И по непрерывному санаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1482] (651) — (И передал мне Амр ан-Накид: рассказал нам Суфьян ибн Уяйна от Абу аз-Зинада, от аль-Аграджа, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ не обнаружил некоторых людей на одной из молитв и сказал: «Я непременно думал приказать одному человеку возглавить молитву с людьми, а затем незаметно направиться к людям, которые уклоняются от неё, и приказать в отношении них, чтобы им сожгли их дома связками дров. И если бы кто-нибудь из них знал, что найдёт жирную кость, он присутствовал бы на ней», — то есть на молитве Иша.
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Амр ан-Накид) — это Амр ибн Мухаммад, о нём уже говорилось перед предыдущей главой.
2 — (Суфьян ибн Уяйна) — о нём тоже уже говорилось перед предыдущей главой.
3 — (Абу аз-Зинад) — Абдуллах ибн Заквван, о нём уже говорилось три главы назад.
4 — (аль-Аграджа) — Абдуррахман ибн Хурмуз, о нём тоже уже говорилось три главы назад.
5 — (Абу Хурайра) (да будет доволен им Аллах) — упомянут в главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к пятизвенным (хумасийят) иснадам автора (да помилует его Аллах).
2 — (Из них): что его передатчики — передатчики «группы» (аль-джама'а), кроме его шейха, от которого передавали ат-Тирмизи и Ибн Маджа.
3 — (Из них): что он — «нанизанный» (мусальсаль) мединцами, начиная от Абу аз-Зинада, а Суфьян — мекканец, Амр — багдадец.
4 — (Из них): что в нём — риваят одного последователя (таби') от другого последователя.
5 — (Из них): что этот иснад — один из тех, о которых говорили, что он самый достоверный из иснадов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), как передал это Абу Абдуллах аль-Хаким от аль-Бухари.
6 — (Из них):
7 — (Из них): что он — «нанизанный» иснад правоведов (мусальсаль аль-фукаха).
8 — (Из них): что в нём есть два передатчика, каждый из которых известен по прозвищу (лакаб), причём одно из них имеет форму куньи, — это аль-Аграджа и Абу аз-Зинад; Абу аз-Зинад — это лакаб, данный ему за его сообразительность, а не кунья, а кунья его — Абу Абдуррахман.
9 — (Из них): что Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) — самый памятливый из тех, кто передавал хадис в своё время; он передал (5374) хадисов. И Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
(«от аль-Аграджа») — Абдуррахман ибн Хурмуз. В риваяте ас-Сирраджа через путь Шуайба от Абу аз-Зинада: «слышал аль-Аграджа» (от Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах) (что Посланник Аллаха ﷺ не обнаружил (فَقَدَ)) — сказал аль-Фаюми: «факадту-ху факдан» (по образцу «дараба») и «фикдан» — «я лишился его», отсюда «мафкуд» и «факид», а «афтакадту-ху» — то же самое; «тафаккадту-ху» — «искал его во время его отсутствия». Конец цитаты. («людей») — уже говорилось, что «нас» — имя, установленное для множественности, подобно «каум» и «рахт», а его единственное число — «инсан», от другого корня; производится от «наса — янусу», когда что-то повисает и колеблется; применяется и к джиннам, и к людям. Сказал Аллах Всевышний: «...который наущает в грудях людей (5)», а затем разъяснил «людей» как джиннов и людей, сказав: «...из джиннов и людей (6)». Конец цитаты.
(«на одной из молитв») — этот риваят автора (да помилует его Аллах) разъясняет причину этого хадиса, ибо его слово: «не обнаружил людей...» и т.д. содержит разъяснение причины его слов ﷺ: «Я непременно думал...» и т.д.
Сказал аль-Ираки (да помилует его Аллах): у Абу Дауда, ан-Насаи и Ибн Маджи, в хадисе Убайя ибн Ка'ба (да будет доволен им Аллах), есть то, что требует, что неопределённая молитва у Муслима — это утренняя молитва (субх). Он сказал: «Однажды Посланник Аллаха ﷺ совершил с нами утреннюю молитву и сказал: «Присутствует ли такой-то?» Сказали: «Нет». Сказал: «Присутствует ли такой-то?» Сказали: «Нет». Сказал: «Присутствует ли такой-то?» Сказали: «Нет». Сказал: «Поистине, эти две молитвы — самые тяжёлые молитвы для лицемеров»». Конец цитаты.
