Это не противоречит желательности [сокращения промежутка], как в хадисе: «Между каждыми двумя азанами есть молитва для того, кто желает». И это — наиболее взвешенное из мнений и наиболее сильное из них, по-моему.
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: это исследование, которое установил аш-Шаукани, да помилует его Аллах, и которое он избрал, является избранным и по-моему мнению — ввиду очевидности его довода. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, сказано:
[1241] (...) — (Передал нам Абу ар-Раби' аз-Зухрани, передал нам Аббад ибн аль-Аввам, передал нам Са'ид ибн Язид, Абу Масляма, он сказал: я спросил Анаса, подобное этому).
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — (Абу ар-Раби' аз-Зухрани) Сулейман ибн Дауд аль-Атаки аль-Басри, поселившийся в Багдаде, надёжный [10] (умер в 234 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), упомянут ранее в «Книге веры», 23/190.
2 — (Аббад ибн аль-Аввам) ибн Умар аль-Кыляби, их вольноотпущенник, Абу Сахль аль-Васити, надёжный [8] (умер в 185 г. или позже) (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Книге веры», 83/439.
Остальные двое упомянуты ранее.
[Замечание]: этот риваят Аббада ибн аль-Аввама я не нашёл ни у кого, кто бы его приводил, — пусть это будет исследовано. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех лишь от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(15) — (Глава о нежелательности молитвы в одежде, имеющей узоры)
По непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, сказано:
[1242] (556) — (Передал мне Амр ан-Накид и Зухайр ибн Харб, он сказал: (ح) и передал мне — а в другой версии: «и передал нам» — Абу Бакр ибн Абу Шейба, причём формулировка принадлежит Зухайру, они сказали: передал нам Суфьян ибн Уяйна, от аз-Зухри, от Урвы, от Аиши, что Пророк ﷺ молился в хамисе, имевшем узоры, и сказал — а в другой версии: «затем сказал»: «Узоры этой [одежды] отвлекли меня, унесите её к Абу Джахму и принесите мне его анбиджани» — а в другой версии: «его анбиджанийю»).
Передатчики этого иснада — семеро, и все они упомянуты ранее, до этой главы, равно как и тонкости иснада.
Разъяснение хадиса:
(от Аиши, да будет доволен ею Аллах) (что Пророк ﷺ молился в хамисе) — с фатхой над «ха», кясрой над «мим», после которых стоит «сад» без точки: чёрный плащ с украшенными краями, изготавливаемый из шёлка-хазз или из шерсти; если он не имеет узоров, то не называется хамисой, — сказал аль-Фаюми, да помилует его Аллах.
Аль-Айни, да помилует его Аллах, сказал: это чёрный квадратный плащ, имеющий два узора или несколько узоров, изготавливаемый из шёлка-хазз или из шерсти, и не называется хамисой, кроме как если она чёрная и украшенная узорами; названа так за свою мягкость, тонкость и малый объём при складывании, и производится от слова «хамас», означающего впалость живота.
Ибн Хабиб в «Толковании на «аль-Муватта»» сказал: хамиса — это плащ из шерсти или из мирза (тонкой козьей шерсти), украшенный работой.
«Аълям» — с фатхой — множественное число от «алям» (с двумя фатхами), подобно «сабаб» и «асбаб»; говорят: «а'ляма ас-сауб» — «сделал для одежды узор из вышивки или иного». (Имевшем узоры) — предложение в положении родительного падежа как определение к «хамиса», и это усилительное определение, поскольку хамиса, как было сказано, называется так лишь если имеет узоры.
(и сказал) — а в другой версии: «затем сказал» (отвлекли меня) — говорят: «шагалаху аль-амр шагльан» по модели «нафаа» (принёс пользу), так что дело называется «отвлекающим» («шагиль»), а человек — «отвлечённым» («машгуль»), а имя действия — «аш-шугль» с даммой над «шин», и допускается дамма над «гайн» с последующим её опущением для облегчения; и было уже упомянуто, что не говорят «ашгалаху» с алифом впереди, ибо это из ошибок простонародья, хотя автор «аль-Камус» упомянул, что это диалектная форма, но комментатор возразил ему — обратись к этому и извлечёшь пользу, а Аллах Всевышний — Податель успеха.
