʻд сказал: «Он был надёжным, имел добрые хадисы». Ибн Хиббан упомянул его в «Ас-Сикат». Ибн Абу Хатим в «Аль-Марасиль» сказал: Ибн Маʻина спросили: «Слышал ли Тальха от Анаса?» Он ответил: «Нет». Я слышал, как мой отец говорил: «Тальха застал Анаса, но не подтверждено его слышание от него».
Абу Нуайм, Амр ибн Али, Ибн Саʻд и другие сказали: «Он умер в сто двенадцатом году». Йахья ибн Букайр и Ибн Нумайр сказали: «Он умер в (13) году».
От него передала группа [составителей шести книг], и в этой книге от него только шесть хадисов, под номерами (27), (173), (996), (1071) — с повторением после него, (1634) и (1637).
[Замечание]: «Тальха ибн Мусаррыф» не имеет сотоварища с этим именем. Оно [произносится] с даммой на «мим», фатхой на несоединённой «сад» и касрой на «ра» — это известное и распространённое [чтение] в книгах хадисоведов, авторов трудов по сходным именам, авторов трудов по именам людей и других.
Ан-Науауи в своём «Шарх» сказал: «Имам Абу Абдуллах аль-Калаʻи, шафиитский правовед, в своей книге «Альфаз аль-Мухаззаб» передал, что оно передаётся с касрой на «ра» и с фатхой, и то, что он передал о варианте с фатхой, странно и отвергаемо, и я не думаю, что это верно. Боюсь, что он в этом последовал за неким правоведом или неким списком, или подобным тому, а это часто встречается — подобное этому находится в книгах фикха и в книгах, составленных для разъяснения их выражений: в них попадаются искажения и странные передачи, неизвестные, и большинство таких странностей — ошибки, из-за того что передававшие их не были осмотрительны в этом. А Аллах Всевышний знает лучше» — конец слов ан-Науауи.
6 — (Абу Салих) Заквван ас-Самман аз-Заййат аль-Мадани, надёжный, твёрдый [3] (умер в 101 г.) (передали составители всех книг) 1/4.
7 — (Абу Хурайра) — (да будет доволен им Аллах) — 1/4. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): то, что это одно из семизвенных иснадов автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний. В нём передача словом «рассказал мне» встречается два раза в единственном числе и один раз во множественном, а в остальном — передача через «ʻан» («от»), и всё это — из формулировок непрерывности, как мы разъяснили ранее в подробностях.
2 — (Из них): то, что его передатчики — передатчики группы [составителей шести книг], кроме его шейха, которого передал только он [автор], ат-Тирмизи и ан-Насаи, и кроме Убайдуллаха аль-Ашджаʻи, от которого не передавал Абу Дауд.
3 — (Из них): то, что он «мусальсаль» (сплошной цепью) через куфийцев, начиная от Убайдуллаха аль-Ашджаʻи, а его шейх и его отец — багдадцы.
4 — (Из них): то, что в нём есть передача передатчика от своего деда: Абу Бакр — от Абу ан-Надра, а также передача табиʻи от табиʻи: Тальха — от Абу Салиха, а его сподвижник — глава семи наиболее передававших [хадисы]. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Абу Хурайры) — (да будет доволен им Аллах) — что он (сказал: мы были с Пророком ﷺ в пути) — аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: «Аль-масир» (المسير) означает передвижение, подразумевая под этим путешествие. Конец.
В нижеследующем риваяте аль-Аʻмаша: «Когда был поход на Табук, людей поразил голод…» — из этого становится ясно, что это передвижение было в походе на Табук.
(Сказал) Абу Хурайра — (да будет доволен им Аллах) — (и закончились) [запасы], то есть иссякли и истощились. Говорят: «нафида» (نَفِدَ) — с касрой на «фа» — «янфаду» (يَنْفَدُ) — с фатхой на ней, из разряда глаголов типа «таʻиба» (تعِبَ), «нафадан» (نَفَادًا): истощилось, закончилось. Отсюда слова Всевышнего: «Иссякло бы море прежде, чем иссякли бы слова Господа моего» [аль-Кахф: 109]. Переходность придаётся ему через хамзу, и говорят: «анфадту-ху» — если ты его истощил, — сказано в «Аль-Мисбах» (2).
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир» 2/616, с дополнением.
И в «Аль-Камус» сказано: «Нафида» (نَفِدَ), как «самиʻа» (سَمِعَ), «нафадан» (نَفَادًا) и «нафадан» (نَفَدًا): истощилось и исчезло. «Анфада-ху» (أنفده): истощил его, подобно «истанфада-ху» (استنفده) и «интафада-ху» (انتفده). «Нафида аль-каум» (نَفِدَ القومُ): истощились запасы и имущество людей. Конец (1).
(«Азваду-ль-каум») — в форме именительного падежа как подлежащее. «Аль-Азваду» — с фатхой на «за» — это множественное число от «зад» (запас в пути), то есть провизия путника, взятая им в дорогу. (Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) сказал: «Пока не задумал») — по всей видимости, местоимение здесь относится к Пророку ﷺ, и именно это подразумевает изложение аль-Куртуби в «аль-Муфхиме»; тогда смысл таков: «пока Пророк ﷺ не задумал приказать им зарезать часть их верховых животных, чтобы с помощью этого утолить голод». Возможно также, что местоимение относится к «людям», учитывая, что слово «каум» — единственного числа по форме; это подтверждается словами в следующем риваяте: «Они сказали: «О Посланник Аллаха, если бы ты позволил нам, мы зарезали бы наших верблюдиц для перевозки воды»».
Аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: этот замысел Пророка ﷺ был основан на рассуждении о том, что полезно, а не на откровении. Разве ты не видишь, как Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) предложил ему другое решение, польза которого показалась Пророку ﷺ более предпочтительной, и он согласился с ним и поступил соответственно.
(«Зарезать часть их верблюдов-носильщиков») — то есть тех животных, которые несут их тяжести; единственное число от этого — «хамула» (بفتح الحاء — с фатхой на «ха»). Отсюда и слова Всевышнего: «Хамулятан ва фаршан» («Скот для переноски тяжестей и мелкий скот») [аль-Анам: 142] — это верблюды, на которых перевозят тяжести; их называют «раваахиль», потому что на них навьючивают седла, и называют «навадих», когда на них возят воду; верблюд-самец в этом случае называется «наадих», а верблюдица — «наадиха». Так сказал Абу Убайд.
Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: его слово («хамаа’илихим») передается и через «ха» неточечную, и через «джим», и группа толкователей передала оба варианта, однако они разошлись во мнении, какой из них предпочтительнее. Среди тех, кто передал оба варианта, — автор «ат-Тахрира», шейх Абу Амр ибн ас-Салях и другие; автор «ат-Тахрира» выбрал вариант с «джим», а кади Ийад категорично утверждал, что верен вариант с «ха», не упомянув иного. Шейх Абу Амр (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: оба варианта верны — с «ха» это множественное число от «хамула» (بفتح الحاء — с фатхой на «ха»), то есть верблюды, которых нагружают, а с «джим» — множественное число от «джимала» (بكسرها — с касрой), которое само есть множественное число от «джамаль» (верблюд-самец), подобно тому как «хаджар» (камень) образует множественное число «хиджара»; а «джамаль» — это самец, в отличие от верблюдицы. Так это передал ан-Навави.
И слова Ибн ас-Саляха: его слово («хамма би-нахри ба‘ди хамаа’илихим») — так это записано в оригинале, написанном рукой хафиза Абу Амира аль-Абдари, и в оригинале Абу-ль-Касима ад-Димашки: («хамаа’илихим») через «ха» неточечную с уверенностью; и кади Ийад не упомянул ничего иного. А в оригинале, взятом от аль-Джулуди, — через «джим» и через «ха», написано над словом «оба варианта»; и через «джим» это встречается в «Тахридже хафиза Абу Нуайма на «Сахих» Муслима» в достоверном заслушанном оригинале, а на его полях: «аль-джамаиль» — множественное число от «аль-джимала», то есть верблюды, у которых нет самок.
Он сказал: у обоих вариантов есть верное объяснение. Что касается варианта с «ха», то это множественное число от «хамула» (بفتح الحاء — с фатхой на «ха») — верблюды, которых нагружают; и у Абу-ль-Хайсама аль-Люгави: не говорят «хамула» о ком-либо ином, кроме верблюдов. Что же касается варианта с «джим», то это множественное число от «джимала» (بكسر الجيم — с касрой на «джим»), которое само множественное число от «джамаль», подобно «хаджар» и «хиджара»; а «джамаль» — это самец, в отличие от верблюдицы, как это передал аль-Азхари от аль-Фарра и других. И Аллах знает лучше. Конец слов Ибн ас-Саляха.
Ибн аль-Асир сказал: «аль-джамаиль» — множественное число от «джамаль», а по другому мнению — множественное число от «джимала», а «джимала» — множественное число от «джамаль», подобно «рисаля» и «расаиль», и это наиболее вероятно. Конец.
В «аль-Мисбахе» сказано: «джамаль» из числа верблюдов подобен «мужчине» среди людей — относится именно к самцу; говорят, что так называют его лишь после того, как он достигнет полной зрелости («базаля»); множественное его число — «джималь», «аджмаль», «аджмуль» и «джимала» с «ха» на конце; а множественное от «аль-джималь» — «джималят». Конец.
Из этого следует, что «джимала» с «ха» на конце — это множественное число от «джамаль»; пусть это будет рассмотрено внимательно. И Аллах Всевышний знает лучше.
(Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) сказал: «И Умар сказал») то есть после того, как Пророк ﷺ позволил им зарезать часть их верблюдов-носильщиков (О Посланник Аллаха, если бы ты собрал) — «лав» здесь для выражения предложения, подобно тому как говорят: «лав танзилю ‘инда-на» («если бы ты остановился у нас») — и обретёшь благо; возможно также, что это выражение желания, подобно тому как говорят: «лав та’тиини» («если бы ты пришёл ко мне») — и рассказал бы мне, то есть я желаю этого; возможно также, что это условное «лав», и предполагаемый ответ на него — «это было бы лучше».
А в следующем риваяте: «Тогда пришёл Умар и сказал: «О Посланник Аллаха, если ты сделаешь это, уменьшится число верховых животных, но призови их отдать излишки их запасов…»» («То, что осталось») — «ма» здесь имя относительное, дополнение к «джама‘та» («ты собрал»), а «бакы» — с касрой на «каф» и с фатхой; касра — это диалект большинства арабов, и именно с ней ниспослан благородный Коран, а фатха — диалект племени тайй, ибо они заменяют касру на фатху, и тогда «йа» превращается в «алиф», и получается «бака»; и так они поступают со всяким трехбуквенным глаголом, будь то касра и «йа» изначальными, как в «бакыйа», «насийа», «фанийа», или же это происходит случайно, как когда глагол строится в форме страдательного залога, — тогда они говорят вместо «худийа Зайдун» и «буниа аль-байту»: «худа Зайдун» и «буна аль-байту». Так сказал аль-Файйуми.
(«Из запасов людей») — уточнение к «то, что осталось» (И воззвал бы Аллаха против них) то есть против запасов (Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) сказал: «И он сделал это») то есть Пророк ﷺ сделал то, на что указал ему Умар (да будет доволен им Аллах) — собрать запасы людей (Он сказал: «И пришёл обладатель пшеницы со своей пшеницей») «аль-бурр» — с даммой на «ба» и удвоенным «ра» — это пшеница, единственное число — «бурра». (И обладатель фиников со своими финиками) «ат-тамр» — с фатхой и сукуном — употребляется и в мужском, и в женском роде, говорят «хуа ат-тамр» и «хийа ат-тамр»; это из плодов пальмы, подобно тому как «зубайб» (изюм) — из виноградной лозы; и это, по единодушному мнению языковедов, сушёные плоды, потому что их оставляют на пальме после созревания, пока они не высохнут или приблизятся к этому, затем срезают и оставляют на солнце, пока они полностью не высохнут. Абу Хатим ас-Сиджистани сказал: иногда пальму срезают, когда плоды ещё «басира» (неспелые) после того как они «ахаллят» (начали созревать), чтобы облегчить дерево или из страха кражи, и оставляют их до тех пор, пока они не станут финиками; единственное число — «тамра», множественное — «тумур» и «тумран» с даммой.
И его слово («Он сказал») — местоимение относится к Тальхе ибн Мусаррифу, как это указал хафиз Абд аль-Гани ибн Саид аль-Хафиз аль-Мисри. (И Муджахид сказал: «И обладатель косточки со своей косточкой») — то есть Муджахид добавил в своей передаче этого хадиса слова: «и обладатель косточки со своей косточкой», и я не нашёл этой передачи Муджахида.
А его слово («И обладатель косточки со своей косточкой») — шейх Ибн ас-Салях (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: так это записано в наших оригиналах и в других — первое слово «ан-навата» с «та» женского рода, а второе — без неё; кади Ийад (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) упомянул, что правильным будет опустить «та» женского рода в обоих случаях, подобно тому как сказано «обладатель фиников со своими финиками». Ибн ас-Салях сказал: я нашёл в книге Абу Нуайма «Аль-Мухарраджу аля Сахих Муслим»: «обладатель косточек со своими косточками», без «ха» в обоих словах. Он сказал: то, что встречается в книге Муслима, у меня, имеет верное объяснение — а именно, что слово «ан-навата» здесь используется как обозначение группы косточек, отделённой от остальных, так что эта отдельная группа называется именем одной косточки, подобно тому как слово «калима» (слово) применяется к целой касыде; либо же «навата» относится к тем именам, которые используются в единственном и множественном числе в одной и той же форме, несмотря на наличие в них признака женского рода, подобно слову «ханва» — это благовонное растение, по образцу «анва». Конец.
(«я сказал») по-видимому, говорящим является Тальха, как и в предыдущем случае. («и что они делали с косточками?») то есть какую пользу они извлекали, принося с собой косточки. («он сказал: они высасывали их») — (بفتح الميم — с фатхой на «мим») — это известное правильное словоупотребление. Говорят: «масисту-р-румманата» (мясо гранатового плода) и финик, и подобные им — (بكسر الصاد — с касрой на «сад») — «амассу-ха» — (بفتح الميم — с фатхой на «мим»). Аль-Азхари передал от некоторых арабов, что «мим» произносится с даммой. Абу Умар аз-Захид в «Шарх аль-Фасих» передал от Са'ляба, от Ибн аль-А'раби эти два варианта: «масисту» (с касрой на «сад») — «амассу» (с фатхой на «мим»), и «масасту» (с фатхой на «сад») — «амуссу» (с даммой на «мим»), в обоих случаях масс, я — «масс» (высасывающий), а оно — «мамсуса» (высосанное).
А если из них образовать повелительное наклонение, то говорят: «масса-р-румманата», «масси-ха», «мусса-ха», «мусси-ха», «мусу-ха» — вот пять вариантов в повелительном наклонении: фатха на «мим» с фатхой на «сад», и с касрой на неё; и дамма на «мим» с фатхой на «сад», и с касрой на неё, и с даммой на неё. Таковы слова Са'ляба. А известное правильное произношение в «мусса-ха» и подобных ему словах, к которым присоединяется «ха» женского рода для обозначения женского рода, таково, что то, что следует за «ха», непременно должно иметь фатху, и не может иметь ни касру, ни дамму. Так сказал ан-Навави в своём толковании.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: то, что упомянул здесь ан-Навави относительно повелительного наклонения от «масса», относится к весьма важным вопросам, поэтому следует рассмотреть это подробно, и мы говорим:
Знай, что если к концу подвергнутого удвоению глагола в усечённой форме (маджзум) и подобных ему присоединяется местоимение женского рода третьего лица, то обязательна фатха, как «руддаха» и «лям яруддаха»; а если местоимение мужского рода третьего лица — обязательна дамма, как «руддуху» и «лям яруддуху»; потому что «ха» скрыта и не учитывается, как будто после «даль» непосредственно следуют «алиф» и «вав». Са'ляб передал наличие трёх вариантов перед «ха» третьего лица мужского рода, но допущение фатхи было признано ошибочным. Что касается касры, то верное мнение — что это редкое употребление; аль-Ахфаш слышал «муддиху» и «гуттиху»; куфийские грамматисты передали три варианта перед каждым из них.
А если к концу глагола присоединяется неподвижный (сакин) звук, то большинство даёт ему касру, как «рудда-ль-каум» с касрой, потому что это движение, возникающее при столкновении двух неподвижных звуков; племя Асад произносит его с фатхой ради облегчения; Ибн Джинни передал дамму по аналогии. И были переданы все три варианта в стихе Джарира [размер уафир]:
«Опусти же взор, ведь ты из [племени] Нумайр, — ни Ка'ба ты не достиг, ни Килаба».
Впрочем, дамма редка, поэтому в «ат-Тасхиль» она отвергнута.
А если глагол не соединяется ни с чем из этого, то в нём три варианта: фатха — ради лёгкости во всех случаях, то есть независимо от того, имеет ли начальная буква дамму, как в «рудду», или касру, как в «фирра», или фатху, как в «адда» — это диалект племени Асад и других; касра во всех случаях, по исходному правилу избавления от столкновения двух неподвижных звуков — это диалект племени Ка'б; и уподобление движению начальной буквы, как «рудду» с даммой, «фирри» с касрой, «адда» с фатхой — и это наиболее распространено в их речи. Так упомянул аль-Хидри в своём «Хашия».
Некто изложил это правило в стихах, сказав:
«Если усекается глагол, чей конец удвоен, как в «ля тадурри ахадан», — дай ему касру во всех случаях, согласно одному народу, и открой [фатхой], согласно другим; затем, поистине, самые красноречивые из них там, где встречается неподвижный звук, дают касру, как в «сурри-ль-хазана». Третий из вариантов — уподобление тому, что следует: после его даммы дай ему дамму, и открой его после фатхи или алифа, а после касры ему подходит касра, кроме таких слов, как «муссуху» и «фирруху», где, по их мнению, дамма, как «ля тумирруху»; а такие слова, как «руддаха» и «хуббаха», открывай фатхой ради связи и лёгкости, что уже ясно; а такие слова, как «гудди-ттарфа», «адди-лляхма», давай им касру из-за неподвижного звука, и ищи знание».
(«и пили на этом воду») то есть: хотя они не извлекали пользы от поедания [косточек], но когда их высасывали, это вызывало жажду, и они пили воду и укреплялись этим. («он сказал») — по-видимому, местоимение относится к Абу Хурайре (да будет доволен им Аллах) — («и он воззвал благословение на них») то есть Посланник Аллаха ﷺ воззвал благословение на то, что они принесли из остатков продовольствия («так что люди наполнили свои сосуды с продовольствием») — цель к пропущенному, то есть: он велел им брать оттуда, и они брали, пока не наполнили свои сосуды с продовольствием.
Аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: таков риваят — «азвидатахум» — но правильно было бы «мазавидахум», ибо именно они наполняются продовольствием («азвида»), а оно — множественное число от «зад» (припасы), и сосуд для припасов был назван «азвида» по его имени, потому что в него кладут припасы, по их обычаю называть вещь именем другой вещи, когда та смежна с ней или связана с ней причинно; и в другом риваяте об этом сказано как о «сосудах» («ауи'а»). Конец цитаты.
Кади Ийад, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: его слово («азвидатахум») — так этот риваят передан во всех источниках наших учителей, а «азвида» отличается от «сосудов» («ауи'а»), как сказано в другом хадисе: «сосуды их» («ауи'атахум»); возможно, это «мазавидахум», либо он назвал сосуды тем, что в них находится, подобно тому как мехи для воды называют «равайя» по тому, что их несёт, тогда как в действительности «равайя» — это верблюды, которые их несут; и женщин называли «за'аин» по имени носилок, в которых их перевозили. Конец цитаты.
Абу Амр ибн ас-Салях, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: «аль-азвида» — множественное число от «зад», и оно не наполняется, наполняются лишь его сосуды. Он сказал: и смысл этого, по-моему, состоит в том, что подразумевается «пока люди не наполнили сосуды своих припасов», причём было опущено определяемое слово (мудаф), а определение (мудаф илейхи) поставлено на его место, как в словах Всевышнего: «И спроси селение» [Йусуф: 82], то есть «жителей селения»; и нам передано от Ибн Джинни, что в благородном Коране около тысячи мест, где опущено определяемое слово и определение поставлено на его место; либо это относится к разряду «перевёрнутого» выражения, примером которого служат слова поэта [размер камиль]:
«Было обязательство то, что ты говоришь, как было прелюбодеяние обязательством побивания камнями».
И это не ограничивается лишь стихотворной необходимостью, как полагал Ибн Кутайба, а является одним из обычаев арабов — переставлять слова при ясности смысла, ради разнообразия в способах выражения; и из примеров, которые они приводили, — слова Всевышнего: «И вот, достигла меня старость» [Аль Имран: 40], то есть «я достиг старости».
Он сказал: знай же это, ибо это трудное место, которое я не видел, чтобы кто-то разъяснил, кроме Кади Ийада, который упомянул о нём, что возможно, он назвал сосуды тем, что в них содержится, подобно тому как мехи называют «равайя» по тому, кто их несёт, тогда как в действительности «равайя» — верблюды, которые их несут; и женщин называли «за'аин» по имени носилок, в которых их перевозили. Но то, что он сказал, не является общепризнанным, и наименование «равайя» — из народных нововведений, а дело с «за'аин» обстоит противоположно тому, что он упомянул, ибо признак странствия («за'н») присущ женщинам изначально. Конец слов Ибн ас-Саляха.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: возражение Ибн ас-Саляха Кади Ийаду в этом вопросе, безусловно, спорно, ибо то, что он сказал, подтверждено знатоками языка — обратись к «аль-Камус», его толкованиям и «Лисан аль-Араб».
В итоге, толкование Кади Ийада не является далёким от истины, так что вдумайся; Аллах Всевышний знает лучше.
(«он сказал») Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) («и он сказал») ﷺ («при этом») то есть при виде проявления благословения от его молитвы за благословение остатков продовольствия («свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что я — Посланник Аллаха; не встретит Аллаха с этими двумя словами») то есть двумя упомянутыми словами свидетельства («раб, не сомневаясь в них») — «гайра» стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия («иначе как войдёт в Рай»).
Сказал аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): «Явный смысл этого хадиса указывает на то, что всякий, кто встретит Аллаха Всевышнего, свидетельствуя, что нет божества, кроме Аллаха, войдёт в Рай и не войдёт в Огонь. Это верно в отношении того, кто встретит Аллаха Всевышнего, будучи непричастным к тяжким грехам. Что же касается того, кто встретит Аллаха Всевышнего, совершив тяжкий грех и не покаявшись в нём, то он находится во власти воли Аллаха, на которую указывают слова Всевышнего: «Поистине, Аллах не простит, чтобы Ему придавали сотоварищей, но простит все остальные грехи, кому пожелает» (сура «Женщины», аят 48). Пришло множество достоверных хадисов, обилие которых даёт достоверное знание о том, что многочисленная группа приверженцев единобожия войдёт в Огонь, а затем выйдет из него благодаря заступничеству, или благодаря «горсти», которую возьмёт Аллах Всевышний, о чём сообщается в достоверном хадисе, как это будет приведено далее в хадисах о заступничестве, если пожелает Аллах Всевышний, или благодаря тому, что пожелает Аллах Всевышний. Это указывает на то, что вышеупомянутый хадис не следует понимать буквально, и его толкование становится необходимым. У учёных есть два толкования этого:
Первое: этот общий смысл подразумевает частный случай — тех, кого Аллах Всевышний простит из числа совершивших тяжкие грехи, кому Аллах Всевышний пожелает простить изначально, без покаяния с их стороны и без причины, которая бы это обусловила, а исключительно по чистой милости и щедрости Аллаха Всевышнего, на что указывают слова Всевышнего: «...но простит все остальные грехи, кому пожелает» (сура «Женщины», аят 48). Это соответствует пути приверженцев сунны и единой общины, в отличие от нововведенцев, отрицающих такую милость Аллаха Всевышнего, — а это путь, отвергаемый как разумными, так и текстовыми доказательствами.
Второе: они не будут отделены от Рая после выхода из Огня, и польза от хадиса заключается в сообщении о вечном пребывании в Раю каждого, кто вошёл в него, и что он не будет отделён ни от него, ни от каких-либо его благ»». Конец цитаты (1).
Полное рассмотрение этого вопроса было приведено ранее. А Аллах Всевышний лучше знает об истинном положении дел, к Нему возврат и прибежище, у Него ищем помощи, на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) передал только автор [сборника] (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) (2).
(Второй вопрос): о его источниках.
Привёл его (автор) (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) здесь (10/145) от Абу Бакра ибн ан-Надра ибн Абу-н-Надра, от Абу-н-Надра, от Убайдуллы аль-Ашджаи, от Малика ибн Мигваля, от Тальхи ибн Мусаррифа, от Абу Салиха, от него.
И в (10/146) от Сахля ибн Усмана и Абу Курайба, оба от Абу Муавии, от аль-Амаша, от Абу Салиха, от Абу Хурайры, либо от Абу Саида (аль-Амаш сомневался).
(Ан-Насаи) в «Ас-Сияр» из «Аль-Кубра» (8794) от Абу Бакра ибн Абу-н-Надра, таким же путём, (х) от Мухаммада ибн Абдуллы ибн аль-Мубарака, от Мусаба ибн Абдуллы, от Абд аль-Азиза, от Сухайля ибн Абу Салиха — (х) от Ахмада ибн Сулеймана, от Катады ибн аль-Фудайля, от аль-Амаша — оба от Абу Салиха, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах).
И (8795) от Мусы ибн Абд ар-Рахмана аль-Масруки, от Абу Усамы, от Малика ибн Мигваля, от Тальхи, от Абу Салиха: «Однажды Пророк ﷺ...», и привёл его в форме мурсаль, не упомянув Абу Хурайру (да будет доволен им Аллах). И (Ахмад) 2/421 и 3/11, и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (131 и 132), и (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (13, 14, 15 и 16). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о разъяснении замечания имама ад-Даракутни (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) относительно иснада этого хадиса.
Знай, что этот иснад и следующий за ним иснад относятся к тому, что отметил ад-Даракутни (да будет милостив к нему Аллах Всевышний), указав на их недостаток:
Что касается первого, то он указал на его недостаток с той стороны, что Абу Усама и другие противоречили Убайдулле аль-Ашджаи, передавая его от Малика ибн Мигваля, от Тальхи, от Абу Салиха в форме мурсаль.
Что касается второго, то он указал на его недостаток тем, что относительно него существуют разногласия по поводу аль-Амаша: говорилось также, что он передал его от Абу Салиха, от Джабира, и аль-Амаш сомневался в этом.
Сказал шейх Абу Амр ибн ас-Салах (да будет милостив к нему Аллах Всевышний): «Эти два замечания ад-Даракутни, как и большинство его замечаний на аль-Бухари и Муслима, представляют собой критику иснадов, не выводящую матны хадисов из разряда достоверных. Относительно этого хадиса Абу Масуд Ибрахим ибн Мухаммад ад-Димашки, хафиз, упомянул в своём ответе на замечания ад-Даракутни на Муслима (да будет милостив к нему Аллах Всевышний), что аль-Ашджаи — надёжный передатчик, тщательно передающий (муджаввид), и если он тщательно передал то, в чём другие проявили небрежность, то ему следует отдать предпочтение. Более того, у этого хадиса есть твёрдая основа от Посланника Аллаха ﷺ через риваят аль-Амаша, передавшего его с непрерывным иснадом, а также через риваят Язида ибн Абу Убайда и Ияса ибн Салямы ибн аль-Аквы, от Салямы (да будет доволен им Аллах)».
Сказал шейх: «Его передал аль-Бухари от Салямы (да будет доволен им Аллах) от Посланника Аллаха ﷺ».
Что же касается сомнения аль-Амаша, то оно не наносит ущерба матну хадиса, ибо это сомнение относится к личности сподвижника-передатчика, а это не наносит ущерба, поскольку все сподвижники (да будет доволен ими Аллах) — люди справедливые». Конец слов Абу Амра ибн ас-Салаха (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) (1).
Сказал ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний), после приведения слов Ибн ас-Салаха: «Ни одно из этих двух замечаний не является обоснованным. Что касается первого, то мы уже установили в предыдущих разделах, что если хадис передан некоторыми надёжными передатчиками с непрерывным иснадом, а некоторыми — в форме мурсаль, то верным является мнение, высказанное правоведами, знатоками основ и въедливыми хадисоведами, что решающее значение имеет риваят с непрерывным иснадом, независимо от того, меньше ли число его передатчиков, чем передатчиков риваята мурсаль, или равно им, поскольку это добавление надёжного передатчика. Это имеет место и здесь, и, как сказал хафиз Абу Масуд ад-Димашки, [аль-Ашджаи] тщательно передал и сохранил то, в чём другие проявили небрежность».
Сказал составитель [настоящего труда], да простит его Аллах Всевышний: то, что сказал ан-Навави о том, что решающее значение имеет непрерывный иснад безусловно, не является методом въедливых знатоков хадиса, ибо они выносят решение исходя из того, что им становится ясным по косвенным признакам: иногда они выносят решение в пользу непрерывного иснада, а иногда — в пользу мурсаль. Этот вопрос не подпадает под общее правило, но у них есть особое рассмотрение для каждого иснада, как мы уже подробно разъяснили ранее в «Толковании введения» (2), обратись к нему — извлечёшь пользу. А Аллах Всевышний — Покровитель успеха.
Что касается второго, то [учёные] сказали: если передатчик говорит: «Мне рассказал такой-то или такой-то», и оба они надёжны, то на это опираются без разногласий, ибо цель — передача от названного надёжного передатчика, а она достигнута. Это правило привёл аль-Хатиб аль-Багдади в «Аль-Кифая», и привели его другие. Это касается не сподвижников, а в отношении сподвижников это применимо тем более, ибо все они — люди справедливые, и нет цели в точном определении, кто из них передал». Конец цитаты (3).
На это правило указал ас-Суюти в своей «Альфийе хадиса», сказав:
«И кто скажет: «Сообщил мне такой-то или этот» — для двух справедливых сочли его приемлемым.
А если скажет: «Или другой» или неизвестна личность одного из тех двух, кого он назвал — не принимай».
А Аллах Всевышний лучше знает истинное положение дел, к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о его пользах.
1. (Из них): тот, кто умер на единобожии, непременно войдёт в Рай, и именно это имел в виду автор (да будет милостив к нему Аллах Всевышний), приведя [хадис] в этом месте.
2. (Из них): в намерении Пророка ﷺ зарезать некоторых из их верблюдов проявляется соблюдение интересов, отдание приоритета более важному перед менее важным и допущение меньшего из двух вредов для устранения большего из них.
3. (Из них): в словах Умара (да будет доволен им Аллах): «Если бы ты собрал то, что осталось от припасов людей...» и далее — проявляется допустимость того, что менее достойный предлагает более достойному то, в чём он видит польза, чтобы более достойный это рассмотрел, и если он увидит в этом пользу, то сделает это.
4 — (в числе их): дозволенность того, чтобы путники смешивали свои припасы и ели из них вместе, даже если одни из них едят больше других. Учёные прямо указали, что это — сунна. Это подобно тому, как Пророк ﷺ похвалил ашаритов (да будет доволен ими Аллах) за то, что они собирали свои припасы, когда их становилось мало, и делили их между собой поровну. Аль-Бухари и Муслим передали в своих «Сахихах» от Абу Мусы аль-Ашари (да будет доволен им Аллах), что он сказал: сказал Пророк ﷺ: «Поистине, ашариты, когда у них истощались запасы в военном походе или уменьшалась еда их семей в Медине, собирали то, что у них было, в одну ткань, а затем делили это между собой из одного сосуда поровну. Они от меня, а я от них».
5 — (в числе их): в этом хадисе — одно из явных знамений пророчества, а подобных ему знамений множество, и их совокупность превышает условие достоверности мутаватир, так что относительно них достигается достоверное знание. Учёные собрали их и составили о них известные книги.
Сказал кади Ийад (да помилует его Аллах Всевышний): это — вопрос, известный достоверно и по мутаватиру, поскольку хадисы, передающие подобный смысл — умножение малой еды, — следуют друг за другом. Мы собрали известные хадисы этой главы, а также тех сподвижников, кто их передал, и тех из числа таби‘инов, кто перенял их от них, в «Главе о чудесах нашего Пророка ﷺ» из нашей книги под названием «Аш-Шифа би-та‘риф хукук аль-Мустафа ﷺ».
И потому что этот хадис и подобные ему, когда их передаёт один сподвижник, упоминая о них применительно к известным местам, к посещаемым военным походам и многочисленным собраниям, и рассказывает о них от лица тех, кто это видел собственными глазами и при ком это происходило, при этом они не отвергают и не отрицают этого, — а они являются знатной общиной, которая не соглашается на порочное и не идёт на уступки в вопросах, противоречащих истине, — то их согласие с его рассказом и их молчание относительно того, о чём он поведал от их общины, подобно прямому речению. И его сообщение, даже будучи единичным, присоединяется по достоверности к сообщению, переданному по мутаватиру. Конец цитаты.
6 — (в числе их): в этом хадисе — указание на то, что войску не следует самовольно, по собственному решению, забивать то, на чём они едут верхом, и выводить это из своего пользования, кроме как с разрешения имама, поскольку это ослабляет их в их военном походе и путешествии. Таково же положение и относительно их оружия, и всего, в чём они нуждаются в своём походе. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель.
По нашему непрерывному иснаду к автору (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутому в начале книги, он сказал:
[146] (28) — Передал нам Сахль ибн Усман и Абу Курайб Мухаммад ибн аль-Аля, оба от Абу Муавии; Абу Курайб сказал: передал нам Абу Муавия, от аль-А‘маша, от Абу Салиха, от Абу Хурайры или от Абу Саида — аль-А‘маш сомневался — который сказал: когда произошёл поход на Табук, людей поразил голод. Они сказали: «О Посланник Аллаха, если бы ты разрешил нам, мы бы зарезали наших верблюдов для перевозки воды, поели бы и смазали бы жиром [что берём в дорогу]». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Сделайте так». Он сказал: тогда пришёл Умар и сказал: «О Посланник Аллаха, если ты сделаешь это, уменьшится число верховых животных. Но призови их принести оставшиеся припасы, а затем призови Аллаха благословить их, — быть может, Аллах устроит в этом благо». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Да». Он сказал: тогда он попросил принести кожаный коврик, разостлал его, и затем попросил принести оставшиеся у людей припасы. Он сказал: и стал один человек приносить горсть зерна, а другой приносить горсть фиников, а третий приносить кусок хлеба, так что на коврике собралось из этого немного. Он сказал: тогда Посланник Аллаха ﷺ призвал на это благословение, а затем сказал: «Берите ваши сосуды». Он сказал: и они брали в свои сосуды, так что не осталось в войске ни одного сосуда, который они не наполнили бы. Он сказал: и они ели, пока не насытились, и осталось ещё избыток. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что я — Посланник Аллаха. Не встретит Аллаха раб, свидетельствуя это без сомнения, чтобы был лишён Рая».
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — Сахль ибн Усман ибн Фарис аль-Кинди, Абу Мас‘уд аль-Аскари, переселившийся в Рей, надёжный (сика), хафиз, у него есть редкие передачи [10] (умер в 235 г.) (М) 5/120.
2 — Абу Курайб Мухаммад ибн аль-Аля аль-Хамдани аль-Куфи, надёжный, хафиз [10] (умер в 247 г.) (Аль-джама‘а) 6/114.
3 — Абу Муавия Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир аль-Куфи, надёжный, хафиз, из числа старших [9]1 (умер в 195 г.) (Аль-джама‘а) 4/116.
4 — Аль-А‘маш Сулейман ибн Михран, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный, хафиз, чтец Корана, практикует тадлис [5] (умер в 147 г.) (Аль-джама‘а), упоминался ранее в «Шарх аль-мукаддима» 1/302.
5 — Абу Салих Заквадан ас-Самман аз-Зайят, упомянутый в предыдущем иснаде.
6 — Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах), упомянутый в предыдущем иснаде.
7 — Абу Саид Са‘д ибн Малик ибн Синан, сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен им Аллах и его отцом), упоминался ранее в «Шарх аль-мукаддима» 2/470. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (в числе них): этот хадис относится к пятизвенным (хумасиййат) иснадам автора (да помилует его Аллах Всевышний).