(«и сказал» ﷺ) («Я непременно думал») — а в риваяте аль-Бухари: «Клянусь Тем, в чьей руке моя душа, я непременно думал», — это клятва, которой Пророк ﷺ часто клялся. В этом — утверждение руки для Аллаха Всевышнего так, как подобает Его величию, и допустимость клятвы в деле, в котором нет сомнения, для указания на его важность. В этом также — возражение тем, кто считает нежелательной клятву Аллахом вообще.
Итак, его слово «я непременно думал» — ответ на клятву, усиленный частицей «ля» и словом «кад». А смысл «хаммамту» — «намеревался», от «аль-хамм», то есть решимость; а по другому мнению — нечто ниже решимости.
(«приказать одному человеку возглавить молитву с людьми») — то есть предстоять людям в молитве. В этом — доказательство допустимости назначения имамом заместителя и его удаления по причине.
(«а затем незаметно направиться к людям») — то есть прийти к ним сзади. Сказал аль-Джаухари: «خالف إلى فلان» — то есть «пришёл к нему», когда он отсутствовал у него; или смысл: «я незаметно направляюсь к занятым молитвой, намереваясь к домам тех, кто не вышел на неё к молитве, чтобы сжечь их на них»; по другому мнению, смысл — «иду к ним»; по третьему мнению, смысл: «я отступаю от того действия, которое показал, — от совершения молитвы, — и оставляю его, и иду к ним», или «я нарушаю их предположение о том, что я занят молитвой, отвлекаясь от своего намерения пойти к ним». Ограничение словом «люди» (мужчины) исключает женщин и детей, и это прямо указано в риваяте Ахмада словами: «Если бы не то, что в домах — женщины и дети...» — хадис.
Сказано в «аль-Умда»: его слово «затем незаметно направиться» — от глагольной формы взаимодействия (муфа'аля). Сказал аль-Джаухари: их выражение «هو يخالف إلى فلان» — то есть «приходит к нему, когда он отсутствует у него»; а сказал аз-Замахшари: говорят «خالفني إلى كذا», когда кто-то направляется к тебе, а ты отвернулся от него; Сказал Всевышний: «...и я не хочу отступать перед вами к тому, что запрещаю вам» [Худ: 88], — аят.
А смысл здесь: «я незаметно направляюсь к занятым молитвой, намереваясь к домам тех, кто не вышел на неё к молитве, чтобы сжечь их на них»; и говорят, что смысл «незаметно направиться к людям» — «иду к ним». Конец цитаты.
(«которые уклоняются от неё») — то есть отстают от присутствия на молитве. А в риваяте Абу Салиха, который приведён далее: «к людям, которые не присутствуют на молитве»; а в риваяте Абу Дауда: «затем я иду к людям,
которые молятся в своих домах, не имея на то причины», — из чего становится ясно, что угроза относится к оставлению совместной молитвы без причины, а не к оставлению молитвы вообще. Так, указание хадиса на обязательность совместной молитвы очевидно, как мы уже разъясняли ранее это исследование. Также он указывает на то, что причины позволяют отсутствовать на совместной молитве, хотя она и обязательна.
(«и приказать») — с продлением и с даммой на «мим»; (в отношении них) — то есть в отношении этих отставших; (чтобы им сожгли) — в форме страдательного залога, с усиленной «ра», и в этом — указание на множественность и усиление в сожжении; возможно, что это от формы «ихрак» (сжигание с усилением).
[Замечание]: «вав» в слове «يُحرّقوا» относится к пропущенному, как разъяснено в другом риваяте, а изначальная форма: «затем я направляюсь к людям с ними связки дров, чтобы они сожгли...» и т.д. И Аллах Всевышний знает лучше.
(«на них») — то есть на отставших от совместной молитвы, и это указывает на то, что наказание не ограничивается имуществом, а имеется в виду сожжение самих виновных, а дома — попутно с проживающими в них. А в риваяте Абу Салиха, который приведён далее: «и я сжигаю дома на тех, кто в них», — сказал он в «аль-Фатх».
(«связками дров») — связано с «сожгли»; «аль-хузам» — с даммой на «ха» и фатхой на «за» — множественное число от «хузма», с даммой и сукуном, подобно «гурфа — гураф», сказал он в «аль-Мисбах»; а в «аль-Лисан»: «хазама-ш-шай' хазман» — от формы «дараба» — «связал его», а «аль-хузма» — то, что связано. Конец цитаты.
А «дрова» — это всё, что высохло из посевов, деревьев, и колючки колючих растений, которыми разжигают огонь; присоединение «хузам» к «аль-хатаб» в значении «из»; а его слово («их дома») — стоит в винительном падеже как прямое дополнение к «сожгли».