(узоры этой [одежды]) — то есть почти отвлекли меня и почти развлекли от совершенного присутствия сердца в молитве, — а не имеется в виду, что они действительно отвлекли его на деле; ибо в риваяте аль-Бухари сказано: «я смотрел на её узор, находясь в молитве, и боялся, что он совратит меня с пути», а в риваяте Малика в «аль-Муватта»: «ибо я посмотрел на её узор во время молитвы, и он чуть было не совратил меня».
Так что общее выражение в риваяте настоящей главы дано для усиления близости [к отвлечению], а не для утверждения действительного наступления отвлечения; а если предположить, что оно действительно произошло с ним, ﷺ, то в этом нет никакого недостатка для него, поскольку он — человек, на которого воздействует то, что воздействует на людей, из вещей, которые не приводят к умалению его благородного положения, ﷺ, — как разъяснено в «аль-Манхаль».
Хафиз Вали ад-Дин аль-Ираки, да помилует его Аллах, сказал: в этом риваяте — то есть в риваяте двух шейхов (аль-Бухари и Муслима) — утверждено, что хамиса действительно развлекла его, его словами: «ведь она развлекла меня только что от моей молитвы», а в риваяте Малика сказано: «я посмотрел на её узор во время молитвы, и он чуть было не совратил меня». Ибн Абд аль-Барр, да помилует его Аллах, сказал: в этом довод на то, что совращение не произошло на деле; он сказал: а «совращение» здесь — это отвлечение от смирения в молитве. Конец цитаты.
Можно предположить, что «совращение» стоит выше «развлечения», и поэтому он утвердил одно и не утвердил другое; а можно предположить, что оба они — одно и то же, и что его слово «развлекла меня» означает «почти развлекла и приблизилась к этому», подобно тому как муэдзин говорит в призыве к началу молитвы: «Молитва уже установлена», то есть близка к установлению. А Аллах Всевышний лучше знает.
Ас-Синди в «Толковании на ан-Насаи» сказал: его слово «отвлекли меня узоры этой [одежды]» основано на том, что сердце достигло такой степени чистоты от посторонних вещей, что в нём проявляется малейшая мелочь; это станет ясным тебе, если посмотришь на одежду, достигшую предела белизны, и на то, что ниже этого: в первой проявляется след загрязнения, который не проявляется во второй. А Аллах Всевышний лучше знает. Конец цитаты.
(унесите её) — то есть эту хамису (к Абу Джахму) — с фатхой над «джим» и сукуном над «ха» — ибн Хузайфе ибн Ганаму ибн Амиру ибн Абдуллаху ибн Убайду ибн Увайджу ибн Адий ибн Ка'бу аль-Курайши аль-Адави. Аль-Бухари и группа [учёных] сказали: его имя — Амир, а по другой версии — его имя Убайд (с даммой), как сказал аз-Зубайр ибн Бакяр и Ибн Са'д, и оба они сказали, что он из числа принявших ислам [в год] завоевания [Мекки]. Аль-Багави передал от Мус'аба, что он был из числа долгожителей курайшитов и из числа их старейшин.
Ибн Манда передал, что Абу Асим различал между Абу Джахмом ибн Хузайфой и Убайдом ибн Хузайфой. Аз-Зубайр сказал: он был из старейшин курайшитов, и он один из четверых, у кого курайшиты заимствовали [сведения о] родословии; он сказал: и говорил мой дядя: он был из числа долгожителей, присутствовал при строительстве Каабы два раза — когда её строили курайшиты, и когда её строил Ибн аз-Зубайр, и он один из четверых, кто занимался погребением Усмана.
Аль-Багави привёл через путь Хафса ибн Гияса, от Хишама ибн Урвы, от его отца, что он сказал: когда Усман был убит, хотели совершить над ним молитву [погребальную], но им воспрепятствовали, и Абу Джахм сказал: оставьте его; ведь Аллах и Его Посланник уже молились за него (благословили его).
Ибн Абу Асим привёл в «Книге мудрецов» через путь Абдуллаха ибн аль-Валида, от Абу Бакра ибн Убайдуллаха ибн Абу аль-Джахма, который сказал: я слышал, как Абу аль-Джахм говорил: я оставил вино ещё в языческие времена, и оставил его лишь из страха за свой разум и за то порочное, что в нём есть.