2 — (в числе них): все передатчики этого иснада — передатчики, на которых опирается вся община (риджаль аль-джама‘а), кроме первого шейха автора, который относится к тем, у кого он передаёт единично; а второй его шейх — из числа девяти шейхов, у которых совместно передавали авторы шести книг без посредника; они уже упоминались неоднократно.
3 — (в числе них): этот иснад является сплошным куфийским (мусалсаль биль-куфиййин), начиная от Абу Курайба; что касается Сахля, то он разиец.
4 — (в числе них): здесь есть слово «Абу Курайб сказал: передал нам...» и тому подобное, а смысл этого в том, что Абу Курайб прямо указал, что Абу Муавия передавал ему вместе с группой, в отличие от Сахля, который этого не оговорил явно. Это — из мер предосторожности автора и его бережного отношения к формулировкам шейхов, и подобное уже встречалось неоднократно.
5 — (в числе них): Абу Муавия — наиболее надёжный из тех, кто передавал хадисы аль-А‘маша, а аль-А‘маш больше всего передавал от Абу Салиха — он передал от него тысячу хадисов, а Абу Салих — один из наиболее часто передававших от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах).
6 — (в числе них): здесь передача таби‘и от таби‘и, и Абу Хурайра и Абу Саид (да будет доволен ими обоими Аллах) относятся к семи наиболее многопередававшим сподвижникам. А Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
146 — (от Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах) (или) — сомнение от передатчика — (от Абу Саида) аль-Худри (да будет доволен им Аллах) (сомневался аль-А‘маш), то есть в том, относится ли этот хадис к муснаду Абу Хурайры или к муснаду Абу Саида аль-Худри, но это сомнение не вредит, как уже было разъяснено в третьем вопросе вопросов предыдущего хадиса. (Сказал) Абу Хурайра или Абу Саид: (когда произошло) — глагол «кяна» здесь полный (татамма), в значении «случилось» и «произошло», поэтому он не требует сказуемого, а довольствуется своим подлежащим, как сказал Ибн Малик в «Хуляса»:
«...и полный [«кяна»] довольствуется подлежащим в им. падеже»
И сказал аль-Харири в «Мульхат аль-и‘раб»:
«И если скажешь: о народ, был дождь — то не нуждаешься для этого в сказуемом»
(поход на Табук) — так в большинстве списков, а в некоторых списках встречается: «когда было время похода на Табук», с добавлением слова «время». Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний): так мы это зафиксировали — «в день похода на Табук», и под «днём» здесь подразумевается время и период, а не тот день, который представляет собой промежуток от восхода зари до заката солнца; и в большинстве оригиналов, или в большей их части, слово «день» здесь не упоминается. Конец цитаты.
А «аль-газва» — с фатхой [над «г»] и сукуном [над «з»], множественное число — «газават», подобно «шахва» и «шахават». Сказал Ибн аль-Асир: «аль-газва» — это единичное действие от «аль-газв», а имя (масдар) — «аль-газа» — с двумя фатхами, а множественное число от «аль-гази» — «гузат», «гузза», «газий» и «гуззаа», подобно «куда», «суббак», «хаджидж» и «фуссак». А «агзайту фуланан» — значит: снарядил такого-то для военного похода. А «аль-магза» и «аль-магзаа» — это место похода, а иногда это сам поход. Конец цитаты.
«Табук» — с фатхой над «та» и даммой над «ба» — это окраина Шама со стороны кыблы; между ним и Мединой около четырнадцати переходов, а между ним и Дамаском — одиннадцать переходов. Поход Пророка ﷺ на Табук состоялся в девятом году хиджры, и оттуда он посылал послания к предводителям Рума, и к нему приходили те, кто приходил. Это был последний его поход, в котором он участвовал лично. Аль-Азхари сказал: Пророк ﷺ пробыл в Табуке более десяти дней. Известно, что слово «Табук» не склоняется по причине женского рода и того, что это имя собственное — так сказал ан-Навави в своём «Тахзибе» (2).
Аль-Фаюми сказал: «бака аль-химару аль-атана ябукуха баукан» — означает, что осёл покрыл ослицу; «баката-н-нака-ту табуку баукан» — означает, что верблюдица разжирела, и она называется «баика» без «та марбуты». Именно от этого настояще-будущего времени и получил своё название поход на Табук, потому что Пророк ﷺ совершил его в месяце раджаб девятого года, заключив с его жителями мир на условии выплаты джизьи без боя, так что поход прошёл без тяжких лишений, подобно верблюдице, не знающей истощения. Затем этим же именем была названа сама местность — Табук, — это место в пустыне Шама, недалеко от Мадьяна, к жителям которого Аллах Всевышний послал пророка Шуайба, мир ему. Конец цитаты (1).
(2) «Тахзиб аль-асма ва-ль-лугат» 3/43.
Аль-Муртада упомянул в «Тадж аль-арус», что относительно морфологической формы слова «Табук» и причины такого названия существуют разногласия. Аль-Азхари сказал: если «та» в нём является корневой буквой, то я не знаю, от чего произведено слово «Табук»; а если она является показателем женского рода в настояще-будущем времени, то оно производно от «баката табуку». Затем он сказал: возможно также, что «Табук» имеет форму «тафъуль». Конец цитаты (2).
(2) «Тадж аль-арус мин джавахир аль-камус» 7/113.
[Замечание]: Говорят, что причиной похода на Табук было то, что передал аль-Байхаки в «Далаиль ан-нубувва» от аль-Хакима, от Ахмада ибн Абд аль-Джаббара аль-Уттариди, от Юнуса ибн Букайра, от Абд аль-Хамида ибн Бахрама, от Шахра ибн Хаушаба, от Абд ар-Рахмана ибн Ганма: иудеи пришли однажды к Посланнику Аллаха ﷺ и сказали: «О Абу-ль-Касим, если ты правдив в том, что ты пророк, то отправляйся в Шам, ибо Шам — это земля сбора людей в Судный день и земля пророков». Он поверил их словам и выступил в поход на Табук, стремясь лишь к Шаму. Когда же он достиг Табука, Аллах ниспослал аяты из суры «Бану Исраиль» после того, как сура уже была завершена: «Они чуть было не соблазнили тебя, чтобы ты покинул землю, дабы изгнать тебя оттуда» (аль-Исра, 76). Аллах повелел ему вернуться в Медину и сказал: «В ней твоя жизнь и твоя смерть, и из неё ты будешь воскрешён».
Хафиз Ибн Касир сказал: в этом иснаде есть сомнение, и наиболее очевидно, что это сообщение недостоверно, ибо Пророк ﷺ не совершал поход на Табук по словам иудеев, а совершил его в исполнение слов Всевышнего: «О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас» (ат-Тауба, 123), и слов Всевышнего: «Сражайтесь с теми из людей Писания, которые не веруют в Аллаха и в Последний день, не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник, и не следуют истинной религии, до тех пор пока они не выплатят джизью своей рукой, будучи униженными» (ат-Тауба, 29), а также совершил его, чтобы взыскать и отомстить тем, кто убил
(2) «Танбих аль-муаллим би-мубхамат Сахих Муслим», с. 53.
(3) См.: «Аль-Мисбах» 1/9.
(4) «Шарх ан-Навави» 1/225.
(5) «Аль-Мисбах аль-мунир» 2/609-610.
его соратников из числа участников битвы при Муте, а Аллах знает лучше. И если бы это сообщение было достоверным, то на него можно было бы отнести хадис, переданный аль-Валидом ибн Муслимом от Уфайра ибн Мадана, от Сулайма ибн Амира, от Абу Умамы ﷺ, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Коран был ниспослан в трёх местах: в Мекке, Медине и Шаме»». Аль-Валид сказал: имеется в виду Байт аль-Мукаддас. Но толкование слова «Шам» как «Табук» лучше, чем то, что сказал аль-Валид, а именно что это Байт аль-Мукаддас. Конец слов Ибн Касира (1), и это хорошее уточнение, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«их постиг голод») — с фатхой над «мим» и без удвоения «джим»: это сильный голод. («они сказали») — то есть спутники Пророка, находившиеся с ним в этом походе. Сибт Ибн аль-Аджами сказал в «Ат-Танбих»: «Я не знаю их поимённо». Конец цитаты (2). («о Посланник Аллаха, если бы ты позволил нам») — с касрой над «заль». Говорят: «аз-инту лаху фи кяза» по образцу «алима» — если разрешил ему сделать что-либо (3).
Их слова «если бы ты позволил нам» — один из наилучших образцов обращения к старшим и обращения к ним с просьбой: говорят «если бы ты сделал то-то», или «если бы ты повелел то-то», или «если бы ты разрешил то-то», или «если бы ты указал на то-то», подразумевая, что это было бы благом, или было бы правильным, или было бы весомым мнением, или явной пользой, и тому подобное. Это красивее, чем говорить старшему «сделай то-то» в форме повелительного наклонения.
В этом также указание на то, что воинам в войске не подобает губить своих верховых животных, которыми они пользуются в бою, без разрешения имама, и что он не должен разрешать им это, кроме как если видит в этом пользу, или боится явного вреда. А Аллах Всевышний знает лучше (4).
(«и мы зарезали наших верблюдиц для перевозки воды») — «навадих» — это верблюды, на которых возят воду для полива. Абу Убайд сказал: самец из них называется «надих», а самка — «надиха». Аль-Фаюми сказал: «надаха аль-баиру аль-маа» — верблюд перенёс воду из реки или колодца для полива посевов, и он называется «надих», а самка — «надиха» с «та марбутой». Он называется так, потому что он «утоляет жажду» («янзаху аль-аташа»), то есть смачивает её водой, которую несёт — это его исходное значение. Затем это слово стало применяться к любому верблюду, даже если он не носит воду, и множественное число — «навадих». Конец цитаты (5).
(2) «Танбих аль-муаллим би-мубхамат Сахих Муслим», с. 53.
(3) См.: «Аль-Мисбах» 1/9.
(4) «Шарх ан-Навави» 1/225.
(5) «Аль-Мисбах аль-мунир» 2/609-610.
(«и мы ели их и намазывались их жиром») — автор «Ат-Тахрир» сказал: их намерением не было то, что известно как обычное «намазывание маслом», а имеется в виду, что они брали себе жир из их сала. Конец цитаты.
(«Посланник Аллаха ﷺ сказал: «делайте»») — то есть зарежьте своих верблюдиц для воды, ешьте и намазывайтесь их жиром. («сказал») — рассказчик, Абу Хурайра или Абу Саид, («тогда пришёл Умар») ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) («и сказал: «о Посланник Аллаха, если ты сделаешь это»») — то есть если ты разрешишь им то, что они просили, а именно зарезать своих верблюдиц для воды, («уменьшится число верховых животных»). В «Аль-Лисан» сказано: «аз-Захр» — это верховые животные, которые перевозят тяжести в пути, потому что груз несут на их спинах; говорят «сыны такого-то — обладатели захра», если у них есть верховые животные, на которых они перевозят груз, подобно тому как говорят «обладатели наджаиб», если у них есть породистые верблюдицы. Он также сказал: «аз-Захр» — это верблюды, на которых возят груз и на которых ездят верхом; говорят: «у такого-то есть захр», то есть верблюды, а множественное число — «зухран» с даммой. Конец цитаты с сокращением (1).
Ан-Навави сказал в своём «Шархе»: имеется в виду под «захр» здесь — верховые животные, названные так, потому что на их спину («захр») садятся верхом, или потому что ими подкрепляются («йустазхару») и пользуются в пути.
В этом указание на допустимость того, чтобы советовать имамам и предводителям, и что тот, кто ниже их по достоинству, может высказать им своё мнение, противоречащее их взгляду, если видит в этом пользу, и может предложить отменить то, что они повелели сделать (2).
(«но призови их принести излишки их припасов») — то есть вели им принести то, что осталось от их припасов, («затем призови Аллаха») Всевышнего («для них над этим с благословением») — исходное значение «баракя» — обилие блага и его устойчивость; «табарака Аллах» означает, что благо утвердилось у Него; говорят также иначе. («может быть, Аллах сделает в этом») — так это встречается в источниках, которые мы видели, и здесь есть опущенное слово, подразумеваемое так: «сделает в этом благословение», или «благо», или нечто подобное — опущено прямое дополнение, поскольку оно является избыточным элементом, как сказано в «Хуляса»:
«Дозволь опустить избыточный элемент, если это не вредит, — как опускают то, что использовано в качестве ответа или было ограничено».
(«Посланник Аллаха ﷺ сказал: «да»») — ранее было сказано, что это слово означает подтверждение, если стоит после прошедшего времени, например «халя кама Зейд», и обещание, если стоит после будущего времени, например «халя такум», как в словах Умара (да будет доволен им Аллах) здесь; ведь его слова «призови их принести излишки их припасов» — это просьба, а просьба относится к будущему, так что слова Пророка ﷺ «да» являются обещанием с его стороны призвать их к этому.
(2) «Шарх Муслим» 1/225.
(Он сказал) — рассказчик, (то есть Пророк ﷺ повелел принести) кожаную подстилку (нитъа). В этом слове известны четыре варианта произношения: наиболее известный — с касрой на «нун» и фатхой на «та», второй — с фатхой на обоих, третий — с фатхой на «нун» и сукуном на «та», четвёртый — с касрой на «нун» и сукуном на «та». Это известная вещь, изготовленная из кожи; множественное число — «анта‘» и «нуту‘».
(И разложил её, затем повелел принести остатки их припасов. Сказал) рассказчик: (и вот один человек стал приносить полную горсть проса) — то есть в количестве, наполняющем ладонь, что указывает на его малость. Слово «зурра» — с даммой на «заль» с точкой и фатхой без удвоения на «ра» — известное зерно; его последняя буква корня отпала, а исходная форма — «зуруа», то есть «зурай», затем эта буква отпала, а вместо неё была добавлена «та марбута» (ха), как сказано в «аль-Мисбахе». (Он сказал: а другой приносил горсть фиников) — разбор этого слова и его значение приводились в предыдущем хадисе. (Он сказал: а ещё один приносил кусок хлеба) — с касрой и сукуном: кусок хлеба, множественное число — «кисар», подобно «сидра» и «сидар». (Пока не собралось на подстилке из этого немного) — то есть мало. (Он сказал: тогда Посланник Аллаха ﷺ призвал на это благословение) — то есть чтобы это увеличилось, дабы хватило всем. (Затем он сказал ﷺ): «Берите в свои сосуды» — множественное число от «вида’» с касрой: то, во что складывают, то есть собирают вещь. (Он сказал) рассказчик: (и они стали брать в свои сосуды, так что не) — отрицательная частица (осталось в войске) — с фатхой и сукуном: воинское подразделение; аль-Джавалики сказал, что это персидское слово, арабизированное. (сосуда, который бы они не наполнили. Он сказал) рассказчик: (и они ели, пока не насытились) — с касрой средней буквы. (И осталось излишек) — говорят «фадала» и «фадила» с касрой и фатхой над «дад» — два известных варианта. Сказано в «аль-Мисбахе»: «фадала фадлан» из группы глаголов типа «катала» означает «остался»; в другом варианте — «фадила йафдулу» из группы типа «та‘иба»; а «фадила» с касрой, «йафдулу» с даммой — вариант, не являющийся исходным, но возникший от смешения двух форм языка, подобно тому, как в правильных глаголах: «на‘има йан‘умму», «накила йанкулу», а в слабых: «дамта тадуму», «митта тамуту». Конец цитаты.
(И сказал Посланник Аллаха ﷺ) — признавая милость Всевышнего Аллаха и разъясняя людям, что это произошло исключительно по Его милости, и что сам он не имеет к этому никакого отношения, будучи лишь посланником, передающим послание от Аллаха — Свят Он и Велик, — и Аллах Всевышний ответил на его молитву и ниспослал благословение в этой пище в подтверждение того, что он — истинный посланник Его: «Свидетельствую, что нет бога, кроме Аллаха, и что я — посланник Аллаха. Не встретит Аллаха с этими двумя словами) — то есть с этими двумя свидетельствами (раб) — находясь в состоянии (без сомнения) в их значении (чтобы он был отгорожен от Рая). Аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: мы передаём это как с насбом слова «йухджаб», так и с раф‘ом. Насб — из-за скрытого «ан» после «фа» в ответе на отрицание, как сказано в «аль-Хуласа»:
«И после «фа» ответа на отрицание или на чистую просьбу — «ан» и скрытие его обязательно требует насба».
Этот вариант — наиболее ясный и предпочтительный, а в раф‘е есть затруднение, поскольку он поднимается на основании того, что является хабаром для опущенного мубтада, то есть подразумевается: «то он отгорожен», а это противоречит смыслу, и смысл не устанавливается верно, пока не будет подразумеваться отрицательная частица «ля», то есть: «то он не отгорожен», а такая отрицательная «ля» в подобном случае не опускается. Конец цитаты.
Разбор источников хадиса и разъяснение связанных с ним вопросов приводились в предыдущем хадисе. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
И по нашему непрерывному иснаду до автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, упомянутого в начале книги, он сказал:
[147] (29) — (Рассказал нам Давуд ибн Рушайд, рассказал нам аль-Валид — то есть ибн Муслим — от Ибн Джабира, сказал: рассказал мне Умайр ибн Хани, сказал: рассказал мне Джунада ибн Абу Умайя, рассказал нам Убада ибн ас-Самит, сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто скажет: свидетельствую, что нет бога, кроме Аллаха, единого, у Которого нет сотоварища, и что Мухаммад — Его раб и посланник, и что Иса — раб Аллаха и сын Его рабыни, и слово Его, которое Он бросил Марьям, и дух от Него, и что Рай — истина, и что Ад — истина, — того Аллах введёт через любые из восьми врат Рая, какие пожелает»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Давуд ибн Рушайд) — с даммой на «ра» в уменьшительной форме — аль-Хашими, их вольноотпущенник, Абу аль-Фадль аль-Хваризми, живший в Багдаде, надёжный передатчик [10].
Передавал от Хушайма, аль-Валида ибн Муслима, Ма‘мара ибн Сулеймана, Йахйи ибн Абу Заида, Хафса ибн Гияса, Исмаила ибн Джафара, Ибн ‘Улайи, Исмаила ибн Аяша и других.
От него передавали Муслим, Абу Дауд, Ибн Маджа; аль-Бухари передал от него один хадис о достоинстве освобождения раба, а ан-Насаи — другой через посредство Са‘ики, Ахмада ибн Али аль-Марвази; аль-Бухари передавал от него в других своих трудах, помимо «аль-Джами‘», без посредника, а также Абу Зур‘а, Абу Хатим, Мухаммад ибн Убайдуллах ибн аль-Мунади и другие.
Салих ибн Мухаммад сказал: Йахйа ибн Ма‘ин считал его надёжным; Абу Хатим сказал: правдив; ад-Даракутни сказал: надёжный, выдающийся. Мухаммад ибн Абдуллах аль-Хадрами и другие сказали, что он умер в 239 году, а некоторые добавили — в шаабане, и это же мнение аль-Калабази, следующего за аль-Бухари в его «Тарихе», так же сказал ас-Сарраджи. Ибн Хиббан упомянул его в «ас-Сикат» и сказал: нам рассказывал о нём аль-Хусайн ибн Идрис аль-Ансари и другие; он умер после того, как ослеп. Ибн Хазм ошибся, сказав вслед за хадисом, который он привёл через его передачу в «Книге о наказаниях» из «аль-Исаль»: Давуд ибн Рушайд слабый.
Хадисы от него приводили аль-Бухари, автор настоящего сочинения, Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа; в этой книге от него (14) хадисов.
2 — (аль-Валид ибн Муслим) аль-Куруши, вольноотпущенник рода Умайя, а по другой версии — рода аль-Аббас, Абу аль-Аббас ад-Димашки, надёжный, учёный Шама, однако много занимался тадлисом и тасвией [8].
Передавал от Хариза ибн Усмана, Сафвана ибн Амра, аль-Авзаи, Ибн Джурайджа, Ибн Аджлана, Ибн Абу Зиба, Саида ибн Абд аль-Азиза, ас-Саури, Абдуллаха ибн аль-Аля ибн Забра, Саура ибн Язида, Ханзалы ибн Абу Суфьяна, Бакра ибн Мудара, Исмаила ибн Рафи‘а и других.
От него передавали аль-Лайс ибн Са‘д, который относится к числу его шейхов, Бакия ибн аль-Валид, Абдуллах ибн Вахб — оба его современники, аль-Хумайди, Сулейман ибн Абд ар-Рахман, Ахмад ибн Ханбаль, Исхак ибн Рахавайх, Али ибн аль-Мадини, Абу Хайсама, Давуд ибн Рушайд, Ибрахим ибн аль-Мунзир и другие.
Ибн Са‘д сказал: он был надёжным, обладал множеством хадисов. Хаммад, его писец, сказал о нём: я находился в обществе Ибн Джабира семнадцать лет, и он говорил: когда я хотел услышать что-либо от какого-либо шейха, я спрашивал о нём аль-Авзаи и Саида ибн Абд аль-Азиза. Аль-Фадль ибн Зияд передал от...
Ахмад сказал: «Никто не передавал от шамийцев более достоверно, чем Исмаил ибн Айяш и аль-Валид». Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: «Я не видел никого разумнее его». Ибрахим ибн аль-Мунзир сказал: «Просил меня Али ибн аль-Мадини извлечь для него хадисы аль-Валида, и я сказал ему: «Пречист Аллах, где моё слышание рядом с твоим?» Он ответил: «Аль-Валид вошёл в Шам, и у него много знания, а я не смог этим овладеть». Я извлёк для него, и он был удивлён его пользами, и стал говорить: «Он записывал верно»». Абдуллах ибн Али ибн аль-Мадини передал от своего отца: «Рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Махди от аль-Валида, потом я слышал от самого аль-Валида, и я не видел среди шамийцев подобного ему. Он выделялся достоверными хадисами, в которых с ним никто не делил передачи». Ахмад ибн Абу аль-Хавари сказал: «Сказал мне Марван ибн Мухаммад: «Если ты записал хадис аль-Аузаи от аль-Валида, то не беспокойся о том, кого ты упустил»». Марван также сказал: «Аль-Валид был знающим в хадисе аль-Аузаи». Абу Мусхир сказал: «Аль-Валид был усердным в знании». Он же сказал: «Он был из числа надёжных наших товарищей», а в другой версии — «из числа хафизов наших товарищей». Абу Зур‘а ад-Димашки сказал: «Сказал мне Ахмад: «У вас трое знатоков хадиса: Марван ибн Мухаммад, аль-Валид и Абу Мусхир»». Якуб ибн Суфьян сказал: «Я слышал, как наши товарищи говорили: «Знание людей — у Исмаила ибн Айяша и аль-Валида ибн Муслима». Что касается аль-Валида, то он прошёл свой путь, будучи хвалимым у людей знания, точным, достоверным, с достоверным знанием». Аль-Иджли и Якуб ибн Шайба сказали: «Аль-Валид ибн Муслим — надёжный (сика)». Мухаммад ибн Ибрахим сказал: «Я спросил Абу Хатима: «Что ты скажешь о аль-Валиде ибн Муслиме?» Он ответил: «Хадис его хорош»». Абу Зур‘а ар-Рази сказал: «Аль-Валид был более знающим, чем Вакиʻ, в делах военных походов». Ибн Джавса сказал: «Мы всё время слышали, что тот, кто записал сочинения аль-Валида, годен занимать судейскую должность», и добавил: «Сочинений аль-Валида — семьдесят книг». Садака ибн аль-Фадль аль-Марвази сказал: «Прибыл аль-Валид в Мекку, и я не видел никого более сведущего в длинных хадисах и в сражениях (маляхим), чем он. Люди стали спрашивать его о мнении (ра’й), а он не знал наизусть. Потом он вернулся, а я был в Мекке, и вот он уже выучил разделы, и оказался человек — хафиз, точный». Аль-Хумайди сказал: «Сказал нам аль-Валид ибн Муслим: «Если вы оставите меня, я передам вам от надёжных наших шейхов, а если откажетесь, то спрашивайте — и мы расскажем вам то, о чём вы спрашиваете»».
Аль-Фасави сказал: «Я спросил Хишама ибн Аммара об аль-Валиде, и он принялся описывать его знание, его благочестие и его смирение». Ибн аль-Йаман сказал: «Я не видел подобного ему». Аль-Аджурри сказал: «Я спросил Абу Дауда о Садаке ибн Халиде, и он сказал: «Он более достоверен, чем аль-Валид. Аль-Валид передал от Малика десять хадисов, у которых нет основы, из них четыре — от Нафи‘»». Муханна сказал: «Я спросил Ахмада об аль-Валиде, и он сказал: «У него смешались хадисы, которые он слышал, и те, которые он не слышал, и были у него неприемлемые (мункар) хадисы, среди них — хадис Амра ибн аль-Аса: «Не путайте на нас нашу религию»», в этом — от Пророка ﷺ». Абдуллах ибн Ахмад сказал: «Спросили о нём моего отца, и он сказал: «Он был рафф‘ («возвышающий», т.е. поднимающий передачи выше их уровня)»». Аль-Исмаили сказал: «Мне сообщили от Абдуллаха ибн Ахмада от его отца, который сказал: «Аль-Валид был рафф‘»». Аль-Марвази передал от Ахмада: «Аль-Валид много ошибался». Ханбаль передал от Ибн Ма‘ина: «Я слышал, как Абу Мусхир говорил: «Аль-Валид был из тех, кто брал хадис аль-Аузаи от Абу ас-Сафара, а Абу ас-Сафар был лжецом»». Мувамаль ибн Ихаб передал от Абу Мусхира: «Аль-Валид ибн Муслим передавал хадис аль-Аузаи от лжецов, а затем скрывал их (тадлис), передавая от них». Салих ибн Мухаммад сказал: «Я слышал, как аль-Хайсам ибн Хариджа говорил: «Я сказал аль-Валиду: «Ты испортил хадис аль-Аузаи». Он спросил: «Как?» Я сказал: «Ты передаёшь от аль-Аузаи от Нафи‘, и от аль-Аузаи от аз-Зухри и Яхьи ибн Са‘ида, а другие вставляют между аль-Аузаи и Нафи‘ — Абдуллаха ибн Амира, а между ним и аз-Зухри — Ибрахима ибн Мурру и Курру и других. Что заставляет тебя так делать?» Он ответил: «Я возвышаю (уналлиб) аль-Аузаи от этих людей». Я сказал: «Если аль-Аузаи передавал от этих и от тех, а они слабы, неприемлемые хадисы, а ты их исключаешь и делаешь их передачей аль-Аузаи от надёжных, то это ослабляет самого аль-Аузаи»». Он сказал: «Он не обратил внимания на мои слова»». Ад-Даракутни сказал: «Аль-Валид совершал ирсаль (пропуск звена): он передавал от аль-Аузаи хадисы, которые у аль-Аузаи были от слабых шейхов, от шейхов, которых аль-Аузаи застал, опуская имена слабых и делая их от аль-Аузаи, от Нафи‘ и от Атаа».
Духайм передал от внука аль-Валида по дочери: «Аль-Валид родился в сто девятнадцатом году». Ибн Са‘д, Якуб ибн Шайба и другие сказали: «Аль-Валид совершил хадж в девяносто четвёртом году и умер после возвращения из хаджа, прежде чем достиг Дамаска». В девяносто четвёртом году датировали это Амр ибн Али, Абу Муса и другие. Духайм и не один другой сказали: «Он умер в мухарраме девяносто пятого года». Аль-Бухари сказал: «Сказал мне Ибрахим ибн аль-Мунзир: «Сказал мне Харамала ибн Абд аль-Азиз: «Остановился у меня аль-Валид, возвращаясь из хаджа, и умер у меня в Зи-ль-Марва»». Му‘авия ибн Салих сказал: «Он умер в девяносто шестом году», но за ним в этом не последовали.
Передали от него все составители сборников (аль-джама‘а), и в этой книге от него — сорок два хадиса.
3 — (ИБН ДЖАБИР) — это Абд ар-Рахман ибн Язид ибн Джабир аль-Азди, Абу Утба аш-Шами ад-Дарани, надёжный (сика) [7-й слой].
Передавал от Макхуля, аз-Зухри, Атыйи ибн Кайса, Умайра ибн Хани, Салима ибн Амира, Бусра ибн Убайдуллаха аль-Хадрами, Зайда ибн Асляма, Са‘ида аль-Макбури и других.
От него передавали его сын Абдуллах, Садака ибн Халид, Садака ибн аль-Мубарак, Умар ибн Абд аль-Вахид, Бишр ибн Бакр, Хусайн ибн Али аль-Джу‘фи и другие.
Ахмад сказал: «В нём нет вреда». Ибн Ма‘ин, аль-Иджли, Ибн Са‘д, ан-Насаи и не один другой сказали: «Надёжен (сика)». Ибн аль-Мадини сказал: «Он причисляется ко второму разряду знатоков фикха жителей Шама после сподвижников (да будет доволен ими Аллах)». Якуб ибн Суфьян сказал: «Абд ар-Рахман и Язид, сыновья Джабира, — оба надёжны, они поселились в Басре, затем переселились в Дамаск». Абу Дауд сказал: «Он из числа надёжных людей». Его сын Абу Бакр ибн Абу Дауд сказал: «Надёжен, заслуживает доверия». Муса ибн Харун сказал: «Абу Усама передавал от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира, и это было его ошибкой — он не встречался с Ибн Джабиром, а встречался с Ибн Тамимом и подумал, что это Ибн Джабир. Ибн Джабир надёжен, а Ибн Тамим слаб». Аль-Фаллас сказал: «Слаб в хадисе», хотя у них он из людей правдивости, а передавали от него куфийцы неприемлемые хадисы. Аль-Хатыб сказал: «Похоже, аль-Фалласу это показалось похожим на Ибн Тамима». Ибн Махди сказал: «Если увидишь, что шамиец упоминает аль-Аузаи, Са‘ида ибн Абд аль-Азиза и Абд ар-Рахмана ибн Язида, то доверься ему». Духайм сказал: «Он идёт после Зайда ибн Вакида в передаче от Макхуля». Абу Хатим сказал: «Правдив (садук), нет в нём вреда, надёжен».
Халифа и другие сказали: «Он умер в сто пятьдесят третьем году», Ибн Са‘д добавил: «В возрасте за восемьдесят с чем-то лет». Сафван ибн Салих сказал: «Я слышал аль-Валида и не одного из наших товарищей, говорящих: «Он умер в пятьдесят четвёртом году»». Абдуллах ибн Язид аль-Кари сказал: «Он умер в пятьдесят пятом году». Ибн Ма‘ин сказал: «Он умер в пятьдесят шестом году», и так же передали аль-Бухари и Якуб ибн Шайба. Ибн Хиббан в «Достоверных (ас-Сикат)» утвердил первое мнение.
Передали от него все составители сборников, и в этой книге от него всего восемь хадисов, под номерами (28), (104), (972) — и он повторил его после, — (1847), (1855), (1537), (2864) и (2937).
4 — (УМАЙР ИБН ХАНИ) АЛЬ-АНСИ — с сукуном на «нун» и двумя точечными буквами — Абу аль-Валид ад-Димашки ад-Дарани, надёжный (сика), из старших [4-й слой].
Передавал от Му‘авии, Малика ибн Йухамира, Джунады ибн Абу Умайи, Абу Хурайры.
От него передавали Абу Амр аль-Аузаи, Абд ар-Рахман ибн Сабит ибн Саубан, Абд ар-Рахман ибн Язид ибн Джабир, аль-Аля ибн Утба аль-Йахсаби, Усман ибн Абу аль-Атика, Са‘ид ибн Бишр, Му‘авия ибн Салих и группа других.
Сказал аль-Хаким Абу Ахмад: говорят, что он застал тридцать сподвижников Пророка ﷺ. Аль-‘Иджли сказал: шамец, таби‘ий, надёжный (сика). Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» («ас-Сикат»). Абу Дауд сказал: он был кадаритом и произносил в день сто тысяч тасбихов. Ат-Тирмизи привёл с добавлением в «Книге молений» своего «Джами‘», сказав: рассказал нам Али ибн Худжр: рассказал нам Маслама ибн Амр, сказавший: Умайр ибн Хани каждый день совершал молитву в тысячу поклонов и произносил сто тысяч тасбихов.
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: то, что он совершал каждый день молитву в тысячу поклонов и произносил сто тысяч тасбихов, не заслуживает большой похвалы, ибо это не из руководства (хады) Пророка ﷺ, а лучшее руководство — руководство Мухаммада ﷺ. Не установлено достоверно от него ﷺ, что он молился в такой мере в течение дня или произносил тасбих в таком количестве. Всё благо — в следовании его руководству. Я упомянул это лишь для того, чтобы тот, кто читает подобное, не был обольщён этим и не подумал, что это из сунны. Так что будь внимателен. Аллах Всевышний — ведущий к прямому пути.
Абу Зур‘а ад-Димашки упомянул, что ас-Сакр ибн Хабиб аль-Мурри убил его в Дарайе в 127 году. Я‘куб ибн Суфьян сказал: я спросил Духайма: «Умайр ибн Хани?» Он ответил: «Умер давно». Я спросил: «Был убит?» Он сказал: «Нет, убит был лишь его сын».
Передавали от него все составители сборников (аль-джама‘а), и в этой книге от него всего два хадиса: этот хадис и хадис (1037): «Не перестанет группа из моей общины стоять по повелению Аллаха…». А у ан-Насаи от него — только упомянутый здесь хадис Убады (да будет доволен им Аллах).
5 — (Джунада ибн Абу Умайя) — с дамма над «джим» и облегчённым «нун» — аль-Азди, затем аз-Захрани, а говорят также — ад-Дауси, Абу Абдуллах аш-Шами. Говорят, что имя его отца — Кабир. Относительно его сподвижничества существуют разногласия.
Передавал от Пророка ﷺ, а также от Умара, Али, Му‘аза, Абу ад-Дарды, Абдуллаха ибн Амра, Убады ибн ас-Самита, Бусра ибн Абу Артата.
От него передавали его сын Сулейман, Умайр ибн Хани, Убада ибн Нусайй, Бусра ибн Са‘ид, Шуайм ибн Байтан и другие.
Ибн Юнус сказал: он был из числа сподвижников, участвовал в завоевании Египта, был правителем Бахрейна при Муавии. Из тех, кто подтверждал его сподвижничество, — Яхья ибн Ма‘ин. В «Вопросах» Ибрахима ибн аль-Джунайда о нём (спросили): «Джунада ибн Абу Умайя аль-Азди, от которого передавал Муджахид, — сподвижник ли он?» Он ответил: «Да». Спросили: «Тот, кто передавал от Убады?» Он ответил: «Это он и есть». Ибн Хиббан упомянул его в числе надёжных из таби‘инов и сказал: «Говорят, что у него есть сподвижничество, но это неверно». Аль-‘Иджли сказал: шамец, таби‘ий, надёжный, из старших таби‘инов, жил в Иордании. Ибн Са‘д упомянул его в первом разряде таби‘инов жителей Шама.
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: ан-Навави (да помилует его Аллах) в своём «Шархе» признал верным мнение о том, что Джунада — сподвижник, однако то, что счёл верным аль-Хафиз (да помилует его Аллах Всевышний), — что их было двое: один сподвижник, а другой таби‘ий, и это тот, о ком идёт речь здесь. Вот его текст в «ат-Такриб»:
Истина в том, что их двое: сподвижник и таби‘ий, совпадающие по имени и кунье отца. Я разъяснил это с доводами в своей книге о сподвижниках. Риваят Джунады аль-Азди от Пророка ﷺ находится в «Сунан ан-Насаи», а риваят Джунады ибн Абу Умайи от Убады ибн ас-Самита — в шести книгах. Конец цитаты (1), и это хорошее исследование. А Аллах Всевышний знает лучше.
Аль-Вакиди, Халифа и другие сказали: он умер в 80 году. Аль-Вакиди добавил: он был надёжным (сика), участником военных походов. Говорят также, что он умер в 86 году, а также говорят — в 75 году (1).
Передавали от него все составители сборников, и в этой книге от него всего два хадиса: этот, и хадис (1709): «Мы дали присягу на слушание и подчинение в радости нашей и в неприятности нашей».
6 — (Убада ибн ас-Самит) ибн Кайс ибн Асрам ибн Фихр ибн Кайс ибн Са‘лаба ибн Ганм ибн Салим ибн Ауф ибн Амр ибн Ауф аль-Хазраджи аль-Ансари, Абу аль-Валид. Халифа ибн Хайят сказал: его матерью была Курра аль-Айн бинт Убада ибн Надла ибн аль-Аджлан. Участвовал в битве при Бадре. Ибн Са‘д сказал: он был одним из накыбов при Акабе, и Посланник Аллаха ﷺ побратал его с Абу Марсадом аль-Гануви. Он участвовал во всех походах после Бадра. Ибн Юнус сказал: он участвовал в завоевании Египта и был начальником четверти подкрепления. В «двух Сахихах» от ас-Сунабихи передаётся от Убады, что он сказал: «Я из числа накыбов, которые дали присягу Посланнику Аллаха ﷺ в ночь Акабы…» — и далее хадис.