(«И если бы кто-нибудь из них знал») — а в риваяте аль-Бухари: «Клянусь Тем, в чьей руке моя душа, если бы он знал...» и т.д., с повторением клятвы для усиления; (что он найдёт) — то есть в мечети (жирную кость) — а в риваяте аль-Бухари: «жирную кость на суставе», а она — с фатхой на «айн» и сукуном на «ра», после которых
(2) Некоторые истолковали слово «связка» (الحُزْمة) как то, что несёт человек или животное из собранных дров и прочего. Смотри, что написал Мухаммад Зухни на полях турецкого издания «Сахих Муслим», 2/123.
(3) «Лисан аль-‘араб», 12/131.
Каф. Аль-Халиль сказал: «العُرَاق» — это кость без мяса, а если на ней есть мясо, то она называется «عَرْقٌ». В «аль-Мухкам» от аль-Асма‘и передано, что «العَرْق» с сукуном над «ра» — это кусок мяса. Аль-Азхари сказал: «العَرْق» — единственное число от «عُرَاق», это кости, с которых срезают крупные куски мяса (1), а на них остаётся тонкое мясо; такую кость разбивают, варят и едят то тонкое мясо, что на костях, а сами кости выставляют на солнце. Говорят: «عَرَقْتُ اللحمَ», «اعترقته», «تعرقته» — когда снимают мясо с кости, обгрызая его. В «аль-Мухкам» сказано: множественное число от «عَرْق» в форме «عُراق» с даммой — редкое, то есть малоупотребительное; и мнение аль-Асма‘и здесь наиболее подходящее.
[Примечание]: в риваяте аль-Бухари добавлено: «или две хорошие кости мирмата» — это двойственное число от «مِرْماة» (с кясрой над «мим», передана также форма с фатхой). Аль-Халиль сказал: это то, что находится между двумя копытцами овцы. Это же передал Абу ‘Убайд, сказав: «Не знаю, в чём тут смысл». Аль-Мустамли передал в своей версии в «Китаб аль-Ихкам» от аль-Фарабри, что Йунус передал от Мухаммада ибн Сулеймана от аль-Бухари: слово «مرماة» с кясрой над «мим», подобно словам «مِسناة» и «مِيضاة» — означает мясо, находящееся между двумя копытцами овцы. ‘Ийад сказал: согласно этому, «мим» здесь — корневая буква.
Аль-Ахфаш сказал: «мирмата» — это игра, в которую играли с заточенными стрелами: их бросали в кучу земли, и тот, кто вонзал стрелу в кучу, побеждал; это и называется «مرماة», а также «مدحاة».
Хафиз сказал: маловероятно, что именно это имеется в виду в хадисе, из-за формы двойственного числа. Аль-‘Араби передал от аль-Асма‘и, что «мирмата» — это стрела для стрельбы по цели. Он сказал: это подтверждается тем, что мне передали... — и далее привёл через путь Абу Рафи‘ от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) подобный хадис в такой формулировке: «Если бы кто-то из них знал, что, придя со мной на молитву, получит кость жирной овцы или две стрелы, то непременно пришёл бы». Также говорят, что «мирмата» — это стрела, на которой учатся стрельбе; она тонкая, прямая, без заострения.
Зайн ибн аль-Мунайир сказал: на это указывает форма двойственного числа, ибо она подразумевает повторяемость стрельбы, в отличие от боевых заострённых стрел, стрельба которыми не повторяется.
Аз-Замахшари сказал: толкование «мирмата» как стрелы не является убедительным, и это отвергается упоминанием кости рядом с ней. Ибн аль-Асир объяснил это так: после упоминания жирной кости, которая относится к съедобному, пророк ﷺ упомянул две стрелы, потому что они относятся к тому, чем развлекаются. Конец цитаты.
А описал он кость как «жирную», а мирмата как «хорошую», чтобы в этом было душевное побуждение к их обретению.
Ат-Тайби сказал: слово «хорошие» (الحسنتين) является заменой (бадаль) слова «мирматайн», если под ними подразумевается кость без мяса на ней; а если под ними подразумеваются две маленькие стрелы, то «хорошие» означает «добротные» и является определением к «мирматайн». Конец цитаты.
В этом содержится указание на осуждение тех, кто отстаёт от молитвы, за то, что описываются как жаждущие незначительной вещи из еды или игры, при этом пренебрегающие тем, что даёт высокие степени и почётные обители (1).