Он умер в конце правления Муавии, как сказал Ибн Са'д; и говорят, что он приезжал к Муавии, а затем к его сыну Язиду, и это указывает на то, что его смерть была позднее — а Аллах Всевышний лучше знает. Конец, вкратце, из «аль-Исаба».
Сказано в «аль-Фатх»: он, ﷺ, выделил его отправкой хамисы к нему именно потому, что тот подарил её ему, ﷺ, как передал Малик в «аль-Муватта» другим путём от Аиши, да будет доволен ею Аллах, которая сказала: Абу Джахм ибн Хузайфа подарил Посланнику Аллаха ﷺ хамису с узором, и он присутствовал в ней на молитве; когда же он закончил, он сказал: «верните эту хамису Абу Джахму».
У аз-Зубайра ибн Бакяра встречается то, что противоречит этому: он привёл через путь с обрывом иснада (мурсаль), что «Пророку ﷺ принесли две чёрные хамисы, он надел одну из них, а другую отослал Абу Джахму», а у Абу Дауда другим путём: «и взял курдийскую [одежду] у Абу Джахма, и было сказано: о Посланник Аллаха, хамиса была лучше, чем курди».
И сказал Ибн Батталь (да помилует его Аллах): он попросил у него другую одежду только для того, чтобы дать ему понять, что не вернул ему его подарок из-за пренебрежения им. Он сказал: и в этом указание на то, что если дарителю возвращён его подарок не по его собственной инициативе, то он может принять его обратно без неприязни. Сказал хафиз (да помилует его Аллах): это основано на том, что случай был один, а риваят аз-Зубайра и следующий за ним ясно указывают на множественность случаев. Конец цитаты.
(«И принесите мне его анбиджаний») Сказано в «Нихае»: сохранённая форма — с кясрой на «ба», но передаётся и с фатхой на ней. Говорят: «плащ анбиджани» — производное от Манбиджа, известного города, а в его названии «ба» с кясрой, но в форме относительного прилагательного она получила фатху, и «хамза» была заменена. Говорят также, что это производное от места, называемого «Анбиджан», и это более похоже на истину, тогда как первое мнение содержит натяжку.
Это плащ, изготовляемый из шерсти, имеющий ворс, без узора, и относится к наиболее простым из плотных одеяний. Сказано: он отправил хамису Абу Джахму именно потому, что тот подарил её ему, а анбиджани попросил взамен, чтобы возвращение подарка не огорчило его сердце. По одному мнению, «хамза» здесь добавочная.
Кадий Ияд сказал: передаётся с фатхой на «хамзе» и с кясрой на ней, с фатхой на «ба» и с кясрой на ней, а также с ташдидом на «йа» и без него.
Сказано в «Умде»: учёные разошлись в огласовке этого слова и в его значении. По одному мнению — с фатхой на «хамзе», сукуном на «нун», кясрой на «ба» и облегчённым «джим», а после «нун» — «йа» относительного прилагательного. Сказал Са'лаб: говорят: «баран анбиджани» (с кясрой на «ба» и с фатхой) — если он густошерстный и кудрявый, и «плащ анбиджани» — так же.
Сказал аль-Джаухари: если относить к Манбиджу, то «ба» огласуется фатхой, и говорят «плащ манбаджани», выводя его по образцу «махбарани» и «манзарани».
Сказал Абу Хатим в разделе об ошибках простонародья: не говорят «плащ анбиджани» — это одна из ошибок, которые допускает простой народ, а правильно говорить «манбаджани» (с фатхой на «мим» и «ба»). Он сказал: я спросил аль-Асма'и: почему «ба» огласуется фатхой, ведь относительное прилагательное образуется от «Манбидж» (с кясрой)? Он ответил: оно выведено по образцу «манзарани» и «махбарани», сказал: относительное прилагательное — это то, что меняет исходную форму слова.
Сказал аль-Каззаз в «Джами'»: «Нибадж» — местность, к которой относят «манбаджанийские» ткани. А в «Джамхаре»: Манбидж — иноязычная местность, но арабы её употребляли в речи и относили к ней «манбаджанийские» ткани. А в «Мухкам»: Манбидж — местность.
