(٥) — (Глава об ихляле оттуда, откуда поднимается верховое животное)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу — да помилует его Аллах, — упомянутому в начале книги, сказано:
[٢٨١٨] (١١٨٧) — «И передал нам Йахья ибн Йахья, сказал: я читал Малику, от Са‘ида ибн Абу Са‘ида аль-Макбури, от Убайда ибн Джурайджа, что он сказал Абдуллаху ибн Умару — да будет доволен ими обоими Аллах: «О Абу Абд ар-Рахман, я видел, что ты делаешь четыре вещи, которых не видел, чтобы делал кто-либо из твоих товарищей». Он сказал: «Что это, о Ибн Джурайдж?» Тот сказал: «Я видел, что ты не касаешься из углов [Каабы] ничего, кроме двух йеменских, я видел, что ты носишь сандалии из выделанной кожи (сибтийя), я видел, что ты красишься желтым, и я видел, что когда ты бываешь в Мекке, люди возглашают ихляль, когда увидят новый месяц, а ты не возглашаешь ихляль, пока не наступит день тарвия». Тогда Абдуллах ибн Умар сказал: «Что касается углов, то я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ касался чего-либо, кроме двух йеменских. Что касается сандалий из выделанной кожи, то я видел, что Посланник Аллаха ﷺ носил сандалии, в которых не было волос, и совершал в них омовение, и я люблю носить их. Что касается желтого цвета, то я видел, что Посланник Аллаха ﷺ красился им, и я люблю красить им. А что касается ихляля, то я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ возглашал ихляль, пока не поднималось с ним его верховое животное»».
Лица данного иснада: пятеро:
١ — (Са‘ид ибн Абу Са‘ид аль-Макбури) Абу Са‘д аль-Мадани, имя его отца — Кайсан, надёжный, достойный [٣], умер около (١٢٠) года или чуть раньше, или чуть позже (записан у составителей шести книг). Упомянут ранее в «Книге веры», ٣٦/٢٥٠.
٢ — (Убайд ибн Джурайдж) ат-Тайми, вольноотпущенник их, аль-Мадани, надёжный [٣].
Передавал от Ибн Умара, Ибн Аббаса, Абу Хурайры, аль-Хариса ибн Малика ибн аль-Барса.
От него передавали Зайд ибн Абу Аттаб, Сулейман ибн Муса, Язид ибн Абу Хабиб, Язид ибн Абдуллах ибн Кусайт.
Абу Зур‘а и ан-Насаи сказали: надёжный. Аль-Иджли сказал: мекканец, таби‘и, надёжный. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Его хадисы приводили аль-Бухари, составитель [Муслим], Абу Дауд, ан-Насаи, ат-Тирмизи в «Шамаиль», Ибн Маджа, и у них у всех есть от него только этот хадис.
Остальные [передатчики] уже упоминались в прошлой главе.
Тонкости данного иснада:
١ — (Из них): что это один из пятизвенных иснадов составителя — да помилует его Аллах.
٢ — (Из них): что он весь состоит из мадинцев подряд, кроме его шейха [Йахьи ибн Йахьи], а тот тоже входил в их число [по проживанию/связи].
٣ — (Из них): что в нём передача одного таби‘и от другого таби‘и, и это передача равных по поколению (ривая аль-акран), так как оба из третьего разряда.
٤ — (Из них): что Ибн Умар — да будет доволен ими обоими Аллах — один из четырёх Абдулл (аль-‘Абадиля) и семи многопередающих (аль-мукассирин).
Разбор хадиса:
(«от Убайда ибн Джурайджа») — сказано в «Фатхе»: он мадинец, вольноотпущенник бану Тайм, и между ним и Ибн Джурайджем-факихом мекканцем, вольноотпущенником бану Умайя, нет родства, ибо факих — это Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж. Может показаться, что этот [Убайд] — его дядя, но это не так. Весь этот иснад — мадинцы, и в нём передача равных по поколению, ибо Убайд и Са‘ид — оба таби‘и одного разряда. Конец цитаты.
(«что он сказал Абдуллаху ибн Умару — да будет доволен ими обоими Аллах: о Абу Абд ар-Рахман») — это кунья Абдуллаха ибн Умара — да будет доволен ими обоими Аллах.
(«я видел, что ты делаешь четыре») — то есть четыре качества/действия.
(«которых не видел, чтобы делал кто-либо из твоих товарищей») — имеются в виду товарищи Посланника Аллаха ﷺ, а подразумеваются некоторые из них. Из контекста явствует, что Ибн Умар был единственным, кто совершал упомянутое, среди тех, кого видел Убайд ибн Джурайдж. Аль-Мазари сказал: возможно, имеется в виду, что никто другой не совершал их все вместе, хотя некоторые из них мог совершать.
(«Он сказал») Ибн Умар — да будет доволен ими обоими Аллах — («Что это, о Ибн Джурайдж?») — «ما» здесь вопросительное; то есть: что это за качества?
(«Он сказал») Убайд («я видел, что ты не касаешься») — от «масисту амассу» (مَسَسِتُ أَمَسُّ) с касрой в прошедшем времени и фатхой в будущем, «масс» и «масис». Это то, что избрал Са‘ляб в «мясисту амассу» с касрой в прошедшем времени, в «аль-Фасих», а также в «ас-Сихах» и «Афаль Ибн аль-Каттаа» от Абу Убайды, и аль-Мутарризи в своём толковании — от Ибн аль-Аʻраби, и Ибн Фарис в «Муджмаль», и Ибн ас-Сиккит в «Китаб аль-Ислях» — «масисту» с касрой и «масасту» с фатхой, причём с касрой более правильно. Это же передал Ибн Сида. Ибн Дурустувайх в книге «Тасхих аль-Фасих» утверждал, что «масасту» с фатхой ошибочно, и это то, в чём простонародье допускает ошибку. Упомянуто в «аль-‘Умда».
(«из углов») — то есть четырёх углов Каабы. Из этого явствует, что прочие сподвижники, которых видел Убайд, кроме Ибн Умара, касались всех углов. Это достоверно установлено также от Му‘авии и Ибн аз-Зубайра — да будет доволен ими Аллах.