Хафиз ибн Раджаб (да помилует его Аллах), после упоминания вышеприведённых разногласий, сказал следующее: как представляется — а Аллах знает лучше — Пророк ﷺ произнёс эти слова с целью возвеличить присутствие на вечерней молитве в собрании, подчеркнуть её достоинство, благородство и ценность. Ведь души по природе своей склонны любить прекрасные, благородные и ценные вещи и стремиться к ним. Поэтому он упрекнул того, кто, если бы надеялся получить кусок жирного мяса или две хорошие мирмата — а это одни из самых незначительных мирских вещей — непременно поспешил бы выйти к ним и присутствовал бы на вечерней молитве ради этого, тогда как он отстаёт от присутствия на вечерней молитве в собрании, несмотря на достоинство коллективной молитвы у Аллаха и величие того вознаграждения и обильной награды, которые Он приготовил для присутствующего на ней. Таким образом, то незначительное мирское, что достаётся ему немедленно из того, что он любит есть или чем развлекается, оказывается для него важнее обещанной награды Аллаха.
Он сказал: этому подобны слова Всевышнего Аллаха: «А когда они увидят торговлю или забаву, они устремляются к ней, оставляя тебя стоящим. Скажи: то, что у Аллаха, лучше забавы и торговли, и Аллах — лучший из дающих удел» (аль-Джум‘а, 11), ибо это упрёк тому, кто оставил пятничную молитву или занялся вместо неё торговлей или забавой. Конец цитаты (2).
(«...то пришёл бы на неё», то есть на вечернюю молитву) — так передал автор с добавлением слова «то есть», и это добавление либо от него самого, либо от кого-то, кто был ниже Абу аз-Зинада в цепочке передачи, потому что этого слова нет в его риваяте у
(2) «Фатх аль-Бари» Ибн Раджаба, 5/453.
аль-Бухари, где формулировка такая: «то пришёл бы на вечернюю молитву», то есть присутствовал бы на вечерней молитве. Смысл в том, что если бы он знал, что, придя на молитву, найдёт мирскую выгоду, пусть даже низкую и незначительную, он бы пришёл на неё, из-за ограниченности его стремления мирскими делами, но он не приходит ради того, что содержит в себе награды и блаженство иного мира. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Вопрос первый): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) признан достоверным обоими (аль-Бухари и Муслимом).
(Вопрос второй): о его выведении (тахридже):
Его передал (автор) здесь [43/1482, 1483, 1484 и 1485] (651), (аль-Бухари) в «Аль-Азан» (644 и 657), в «Аль-Хусумат» (2420) и в «Аль-Ахкам» (7224), (Абу Дауд) в «Ас-Салят» (548 и 549), (ат-Тирмизи) там же (217), (ан-Насаи) в «Аль-Имама» (848) и в «Аль-Кубра» (921), (Ибн Маджа) в «Ас-Салят» (791), (аш-Шафи‘и) в «Аль-Мусанад» (1/123–124), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (1984), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (956), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (2/244, 314, 367, 377 и 416), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1/292), (Ибн аль-Джаруд) в «Аль-Мунтака» (304), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1481), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2097 и 2098), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (1257, 1258 и 1259), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1452, 1453, 1454, 1455, 1456 и 1457), (аль-Байхаки) в «Аль-Кубра» (3/55), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (791). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о его полезных выводах:
1 — (в их числе): разъяснение строгости в отношении отставания от коллективной молитвы без уважительной причины.
2 — (в их числе): то, что сказал Ибн Раджаб (да помилует его Аллах): этот хадис явно указывает на обязательность присутствия на коллективной молитве в мечетях и на отклик призывающему к молитве, ибо Пророк ﷺ сообщил, что он вознамерился сжечь дома тех, кто отстаёт от коллективной молитвы, а такое суровое наказание не бывает иначе как за оставление обязательного.
Противники обязательности коллективной молитвы возразили на этот довод и ответили на него несколькими способами, разбор которых уже был приведён в пятом вопросе вопросов предыдущего хадиса Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), обратись к нему и извлечёшь пользу. И у Аллаха Всевышнего просим содействия.
3 — (в их числе): предпочтение угрозы и предостережения перед наказанием, и смысл этого в том, что если порочность устраняется более лёгким средством устрашения, то этим и ограничиваются, не доходя до более сурового наказания. На это указал Ибн Дакык аль-‘Ид (да помилует его Аллах).
4 — (в их числе): в его словах «Клянусь Тем, в чьей руке моя душа» — утверждение атрибута «рука» для Аллаха, велик Он и свят, в том виде, что подобает Его величию, подобно тому, как обстоит дело и с прочими атрибутами. Он, велик Он и свят, превыше всякого подобия творениям в чём бы то ни было, и обладает атрибутами совершенства, подобающими Ему, велик Он и свят.
5 — (в их числе): допустимость наказания имущественным способом; так этим доводом обосновывали многие сторонники этого мнения из числа маликитов и других.