Сказал Сибавайх: «мим» в этом слове — добавочная буква, по положению подобная «алифу», ибо она чаще всего добавляется в начале слова, и место её добавления подобно месту «алифа», и её частотность подобна его частотности, когда он стоит в начале имени или прилагательного. Так же и «Нибадж» — их два: «Нибадж Сайтал» и «Нибадж ибн Амир», а «плащ манбаджани» — относительное прилагательное от него, образованное не по правилу.
В «Мугис»: сохранённая форма — с кясрой на «ба» в слове «анбиджани». А Ибн аль-Хиссар в «Такриб аль-Мадарик» сказал: кто полагает, что это производное от «Манбидж», тот заблуждается.
«Манбидж» (с фатхой на «мим», сукуном на «нун», кясрой на «ба» и «джим» в конце) — город из округов Киннасрин, построенный одним из царей-хосроев, завоевавших Шам, назвавшим его «Манбех» и построившим там храм огня, поставив над ним человека, а затем слово было арабизировано и стало «Манбидж». Относительное прилагательное от него — «манбаджи» по исходной форме и «манбаджани» — не по правилу, причём «ба» огласуется фатхой в относительном прилагательном, как говорят в производном от «Садиф» (с кясрой на «даль») — «Садафи» (с фатхой на ней). Отсюда сказал Ибн Каркуль: производное от «Манбидж» (с фатхой на «мим» и кясрой на «ба»), а говорят также, что производное от местности, называемой «Анбиджан». Отсюда сказал Са'лаб: говорят «плащ анбиджани», и это наиболее близкое к истине толкование слова в хадисе.
Что касается его толкования, то Абд аль-Малик ибн Хабиб в «Шарх аль-Муватта» сказал: это плотный плащ, подобный шамле, основа которого — плотный хлопок или плотный лён, а уток — шерсть, не сильно скрученная в прядении, мягкая и плотная; в него укутываются в постели, а также заворачиваются в него в сильный холод.
Говорят также, что это одно из наиболее простых плотных одеяний, изготовляемых из шерсти, и говорят: это плотный плащ без узора; если у плаща есть узор, то это хамиса, а если узора нет — то это анбиджания. Конец того, что в «Умде» (примечание: «Умдат аль-кари», 4/137–138), а Аллах Всевышний более знает об истине, к Нему возврат и прибежище, и на Него упование, и на Него надежда.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис от Аиши (да будет доволен ею Аллах) передан согласно (аль-Бухари и Муслиму).
(Вопрос второй): о его извлечении:
Его привёл (составитель) здесь [15/1242, 1243 и 1244] (556), (аль-Бухари) в «Молитве» (373, 752, 5817), (Абу Дауд) в «Молитве» (914) и «Одежде» (4052, 4053), (ан-Насаи) (771), и в «Кубра» (847), (Ибн Маджа) (3550), (Малик) в «Муватта» (1/97–98), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (1389), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (172), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (6/37, 46, 199, 208, 300), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (928, 929), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2337), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (1470, 1471, 1472, 1473, 1474, 1475), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1217, 1218, 1219), (аль-Байхаки) в «Кубра» (2/423), (аль-Багави) в «Шарх ас-Сунна» (523, 738), а Аллах Всевышний более знает.
(Вопрос третий): о его пользах:
1 — (Из них): разъяснение нежелательности носить то, что занимает сердце и мешает полному присутствию в молитве, размышлению над её поминаниями, чтением и её целями — подчинением и смирением.
2 — (Из них): в этом также побуждение к присутствию сердца в молитве, размышлению над упомянутым, воспрещение взгляду устремляться к тому, что отвлекает, и устранение того, что может отвлечь сердце.
3 — (Из них): из этого извлекается нежелательность украшения михраба мечети, его стены, резьбы и прочих отвлекающих вещей, ибо Пророк ﷺ обосновал устранение хамисы именно этим смыслом.
4 — (Из них): молитва действительна, даже если в ней возникла мысль об отвлекающем и подобном, что не связано с молитвой. Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): это по единодушному мнению правоведов, а от некоторых из числа ранних поколений и подвижников передаётся то, что недостоверно исходит от тех, чьё мнение засчитывается в единогласии.
Сказали наши товарищи (то есть шафииты): желательно смотреть на место своего земного поклона и не выходить за его пределы взглядом. Некоторые из них сказали: нежелательно закрывать глаза во время молитвы, а по-моему — говорит он — это не является нежелательным, кроме как если боится вреда. Конец цитаты.