(«кроме двух йеменских») — двойственное число от «яман», с облегчённой (без удвоения) буквой «йа». Это наиболее правильный [вариант], который избрал Са‘ляб, и Ибн Фарис не упомянул иного. Аль-Мутарризи в своей книге «Гараиб асма аш-ши‘р» передал от Са‘ляба, от Саламы, от аль-Фарраа, от аль-Кисаи, который сказал: арабы говорят в отнесении к Йемену: «раджулюн йамани», «йаманий», «йаманий». В «аль-Джами‘» сказано: отнесение к Йемену — «йамани» — по неправильной модели, а по правильной модели должно быть «йамани» [с другим окончанием]. В «аль-Мухкам» сказано: «йамани» — редкий отклонённый (ма‘дуль) вариант, и алиф в нём — замена буквы «йа», так как выполняет ту же функцию, что и «йа». Похожее сказано в «аль-Мугриб». В «ас-Сихах» сказано: Сибавайх сказал: некоторые говорят «йаманий» с удвоением. Умайя ибн Хальф сказал [стихотворный размер — вафир]:
«Йаманием, что всё время раздувает кузнечные меха и постоянно дует на пламя жара».
И назван так Йемен, потому что он расположен со стороны правой руки (йамин) Каабы, подобно тому как Шам назван Шамом, потому что он со стороны левой (шималь) Каабы.
Подразумеваются под двумя [углами] Чёрный камень и тот, что расположен напротив него, со стороны Сафы. Некоторые говорят «йемани» о Чёрном угле по преобладанию названия.
Ан-Навави — да помилует его Аллах — сказал в своём толковании: его слово («кроме двух йеменских») — с облегчённым «йа», это известный правильный язык. Сибавайх и другие имамы передали также удвоение в редком варианте языка, но правильным является облегчённое произношение. Они говорят: поскольку это отнесение к Йемену, то правильно было бы сказать «йамани» [обычным способом отнесения], и это допустимо, но когда говорят «йамани» [с алифом], то заменяют одну из двух букв «йа» отнесения на алиф. Если бы сказали «йамани» с удвоением, это привело бы к соединению замены и заменяемого одновременно. А те, кто удваивал, говорили: этот алиф — добавочный, и алиф иногда добавляется в отнесении, как говорят в отнесении к Сан‘а — «сан‘ани», добавляя вторую «нун», и к ар-Райй — «рази», добавляя «зай», и к ар-Ракаба — «ракабани», добавляя «нун».
Подразумеваются под двумя йеменскими углами: йеменский угол и угол, в котором находится Чёрный камень, называемый также «иракским», поскольку он расположен со стороны Ирака. А тот, что перед ним, назван «йеменским», поскольку он расположен со стороны Йемена. Их называют «двумя йеменскими» по преобладанию одного из двух названий, подобно тому как говорят «два родителя» об отце и матери, «две луны» о солнце и луне, «два Умара» об Абу Бакре и Умаре — да будет доволен ими Аллах, и подобные примеры известны. Иногда преобладание отдаётся по достоинству, как в случае «двух родителей», иногда по лёгкости произношения, как в случае «двух Умаров», а иногда по иным причинам.
Учёные сказали: два других угла, что примыкают к Хиджру — с касрой над «ха» — называются «двумя шамскими», поскольку они расположены со стороны Шама. Они сказали: два йеменских угла остались на основании, [заложенном] Ибрахимом ﷺ, в отличие от двух шамских, поэтому их не касались [руками], а йеменских касались — из-за того, что они остались на основании Ибрахима ﷺ. Затем иракский из двух йеменских углов выделился ещё одним достоинством — наличием Чёрного камня, поэтому он отличается тем, что помимо касания его также целуют и кладут на него лоб, в отличие от йеменского. И Аллах знает лучше.
Сказал аль-Кади Ийяд: «Имамы разных областей и правоведы в наше время единодушны в том, что два шамских угла не подлежат касанию (истиляму), и разногласие по этому поводу существовало только в ту первую эпоху, среди некоторых сподвижников и некоторых последователей, а затем оно исчезло». Конец цитаты.
В «Аль-Умде» сказано: «Йеманскими» (называют) угол йеманский и угол, в котором находится Чёрный камень, — его называют иракским углом, поскольку он обращён в сторону Ирака, а тот, что перед ним, — йеманский, поскольку он обращён в сторону Йемена. Их обоих называют «два йеманских» по преобладанию одного из двух названий, и оба они сохранились на основах Ибрахима, мир ему.
Если скажешь: почему они не назвали их «два чёрных», ведь и здесь имело бы место преобладание одного названия?
Отвечу: если бы так сказали, то у некоторых простолюдинов возникла бы путаница, будто в каждом из этих двух углов находится Чёрный камень, и он понял бы это как двойственное число, а не как преобладание одного названия из-за ограниченности своего понимания, в отличие от «двух йеманских». Конец цитаты.
Его слово («и видел я тебя носящим») — с фатхой на первой и третьей буквах, по образцу «та‘иба», «лубсан» — с даммой, затем сукуном («сандалии») — с кясрой на «нун»: множественное число от «на‘ль», это обувь (хиза), слово женского рода, множественное число также образуется как «ан‘уль», подобно «сахм» — «сихам» и «асхум».
В «Фатхе» сказано: «ни‘аль» — множественное число от «на‘ль», слово женского рода. Ибн аль-Асир сказал: это то, что сейчас называют «тасума». Ибн аль-Араби сказал: сандалии — обувь пророков, а люди стали делать другую обувь из-за глины на их земле. Слово «на‘ль» может применяться к любому, что защищает стопу. Автор «Аль-Мухкам» сказал: «на‘ль» и «на‘ля» — то, чем защищают стопу. Конец цитаты.
(«Сибтийскую») — с кясрой на «син» (в начале): это (сандалии), не имеющие волоса, слово производно от «ас-сабт», означающего «сбривание», как сказано в «Ат-Тахзиб»; а по другому мнению, «сибт» — это кожа быка, продублённая каразом (растительным дубителем); по третьему мнению — продублённая «субтом», с даммой на первой букве, — растением, которым дубят кожу, как сказал автор «Аль-Мунтаха». Аль-Харави сказал: их назвали «сибтийя», потому что она «стала мягкой» (инсабатат) от дубления, то есть смягчилась. Говорят: «влажная, размягчённая», то есть «мягкая», как сказано в «Фатхе».