В «Фатхе» сказано: в этом есть сомнение, поскольку возможно, что сожжение относится к тому, без чего невозможно исполнить обязательное; ведь очевидно, что побуждением к этому было то, что они скрывались в своих домах, и добраться до наказания их было возможно только через сожжение домов над ними.
6 - (Из их числа): дозволенность внезапно захватывать преступников; ибо он ﷺ вознамерился сделать это в то время, когда от него было известно занятие коллективной молитвой, и он хотел застигнуть их врасплох в то время, когда они были уверены, что никто к ним не придёт неожиданно. В контексте есть указание на то, что ранее он уже удерживал их словом от неявки, так что они заслужили угрозу действием. Имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) озаглавил это в «Книге о явке» и в «Книге о судебных решениях»: «Глава о выдворении из домов людей, совершающих грехи и подозрительные деяния, после установления факта». Он имеет в виду, что тот, от кого требуют по праву, а он скрывается или упорно, тянув время, отказывается выходить из своего дома, — выдворяется из него любым доступным способом, подобно тому как он ﷺ хотел выдворить неявившихся на молитву, бросив огонь на их дома.
7 - (Из их числа): что на этом основании Ибн аль-Араби и другие делали вывод о допустимости убийства оставляющего молитву из небрежения к ней. Однако это было опротестовано, и риваят Абу Дауда, в котором говорится, что они молились в своих домах, противоречит этому. Впрочем, можно привести доказательство из этого другим путём, а именно: если они заслужили сожжение за оставление одного из качеств молитвы, не входящего в неё саму — будь оно обязательным или желательным, — то тот, кто оставляет её целиком, заслуживает этого ещё больше. Но из угрозы сожжением не следует непременного наступления смерти — ни всегда, ни в большинстве случаев, поскольку от него можно убежать, либо угроза может быть погашена после достижения цели устрашения и запугивания.
8 - (Из их числа): что в словах риваята Абу Дауда «у них не было болезни» содержится указание на то, что оправдательные обстоятельства делают допустимым неявку на коллективную молитву, даже если мы скажем, что она обязательна, — и то же самое касается пятничной молитвы. Так сказано в «Фатхе».
9 - (Из их числа): что в этом есть послабление для имама или его заместителя оставить коллективную молитву ради выдворения того, кто скрывается в своём доме и оставляет её. Нет ничего невозможного в том, чтобы к этому же присоединить и пятничную молитву, ведь среди оправданий для неявки на неё учёные упоминали страх упустить должника, а преступники по отношению к имаму подобны должникам.
10 - (Из их числа): что на этом основании делался вывод о допустимости предводительства в молитве менее достойного при наличии более достойного, если в этом есть польза. Ибн Базиза сказал: в этом есть сомнение, ибо более достойный в этом случае отсутствует, а в допустимости этого нет разногласий.
11 - (Из их числа): что Ибн аль-Араби на этом основании делал вывод о допустимости уничтожения места совершения греха, как это является мазхабом Малика.
На это возразили, что это отменено (насх), как было сказано и о наказании имуществом. Так сказано в «Фатхе».
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: учёный шейх Абд аль-Азиз ибн Баз в своих примечаниях на «Фатх» возразил на категоричное утверждение хафиза об отмене и сказал: это не является добротным, а верно то, что отмены не было, — на основании многочисленных доводов, известных на своём месте, среди них — хадис данной главы. Отменено было лишь наказание огнём, и Аллах Всевышний знает лучше.
12 - (Из их числа): что на этом основании делался вывод о убийстве оставляющего молитву; ибо если допустимо наказание оставляющего коллективную молитву его имуществом, даже если это перейдёт на его жизнь через гибель, то убийство того, кто оставил молитву целиком, тем более допустимо. Поэтому его убийство обязательно по мнению большинства учёных.
13 - (Из их числа): что в этом есть доказательство того, что оставляющий молитву или некоторые из её обязательных элементов наказывается лишь в момент своего нарушения этого, а не после этого; ибо Пророк ﷺ хотел наказать их только в момент неявки, а ведь он мог отложить наказание, чтобы они помолились и их молитва завершилась.
Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) сказал: это подкрепляет мнение тех из фикхистов, из наших и других, кто говорит: оставляющий молитву не убивается, пока его не позовут к молитве, и он не будет упорствовать в её оставлении, пока не сузится время следующей молитвы, чтобы его убийство было связано с оставлением, в котором он находится в данный момент.
14 - (Из их числа): что имам может отложить молитву от начала её времени ради религиозной пользы, но он назначает заместителя, который молится с людьми в начале времени, чтобы они не упустили достоинство раннего времени.