Сказал составитель, да простит его Аллах: как может ан-Навави говорить «а по-моему это не нежелательно»? Откуда у него это? Установлено ли в сунне, что он ﷺ молился с закрытыми глазами? Напротив, дело обратное: он ﷺ смотрел во время молитвы, и он ﷺ сказал: «Молитесь так, как видели меня молящимся», так вникни же в это, а Аллах Всевышний более знает.
5 — (Из них): действительность молитвы в одежде с узорами, и что предпочтительнее иная одежда; это потому, что Пророк ﷺ молился в ней и не повторил ту молитву, но приказал удалить её от себя, боясь искушения ею; это указывает на её действительность и на то, что оставление её предпочтительнее, — так обрати внимание.
Что же касается отправки им ﷺ хамисы Абу Джахму и просьбы его анбиджания, то это относится к проявлению доверительной близости к нему, зная, что тот это одобрит и обрадуется этому, а Аллах Всевышний более знает, — так сказал ан-Навави (да помилует его Аллах) (примечание).
6 — (Из них): этим некоторые из маликитов обосновывали нежелательность посадки деревьев в мечетях из-за того, что это может отвлекать молящегося.
7 — (Из них): допустимость носить одежду, имеющую узор, а также плащ и подобное этому.
8 — (Из них): что незначительное отвлечение мысли в молитве не портит её действительность.
9 — (Из них): то, что сказал автор «Муфхима»: в этом закрытие путей [к искушению] и отстранение от того, что отвлекает человека от дел его религии.
10 — (Из них): то, что сказал Ибн Батталь (да помилует его Аллах): в этом указание на то, что Пророк ﷺ утешил Абу Джахма, когда возвращал ему подарок, попросив у него взамен другую одежду, чтобы дать ему понять, что не вернул ему его подарок из пренебрежения им и не из нежелания носить её. А автор «Муфхима» сказал: в этом также принятие подарков от товарищей, а просьба Пророка ﷺ об анбиджании Абу Джахма — это утешение его сердца и проявление дружеской близости с ним, и это допустимо в отношении того, чья добрая душа и чистота дружбы известны.
11 - (Из этого): если дарующему или сделавшему подношение возвращают его дар не потому, что он сам потребовал его обратно, то ему разрешается принять его, ведь в этом принятии нет для него позора. Так сказали Ибн Батталь и Ибн Абд аль-Барр.
12 - (Из этого): человеку разрешается покупать то, что он подарил, в отличие от садаки. Так сказал Абу аль-Валид аль-Баджи (да помилует его Аллах).
13 - (Из этого) — то, что сказал хафиз Вали ад-Дин аль-Ираки (да помилует его Аллах): у пророков (мир им) и праведников было в обычае удалять из своего владения совершенно то, что отвлекало их от некоторых видов поклонения, а также то из их имущества, что им особенно понравилось, — как сказал Аллах Всевышний о Сулеймане (мир ему): «Он сказал: «Я предпочёл мирское благо памятованию о моём Господе, пока оно (солнце) не скрылось (за горизонтом). Верните их мне!» И он стал поглаживать их голени и шеи» [Сад: 32–33].
И Пророк ﷺ удалил из своего владения хамису, а также бросил кольцо, когда оно занимало его, как это передал ан-Насаи со слов Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ взял кольцо и надел его, и сказал: «Оно отвлекало меня от вас с этого дня — взгляд на него и взгляд на вас», затем отбросил его.
А снятие им золотого кольца при его запрещении — это согласованно передано в хадисе Ибн Умара (да будет доволен им Аллах).
В обоих «Сахихах» передано со слов Анаса (да будет доволен им Аллах), что оно было из серебра. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: это ошибка. Вали ад-Дин (да помилует его Аллах) сказал: возможно, это было связано с тем, что оно отвлекало его от них, даже если оно было серебряным, — то есть не по причине его запретности, а по причине того, что оно занимало его от них, и в таком случае нет нужды обвинять это сообщение в ошибке, а Аллах Всевышний знает лучше.
Сказал: и мы передали в «аз-Зухд» Ибн аль-Мубарака со слов Малика, от Абу ан-Надра, который сказал: порвался ремешок сандалии Посланника Аллаха ﷺ, и он приладил к нему что-то новое, и стал смотреть на него, находясь в молитве. Когда он завершил молитву, сказал: «Снимите это и поставьте на его место прежнее». Спросили: «Как же так, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Я смотрел на него, пока молился».