Ан-Навави, да помилует его Аллах, сказал: «сибтийя» — с кясрой на «син» и сукуном на «ба». Ибн Умар, да будет доволен Аллах ими обоими, указал на её толкование словами: «та, в которой нет волоса», и так же сказали большинство знатоков языка, знатоков редких выражений и знатоков хадисов: это (обувь), в которой нет волоса. Они сказали: это производно от «ас-сабт» — с фатхой на «син», что означает «сбривание» и «удаление», отсюда выражение «сабата ра’сах», то есть «обрил свою голову». Так сказал аль-Харави. По другому мнению, её назвали так, потому что она «размягчилась» от дубления, то есть стала мягкой. Говорят: «влажная, размягчённая», то есть «мягкая». Абу Амр аш-Шайбани сказал: «сибт» — любая продублённая кожа. Абу Зайд сказал: «сибт» — кожи быков, будь они продублёнными или недублёнными. По другому мнению, это особый вид дубления, устраняющий волос. Ибн Вахб сказал: сибтийские сандалии были чёрными, без волоса. Аль-Кади Ийяд сказал: это явствует из слов Ибн Умара: «сандалии, в которых нет волоса». Он сказал: это не противоречит сказанному прежде, ведь они могли быть чёрными, продублёнными каразом, без волоса, поскольку у некоторых продублённых кож волос остаётся, а у некоторых не остаётся. Он сказал: у арабов был обычай носить сандалии с волосом, недублёные, а продублённые изготавливались в Таифе и других местах, и их носили лишь люди, живущие в достатке, как сказал Антара, восхваляя одного мужа:
«Герой, чьи одеяния подобны (свежести) дерева, обутый в сибтийские сандалии, не близнец он».
То есть он имел в виду, что тот не родился близнецом.
И сказал Кусайир:
«Как будто губы верблюдиц-скороходок, когда они отгоняют мух, —
руки плакальщиц, поднимающиеся вверх, — сибтийские сандалии или края одежд».
Он сравнил колыхание губ верблюдиц, отгоняющих от себя мух, с сибтийскими сандалиями в руках плакальщиц. «Маатам» — женщины, которые плачут и оплакивают покойного.
Его слово («или края одежд») означает лоскуты, которые женщины держали в руках при оплакивании, а также держали в руках сандалии; таков был обычай плакальщиц в эпоху невежества (джахилийи), сказал Ибн Абд аль-Барр, да помилует его Аллах.
Аль-Кади Ийяд, да помилует его Аллах, сказал: «син» во всём этом слове с кясрой. Он сказал: наиболее верным у меня представляется, что производность и отнесённость этого слова — к «сибт», означающему продублённую кожу, или к дублению, потому что «син» в отнесённом (прилагательном) с кясрой; а если бы слово производилось от «ас-сабт», означающего «сбривание», как сказали аль-Азхари и другие, то отнесённое прилагательное было бы «сабтийя» с фатхой на «син», но никто, насколько мне известно, не передавал его так ни в этом хадисе, ни в другом, ни в поэзии, — только с кясрой. Конец слов аль-Кади, да помилует его Аллах.
Его слово («и видел я тебя красящим») — с даммой на «ба» и с фатхой — два известных варианта чтения, которые передали аль-Джаухари и другие. Аль-Мазари сказал: по одному мнению, в этом хадисе подразумевается окрашивание волос, по другому — окрашивание одежды. Он сказал: более вероятно, что это окрашивание одежд, потому что (говорящий) сообщил, что Пророк, ﷺ, красил, а не передаётся от него, ﷺ, что он красил свои волосы.
Аль-Кади Ийяд сказал: это — более явное из двух толкований, иначе от Ибн Умара переданы сообщения, где он ясно говорит о том, что желтил свою бороду, приводя в качестве доказательства то, что Пророк, ﷺ, желтил свою бороду варсом и шафраном; передал это Абу Дауд.
Он также упомянул в другом хадисе, что (Ибн Умар) приводил в качестве доказательства то, что Пророк, ﷺ, красил ими свои одежды, вплоть до чалмы. Конец цитаты.
Ибн Абд аль-Барр, да помилует его Аллах, сказал в «Аль-Истизкар»: учёные разошлись в толковании этого хадиса. Одни сказали: он подразумевал окрашивание (волос хной и подобным), приводя в доказательство то, что встречается в некоторых версиях этого хадиса словами: «а что до желтения моей бороды, то я видел, как Посланник Аллаха, ﷺ, желтил свою бороду», а в версии Мухаммада ибн Исхака этого хадиса от Саида ибн Абу Саида от Убайда ибн Джурайджа, который сказал: я спросил Ибн Умара: о Абу Абд ар-Рахман, я видел, что ты желтишь свою бороду. Он ответил: Посланник Аллаха, ﷺ, желтил (бороду) варсом, и я люблю желтить ею, как он делал. И передал это Хаммад ибн Салама от Убайдуллаха ибн Умара от Саида ибн Абу Саида аль-Макбури от Ибн Джурайджа (это Убайд ибн Джурайдж, обратите внимание), который сказал: я видел Ибн Умара желтящим свою бороду, и сказал ему: я видел, что ты желтишь свою бороду. Он ответил: я видел Посланника Аллаха, ﷺ, желтящим свою бороду.
Он сказал: а в хадисе Абу ад-Дарды, да будет доволен им Аллах, сообщается, что он сказал: Посланник Аллаха, ﷺ, не красил (волосы), но у него были несколько седых волосков, и он мыл их хной и лотосом (сидром).
Другие же сказали: смысл слов Убайда ибн Джурайджа «я видел тебя красящим желтизной» состоит в том, что он желтил свои одежды и носил жёлтые одежды, а что до окрашивания (волос), то Посланник Аллаха, ﷺ, не красил (их).
Затем он привёл со своим иснадом от Хумайда ат-Тавиля, который сказал: Анаса ибн Малика спросили об окрашивании (волос), и он сказал: Абу Бакр красился хной и катамом, а Умар красился хной. Его спросили: а Посланник Аллаха, ﷺ? Он ответил: в его бороде не было и двадцати седых волосков. Хумайд, да будет доволен им Аллах, сказал: их было семнадцать волосков.
Он также привёл от Катады, который сказал: я спросил Саида ибн аль-Мусаййиба: красился ли Посланник Аллаха, ﷺ? Он ответил: этого не потребовалось (седина не достигла такой степени).
И упомянул Малик от Нафи‘а, от Ибн Умара, да будет доволен Аллах ими обоими, что он носил одежду, окрашенную мишком (красной глиной), и окрашенную шафраном.
Затем Абу Умар — да помилует его Аллах — сказал: этот хадис Ибн Умара указывает на то, что его слово в хадисе Убайда бин Джурайджа относилось к окрашиванию одежды в желтый цвет, а не к окрашиванию волос. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: по-моему, более верно, что под словами «окрашивался в желтый цвет» подразумевается окрашивание и волос, и одежды, — на основании того, что ранее упоминалось, что Ибн Умар окрашивал свою бороду в желтый цвет и приводил в доводов то, что Пророк ﷺ окрашивал свою бороду ворсом и шафраном, а это достоверный хадис, переданный Абу Даудом.