Он передавал от Пророка ﷺ много. От него передавали его сыновья: аль-Валид, Дауд, Убайдуллах; его внуки: Яхья и Убада, сыновья аль-Валида; Исхак ибн Яхья ибн аль-Валид ибн Убада, который не застал его. Из его сверстников — Абу Айюб аль-Ансари, Анас ибн Малик, Джабир ибн Абдуллах, Рифа‘а ибн Рафи‘, Шурахбиль ибн Хасана, Салама ибн аль-Мухаббик, Абу Умама, Абд ар-Рахман ибн Ганм, Фадала ибн Убайд, Махмуд ибн ар-Раби‘ и другие сподвижники, а также аль-Асвад ибн Са‘лаба, Джубайр ибн Нуфайр, Джунада ибн Абу Умайя, Хиттан ибн Абдуллах ар-Ракаши, Абдуллах ибн Мухайриз, Абу Абд ар-Рахман ас-Сунабихи, Раби‘а ибн Наджид, Атаа ибн Ясар, Кабиса ибн Зуайб, Нафи‘ ибн Махмуд ибн Раби‘а, Я‘ла ибн Шаддад ибн Аус, Абу аль-Аш‘ас ас-Сан‘ани, Абу Идрис аль-Хаулани и многие другие.
Хумайд ибн Занджавайх привёл в книге «ат-Таргиб» через Абу аль-Аш‘аса, что он отправился в мечеть Дамаска и встретил там Шаддада ибн Ауса и ас-Сунабихи, и они сказали: пойдём к нашему брату, посетим его больным.
Они вошли к Убаде и сказали: «Как ты себя чувствуешь этим утром?» Он ответил: «Утром я оказался по милости и щедрости Аллаха». Абд ас-Самад ибн Са‘ид сказал в «Тарих Химс», что он был первым, кто занимал должность судьи Палестины. Из его достоинств упомянуто в «аль-Магази» Ибн Исхака: рассказал мне мой отец Исхак ибн Ясар от Убады ибн ас-Самита, который сказал: когда бану Кайнука воевали из-за того, к чему их подстрекал Абдуллах ибн Убайй, а они были его союзниками, Убада ибн ас-Самит, у которого был такой же союз, как у Абдуллаха ибн Убайя, разорвал этот союз и отрёкся перед Аллахом и Его Посланником от их союза, и тогда был ниспослан аят: «О те, которые уверовали! Не берите иудеев и христиан себе в друзья и покровители» (аль-Маида, 51).
Халифа упомянул, что Абу Убайда назначил его правителем Хомса, а затем сменил его, назначив Абдуллаха ибн Курта. Ибн Са‘д передал в его жизнеописании через Мухаммада ибн Ка‘ба аль-Курази, что он был из тех, кто собрал Коран при жизни Пророка ﷺ. Так же приводит аль-Бухари в «ат-Тарих» через другой путь от Мухаммада ибн Ка‘ба с добавлением: тогда Язид ибн Абу Суфьян написал Умару, что жители Шама нуждаются в том, кто научил бы их Корану и обучил бы их фикху, и тот послал Му‘аза, Убаду и Абу ад-Дарду; Убада же остался в Палестине. Ас-Саррадж сказал в своём «Тарих»: рассказал нам Кутайба, рассказал нам Джарир от Мансура от Муджахида от Джунады: я вошёл к Убаде, а он уже приобрёл глубокие познания в религии Аллаха. Это иснад достоверный (сахих). В «Мусаде» Исхака ибн Рахавайха и в «аль-Аусате» ат-Табарани через Ису ибн Синана от Я‘лы ибн Шаддада передаётся, что Муавия упомянул о бегстве от чумы, и рассказал историю, случившуюся у него с Убадой. Муавия встал у минбара после молитвы аср и сказал: «Хадис так, как передал мне Убада, — берите знание от него, он более сведущ в фикхе, чем я». У Убады есть множество историй с Муавией, в которых он осуждал его за некоторые дела; в некоторых из них Муавия соглашался с ним, а в некоторых — жаловался на него Усману. Эти истории свидетельствуют о его силе в религии Аллаха и его настойчивости в повелении одобряемого.
Ибн Са‘д привёл в его жизнеописании, что он был высоким, красивым, крупного телосложения, и умер в ар-Рамле в тридцать четвёртом году. Так же передал аль-Мада’ини, и в этом году датировал его (кончину) Халифа ибн Хайят и другие, а некоторые сказали: он умер в Байт аль-Мукаддасе. Ибн Асакир привёл в его жизнеописании известия о нём вместе с Муавией, указывающие на то, что он жил после того, как Муавия стал халифом, и это категорически утверждал аль-Хайсам ибн Ади. Есть также мнение, что он жил до сорок пятого года. Так сказано в «аль-Исаба» (1).
А в «Тахзиб ат-тахзиб» (сказано): Ибн Са‘д сказал со слов аль-Вакиди, от Я‘куба ибн Муджахида, от Убады ибн аль-Валида ибн Убады, от его отца: он умер в ар-Рамле в тридцать четвёртом году, в возрасте семидесяти двух лет. Ибн Са‘д сказал: я слышал, как некто говорил, что он оставался (в живых) до тех пор, пока не скончался в период халифства Муавии, и так же сказал аль-Хайсам ибн Мухаммад. Духайм сказал: он скончался в Байт аль-Мукаддасе. Ибн Хиббан сказал: он был первым, кто занял должность судьи в Палестине. Са‘ид ибн Уфайр сказал: рост его составлял десять пядей (1).
Хадисы от него приводит вся община (передатчиков), и от него передано (181) хадис; аль-Бухари и Муслим согласны в шести (из них), аль-Бухари передал в одиночку два хадиса, и Муслим — два хадиса (2). В этой книге от него (приведено) (18) хадисов. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (в их числе): что он относится к шестизвенным иснадам, (приводимым) автором, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
2 — (в их числе): что его передатчики — передатчики (признанные) всей общиной (собирателей хадисов), кроме его шейха, от которого передавал (лишь) ат-Термизи.
3 — (в их числе): что он представляет собой цепочку передатчиков-шамийцев (сирийцев), кроме его шейха, который хорезмиец, а затем — багдадец.
4 — (в их числе): что он представляет собой цепочку, скреплённую (формулой) «хаддасана» («он передал нам»), кроме одного места.
5 — (в их числе): что в нём есть передача одного табиина от другого, старшего табиина: Умайра от Джунады.
6 — (в их числе): что сподвижник в нём — да будет доволен им Аллах — один из великих сподвижников, обладающий множеством достоинств, ибо он был одним из накибов в ночь аль-Акаба, участвовал в битве при Бадре и во всех прочих сражениях, и был первым, кто занял должность судьи в Палестине — да будет доволен им Аллах. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(«От Джунады ибн Абу Умайи»), что он сказал: («Передал нам Убада ибн ас-Самит») аль-Ансари — да будет доволен им Аллах — (сказал: «Сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто»») — (частица) условия, (являющаяся) подлежащим, ответом на условие которого служит
(2) это указывает на то, что у Убады — да будет доволен им Аллах — в «Сахих» Муслима есть только восемь хадисов, а то, что в программе хадисов указано, что у него (18) хадисов, не противоречит этому, ибо это восемнадцать с повторами, так что обрати внимание.
(«введёт его Аллах» и т. д.), либо это союзное (местоимение), (являющееся) подлежащим, сказуемым которого служит упомянутое предложение (сказал: «Свидетельствую»), то есть тот, кто произнёс это, зная его смысл и действуя в соответствии с его требованием, внутренне и внешне. Ибо в двух свидетельствах непременно должны быть знание и уверенность, а также действие в соответствии с тем, на что они указывают, как сказал Аллах Всевышний: «Знай же, что нет божества, кроме Аллаха» (Мухаммад: 19), и сказал: «Кроме тех, кто засвидетельствовал истину, обладая знанием» (аз-Зухруф: 86). А что касается произнесения их без знания их смысла, без уверенности и без действия в соответствии с тем, что они требуют, — а именно отречения от многобожия, искренности слова и дела, — то это не приносит пользы по единогласному мнению (учёных) (1). («Что») — облегчённая (форма) от усиленной, то есть что («нет божества») — то есть нет никого, достойного поклонения по праву («кроме Аллаха, единственного») — усиление для утверждения, и (слово) это стоит в винительном падеже в положении обстоятельства образа действия, толкуемое как «в одиночестве», как сказано в «аль-Хуляса»:
«И обстоятельство образа действия, если оно определено по форме, считай его неопределённым по смыслу, как в (выражении) «в одиночестве постарайся»»
то есть в состоянии, когда Он единственен в Своей господстве, божественности, именах и атрибутах.
А его слово («нет соучастника у Него») — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия, и оно является усилением для отрицания.
[Внимание]: визирь Абу аль-Музаффар, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал в «аль-Ифсах»: его слово «свидетельство, что нет божества, кроме Аллаха» предполагает, что свидетельствующий знает, что нет божества, кроме Аллаха, как сказал Всевышний: «Знай же, что нет божества, кроме Аллаха» (Мухаммад: 19). Он сказал: и имя «Аллах» стоит в именительном падеже после «кроме» в том смысле, что именно Ему обязательно принадлежит божественность, и никто иной не заслуживает её — преславен Он и возвышен. Он сказал: и суть пользы в этом состоит в том, чтобы знать, что это слово содержит в себе неверие в тагута (ложное божество) и веру в Аллаха, ибо когда ты отрицаешь божественность (за кем-либо иным) и утверждаешь обязательность (её) для Аллаха — преславен Он и возвышен, — ты становишься из числа тех, кто не верует в тагута и верует в Аллаха.
Ибн аль-Каййим, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал в «аль-Мабади‘» в ответ на слова тех, кто говорит, что исключаемое (в грамматической конструкции) выводится из (состава) того, из чего оно исключается: напротив, оно выводится из (состава) того, из чего оно исключается, и из его смысла, и не входит в (состав) исключаемого (по смыслу утверждения), ибо если бы было так, то человек не входил бы в Ислам своими словами «нет божества, кроме Аллаха», поскольку он не утвердил бы божественность за Аллахом Всевышним. А это — величайшее слово, которое по своему построению содержит отрицание божественности за всем, кроме Аллаха, и утверждение её за Ним со свойством исключительности, так что указание его на утверждение Его божественности сильнее, чем указание наших слов «Аллах — божество», и никто не может усомниться в этом никоим образом. Конец (цитаты).
И он же сказал: «божество» — это тот, кого обожествляют сердца любовью, почитанием, обращением (к Нему), уважением и возвеличиванием, покорностью и смирением, страхом и надеждой, упованием.
А шейх аль-Ислам сказал: «божество» — это тот, кому поклоняются и подчиняются, ибо «илях» (божество) — это «ма’люх» (тот, кому поклоняются), а «ма’люх» — это тот, кто заслуживает того, чтобы ему поклонялись, а заслуживает он этого по тем качествам, которыми обладает, требующим, чтобы именно он был возлюбленным в высшей степени любви, тем, перед кем смиряются в высшей степени смирения. Он сказал: ибо «божество» — это возлюбленный, поклоняемый, которого сердца обожествляют своей любовью, перед которым смиряются, которому покоряются, которого боятся и на которого надеются, к которому обращаются в своих бедствиях, которого призывают в своих важных делах, на которого уповают в своих нуждах, к которому прибегают, чьим упоминанием успокаиваются, к чьей любви склоняются, — и это не кто иной, как Аллах Единственный. Поэтому «нет божества, кроме Аллаха» — самое истинное из слов, и обладатели его — люди Аллаха и Его партия, а отвергающие его — Его враги, люди Его гнева и Его мести. Если оно верно, то верно с ним всякое (духовное) состояние, вопрос и переживание, а если раб не сделает его верным (в себе), то испорченность непременно постигнет его в его знаниях и делах. Конец (цитаты).
А Ибн Раджаб сказал: «божество» — это тот, кому подчиняются, кого не ослушиваются из благоговения перед ним и почитания его, любви к нему, страха перед ним и надежды на него, упования на него, обращения к нему с просьбой и молением к нему, и всё это подобает лишь Аллаху — велик Он и славен. Так кто придаст сотоварищем (Ему) какое-либо творение в чём-то из этих дел, которые являются особыми свойствами божественности, тот тем самым нанёс изъян своей искренности в словах «нет божества, кроме Аллаха», и в нём в той мере оказалась примешана раболепность перед творением, в какой это имело место. Конец (цитаты) (1).
(«И что Мухаммад — раб Его и посланник Его») — то есть и засвидетельствовал это, и оно соединено союзом с (выражением) «нет божества, кроме Аллаха». Эти два свойства — самые особые из свойств Пророка ﷺ, и поэтому Аллах Всевышний описал его свойством рабства в наивысшем положении, сказав Всевышний: «Пречист Тот, Кто перенёс Своего раба ночью из Заповедной мечети» (аль-Исра: 1).
(«И что Иса — раб Аллаха и сын рабыни Его») — то есть в противоречие тому, во что верят христиане, что он сын Аллаха или третий из троицы, — Аллах превыше того, что они говорят, великим превосходством, — «Аллах не брал Себе сына, и нет с Ним иного божества» (аль-Му’минун: 91).
Так что подчинённому (шариатом человеку) необходимо засвидетельствовать, что Иса — раб Аллаха и посланник Его, со знанием и уверенностью, что он
Раб, принадлежащий Аллаху, которого Он сотворил из женщины без участия мужчины, как сказал Всевышний: «Поистине, пример Иисуса перед Аллахом подобен примеру Адама: Он сотворил его из земли, а затем сказал ему: «Будь!» — и он стал» [Али Имран, 59]. Он не господь и не божество. Всевышний сказал: «Она показала на него. Они сказали: «Как нам говорить с тем, кто в колыбели, с младенцем?» Он сказал: «Поистине, я — раб Аллаха. Он даровал мне Писание и сделал меня пророком, и сделал меня благословенным, где бы я ни был, и заповедал мне молитву и закят, пока я жив, и быть почтительным к моей матери, и не сделал меня деспотом, несчастным. Мир мне в день, когда я родился, и в день, когда умру, и в день, когда буду воскрешён живым». Это — Иисус, сын Марии, слово истины, о котором они спорят. Не подобает Аллаху брать Себе сына. Пречист Он! Когда Он решает что-либо, то лишь говорит ему: «Будь!» — и оно становится. Поистине, Аллах — мой Господь и ваш Господь. Поклоняйтесь же Ему. Это — прямой путь» [Мария, 29–36]. И сказал: «Никогда не откажется Мессия признать себя рабом Аллаха, равно как и приближённые ангелы. А кто откажется поклоняться Ему и возгордится, тех Он соберёт к Себе всех» [ан-Ниса, 172].
Также непременно нужно засвидетельствовать ложность слов врагов его — иудеев, которых прокляни Аллах Всевышний, — что он якобы был сыном разврата. И не будет верным ислам того, кто узнал их слова, до тех пор пока он не отречётся от слов обоих этих групп об Иисусе, мир ему, и не убедится в том, что сказал о нём Аллах Всевышний: что он — раб Аллаха и Его посланник.
Его слово (и Слово Его) — кади Ийад, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: Иисус, мир ему, был назван словом, поскольку он появился по слову Аллаха. Было сказано: это Его слово «Будь!», после которого он стал. И было сказано: это весть, которую принёс ангел его матери, возвещая о нём по повелению Аллаха, как об этом упомянуто в Его Книге. А Ибн Аббас сказал относительно «слова»: это имя Иисуса. Конец цитаты.
Ан-Навави сказал: он назван словом, поскольку появился только по слову «Будь!», без отца, в отличие от прочих детей Адама. Аль-Харави сказал: он назван словом, поскольку произошёл от Слова, и был назван по нему, подобно тому, как дождь называют милостью. Конец цитаты.
В «Фатх аль-Бари» сказано: его слово (и Слово Его) — указание на то, что он есть довод Аллаха для Его рабов: Он создал его без отца, заставил его говорить не в свой срок и оживлял через него мёртвых. Было также сказано: он назван Словом Аллаха, поскольку Он привёл его в бытие Своим словом «Будь!», и, поскольку он появился по Его слову, был назван этим словом, подобно тому как говорят: «меч Аллаха», «лев Аллаха». И было сказано: потому что он в малолетстве сказал: «Поистине, я — раб Аллаха» [Мария, 30].
Аль-Куртуби сказал: разошлись во мнениях относительно описания Иисуса, мир ему, как «слова». Было сказано: потому что он возник по слову «Будь!» без отца. И было сказано: потому что ангел принёс его матери весть о нём по повелению Аллаха Всевышнего. Эти два мнения наиболее близки к истине из сказанного об этом. Конец цитаты.
Ат-Турбушти сказал: «слово» (аль-калима) применяется к каждому из трёх видов: имени, глаголу и частице, а также применяется к упорядоченным выражениям и к объединённым под ними смыслам. В этом же значении оно употребляется применительно к суждению, решению и доводу, и во всех этих значениях оно встречается в ниспослании. Как будто «слово» (аль-калям) образовано от «раны» (аль-калм): ведь воздействие раны воспринимается зрением, а воздействие речи воспринимается слухом. Что же касается наименования Иисуса словом, то это потому, что он — довод Аллаха Всевышнего для Его рабов: Он создал его без отца, заставил его говорить не в свой срок и оживлял через него мёртвых. И было сказано: он назван словом потому, что появился благодаря «Будь!». И было сказано: когда извлекли пользу из его речи, его назвали по ней, подобно тому как говорят: «такой-то — меч Аллаха», «лев Аллаха». И было сказано: потому что Аллах отличил его этим в малолетстве, когда он сказал: «Поистине, я — раб Аллаха. Он даровал мне Писание» [Мария, 30].
(Донёс его до Марии) — то есть доставил его к ней и утвердил его в ней. Было также сказано: смысл «донёс его» — то есть сообщил ей о нём. Говорят: «я донёс до тебя слово», то есть сообщил тебе его — так сказал кади Ийад.
Первоначальное значение «доведения» (аль-илька) — бросание вещи туда, где её встретят, а затем это слово стало употребляться для любого «бросания». Говорят: «я донёс до тебя слово», «привет», «речь», «любовь»; «Аллах вложил в сердце вещь» — то есть бросил её туда; «Он ниспослал Коран» — то есть внушил его и спустил.
Хафиз Ибн Касир, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал в толковании слов Всевышнего: «Мессия, Иисус, сын Марии, — всего лишь посланник Аллаха и Слово Его, которое Он донёс до Марии, и дух от Него» [ан-Ниса, 171]: то есть он — лишь один из рабов Аллаха и одно из Его творений, которому Он сказал «Будь!» — и он стал; и один из Его посланников; и Слово Его, которое Он донёс до Марии, то есть создал его посредством слова, с которым Он послал Джибрииля, мир ему, к Марии, и тот вдохнул в неё от духа Своего по разрешению Господа своего, Пречист Он и Возвышен, и стал Иисус по Его разрешению, Пречист Он и Возвышен. Итак, он произошёл от слова, которым Ему было сказано: «Будь!» [аль-Бакара, 117] — и он стал. А дух, с которым Он послал, — это Джибрииль, мир ему, и то было дуновение, которое он произвёл в разрез её одежды, и оно опустилось, войдя в её лоно, подобно оплодотворению отца и матери, — а всё это творение Аллаха, Пречист Он и Возвышен. Поэтому об Иисусе было сказано, что он — Слово Аллаха и дух от Него, поскольку у него не было отца, от которого он был бы рождён, и он лишь произошёл от слова, которым ему было сказано «Будь!» — и он стал, и от духа, с которым был послан Джибрииль, мир ему.
Он сказал: и сказал Ибн Абу Хатим: рассказал нам Ахмад ибн Синан аль-Васити, сказал: я слышал, как Шадз ибн Яхья говорил о слове Аллаха: «и Слово Его, которое Он донёс до Марии, и дух от Него» [ан-Ниса, 171]: он сказал: не слово стало Иисусом, но посредством слова возник Иисус. Ибн Касир сказал: это лучше того, что утверждал Ибн Джарир относительно слов «донёс до Марии» [ан-Ниса, 171]: то есть сообщил ей о нём, как он же утверждал в отношении слов: «Вот сказали ангелы: «О Мария! Аллах радует тебя вестью о слове от Него»» [Али Имран, 45]: то есть извещает тебя о слове от Него, — и уподоблял это словам Всевышнего: «И ты не ожидал, что тебе будет ниспослано Писание, если бы не милость от твоего Господа» [аль-Касас, 86]. Но верно то, что это — слово, с которым явился Джибрииль к Марии, и вдохнул в неё по разрешению Аллаха, и стал Иисус, мир ему.
Он сказал: слова же в аяте и хадисе «и дух от Него» [ан-Ниса, 171] подобны словам: «И подчинил вам всё, что на небесах и на земле, — всё от Него» [аль-Джасия, 13], то есть из Его творения и от Него, а «от» здесь не для обозначения части, как утверждают христиане, — да пребудут на них проклятия Аллаха одно за другим, — но для обозначения начала происхождения, как и в другом аяте. Муджахид сказал о словах «и дух от Него» [ан-Ниса, 171]: то есть посланник от Него, а другие сказали: и любовь от Него, но первое мнение более очевидно, а именно, что он сотворён из сотворённого духа, и дух отнесён к Аллаху в знак почтения, подобно тому как верблюдица и дом отнесены к Аллаху в словах: «Это — верблюдица Аллаха» [аль-Араф, 73] и «Очисти дом Мой для совершающих обход» [аль-Хадж, 26], и как это пришло в достоверном хадисе: «И был введён я к Господу моему, в жилище Его», — где отнесение сделано в знак почтения. И всё это относится к одному разряду и одному образу выражения. Конец слов Ибн Касира, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, — а это ценное исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
[Замечание]: шейх аль-ислам, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: то, что отнесено к Аллаху Всевышнему, если это смысл, не существующий сам по себе и не через что-либо из творений, — обязательно должно быть атрибутом Аллаха.
…Всевышнего, пребывающая сама по себе, и невозможно, чтобы её присвоение [Ему] было присвоением тварного, подвластного. И если присваиваемое — самостоятельная сущность, как Иса, Джибриль — мир им — и души сынов Адама, то невозможно, чтобы это было атрибутом Аллаха Всевышнего, ибо то, что существует само по себе, не может быть атрибутом чего-то иного. Однако сущности, присваиваемые Аллаху Всевышнему, бывают двух видов:
[Первый]: присваиваются Ему в силу того, что Он их сотворил и создал, — это охватывает все творения, как в их словах: «небо Аллаха», «земля Аллаха», ибо все творения — рабы Аллаха, и всё имущество — имущество Аллаха.
[Второй вид]: присваивается Ему из-за особого смысла, которым Он его выделил, который Он любит, повелевает и одобряет, подобно тому, как Он выделил Древний дом для поклонения в нём, которого нет в другом месте, и как говорится об имуществе хумса и файа: «это имущество Аллаха Всевышнего и Его Посланника ﷺ». В этом же смысле «рабы Аллаха» — это те, кто поклонялся Ему и подчинился Его повелению. Это присвоение включает Его божественность, Его шариат и Его религию, тогда как то [первое] присвоение включает Его господство и Его творение». Конец, в сокращении.
Его слово («и дух от Него»): кадий Ийад, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: Иса — мир ему — назван «духом Аллаха» и «духом от Него», потому что он произошёл от дуновения Джибриля — мир ему, — и Аллах присвоил его Себе, потому что это произошло по Его повелению. А дуновение названо «духом», потому что это ветер, выходящий из духа, — так сказал Макки, и в этом выражении есть некоторая небрежность. Сказано также: «дух от Него» означает «жизнь от Него», и сказано: «милость от Него», и «дух» [в этом значении] — это милость, как сказано о нём: «И чтобы сделать его знамением для людей и милостью от Нас» [Марьям: 21]. Сказано также: «дух от Него» — довод для тех, кто последовал за ним. И сказано: потому что он был не от отца, как об Адаме [сказано]: «И вдохнул в него от Моего духа» [аль-Хиджр: 29], и дух был вложен в него без посредника, — сказал аль-Харби.
И сказано: «дух от Него», то есть сотворённый от Него, и в этом случае его присвоение Ему — присвоение почёта, как «верблюдица Аллаха», «дом Аллаха», иначе же весь мир принадлежит Ему, Свят Он и Велик, и всё от Него.
И сказал он в «Фатхе»: назвал его духом из-за той способности, которой наделил его Аллах, — оживлять мёртвых. И сказано: потому что он обладал духом, возникшим без части от обладающего духом.
И сказал аль-Куртуби: Иса — мир ему — назван духом Аллаха, потому что он произошёл от дуновения ангела, а присвоение его Аллаху — потому что это дуновение было по Его повелению и предопределению. И дуновение названо духом, потому что это ветер, выходящий из духа. И сказано: назван так, потому что он — дух для тех, кто последовал за ним. И сказано: потому что Аллах Всевышний сотворил в нём дух без посредника отца, как сказал Всевышний об Адаме — мир ему: «И вдохнул в него от Моего духа» [аль-Хиджр: 29].
[Польза]: ат-Тиби упомянул, что передаётся, будто некий важный человек из христиан услышал чтеца, читающего: «И слово Его, которое Он послал Марьям, и дух от Него» [ан-Ниса: 171], и сказал: «Разве не это религия христиан?» — то есть это указывает на то, что Иса — мир ему — часть Него. Тогда ответил Али ибн аль-Хусейн ибн Вакид, автор «Китаб ан-Наза’ир»: Аллах Всевышний также говорит: «И подчинил вам то, что на небесах, и то, что на земле, всё — от Него» [аль-Джасия: 13]. Если бы под словами «и дух от Него» [ан-Ниса: 171] подразумевалась часть Него, доля от Него, то слова здесь «всё от Него» [аль-Джасия: 13] означали бы «часть от Него» или «доля от Него». И тогда христианин принял ислам.
Смысл же аята в том, что Аллах Всевышний подчинил эти вещи, будучи сущими от Него и происходящими от Него, то есть Он их создатель и их устроитель по Своей мощи и мудрости, а затем подчинил их Своим творениям». Конец.
(«И что Рай — истина»), то есть Рай, о котором Аллах Всевышний сообщил в Своей Книге, что Он приготовил его для богобоязненных, сказав: «И стремитесь к прощению от вашего Господа и к Раю, ширина которого — небеса и земля, уготованному для богобоязненных» (13:133) [Аль Имран: 133], и сказал: «Стремитесь к прощению от вашего Господа и к Раю, ширина которого подобна ширине небес и земли, уготованному для тех, кто верует в Аллаха и Его посланников. Это милость Аллаха, которую Он дарует, кому пожелает, а Аллах обладает великой милостью» (21) [аль-Хадид: 21] — истина, то есть утверждённая, в которой нет сомнения. («И что Огонь — истина»), то есть Огонь, о котором Он сообщил в Своей Книге, что Он приготовил его для неверующих, сказав: «Бойтесь Огня, топливом которого являются люди и камни, уготованного для неверующих» [аль-Бакара: 24], — точно так же утверждён.
И сказал ат-Тиби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: возможно, он ﷺ упомянул Рай и Огонь и сообщил о них словом «истина», которое является отглагольным именем, для усиления их истинности, и что они — сама истина, подобно тому как говорят «Зейд — справедливость», намекая на зиндиков и тех, кто отвергает обитель воздаяния и обитель наказания». Конец.
(«Введёт его Аллах через любые из восьми врат Рая, какие он пожелает»), сказал аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: очевидный смысл этого указывает, что произнесение этих слов влечёт вхождение в Рай и выбор среди его врат, а это противоречит очевидному смыслу хадиса Абу Хурайры — да будет доволен им Аллах, — который будет приведён далее в «Книге закята», ибо в нём есть указание на то, что каждый из обитателей Рая входит именно через ту дверь, которая назначена для того деяния, которое чаще всего совершал входящий, ибо там сказано: «Кто был из людей молитвы, того позовут из врат молитвы, а кто был из людей джихада, того позовут из врат джихада, а кто был из людей подаяния, того позовут из врат подаяния, а кто был из людей поста, того позовут из врат ар-Райян…» — [далее] хадис.
Сказал он: и примирение состоит в том, что каждый, кто входит в Рай, имеет выбор войти через любые врата, какие пожелает, но если ему будут предложены наилучшие для него [врата], он войдёт через них по собственному выбору, без принуждения к этому и без запрета входить через другие. Поэтому Абу Бакр — да будет доволен им Аллах — сказал: «Нет никакой необходимости для того, кого позовут через эти врата». Конец.
И сказал Хафиз после приведения слов аль-Куртуби: возможно также, что действующим лицом в слове «пожелает» является Аллах Всевышний, и смысл в том, что Аллах направит его к деянию, благодаря которому по милости Аллаха он войдёт через врата, приготовленные для совершающего это деяние». Конец.
И толкование аль-Куртуби ближе [к истине], а Аллах Всевышний лучше знает, что правильно, и к Нему возврат и прибежище, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Рассказал мне Абу ат-Тахир и Харамала ибн Яхья ат-Туджиби, а формулировка принадлежит Абу ат-Тахиру, они сказали: рассказал нам Ибн Вахб, сообщил мне Юнус, от Ибн Шихаба, от Хумайда ибн Абд ар-Рахмана, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто израсходовал две пары на пути Аллаха, того призовут в Раю: «О раб Аллаха, это хорошо!» Кто был из людей молитвы, того позовут из врат молитвы, а кто был из людей джихада, того позовут из врат джихада, а кто был из людей подаяния, того позовут из врат подаяния, а кто был из людей поста, того позовут из врат ар-Райян». Сказал Абу Бакр ас-Сиддик: «О Посланник Аллаха, нет никакой необходимости для того, кого позовут через эти врата, но разве может кто-то быть позван из всех этих врат?» Сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Да, и я надеюсь, что ты будешь из их числа».
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Убады ибн ас-Самита — да будет доволен им Аллах — приводится согласованно [и у аль-Бухари, и у Муслима].
(Второй вопрос): о его извлечении [из источников].
Извлёк его автор здесь, в «Книге веры» [10/147] (28), от Дауда ибн Рушайда, от аль-Валида ибн Муслима, от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира, — и (10/148) от Ахмада ибн Ибрахима ад-Дауракы, от Мубашшира ибн Исмаила, от аль-Аузаи, — оба [эти передатчика] от Умайра ибн Хани, от Джунады ибн Абу Умайи, от Убады — да будет доволен им Аллах.
И (аль-Бухари) в «Хадисах о пророках» 4/201 (3435) передал от Садаки ибн аль-Фадля, от аль-Валида ибн Муслима, от аль-Аузаи и Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира, оба от Умайра ибн Хани в этом виде.
И (ан-Насаи) в «Толковании» (11132) и «Деяниях дня и ночи» (1131) — от Махмуда ибн Халида, от Умара ибн Абд аль-Вахида, от аль-Аузаи в этом виде, а в «Деяниях дня и ночи» (1130) — от Амра ибн Мансура, от Абу Мусхира, от Садаки ибн Халида, от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира в этом виде.
И (Ахмад) в своём «Мусанаде» 5/313 и 314, и (Абу Аввана) в своём «Мусанаде» (8), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахридже» (133, 134 и 135), и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (207). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах этого хадиса.
1 — (Из них): то, что этот хадис имеет огромное значение и является одним из самых объёмных, или самым объёмным из хадисов, содержащих в себе положения вероучения, ведь Пророк ﷺ собрал в нём то, что выводит из всех неверных толков, при всём различии их убеждений и их отдалённости друг от друга. Он ﷺ кратко изложил в этих словах то, чем отличается от них всех (1).
2 — (Из них): указание на достоинство этих слов, поскольку они обязывают ко входу в Рай, через любые его врата, какие пожелает [вошедший].
3 — (Из них): то, что в его словах «и что Мухаммад — Его раб и Его посланник» соединены оба описания в качестве предостережения от чрезмерности и небрежения. Ведь многие из тех, кто заявляет о своей принадлежности к его общине, впадают в чрезмерность через преувеличение словом и делом, возвышая его выше степени рабства, а другие впадают в небрежение, оставляя следование за ним, опираясь на собственные мнения или мнения тех, кому они подражают, противоречащие тому, с чем он пришёл, и произвольно толкуя его сообщения и предписания, отклоняя их от истинного смысла. Свидетельство же, что Мухаммад — Его раб и Его посланник, противоречит этому, поскольку оно требует веры в него, обязывает подтверждать истинность того, о чём он сообщил, повиноваться тому, что он повелел, воздерживаться от того, что он запретил и от чего предостерёг, возвеличивать его сунну и не предпочитать ей слово кого бы то ни было, кем бы он ни был.
Это разъяснено в другом хадисе: аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» от Умара (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Я слышал Пророка ﷺ, говорящего: «Не преувеличивайте в отношении меня, как христиане преувеличили в отношении сына Марьям, ибо я — лишь Его раб, поэтому говорите: раб Аллаха и Его посланник»».
Описание его этими двумя качествами встречается и в предыдущих Писаниях. Так, аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» (2125) от Атаа ибн Ясара, который сказал: «Я встретил Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса (да будет доволен ими обоими Аллах) и сказал: сообщи мне об описании Посланника Аллаха ﷺ в Торе. Он сказал: да, клянусь Аллахом, он описан в Торе некоторыми из тех же качеств, что и в Коране: «О Пророк! Мы послали тебя свидетелем, добрым вестником и предостерегающим» [аль-Ахзаб: 45], и защитой для неграмотных [арабов]. Ты — Мой раб и Мой посланник, Я назвал тебя аль-Мутаваккиль (уповающий), он не груб, не жёсток, не кричит на рынках, не отвечает злом на зло, но прощает и извиняет. И не упокоит его Аллах, пока он не установит прямой путь для искривлённой общины, чтобы они говорили: нет божества, кроме Аллаха, — и откроет через это слепые глаза, глухие уши и запечатанные сердца»».
4 — (Из них): указание на ложность того, во что верят христиане относительно Иисуса (мир ему), считая его сыном Бога — превыше Аллах того, что они говорят, великим превосходством.
5 — (Из них): указание на заблуждение иудеев, которые верят в отношении Иисуса и его матери (мир им) то, что не подобает им обоим, а именно, что она зачала его от прелюбодеяния. «Велико слово, выходящее из их уст! Они говорят только ложь» [аль-Кахф: 5].
6 — (Из них): указание на достоинство Иисуса (мир ему), поскольку он — слово Аллаха Всевышнего и дух от Него.
7 — (Из них): то, что сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний): цель этого хадиса — предупредить о том заблуждении, в которое впали христиане относительно Иисуса и его матери (мир им), и предостеречь от этого тем, что Иисус — раб Аллаха, не божество и не сын, а его мать — рабыня Аллаха Всевышнего и принадлежит Ему, — превыше Аллах того, что говорят невежды, великим превосходством.
Из этого извлекается польза относительно того, что произносят христианину при его принятии ислама. Другой сказал: в упоминании Иисуса (мир ему) содержится обращение к христианам и указание на то, что их вера при их учении о троице представляет собой чистое многобожие; таково же и слово «раб Аллаха». А в упоминании «Его посланник» содержится обращение к иудеям, отвергающим его посланничество и обвиняющим его в том, от чего он чист; таково же и в отношении его матери. А в его словах «и сын Его рабыни» — возвеличивание её, равно как и в назывании его духом и описании его как «от Него», подобно словам Всевышнего: «И подчинил вам то, что на небесах и на земле — всё это от Него» [аль-Джасия: 13]. Смысл в том, что он возник от Него, подобно тому как смысл другого аята — что Он подчинил эти вещи, будучи возникшими от Него, то есть Он — Создатель всего этого и Творящий его Своим могуществом и мудростью (1).
8 — (Из них): утверждение существования Рая и Ада и того, что они уже сотворены сейчас, в противоречие новшествующим [сектам], и что вера в их истинность относится к основам религии.
9 — (Из них): что у Рая есть врата, и что их восемь.