15 - (Из их числа): что осуждение недозволенного — это обязанность, лежащая на общине (фард кифайя), и если её исполнит часть людей, этого достаточно, и не обязательно, чтобы все люди собирались для этого; ибо если было бы так, Пророк ﷺ взял бы с собой всех людей. Упомянул это Ибн Раджаб (да помилует его Аллах).
16 - (Из их числа): что это довод на то, что коллективная молитва не обязательна для женщин и не является для них подчёркнутой (сунной муаккада), исходя из его слов: «затем я отправлюсь к мужчинам».
17 - (Из их числа): то, что сказано в «Тарх ат-Тасриб»: в этом есть довод в пользу одного из двух мнений о том, что жителей города, сговорившихся открыто оставить сунны, следует сражаться, — на основании мнения, что коллективная молитва — сунна, а не обязанность. Кади Ияд сказал: правильным является сражение с ними, ибо в сговоре на её оставление — умерщвление её. Конец цитаты.
Сподвижники аш-Шафии (да помилует их Аллах Всевышний) разошлись во мнениях относительно сражения с жителями города, договорившимися оставить коллективную молитву, — на основании мнения, что она сунна, и верным у них является то, что с ними не сражаются за это; сражаются с ними лишь на основании мнения, что она — обязанность, лежащая на общине (фард кифайя). Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: тебе уже известно, что истина в том, что коллективная молитва обязательна для того, у кого нет оправдания, так вникни в это, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Четвёртый вопрос): риваяты и учёные разошлись в определении молитвы, за оставление которой прозвучала угроза устрашением, — является ли это вечерней молитвой (аль-иша), или утренней (ас-субх), или пятничной (аль-джумуа)?
Судя по внешнему смыслу риваята аль-Араджа от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), под этим подразумевается вечерняя молитва, исходя из его слов: «Если бы кто-то из них знал, что найдёт жирную кость или две хорошие копытца, он бы явился на вечернюю молитву».
Об этом прямо сказано в том, что передал Абдуллах ибн Вахб от Ибн Абу Зиба, от Аджлана, вольноотпущенника аль-Мушмаиля, от Абу Хурайры, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Пусть непременно прекратят мужчины, живущие вокруг мечети, не являющиеся на вечернюю молитву, — или я непременно сожгу вокруг их домов».
Ибн Батталь передал это мнение от Саида ибн аль-Мусайиба. Также говорилось: это вечерняя и утренняя молитвы вместе, на что указывает то, что передали аль-Бухари и Муслим в некоторых версиях этого хадиса: «Поистине, самой тяжёлой молитвой для лицемеров являются вечерняя молитва и утренняя молитва, и если бы они знали, что в них есть, то пришли бы к ним, хотя бы ползком. И я вознамерился...», и далее по тексту. Также говорилось: это пятничная молитва, на что указывает риваят аль-Байхаки: «И я сожгу дома людей, не явившихся на пятничную молитву», а также указывает на это риваят Муслима из хадиса Ибн Масуда (да будет доволен им Аллах) о том, что Пророк ﷺ сказал людям, неявившимся на пятничную молитву: «Я вознамерился...», и далее по тексту.
Ибн Батталь передал это мнение от аль-Хасана аль-Басри, а также от Ибн Маина, который сказал: этот хадис — о пятничной молитве, а не о другой. Конец цитаты.
Аль-Ираки сказал: это ослабляет мнение того, кто приводит доводом этот хадис в пользу того, что коллективная молитва — индивидуальная обязанность (фард айн); ибо если подразумевается пятничная молитва, то коллективность в ней — условие, и не остаётся в нём довода на коллективность в других молитвах.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: в том, что сказал аль-Ираки, есть очевидное сомнение, как будет разъяснено вскоре.
Ибн Дакык аль-Ид (да помилует его Аллах) сказал: нужно рассмотреть эти хадисы, в которых устанавливается, что этой молитвой является пятничная, или вечерняя, или утренняя. Если это разные хадисы, то следует принять каждый из них, а если это один хадис, в котором разошлись некоторые пути передачи, и предпочтение отсутствует, то доказательство приостанавливается. Таково содержание его слов.
Аль-Ираки сказал: риваят аль-Байхаки о том, что это пятничная молитва, и риваят о том, что это вечерняя и утренняя молитвы, — один хадис, а хадис Ибн Масуда о том, что это пятничная молитва, — другой, самостоятельный хадис. Исходя из этого, хадис Ибн Масуда не наносит вреда хадису Абу Хурайры, но нужно рассмотреть расхождение внутри хадиса Абу Хурайры. Аль-Байхаки предпочёл риваят о коллективной молитве в нём над риваятом о пятничной молитве, сказав после риваята о пятничной молитве: то, на что указывают все остальные риваяты, — это то, что он выразился словом «джума» (пятничная), подразумевая «джамаа» (коллективная).