Также на основании того, что достоверно передано в другом его хадисе, где он приводит в доводы то, что Пророк ﷺ окрашивал этим цветом свою одежду, вплоть до чалмы. Конец цитаты.
Между этим и отрицанием Анаса (да будет доволен им Аллах) окрашивания [Пророком] ﷺ можно совместить тем, что Ибн Умар (да будет доволен Аллах ими обоими) сообщил о том, что сам видел, и это указывает на то, что это случалось в некоторых случаях, а отрицание Анаса (да будет доволен им Аллах) относится к большинству, к преобладающему состоянию Пророка ﷺ. На это указано в «Фатх аль-Бари», и далее будет приведено совмещение этого хадиса с хадисом о запрете мужчинам окрашиваться шафраном в «Книге одежды», где составитель (да помилует его Аллах) приведет там хадис о запрете мужчинам окрашиваться шафраном, если пожелает Всевышний Аллах.
(Желтым цветом) — связано с «окрашивался», это слово с даммой на «сад» без точек и сукуном на «фа»: цвет, менее насыщенный, чем красный.
(И я видел тебя: когда ты был в Мекке, люди возглашали тальбию, увидев новый месяц) то есть повышали голоса тальбией с начала зуль-хиджжи (а ты сам не возглашал тальбию, пока не наступал) в версии аль-Бухари: «пока не наступал», и допустимо, чтобы «выкуна» было полным глаголом или неполным. Если оно полное, то «явм» — в именительном падеже, поскольку является подлежащим при «якуну», а если неполное, то «явм» — сказуемое при «якуну».
(День таруийя) то есть восьмой день зуль-хиджжи, — имея в виду: и тогда ты возглашаешь тальбию. Из ответа Ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими) выяснилось, что он не возглашал тальбию, пока не садился верхом, направляясь в Мина.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «день таруийя» — с буквой «та» с двумя точками сверху, это восьмой день зуль-хиджжи, названный так потому, что люди в этот день запасались водой (яятаравван), то есть несли ее с собой из Мекки в Арафат, чтобы использовать для питья и прочего. Конец цитаты.
В «Аль-Умда» сказано: разошлись во мнениях о причине названия этого дня «днем таруийя», приведя два мнения, которые передали аль-Мавардий и другие:
[Первое]: потому что люди в этот день запасались водой из Замзама, так как в Мина и в Арафате воды не было.
[Второе]: это день, в который Адам (мир ему) увидел Хавву.
Он сказал: есть еще одно мнение — что Джибриль (мир ему) в этот день показал Ибрахиму первые обряды. От Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими) передается: он назван так потому, что Ибрахиму (мир ему) во сне пришло откровение зарезать своего сына, и он размышлял (таравва) сам с собой: от Всевышнего Аллаха это или от шайтана? И он встретил утро постящимся. А когда наступила ночь Арафата, к нему пришло откровение, и он узнал (‘арафа), что это истина от его Господа, поэтому [день] был назван «Арафа». Это передал аль-Байхаки в «Достоинствах времен» через передачу аль-Кальби от Абу Салиха от него, затем сказал: так сказано в этой передаче.
Абу ат-Туфайль передал от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), что когда Ибрахим (мир ему) был испытан жертвоприношением своего сына, к нему пришел Джибриль (мир ему) и показал ему обряды хаджа, затем повел его в Арафат. Он сказал: и сказал Ибн Аббас: [место] названо «Арафа», потому что Джибриль (мир ему) сказал Ибрахиму (мир ему): «Узнал ли ты (‘арафта)?» Он ответил: «Да». Отсюда оно и названо «Арафа». Конец цитаты.
(И сказал Абдуллах ибн Умар) (да будет доволен Аллах ими обоими), отвечая Убайду бин Джурайджу на то, о чем он его спросил (что касается углов [Каабы], то я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ касался [чего-либо], кроме двух йеменских [углов]; что же касается сандалий из выделанной кожи, то я видел, что Посланник Аллаха ﷺ носил сандалии, в которых не было волоса, и совершал в них омовение) то есть в сандалиях. Ан-Навави сказал: смысл этого — что он совершал омовение и надевал их, пока его ноги были влажными. Конец цитаты.
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: так сказал ан-Навави, но в этом есть сомнение. Скорее, очевидно, что он ﷺ совершал омовение и мыл свои ноги, пока они были в его сандалиях, — так что подумай над этим, а Всевышний Аллах знает лучше.
(Поэтому я люблю носить их; что же касается желтого цвета, то я видел, что Посланник Аллаха ﷺ окрашивался им, поэтому я люблю окрашиваться им; что же касается возглашения тальбии, то я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ возглашал тальбию, пока его верховая верблюдица не поднималась с ним) то есть пока не встанет прямо. Говорят: «Ба‘асту-н-наках» — «я поднял верблюдицу», а она «инба‘асат» — «поднялась»; и «ба‘астуху» — «я побудил его», а он «инба‘аса» — «поднялся» в движении, то есть заспешил. Смысл здесь — ее выпрямление стоя, и по сути это иносказание о начале приступления к обрядам хаджа.
«Ар-рахиля» (верховое животное) — это верблюд, используемый как верховое животное, будь то самец или самка, как уже упоминалось.
Аль-Мазари (да помилует его Аллах) сказал: Ибн Умар (да будет доволен Аллах ими обоими) ответил спрашивающему посредством своего рода аналогии, поскольку он не мог доказать сам вопрос прямым действием Посланника Аллаха ﷺ, и потому привел довод из того, что близко по смыслу. Смысл его аналогии в том, что Пророк ﷺ вступал в ихрам именно при приступлении к обрядам хаджа и отправлении к нему, поэтому Ибн Умар отложил вступление в ихрам до момента приступления к хаджу и направления к нему, а это день таруийя, поскольку именно тогда люди выходят из Мекки в Мина.
Он сказал: с Ибн Умаром в этом согласились аш-Шафии и его сторонники, а также некоторые сторонники Малика и другие. А иные сказали: предпочтительнее вступать в ихрам с начала зуль-хиджжи, и это передал кади от большинства сподвижников и учёных. Разногласие касается предпочтительности, а оба варианта допустимы по единогласному мнению. Конец цитаты. А Всевышний Аллах лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, и Он — помощь, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими) передан согласно [аль-Бухари и Муслиму].