10 — (Из них): что некоторым из рабов Аллаха предоставляется выбор, через какие из врат Рая они пожелают войти. «Это — милость Аллаха, которую Он дарует, кому пожелает, а Аллах обладает великой милостью» [аль-Джумуа: 4]. О Аллах, дай нам Рай и то, что приближает к нему из слов и деяний, и защити нас от Огня и от того, что приближает к нему из слов и деяний, амин! А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — достаточен для нас, и прекрасен Покровитель.
С нашим непрерывным иснадом до автора (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутого в начале книги, он сказал:
[148] (30) — («И сообщил мне Ахмад ибн Ибрахим ад-Дауракы: рассказал нам Мубашшир ибн Исмаил, от аль-Аузаи, от Умайра ибн Хани, в этом самом иснаде подобным образом, кроме того что он сказал: «Ввёл его Аллах в Рай, независимо от того, каким было деяние», — и не упомянул: «через какие из восьми врат Рая он пожелает»).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 — (Ахмад ибн Ибрахим ад-Дауракы) ан-Нукри аль-Багдади, надёжный, хафиз [10] (умер в 246 г.) (М, Д, К) 5/66.
2 — (Мубашшир (1) ибн Исмаил) аль-Халяби, Абу Исмаил аль-Кальби, их вольноотпущенник, правдивый [9].
Передавал от Хариза ибн Усмана, Хассана ибн Нуха, Таммама ибн Наджиха, Джафара ибн Буркана, аль-Аузаи, Муана ибн Рифаа и других.
От него передавали Ибрахим ибн Муса ар-Рази, Ахмад ибн Ханбаль, Мухаммад ибн Михран аль-Джаммаль, Муса ибн Абд ар-Рахман аль-Антаки, Мухаммад ибн Ибрахим ибн аль-Аляа и другие.
Ан-Насаи сказал: в нём нет вреда. Ибн Саад сказал: он был надёжным, доверенным, и умер в Халябе в двухсотом году.
Усман ад-Дарими передал от Ибн Маина: надёжен, и то же сказал Ахмад ибн Ханбаль. Ибн Кани сказал: слабый. Аз-Захаби сказал: о нём говорили без веского основания. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Его хадисы приводит группа [составителей сборников], и в этой книге у него только два хадиса: этот, и хадис (753): «что фетва, которую они давали относительно воды из-за воды…».
3 — (аль-Аузаи) Абд ар-Рахман ибн Амр, Абу Амр ад-Димашки, надёжный, твёрдый, знаток фикха, имам [7] (умер в 157 г.) (ع) 5/28.
4 — (Умайр ибн Хани) — упомянутый в предыдущем иснаде.
Его слово: («в этом иснаде») — указание на предыдущий иснад.
Его слово: («подобным образом») — то есть подобно предыдущему иснаду, а именно: от Умайра ибн Хани, от Джунады ибн Абу Умайи, от Убады ибн ас-Самита (да будет доволен им Аллах).
Его слово: («кроме того что он сказал...») — местоимение относится к аль-Аузаи, но возможно, что оно относится к его учителю Ахмаду ибн Ибрахиму, то есть он сказал в конце матна хадиса: «независимо от того, каким было деяние» вместо его слов: «через какие из восьми врат Рая он пожелает».
[Замечание]: текст риваята аль-Аузаи привёл Абу Нуайм в своём «Мустахридже» (ч. 1, с. 122), сказав:
(133) — Рассказал нам Абу Бакр ибн Халлад, рассказал нам аль-Харис ибн Абу Усама, рассказал нам Йа‘ла ибн аль-Валид ибн Абд аль-Азиз аль-Анси, рассказал нам Мубашшир ибн Исмаил аль-Халаби, от аль-Аузаи, от Умайра ибн Хани, от Джунады ибн Абу Умайи, от Убады ибн ас-Самита, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, Единого, у Которого нет сотоварища, и что Мухаммад — раб Его и посланник Его, и что Иса — раб Аллаха и посланник Его, и слово Его, обращённое к Марьям, того Аллах введёт в Рай, каким бы ни было его дело».
Его слово («введёт его Аллах в Рай, каким бы ни было его дело») — а в риваяте аль-Бухари сказано: «из дела» с определённым артиклем. Аль-Куртуби, да помилует его Всевышний Аллах, сказал: то есть введёт его непременно в Рай, независимо от того, было ли его дело благим или дурным, и это происходит либо путём прощения ему дурного дела благодаря этим словам, либо путём увеличения награды за них так, что она превосходит то дурное дело, и всё это происходит — если пожелает Аллах — с тем, кто умер, произнося эти слова, либо при полной невредимости от наказания, либо после взыскания за тяжкие грехи, как мы разъяснили ранее. Конец.
И сказано в «Фатхе»: смысл его слов «каким бы ни было дело, которое он совершал» — то есть будь оно праведным или порочным, однако людям единобожия непременно суждено войти в Рай. И возможно, что смысл его слов «каким бы ни было дело» — то есть люди Рая войдут в Рай сообразно делам каждого из них по степеням. Конец.
И сказал судья аль-Байдави относительно его слов «каким бы ни было дело, которое он совершал»: в этом есть довод против мутазилитов в двух положениях:
[Первое]: что грешник из числа людей киблы не останется навечно в Огне, ввиду общности его слов: «Кто скажет: свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха…» и так далее.
[Второе]: что Всевышний прощает дурные поступки до покаяния и до полного взыскания наказания, ибо его слова «каким бы ни было дело» являются обстоятельством (халь) к его словам «введёт его Аллах в Рай», подобно тому как говорят: «я видел такого-то за едой», то есть «едящим», и нет сомнения, что дело ещё не совершено, а совершившимся является состояние введения его в соответствии с тем, что подобает его делу из награды или наказания, и это невозможно представить в отношении грешника, умершего до покаяния, если только он не будет введён туда до полного взыскания наказания.
[Если ты скажешь]: то, что ты изложил, требует, чтобы никто из грешников не вошёл в Огонь.
[Я скажу]: из этого следует общность прощения, а это не обязательно влечёт отсутствие входа в Огонь, ибо допустимо, что Он простит некоторых из них после входа и до полного взыскания наказания, и по нашему мнению не является непременным, чтобы кто-либо вошёл в Огонь, но прощение всех соответствует Его обещанию, где Он сказал: «Поистине, Аллах не прощает, когда Ему придают сотоварищей, но прощает то, что помимо этого, кому пожелает» [ан-Ниса: 48, 116], и сказал: «прощает все грехи» [аз-Зумар: 53] — на что уповают.
Сказал ат-Тыби: я скажу: определённый артикль в слове «дело» указывает на определённость (‘ахд), и указание им идёт на тяжкие грехи, а доводом на это служат слова «даже если прелюбодействовал и даже если украл» в хадисе Абу Зарра, да будет доволен им Аллах, который приводится далее, а слова «каким бы оно ни было» являются обстоятельством, как в стихе воинственного поэта:
Клянусь Аллахом, не забуду убитого, о котором горюю, у моего лука, пока хожу по земле,
Хотя раны заживают, но взыскивается за меньшее, даже если великим было то, что минуло.
Сказал Абу аль-Бака: «‘аля» и то, что связано с ним, — обстоятельство, то есть «не забуду этой утраты в состоянии ран», то есть моё состояние отличается от состояния других в продолжительности скорби. Итак, смысл: тот, кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, войдёт в Рай в состоянии, когда он заслуживает наказания по причине своих деяний из числа тяжких грехов, то есть это состояние противоречит логическому выводу относительно входа в Рай, ибо логический вывод требует, чтобы не входил в Рай тот, чьё положение таково, как утверждали мутазилиты. И к этому же смыслу склонялся Абу Зарр, да будет доволен им Аллах, в своих словах «даже если прелюбодействовал и даже если украл», и это было подтверждено словами «даже если прелюбодействовал и даже если украл, наперекор носу Абу Зарра». Конец слов ат-Тыби. И Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и исход, и Он — довольно нам, и прекрасен Покровитель.
И по нашему иснаду, восходящему к автору, да помилует его Всевышний Аллах, упомянутому в начале книги, сказано:
[149] (…) — Рассказал нам Кутайба ибн Саид, рассказал нам Лайс, от Ибн Аджлана, от Мухаммада ибн Йахьи ибн Хаббана, от Ибн Мухайриза, от ас-Сунабихи, от Убады ибн ас-Самита, что он сказал: я вошёл к нему, а он был при смерти, и я заплакал, и он сказал: «Помедли, отчего ты плачешь? Клянусь Аллахом, если я буду призван в свидетели, я непременно засвидетельствую в твою пользу, и если мне позволено будет заступничество, я непременно заступлюсь за тебя, и если я смогу, я непременно принесу тебе пользу». Затем он сказал: «Клянусь Аллахом, нет ни одного хадиса, который я слышал от Посланника Аллаха ﷺ и в котором для вас есть благо, кроме того, что я передал его вам, за исключением одного хадиса, и сегодня я передам его вам, ведь моя душа уже окружена [смертью]. Я слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — посланник Аллаха, того Аллах избавит от Огня»».
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — (Кутайба ибн Саид) ас-Сакафи, Абу Раджа аль-Багляни, надёжный, твёрдый (заслуживает доверия) [10] (умер в 240 г.) (‘Айн) 8/132.
2 — (Лайс) ибн Са‘д ибн Абд ар-Рахман аль-Фахми, Абу аль-Харис аль-Мисри, надёжный, твёрдый, правовед, известный имам [7] (умер в 175 г.) (‘Айн), упомянут ранее в «Шарх аль-мукаддима» 2/397.
3 — (Ибн Аджлан) это Мухаммад ибн Аджлан аль-Курайши, вольноотпущенник Фатимы бинт аль-Валид ибн Утбы ибн Раби‘а, Абу Абдаллах аль-Мадани, один из учёных, действовавших согласно знанию, правдивый, однако у него смешались хадисы Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах [5].
Передавал от своего отца, Анаса ибн Малика, Салмана Абу Хазима аль-Ашджаи, Ибрахима ибн Абдаллаха ибн Хунайна, Раджи ибн Хайвы, Сумайи, вольноотпущенника Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана, Сайфи, вольноотпущенника Абу Аюба, Амира ибн Абдаллаха ибн аз-Зубайра, аль-А‘раджа, Абу аз-Зинада, Икримы, Мухаммада ибн Йахьи ибн Хаббана и других.
И передавали от него Салих ибн Кайсан, а он старше его, Абд аль-Ваххаб ибн Бухт, который умер прежде него, Ибрахим ибн Абу Абля, который является его сверстником, Малик, Мансур, Шу‘ба, Зияд ибн Са‘д, оба Суфьяна, Лайс, Сулейман ибн Биляль, Яхья аль-Каттан и многие другие.
Сказал Салих ибн Ахмад от своего отца: надёжный. И сказал Абдаллах ибн Ахмад от своего отца: я слышал, как Ибн Уяйна говорил: рассказал нам Мухаммад ибн Аджлан, и он был надёжным. И сказал также: я спросил своего отца о Мухаммаде ибн Аджлане и Мусе ибн Укбе? И он ответил: оба надёжны, и как они близки друг к другу. И сказал Исхак ибн Мансур от Ибн Ма‘ина: надёжный, и он ставил его выше Дауда ибн…
Кайс аль-Фарра. Ад-Дури передал от Ибн Маина: «Достойный доверия, надёжнее Мухаммада ибн Амра, и в этом никто не сомневается». Дауд ибн Кайс сидел у Ибн Аджлана, стараясь запомнить от него хадисы, и говорил, что у Ибн Аджлана перепутались — то есть хадисы Саида аль-Макбури. Якуб ибн Шейба сказал: «Правдив, средний по надёжности». Абу Зур'а сказал: «Ибн Аджлан из числа достойных доверия». Абу Хатим и ан-Насаи сказали: «Достойный доверия». Ибн Са'д сказал: «Был подвижником, аскетом, знатоком фикха, у него был кружок в мечети, и он выносил фетвы». Аль-Иджли сказал: «Мединец, достойный доверия». Ас-Саджи сказал: «Он из людей правдивости, Малик передавал от него лишь немного». Ибн Уяйна сказал: «Был достойным доверия, знающим». Яхья аль-Каттан передал от Ибн Аджлана: «Саид аль-Макбури передавал от Абу Хурайры, и от своего отца от Абу Хурайры, и от некоего человека от Абу Хурайры, но у него это перепуталось, и он всё это стал передавать как от Абу Хурайры». Когда Ибн Хиббан упомянул эту историю в книге «Достойные доверия», он сказал: «Это не тот изъян, из-за которого человека ослабляют, ибо весь свиток сам по себе достоверен. А иногда Ибн Аджлан говорил: «от Саида, от его отца, от Абу Хурайры» — это то, что было воспринято от него давно, до того, как его свиток перепутался, поэтому обязательно опираться лишь на то, что передают от него достойные доверия передатчики». Аль-Укайли сказал: «Путается в хадисе Нафи'». Аль-Вакиди сказал: «Я слышал, как Абдуллах ибн Мухаммад ибн Аджлан говорил: «Моего отца носили во чреве более трёх лет», — сказал: «Я видел его и слышал от него, он умер в сто сорок восьмом или сто сорок девятом году, был достойным доверия, с обильным числом хадисов». Ибн Юнус сказал: «Прибыл в Египет, затем отправился в Александрию, где женился на женщине, и совокупился с ней противоестественным образом (в задний проход), она пожаловалась на него своим родственникам, это распространилось, на него закричали, и он покинул это место, а умер в Медине в сто сорок восьмом году».
Аль-Бухари передал от него в форме «му'аллак» (без иснада), составитель приводит от него в разделах, посвящённых подтверждающим передачам, но не опирается на него как на самостоятельное доказательство; в этой книге от него (15) хадисов; четверо (авторов сунан) приводят от него.
4 — (Мухаммад ибн Яхья ибн Хаббан) — с фатхой на «х» (неточечной) и удвоенной «б» — ибн Мункыз ибн Амр ибн Малик ибн Хансаа ибн Мабзуль ибн Амр ибн Ганм ибн Мазин ан-Наджжари аль-Ансари аль-Мазини, Абу Абдуллах аль-Ансари аль-Мадани, достойный доверия, знаток фикха [4].
Передавал от своего отца, от своего дяди Васи', от Рафи' ибн Хадиджа, от Анаса, от Аббада ибн Тамима, от Яхьи ибн Умары ибн Абу Хасана аль-Ансари, от аль-Араджа, от Амра ибн Сулейма аз-Зуракы, от Абдуллаха ибн Мухайриза и других. От него передавали аз-Зухри, Яхья ибн Саид аль-Ансари, Абд Раббихи ибн Саид, Раби'а ибн Абу Абд ар-Рахман, Раби'а ибн Усман ат-Тайми, Ибн Аджлан, Ибн Исхак, Малик и другие. Ибн Маин, Абу Хатим и ан-Насаи сказали: «Достойный доверия». Ибн Хиббан упомянул его в «Достойных доверия». Аль-Вакиди сказал: «У него был кружок в мечети Медины, он выносил фетвы, был достойным доверия, с обильным числом хадисов, умер в Медине в сто двадцать первом году, будучи в возрасте семидесяти четырёх лет».
Приводят от него все составители сборников (аль-джама'а), и в этой книге от него (13) хадисов.
5 — (Ибн Мухайриз) — это: Абдуллах ибн Мухайриз — с неточечной «х», «р» и завершающей «з», в уменьшительной форме — ибн Джунада ибн Вахб ибн Лузан ибн Са'д ибн Джумах ибн Амр ибн Хусайс аль-Джумахи — с даммой на «дж» и фатхой на «м», после которой неточечная — Абу Мухайриз аль-Макки, из рода Абу Махзуры, был сиротой на его попечении, переселился в Шам, поселился в Иерусалиме, достойный доверия, подвижник [3].
Передавал от Абу Махзуры, Абу Саида аль-Худри, Муавии, Абу Сирмы аль-Ансари, Убады ибн ас-Самита, Абдуллаха ибн ас-Са'ди, Умм ад-Дарда и других.
От него передавали Абд аль-Малик ибн Абу Махзура, Абд аль-Азиз ибн Абд аль-Малик ибн Абу Махзура, Мухаммад ибн Яхья ибн Хаббан, Макхуль аш-Шами, Буср ибн Абдуллах аль-Хадрами и другие.
Абу Зур'а сказал: «Ибн Мухайриз — старший (по значимости), — то есть по сравнению с Халидом ибн Ма'даном, — и аль-Авза'и не упоминал пятерых из числа предшественников без того, чтобы упомянуть среди них Ибн Мухайриза, возвышая упоминание о нём и его достоинство». Духайм сказал: «Я видел его самым выдающимся из жителей Шама в глазах Абу Зур'ы, после Абу Идриса и людей его уровня». Дамра передал от аль-Авза'и: «Ибн Абу Закария приезжал в Палестину и встречался с Ибн Мухайризом, и его собственная значимость казалась ему малой из-за того достоинства, которое он видел у Ибн Мухайриза». Раджа ибн Хайва сказал: «Если жители Медины считали Ибн Умара среди них залогом безопасности, то мы считаем Ибн Мухайриза среди нас залогом безопасности». От аль-Авза'и передаётся: «Кто хочет следовать примеру, пусть следует примеру подобного Ибн Мухайризу». Аль-Иджли сказал: «Шамец, таби', достойный доверия, из числа лучших мусульман». Ибн Абу Хайсама сказал: «Никто в Шаме не осуждал аль-Хаджжаджа открыто, кроме Ибн Мухайриза». В «Аз-Зухд» Ахмада от Абу Зур'ы аш-Шейбани: «Никто в Шаме не проявлял открыто осуждение аль-Хаджжаджа, кроме Ибн Мухайриза и Абу аль-Абьяда аль-Анси». Аль-Валид сказал ему: «Ты непременно прекратишь это, или я непременно отправлю тебя к нему».
Аль-Укайли упомянул его в разделе «Сподвижники», приведя со своим иснадом от Абу Кыляба, от Ибн Мухайриза, что у него была сподвижническая связь (сахаба), и привёл сообщение.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: «Если это достоверно сохранено, то он — сподвижник, чьё имя не названо. А что касается Абдуллаха, то он — таби', без всякого сомнения, и Ибн Абд аль-Барр весьма усердствовал в осуждении аль-Укайли за это». Ибн Хираш сказал: «Был из числа лучших людей и достойных доверия мусульман». Ан-Насаи сказал: «Достойный доверия».
Халифа сказал: «Умер во времена правления Умара ибн Абд аль-Азиза». Дамра ибн Раби'а сказал: «Умер во времена правления аль-Валида ибн Абд аль-Малика», и так же сказал Ибн Хиббан в «Достойных доверия».
Хафиз сказал: «Я читал в почерке аз-Захаби: умер в девяносто девятом году», — конец цитаты, и это соответствует словам аль-Хайсама ибн Мухаммада о том, что он умер во времена правления Умара ибн Абд аль-Азиза. А аль-Каляабази в «Мужах аль-Бухари» сказал, что он умер во времена правления аль-Валида ибн Абд аль-Малика, как было приведено ранее. Конец (1).
Приводят от него все составители сборников (аль-джама'а), и в этой книге от него всего три хадиса: этот, (379) и (1438), и повторил его после него.
6 — (Ас-Сунабихи) — Абд ар-Рахман ибн Усайла — с неточечной «с», в уменьшительной форме — ибн Исль ибн Ассаль аль-Муради, Абу Абдуллах ас-Сунабихи (2), из числа старших таби'инов, отправился в путь к Пророку ﷺ, но обнаружил, что он уже умер, находясь в пути, в аль-Джухфе, за пять или шесть ночей до того, как достиг Медины, и слышал от Абу Бакра ас-Сиддика и множества сподвижников (да будет доволен ими Аллах всеми).
Передавал от Пророка ﷺ в форме мурсаль, а также от Абу Бакра, Умара, Али, Биляля, Са'да ибн Убады, Амра ибн Абасы, Шаддада ибн Авса, Муаза ибн Джабаля, Муавии, Аиши.
От него передавали Аслям, вольноотпущенник Умара, Раби'а ибн Язид ад-Димашки, Абу аль-Хайр Мирсад ибн Абдуллах аль-Языни, Атаа ибн Ясар, Сувайд ибн Гафаля, Абдуллах ибн Мухайриз, Махмуд ибн Лубайд аль-Ансари, Абдуллах ибн Са'д аль-Баджали аль-Катиб и другие.
Ибн Са'д сказал: «Был достойным доверия, с малым числом хадисов».
(2) С даммой на неточечной «с» и без удвоения «н»: по отношению к ас-Сунабих — родовой ветви (племени) Мурад. «Шарх ан-Навави» 1/228.
Йа‘куб ибн Шейба сказал: эти «сунабихийцы», о которых передают, числом шесть, но на деле их только двое: ас-Сунабихи аль-Ахмаси, он же ас-Сунабих аль-Ахмаси — это один и тот же человек, и тот, кто называет его «ас-Сунабихи», допускает ошибку; это тот, от кого передают куфийцы. Второй — Абд ар-Рахман ибн Усайля, кунья его — Абу Абдуллах; он не застал Пророка ﷺ, а передавал от него через посредника (мурсаль), и передавал от Абу Бакра и других. Кто сказал «от Абд ар-Рахмана ас-Сунабихи» — тот назвал его правильным именем, а кто сказал «от Абу Абдуллаха ас-Сунабихи» — тот назвал его правильной куньей, и это один и тот же человек. А кто сказал «от Абу Абд ар-Рахмана» — тот ошибся, перевернув его имя и сделав его куньей. А кто сказал «от Абдуллаха ас-Сунабихи» — тот ошибся, перевернув его кунью и сделав её именем. Это мнение Али ибн аль-Мадини и тех, кто последовал за ним, и это, по-моему, правильно. Аль-Иджли сказал: шамец, таби‘и, надёжный (сика), и он обладал многими достоинствами, из наиболее значимых которых то, что привёл ат-Табарани в «Муснад Убада», по пути через Ибн Мухайриза, который сказал: «Мы пришли навестить Убаду ибн ас-Самита, и вошёл Абу Абдуллах ас-Сунабихи, и Убада сказал: «Кто хочет посмотреть на человека, которого возносили на небо, и он увидел обитателей Рая и обитателей Ада, а затем вернулся и стал поступать согласно тому, что видел, — пусть посмотрит на этого»».
Ибн Хиббан упомянул в «ас-Сикат» Абд ар-Рахмана ибн Усайлю примерно так же, как упомянул Ибн Са‘д. Ибн Йунус сказал: он присутствовал при завоевании Египта. Ибн Ма‘ин сказал: он дожил до времён Абд аль-Малика ибн Марвана, и Абд аль-Малик сажал его рядом с собой на престоле. Аль-Бухари упомянул его в «ат-Тарих аль-Аусат» в разделе «о тех, кто умер между семидесятым и восьмидесятым годами».
От него передавала вся группа (аль-джама‘а), и в этой книге у него всего два хадиса: этот хадис и хадис (1709): «Мы дали ему клятву верности на том, что не будем придавать Аллаху сотоварищей...».
7 — (Убада ибн ас-Самит), упомянутый в предыдущем иснаде. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): это один из семичленных (суба‘ийят) иснадов автора, да помилует его Аллах Всевышний.
2 — (Из них): в нём собрались четверо таби‘инов, передающих один от другого: Ибн Аджлян — от Ибн Хаббана, [Ибн Хаббан] — от Абдуллаха ибн Мухайриза, [Ибн Мухайриз] — от ас-Сунабихи.
3 — (Из них): этот ас-Сунабихи — крупный таби‘и, и его иногда путают, если у человека нет знания в науке о передатчиках, с ас-Сунабихом ибн аль-А‘сар — сподвижником (да будет доволен им Аллах). Следует обратить внимание на это различие. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
Его слово (от ас-Сунабихи) — с даммой над «сад» без точки — это Абд ар-Рахман ибн Усайля. Его слово (от Убады ибн ас-Самита) (да будет доволен им Аллах). Его слово (что он сказал: я вошёл к нему) — ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: подобное этому встречается часто, и в этом есть изящный приём. Смысл его таков: «от ас-Сунабихи, что он передал от Убады хадис, в котором сказал: я вошёл к нему». Подобное этому встретится вскоре в «Книге веры», в хадисе: «Троим воздастся их награда вдвойне», где Муслим (да помилует его Аллах) сказал: передал нам Йахья ибн Йахья, сказал: сообщил нам Хушайм от Салиха ибн Салиха от аш-Ша‘би, который сказал: я видел человека, спросившего аш-Ша‘би, и он сказал: «О Абу Амр, среди тех, кто до нас, из жителей Хорасана, есть люди, говорящие так-то», и аш-Ша‘би сказал: «мне передал Абу Бурда от своего отца...». Этот хадис относится к тому же роду, о котором мы говорим, и смысл его таков: сказал Хушайм: передал мне Салих от аш-Ша‘би хадис, в котором Салих сказал: я видел человека, спросившего аш-Ша‘би. Подобных примеров много, и мы укажем на многие из них в соответствующих местах, если пожелает Аллах Всевышний. А Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, и это полезное уточнение.
Его слово (а он был при смерти) — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство состояния к местоимению «к нему», то есть: а Убада был в состоянии смерти, то есть на нём проявились её признаки. Его слово (и я заплакал) — с фатхой над «каф», от глагола по образцу «дараба». Аль-Аби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: возможно, что его плач был из-за того, что он увидел в нём агонию смерти, либо из-за того, что он лишался пользы от него, но более очевидно, что это было из-за упоминания о предстоянии перед Аллахом Всевышним, ибо это соответствует утешению, которое было приведено далее. Конец.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах Всевышний, говорит: нет, более очевидно, что его плач был из сожаления о том, что он теряет возможность извлекать от него пользу, а также из-за того, что он увидел в нём агонию смерти. А Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (и он сказал: не спеши) — с сукуном над «ха», а также допускается фатха, и смысл его — «дай мне отсрочку». Аль-Джаухари сказал: говорят «мехлян, о человек» с сукуном, и так же для двух, множественного числа и женского рода, и это слово единственного числа в значении «дай отсрочку». А если тебе скажут «мехлян», ты говоришь: «нет отсрочки, клянусь Аллахом», но не говори «ля мехлян валлахи», а говоришь: «нет пользы, клянусь Аллахом, от отсрочки для тебя ни в чём». Аль-Кумайт сказал [стихами размера уафир]:
«Говорю ему, когда он приходит: подожди, // но нет пользы от отсрочки для наставления невежды».
Судья Ийяд, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: здесь нет запрета на плач, ибо запрет наступает после наступления смерти, и то — при плаче определённого вида, разъяснение которого придёт, если пожелает Аллах, в «Книге похорон». Конец.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: этим судья указал на хадис Джабира ибн Атика (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ пришёл навестить Абдуллаха ибн Сабита и нашёл его уже в бессознательном состоянии. Посланник Аллаха ﷺ обратился к нему криком, но тот не ответил, и Посланник Аллаха ﷺ произнёс слова покорности судьбе (истирджа‘) и сказал: «Мы потеряли тебя, о Абу ар-Раби‘», и тогда женщины закричали и заплакали, и Ибн Атик стал их успокаивать, но Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Оставь их, а когда наступит (смерть) — не плачьте». Они спросили: «А что такое наступление, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Смерть»... хадис.
Итог таков, что большинство учёных считает допустимым плач до смерти, а предпочтительнее оставить его после смерти, и это правило касается только пролития слёз от воздействия милосердия и печали сердца, но не оплакивания и причитания (нийаха), ибо это и подобное ему — удары по щекам, разрывание одежд, царапание лиц, распускание волос и призывы горя и погибели — всё это запрещено без разногласия среди учёных. На первый вид они отнесли хадисы, пришедшие о допустимости плача, а на второй вид — хадисы, пришедшие о запрете его, соединяя тем самым доказательства. Полное рассмотрение этого вопроса придёт в «Книге похорон», если пожелает Аллах Всевышний. А Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (почему ты плачешь? Клянусь Аллахом, если меня призовут свидетельствовать) — в форме страдательного залога, то есть: от меня потребуют, чтобы я засвидетельствовал (я непременно засвидетельствую в твою пользу) — то есть о том, что ты из числа обладателей добра и праведности. Его слово (и если моё заступничество будет принято) — тоже в страдательном залоге, то есть: моё заступничество будет принято (я непременно заступлюсь за тебя, и если я смогу) — с пропуском дополнения, на которое указывает то, что следует далее, то есть пользу для тебя (я непременно принесу тебе пользу. Затем он сказал) — Убада (да будет доволен им Аллах) (клянусь Аллахом, нет такого хадиса, который я слышал от Посланника Аллаха ﷺ, в котором для вас есть польза, чтобы я не передал его вам). Судья Ийяд, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: в этом содержится доказательство того, что он скрывал то, чего опасался для них — вреда и смуты, из того, что не вмещает разум каждого человека, и это относится к тому, что не подразумевает действия и в чём нет установленного шариатом предела. Он сказал: подобное этому — умолчание сподвижников (да будет доволен ими Аллах) о том, что не подразумевает действия и в чём нет необходимости, или чего не вмещают разумы простых людей, или в чём опасался вреда для сказавшего или слушающего, особенно то, что связано со сведениями о лицемерах и правлении, а также с указанием на определённых людей, описанных неблаговидными качествами, и хулой на других и проклятием их. Конец.
(«кроме одного хадиса, который я расскажу вам сегодня, ведь я окружён» (со всех сторон бедой)), то есть: я приблизился к смерти и потерял надежду на спасение и жизнь. Автор «ат-Тахрир» сказал: изначально это слово применяется к человеку, против которого объединились его враги, устремились к нему и захватили его со всех сторон так, что не осталось никакой надежды на спасение; про такого говорят: «его окружили», то есть обошли со всех сторон. Смысл его слов — «моя смерть приблизилась».
(«Я слышал, как посланник Аллаха ﷺ говорил: «Кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — посланник Аллаха, тому Аллах запретит Огонь»), то есть удержит его от входа в него. Это по смыслу совпадает с прошлым хадисом: «введёт его Аллах в Рай». А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение, и Он — наша опора, и прекраснейший из покровителей.
Два вопроса, относящихся к этому хадису:
(Первый вопрос):
Этот хадис Убады ибн ас-Самита (да будет доволен им Аллах) — из тех, что приводит только автор [Муслим]; аль-Бухари его не выводил.
(Второй вопрос): о его выведении [иснадах].
Автор [Муслим] вывел его здесь (29) через Кутайбу ибн Саида, от Лейса ибн Саада, от Мухаммада ибн Аджлана, от Мухаммада ибн Яхьи ибн Хаббана, от Абдуллы ибн Мухайриза, от него [Убады].
Ат-Тирмизи (2368) — через Кутайбу таким же путём. Ахмад в «Мусаде» (5/318) — через Юнуса ибн Мухаммада, от Лейса таким же путём, и (5/318) — через Кутайбу таким же путём. Абд ибн Хумайд в «Мусаде» — через Ибн Абу Шейбу, от Абу Халида аль-Ахмара Сулеймана ибн Хайяна, от Мухаммада ибн Аджлана, от Мухаммада ибн Яхьи ибн Хаббана, от Ибн Мухайриза, который сказал: «Мы сидели у Убады ибн ас-Самита, когда пришёл ас-Сунабихи и заплакал. Убада спросил его: «Что заставляет тебя плакать?»…» — и далее привёл рассказ. Ан-Насаи в «Амаль аль-йаум ва-ль-лайла» (1128) — через Кутайбу ибн Саида таким же путём. Абу Аваны в «Мусаде» (26), Абу Нуайм в «Мустахрадже» (136), Ибн Хиббан в «Сахихе» (202). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах. Успех мой только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь» [Худ: 88].
(11) — (Глава о праве Аллаха Всевышнего над рабами)
По нашему иснаду, восходящему к автору, да помилует его Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[150] (…) — («Рассказал нам Хаддаб ибн Халид аль-Азди, рассказал нам Хаммам, рассказал нам Катада, рассказал нам Анас ибн Малик, от Муаза ибн Джабаля, который сказал: «Я был спутником пророка ﷺ на верблюде, и между мной и им не было ничего, кроме задней части седла. Он сказал: «О Муаз ибн Джабаль!» Я ответил: «Я здесь, о посланник Аллаха, и готов служить тебе!» Затем он проехал некоторое время и сказал: «О Муаз ибн Джабаль!» Я ответил: «Я здесь, о посланник Аллаха, и готов служить тебе!» Затем он проехал некоторое время и сказал: «О Муаз ибн Джабаль!» Я ответил: «Я здесь, о посланник Аллаха, и готов служить тебе!» Он сказал: «Знаешь ли ты, каково право Аллаха над рабами?» Я ответил: «Аллах и Его посланник знают лучше». Он сказал: «Поистине, право Аллаха над рабами — чтобы они поклонялись Ему и не придавали Ему никого в сотоварищи». Затем он проехал некоторое время и сказал: «О Муаз ибн Джабаль!» Я ответил: «Я здесь, о посланник Аллаха, и готов служить тебе!» Он сказал: «Знаешь ли ты, каково право рабов над Аллахом, если они сделают это?» Я ответил: «Аллах и Его посланник знают лучше». Он сказал: «Чтобы Он не подвергал их наказанию»)).
Передатчики этого иснада: их пятеро:
1 — (Хаддаб ибн Халид аль-Азди) — с фатхой на «ха» и удвоенной «даль»; его называют также Худба — с даммой в начале и сукуном на «даль», после которой идёт «ба» — ибн Халид ибн аль-Асвад аль-Кайси ас-Саубани, Абу Халид аль-Басри, хафиз, надёжный, богобоязненный. Только ан-Насаи назвал его слабым в передаче. Из младших [представителей] [9] разряда.
Передавал от своего брата Умайи ибн Халида, Джарира ибн Хазима, Хаммама ибн Яхьи, обоих Хаммадов, Хаммада ибн аль-Джаада, Сулеймана ибн аль-Мугиры, Абана ибн Язида аль-Аттара и других.
От него передавали аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, Абу Хатим, Харб ибн Исмаил, Абдулла ибн Ахмад, Закария ас-Саджи, Бакы ибн Махлад, аль-Харис ибн Абу Усама, Ибн Абу Асим, аль-Баззар, аль-Хасан ибн Суфьян, аль-Мамари и другие.
Али ибн аль-Джунайд передал от Ибн Маина: «надёжный». Абу Хатим сказал: «правдивый». Ан-Насаи сказал: «слабый». Абдан аль-Ахвази сказал: «Я слышал, как Аббас ибн Абд аль-Азим говорил: «Это книги Умайи ибн Халида» — то есть то, что передаёт Худба». Абдан также сказал: «Мы не молились за Худбой из-за долготы его молитвы: он произносил тридцать с лишним раз слова возвеличивания». Ибн Ади сказал: «Я слышал, как Абу Йаля, когда его спросили о Худбе и Шайбане, кто из них лучше, ответил: «Худба лучше их обоих и надёжнее в хадисе»». Хадисы Хаммада ибн Салямы у него были в двух версиях: одна — для шейхов, другая — для составителей. Аль-Хасан ибн Суфьян сказал: «Я слышал, как Худба говорил: «Я совершил молитву по Шубе (заупокойную)»». Ибн Ади сказал: «Я не видел у него ни одного отвергаемого хадиса, он многохадисный, правдивый, в нём нет проблемы, и люди признали его надёжность».
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: «Я прочитал почерком аз-Захаби: ан-Насаи однажды признавал его сильным, а однажды ослаблял».
Абу Дауд передал от Мухаммада ибн Абд аль-Малика: «умер в году тридцать пятом [235]». Ибн Хиббан в «ас-Сикат» сказал: «умер в году тридцать шестом или тридцать седьмом». Другой сказал: «умер в году тридцать восьмом или тридцать девятом и двухсотом». Ибн Кани сказал: «умер в начале тридцать шестого года, и он был праведным». В этом же году его упомянул аль-Кыраб, передавая от Мусы ибн Харуна. Аль-Аджурри передал от Абу Дауда: «Худба для нас выше» — то есть чем Шайбан. «Меня спросили о его слушании от брата среди шейхов, и я ответил: «Не отрицается за ним слушание»». Муслима ибн Касим сказал: «басриец, надёжный».
Только аль-Бухари, автор [Муслим] и Абу Дауд передавали через него исключительно. В этой книге у него (34) хадиса.
2 — (Хаммам) ибн Яхья аль-Аузи, Абу Абдулла или Абу Бакр аль-Басри, надёжный, иногда допускал ошибки [7] (умер 164) (уаль-джамаа) 5/69.
3 — (Катада) ибн Диама ас-Садуси, Абу аль-Хаттаб аль-Басри, надёжный, твёрдый, глава [4] (умер 117) (аль-джамаа) 5/69.