И передал Мухаммад ибн Хафиф аш-Ширази со своим иснадом от Аиши (да будет ею доволен Аллах), что он ﷺ надел сандалии, и его обрадовала их красота, затем он вышел в них, но отдал их первому встреченному бедняку, а затем сказал: «Купи мне пару простых прошитых сандалий».
Сказал составитель, да простит ему Аллах: этот хадис и предыдущий требуют рассмотрения их иснада, а Аллах Всевышний знает лучше.
И передал Малик в «Муватта» со слов Абдуллы ибн Абу Бакра, что Абу Тальха аль-Ансари молился в своём саду, и вдруг взлетела горлица, и стала метаться, ища выход, и это понравилось ему, и он стал следить за ней взглядом некоторое время, затем вернулся к своей молитве, но обнаружил, что не знает, сколько (ракатов) он совершил. Он сказал: «Меня постигло искушение через это моё имущество». Затем он пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и рассказал ему о том искушении, что постигло его в его саду, и сказал: «О Посланник Аллаха, это — садака от меня для тебя, помести её, где хочешь». Конец слов Вали ад-Дина (да помилует его Аллах) — и это очень полезное исследование, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о вопросах и ответах:
[Если скажут]: как Пророк ﷺ послал хамису Абу Джахму, тогда как он сам сообщил о себе, что она отвлекла его в молитве, при всей его силе ﷺ, — так почему же она не отвлечёт от молитвы Абу Джахма?
[Ответ]: он не послал её ему, чтобы тот надевал её в молитве, а чтобы он пользовался ею вне молитвы, как он сказал о хулле Утарида: «Я не послал её тебе, чтобы ты её носил...» — хадис. Так сказал Вали ад-Дин аль-Ираки (да помилует его Аллах).
И сказал в «Фатх»: возможно, что это из того же рода, что его слово: «Ешь, ибо я веду тайную беседу с Тем, с Кем ты не беседуешь тайно». Конец.
[Если скажут]: как может бояться искушения тот, кто не обращает внимания на сотворённое — «Взор его не отклонился в сторону и не переступил границы» [ан-Наджм: 17]?
[Ответ]: в ту ночь он был вне своего обычного естества, и это было подобно его взгляду позади себя (во время молитвы). А когда он был возвращён к своему человеческому естеству, на него влияло то, что влияет на людей.
[Если скажут]: наблюдение (сосредоточенность) отвлекло целую группу его последователей, так что рядом с Муслимом ибн Ясаром упала крыша, и он не узнал об этом.
[Ответ]: те люди были изъяты из своего обычного естества и исчезали из своего бытия, а Пророк ﷺ шёл путём избранных и путём остальных: когда он шёл путём избранных, он говорил: «Я не таков, как кто-либо из вас», а когда он шёл путём остальных, он говорил: «Я — лишь человек». Так снятие хамисы относится ко второму случаю, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — достаточен нам, и прекрасен Покровитель.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1243] (…) — (Рассказал нам Харамала ибн Яхья, сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Юнус от Ибн Шихаба, сказал: сообщил мне Урва ибн аз-Зубайр от Аиши, сказала: Посланник Аллаха ﷺ встал молиться в хамисе с узорами, и посмотрел на её узор. Когда он завершил свою молитву, сказал: «Отнесите эту хамису к Абу Джахму ибн Хузайфе и принесите мне его анбиджани, ибо она отвлекла меня только что в моей молитве»).
Передатчики этого иснада: шесть, и все они уже упомянуты в предыдущей главе и в той, что перед ней.
Его слово (в хамисе) — уже было сказано, что это квадратное покрывало из шерсти.
Его слово (وَأْتُونِي بِأَنْبِجَانِيِّهِ — «и принесите мне его анбиджани») — сказал судья Ияд (да помилует его Аллах): мы передаём это слово (أنبجاني) с фатхой над «хамзой» и с касрой, а также с фатхой над «ба» и с касрой — вне версии Муслима; оба варианта упомянул Салаб. Сказал: и мы передаём это слово с удвоением «я» в конце и с облегчением (без удвоения) — вне версии Муслима, поскольку в одной из версий Муслима стоит «би анбиджаниййихи» с удвоением, с касрой, как принадлежность к Абу Джахму (родительный падеж), и в мужском роде, как пришло в другой версии: «покрывало его, анбиджанийское».