Ан-Навави в «аль-Хуляса» сказал после изложения слов аль-Байхаки: напротив, это два риваята: риваят о пятничной молитве и риваят о коллективной молитве во всех остальных молитвах, и оба они достоверны. Конец цитаты.
Сказал составитель (да простит его Аллах): из этого становится ясно, что правильным является мнение о том, что хадис пришёл в отношении джамаата в общем смысле, а в отношении джумы — в частности. Поэтому утверждение аль-‘Иракы о слабости довода в пользу обязательности джамаата на основании этого хадиса неверно, ибо более достоверной в хадисе Абу Хурайры является формулировка со словом «джамаат», как сказал аль-Байхаки. Следовательно, довод на основании этого хадиса в пользу обязательности [джамаата] очевиден. Что же касается хадиса Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах), то он самостоятельно указывает на джуму и не противоречит риваяту о джамаате. Вникни же в это. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1483] (…) — (Передал нам Ибн Нумайр, [сказав]: передал нам мой отец, [сказав]: передал нам аль-А‘маш (х), и передали нам Абу Бакр ибн Абу Шейба и Абу Курайб — а формулировка принадлежит им обоим, — сказав: передал нам Абу Му‘авия от аль-А‘маша, от Абу Салиха, от Абу Хурайры, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, самая тяжёлая молитва для лицемеров — это молитва ‘иша и молитва фаджр. И если бы они знали, что в них [содержится], то непременно пришли бы на них, даже если бы им пришлось ползти. И я решил было велеть, чтобы молитва была установлена, а затем велеть человеку, чтобы он совершил молитву с людьми, а затем сам отправиться с людьми, у которых будут связки дров, к тем, кто не присутствует на молитве, и сжечь на них их дома огнём»).
Передатчики этого иснада — восемь человек:
1 — Абу Курайб — Мухаммад ибн аль-‘Аля, о нём говорилось перед предыдущей главой.
2 — Абу Му‘авия — Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир, куфиец, надёжный (сика), самый крепкий в памяти среди людей в отношении хадиса аль-А‘маша, хотя может допускать ошибку в хадисе другого; из старших [9-го поколения] (умер в 195 г.) и жил 82 года (передают все составители шести сборников), о нём говорилось в «Книге веры», 4/117.
3 — Аль-А‘маш — Сулейман ибн Михран аль-Асади аль-Кахили, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный, хафиз, знаток чтения [Корана], благочестивый, однако он практиковал тадлис [5-го поколения] (умер в 147 г.) (передают все составители шести сборников), о нём говорилось в «Разъяснении введения», часть 1, с. 297.
4 — Абу Салих — Дакван ас-Самман аз-Зайят аль-Мадани, надёжный, твёрдый [3-го поколения] (умер в 101 г.) (передают все составители шести сборников), о нём говорилось во «Введении», 2/4.
Остальные упоминались ранее.
Его слово («поистине, самая тяжёлая молитва для лицемеров — это молитва ‘иша и молитва фаджр») — сказал аль-‘Иракы (да помилует его Аллах): эти две молитвы были тяжелы для лицемеров по двум причинам:
[Первая]: из-за трудности присутствия в мечетях на этих молитвах вследствие темноты, а также потому, что время их совершения — это время отдыха, преобладания сна или уединения со своими семьями. И не берёт на себя эти трудности никто, кроме того, кто уверен в награде Аллаха Всевышнего, а лицемер либо сомневается в этом, либо не верит вовсе, поэтому это тяжело для него.
[Второй смысл]: лицемеры, как сказал Аллах Всевышний, «показывают себя людям, и упоминают Аллаха лишь немного». А эти две молитвы совершаются ночью, поэтому тот, кто на них отсутствует, может остаться незамеченным, и его состояние скрыто, в отличие от остальных молитв, которые совершаются на виду у людей, замечающих его отсутствие. Поэтому его лицемерие побуждало его присутствовать на них, чтобы люди его видели.