4 — (Анас ибн Малик) ибн ан-Надр, Абу Хамза, известный сподвижник-служитель (да будет доволен им Аллах), умер в году (92) или (93), достигнув более ста лет (аль-джамаа) 1/2.
5 — (Муаз ибн Джабаль) ибн Амр ибн Аус аль-Ансари аль-Хазраджи, Абу Абд ар-Рахман, из выдающихся сподвижников (да будет доволен им Аллах), участвовал в Бадре и последующих [сражениях], умер в Шаме в году (18) (аль-джамаа) 6/129. А Аллах Всевышний лучше знает.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к пятизвенным иснадам автора, да помилует его Аллах Всевышний.
2 — (Из них): что его шейх известен и как Хаддаб, и как Худба. Автор, да помилует его Аллах Всевышний, упоминал его в нескольких местах книги: в некоторых называет его Худба, в некоторых — Хаддаб. Учёные согласны, что одно из этих имён — собственное имя, а другое — прозвище, но разошлись во мнениях, какое из них имя. Абу Али аль-Гассани и Абу Мухаммад Абдулла ибн аль-Хасан ат-Табаси,
и автор «аль-Маталиа», и хафиз Абд аль-Гани аль-Макдиси, из более поздних, сказали: Худба — это имя, а Хаддаб — прозвище. Другие сказали: Хаддаб — имя, а Худба — прозвище, и это мнение выбрал шейх Абу Амр ибн ас-Салах, отвергнув первое. Хафиз Абу аль-Фадль аль-Фалаки сказал: «Он гневался, когда его называли Худба». Аль-Бухари упомянул его в своём «ат-Тарихе», сказав: «Хаддаб ибн Халид», и не упомянул Хаддаба [в другом варианте], из чего явствует, что он выбрал мнение, что Хаддаб — это имя. Аль-Бухари же более сведущ, чем другие, ибо он был его шейхом и шейхом Муслима, да помилует их всех Аллах Всевышний. Упомянул это ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, и это ценное исследование. А Аллах Всевышний лучше знает.
3 — (Из них): что все передатчики этого иснада — передатчики, [на которых опирается] джамаа, кроме его шейха, через которого передавали только он [Муслим], аль-Бухари и Абу Дауд.
4 - (Из их числа): то, что он [иснад] сплошь состоит из басрийцев, кроме Муаза (да будет доволен им Аллах), который был мединцем, затем переселился в Шам и умер там.
5 - (Из их числа): то, что в нём содержится риваят одного сподвижника от другого сподвижника, и Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
Его слово («от Муаза ибн Джабаля» (да будет доволен им Аллах)) — это явно указывает на то, что хадис относится к муснаду Муаза (да будет доволен им Аллах), который Анас передал от него. [Ибн Хаджар] сказал в «Фатхе»: так передал его Хаммам от Катады, и это подразумевает явное указание, что хадис относится к муснаду Муаза (да будет доволен им Аллах). Однако с ним разошёлся Хишам ад-Дастуваи, передав от Катады: «от Анаса, что Пророк ﷺ сказал, — а Муаз ехал позади него на верблюжьем седле, — «о Муаз»», — и он [Ибн Хаджар] сказал: это уже приводилось в конце «Книги знания», и это подразумевает, что хадис относится к муснаду Анаса. Но опорным является первое [мнение], и это подтверждается тем, что аль-Бухари поместил после риваята Хишама риваят Сулеймана ат-Тайми от Анаса, который сказал: «Мне было упомянуто, что Пророк ﷺ сказал Муазу», — что указывает на то, что Анас не слышал этого от Пророка ﷺ непосредственно. Его слово «упомянуто» в форме страдательного залога допускает, что Анас передал это со слов Муаза через посредника или без посредника. [Ибн Хаджар] сказал: я уже указывал в разборе этого в «Книге знания» на возможность того, что Анас передал это со слов Амра ибн Маймуна аль-Авди от Муаза, или со слов
= это один из тех, кто обошёл многие страны, слышал многое от шейхов и составил для них летопись; был хафизом, надёжным передатчиком, умер в 449 г.х. в Марв ар-Рузе. «Аль-Лубаб» 2/274, «Аль-Мунтазам» 9/125.
Абд ар-Рахмана ибн Самуры от Муаза, и всё это основано на том, что это один и тот же хадис. Но мне представляется более верным, что это два разных хадиса, хотя их источник — от Катады, от Анаса — совпадает, и их матн о том, что Муаз ехал позади Пророка ﷺ, [также совпадает], из-за различия в том, о чём в них говорится: хадис данной главы — о праве Аллаха над рабами и праве рабов над Аллахом, а также о судьбе того, кто встретит Аллаха, не приобщая к Нему ничего в сотоварищи. Так же и риваят Абу Усмана ан-Нахди, Абу Разина и Абу аль-Аввама — все они от Муаза, у Ахмада. А риваят Амра ибн Маймуна соответствует риваяту хадиса данной главы, и подобен ему риваят Абд ар-Рахмана ибн Самуры от Муаза у ан-Насаи. Другой же риваят соответствует риваяту Хишама, приведённому в «Книге знания». [Ибн Хаджар] сказал: я уже указывал на нечто подобное в «Главе о кличках коня и осла» из «Книги джихада». И передано от Анаса от Муаза нечто подобное хадису данной главы; это извлёк Ахмад через путь аль-Амаша, от Абу Суфьяна, от Анаса, который сказал: «Мы пришли к Муазу и сказали: расскажи нам о редких хадисах Посланника Аллаха ﷺ», — и он привёл подобное хадису Хаммама от Катады. Конец слов хафиза (Ибн Хаджара) (1), и это — ценное исследование.
Его слово («сказал: я был позади Пророка ﷺ на верблюжьем седле») — [«ридф» — رِدْف] с огласовкой кясра на «ра» и сукуном на «даль» — таково общеизвестное чтение, которое зафиксировало большинство передатчиков. Кади Ияд (да помилует его Аллах Всевышний) передал, что Абу Али ат-Табари, шафиитский правовед, один из передатчиков этой книги, зафиксировал это слово с фатхой на «ра» и кясрой на «даль». «Ридф» и «Радиф» означают всадника [сидящего сзади]; говорят: «радифту-ху» с кясрой на «даль» в прошедшем времени и фатхой в настояще-будущем, когда садишься позади кого-то, а «ардафту-ху» — в четырёхбуквенной форме, когда сажаешь кого-то позади себя. Основа этого слова связана с посадкой на «ридф», то есть на заднюю часть [седла или животного]. Кади сказал: нет обоснования для риваята ат-Табари, кроме как если считать, что «фаиль» здесь — имя действующего лица, подобно словам «аджиль» и «замин» и «фарик», если верен риваят ат-Табари. Конец (2).
[Замечание]: хафиз Ибн Манда (да помилует его Аллах Всевышний) отдельно собрал имена тех, кого Пророк ﷺ сажал позади себя, и их число достигло тридцати человек; он упомянул это в «Фатхе» (3).
Его слово («между мной и им (ﷺ)») — он имел в виду усиление [указания] на крайнюю близость [к Пророку], чтобы это произвело более сильное впечатление на слушателя о том, что он [Муаз] точно запомнил то, что передал.
(2) «Икмаль аль-Муалим» 1/236-237 и «Шарх ан-Навави» 1/230.
(3) «Фатх» 10/412, «Книга одежды», номер хадиса (5967).
Его слово («кроме задней части верблюжьего седла») — [«муъхира» — مُؤْخِرَةُ] с даммой на «мим», далее — сукун на хамзе, затем кясра на «ха» — это правильное чтение. Есть и другой вариант произношения: «муаххара» (مُؤَخَّرَةٌ) — с фатхой на «хамзе» и удвоенной «ха» с фатхой. Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: Ибн Кутайба отверг чтение с фатхой на «ха», а Сабит ас-Саракусти сказал: «муаххарату-р-рахль ва мукаддимату-хь» с фатхой на обоих, и говорят также «ахирату-р-рахль» с удлинённой хамзой, и это чтение — наиболее правильное и наиболее известное. Аль-Джаухари в своём «Сихахе» собрал по этому поводу шесть вариантов произношения, сказав относительно «кадимата-р-рахль»: шесть вариантов: мукдим, мукдима — с кясрой на «даль» без удвоения, мукаддам, мукаддама — с фатхой на «даль» с удвоением, кадим, кадима. Он сказал: и таковы же все эти варианты для «ахира-р-рахль», а это — палка, находящаяся позади всадника. Так это передал ан-Навави в своём «Шархе» (1).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: его слово («кроме муъхиры седла») — так это встречается здесь: «муъхира», и мы читали его у того, чьему знанию доверяем, с даммой на «мим», фатхой на «ра» и удвоенной «ха» с фатхой, как имя, полученное от страдательного причастия, потому что она «уаххира» [задерживает, находится сзади]. Это слово отверг Якуб и Ибн Кутайба, сказав: известное у арабов — «ахирату-р-рахль», это палка, которая находится позади всадника, и ей противостоит «кадимату-хь» [передняя часть]. Есть также вариант «муъхира» с лёгкой хамзой на «вав» и кясрой на «ха» — это передали автор «Сихаха» и Абу Убайда.
А «рахль» для верблюда подобен седлу для лошади и попоне для осла. Конец (2).
Слова Ибн ас-Салаха в «Сияна»: «муъхирату-р-рахль» — это [часть], находящаяся позади всадника, на которую он опирается. Наиболее распространённое название для неё — «ахирату-р-рахль», а «муъхирату-р-рахль» произносится с даммой на «мим», затем сукуном на хамзе, затем кясрой на «ха» лёгкой [без удвоения]. Некоторые передатчики произносят её с фатхой на хамзе и фатхой на удвоенной «ха», и это распространено среди уст учащихся, но это не является достоверным [чтением].
Кади Ияд (да помилует его Аллах Всевышний) передал в двух своих книгах — «Машарик аль-Анвар» и «Икмаль аль-Муалим» — от Ибн Макки, что он отверг чтение с кясрой, сказав: не говорят «мукдим» и не «муъхир» с кясрой, кроме как в отношении глаза — то есть их слов «мукаддим аль-айн» и «муаххиру-ха» [передняя и задняя части глаза].
Ибн ас-Салах сказал: и то, что он передал от Абу Хафса Умара ибн Макки
(2) «аль-Мафхум» 1/202.
ас-Сикыли, автора книги «О том, в чём простолюдины допускают ошибки», известно от аль-Халиля и от прежних знатоков языка. А то, что предположил Кади [Ияд], будто это противоречит тому, что было упомянуто ранее, — это его ошибка, ибо то [правило] относится к «мукаддим» и «муаххар» без «та» женского рода, и смысл этого в том, что не говорят «муаххиру-с-сафина» [задняя часть корабля] и прочего, и «мукаддиму-ха» с кясрой, а говорят «муаххару-ха» и «мукаддаму-ха» с фатхой и удвоением. И в этом нет никакого противоречия с [названием] «муъхирату-р-рахль» с «та» женского рода — это два разных вида, знай это, и Аллах знает лучше. Конец слов Ибн ас-Салаха (1), и это — хорошее уточнение.
Его слово (сказал (ﷺ)) («о Муаз ибн Джабаль») — в слове «Муаз» возможны два варианта грамматического разбора: первый — фатха, и второй — дамма, как на это указал [Ибн Малик] в «Хуласе», сказав:
«И подобное «Зайду» огласуй даммой, и произноси с фатхой в случаях, подобных «о Зайд ибн Саид, не ослабевай», и дамма — если после него не следует «ибн» с именем собственным, или если после «ибн» следует имя собственное — обязательна».
Суть вопроса в том, что если обращаемое [имя] является единственным именем собственным, и после него следует «ибн», присоединённое к другому имени собственному, и между обращаемым и «ибн» нет разделения, то для обращаемого возможны два варианта: построение на дамме, по основному правилу, поскольку это обращение к единственному собственному имени, — тогда говоришь: «йа Муазу бна Джабаль», огласовывая «заль» даммой; и фатха — по согласованию, — тогда говоришь: «йа Муаза бна Джабаль», огласовывая её фатхой. При этом обязательно, с точки зрения написания, опустить «алиф» слова «ибн».
А если «ибн» не следует после имени собственного, как в «йа гуляму бна Амр», или после него не следует имя собственное, как в «йа Зайду бна ахина», то обязательна дамма для обращаемого, и фатха недопустима, и обязательно сохранение «алифа» слова «ибн» в этом случае (2).
Его слово («я сказал: лаббайка») — с фатхой на «лям», это двойственное число от «лабб», и означает — отвечаю тебе после отвечания [то есть непрерывно отвечаю], либо — приближение к тебе и повиновение тебе, либо — я постоянно пребываю в повиновении тебе, либо — моя любовь к тебе, либо иное значение.
Сказал аль-Халиль: «лабба» на месте — означает «остановился, находился там». Это передал от него Абу Убайда. Сказал аль-Фарра: отсюда их выражение «лаббайка», то есть «я пребываю в подчинении Тебе». По правилу следовало бы сказать «лаббан лака», однако форма была продублирована в значении усиления, то есть «пребывание за пребыванием, остановка за остановкой». Сказал аль-Халиль: это происходит от их выражения «дом такого-то ត-либбу дари», то есть «стоит напротив моего дома», то есть «обращённый к тебе тем, что ты любишь, в ответ тебе», а «й» здесь — знак двойственного числа.
Ибн аль-Анбари в разборе слова «лаббайка» привёл четыре мнения:
Первое: «мой ответ тебе», взято от «лабба» на месте и «альбабу бихи» — «остановился там». Говорят «лаббайка», продублировав форму, потому что хотели выразить «ответ за ответом», подобно тому как говорят «хананайка», то есть «милость за милостью». Некоторые грамматисты сказали: изначальная форма «лаббайка» — «лаббабака», но сочли тяжёлым сочетание трёх «ба», поэтому третью заменили на «й», подобно тому как говорят «тазанняйту», изначальная форма которого «тазаннанту».
Второе: «моё обращение к Тебе, о Господь, и моё устремление к Тебе», форма продублирована для усиления, взято от их выражения «дари тулиббу дарака» — «мой дом обращён к твоему дому».
Третье: «моя любовь к Тебе, о Господь», от выражения арабов «женщина любящая (лабба)» — если она любит своего ребёнка и проявляет к нему нежность.
Четвёртое: «моя искренность Ему, о Господь», от их выражения «происхождение чистое (лубаб)» — если оно чистое, беспримесное; отсюда же «мякоть еды (лубб)» и её «чистая часть (лубаб)».
[Замечание]: слово «лаббайка» относится к масдарам, глагол которых обязательно опускается, а сам масдар ставится в винительном падеже. По правилу следовало бы сказать «лаббан лака», но форма была продублирована в значении усиления. Изначальная его форма — «лаббайни», затем «нун» была опущена из-за присоединения (идафа), как сказано в «Хуласе»:
«Нун, следующую за словоизменением или за танвином, из того, что ты присоединяешь, опускай, как в слове «Тур Сина»».
Сказал аль-Фарра: слово поставлено в винительном падеже как масдар. Сказал Ибн ас-Саккит: подобно твоему выражению «хамдан ва шукран» (хвала и благодарность).
Это одно из имён, обязательно присоединяемых к местоимению, подобно «саадайка», как также сказано в «Хуласе»:
«Некоторые из того, что присоединяется обязательно, не допускают присоединения к явному имени, где бы оно ни встретилось, как «вахда», «лаббай», «давалай», «саадай». И редким исключением стало присоединение «йадай» к «лаббай»».
(«Расулаллах») — в винительном падеже как обращаемое (мунада), от которого опущена частица обращения, что допустимо, как сказано в «Хуласе»:
«То, что не является восхвалением (мандуб), не является скрытым местоимением и не пришло как объект призыва о помощи (мустагас), может иногда лишаться (частицы), знай это».
Сказал аль-Харири в своей «Мульха»:
«Опущение «йа» допустимо при обращении, как в их выражении «Господи, ответь на мою молитву»».
То есть: «о посланник Аллаха». («Ва саадайка») — подобно «лаббайка», значение его: «оказание помощи (тебе) за оказанием помощи». Сказал ан-Навави: значение «саадайка» — «я содействовал твоему повелению содействием за содействием».
(«Затем он ехал» — ﷺ — «некоторое время, затем сказал» — ﷺ — «о Муаз ибн Джабаль», я сказал: «лаббайка, о посланник Аллаха, ва саадайка», затем он ехал — ﷺ — некоторое время, затем сказал: «о Муаз ибн Джабаль», я сказал: «лаббайка, о посланник Аллаха, ва саадайка») — Пророк ﷺ повторил обращение к Муазу (да будет доволен им Аллах) трижды для усиления внимания к тому, о чём он собирался ему сообщить, и чтобы завершить пробуждение внимания Муаза к тому, что он услышит. Установлено в «Сахихе», что он ﷺ, «если произносил слово, повторял его трижды» именно с этой целью, и Аллах Всевышний знает лучше.
(Сказал — ﷺ — «Знаешь ли ты, каково право Аллаха над рабами?») — сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний: право Аллаха над Его рабами — это то, что Он возложил на них своим установлением и обязал их этим своим обращением. Конец цитаты.
Сказал автор «ат-Тахрир»: знай, что «право» (хакк) — это всё существующее, реализованное, либо то, что непременно возникнет. Аллах — Свят Он и Велик — есть Истинный Существующий, Извечный, Пребывающий, Вечный, а смерть, Час, Рай и Ад — истина (хакк), поскольку они непременно произойдут. Когда говорят о правдивой речи: «истина», то смысл этого — что вещь, о которой сообщается в этой вести, непременно произойдёт, реализуется без всякого сомнения. Так же и право, причитающееся с раба, без всякого сомнения и колебания. Итак, право Аллаха над рабами означает то, что Он причитает с них как обязательное для них, а право рабов у Аллаха означает то, что непременно реализуется. Это слова автора «ат-Тахрир».
Сказал другой: он сказал «их право у Аллаха Всевышнего» в порядке противопоставления Его праву над ними, и допустимо, что это подобно выражению человека своему товарищу: «твоё право обязательно для меня», то есть «моё исполнение его непременно», и из этого же слово Пророка ﷺ: «обязанность (хакк) каждого мусульманина — совершать полное омовение каждые семь дней». И Аллах Всевышний знает лучше. Это привёл ан-Навави в своём «Шархе».
(Сказал) Муаз (да будет доволен им Аллах): (я сказал: «Аллах и Его посланник знают лучше», сказал — ﷺ — «Поистине, право Аллаха над рабами — чтобы они поклонялись Ему и не придавали Ему в сотоварищи ничего») — под поклонением подразумевается совершение деяний повиновения и избегание грехов. И прекрасно сформулировал имам Ибн аль-Каййим, да помилует его Аллах Всевышний, всеобъемлющее и исключающее определение поклонения, сказав в своей «Нунийе»:
«Поклонение Милостивому — предел любви к Нему, вместе с покорностью поклоняющегося Ему — вот два полюса.
И на этих двух полюсах вращается небесная сфера поклонения, доколе вращается, до тех пор, пока стоят эти два полюса.
Вращение же его совершается по повелению — повелению Его посланника, а не по прихоти, страсти и наущению шайтана».
А присоединил он отрицание придавания сотоварищей потому, что это — завершение единобожия, и мудрость присоединения этого к поклонению в том, что некоторые неверующие заявляли, будто поклоняются Аллаху, но при этом поклонялись и другим божествам, поэтому было поставлено условие отрицания этого.
Предложение «не придают Ему сотоварищей и т.д.» является обстоятельственным (хал), и подразумевается: «поклоняются Ему в состоянии непридавания Ему сотоварищей». Сказал Ибн Хиббан, да помилует его Аллах Всевышний: поклонение Аллаху — это признание языком, подтверждение сердцем и деяние органами. Поэтому в ответе сказано: «право рабов, если они совершат это», выразив глаголом (деянием), а не словом (высказыванием). Это привёл он в «Фатхе».
И сказал в другом месте: он ограничился отрицанием придавания сотоварищей, потому что это подразумевает единобожие по необходимому следствию и подразумевает утверждение пророческой миссии по неизбежности, ибо кто отвергает посланника Аллаха, тот отвергает Аллаха, а кто отвергает Аллаха, тот многобожник. Или это подобно выражению говорящего: «кто совершил омовение, его молитва действительна», то есть при выполнении всех прочих условий, и подразумевается: кто умер, будучи верующим во всё, во что обязательно верить. Конец цитаты.
(Затем он ехал некоторое время, сказал — ﷺ — «о Муаз ибн Джабаль», я сказал: «лаббайка, о посланник Аллаха, ва саадайка», сказал — ﷺ — «Знаешь ли ты, каково право рабов над Аллахом, если они совершат это?») — то есть поклонение с отсутствием придавания сотоварищей. (Сказал) — да будет доволен им Аллах — (я сказал: «Аллах и Его посланник знают лучше», сказал — ﷺ — «чтобы Он не наказывал их»). В риваяте Ибн Хиббана через путь Амра ибн Маймуна: «чтобы Он простил им и не наказывал их», а в риваяте Абу Усмана: «ввёл их в Рай», в риваяте Абу аль-Аввама подобное же, с добавлением: «и простил им», а в риваяте Абд ар-Рахмана ибн Гханма: «чтобы Он ввёл их в Рай».
Сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний: право рабов у Аллаха — это то, что Он им обещал из награды и воздаяния, и это право стало непременным и обязательным по правдивости Его обещания и по правдивому слову Его, в отношении которого не допустима ложь в вести, ни нарушение обещания. Ведь Аллах — Свят Он и Велик — на Него не возлагается ничего по повелению, поскольку над Ним нет повелевающего, и не по разуму, потому что Он раскрывающий (истину), а не обязываемый. Конец цитаты.
Ибн Абу аль-Изз, да помилует его Всевышний Аллах, сказал в «Шарх ат-Тахавийя», комментируя этот хадис: это истинное право, ставшее обязательным благодаря совершенным словам Аллаха и Его правдивому обещанию, а не в том смысле, что раб сам по себе обладает правом требовать что-то у Аллаха, как это бывает у одного творения по отношению к другому. Ведь Всевышний Аллах — Тот, Кто одаряет рабов всяким благом, и их право, ставшее обязательным по Его обещанию, состоит лишь в том, что Он не станет их наказывать. Прекрасно сказал поэт [размер камиль]:
Нет у рабов над Ним обязательного права — никак, и никакое усердие перед Ним не пропадёт впустую.
Если они наказаны — то по Его справедливости, а если облагодетельствованы — то по Его щедрости, и Он — Щедрый, Слышащий.
Шейх-уль-ислам, да помилует его Всевышний Аллах, сказал: то, что покорный заслуживает награду, есть заслуга по причине одарения и щедрости, а не заслуга взаимного расчёта, как заслуживает одно творение у другого. Некоторые люди говорят: у слова «заслуга» здесь нет иного смысла, кроме того, что Аллах сообщил об этом, и Его обещание истинно. Но большинство людей утверждают заслугу, превышающую это, как на то указывают Коран и сунна. Всевышний сказал: «И было правом для Нас помочь верующим» (ар-Рум, 47). Однако люди сунны говорят: это Он предписал Себе милость и сделал для Себя обязательным это право — никакое творение не обязало Его к этому. А мутазилиты утверждают, что это обязательно для Него по аналогии с творением, и что рабы сами повиновались Ему без того, чтобы Он сделал их повинующимися Ему, и что они заслуживают награду без того, чтобы именно Он был тем, кто это обязал. И они допустили в этом ошибку. В этом вопросе ошиблись джабриты, кадариты, последователи Джахма и кадариты-отрицатели. Конец цитаты (2).
В «Фатх аль-Бари» сказано: некоторые мутазилиты опирались на внешний смысл этого хадиса, но у них нет в нём опоры, поскольку под «правом» здесь подразумевается достоверное, установленное, или же достойное того, ибо благодеяние Господа по отношению к тому, кто не взял себе иного господа, достойно по мудрости того, чтобы Он не наказывал его. Либо же смысл в том, что это как бы обязательное по своей достоверности и подтверждённости, либо это упомянуто в порядке взаимного соответствия. Конец цитаты (1). А Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и место прибежища, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос):
Этот хадис Муаза, да будет доволен им Аллах, приведён и аль-Бухари, и Муслимом.
(Второй вопрос): о его цепочках передачи.
Его привёл автор здесь, в «Книге веры» [11/150] (35), от Худдаба ибн Халида, от Хаммама ибн Йахьи, от Катады, от Анаса ибн Малика, от него.
Аль-Бухари в «Одежде» (5967), «Смягчении сердец» (6500) и «Испрашивании разрешения» (6267) — от Худбы ибн Халида, а в «Испрашивании разрешения» (6267) — от Мусы ибн Исмаила, оба от Хаммама ибн Йахьи, таким же путём. Ан-Насаи в «Деяниях дня и ночи» (186) — от Амра ибн Али, от Абу Дауда, от Хаммама, подобным образом.
Ахмад в своём «Мусанаде» (5/228) — от Вакиа, (5/236) — от Абу Муавии, от аль-Амаша, от Абу Суфьяна, а в (5/242) — от Аффана, от Хаммама, от Катады, оба от Анаса ибн Малика, да будет доволен им Аллах, таким же путём. Абу Аваана в своём «Мусанаде» (27, 28, 29) и в своём «Мустахрадже» (137, 138, 139, 140), и Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (210). А Всевышний Аллах знает лучше.
[Замечание]: этот хадис относится к тому, в чём оба шейха (аль-Бухари и Муслим) сошлись, приведя его от одного и того же шейха, а именно от Худдаба ибн Халида. Аль-Бухари упомянул его как Худбу ибн Халида, а ранее уже было указано, что к нему применимы оба имени — одно является его именем, другое — прозвищем. А Всевышний Аллах знает лучше.
[Другое замечание]: в «Фатх аль-Бари» сказано: этот хадис относится к числу тех хадисов, которые аль-Бухари привёл в трёх местах от одного шейха с одной и той же цепочкой передачи, а таких в его книге очень мало. Однако он добавил к этому в «Испрашивании разрешения» Мусу ибн Исмаила. И некоторые из тех, кого мы застали, проследили то, что он привёл в двух местах с одной цепочкой, и число таких случаев превысило двадцать, причём в некоторых из них он допускает изменение в матне посредством сокращения. Конец цитаты (2). А Всевышний Аллах знает лучше.
(Третий вопрос): о его полезных выводах.
1 — Из них: разъяснение права Аллаха Всевышнего, которое Он сделал обязательным для Своих рабов, а именно — чтобы они поклонялись Ему и не придавали Ему никого в сотоварищи.
2 — Из них: разъяснение права рабов на Аллаха Всевышнего, которое Он сделал обязательным для Себя по Своей щедрости и милости, а именно — что Он введёт их в Рай и не станет их наказывать.
3 — Из них: допустимость посадки двоих на одно верховое животное, если оно способно это вынести.
4 — Из них: разъяснение скромности Пророка ﷺ, который сажал своих сподвижников позади себя и не превозносился над ними.
5 — Из них: разъяснение достоинства Муаза, да будет доволен им Аллах, и его прекрасной манеры в речи и в знании, поскольку он отнёс то, чего не постиг во всей полноте, к знанию Аллаха Всевышнего и знанию Его Посланника ﷺ, а также близость его положения к Пророку ﷺ.
6 — Из них: желательность повторения слов ради их подтверждения и лучшего усвоения. Таково было и наставление Пророка ﷺ — аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» со слов Анаса, да будет доволен им Аллах, от Пророка ﷺ: «Он, когда произносил слово, повторял его трижды, чтобы оно было понято от него, а когда приходил к людям и приветствовал их, приветствовал их трижды».
7 — Из них: допустимость того, чтобы наставник спрашивал своего ученика о постановлении, чтобы испытать имеющееся у него знание и разъяснить ему то, что вызывает у него затруднение.
8 — Из них: предписанность отвечать зовущему словами «вот я перед Тобой, и вот я готов служить Тебе».
9 — Из них: содержащаяся здесь великая радостная весть для единобожников, которые ничего не придают Аллаху Всевышнему в сотоварищи, поскольку Аллах Всевышний, Который не нарушает Своего обещания, пообещал им, что не станет их наказывать, но, напротив, почтит их вхождением в Рай. А Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и место прибежища, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
И по нашей цепочке передачи, восходящей к автору, да помилует его Всевышний Аллах, упомянутому в начале книги, он сказал:
[151] (…) — (Рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шайба, рассказал нам Абу аль-Ахвас, Саллям ибн Сулайм, от Абу Исхака, от Амра ибн Маймуна, от Муаза ибн Джабаля, который сказал: я был позади Посланника Аллаха ﷺ на осле по имени Уфайр, и он сказал: «О Муаз, знаешь ли ты, каково право Аллаха на рабов, и каково право рабов на Аллаха?» Я сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше. Он сказал: «Право Аллаха на рабов состоит в том, чтобы они поклонялись Аллаху и не придавали Ему никого в сотоварищи, а право рабов на Аллаха, Всемогущего и Великого, состоит в том, чтобы Он не наказывал того, кто не придаёт Ему никого в сотоварищи». Я сказал: о Посланник Аллаха, не сообщить ли мне об этом людям радостную весть? Он сказал: «Не сообщай им, чтобы они не понадеялись только на это»).
Передатчики этой цепочки — пятеро:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шайба — это Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абу Шайба аль-Куфи, знаток хадисов, упомянутый в предыдущей главе.
2 — Абу аль-Ахвас, Саллям ибн Сулайм аль-Ханафи, их вольноотпущенник, куфиец, надёжный, точный передатчик, знаток хадисов [7] (умер в 179 г.) (аль-Джама‘а) 4/114.
[Замечание]: «Абу аль-Ахвас» в цепочке автора — это Саллям ибн Сулайм, как он это ясно указал. А аль-Бухари привёл этот хадис от Исхака ибн Ибрахима, от Йахьи ибн Адама, от Абу аль-Ахваса, от Абу Исхака, от Амра ибн Маймуна, от Муаза, да будет доволен им Аллах, — и в этом случае «Абу аль-Ахвас» — это Аммар ибн Рузайк.
Сказал аль-Хафиз, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, в «аль-Фатх»: «Я полагал, что это Саллям ибн Сулайм, и на это указывают слова аль-Миззи. Однако этот хадис вывел ан-Насаи от Мухаммада ибн Абдуллаха ибн аль-Мубарака аль-Мухаррими, от Йахьи ибн Адама — шейха шейха аль-Бухари в этом иснаде, — и он сказал: «от Аммара ибн Рузайка, от Абу Исхака». А аль-Бухари вывел этот хадис через Йахью ибн Адама, от Абу аль-Ахваса, от Абу Исхака, а кунья Аммара ибн Рузайка — Абу аль-Ахвас, так что это одно и то же лицо, и я не видел, чтобы кто-то обратил на это внимание. А Муслим вывел его от Абу Бакра ибн Абу Шейбы, а Абу Дауд — от Ханнада ибн ас-Сарийя, оба от Абу аль-Ахваса, от Абу Исхака, а этот Абу аль-Ахвас — это Саллям ибн Сулайм, ибо Абу Бакр и Ханнад застали его, но не застали Аммара». Конец слов аль-Хафиза, и это очень важное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
3 — (Абу Исхак) — Амр ибн Абдуллах аль-Хамдани ас-Саби‘и аль-Куфи, надёжный (сика), благочестивый, к концу жизни у него смешалась память, и он допускал тадлис [3] (умер в 129 г.) (аль-Джама‘а) 2/11.
4 — (Амр ибн Маймун) аль-Авди, Абу Абдуллах, а говорят: Абу Йахья аль-Куфи, застал доисламскую эпоху, но не встречался с Пророком ﷺ, надёжный (сика), благочестивый, мухадрам, известный [2].
Передавал от Умара, Ибн Мас‘уда, Му‘аза ибн Джабаля, Абу Зарра, Абу Мас‘уда аль-Бадри, Са‘да ибн Абу Ваккаса, Ма‘киля ибн Ясара, Аиши, Абу Хурайры, Ибн Аббаса и других.
От него передавали Са‘ид ибн Джубайр, ар-Раби‘ ибн Хусайм, Абу Исхак ас-Саби‘и, Йазид ибн Шурайк, Ибрахим ибн Йазид ат-Тайми, его отец и другие.
Аль-Аджли сказал: куфиец, таби‘, надёжный. Абу Бакр ибн Аййаш передал от Абу Исхака: сподвижники Пророка ﷺ (собирались) вокруг Амра ибн Маймуна. Юнус ибн Абу Исхак передал от своего отца: когда Амр ибн Маймун входил в мечеть и его видели, поминали Аллаха. Аль-Авза‘и передал от Хассана ибн Атыйи, от Абд ар-Рахмана ибн Сабита, от Амра ибн Маймуна: «Прибыл к нам Му‘аз в Йемен как посланник Посланника Аллаха ﷺ в Аш-Шихр, возвышая голос произнесением такбира, с грубым голосом, и я привязался к нему любовью (1)…» — и далее хадис. Ибн Ма‘ин и ан-Насаи сказали: надёжный. Ибн Абд аль-Барр упомянул его в «аль-Истиаб» и сказал: он застал Пророка ﷺ, был искренен по отношению к нему и был мусульманином при его жизни. Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных таби‘инов.
Абу Нуайм и другие сказали: он умер в семьдесят четвёртом году. А говорят: в (75) году.
Вывели о нём хадисы вся община (аль-джама‘а), и в этой книге от него — только десять хадисов.
5 — (Му‘аз ибн Джабаль) (да будет доволен им Аллах) — упомянутый в предыдущем иснаде. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): что он относится к пятизвенным иснадам автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
2 — (из них): что все его передатчики — передатчики аль-джама‘а.
3 — (из них): что он последовательно состоит из куфийцев, кроме Му‘аза (да будет доволен им Аллах), ибо он мединец, переселился в Шам и умер там.
4 — (из них): что в нём есть передача таби‘и от таби‘и: Абу Исхака от Амра ибн Маймуна, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(«От Амра ибн Маймуна») аль-Авди — с фатхой над «за» и сукуном над «вав» — («от Му‘аза ибн Джабаля») (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: «Я был спутником сзади (ридфа)») — с кясрой, затем сукуном — («Посланника Аллаха ﷺ на осле, которого называли Уфайр») — с огласовкой «айн» с дамой, затем «фа» с фатхой, в форме уменьшительного (тасгыр) — это правильное чтение в риваяте, и в надёжных рукописях, и в книгах знатоков этого дела. Шейх Абу Амр ибн ас-Салах, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: а слова кадия Ияда, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, что это через «гайн» с точкой, — оставлены (не принимаются). Шейх сказал: это тот осёл, который был у него ﷺ; говорят, что он умер во время прощального хаджа. Он сказал: и этот хадис требует, чтобы это было в другой раз, отличный от того случая, что упомянут в предыдущем хадисе, ибо задняя часть седла (муъхира ар-рахль) относится только к верблюдам и не бывает на осле.
Ан-Навави сказал: возможно, что это одно и то же событие, и под первым хадисом имелась в виду мера задней части седла, а Аллах знает лучше. Конец (1).
И сказал в «аль-Фатх»: его слово («Уфайр») — с несогласной (неточечной) буквой и «фа», в уменьшительной форме — производно от «аль-афар», а это цвет земли, как будто он был назван так по своему цвету; а «аль-‘уфра» — это красный цвет, смешанный с белизной, и это уменьшительная форма от «А‘фар» (أعفر), выведенная из своего исходного построения, подобно тому как говорят «Суваид» в уменьшительной форме от «асвад» (чёрный). А ошибся тот, кто огласовал это через «гайн» с точкой. И это не тот другой осёл, которого называли «Йа‘фур», хотя Ибн Абдус заявлял, что это одно и то же, и это подтвердил автор «аль-Хади», но ад-Димьяти отверг это, сказав: «Уфайра подарил аль-Мукаукис, а Йа‘фура подарил Фарва ибн Амр», а говорят наоборот. А «Йа‘фур» — с сукуном над несогласной буквой и дамой над «фа» — это название детёныша газели, как будто он был назван так за свою быстроту. Аль-Вакиди сказал: Йа‘фур умер, когда Пророк ﷺ возвращался из прощального хаджа, и это же категорически утверждает ан-Навави, передавая от Ибн ас-Салаха. А говорят, что он бросился в колодец в день, когда умер Посланник Аллаха ﷺ; это встречается в длинном хадисе, который упомянул Ибн Хиббан в биографии Мухаммада ибн
Марсада в «аз-Зуафа», и в нём (сказано), что Пророк ﷺ получил его в качестве трофея из Хайбара, и что он говорил с Пророком ﷺ, и упомянул ему, что он принадлежал иудею, и что от его деда произошло шестьдесят ослов, предназначенных для верховой езды пророков, и он сказал: «И не осталось из них никого, кроме меня, а ты — печать пророков», и он назвал его Йа‘фуром, и он ездил на нём по своим делам, и посылал его к человеку, и он стучал в его дверь своей головой, и тот узнавал, что его послали к нему. А когда Пророк ﷺ умер, он пришёл к колодцу Абу аль-Хайсама ибн ат-Тайихана и бросился в него, и он стал его могилой. Ибн Хиббан сказал: у этого нет основы, и цепочка передачи его ничего не стоит. Конец (1).