(Второй вопрос): о его приведении:
Его привел (составитель) здесь [5/2818, 2819, 2820, 2821 и 2822] (1187), (аль-Бухари) в «Омовении» (166), «Хадже» (1514 и 1552) и «Одежде» (5851), (Абу Дауд) в «Обрядах» (1772), (ат-Тирмизи) в «Достоинствах» (74), (ан-Насаи) в «Очищении» (1/80—81) и «Обрядах» (5/163—164), (Ибн Маджа) в «Обрядах» (3626), (Малик) в «Аль-Муватта» (1/333), (аль-Хумайди) в своем «Мусанаде» (651), (Ибн Абу Шейба) в своем «Мусаннафе» (8/443), (Ахмад) в своем «Мусанаде» (2/17—18, 29 и 37), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1/71), (Ибн Хузайма) в своем «Сахихе» (2725), (Ибн Хиббан) в своем «Сахихе» (3763), (ат-Тахави) в «Шарх ма‘ани аль-асар» (2/184), (ат-Табарани) в «Аль-Авсат» (3/15), (Абу Аваны) в своем «Мусанаде» (2/424), (Абу Нуайм) в своем «Мустахридже» (3/273), (аль-Байхаки) в «Аль-Кубра» (5/31 и 76) и «Аль-Ма‘рифа» (4/53), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (1870), и Всевышний Аллах знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (из них): разъяснение того, что предпочтительнее вступать в ихрам в момент, когда верховое животное поднимается, направляясь к Мекке, а не сразу после двух ракаатов. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слова в этом хадисе «пока не поднималась с ним его верблюдица», а в предыдущем хадисе «затем, когда верблюдица встала прямо у мечети Зуль-Хулайфа, он возглашал тальбию», а в хадисе перед этим «он обычно возглашал тальбию, когда его верховая верблюдица становилась прямо у мечети Зуль-Хулайфа», а в одной версии «когда его верблюд поднимался с ним», а в другой версии «он возглашал тальбию, когда его верховое животное становилось прямо».
Все эти риваяты согласуются по смыслу, и «двинулась» здесь означает: выпрямилась стоя. В этом — довод для Малика, аш-Шафи‘и и большинства учёных, что предпочтительнее облачаться в ихрам, когда верблюдица двинется с места.
Абу Ханифа сказал: он облачается в ихрам сразу после молитвы, находясь сидя, до того как сядет на верхового животного и до того как встанет. Это — слабое мнение и у аш-Шафи‘и, и по этому поводу есть хадис от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), но он слабый. Конец.
2 — Из этого: указание на то, что тальбия не предшествует ихраму.
3 — Из этого: дозволенность носить сандалии из дублёной кожи (сибтиййя). Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: я не знаю разногласия относительно дозволенности носить их не на кладбищах. Что же касается кладбищ, то относительно них передан запрет от Пророка ﷺ и от учёных. Конец.
4 — Из этого: то, что сказал Абу Умар (да помилует его Аллах): в этом хадисе — довод на то, что разногласие в делах, словах и мазхабах существовало среди сподвижников, и это у учёных — самое достоверное разногласие, когда оно возникает между сподвижниками. А что касается того, в чём сподвижники были единогласны, а разногласили те, кто пришёл после них, то их разногласие не имеет значения. Разногласие же между сподвижниками — и Аллах знает лучше — возникало из-за возможного толкования того, что они слышали и видели, или из того, чем знание располагал один из них отдельно от другого, или из того, что исходило от Пророка ﷺ по пути дозволенности совершать два разных действия. Конец.
5 — Из этого: то, что сказал Абу Умар (да помилует его Аллах) также: в этом хадисе — довод на то, что при разногласии доводом является сунна, и она — довод против того, кто ей противоречит, а тот, кто ей противоречит, не является доводом против неё. Разве ты не видишь, что когда Убайд ибн Джурайдж сказал Ибн Умару (да будет доволен ими обоими Аллах): «Я видел, что ты делаешь вещи, которых не делает никто из твоих товарищей», — тот не устрашился расхождения со своими товарищами, поскольку у него имелось об этом знание от Посланника Аллаха ﷺ. И Ибн Джурайдж не сказал ему: «Община знает о Посланнике Аллаха ﷺ лучше тебя, возможно, ты ошибся», как говорит сегодня тот, у кого нет знания. Напротив, он подчинился истине, услышав её. Так должны поступать все. И Аллах — податель успеха.
6 — Из этого: то, что сказал он (да помилует его Аллах) также: что касается его слова в хадисе: «Ибн Умар сказал: я не видел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ произносил тальбию, пока не двинется с ним его верховое животное», — то Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах) привёл решающий довод, которым он руководствовался, взяв за основу общий смысл провозглашения тальбии Посланником Аллаха ﷺ, не выделяя Мекку из прочих мест, и сказал: паломник не произносит тальбию иначе как в то время, когда для него начинается связанное действие и намерение направиться к Дому и к местам обрядов и ритуалов, поскольку Посланник Аллаха ﷺ произнёс тальбию, и для него связалось его действие. За Ибн Умаром в этом провозглашении тальбии, применительно к тальбии мекканца, не являющегося местным жителем, последовала группа учёных, как это будет разъяснено далее в следующем вопросе, если пожелает Всевышний Аллах. А Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно времени провозглашения тальбии при хадже:
Имам Ибн Кудама (да помилует его Аллах) сказал: желательно облачаться в ихрам сразу после молитвы. Если наступает время обязательной молитвы, он облачается в ихрам сразу после неё, а если нет — совершает два ракята добровольной молитвы и облачается в ихрам сразу после них. Это считали желательным Ата, Тавус, Малик, аш-Шафи‘и, ас-Саури, Абу Ханифа, Исхак, Абу Саур, Ибн аль-Мунзир, и это передано от Ибн Умара и Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах).
От Ахмада передано, что ихрам — сразу после молитвы, а также когда верблюдица выпрямится под ним, и когда начнётся движение — всё равно, поскольку всё это передано от Пророка ﷺ достоверными путями. Аль-Асрам сказал: я спросил Абу Абдуллу: что тебе больше нравится — облачение в ихрам сразу после молитвы или когда его верблюдица выпрямится? Он ответил: всё это передано — и сразу после молитвы, и когда поднимется на возвышенность аль-Байда, и когда его верблюдица выпрямится. И он допустил широту во всём этом.
Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) сказал: Пророк ﷺ сел на своё верховое животное, и когда оно выпрямилось на аль-Байда, произнёс тальбию он сам и его товарищи. Анас (да будет доволен им Аллах) сказал: когда он сел на своё верховое животное и оно выпрямилось, он произнёс тальбию. Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах) сказал: Пророк ﷺ произнёс тальбию, когда его верблюдица выпрямилась под ним стоя. Все эти риваяты передал аль-Бухари.
Затем он сказал после упоминания разногласия: это — в порядке предпочтительности, и каким бы образом он облачился в ихрам — это дозволено, мы не знаем никого, кто разногласил бы в этом. Конец слов Ибн Кудамы (да помилует его Аллах).
Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал после упоминания хадиса Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), приведённого в главе, буквально следующее: он взял за основу общий смысл провозглашения тальбии Посланником Аллаха ﷺ, не выделяя Мекку из прочих мест, и сказал: паломник не произносит тальбию иначе как в то время, когда для него начинается связанное действие и намерение направиться к Дому и к местам обрядов и ритуалов, поскольку Посланник Аллаха ﷺ произнёс тальбию, и для него связалось его действие. За Ибн Умаром в этом провозглашении тальбии, применительно к тальбии мекканца, не являющегося местным жителем, последовала группа учёных. Абд ар-Раззак упомянул, сказав: рассказал нам Ма‘мар от Ибн Тавуса, от его отца, от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: никто из жителей Мекки не произносит тальбию хаджа, пока не пожелает отправиться в Мину. Ибн Тавус сказал: мой отец, когда хотел облачиться в ихрам из мечети, касался угла (Каабы), а затем выходил. Ибн Джурайдж сказал: Ата сказал: провозглашение тальбии жителями Мекки состоит в том, что один из них произносит её, когда его верховое животное направляется в сторону Мины, а если он идёт пешком — то когда направляется в сторону Мины. Ибн Джурайдж сказал: мне сказал Ата: товарищи Посланника Аллаха ﷺ, когда вступали в свой хадж вместе с Пророком ﷺ, произносили тальбию вечером дня напоения (тарвия), когда направлялись в Мину. Ибн Джурайдж сказал: сообщил мне Абу аз-Зубайр, что он слышал Джабира ибн Абдуллу, рассказывающего о хадже Пророка ﷺ, который сказал: нам было велено после совершения обхода выйти из состояния ихрама, и было сказано: когда пожелаете отправиться в Мину, произнесите тальбию. Он сказал: мы вышли из состояния ихрама в аль-Батха.
Он сказал: и в этом вопросе есть другой мазхаб — Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), которому также последовала группа учёных.
Малик упомянул в «аль-Муватта» от Абд ар-Рахмана ибн аль-Касима, от его отца, что Умар ибн аль-Хаттаб сказал: о жители Мекки, что происходит с людьми — они приходят растрёпанными, а вы — умащённые маслом? Произносите тальбию, когда увидите новый месяц.
Малик упомянул от Хишама ибн Урвы, что Абдулла ибн аз-Зубайр провёл в Мекке девять лет, произнося тальбию хаджа при виде новолуния зу-ль-хиджжа, а Урва ибн аз-Зубайр вместе с ним делал то же самое.
Малик сказал: тот, кто произносит тальбию в Мекке из числа её жителей, или тот, кто проживает в ней из жителей Медины и прочих, — пусть отложит обязательный обход Дома и хождение между Сафой и Марвой до возвращения из Мины, и его тальбия будет произнесена из глубины Мекки, не выходя за пределы Харама. Так же поступал Ибн Умар и товарищи Посланника Аллаха ﷺ, которые произносили тальбию из Мекки — они отложили обход и хождение до возвращения из Мины.
Абд ар-Раззак упомянул: сообщил нам Ма‘мар от Хишама ибн Урвы, который сказал: Абдулла ибн аз-Зубайр провёл девять лет, произнося тальбию хаджа при виде новолуния зу-ль-хиджжа, и обходил между Сафой и Марвой до того, как выйти в Мину.
Он сказал: и сообщил нам Хишам ибн Хассан, сказав: Ата ибн Абу Рабах любил, чтобы, направляясь в Мину, он произносил тальбию, а затем шёл своим путём.
Ата сказал: если он облачился в ихрам вечером дня тарвия, то не обходит Дом, пока не отправится в Мину.
Хишам сказал: и аль-Хасан сказал: что бы из этого он ни сделал — нет вреда: если хочет, произносит тальбию, когда направляется в Мину, а если хочет — раньше этого; а если он произнёс тальбию до дня тарвия, то он обходит Дом и ходит между Сафой и Марвой.
Абу Умар сказал: он не имеет в виду обязательный обход, поскольку обязательный обход бывает только после бросания камней в джамрат аль-акаба, но он обходит Дом, сколько пожелает, и совершает молитву, если хочет, — и это также мнение Малика.
Абу Умар сказал: передано от Ибн Умара в этом вопросе, что он также поступал согласно мнению своего отца, и всё это — широко и дозволено тому, кто это совершает, — правоведы не расходятся в дозволенности этого.
Привёл Абд ар-Раззак от Абд аль-Азиза ибн Абу Раввада, от Нафиа, что он сказал: Ибн Умар произнёс тальбию для хаджа однажды при виде нового месяца, в другой раз — после появления месяца, находясь внутри Каабы, и ещё в другой раз — когда отправился в путь в Мину. Он сказал: сообщил нам Убайдуллах ибн Умар от Нафиа, от Ибн Умара, что он произнёс тальбию для хаджа из Мекки три раза, — и упомянул то же самое. Он сказал: сообщил нам Ма‘мар от Аюба, от Нафиа, от Ибн Умара — подобное этому. И от Ма‘мара и Ибн Джурайджа, от Хусайфа, от Муджахида, от Ибн Умара — нечто подобное. Муджахид сказал: я спросил Ибн Умара: «Ты произносил тальбию у нас по-разному». Он ответил: «Что касается первого года, то я взял обычай жителей моего города, но потом я подумал и увидел, что вхожу к своим домочадцам в состоянии запрета (ихрам) и выхожу в состоянии запрета, а мы делали не так — мы произносили тальбию, а затем занимались своими делами». Я спросил: «Какого же из этих вариантов нам следовать?» Он сказал: «Мы вступаем в ихрам в день Тарвии».
Он сказал: сообщил нам Ибн Уяйна от Ибн Джурайджа, от Атаа, который сказал: если житель Мекки желает не вступать в ихрам для хаджа до дня Мины, он может так поступить. И подобно этому: если его семья живёт до миката, то он может, если пожелает, произнести тальбию от своего дома, а если пожелает — из Харама.