Первый смысл более очевиден, ввиду слов Аллаха Всевышнего в начале аята: «А когда они встают на молитву, они встают ленивыми». И нет препятствия тому, чтобы оба упомянутых в аяте обстоятельства побуждали их оставлять джамаат в этих двух упомянутых молитвах. Конец слов аль-‘Иракы (да помилует его Аллах); это ценное исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово («они непременно пришли бы на них, даже если бы им пришлось ползти») — «аль-хабв» — это ползание маленького ребёнка на руках и ногах. Смысл таков: если бы они знали, какое в них достоинство и благо, и даже если бы они не могли добраться до них иначе, чем ползком, они бы поползли к ним и не пропустили бы совершение их в джамаате в мечети. В этом — сильное побуждение к присутствию на них, сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
Сказано в «Тарх ат-Тасриб»: его слово «они непременно пришли бы на них, даже если бы им пришлось ползти» — то есть они ползли бы на своих седалищах из-за болезни или недуга, сказал автор «аль-Муфхим», но в этом есть спорный момент, ибо «аль-хабв» обычно применяется к ползанию на коленях, хотя иногда применяется и к ползанию [вообще]. Здесь же имеется в виду ползание на коленях, как явно указано у Абу Дауда в хадисе Убайя ибн Ка‘ба (да будет доволен им Аллах): «И если бы они знали, что в них [содержится], то непременно пришли бы на них, даже ползя на коленях».
В этом — довод на желательность присутствия на джамаате для обладателей извинительных обстоятельств, таких как больной и подобные ему, даже если это не является для него строго обязательным. И далее придёт у автора [сборника], что Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах) сказал: «И бывало, что человека приводили между двумя мужчинами, которые вели его под руки, пока его не ставили в ряд».
Его слово («затем велеть человеку, чтобы он совершил молитву с людьми») — в этом указание на то, что имам, если у него возникает занятость, назначает того, кто совершает молитву с людьми. И он решил пойти к ним после установления молитвы, потому что в это время подтверждается их несоответствие и отставание, и на них обращается упрёк. В этом также — допустимость уйти после установления молитвы по извинительной причине. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1484] (…) — (И передал нам Мухаммад ибн Рафи‘, [сказав]: передал нам Абд ар-Раззак, [сказав]: передал нам Ма‘мар от Хаммама ибн Мунаббиха, который сказал: это то, что передал нам Абу Хурайра от Посланника Аллаха ﷺ, и он привёл ряд хадисов, среди них: и сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Я решил было велеть моим юношам, чтобы они приготовили для меня связки дров, а затем велеть человеку, чтобы он совершал молитву с людьми, а затем сжечь дома на тех, кто в них [находится]»).
Передатчики этого иснада — пять человек:
1 — Абд ар-Раззак ибн Хаммам ас-Сан‘ани, о нём говорилось перед предыдущей главой.
2 — Хаммам ибн Мунаббих, о нём говорилось три главы назад.
Остальные упоминались в этой главе.
Его слово («моим юношам») — с кясрой над «фа» и сукуном над «та» — множественное число от «фата». Сказано в «аль-Мисбахе»: «аль-фата» — это раб, и его множественное число в малом числе — «фитйа», а в большом — «фитьян»; «аль-амма» — рабыня, множественное — «фатайат». Изначально это слово применялось к молодому юноше — «фата», затем было перенесено метафорически на раба, даже если он старик, по названию того, кем он был раньше. Конец [цитаты].
Некоторые истолковали это в том смысле, что имеются в виду сильные из его сподвижников.
Его слово («чтобы они приготовили») — то есть подготовились.
Его слово («затем сжечь дома») — глагол построен в форме страдательного залога.
Его слово («на тех, кто в них [находится]») — то есть тех, кто отставал от молитвы в джамаате. В этом — наказание имуществом, ибо сожжение домов есть имущественное наказание. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1485] (…) — (И передали нам Зухайр ибн Харб, Абу Курайб и Исхак ибн Ибрахим, от Вакы‘а, от Джа‘фара ибн Буркана, от Язида ибн аль-Асамма, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ подобное этому).
Передатчики этого иснада — семь человек:
1 — Исхак ибн Ибрахим ибн Рахавайх, о нём говорилось перед двумя предыдущими главами.
2 — Вакы‘ ибн аль-Джаррах, о нём говорилось перед двумя предыдущими главами.
3 — Джа‘фар ибн Буркан — с даммой над «ба», сукуном над «ра», после чего «каф» — аль-Килаби, Абу Абдуллах ар-Раккы, надёжный, допускает ошибку в хадисе аз-Зухри [7-го поколения] (умер в 150 г. или позже) (передают аль-Бухари в «Приложениях», Муслим и составители четырёх сборников), о нём говорилось в «Книге веры», 63/357.
4 - («Язид ибн аль-Асамм»), а имя его — Амр ибн Убайд ибн Муавия аль-Баккаи, Абу
(2) В другой версии: «И передал мне».