(Сказал) Му‘аз (да будет доволен им Аллах): (и сказал он ﷺ): («О Му‘аз, знаешь ли ты») — с опущением вопросительной хамзы, которая явно приведена в следующем риваяте, то есть «атадри» — («в чём право Аллаха над рабами и в чём право рабов над Аллахом?» Сказал) Му‘аз (да будет доволен им Аллах): («Я сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше». Сказал) он ﷺ: («Поистине, право Аллаха над рабами состоит в том, чтобы они поклонялись Аллаху и не придавали Ему никого в сотоварищи, а право рабов над Аллахом состоит в том, чтобы не наказывать того, кто не придаёт Ему никого в сотоварищи». Сказал) Му‘аз (да будет доволен им Аллах): («Я сказал: о Посланник Аллаха, не обрадовать ли мне людей этим?» Сказал) он ﷺ: («Не радуй их этим, чтобы они не понадеялись (на это) и не оставили дела») — с опущением «нун» рафа ради насба в ответе на запрет, как сказано в «аль-Хуласа»:
«И после «фа» ответа отрицания или запрета, чистых (не смешанных с другим), «ан» (подразумеваемое) и его скрытие обязательно требует насба».
А смысл в том, что если ты сообщишь им эту радостную весть, они перестанут действовать и оставят дело, опираясь на это слово, — так оставь их усердствовать в деле.
Сказал в «аль-Фатх», буквально следующее: сказал Ибн Раджаб в своём «Шархе» на начальные главы аль-Бухари (2): «Учёные сказали: из того, что Му‘аз (да будет доволен им Аллах) был удержан от того, чтобы обрадовать людей, дабы они не понадеялись, берётся (правило), что хадисы о послаблениях (рухсах) не следует распространять среди широкой публики, чтобы их понимание не оказалось ниже того, что подразумевается в них. Ведь их услышал Му‘аз (да будет доволен им Аллах), и это лишь усилило его усердие в деле и страх перед Аллахом (велик Он и возвышен). А что до того, кто не достиг его положения, то нет гарантии, что он не проявит недостаточность (в делах), опираясь на внешний смысл этого сообщения.
И этому противоречит то, что достоверно передано (мутаватир) в текстах Книги и Сунны о том, что некоторые грешники из числа единобожников входят в Огонь. Исходя из этого, необходимо примирить между этими двумя (сообщениями), и (учёные) избрали в этом несколько путей:
(2) Эти слова не встречаются в изданном ныне «Шархе», поскольку «Книга знания» из него утрачена.
[Один из них]: слово аз-Зухри о том, что это дозволение было до ниспослания обязательных предписаний (фараид) и установленных наказаний (худуд). Об этом будет сказано далее от него в хадисе Усмана об омовении. Другие сочли это малоправдоподобным, поскольку отмена (насх) не входит в область хабара (сообщения), а также потому, что услышанное Муазом было позже большей части ниспослания фараид. Было также сказано: отмены нет, а хадис остаётся в своей общей форме, но обусловлен определёнными условиями, подобно тому как решения (ахкам) строятся на своих обусловливающих причинах, зависящих от отсутствия препятствующих факторов; когда всё это совпадает, обусловливающий фактор производит своё действие. На это указал Вахб ибн Мунаббих в своих словах, приведённых ранее в «Книге о похоронах» при разъяснении хадиса «Поистине, слова «нет божества, кроме Аллаха» — это ключ к Раю»: нет ключа без зубцов. Было сказано также, что имеется в виду избавление от входа в огонь многобожия; и было сказано, что имеется в виду избавление от мучения всего тела единобожников, поскольку огонь не сжигает места, которыми совершается земной поклон (места суджуда). И было сказано, что это не относится к каждому, кто исповедовал единобожие и совершал служение, а относится только к тому, кто был искренен (ахляса); а искренность требует утверждения в сердце её смысла, и невозможно представить утверждение (тахкык) при упорстве в грехе, ибо сердце должно быть наполнено любовью к Аллаху Всевышнему и страхом перед Ним, отчего органы тела устремляются к повиновению и удерживаются от греха. Конец, в сокращённом изложении (1).
Далее, спустя три хадиса, будет приведён хадис Анаса от Муаза (да будет доволен им Аллах), подобный этому хадису, и в конце него: «Он сказал: о Посланник Аллаха, не сообщить ли об этом людям, чтобы они возрадовались? Он сказал: «Тогда они станут полагаться на это (и оставят дела)»». И Муаз сообщил об этом перед своей смертью, избегая греха, то есть выходя из греха скрытия знания. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос):
Этот хадис Муаза ибн Джабаля (да будет доволен им Аллах) передан от него через Амра ибн Маймуна; хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о его выведении (тахридж).
Автор (составитель) вывел его здесь в «Книге веры» [11/151] (49) от Абу Бакра ибн Абу Шейбы, от Абу аль-Ахваса Саляма ибн Сулейма, от Абу Исхака, от Амра ибн Маймуна, от Муаза (да будет доволен им Аллах).
И (аль-Бухари) в «Джихаде» (2856) — от Исхака ибн Ибрахима, от Яхьи ибн Адама, от Абу аль-Ахваса, а он — Аммар ибн Рузайк, от Абу Исхака, тем же путём.
И (Абу Дауд) в «Джихаде» — от Ханнада ибн ас-Сарийя, от Абу аль-Ахваса, а он — Салям ибн Сулейм, от Абу Исхака, тем же путём, — но только с историей об осле.
И (ат-Тирмизи) в «Книге веры» (2643) — от Махмуда ибн Гайлана, от Абу Ахмада аз-Зубайри, от Суфьяна ас-Саури, от Абу Исхака, тем же путём.
(Ан-Насаи) в «Знании» из «Кубра» (5877) — от Мухаммада ибн Абдуллаха аль-Мухаррими, от Яхьи ибн Адама, от Аммара ибн Рузайка, тем же путём, без упоминания истории об осле.
И (Ахмад) в своём «Мусанаде» 5/228 — от Вакиа, от Исраиля, — и в 5/228 — от Абд ар-Рахмана, от Суфьяна, — (х) и Абд ар-Раззак, от Маамара, — все трое от Абу Исхака, тем же путём. Полезные сведения хадиса приведены ранее в предыдущем хадисе. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он для нас достаточен, и прекрасен Он как покровитель.
И по нашей непрерывной цепи передачи, восходящей к автору, да помилует его Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[152] (31) — (Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна и Ибн Башшар, — Ибн аль-Мусанна сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Джафар, — рассказал нам Шуба, от Абу Хасина и аль-Ашаса ибн Сулейма, что оба они слышали, как аль-Асвад ибн Хиляль передавал от Муаза ибн Джабаля, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О Муаз, знаешь ли ты, каково право Аллаха над рабами?» Он сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше. Он сказал: «Чтобы Аллаху служили и чтобы ничто не придавалось Ему в сотоварищи». Он сказал: «А знаешь ли ты, каково их право над Ним, если они сделают это?» Он сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше. Он сказал: «Чтобы Он не подвергал их мучению»).
Передатчики этого иснада: восемь.
1 — (Мухаммад ибн аль-Мусанна) — Абу Муса аль-Анази, известный как аз-Замин аль-Басри, надёжный (сика), хафиз [10] (умер в 252 г.) (входит во все шесть сборников) 2/2.
2 — (Ибн Башшар) — это Мухаммад ибн Башшар, известный как Бундар, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, хафиз; он и Мухаммад ибн аль-Мусанна были как два скакуна на скачках и умерли в один год [10], (умер в 252 г.) (входит во все шесть сборников) 2/2.
3 — (Мухаммад ибн Джафар) известный как Гундар, Абу Абдуллах аль-Басри, надёжный, с достоверной записью (сахих аль-китаб) [9] (умер в 193 г.) (входит во все шесть сборников) 2/2.
4 — (Шуба) ибн аль-Хаджжадж ибн аль-Вард аль-Атаки, их вольноотпущенник (мавляхум), Абу Бистам аль-Васити, затем аль-Басри, надёжный, хафиз, отличающийся точностью, поклоняющийся Аллаху, повелитель верующих в хадисе [7] (умер в 160 г.) (входит во все шесть сборников), упомянут ранее в «Толковании введения» 1/385.
5 — (Абу Хасин) — с фатхой на «ха» неточечной и касрой на «сад» неточечной, в форме единственного числа без уменьшительной формы — Усман ибн Асим ибн Хасин аль-Асади аль-Куфи, надёжный, суннит, иногда практиковал тадлис [4] (умер в 127 г.) (входит во все шесть сборников) 1/4.
6 — (аль-Ашас ибн Сулейм) ибн Асвад аль-Мухариби аль-Куфи, надёжный [6].
Передавал от своего отца, аль-Асвада ибн Язида, аль-Асвада ибн Хиляля, Саида ибн Джубайра, Амра ибн Маймуна, Муавии ибн Суваида ибн Мукаррина, Абу Ваиля и группы других.
От него передавали Шуба, ас-Саури, Шарик, Абу аль-Ахвас, Шайбан ан-Нахви, Исраиль, Заида, Мисар, Зухайр, Абу Аввана и другие. От него передавал также Абу Исхак аш-Шайбани, который был его современником.
Ибн Маин, Абу Хатим и ан-Насаи сказали: надёжный. Харб сказал: я слышал, как Ахмад отдавал ему предпочтение перед Симаком ибн Харбом. Абу Дауд и аль-Баззар сказали: надёжный. Ибн Саад сказал: он умер во время правления Юсуфа ибн Умара в Куфе. Ибн Хиббан и Ибн Шахин упомянули его в «Надёжных». Аль-Иджли сказал: из надёжных куфийских шейхов, хадисов его немного, но он выдающийся, высокий по положению шейх; умер в 125 году.
От него передавала вся община (аль-джамаа), и в этой книге у него (12) хадисов.
7 — (аль-Асвад ибн Хиляль) аль-Мухариби, Абу Салям аль-Куфи, мухадрам (застигший и джахилию, и ислам), надёжный, выдающийся [2].
Передавал от Муаза ибн Джабаля, Умара, Ибн Масуда, аль-Мугиры, Абу Хурайры, Салябы ибн Захдама.
От него передавали Ашас ибн Абу аш-Шаса, Абу Хасин, Абу Исхак ас-Сабии, Ибрахим ан-Нахаи и другие.
Ахмад сказал: я не знаю о нём ничего, кроме хорошего. Ибн Маин и ан-Насаи сказали: надёжный. Аль-Иджли сказал: он был из времён джахилии, и был человеком из числа сподвижников Абдуллаха, и подтвердил его надёжность. Аль-Бавварди и группа тех, кто составлял книги о сподвижниках, упомянули его (1) — за то, что он застал их время. Ибн Саад передал от аль-Асвада: я совершил хиджру во времена Умара, — и привёл историю. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Ибн Саад сказал: он умер во времена аль-Хаджжаджа, после (событий) аль-Джамаджим. Амр ибн Али сказал: в 84 году.
От него передавали аль-Бухари, составитель (Муслим), Абу Дауд и ан-Насаи, и в этой книге у него только два хадиса: этот хадис, и хадис аль-Мугиры ибн Шуба (да будет доволен им Аллах): «Однажды я был с Посланником Аллаха ﷺ ночью, когда он спустился и справил нужду…» — и далее хадис.
8 — (Муаз ибн Джабаль) (да будет доволен им Аллах), упомянутый в предыдущем иснаде, и Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Среди них): что он относится к шестизвенным (судасият) иснадам автора, да помилует его Аллах Всевышний.
2 — (Среди них): что его передатчики — передатчики всей общины (аль-джамаа), кроме аль-Асвада ибн Хиляля, от которого не передавали ат-Тирмизи и Ибн Маджа.
3 — (Среди них): что оба его шейха относятся к девяти шейхам, относительно передачи от которых без посредника согласились все шесть имамов; они уже упоминались неоднократно.
4 — (Среди них): что он представляет собой цепь передатчиков-басрийцев до Шубы, а после него — куфийцы, кроме сподвижника, как было сказано ранее.
5 — (Среди них): что в нём есть сопоставление между двумя передатчиками в двух местах: в начале иснада — между его двумя шейхами, и в середине — между Абу Хасином и аль-Ашасом.
6 — (Среди них): что в «Двух достоверных сборниках» нет никого с кунья Абу Хасин в этой огласовке (фатха, затем касра, в единственном числе), кроме этого Усмана ибн Асима, и в них вообще нет никого с именем Хасин в такой огласовке.
7 — (Среди них): что аль-Ашас и этот аль-Асвад упоминаются в этой книге впервые здесь,
(1) Связано со словом «упомянули его», то есть посчитали его в числе сподвижников, поскольку он застал время Пророка ﷺ.
Всего автор передал от аль-Ашъаса двенадцать хадисов, а от аль-Асвада — только два хадиса, как об этом упоминалось ранее. И Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
«От Муаза ибн Джабаля (да будет доволен им Аллах)», что он «сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О Муаз, знаешь ли ты, каково право Аллаха над рабами?» Он сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше. Он сказал: «Чтобы Аллаху поклонялись и не приобщали к Нему в сотоварищи ничего»» — оба глагола построены в пассивной форме. Ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: так мы огласовали — «يُعْبَدُ» с даммой на «йа», и «شيء» в именительном падеже, и это очевидно. А шейх Абу Амр (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: в оригиналах встречается «شيئًا» в винительном падеже, и это верно при возможности трёх толкований выражения «يعبد الله، ولا يشرك به شيئًا»:
[Первое]: «يَعْبُدَ الله» с фатхой на «йа», которая обозначает третье лицо единственного числа мужского рода, то есть «чтобы раб поклонялся Аллаху и не приобщал к Нему в сотоварищи ничего». Он сказал: и это толкование — наиболее предпочтительное из всех.
[Второе]: «تَعْبُدَ» с фатхой на «та», обращённое ко второму лицу — конкретно к Муазу, поскольку именно к нему обращена речь, а через него — обращение и к другим.
[Третье]: «يُعْبَدَ» с даммой в начале — в пассивной форме, где действующее лицо не названо, а слово «شيئًا» является указанием на масдар (отглагольное имя), а не на прямое дополнение, то есть «не будет приобщено к Нему сотоварищество», а предложно-именное сочетание «به» выступает в роли того, что замещает действующее лицо. Он сказал: и если передатчики не установили однозначно ни одно из этих толкований, то тому из нас, кто передаёт этот хадис, следует произносить их все, одно за другим, чтобы непременно воспроизвести то, что действительно было сказано на самом деле. И Аллах Всевышний знает лучше — конец слов Ибн ас-Салаха (1).
Ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал после приведения слов Ибн ас-Салаха следующее: «А то, что мы упомянули первым, верно и в отношении риваята, и в отношении смысла. И Аллах Всевышний знает лучше» — конец (2).
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) сказал: то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) о верности риваята с огласовкой «يُعبد الله، ويُشرَك» в пассивной форме и с именительным падежом слова «شيء» в качестве заместителя действующего лица, — это единственно верное решение, ибо то, что достоверно установлено как риваят, недопустимо заменять чем-то иным, даже если это иное верно с точки зрения арабского языка. Пойми это, ибо это весьма важно.
Это касается именно этого риваята здесь. А что касается риваята аль-Бухари в «Книге единобожия» из его «Сахиха» от Мухаммада ибн Башшара, по иснаду автора, то там формулировка иная: «чтобы они поклонялись Ему и не приобщали к Нему в сотоварищи ничего». И Аллах Всевышний знает лучше.
«Он ﷺ сказал: «Знаешь ли ты, каково их право»» — то есть право рабов — «над Ним» — то есть над Аллахом Всевышним, — правом, которое Он возложил на Себя по Своей щедрости и милости, а не в качестве обязанности, которую они возлагают на Него, как об этом уже было подробно разъяснено ранее, — «если они сделают это?» — указание на упомянутое ранее поклонение Ему и отсутствие приобщения к Нему кого-либо в сотоварищи. «Муаз (да будет доволен им Аллах) сказал: Аллах и Его Посланник знают лучше». Он ﷺ сказал: «Чтобы Он не подвергал их мучению»» — разбор этого выражения уже был подробно приведён ранее. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и место упокоения, у Него ищем помощи, и на Него уповаем.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый):
этот хадис Муаза ибн Джабаля (да будет доволен им Аллах) в передаче аль-Асвада от него является достоверным по единому мнению (аль-Бухари и Муслима).
(Вопрос второй): об источниках хадиса.
Автор передал его здесь, в «Книге веры» (11/152), от Мухаммада ибн аль-Мусанны и Ибн Башшара — оба от Мухаммада ибн Джафара, от Шубы, от Абу Хасина и Аль-Ашъаса ибн Сулайма — оба от аль-Асвада ибн Хиляля, от Муаза ибн Джабаля (да будет доволен им Аллах). А в (11/153) — от аль-Касима ибн Закарии, от Хусайна аль-Джуфи, от Заиды, от Абу Хасина, от аль-Асвада, с тем же текстом.
Аль-Бухари передал его в «Книге единобожия» (8373) от Мухаммада ибн Башшара, от Гундара, с тем же текстом.
Ахмад передал его в своём «Мусанаде» (5/228) от Абд ар-Рахмана ибн Махди, от Суфьяна ас-Саури, от Абу Хасина, с тем же текстом, а в (5/229) — от Мухаммада ибн Башшара, с тем же текстом. И Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и место упокоения, и Он — наша опора, и прекраснейший из покровителей.
По нашему иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутому в начале книги, он сказал:
[153] (32) — Рассказал нам аль-Касим ибн Закария, рассказал нам Хусайн, от Заиды, от Абу Хасина, от аль-Асвада ибн Хиляля, который сказал: я слышал, как Муаз говорил: позвал меня Посланник Аллаха ﷺ, и я откликнулся на его зов, и он сказал: «Знаешь ли ты, каково право Аллаха над людьми?..» — подобно их хадису.
Передатчики этого иснада: шесть человек, и они уже упоминались в предыдущем иснаде, кроме троих:
1 — аль-Касим ибн Закария ибн Динар аль-Кураши, Абу Мухаммад аль-Куфи ат-Таххан, иногда его возводят к деду, надёжный [11-й слой], умер около (250 г.х.) (передают Муслим, ан-Насаи, Ибн Маджа) 4/116.
2 — Хусайн ибн Али ибн аль-Валид аль-Джуфи, их вольноотпущенник, Абу Абдуллах, а также говорят: Абу Мухаммад, аль-Куфи, чтец Корана, надёжный, набожный [9-й слой].
Передавал от своего дяди по матери аль-Хасана ибн аль-Хурра, аль-Амаша, Заиды, Ибн Аби Раввада, Хамзы аз-Заййата, Исраиля ибн Мусы, Фудайля ибн Ийада, Джафара ибн Буркана и других.
От него передавали Ахмад, Исхак, Ибн Маин, Абу Бакр ибн Аби Шейба, Абу Курайб, Харун аль-Хаммаль, Мухаммад ибн Рафи и другие. От него передавал также Суфьян ибн Уяйна, хотя он был старше него.
Ахмад сказал: я не видел лучше Хусайна и Саида ибн Амира. Мухаммад ибн Абд ар-Рахман аль-Харави сказал: я не видел более совершенного, чем он. Ибн Маин сказал: надёжный. Абу Дауд сказал: я слышал, как Кутайба говорил: сказали Суфьяну ибн Уяйне: прибыл Хусайн аль-Джуфи, и тот вскочил на ноги, и его спросили о причине, и он ответил: прибыл лучший из людей, какие только бывают. Муса ибн Дауд сказал: я был у Ибн Уяйны, когда пришёл Хусайн аль-Джуфи, и Суфьян встал и поцеловал его руку. Ибн Уяйна сказал: удивляюсь тому, кто проходит через Куфу и не целует место между глазами Хусайна аль-Джуфи. Яхья ибн Яхья ан-Найсабури сказал: если остался кто-то из «замен» (абдаль), то это Хусайн аль-Джуфи. Абу Мас'уд ар-Рази сказал: лучшие из тех, кого я видел, — аль-Хафари и Хусайн аль-Джуфи, — и упомянул других. Аль-Хаджжадж ибн Хамза сказал: я никогда не видел Хусайна аль-Джуфи смеющимся или улыбающимся, и не слышал от него слова, в котором была бы склонность к мирскому. Абу Хишам ар-Рифаи передал от аль-Кисаи: Харун ар-Рашид сказал мне: кто самый начитанный из людей? Я ответил: Хусайн ибн Али аль-Джуфи. Хумайд ибн ар-Раби аль-Хаззаз сказал: он не рассказывал хадисы, но увидел сон, и начал рассказывать, так что мы записали от него более десяти тысяч хадисов. Аль-Иджли сказал: надёжный, обучал чтению Корана, был в этом главой, был праведным; я не видел никого лучше него; его книга была верной; говорят, что он никогда не имел близости с женщиной; был красив; Заида часто приходил к нему домой, чтобы слушать хадисы от него, и был наиболее осведомлённым из людей о его передачах; ас-Саури, когда видел его, обнимал его и говорил: это монах из племени Джуф. Ибн Шахин в «Надёжных» сказал: Усман ибн Аби Шейба сказал: прекрасно, прекрасно! Надёжный, правдивый.
Говорят, что он родился в (119) году, а умер в (203) или (204) году. Аль-Бухари, Ибн Саад, Ибн Кани, Мутаййан и Ибн Хиббан в «Надёжных» однозначно утверждали, что он умер в (203) году.
Его хадисы приводит группа составителей (сборников), и в этой книге от него (35) хадисов.
[Замечание]: Сказал кади Ияд (да помилует его Аллах Всевышний) в своём «Икмале»: его слово в этом хадисе, в риваяте аль-Касима ибн Закария: «Рассказал нам Хусайн, от Заиды» — так это в большинстве списков и первоисточников, а в некоторых из них встречается (حُصَين) с точечной «сад». И так же я нашёл это исправленным в своей книге, написанным моей рукой, — (حُصَين) с «сад», — и я не знаю, откуда я это записал. Это ошибка, а правильно — (حسين) с «син». И так же я нашёл это исправленным, изменённым от (حُصَين), в книге нашего шейха кади Абу Абдуллаха ат-Тамими, — это Хусайн ибн Али аль-Джуафи, вольноотпущенник (маула) джуафитов. Его риваят от Заиды повторяется в нескольких местах этой книги, а (حُصَين) с «сад» как передающий от Заиды не известен, а Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты.
(1) Это Мухаммад ибн Иса ат-Тамими, у которого кади Ияд получил «Сахих Муслим» посредством слушания, чтения и разрешения (иджаза).
(2) «Икмаль аль-муалим» 1/243 кади Ияда и «Шарх Муслим» ан-Навави 1/233–234.
3 - (Заида) ибн Кудама ас-Сакафи, Абу ас-Салт аль-Куфи, надёжный (сика), твёрдый (сабт), приверженец сунны [7-й слой] (умер в 160 г.) (передают все составители сборников) 5/52.
Его слово (подобно их хадису) означает, что аль-Касим ибн Закария, шейх Муслима в четвёртом риваяте, передал это подобно риваяту четырёх шейхов Муслима, упомянутых в трёх предыдущих риваятах, а это Хаддаб, Абу Бакр ибн Абу Шайба, Мухаммад ибн аль-Мусанна и Ибн Башшар.
Риваят аль-Касима привёл хафиз Абу Нуайм (да помилует его Аллах Всевышний) в «Мустахрадже», сказав:
140 - Рассказал нам Абу Мухаммад ибн Хаййан, рассказал нам Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн аль-Хаджжадж ибн Джамра, рассказал нам мой дед, рассказал нам Хусайн аль-Джуафи, рассказал нам Заида, от Абу Хусайна, от аль-Асвада ибн Хиляля: я слышал, как Муаз ибн Джабаль говорил: «Позвал меня Посланник Аллаха ﷺ, и я ответил ему, и он сказал: «Знаешь ли ты, каково право Аллаха на людей?» Я сказал: «Аллах и Его Посланник знают лучше». Он сказал: «Что они будут поклоняться Ему и не придадут Ему никого в сотоварищи». Затем он позвал меня, и я ответил ему, и он сказал: «Знаешь ли ты, каково право людей у Аллаха, если они сделают это?» Я сказал: «Аллах и Его Посланник знают лучше». Он сказал: «Что Он не станет их наказывать и не введёт их в Огонь»».
Передал это Муслим от аль-Касима ибн Закария, от Хусайна аль-Джуафи. Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
(1) «Аль-Мусанад аль-мустахрадж аля Сахих аль-имам Муслим» 1/124.
«Я хочу лишь исправить то, что могу. Мой успех зависит только от Аллаха. На Него я уповаю, к Нему обращаюсь» (Худ: 88).
(12) - (Глава о том, что простого произнесения двух свидетельств [шахады] недостаточно, но необходима убеждённость сердца)
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний): это заглавие является указанием на порочность толка крайних мурджиитов, утверждающих, что произнесения двух свидетельств достаточно для веры (иман). Хадисы этой главы указывают на порочность этого мнения; более того, это учение, порочность которого известна из шариата всякому, кто с ним ознакомился, поскольку из него вытекает допущение лицемерия (нифак) и признание лицемера обладателем истинной веры, а это несомненно ложно. Конец цитаты.
(2) «Аль-Муфхим» 1/204.
И по нашему непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах Всевышний), упомянутому в начале книги, он сказал:
[154] (31) - Рассказал мне Зухайр ибн Харб, рассказал нам Умар ибн Юнус аль-Ханафи, рассказал нам Икрима ибн Аммар, сказал: рассказал мне Абу Касир, сказал: рассказал мне Абу Хурайра, сказал: «Мы сидели вокруг Посланника Аллаха ﷺ, с нами были Абу Бакр и Умар, в числе группы людей. Посланник Аллаха ﷺ поднялся и вышел от нас, и задержался, и мы испугались, что его могут захватить в наше отсутствие, и мы встревожились, и встали. Я был первым, кто встревожился, и вышел искать Посланника Аллаха ﷺ, пока не пришёл к саду, принадлежащему ансарам из бану ан-Наджжар. Я обошёл его, ища для него дверь, но не нашёл. И вот я увидел, как ручеёк входит внутрь сада из внешнего колодца — а «рабиа» — это ручеёк, — и я протиснулся, как протискивается лиса, и вошёл к Посланнику Аллаха ﷺ. Он сказал: «Абу Хурайра?» Я сказал: «Да, о Посланник Аллаха». Он сказал: «Что с тобой?» Я сказал: «Ты был среди нас, потом встал и задержался, и мы испугались, что тебя могут захватить в наше отсутствие, и мы встревожились, и я был первым, кто встревожился, и пришёл к этому саду, и протиснулся, как протискивается лиса, а эти люди — за мной». Он сказал: «О Абу Хурайра», — и дал мне свои две сандалии, — сказал: «Иди с этими двумя моими сандалиями, и кого ты встретишь за этим садом, кто свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждённым в этом сердцем, обрадуй его Раем». И первым, кого я встретил, был Умар. Он сказал: «Что это за две сандалии, о Абу Хурайра?» Я сказал: «Это две сандалии Посланника Аллаха ﷺ, он послал меня с ними: кого я встречу, кто свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждённым в этом сердцем, я обрадую его Раем». Тогда Умар ударил меня рукой между грудей, и я упал на свой зад. Он сказал: «Вернись, о Абу Хурайра». Я вернулся к Посланнику Аллаха ﷺ и разразился плачем, а Умар последовал за мной, и вот он оказался позади меня. Посланник Аллаха ﷺ сказал мне: «Что с тобой, о Абу Хурайра?» Я сказал: «Я встретил Умара и сообщил ему то, с чем ты меня послал, и он ударил меня между грудей одним ударом, и я упал на свой зад. Он сказал: ‘Вернись’». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «О Умар, что побудило тебя сделать то, что ты сделал?» Он сказал: «О Посланник Аллаха, мой отец и моя мать за тебя, разве ты послал Абу Хурайру с твоими сандалиями, чтобы кого он встретит, кто свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждённым в этом сердцем, обрадовать его Раем?» Он сказал: «Да». Он сказал: «Не делай этого, ибо я боюсь, что люди станут опираться только на это, так оставь их действовать». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Так оставь их»».
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (Зухайр ибн Харб) Абу Хайсама ан-Насаи, проживавший в Багдаде, надёжный (сика), твёрдый (сабт) [10-й слой] (умер в 234 г.) (передают аль-Бухари, Муслим, Абу Давуд, ан-Насаи, Ибн Маджа) 2/3.
2 - (Умар ибн Юнус аль-Ханафи) — это Умар ибн Юнус ибн аль-Касим аль-Ханафи, Абу Хафс аль-Йамами аль-Джураши, надёжный (сика) [9-й слой].
Передавал от своего отца, Икримы ибн Аммара, Аюба ибн Утбы, Аюба ибн ан-Наджжара, Хаббаба ибн Фадалы, Асима ибн Мухаммада ибн Зайда, Муляазима ибн Амра и других.
От него передавали сын его сына Ахмад ибн Мухаммад ибн Умар, Абу Амр ан-Накид, Абу Муса, Бундар, Исхак ибн Вахб аль-Аллаф, Абу Хайсама, аль-Аббас аль-Анбари, Махмуд ибн Гайлан и другие.
Сказал Ахмад: «Надёжный (сика), но я не слышал от него [напрямую]». Сказали Ибн Маин и ан-Насаи: «Надёжный (сика)». Упомянул его Ибн Хиббан в «Сика», сказав: «Следует опасаться его хадиса в передаче сына его сына от него, поскольку он переставлял сообщения». Сказал Исмаил ибн Исхак аль-Кади в «Китаб ахкам аль-Куран»: «Рассказал нам Али — это Ибн аль-Мадини — рассказал нам Умар ибн Юнус аль-Йамами, и он был надёжным (сика), твёрдым (сабт)». Признал его надёжным Абу Бакр аль-Баззар. Говорят, что он умер в 206 году.
Приводили от него хадисы все составители сборников (аль-джамаа), и в этой книге у него (19) хадисов.
3 - (Икрима ибн Аммар) аль-Иджли, Абу Аммар аль-Йамами, басриец по происхождению, правдивый (садук), допускающий ошибки [5-й слой].
Передавал он от аль-Хирмаса ибн Зияда — а он был сподвижником, — от Ийаса ибн Салямы ибн аль-Аквы, от Салима ибн Абдуллаха ибн Умара, от Симака ибн аль-Валида аль-Ханафи, от Дамдама ибн Джауса, от Абу Касира ас-Сухайми и других.
От него передавали Шуба, ас-Саври, Вакиʻ, Яхья аль-Каттан, Ибн аль-Мубарак, Ибн Махди, Умар ибн Юнус аль-Йамами, Али ибн Сабит аль-Джазари и другие.
Сказал аль-Муфаддаль аль-Галляби: рассказал нам один человек из жителей аль-Йамамы, и я спросил его об Икриме, и он сказал: это Икрима ибн Аммар ибн Укба ибн Хабиб ибн Шихаб ибн Дубаб ибн аль-Харис ибн Хумсана ибн аль-Асʻад ибн Джузайма ибн Саʻд ибн Иджль. Сказал Абдуллах ибн Ахмад ибн Ханбаль со слов своего отца: Икрима — путаный в передаче хадисов от Яхьи ибн Абу Касира. И сказал он также со слов своего отца: Икрима путаный в передаче хадисов от всех, кроме Ийаса ибн Салямы, а его передача от Ийаса была приемлемой. Сказал Абу Зурʻа ад-Димашки: слышал я, как Ахмад ослаблял риваят Айюба ибн Утбы и Икримы ибн Аммара от Яхьи ибн Абу Касира, и сказал: Икрима надёжнее из этих двоих. Сказал аль-Фадль ибн Зияд: спросил я Абу Абдуллаха, был ли в аль-Йамаме кто-то, кого предпочли бы Икриме аль-Йамами, вроде Айюба ибн Утбы, Муляазима ибн Амра и им подобных? И он сказал: Икрима выше их, — или нечто подобное этому, — затем сказал: передавал от него Шуба несколько хадисов. Сказал Муавия ибн Салих со слов Яхьи ибн Маʻина: надёжен. Сказал аль-Галляби со слов Яхьи: твёрд. Сказал Ибн Абу Хайсама со слов Ибн Маʻина: правдив, нет в нём вреда. Сказал Абу Хатим со слов Ибн Маʻина: был неграмотным, но был хафизом. Сказал Усман ад-Дарими: сказал я Ибн Маʻину: Айюб ибн Утба тебе милее или Икрима ибн Аммар? И он сказал: Икрима мне милее, а Айюб слаб. Сказал Ибн аль-Мадини: хадисы Икримы от Яхьи ибн Абу Касира не таковы, [чтобы на них опираться], они странные (мунакир), Яхья ибн Саʻид ослаблял их. И сказал в другом месте: Яхья ослаблял риваят жителей аль-Йамамы, вроде Икримы и подобных ему. Сказал Мухаммад ибн Усман ибн Абу Шайба со слов Али ибн аль-Мадини: Икрима у наших товарищей был надёжным, твёрдым. Сказал аль-Иджли: надёжен, передавал от него ан-Надр ибн Мухаммад тысячу хадисов. Сказал аль-Бухари: путаный в хадисе Яхьи ибн Абу Касира, не было у него книги. Сказал аль-Аджурри со слов Абу Дауда: надёжен, а в его хадисе от Яхьи ибн Абу Касира есть путаница, Ахмад ибн Ханбаль предпочитал ему Муляазима ибн Амра. Сказал ан-Насаи: нет в нём вреда, кроме как в хадисе Яхьи ибн Абу Касира. Сказал Абу Хатим: был правдив, иногда ошибался в своём хадисе, иногда прибегал к тадлису, и в его хадисе от Яхьи ибн Абу Касира есть некоторые погрешности. Сказал ас-Саджи: правдив, признавали его надёжным Ахмад и Яхья, кроме того что Яхья ибн Саʻид ослаблял его в хадисах от Яхьи ибн Абу Касира и предпочитал ему Муляазима. Сказал Мухаммад ибн Абдуллах ибн Аммар: Икрима ибн Аммар у них надёжен, передавал от него Ибн Махди, и я не слышал о нём ничего, кроме хорошего. И сказал в другом месте: он твёрже Муляазима, и он шейх жителей аль-Йамамы. Сказал Али ибн Мухаммад ат-Тунафиси: рассказал нам Вакиʻ от Икримы ибн Аммара, и он был надёжен. Сказал Салих ибн Мухаммад аль-Асади: он единолично передавал длинные хадисы, и никто не делил с ним в них [передачу]. Сказал: прибыл он в Басру, и собрались к нему люди, и он сказал: не считаю ли я себя знатоком фикха, сам не замечая того? И сказал Салих ибн Мухаммад также: Икрима ибн Аммар правдив, однако в его хадисе есть кое-что, передавали от него люди. Сказал Исхак ибн Ахмад ибн Халяф аль-Бухари: надёжен, передавал от него ас-Саври и упоминал его с достоинством, но он был многоошибающимся, единолично передавал от Ийаса некоторые вещи. Сказал Ибн Хираш: был правдив, и в его хадисе есть нечто предосудительное. Сказал ад-Даракутни: надёжен. Сказал Ибн Ади: прямой в передаче, если передаёт от него надёжный. Так же упомянул Ибн Хиббан в «Надёжных» и сказал: в его передаче от Яхьи ибн Абу Касира есть путаница, он рассказывал не по своей книге. Сказал Абу Ахмад аль-Хаким: большая часть его хадисов от Яхьи, и он не стоек [в этом]. Сказал Якуб ибн Шайба: был надёжным, твёрдым. Сказал Ибн Шахин в «Надёжных»: сказал Ахмад ибн Салих: я говорю, что он надёжен, и опираюсь на него и на его слово.
Сказал Асим ибн Али: его мольба была принимаемой. Сказал Муавия ибн Салих: умер в правление аль-Махди. Сказал Ибн Маʻин и другие: умер в (159) году.