Сказал Салаб: это (слово) обозначает всё, что плотно и толсто; а другой сказал: это толстое покрывало без узора; если у покрывала есть узор — это хамиса, а если узора нет — это анбиджания.
Сказал ад-Давуди: это толстое покрывало, промежуточное между обычным покрывалом и плащом (аба).
Сказал судья Абу Абдулла: это покрывало, основа которого — хлопок или лён, а уток — шерсть.
Сказал Ибн Кутайба: правильно говорить «манбиджани» (منبجاني), а не «анбиджани», по принадлежности к (городу) Манбиджу, причём «ба» в форме принадлежности была огласована фатхой в порядке исключения из правила; это мнение аль-Асмаи. Сказал аль-Баджи: то, что сказал Салаб, более очевидно, а форма принадлежности к Манбиджу — «манбиджи». Конец.
Его слово (فَإِنَّهَا أَلْهَتْنِي — «ибо она отвлекла меня») — то есть занимала меня; это от корня «аль-ильха» (الإلهاء). Трёхбуквенная его форма: «лахийа ар-раджулю» (لَهِيَ) об этом деле — с касрой, «яльха» (يَلْهَى), по образцу «та‘иба» — если он забылся, стал беспечен; а «лаха, ялху» (لَهَا يَلْهُو) — если он играл, по образцу «насара, янсуру».
Его слово (آنِفًا — «недавно») — то есть незадолго до этого; оно взято от «и'тинаф аш-шай'» (ائتناف الشيء) — то есть его начала, так же как и «истинаф» (استئناف); отсюда «анф» (أنف) всякой вещи — её начало. Говорят: «сказал я недавно и раньше». Его форма стоит в винительном падеже как обстоятельство времени. Сказал аль-Азхари: «истанафту аш-шай'а» — если ты начал его, а «фа‘альту аш-шай'а анифан» — то есть сделал это в первый момент, близкий по времени ко мне.
Его слово (в моей молитве), а в другой версии: «от моей молитвы». Сказал в «Фатх»: его слово «от моей молитвы» — то есть от полноты присутствия сердца в ней, так было сказано. А следующий, приведённый отдельно путь передачи — то есть его слово: «я смотрел на её узор, находясь в молитве, и боялся, что она соблазнит меня» — указывает на то, что с ним ничего из этого не произошло, а он лишь опасался, что это произойдёт, судя по его слову «и боюсь»; и так же в версии Малика: «и почти (что произошло)». Поэтому первую версию следует истолковать соответственно.
Ибн Дакык аль-Ыйд (да помилует его Аллах) сказал: в этом — поспешность Посланника ﷺ в устройстве дел молитвы и устранение того, что могло бы нанести ей ущерб. Что же касается того, что он отослал полосатую накидку Абу Джахму, то из этого не следует, что тот стал использовать её в молитве. Подобно этому его слово о плаще Атарида, когда он отослал его Умару: «Я послал его тебе не для того, чтобы ты его носил».
Возможно, что это относится к тому же роду, что и его слово: «Ешь, ибо я веду тайную беседу с тем, с кем ты не беседуешь тайно».
Из этого выводится нежелательность всего, что отвлекает от молитвы, — красок, узоров и подобного им.
В этом также указание на допустимость принятия подарка от товарищей, отправки им подарков и просьбы у них.
Аль-Баджи привёл этот хадис в качестве доказательства действительности молчаливого обмена (муатата) — поскольку в нём не упомянута словесная формула.
Ат-Тайби сказал: в этом — указание на то, что образы и внешние вещи имеют воздействие на чистые сердца и непорочные души, то есть тем более на тех, кто ниже их по степени. Конец цитаты. Полное разъяснение хадиса и его вопросы были приведены ранее, в предыдущем хадисе. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1244] (…) — (Рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, рассказал нам Вакиа, от Хишама, от его отца, от Аиши, что у Пророка ﷺ была полосатая накидка с меткой, и он занимался ею во время молитвы, поэтому он отдал её Абу Джахму и взял вместо неё его грубый плащ анбиджани).
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Вакиа ибн аль-Джарах, упомянут недавно.
2 — Хишам ибн Урва, упомянут перед этой главой.