На этом закончились слова Ибн Абд аль-Барра (да помилует его Аллах) (1).
Составитель говорит, прощение ему от Аллаха: из приведённого выше обзора мнений учёных и их доводов по этому вопросу выяснилось, что более достоверным является мазхаб Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) и группы других, согласно которому не вступают в ихрам, кроме как когда верховое животное поднимается в путь, будь то житель Мекки или прибывший издалека, — следуя примеру Посланника Аллаха ﷺ, ибо лучшее руководство — руководство Мухаммада ﷺ. Вдумайся же, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Пятый вопрос): о разногласии учёных касательно прикладывания рук к углам Каабы.
Абу Умар (да помилует его Аллах) сказал: сунна, на которой сходится большинство правоведов, состоит в том, что прикладываются только к двум йеменским углам, а не к остальным. Что же касается предшественников (саляф), то они разошлись в этом вопросе: передаётся от Джабира, Анаса, Ибн аз-Зубайра, аль-Хасана и аль-Хусайна, что они прикладывались ко всем углам, и то же самое передаётся от Урвы. По-разному передаётся от Муавии и Ибн Аббаса в этом вопросе: один из них сказал: «Нет ничего в Доме, что было бы оставлено без внимания». Достоверно же от Ибн Аббаса, что он прикладывался только к двум углам — Чёрному и йеменскому, которые известны как два йеменских угла, и это — сунна. На этом сходится группа правоведов, среди них Малик, аш-Шафии, Абу Ханифа, ас-Саури, аль-Авзаи, Ахмад, Исхак, Абу Саур, Дауд и ат-Табари.
Их доводом служит хадис Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), упомянутый в главе, и подобное этому от Пророка ﷺ. На этом закончилось (2).
Составитель говорит, прощение ему от Аллаха: из сказанного выяснилось, что более верным из мнений является мнение того, кто сказал: «Из углов прикладываются только к двум йеменским», поскольку от Пророка ﷺ не установлено иного. Вдумайся же, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — Тот, на Кого мы уповаем, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывной цепочке передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[2819] (...) — (Рассказал мне Харун ибн Саид аль-Айли, рассказал нам Ибн Вахб, рассказал мне Абу Сахр, от Ибн Кусайта, от Убайда ибн Джурайджа, который сказал: я совершал хадж с Абдуллой ибн Умаром ибн аль-Хаттабом (да будет доволен ими обоими Аллах) между хаджем и умрой двенадцать раз, и я сказал: «О Абу Абд ар-Рахман, я заметил в тебе четыре особенности», — и он привёл хадис в этом смысле, за исключением истории с произнесением тальбии, ибо он разошёлся с риваятом аль-Макбури, и упомянул это иным образом, чем упомянул его тот).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (Харун ибн Саид аль-Айли), проживавший в Египте, Абу Джафар ас-Саади, их вольноотпущенник, надёжный (сика), достойный [10-й слой] (умер в 253 г.), дожив до 83 лет (М, Д, С, К). Упомянут ранее в «Книге веры» 29/225.
2 — (Ибн Вахб) — Абдуллах, упомянут ранее в предыдущей главе.
3 — (Абу Сахр) ибн Абу аль-Мухарик, Хумайд ибн Зияд аль-Харрат, спутник аль-Абаа, мединец, затем египтянин, правдивый (садук), допускающий ошибки [6-й слой] (умер в 189 г.) (БХ, М, Д, Т, ‘С, К). Упомянут ранее в «Книге очищения» 5/558.
4 — (Ибн Кусайт) — с уменьшительной формой — это Язид ибн Абдуллах ибн Кусайт ибн Усама аль-Лейси, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный [4-й слой] (умер в 122 г.), дожив до 90 лет (‘Айн). Упомянут ранее в «Книге о мечетях и местах молитвы» 20/1301.
Остальные двое упомянуты ранее.
Его слово (ساق الحديث — «привёл хадис») — подлежащее здесь местоимение, относящееся к Ибн Кусайту, то есть Ибн Кусайт привёл хадис в том же смысле, что и хадис Саида аль-Макбури.
Его слово (فإنه خالف رواية المقبري... — «ибо он разошёлся с риваятом аль-Макбури...») — далее приведён текст того, что упомянул Ибн Кусайт в отличие от риваята аль-Макбури, в следующем примечании.
Его слово (فذكره بمعنى سوى ذكره إياه — «и упомянул это иным образом, чем упомянул его тот») — первое слово «ذَكَرَه» в форме прошедшего времени, и его подлежащее — местоимение, относящееся к Ибн Кусайту, а его прямое дополнение — местоимение, относящееся к хадису. Что касается второго «ذِكْرِه», то оно в форме масдара (отглагольного имени), и к нему присоединено слово «سوى» («иначе, чем»), являющееся определением к слову «معنًى» («смысл»), а местоимение, к которому оно присоединено, относится к аль-Макбури, а «إيّاه» относится к хадису.
[Примечание]: этот риваят Ибн Кусайта от Убайда ибн Джурайджа привёл Абу Аваана (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде» (2/278), сказав:
и рассказал нам сын брата Ибн Вахба, сказал: рассказал мне мой дядя, сказал: сообщил мне Абу Сахр, от Язида ибн Кусайта, от Убайда ибн Джурайджа, который сказал: я совершал хадж с Абдуллой ибн Умаром между хаджем и умрой двенадцать раз, и я сказал: «О Абу Абд ар-Рахман, я заметил в тебе четыре особенности, которые я не видел ни у кого из соратников Посланника Аллаха ﷺ, кроме тебя». Он сказал: «И что же, о Ибн Джурайдж?» Я сказал: «Я видел, что когда ты произносил тальбию, а затем входил в строения (аль-‘уруш), ты прерывал тальбию; я видел, что когда ты совершал обход вокруг Дома, чаще всего из углов ты прикасался к йеменскому углу; я видел, что ты носишь обувь из выделанной кожи (сибт), будучи с обритой головой; и я видел, что ты подкрашиваешь седину желтизной». Он сказал: «Ты сказал правду, о Ибн Джурайдж. Я выходил с Посланником Аллаха ﷺ, и когда он входил в строения, он прерывал тальбию, но моя тальбия не прерывается до самой моей смерти. Я совершал с ним обход вокруг Дома, и чаще всего из углов он прикасался к йеменскому углу, и я не перестану прикасаться к нему никогда. И вот эта его обувь, о Ибн Джурайдж, и я не перестану её носить. И вот его способ подкрашивания, о Ибн Джурайдж, и я не перестану подкрашиваться так же всегда».