Аль-Бухари привёл от него в форме «таʻлик», а прочие [составители шести сводов] привели [его хадисы полностью]. В этой книге у него (38) хадисов.
4 — (Абу Касир) ас-Сухайми — с двумя точечными буквами [«сын» и «шин»], в уменьшительной форме, — аль-Губари — с даммой над точечной буквой и фатхой над «ба», — аль-Йамами, слепой. Говорят, имя его — Язид ибн Абд ар-Рахман ад-Дарир, а говорят — Язид ибн Абдуллах ибн Узайна, а говорят — ибн Гуфайля. Сказал Абу Аввана аль-Исфараини: он точнее [в передаче], чем Узайна. Надёжен [3].
Передавал от своего отца и от Абу Хурайры, а от него передавали его сын Зуфар, Яхья ибн Абу Касир, Икрима ибн Аммар, Абдуллах ибн Бадр ас-Сухайми, Муса ибн Наджда, Укба ибн ат-Тавъам, аль-Авзаи и другие.
Сказали Абу Хатим, Абу Дауд и ан-Насаи: надёжен. Упомянул его Ибн Хиббан в «Надёжных» и разделил между Язидом ибн Узайной и Язидом ибн Гуфайля аш-Шами. «Гуфайля» — с даммой над точечной буквой и фатхой над «фа», в уменьшительной форме.
Привёл от него аль-Бухари в «Адаб аль-муфрад», и прочие [составители сводов]. В этой книге у него всего четыре хадиса, под номерами (31), (1985) — повторённого трижды, (1989) и (2491).
5 — (Абу Хурайра) — известный сподвижник, да будет доволен им Аллах Всевышний, а Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): что он относится к пятиступенчатым иснадам составителя, да помилует его Аллах Всевышний.
2 — (из них): что он сплошь передан словами «рассказал» («хаддасана») от начала до конца.
3 — (из них): что в нём есть передача одного последователя (табиʻи) от другого последователя.
4 — (из них): что в нём есть Абу Хурайра, да будет доволен им Аллах, — самый памятливый из передававших хадисы в своё время, передал он (5374) хадиса, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
От Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, что он (сказал: мы сидели) — с даммой: множественное число от «сидящий» («каʻид»), подобно «рукуʻ» и «суджуд» — множественному от «склоняющийся в поясном поклоне» и «совершающий земной поклон», как сказал Аллах Всевышний: «...склоняющихся в поясном поклоне, совершающих земной поклон» [аль-Бакара: 125] (вокруг Посланника Аллаха ﷺ). Сказали знатоки языка: говорят «садились мы вокруг него» — «хаулаху», «хаулайхи», «хавалайхи» и «хавалаху» — с фатхой над «ха» и «лям» во всех этих формах, в винительном падеже как обстоятельство места, то есть по его сторонам и в направлениях, окружающих его. Сказали они: не говорят «хавалихи» — с касрой над «лям» (1).
(вместе с нами) — с фатхой над «айн» — это известное произношение, но допускается и его отсутствие огласовки в другом произношении, которое привёл автор «аль-Мухкам», аль-Джаухари и другие, и оно означает совместность. Сказал автор «аль-Мухкам» о слове «маʻа»: это имя, означающее сопутствие, и так же «маʻ» с сукуном над «айн», однако форма с фатхой бывает и именем, и частицей, а форма с сукуном бывает только частицей. Сказал аль-Лихьяни: сказал аль-Кисаи: [племена] Рабиʻа и Ганм ставят сукун, говоря «маʻкум» и «маʻна», а когда приходит определённый артикль или соединительная «алиф», они расходятся: одни ставят фатху над «айн», другие — касру, говоря «маʻа-ль-каум» и «маʻа-бнука», а некоторые говорят «маʻи-ль-каум» и «маʻи-бника». Тот, кто ставит фатху, обосновывает это тем, что говорится «кунна маʻан» и «нахну маʻан» [«мы были вместе»], а когда сделали её частицей и вывели из категории имени, отбросили «алиф» и оставили «айн» с фатхой — это язык большинства арабов. А тот, кто ставит сукун, а затем касру при соединительной «алиф», выводит её по модели служебных частиц, подобно «халь» и «баль», говоря «маʻи-ль-каум» подобно тому, как говорят «хали-ль-каум» и «бали-ль-каум» (2). На это указал Ибн Малик в «аль-Хуляса», сказав:
«И «маʻа» — [форма] «маʻ» в ней редка, и передана / фатха и касра при связанном сукуне».
Это обстоятельство места является выдвинутым вперёд сказуемым для слова: (Абу Бакр) ас-Сиддик (и Умар) ибн аль-Хаттаб, да будет доволен ими обоими Аллах Всевышний, (в группе людей) — связано со скрытым обстоятельством, то есть в состоянии, когда оба они находились вместе с другой группой людей.
«Нафар» — с двумя фатхами: группа мужчин от трёх до десяти, а говорят — до семи, и не говорят «нафар» о числе больше десяти, — сказал это аль-Файюми (3).
(2) «Шарх ан-Навави» 1/234.
(٣) «Аль-Мисбах аль-мунир», 2/617.
Его слово «в группе людей» (في نفر) относится к образцам ясной, красноречивой речи и хорошего изложения: ведь когда [арабы] хотят сообщить о какой-либо группе людей, но находят затруднительным перечислить всех их поимённо, они называют самых знатных из них или некоторых знатных, а затем говорят: «и другие». Это отметил ан-Навави (да будет милостив к нему Всевышний Аллах).
(Тогда Посланник Аллаха ﷺ поднялся и вышел из нашей среды) — а после этого он сказал: «я был среди них» (كنت بين أظهرنا). Так это в обоих местах — «أظهرنا». Кадий Ияд (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) сказал: во втором случае в некоторых списках встречается «ظهرينا», и оба варианта верны. Знатоки языка говорят: говорят «мы среди вас» (نحن بين أظهركم), и «ظهريكم», и «ظهرانيكم» — с фатхой на «нун». Аль-Асмаи сказал: арабы говорят «мы среди вас» (نحن بين ظهريكم) в форме двойственного числа, а также «ظهرانيكم». Аль-Халиль сказал: то есть «среди вас», а другие сказали: арабы ставят двойственное число на место множественного. Конец цитаты.
В «Аль-Мисбахе» сказано: он остановился среди них (بين ظهرانيهم) — с фатхой на «нун». Ибн Фарис сказал: и её не читают с кясрой. Группа [учёных] сказала: «алиф» и «нун» здесь добавлены для усиления. А выражения «بين ظهريهم» и «بين أظهرهم» — все они означают «среди них». Смысл включения этого оборота в речь состоит в том, что его пребывание среди них было своего рода опорой на них и обращением к ним за поддержкой, как если бы смысл был таков, что одна спина из них была перед ним, а другая — за ним, так что он как бы был окружён ими с двух сторон. Таково исходное значение, а затем оно широко распространилось и стало употребляться для обозначения пребывания среди людей, даже если он не был окружён ими [в буквальном смысле]. Конец цитаты.
(И он задержался у нас) — то есть замешкался с возвращением к нам (и мы испугались) — с кясрой на «шин» с точкой, от глагольной модели «родыя».
В «Аль-Камус» сказано: «хашия-ху» — как «родыя-ху», масдары: «хашй», также с кясрой, «хашья», «хашат», «махшат», «махшия» и «хашаян», а также «тахашша-ху» — означает «испугался его». Действующее лицо — «хаши» и «хаш», женский род — «хашья», множественное число — «хашая». Конец цитаты.
А в «Аль-Мисбахе»: «хашия хашьятан» — испугался, действующее лицо — «хашьян», а женский род — «хашья», подобно «гадбан» и «гадба». И иногда говорят «хашиту» в значении «узнал». Конец цитаты.
(Что его отрежут от нас) — глагол построен в форме страдательного залога: то есть с ним случится нечто дурное от врага — либо пленение, либо иное, — прежде чем он доберётся до нас. Аль-Куртуби сказал: то есть между нами и ним встанет препятствие — либо захват, либо гибель — (и мы испугались) — с кясрой на «зай», от модели «та‘иба»: то есть мы устрашились. Кадий Ияд (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) сказал: «фаза‘» может означать «испуг», может означать «устремление к чему-то и заботу об этом», а может означать «поспешность на помощь». И он сказал: все эти три значения здесь подходят: то есть мы были в ужасе из-за задержки Пророка ﷺ у нас, — не видишь ли ты, как он сказал: «и мы испугались, что его отрежут от нас»? А на два других значения указывает его слово: «и я был первым, кто заволновался» (فكنت أول من فزع). Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) сказал: его слово «и мы заволновались» (ففزعنا) — от выражения «фази‘ту иля кяза» — «я устремился к этому и сосредоточился на этом». Отсюда стих поэта [из размера тавиль]:
«Я устремился к вам от бед, что меня одолевают, и нашёл вас в этом благородными и достойными хвалы».
И на это указывает его слово: «и я был первым, кто заволновался», то есть первым, кто принялся его искать, а не в значении «фаза‘», которое означает ужас и страх; ведь он уже сказал перед этим: «и мы испугались, что его отрежут от нас», а затем связал с этим «и мы заволновались» посредством союза «фа» непосредственного следования, указывающего на причинность. А слово «фаза‘» — общее, применяется к обоим этим значениям, а также к значению «поспешности на помощь». Конец цитаты.
Составитель [книги], да простит его Всевышний Аллах, говорит: по-моему, предпочтительнее то, что передано выше от кадия Ияда о правильности применения слова ко всем трём значениям, и этому не противоречит предшествующее его слово: «и мы испугались...», поскольку это может относиться к разряду усиления смысла; вдумайся в это, а Всевышний Аллах знает лучше.
(И мы поднялись) — то есть чтобы искать его и расспрашивать о нём. Аль-Куртуби сказал: его слово «и мы поднялись» — то есть мы оставили то, чем были заняты, и обратились к его поискам.
(И я был первым, кто заволновался) — то есть первым, кто устрашился из-за него, или поднялся искать его, или спасать его (и я вышел, разыскивая Посланника Аллаха ﷺ) — то есть искал его; и это предложение стоит в винительном падеже в положении обстоятельства образа действия по отношению к действующему лицу, то есть «в состоянии, когда я разыскивал», то есть искал его ﷺ. А сказал он «Посланник Аллаха», хотя контекст требовал скрытого местоимения, — из наслаждения упоминанием его ﷺ, по образцу слов сказавшего [из размера тавиль]:
«Повтори мне упоминание Ну‘мана, ведь упоминание о нём — это мускус: сколько ни повторяй его, он благоухает».
(Пока я не пришёл) — предел для подразумеваемого: то есть я продолжал идти, пока не пришёл (к саду) — то есть к огороженному участку без крыши, множественное число — «хауаит»; он называется так, потому что это ограда без крыши (ансаров) — с фатхой на «хамзе», это изначально множественное число от «насыр» в значении «помощник», подобно «шариф» и «ашраф»; так были прозваны помощники Посланника Аллаха ﷺ из числа аусцев и хазраджитов; этот эпитет стал преобладать над ними, и приобрёл значение собственного имени, как бы стал названием племени, поэтому от него образуют относительное прилагательное в форме множественного числа, не возводя его к единственному числу, говоря «ансари». Таков смысл слов Ибн Малика (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) в «Хуласе»:
«И упоминай единственное число, образуя относительное прилагательное от множественного, если оно не совпадает по форме с единственным числом».
А его слово (принадлежащему роду бану ан-Наджжар) — с фатхой на «нун» и удвоенным «джим» — является заменой для предыдущего словосочетания с предлогом. Бану ан-Наджжар — подрод хазраджитов, возводимый к ан-Наджжару ибн Са‘лябе ибн Амру ибн аль-Хазраджу; а назван он так был потому, что совершил обрезание с помощью топора (кадум), или, по другой версии, потому, что ударил человека топором, и за это был прозван «плотником» (наджжар); они — дядья по матери Абд аль-Мутталиба ибн Хашима, деда Пророка ﷺ, а он — Тайм ибн Са‘ляба ибн Амру ибн аль-Хазраджа. Так сказал Ибн ас-Сам‘ани.
(И я обошёл) — с даммой на «даль»: говорят «дара хауля-ль-бейти йадуру дауран ва дауранан» — обошёл вокруг него (его) — то есть тот сад (не найду ли для него ворот) — то есть чтобы войти внутрь него и разыскать его ﷺ (но не нашёл; и вдруг [оказался] ручеёк) — «иза» здесь выражает внезапность, то есть внезапно обнаружился ручеёк — с фатхой, затем кясрой: небольшая протока (текущий внутрь сада) — то есть огорода (из колодца) — связано по смыслу с обстоятельством, относящимся к «ручейку», поскольку он описан придаточным предложением, то есть этот ручеёк течёт из колодца (находящегося снаружи) — определение к «колодцу», то есть этот колодец находится не внутри сада, а снаружи его. Затем один из передатчиков, которого я не установил, включил разъяснение слова «рабиа», сказав: (а «рабиа» — это «джадвал»). Ан-Навави (да будет милостив к нему Всевышний Аллах) сказал:
Что касается слова «рабиа» — с фатхой на «ра» — то оно по форме совпадает со словом «рабиа», обозначающим известное время года; а «джадвал» — с фатхой на «джим» — это небольшая протока. Множественное число от «рабиа» — «арбиа», подобно «наби» и «анбия».
А его слово «из колодца, находящегося снаружи» (من بئر خارجة) — так мы это зафиксировали с танвином на «би’р» и на «хариджа», при том что «хариджа» является определением к «би’р»; так же передал это шейх Абу Амр ибн ас-Салах от списка, написанного рукой хафиза Абу Амира аль-Абдари, и от списка, восходящего к аль-Джулюди. А хафиз Абу Муса аль-Исфахани и другие упомянули, что это передаётся трояко:
Первый вариант — этот.
Второй — «من بئر خارجَهُ» с танвином на «би’р», и с местоименным «ха» на конце «хариджа» с даммой, обозначающим сад, то есть колодец находится в месте, внешнем по отношению к саду.
Третий — «من بئرِ خارجةَ» с изафетом «би’р» к «Хариджа», оканчивающемуся буквой «та» женского рода, что является именем собственным мужчины. А первый вариант — самый известный и явный.
Этому противоречит автор «ат-Тахрир», сказав: «Правильным является третье значение», и добавив: «Первое — искажение (тасхиф)». Он сказал: «Под «колодцем» (بئر) они подразумевают сад», и добавил: «Они часто так делают — называют сады по колодцам, находящимся в них: говорят «колодец Арис», «колодец Буда‘а», «колодец Ха’» — а все это сады».
Ан-Навави, приведя эти слова автора «ат-Тахрир», сказал: «Большая часть этого, если не всё, не подтверждается [другими], и Аллах знает лучше».
Он сказал: «аль-би’р» — слово женского рода с хамзой, допускается облегчение (ослабление) её хамзы; оно производно от «баа’ту», то есть «я вырыл»; множественное число малого количества — «абъур», по образцу «афлус», и «аб’ар» с покоем «ба», по образцу «афъаль». Некоторые арабы переставляют хамзу, являющуюся средней буквой корня, ставя её перед «ба», говоря «аабар», так что встречаются две хамзы, и вторая превращается в «алиф». Аль-Фарра допускал такое превращение и в «абъур», говоря «абур». Множественное число большого количества — «би’ар» с кясрой на «ба», после которой хамза, по образцу «китаб»; уменьшительная форма — «бу’айра» (1), и Всевышний Аллах знает лучше.
Что касается его слов («фахтафазту, кама йахтафизу-с-са‘лабу» — «я сжался, как сжимается лиса»), то они переданы в двух вариантах: с буквой «за» и с буквой «ра». Кади Ийяд сказал: «Большинство наших шейхов передали с «ра» от аль-‘Абдари и других». Он сказал: «Мы слышали от аль-Асади, от Абу аль-Лейса аш-Шаши, от Абд аль-Гафира аль-Фариси, от аль-Джалуди — с «за», и это верно». Смысл его — «я стеснился и втянулся [сжался], чтобы уместиться в проходе». Отсюда — хадис Али (да будет доволен им Аллах): «Когда женщина молится, пусть сжимается (тахфиз)» (1), то есть пусть стягивается и съёживается при поклоне земном.
Так же сказал шейх Абу Амр: это с буквой «за» в оригинале, написанном рукой Абу Амира аль-Абдари, и в оригинале, взятом от аль-Джалуди, и это риваят большинства; и что риваят с «за» ближе по смыслу, на что указывает сравнение с действием лисы, а именно её стягивание при входе в узкие проходы (2).
Что же касается автора «ат-Тахрир», то он отверг вариант с «за», объявив ошибочными его передатчиков, и выбрал вариант с «ра». Ан-Навави сказал: «Его выбор не является предпочтительным, и Всевышний Аллах знает лучше» (3).
[Замечание]: в «Мустахрадж Абу Аваны» во всех местах встречается вариант с «ра», кроме того, что первое слово искажено в «фахтарафту» с перестановкой «ра» перед «фа», и, по всей видимости, это ошибка переписчика, и Всевышний Аллах знает лучше.
(«Фадахальту аля Расулилляхи ﷺ фа-каля» — «И я вошёл к Посланнику Аллаха ﷺ, и он сказал») то есть Посланник ﷺ («Абу Хурайра?») — сказуемое при опущенном подлежащем с вопросительной хамзой, то есть: «ты ли Абу Хурайра?» (Я сказал: да, о Посланник Аллаха. Он сказал:) («Что с тобой?»), то есть: каково твоё положение, в связи с которым ты входишь ко мне в этом месте? (Я сказал: ты) с местоимением обращения (был среди нас), то есть среди нас, (и встал, и задержался у нас), то есть твоё возвращение к нам затянулось, (и мы испугались, что тебя настигнет что-то дурное без нас), то есть что тебе будет причинён вред до того, как ты вернёшься к нам, (и мы встревожились, и я был первым, кто встревожился, и пришёл к этому саду) то есть саду (и сжался, как сжимается лиса, а эти люди — позади меня).
Аль-Куртуби, да помилует его Всевышний Аллах, сказал: он имеет в виду ту группу, что была с Пророком ﷺ; он ушёл от них, и они отправились его искать, и они — те, о ком Пророк ﷺ сказал в своих словах: «Кого ты встретишь за этим садом, кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждённым в этом сердцем, обрадуй его Раем». Ведь он ограничил это своими словами «кого ты встретишь за этим садом», и нет сомнения, что те люди — из числа обитателей Рая, и это буквальный смысл выражения. Но возможно и другое понимание: что это ограничение отменяется (мулга), и подразумеваются они и всякий, кто разделяет с ними произнесение двух свидетельств и убеждённость сердца в них.
(2) «Икмаль аль-Му‘лим» 1/244.
(3) «Шарх ан-Навави» 1/236.
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: это второе понимание и есть буквальный смысл выражения, а не то, что сказал аль-Куртуби, что буквальным является первое — вдумайся в это, и Всевышний Аллах знает лучше.
(«Он сказал» ﷺ «О Абу Хурайра, и отдал мне свои сандалии») предложение в позиции винительного падежа в качестве обстоятельства образа действия (хал) для действующего лица; а слово («сказал») усиливает первое «сказал». Ан-Навави, да помилует его Всевышний Аллах, сказал: в этом обороте есть тонкая польза, ибо он повторил слово «сказал», а повторил его именно из-за протяжённости речи и наличия разделения словами «о Абу Хурайра, и отдал мне свои сандалии»; и это хорошо, и это встречается в речи арабов, а также встречается в речи Всевышнего Аллаха. Всевышний Аллах сказал: «А когда пришло к ним Писание от Аллаха, подтверждающее то, что у них, — хотя раньше они просили победы над неверующими, — когда же пришло к ним то, что они узнали, они не признали его» [аль-Бакара, 89]. Имам Абу-ль-Хасан аль-Вахиди сказал: Мухаммад ибн Язид сказал: слова Всевышнего «когда же пришло к ним» — повторение первого из-за протяжённости речи, и подобно этому слова Всевышнего: «Обещает ли он вам, что когда вы умрёте и станете прахом и костями, вы будете выведены [из могил]?» [аль-Му’минун, 35] — Он повторил «что вы» из-за протяжённости речи, и Всевышний Аллах знает лучше.
Что же касается отдачи им сандалий, то это было сделано, чтобы это стало для них явным известным знаком, по которому они узнают, что он встретил Пророка ﷺ, и чтобы то, что он сообщит им от его имени ﷺ, было более убедительным для их душ; и не отвергается, что подобное может служить подтверждением, даже если само сообщение [и без того] принимается, — конец цитаты (1).
(«Иди с моими сандалиями») с фатхой на «лям», в состоянии сопряжения (идафа) с местоимением первого лица «я»; и не была поставлена кясра перед ней, хотя это и было бы исходным правилом, поскольку это двойственное число (мусанна). Ибн Малик, да помилует его Всевышний Аллах, сказал в «Хуляса»:
«Последнюю [букву слова], присоединённого к «йа», ставь с кясрой, если оно не является слабоконечным (му‘талл), как «рамин» и «каза», или подобно «ибнайни» и «Зайдина»; тогда во всех этих случаях перед «йа» соблюдается фатха. И «йа» ассимилируется в нём, и «вав» [тоже]; и если перед «вав» стоит буква с даммой, поставь на ней кясру, и это будет уместно».
(«хатайни» — «этих двух») — приложение (бадаль) или пояснительное приложение (‘атф баян) к «моим двум сандалиям»; это двойственная форма от «та» — указательного местоимения женского рода, как сказано в «Хуляса»:
«Указывай посредством «за» на единственное мужского рода; посредством «зи», «зих», «ти», «та» ограничивайся при указании на женское».
А «ха» — частица привлечения внимания. («Кого ты встретишь») с кясрой на конце — говорят: «лакытуху, альках», из категории (баб) «та‘иба», [масдар] «лукыйан», а исходная форма по образцу «фу‘ул», и «лука» с даммой и укорочением [гласной], и «лика’» с кясрой и удлинением или укорочением; и всякая вещь, которая обращена к другой вещи лицом или встретилась с ней, — та встретила её (лакыйаха); отсюда «лика’ аль-байт» — обращение к нему лицом. Так сказал аль-Фаюми (1). («Позади этого сада») то есть после этого сада (кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха) — предложение в позиции винительного падежа как обстоятельство образа действия для дополнения; и так же его слова («будучи убеждённым в этом»), то есть знающим смысл этого слова. Говорят: «йакына аль-амра», по образцу «фариха», [масдар] «йакнан», также с огласовкой «йакан» (с перемещением ударения), и «айканаху» и «айкана бихи», и «тайаккана-хи», и «истайкана-хи» и «бихи» — знал это и убедился в этом достоверно; и он «йакин», с тремя вариантами огласовки «каф», как сказано в «аль-Камус» (2). А в «аль-Мисбах» сказано: «аль-йакин» — знание, полученное посредством рассуждения и умозаключения, и поэтому знание Всевышнего Аллаха не называется «йакин»; «йакина аль-амру, йайкану, йакан», из категории «та‘иба»: то есть утвердился и стал ясным, и тогда оно «йакин» — форма «фа‘иль» в значении «фа‘иль»; и употребляется также как переходный глагол само по себе и с «ба»: говорят «йакинтуху» и «йакинту бихи», и «айкантубихи», и «тайаккантуху», и «истайкантуху», то есть я знал это, — конец цитаты (3).
(1) [сноска повторяется по нумерации оригинала]
(2) «аль-Камус».
(3) «аль-Мисбах аль-мунир».
Аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: «Убеждённость (اليقين) — это глубоко укоренённое, устойчивое знание в сердце». Он сказал: «Порой предположение (ظنّ) выражают словом «убеждённость», а убеждённость — словом «предположение»». Поэт сказал:
«Хаввас предположил и был убеждён, что я
ради неё выкупаюсь от одного, с которым не стану сражаться».
То есть: лев обонял (تشمّم) мою верблюдицу, полагая, что я выкуплю её от него, оставив её ему, и не буду с ним сражаться. Так сказал аль-Джаухари. А другой сказал: «Убеждённость — это покой при ясности. Говорят: «вода стала якын (يقن)», то есть успокоилась, и стало видно то, что под ней». Конец цитаты.
Его слово («его сердце») стоит в форме подлежащего при причастии действующего лица; («обрадуй его Раем») — имеется в виду, что тот, кто обладает таким качеством, относится к обитателям Рая, а иначе Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) не мог знать об убеждённости их сердец. В этом есть явное указание на позицию людей истины, что не приносит пользы убеждение в единобожии без словесного произнесения, и не приносит пользы словесное произнесение без убеждения, но необходимо соединение того и другого, — это уже было разъяснено в начале главы. Упоминание же сердца здесь для усиления и для устранения предположения о переносном смысле, иначе убеждённость не бывает иначе как в сердце.
Его слово («и первым, кого я встретил, был Умар») сын аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) — слово «первым» стоит в форме винительного падежа как сказуемое «кана», выдвинутое вперёд, а «Умар» — в именительном падеже как подлежащее «кана»; допустима и обратная конструкция. «Кого» — относительное местоимение, а возвратное местоимение опущено, поскольку оно является избыточным членом, как сказано в «Хуляса»:
«...И опущение у них часто и явно
в связанном возвратном местоимении, если оно стоит в винительном падеже
при глаголе или причастии, как в «тот, кого мы надеемся, дарует»».
И также он сказал:
«Дозволь опущение избыточного члена, если это не вредит,
подобно опущению того, что даётся в ответ, или того, что ограничено».
Его слово («он сказал: что это за две сандалии, о Абу Хурайра?») — «что» здесь вопросительное («я сказал: это две сандалии Посланника Аллаха ﷺ»). Так это встречается в некоторых списках, а в «Шарх ан-Навави» встречается в форме: «я сказал: эти две (в винительном падеже) — сандалии Посланника Аллаха ﷺ, он послал меня с ними». Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: «Так это во всех подлинниках: «я сказал: эти две (хатайни, в винительном падеже)» — с постановкой «хатайни» в винительном падеже, а «сандалии» — в именительном, и это правильно. Смысл: я сказал, то есть: это они — две сандалии Посланника Аллаха ﷺ, — и «хатайни» поставлено в винительный падеж с подразумеваемым «имеется в виду», а «хума», которое является подлежащим, опущено, поскольку оно известно из контекста».
Собиратель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: по-видимому, у ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) встречалось только «хатайни» в винительном падеже, как на это указывают его слова «так это во всех подлинниках». Но в некоторых списках, что находятся передо мной, встречается «хатан» в именительном падеже, — и это то, что встречается в «Мухтасар» аль-Куртуби, который в своём толковании ничего об этом не отметил, хотя он обычно комментирует подобные случаи. Так же ничего не отметил кади Ияд в «аль-Икмаль», хотя он часто указывает на такие вещи, и Ибн ас-Салах в «Сияна Сахих Муслим мин аль-ихляль ва-ль-галят, ва химатуху мин аль-иккат ва-с-сакт», хотя подобные замечания — предмет его книги.
В итоге, списки не сошлись все на том, что сказал ан-Навави, но в некоторых из них встречается «хатан» в именительном падеже, и это ясно, — обрати внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
[Замечание]: В «Мустахрадж Абу Нуайма» (1/124, 141) встречается «хатайни наʻлей Расулиллях ﷺ» с постановкой обоих слов в винительном падеже. Если этот список верен, то это толкуется так, что первое слово стоит в винительном падеже при подразумеваемом глаголе, то есть «я взял эти два», а его слово «сандалии Посланника Аллаха ﷺ и т. д.» является заменяющим членом (бадаль) от него, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«он послал меня с ними обоими») Ан-Навави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: «так мы зафиксировали это огласовкой — «бихима» (بهما) в форме двойственного числа, и это ясно. А во многих подлинниках, или в большинстве их, встречается «биха» (بها) без «мим», и это также правильно, и местоимение возвращается к «примете» (аль-‘аляма), ибо две сандалии были приметой, а Аллах Всевышний знает лучше».
(«кого бы я ни встретил, кто свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждён в этом своим сердцем, — обрадуй его Раем», — и ударил Умар своей рукой) — то есть чтобы он отступил от того, что он решительно намеревался сделать, а именно обрадовать людей тем, с чем он был послан, но не с целью его повалить или причинить ему боль. А ударил он рукой по груди, чтобы это было более действенно в удержании его (между двумя моими сосками) — двойственное число от «садй» (ثَدْيٍ), с фатхой над «са» и сукуном над «даль», и это слово мужского рода, хотя иногда употребляется в женском роде в редком диалекте. Учёные разошлись относительно того, специфично ли это слово для женщины: одни говорят, что оно применяется и к мужчине, и к женщине, другие говорят, что оно специфично для женщины, и тогда его применение к мужчине было бы переносным и метафорическим употреблением. Однако его применение к мужчине широко встречается в хадисах. Так сказал ан-Навави.
А в «аль-Камус» сказано: «ас-Садй» (الثَّدْيُ) — то есть с фатхой и сукуном, — а также с кясрой, и подобно «ас-Сара» (كالثَّرَى), специфично для женщины, или же общее для обоих, и употребляется в женском роде; множественное число «асдин» (أَثْدٍ) и «судийй» (ثُدِيٌّ), подобно «хулийй». Конец цитаты.
(«и я упал на свою заднюю часть») то есть на свой зад, — «ли» здесь в значении «‘аля» (на), как в словах Всевышнего: «падают на подбородки» (сура аль-Исра, 107), то есть на них. И как будто он толкнул его в грудь, так что тот упал на свой зад, а мнение того, кто сказал, что он упал на своё лицо, — не имеет основания. Так сказал аль-Куртуби.
Аль-Файйуми (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал: «аль-Ист» (الاسْتُ) — это задняя часть, и под ним подразумевается отверстие заднего прохода; исходная форма — «сатах» (سَتَهٌ) с открытием звука, и поэтому оно образует множественное число «астах» (أَسْتَاهٍ) по образцу «сабаб — асбаб», а уменьшительная форма — «сутайх» (سُتَيهٍ). Иногда говорят «сах» (سَهٌ) с «ха», и «сат» (سَتٌ) с «та», и тогда оно склоняется как «яд» и «дам» (кровь). Некоторые говорят «та» в состоянии соединения (васль), а «ха» в состоянии паузы (вакф), по аналогии с «ха» женского рода. Аль-Азхари сказал: «Грамматики сказали: исходная форма — «сатх» (سَتْهٌ) с сукуном, но им показалось затруднительным «ха» из-за предшествующего сукуна на «та», поэтому они опустили «ха», и «син» получила сукун, а затем была введена соединительная хамза». А то, что передал аль-Азхари в своём обосновании, вызывает сомнение, ибо они говорили: «сатиха сатахан» (سَتِهَ سَتَهًا) по образцу «та‘иба» (تَعِبَ), когда его зад увеличивается, а затем это слово стало собственным именем от масдара (отглагольного имени), и в него вошла усечённость после утверждения имени. Утверждение о сукуне не подтверждается никакой основой. Они образовали от него относительное прилагательное «сатахийй» (سَتَهِيٌّ) с открытием звука, и говорили во множественном числе «астах» (أَسْتَاهٌ), а уменьшительная и разбитая формы возвращают имена к их основам». Конец цитаты.
[Замечание]: «ист» (است) — одно из десяти имён, которые начинаются с соединительной хамзы (همزة الوصل). Основа этого правила состоит в том, что соединительная хамза приходит в прошедшем глаголе, если он состоит более чем из четырёх букв, например: «инталяка» (انطلق), «истахраджа» (استخرج), а также в повелительном наклонении от них, например: «инталик» (انطَلِقْ), «истахридж» (اسْتَخْرِجْ), и в масдаре, например: «интилак» (انطلاقٍ), «истихраджи» (استخراج), а также в повелительном наклонении трёхбуквенного глагола, например: «ихша» (اخشَ), «имди» (امض), «инфуз» (انفُذ). И от арабов не зафиксирована соединительная хамза в именах, которые не являются масдарами от глагола, превышающего четыре буквы, кроме как в десяти именах: «исм» (اسم), «ист» (است), «ибн» (ابن), «ибнам» (ابنم), «иснайни» (اثنين), «амрин» (امريّ), «имра’а» (امرأة), «ибна» (ابنة), «иснатайни» (اثنتين), и «айман» (ايمن) в клятве. Так же не зафиксирована соединительная хамза в частицах, кроме как в «аль» (أل). И на то, что упомянуто, указал Ибн Малик в «Хуляса», сказав:
«Для соединения предшествует хамза, которая не утверждается,
кроме как если с неё начинают, как «истасбиту».
И она для прошедшего глагола, содержащего
более четырёх букв, например «инджаля».
И для повелительного наклонения и масдара от него, а также
для повелительного наклонения трёхбуквенного глагола, например «ихша», «имди» и «анфуза».
И в «исм», «ист», «ибн», «ибнам» она слышна,
и в «иснайни», «амрин», и в форме женского рода следуй за ним,
и в «айман»; хамза «аль» подобна этому, и заменяется
удлинением в вопросе, или же облегчается».
[еще одно замечание]: сказал ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: его слово («ласти» — то есть «мой зад») — в подобных случаях желательно иносказание об уродливых именах и употребление переносного смысла, а также таких выражений, которые достигают цели без того, чтобы в их внешней форме было то, чего стыдятся, если высказать это прямым, буквальным словом. С таким соблюдением приличия пришёл благородный Коран и сунны, как, например, слова Всевышнего: «Дозволено вам в ночь поста приближение [رفث] к вашим женам» [аль-Бакара: 187], и Его слова: «А как вы станете отбирать его, когда один из вас уже сблизился [أفضى] с другим» [ан-Ниса: 21], и Его слова: «А если вы развелись с ними до того, как коснулись их [تمسوهن]» [аль-Бакара: 237], и Его слова: «Или если кто-то из вас пришёл из отхожего места [الغائط]» [ан-Ниса: 43], и Его слова: «Удаляйтесь от женщин во время месячных [المحيض]» [аль-Бакара: 222].
Иногда же они прибегают к прямому, явному имени ради предпочтительной пользы — устранения путаницы, многозначности, отрицания переносного смысла или чего-то подобного, как, например, слова Всевышнего: «Прелюбодейка и прелюбодей» [ан-Нур: 2], и слова Пророка ﷺ: «Ты совокупился [أنكتها] с ней?», и слова Пророка ﷺ: «Отступил шайтан, испустив газы [ضراط]», и слова Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): «Осквернение (хадас) — это либо испускание газов беззвучное [فساء], либо со звуком [ضراط]». Подобных примеров много, и употребление Абу Хурайрой (да будет доволен им Аллах) здесь слова «аль-исти» (зад) относится к этому разряду. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты (1).
(Тогда сказал) Умар (да будет доволен им Аллах): (вернись, о Абу Хурайра). Сказал кади Ийад и другие учёные, да будет милостив к ним Аллах Всевышний: поступок Умара (да будет доволен им Аллах) и его обращение к Пророку ﷺ с возвращением не были ни возражением ему, ни отклонением его приказа, а были стремлением прояснить пользу, которая ему представилась, не противореча этим ни установлению, ни шариату, — ведь то, с чем он отправил Абу Хурайру (да будет доволен им Аллах), не заключало ничего, кроме утешения сердец общины и радостной вести для них. Умар (да будет доволен им Аллах) посчитал, что скрытие этой радостной вести полезнее для них и более уместно, чтобы они не стали полагаться на неё, из-за чего уменьшились бы их дела и их награды, и что это принесёт им больше добра, чем поспешное объявление этой радостной вести. Когда же он представил это Пророку ﷺ, тот подтвердил его правоту в этом. И Аллах Всевышний знает лучше (2).
Сказал аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: возможно, Умар (да будет доволен им Аллах) слышал это от Пророка ﷺ, как слышал это Муаз (да будет доволен им Аллах), как было упомянуто ранее в его хадисе, и это было напоминанием Пророку ﷺ о том, что он уже слышал от него, а молчание Пророка ﷺ об этом было подтверждением того, что им было затруднительно разъяснить это по такой-то причине, и Умар (да будет доволен им Аллах), обладая тем острым умом и присутствием духа, которыми его отличил Аллах Всевышний, вспомнил это, а Абу Хурайра проявил недогадливость, поскольку не осознал этого и не вспомнил, поэтому он и ударил его тем ударом — в качестве наставления и напоминания. Конец цитаты. И Аллах Всевышний знает лучше (3).
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: его слово «возможно, Умар слышал это от Пророка ﷺ» и т.д. — в этом есть неявная слабость, ибо контекст противоречит этому. Ведь когда Пророк ﷺ сказал ему: «О Умар, что побудило тебя сделать то, что ты сделал?», тот ответил ему словами: «Я боюсь, что люди станут полагаться на неё». Если бы он слышал это от него, то сказал бы ему: «Ты же сказал Муазу: не сообщай им радостную весть, иначе они станут полагаться на неё». Скорее, из положения Умара (да будет доволен им Аллах) явствует, что это было чем-то, что было ему внушено (вдохновлено), ибо он относится к
(2) «Шарх Муслим» 1/238.
(3) «аль-Муфхим» 1/206–207.
внушаемым (мухаддасин, те, кому внушается истина). Аль-Бухари приводит от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что он сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Среди народов, что были до вас, были внушаемые (мухаддасин), и если в моей общине есть такой, то это Умар». А в другой версии: «Среди тех, кто был до вас, из сынов Исраиля, были люди, с которыми говорили (свыше), хотя они не были пророками, и если в моей общине есть кто-то из них, то это Умар».
Муслим приводит от Аиши (да будет доволен ею Аллах), от Пророка ﷺ, что он говорил: «Среди народов, бывших до вас, были внушаемые (мухаддасин), и если в моей общине есть кто-то из них, то Умар ибн аль-Хаттаб — один из них». Ибн Вахб сказал: толкование слова «мухаддасин» — это «те, кому внушается» (мульхамун). И Аллах Всевышний знает лучше.
(И я вернулся к Посланнику Аллаха ﷺ, и меня охватило волнение — «аджхашту») — с буквами «джим» и «шин» с точкой, а хамза и «ха» — с фатхой, то есть я приготовился к этому и взялся за это, сказал аль-Куртуби. А ан-Навави сказал: так это встречается в тех рукописях, которые мы видели, а в книге кади Ийада, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, я видел «фаджхиштю» без «алифа», и оба варианта правильны. Сказал в «аль-Камус»: «джахаша иляйхи», по образцу «самиа» и «манаа», «джахшан» и «джухушан», и «джахашан»: устремился к нему в страхе, желая плакать, как ребёнок устремляется к своей матери в страхе, подобно «аджхаша», а «мин аш-шайи джахашан»: испугался, или убежал. Конец цитаты (1).
Сказал кади Ийад, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: это когда человек в страхе устремляется к другому, при этом изменившись в лице, готовясь заплакать, но еще не заплакав. А ат-Табари сказал: это испуг и обращение за помощью. А Абу Зайд сказал: «джахашту» — от плача, горя и тоски. И Аллах знает лучше.
(Плача) — в винительном падеже как обстоятельство причины (мафуль ли), и в другой версии встречается «для плача», а слово «аль-бука» (плач) произносится и с долгим, и с кратким «а» — оба варианта верны. Сказал аль-Файюми, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: «бака йабки букан» и «букаан» — с кратким и долгим гласным — оба варианта, и говорят, что краткий вариант используется, когда имеются в виду проливаемые слезы, а долгий — когда подразумевается звук (плача). Поэт же объединил оба варианта, сказав [размером «вафир»]:
«Заплакал мой глаз, и по праву заплакал он свой плач, но не пользы от плача, ни от воя»
Глагол переходит с добавлением хамзы, и говорят «абкайтуху» (я заставил его плакать), а также говорят «бакайтуху» и «бакайту алейхи» и «бакайту лаху». Конец цитаты (2).
(И последовал за мной Умар) то есть последовал за мной и шёл позади меня в тот же момент, без промедления.
(2) «аль-Мисбах аль-мунир» 1/59.
(«и вот он у меня по пятам») «إذا» здесь выражает внезапность, то есть меня внезапно застало то, что Умар — да будет доволен им Аллах — оказался позади меня. Слово «الأثر» имеет два известных правильных варианта произношения: первый — с огласовкой «кясра» на «хамзе» и молчащей «са», второй — с фатхой на обоих; смысл — последовал за ним вблизи.
(«и сказал мне посланник Аллаха ﷺ: что с тобой, о Абу Хурайра?») «ما» здесь вопросительное, то есть: какая причина установилась у тебя, что изменилось твоё состояние по сравнению с тем состоянием, в котором ты вышел от меня — состоянием радости и ликования от того, что ты дойдёшь до людей, донесёшь до общины эту радостную весть, видя меня целым и невредимым от всякого дурного?
(«я сказал: я встретил») с кясрой на «каф», как уже было разъяснено (Умара) ибн аль-Хаттаба («и сообщил ему то, с чем ты меня послал») то есть радостную весть («и он ударил меня между грудей ударом, и я упал на свой зад») то есть я упал на свою заднюю часть от силы удара («он сказал») то есть Умар («вернись») о Абу Хурайра, и не сообщай людям то, что тебе было велено.
(«и сказал ему») то есть Умару («посланник Аллаха ﷺ: о Умар, что побудило тебя сделать то, что ты сделал?») «ما» здесь тоже вопросительное, то есть: что побудило тебя удержать Абу Хурайру от передачи, дошло до того, что ты его ударил.
(«он сказал») Умар («о посланник Аллаха, за тебя мой отец и моя мать») предложный оборот связан со сказуемым опущенного подлежащего, то есть: ты искупаем моими отцом и матерью, либо связан с опущенным глаголом, то есть: я искупаю тебя ими («ты ли послал») «хамза» здесь вопросительная («Абу Хурайру со своими сандалиями») то есть сделав твои сандалии знаком его правдивости («тому, кого он встретит и кто засвидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, будучи убеждённым в этом сердцем, обрадуй его Раем?») «من لقي» — подлежащее, а предложение «بشّره بالجنة» — его сказуемое, и всё это предложение стоит в положении винительного падежа как обстоятельство состояния к «Абу Хурайре», то есть в состоянии обрадования того, кого он встретит, и так далее.
(«он сказал») ﷺ («да») то есть я послал его с этим («он сказал») Умар — да будет доволен им Аллах («не делай этого») «фа» здесь выражает пояснение, разъясняя ответ на подразумеваемое условие, то есть: если у меня подтвердилось и стало ясным, что ты послал его с этим, то я скажу тебе: не делай этого («ибо я боюсь») «фа» здесь причинная, то есть: я прошу тебя не делать этого только потому, что боюсь («что люди станут опираться на это») то есть на это свидетельство и оставят дела («так оставь их») то есть оставь их («пусть трудятся») то есть совершают остальные праведные дела.
(«сказал посланник Аллаха ﷺ: так оставь их») «фа» здесь тоже поясняющая, то есть: если из-за радостной вести последует их опирание на неё, то оставь их и не радуй их этой вестью, чтобы они увеличивали количество праведных дел, которыми различаются степени в Раю, ибо различие обитателей Рая происходит именно из-за различия их дел. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, у Него просим помощи, и на Него уповаем.
Два вопроса, относящиеся к этому хадису.
(Вопрос первый):
Этот хадис Абу Хурайры — да будет доволен им Аллах — из числа тех, что приводит только составитель [Муслим], никто иной из авторов основных сборников его не привёл. Он приводит его здесь в «Книге веры» (11/154) от Зухайра ибн Харба, от Умара ибн Юнуса аль-Ханафи, от Икримы ибн Аммара, от Абу Касира, от него.
Приводит его также (Абу Нуайм) в «аль-Мустахрадж» (141) от Абу Мухаммада, от Абу Йалы, от Абу Хайсамы — Зухайра ибн Харба — с иснадом составителя, и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (4526) от Ахмада ибн Али ибн аль-Мусанны, от Абу Хайсамы, таким же путём. А Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос второй): о его пользах.
1 — (Из них): что одного лишь произнесения двух свидетельств недостаточно для реализации веры, но необходимо убеждение сердца. Вера, спасающая от вечного пребывания в Огне, требует одновременно и убеждения, и произнесения, ибо вера — это убеждённость в сердце, произнесение языком и деяние членами тела и основами [религии], как это уже было подробно рассмотрено в вопросах, упомянутых в начале «Книги веры».
2 — (Из них): желательность того, чтобы учёный сидел со своими товарищами и другими просящими совета и прочими, обучая их, принося им пользу и давая им фетвы.
3 — (Из них): то, что мы уже приводили ранее — что если [передатчик] хочет упомянуть многочисленную группу, но ограничивается упоминанием некоторых из них, он упоминает их знатных лиц или некоторых из знатных, затем говорит: «и другие».
4 — (Из них): разъяснение того, каким было отношение сподвижников — да будет доволен ими Аллах — к исполнению прав посланника Аллаха ﷺ, почитанию его, заботе о нём и сильному беспокойству за то, что могло случиться с ним ﷺ.
5 — (Из них): желательность заботы последователей о правах того, за кем они следуют, и внимания к достижению его интересов и отвращению от него вредного.
6 — (Из них): допустимость входа человека в чужое владение без разрешения владельца, если он знает, что владелец будет этому рад — из-за любви между ними или по иной причине; ведь Абу Хурайра — да будет доволен им Аллах — вошёл в сад, и Пророк ﷺ утвердил это его действие, и не передаётся, что он это осудил.
Ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: и это не ограничивается входом на землю, но допускается также пользование его орудиями, поедание его пищи, перенесение части его пищи в свой дом, езда на его верховом животном и подобные действия распоряжения, о которых известно, что они не будут тяжелы для их владельца. Таков правильный мазхаб, на котором находится большинство ранних и поздних учёных, да будет милость Аллаха над ними, и это ясно выразили наши сподвижники [шафииты].
Абу Умар ибн Абд аль-Барр сказал: и они единогласны в том, что это не переходит от пищи и подобного ей к дирхемам и динарам и подобному им, а в утверждении единогласия относительно того, к кому можно отнести уверенность в добровольном согласии владельца, есть некое сомнение. Возможно, это касается больших сумм дирхемов, в отношении которых есть сомнение или может быть сомнение в согласии владельца на это, ибо они согласны в том, что если есть сомнение, то распоряжение недопустимо вообще в отношении того, в согласии владельца на что есть сомнение.
Затем доказательство допустимости в этом вопросе — из Книги и Сунны, а также из деяний и слов видных лиц общины. Из Книги — слово Всевышнего: «Не будет греха ни на слепом, ни на хромом, ни на больном, ни на вас самих, если вы будете есть в своих домах, или в домах ваших отцов…» до слов Всевышнего «…или вашего друга» (сура «Свет», 61); из Сунны — этот хадис и многие другие известные хадисы подобного содержания, а деяния и слова предшественников по этому поводу более многочисленны, чем можно сосчитать. А Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов ан-Навави, и это ценное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
7 — (Из них): что имаму и главе людей вообще, если он увидел нечто, а некоторые из его последователей увидели иное, следует последователю представить это на рассмотрение того, за кем он следует, чтобы тот вник в это; и если ему стало ясно, что сказанное последователем правильно, он к этому обращается, а иначе разъясняет последователю ответ на возникшее у того сомнение.
8 — (Из них): законность посылания имамом и тем, за кем следуют, к своим последователям с знаком, который они узнают, чтобы усилить их спокойствие.
9 — (Из них): допустимость сокрытия некоторых знаний, в которых нет нужды, ради пользы или из страха вреда. Имам аль-Бухари, да помилует его Аллах Всевышний, посвятил этому главу в «Книге знания» своего «Сахиха», назвав её: «Глава о том, кто выделяет знанием одних людей, не других», приведя в ней хадис Анаса о случае с Муазом — да будет доволен им Аллах, который последует после этого.
10 — (Из них): допустимость того, чтобы кто-то из последователей высказывал тому, за кем следует, соображение, которое считает полезным, и согласие того, за кем следуют, с этим, если он видит в этом пользу, и отказ от того, что он повелел, по этой причине.
11 — (Из них): привлечение к совету имама людей знания и религии, его помощников и приближённых, представление ему советов, даже если он не просил у них совета.
12 — (Из них): допустимость того, чтобы один человек говорил другому: «за тебя мой отец и моя мать». Кади Ияд, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: некоторые из предшественников не одобряли этого и говорили: «мусульманином не искупают», но достоверные хадисы противоречат этому, указывая на его допустимость, будь то тот, кем искупают, мусульманином или неверующим, живым или мёртвым.
13 - (и в их числе): то, что сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний: в этом — довод на допустимость ограничения общего [положения] ради пользы, засвидетельствованной с точки зрения [шариатской] значимости. Учёные-основоведы разошлись в этом. Конец цитаты.
14 - (и в их числе): то, что в передаче Пророком ﷺ Абу Хурайре (да будет доволен им Аллах) своих сандалий — довод на допустимость подкрепления сообщения единичного передатчика косвенными признаками для усиления его сообщения, даже если [сам передатчик] не подозревается [в лжи].
15 - (и в их числе): учёт косвенных признаков и указаний, и совершение действий и вынесение решений в соответствии с тем, что они предполагают. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Третий вопрос):
Об разногласии учёных относительно допустимости иджтихада для Пророка ﷺ. Шейх Абу Амр ибн ас-Салях, да помилует его Аллах Всевышний, сказал:
Что касается его повеления ﷺ в хадисе Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) о радостной вести, то это относится к изменению [результата] иджтихада. Иджтихад был для него ﷺ допустим и действительно происходил от него, по мнению исследователей [этого вопроса], и он имеет преимущество над прочими муджтахидами в том, что ему не позволяется оставаться при ошибке в его иджтихаде. А кто отрицает это и говорит: ему ﷺ не подобает говорить о делах религии иначе как по откровению, — тому не запрещается [признать], что при обращении к Умару (да будет доволен им Аллах) на него ﷺ, возможно, сошло откровение с тем, чем он ему ответил, отменяющее предшествующее откровение, [содержавшее] то, что он ﷺ сказал первоначально.
Ан-Навави сказал после приведения этих слов Ибн ас-Саляха, буквально следующее: этот вопрос, то есть его иджтихад ﷺ, имеет известную детализацию.
Что касается мирских дел, то учёные (да будет доволен ими Аллах) согласны в допустимости его иджтихада ﷺ в них и в том, что он действительно происходил от него.
Что же касается религиозных установлений, то большинство учёных сказали о допустимости иджтихада для него ﷺ, поскольку если это допустимо для других, то для него ﷺ это допустимо тем более. Некоторая группа сказала: это не допустимо для него, ввиду его способности достигнуть достоверного знания. Некоторые сказали: это было допустимо в войнах, но не в прочих делах. Иные же воздержались от суждения во всём этом. Затем большинство из тех, кто допустил это, разошлись относительно того, происходило ли это в действительности: большинство из них сказали, что это имело место, другие сказали, что этого не было, а иные воздержались от суждения. Затем большинство из тех, кто признал допустимость и действительное происхождение, разошлись относительно того, была ли для него ﷺ допустима ошибка: исследователи склонились к тому, что ошибка была для него ﷺ невозможна, а многие склонились к её допустимости, но с тем, что он не остаётся при ней, в отличие от прочих. Здесь не место для исчерпывающего рассмотрения этого. А Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты.
Кади Ияд, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: Пророк ﷺ в мирских делах руководствовался своим иджтихадом и иногда отходил от своего мнения в них в пользу мнения другого, как он поступил в вопросе искусственного опыления пальм, в расположении [войска] при Бадре и в том, что он было намерился [сделать] относительно примирения с союзными племенами (аль-Ахзаб). В этом нет разногласия.
Учёные разошлись относительно того, прибегал ли он к иджтихаду по собственному мнению в вопросах шариата, по которым ничего не было ниспослано ему, или нет? И был ли он огражден от ошибок (защищён) в своём иджтихаде, или он подобен прочим муджтахидам? Верное же мнение — допустимость иджтихада для него, действительное его происхождение от него и его защищённость от ошибок в этом во всех случаях. Аллах Всевышний сказал: «Мы ниспослали тебе Книгу с истиной, чтобы ты судил между людьми тем, что показал тебе Аллах» [ан-Ниса: 105]. Достоверные преания указывают на его иджтихад ﷺ в отдельных случаях и на его суждение в них по собственному мнению, как в истории с пленниками Бадра. Так сказал кади Ияд.
Собиратель [этой книги] — да простит его Аллах Всевышний — говорит: краткое изложение этого вопроса таково, что учёные разошлись в нём на несколько мнений:
[Первое]: допустимость безусловно, и это мнение большинства из четырёх имамов и прочих, и это верное [мнение] ввиду многочисленности и силы его доводов.
[Второе]: запрет безусловно, и это мнение Абу Али аль-Джуббаи-мутазилита, его сына Абу Хашима и части захиритов.
[Третье]: допустимость в мирских делах, но не в иных, и это мнение кадаритов.
[Четвёртое]: воздержание от суждения в этом.
Равным образом они разошлись относительно действительного происхождения этого от Пророка ﷺ: большинство склонилось к тому, что это происходило безусловно, и это верное [мнение]; многие ханафиты склонились к тому, что это происходило при условии ожидания откровения; некоторые склонились к запрету безусловно; иные склонились к тому, что это происходило только в мирских делах; пятое же мнение — воздержание от суждения.
Что же касается его защищённости ﷺ от ошибки в его иджтихаде, то у учёных по этому поводу два мнения, суть которых одна.
[Одно из них]: невозможность совершения им ﷺ ошибки в его иджтихаде, и это мнение многих учёных, и его признали верным ар-Рази, ас-Субки и другие.
[Второе] — и оно наиболее верное — действительное совершение ошибки в его иджтихаде ﷺ, однако он не остаётся при ней, а получает указание на верное, и это мнение большинства ханафитов, шафиитов, ханбалитов и знатоков хадиса; его избрали аль-Амиди, Ибн аль-Хаджиб и другие, и оно наиболее верное, и на него указывают тексты Книги и сунны.
Я упомянул эти мнения в своей поэме по основам [фикха], сказав:
Разошлись — прибегал ли Посланник к иджтихаду? Большинство допустили это, и это имело место.
Некоторые же запретили это, а некоторые сочли [допустимым] это во время войны, а некоторые воздержались от суждения.
Истина же — что это допустимо и действительно происходило, ведь были случаи, в которых он прибегал к иджтихаду.
Разногласие же — относительно его ошибки, и признано верным её действительное совершение без продолжения [в ней].
Аллах не оставляет его при ней, но ниспосылает Своё откровение для устранения изъяна.
Затем это разногласие относится к тому, что приписывается религии, а не к иному, так возьми это, будучи расположенным [к этому].
Что же касается мирских дел, то они согласны в том, что он прибегал к иджтихаду в них.
А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность и прекрасный Покровитель.
И по нашей цепочке передачи, восходящей к автору, да помилует его Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, [он] сказал:
[155] (32) — (Передал нам Исхак ибн Мансур, [сказав]: сообщил нам Муаз ибн Хишам, сказав: передал мне мой отец от Катады, сказавшего: передал нам Анас ибн Малик, что Пророк Аллаха ﷺ — а Муаз ибн Джабаль сидел позади него на верховом животном — сказал: «О Муаз!» Он ответил: «Я здесь, о Посланник Аллаха, к твоим услугам». Он сказал: «О Муаз!» Он ответил: «Я здесь, о Посланник Аллаха, к твоим услугам». Он сказал: «О Муаз!» Он ответил: «Я здесь, о Посланник Аллаха, к твоим услугам». Он сказал: «Нет раба, который свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Его раб и Его посланник, кроме того, что Аллах запретил ему огонь [ада]». Он сказал: «О Посланник Аллаха, не сообщить ли мне об этом людям, чтобы они порадовались?» Он ответил: «Тогда они станут полагаться [только на это и оставят дела]». И Муаз сообщил об этом при своей смерти, опасаясь греха [скрытия знания]).
Передатчики этого иснада — их пятеро:
1 - (Исхак ибн Мансур) ибн Бахрам аль-Кавсадж, Абу Йакуб ат-Тамими аль-Марвази, поселившийся в Нишапуре, надёжный и твёрдый передатчик [11].
Передавал от Ибн Уяйны, Ибн Нумайра, Абд ар-Раззака, Абу Дауда ат-Таялиси, Джафара ибн Ауна, Бишра ибн Умара, Ибн Махди, аль-Каттана и множества других, и учился у Ахмада ибн Ханбаля, Исхака ибн Рахавайха и Яхьи ибн Маина, и у него от них есть [записанные] вопросы.
От него передавали члены группы [составителей шести сборников], кроме Абу Дауда, а также Абу Хатим, Абу Зур‘а, Ибрахим аль-Харби, Абдуллах ибн Ахмад, аль-Джузджани, Абу Бакр Мухаммад ибн Али, сын сестры Муслима ибн аль-Хаджжаджа, и другие.
Сказал Муслим: «(Заслуживает доверия), надёжен, один из имамов, из числа сподвижников хадиса». Ан-Насаи сказал: «Заслуживает доверия, твёрд». Абу Хатим сказал: «Правдив». Аль-Хаким сказал: «Он один из имамов, из числа сподвижников хадиса, из числа подвижников и держащихся сунны». Аль-Хатиб сказал: «Был знатоком фикха, учёным». Ибн Шахин в книге «Достойные доверия» сказал: сказал Усман ибн Абу Шейба: «Заслуживает доверия, правдив», а другие сказали, что он более твёрд, чем это.
Аль-Бухари сказал: умер в Нишапуре в понедельник, и был похоронен во вторник, когда прошло десять дней месяца джумада-аль-авваль, в (251) году. То же самое сказал Ибн Хиббан в «Достойных доверия».
Ему принадлежит в этой книге (94) хадиса.
2 — (Муаз ибн Хишам) ад-Дастувайи аль-Басри, проживал в Йемене, затем в Басре, правдив, но иногда ошибался [9].
Передавал от своего отца, от Ибн Ауна, от Шубы, от Аш‘аса ибн Абд аль-Малика, от Букайра ибн Абу-с-Самита, от Йахьи ибн аль-Аля ар-Рази.
От него передавали Ахмад, Исхак, Ибн аль-Мадини, Ибн Ма‘ин, Аффан, Амр ибн Али, Бундар, Абу Муса, Абу Кудама ас-Сарахси, Абу Хайсама, Исхак ибн Мансур аль-Каусадж, Убайдуллах ибн Умар аль-Кавариири, Абу Гассан аль-Мисма‘и и другие.
Аль-Маймуни сказал, передавая от Ахмада: в книге его отца было написано: «Грехи не относятся к предопределению». Он сказал: он совершил хадж, и аль-Хумайди сказал: «Не слушайте ничего от этого кадарита». Он сказал: и я слышал, как Абу Абдуллах, услышав, что кто-то много о нём говорит в хадисе и фикхе, сказал: «Что у него есть из хадиса? Я не записал от него ничего, кроме одного собрания». Ад-Дури передал от Ибн Ма‘ина: «Правдив, но не является доводом». Аббас ибн Абд аль-Азым передал от Али ибн аль-Мадини: я слышал, как Муаз ибн Хишам говорил: «Мой отец слышал от Катады десять тысяч хадисов». Он сказал: затем он вынес нам из книг от своего отца примерно то же самое, что сказал, и говорил: «Это я слышал, а это не слышал», и начал их различать. Аль-Аджурри сказал: я спросил Абу Дауда: «Является ли для тебя Муаз ибн Хишам доводом?» Он ответил: «Не хочу говорить что-либо, Йахья не был доволен им». Ибн Абди сказал: у Муаза от его отца, от Катады, много хадисов, и у него есть от других, кроме отца, достойные хадисы, и он иногда ошибается в чём-то, но я надеюсь, что он правдив. Ибн Абу Хайсама передал от Ибн Ма‘ина: «Не так уж крепок». Усман ад-Дарими сказал: я спросил Йахью ибн Ма‘ина: «Муаз ибн Хишам более твёрд в передаче от Шубы, или Гундар?» Он ответил: «Заслуживает доверия, и (этот) заслуживает доверия». Ибн Кани сказал: «Заслуживает доверия, надёжен». Ибн Хиббан упомянул его в «Достойных доверия» и сказал: умер в месяце раби ас-сани в двухсотом году, и в этом же году указали дату его смерти Абу Хатим, Абу Дауд и другие.
Передавала от него вся община (аль-Джама‘а), и ему принадлежит в этой книге (75) хадисов.
3 — (Его отец) — это Хишам ибн Абу Абдуллах, а имя его отца — Санбар — с несогласной «син», затем «нун», затем «ба» с точкой, по образцу «Джа‘фар» — Абу Бакр аль-Басри ад-Дастувайи — с открытой «даль», несогласной «син», открытой удвоенной «та», затем долгим гласным — ар-Раба‘и. Он продавал ткани, которые привозились из Дастуваа, и был назван по этой местности; иногда его называли «Сахиб ад-Дастувайи», заслуживает доверия, твёрд, был обвинён в кадаризме, из числа старших [7].
Передавал от Катады, Юнуса аль-Искафа, Шуайба ибн аль-Хабхаба, Амира ибн Абд аль-Вахида аль-Ахвала, Матара аль-Варрака, Абу аз-Зубайра, аль-Касима ибн Авфа, Будайла ибн Майсары, Айюба, Абу Джа‘фара аль-Хатми, Абу Исама аль-Басри, Хаммада ибн Абу Сулеймана, Ибн Абу Наджиха и других.
От него передавали два его сына: Абдуллах и Муаз, а также Шуба ибн аль-Хаджжадж — он был из его сверстников, Ибн аль-Мубарак, Абд аль-Варис ибн Саид, Ибн Мехди, Йахья аль-Каттан, Исмаил ибн Улейя, Бишр ибн аль-Мофаддаль, Абд аль-А‘ля, Гундар, Вакиа и многие другие.
Язид ибн Зурай‘ сказал: Айюб до чумы велел нам держаться Хишама и брать (хадисы) от него. Умайя ибн Халид передал от Шубы: «Никто из людей, о ком можно сказать, что он искал хадис, желая этим лика Всевышнего Аллаха, кроме Хишама», — и он говорил: «Хотел бы я, чтобы мы спаслись от него без потерь». Шуба сказал: если Хишам говорит так, то что же говорить нам? Али ибн аль-Джа‘д сказал: я слышал, как Шуба говорил: «Хишам был более крепок в памяти, чем я, в передаче от Катады», и также сказал: «он был более знающим о хадисе Катады, чем я». Ибн Улейя упомянул его среди хафизов Басры. Абу Хишам ар-Рифа‘и передал от Вакиа: «Нам рассказывал Хишам, и он был твёрд». Йахья ибн Ма‘ин сказал: Йахья ибн Саид, когда слышал хадис от Хишама, не заботился о том, чтобы услышать его от кого-либо другого. Абу Дауд ат-Тайялиси сказал: «Хишам ад-Дастувайи — повелитель верующих в хадисе». Абу Хатим сказал: рассказывал нам Абу Нуайм, рассказывал нам Хишам ад-Дастувайи, и он хвалил его хорошо, сказал: я не видел, чтобы Абу Нуайм побуждал (следовать за) кем-либо, кроме Хишама. Абу Хатим сказал: я спросил Ахмада ибн Ханбаля об аль-Аузаи и ад-Дастувайи: кто из них более твёрд в (передаче от) Йахьи ибн Абу Касира? Он ответил: «Ад-Дастувайи — не спрашивай о нём никого, я не вижу, чтобы люди передавали от кого-либо более твёрдого, чем он; равного ему — возможно, но более твёрдого — нет». Салих ибн Ахмад ибн Ханбаль сказал: сказал мой отец: «Хишам ад-Дастувайи больше всех жителей Басры передавал от Йахьи ибн Абу Касира», и сказал в другой передаче: «Он выше Шайбана». Ибн аль-Бара передал от Ибн аль-Мадини: «Ад-Дастувайи твёрд». Абу Хатим сказал: я спросил Ибн аль-Мадини: кто из наиболее твёрдых сподвижников Йахьи ибн Абу Касира? Он ответил: «Хишам». Я спросил: «Затем кто?» Он ответил: «Затем аль-Аузаи», и назвал ещё других, сказав: «Если ты услышишь от Хишама передачу от Йахьи, не ищи ему замены». Аль-Иджли сказал: «Басриец, заслуживает доверия, твёрд в хадисе, довод, кроме того, что придерживался взгляда о предопределении (кадар)». Ибн Абу Хатим сказал: я спросил своего отца и Абу Зуру: кто вам более любим из сподвижников Йахьи ибн Абу Касира? Оба ответили: «Хишам», и оба сказали: «А аль-Аузаи после него», добавив от Абу Зуры: «потому что книги аль-Аузаи пропали». Он сказал: «А наиболее твёрдые сподвижники Катады — Хишам и Саид». Он сказал: спросили моего отца о Хишаме и Хаммаме, кто из них более крепок в памяти? Он ответил: «Хишам». Аль-Баззар сказал: «Ад-Дастувайи более крепок в памяти, чем Абу Хиляль». Абу Исхак аль-Джузаджани сказал: «Он был из тех, кто говорил о предопределении, и был из наиболее твёрдых людей».
Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис сказал: между ним и Катадой в рождении было семь лет, и он умер в 152 году. Муаз ибн Хишам сказал: мой отец жил семьдесят восемь лет. Ибн Хиббан упомянул его в «Достойных доверия» и сказал: умер в 153 или 154 году.
Передавала от него вся община (аль-Джама‘а), и ему принадлежит в этой книге (112) хадисов.
4 — (Катада) ибн Дияма ибн Катада ас-Садуси, Абу-ль-Хаттаб аль-Басри, упомянутый в предыдущей главе.
5 — (Анас ибн Малик) (да будет доволен им Аллах), упомянутый также в предыдущей главе, а Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что это один из иснадов автора, состоящих из пяти звеньев (хумасият), да будет милостив к нему Всевышний Аллах.
2 — (Из них): что все его передатчики — передатчики (общины хадисоведов) «аль-Джама‘а», кроме его шейха, от которого не передавал Абу Дауд.
3 — (Из них): что он полностью состоит из басрийцев (мусальсаль), кроме его шейха, который был из Мерва, затем из Нишапура, но он также заходил в Басру, чтобы взять (хадисы) от её жителей.
4 — (Из них): что он мусальсаль по формуле передачи «рассказал нам» и «сообщил нам», кроме Хишама, который сказал: «от Катады».
5 — (Из них): что в нём есть передача сына от своего отца.
6 — (Из них): что в нём есть Анас (да будет доволен им Аллах), один из семи многопередающих, передавший (2286) хадисов, и он последний из сподвижников (да будет доволен ими Аллах), кто умер в Басре, умер в (92) или (93) году, и он из числа долгожителей, ведь его жизнь превысила сто лет, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Катады) ибн Диямы, да будет милостив к нему Всевышний Аллах, — он (сказал: «Рассказал нам Анас ибн Малик» (да будет доволен им Аллах)), (что пророк Аллаха ﷺ и Муаз ибн Джабаль сидел позади него) — предложение стоит в положении обстоятельства образа действия (хал), а «радиф» — это тот, кто едет верхом позади другого верхового на верховом животном. Об этом уже подробно говорилось в хадисе о Муазе (да будет доволен им Аллах). Его слово (на рахле) связано с подразумеваемым обстоятельством образа действия, то есть в состоянии, когда он сидел верхом на рахле, — с открытой «ра», несогласной «ха» и завершающей «лям». В «Камусе» сказано: «ар-Рахль — это то, на чём везут верблюда, подобно ар-Рахулю, множественное число — «архуль» и «риксаль», а также означает твоё жилище и то, что ты берёшь с собой из утвари», — конец цитаты.
И сказал он в «аль-Убабе»: «Аль-Рахль» — это седло верблюда, и оно меньше, чем «аль-Катаб», и оно из вьючных приспособлений для мужчин, а не для женщин; три [штуки] — «архуль», а множество — «рихаль». И [говорят] «рахальту-ль-ба‘ира архалюху рахлян» — если ты навьючил на его спину седло. А «аль-Катаб» — с фатхой — это малое седло по размеру горба, — конец цитаты.
И сказал он в «аль-Фатхе»: «Ар-рахль» с сукуном над «ха» — чаще всего употребляется в отношении верблюда, однако Му‘аз в том случае был спутником Пророка ﷺ на осле, как разъяснено в риваяте аль-Бухари в «Книге о джихаде».
Его слово («О Му‘аз») — обращение к одному лицу, собственное имя, стоит в форме, зафиксированной на «дамме». Его слово («сказал Му‘аз, да будет доволен им Аллах: «Ляббайка, о Посланник Аллаха»») — обращение с допустимым опущением частицы обращения, как сказал аль-Харири в своей «Мульхе»:
«И опущение [частицы] «йа» допустимо в обращении, как в их словах: «Господь, ответь на мою молитву»».
(«Ва-са‘дайка») — «аль-лабб» с фатхой над «лям» означает здесь «ответ», а «ас-са‘д» — «содействие», как будто он сказал: «отвечаю тебе ответом и содействую тебе содействием», но оба этих слова употреблены в двойственном числе в смысле подтверждения и умножения, то есть: ответ за ответом и содействие за содействием. Полное рассуждение об этих двух словах было приведено ранее, незадолго до этого.
Его слово («сказал он ﷺ: «О Му‘аз», сказал он: «Ляббайка, о Посланник Аллаха, ва-са‘дайка», сказал он: «О Му‘аз», сказал он: «Ляббайка, о Посланник Аллаха, ва-са‘дайка»») — он повторил обращение и ответ трижды для подтверждения, ибо достоверно установлено, что он ﷺ, «когда говорил слово, повторял его трижды, чтобы оно было понято от него».
Его слово («сказал он ﷺ: «Нет такого раба») — слово «ма» здесь для отрицания, а слово «мин» — избыточное для подтверждения, как сказано в «Хуляса»:
«И добавляется в отрицании и подобном ему, притягивая [к родительному падежу] неопределённое [существительное], как в выражении «нет для просящего убежища беглеца»».
Его слово «раб» — по форме стоит в родительном падеже из-за «мин», а по смысловому положению — в именительном падеже, будучи подлежащим. У аль-Бухари формулировка — «нет никого», а предложение («который свидетельствует, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Его раб и Его посланник») является определением к слову «раб» («кроме того, что Аллах запретит ему [входить] в Огонь»). Сказал аль-Куртуби, да будет милостив к нему Аллах Всевышний: так этот хадис приведён в книге Муслима от всех его передатчиков, насколько мне известно, а аль-Бухари добавил в нём: «искренне от своего сердца», и это хорошее добавление, которое ясно указывает на истинность того, что содержалось в предшествующем заголовке главы, и на порочность учения мурджиитов, как мы уже упоминали ранее. А смысл искренности сердца — это его твёрдое убеждение таким образом, что ему на ум не приходит противоречие тому, во что он поверил твёрдо, и это либо на основании доказательства, и тогда это будет знанием, либо на основании иного, и тогда это будет твёрдым убеждением.
И допустимо, что Аллах Всевышний запретит [входить] в Огонь тому, кто умер, произнеся оба свидетельства, безусловно, а тому, кто входит в Огонь из числа обладателей обоих свидетельств за свои великие грехи, будет запрещено [гореть] в Огне полностью или частично, как сказано в другом хадисе: «и будут запрещены их лица для Огня», и сказано: «Аллах запретил Огню поедать след земного поклона». И допустимо, что смысл этого таков: Аллах запрещает его для огня неверных, который обжигает их кожу, а затем она заменяется, как сказал Всевышний: «Каждый раз, когда их кожа сгорает, Мы заменяем её другой кожей» (сура «Женщины», 56). И сказал он ﷺ: «Что касается обитателей Огня, которые являются его настоящими обитателями, то они не умирают в нём и не живут, но есть люди, которых Огонь поразил за их грехи, и Аллах умертвит их смертью, так что когда они станут углём, будет дозволено им заступничество…» — и хадис [продолжается], и он придёт у составителя [далее], — конец слов аль-Куртуби.
И сказал он в «аль-Фатхе»: его слово («искренне») содержит указание на исключение свидетельства лицемера, а его слово («от своего сердца») может относиться к слову «искренне», то есть: он свидетельствует своим языком и убеждён своим сердцем, а может относиться к слову «свидетельствует», то есть: он свидетельствует своим сердцем, и первое [толкование] предпочтительнее.
И сказал ат-Тайби: его слово («искренне») поставлено здесь на место «прямоты», ибо «искренность» выражается в речи как соответствие сказанного тому, о чём сообщается, а в деле — как стремление к угодным нравственным качествам, как сказал Всевышний: «И тот, кто принёс истину и подтвердил её» (сура «Толпы», 33), то есть: подтвердил делом, к которому он стремился, то, что он изложил словом, — конец цитаты.
И он хотел этим разъяснением снять затруднение с явного смысла хадиса, ибо он подразумевает, что множество [людей] не войдёт...