Абу Аваана сказал: история с тальбией противоречит истории Саида аль-Макбури. На этом закончилось.
[Другое примечание]: этот риваят также привёл Ибн Хузайма в своём «Сахихе» с разъяснением содержащихся в нём пользы, и вот его текст (4/205):
(2696) — рассказал нам Ахмад ибн Абд ар-Рахман ибн Вахб, рассказал нам мой дядя, рассказал мне Абу Сахр, от Ибн Кусайта, от Убайда ибн Хунайна (3), который сказал: я совершал хадж с Абдуллой ибн Умаром ибн аль-Хаттабом между хаджем и умрой двенадцать раз. Он сказал: я сказал ему: «О Абу Абд ар-Рахман, я заметил в тебе четыре особенности», — и привёл хадис, и сказал: «Я видел, что когда ты произносил тальбию, а затем входил в строения, ты прерывал тальбию». Он сказал: «Ты сказал правду, о Ибн Хунайн. Я выходил с Посланником Аллаха ﷺ, и когда он входил в строения, он прерывал тальбию, но моя тальбия не прерывается до самой моей смерти».
Абу Бакр — то есть Ибн Хузайма — сказал: я считал, что совершающему умру следует продолжать произносить тальбию, пока не коснётся Камня в самом начале обхода для своей умры; на основании хадиса Ибн Абу Лейлы от Атаа от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) о том, что Посланник Аллаха ﷺ прекращал произносить тальбию в умре, когда касался Камня.
(2697) — Передали нам Якуб ибн Ибрахим ад-Дауракы и Мухаммад ибн Хишам, они сказали: передал нам Хушайм, сообщил мне Ибн Абу Лейла — Мухаммад ибн Хишам сказал: от Ибн Абу Лейлы. Абу Бакр сказал: когда же я внимательно рассмотрел хадис Убайда ибн Хунайна, в нём оказалось указание на то, что Пророк ﷺ прекращал тальбию при входе в строения Мекки, а хадис Убайда ибн Хунайна более достоверен по иснаду, чем хадис Атаа, ибо Ибн Абу Лейла не был хафизом, хотя и был знающим правоведом. Поэтому я считаю, что находящемуся в состоянии ихрама — совершающему ли хадж, умру или и то и другое вместе — следует прекращать тальбию при входе в строения Мекки; и если он совершает умру, то не возвращается к тальбии, а если он совершает только хадж или объединяет хадж с умрой, то возвращается к тальбии по завершении сай между Сафой и Марвой; ибо поступок Ибн Умара как бы указывает на то, что он видел, как Пророк ﷺ прекращал тальбию в своём хадже до завершения сай между Сафой и Марвой.
Передал нам это ар-Рабиа ибн Сулейман, передал нам Бишр ибн Бакр от аль-Аузаи, который сказал: Атаа ибн Абу Рабах сказал: Ибн Умар оставлял тальбию, когда входил в Харам, и возобновлял её после того, как завершал свой обход между Сафой и Марвой.
(2698) — Передал нам Мухаммад ибн Махди аль-Аттар, передал нам Амр — то есть Ибн Абу Салама, — передал мне Ибн Забр — а это Абдуллах ибн аль-Аля ибн Забр, — передал мне аль-Касим ибн Мухаммад, который сказал: я видел, как Абдуллах ибн Умар прекращал тальбию, когда входил в Харам, и возобновлял её, когда обходил Дом, а также когда завершал обход между Сафой и Марвой.
___
= искажение слова «Ибн Джурайдж», а это упомянутый ранее Убайд ибн Джурайдж, пусть это будет уточнено; что же касается Убайда ибн Хунайна, то это другой передатчик из Медины того же поколения, пусть это будет рассмотрено внимательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
Абу Бакр сказал (Ибн Хузайма): а сообщения о Пророке ﷺ о том, что он не переставал произносить тальбию, пока не бросил камешки в джамрат аль-Акаба, указывают на то, что он не прекращал тальбию окончательно при входе в Харам без возобновления; я упомяну его тальбию до броска камешков в джамрат аль-Акаба в соответствующем месте этой книги, если Аллах даст на это содействие и пожелает того. Конец слов Ибн Хузаймы (да помилует его Аллах); это ценное исследование, и мы вернёмся к завершению его разбора в подходящем для этого месте, если пожелает Аллах Всевышний; а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность и наилучший Покровитель.
По непрерывной цепочке передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутой в начале книги, он сказал:
[2820] (…) — И передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, передал нам Али ибн Мусхир от Убайдуллаха от Нафи‘а от Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: «Когда Посланник Аллаха ﷺ ставил ногу в стремя и его верховое животное поднималось с ним, вставая, он произносил тальбию (ихляль) от Зу-ль-Хулейфы».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, о нём говорилось за две главы до этого.
2 — Али ибн Мусхир, о нём говорилось недавно.
3 — Убайдуллах ибн Умар аль-Умари, о нём говорилось в прошлой главе.
4 — Нафи‘, вольноотпущенник Ибн Умара, о нём говорилось за главу до этого.
5 — и Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах), о нём уже говорилось.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): что этот иснад относится к пятизвенным (хумасият) у составителя (да помилует его Аллах).
2 — (и из них): что все его передатчики — передатчики, на которых опирается [вся] община [хадисоведов], кроме его шейха, у которого не приводил хадисов ат-Тирмизи.
3 — (и из них): что в нём есть передача табии от табии, и в нём Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах) — один из четырёх Абдуллахов и семи многопередававших.
___
(1) то есть Ибн Хузайма.
Разбор хадиса:
«От Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах)», что он «сказал: Посланник Аллаха ﷺ, когда ставил ногу» — а в формулировке аль-Бухари (да помилует его Аллах): «когда вставлял ногу в стремя (гарз), и его верблюдица выравнивалась с ним» — «в стремя (гарз)» — с фатхой на «гайн», сукуном на «ра», после которых «за» — это стремя верблюжьего седла, если оно было из кожи, дерева или железа; а говорят, это седло в целом, подобно тому, как «рикаб» — стремя для седла (сарджа). Сказано в «аль-Мисбахе»: «аль-гарз» по образцу «фалс» — стремя верблюда. Конец цитаты.
«И понесла его верхняя верблюдица (анбаасат бихи рахилятуху)», то есть выровнялась с ним, поднявшись; а в следующей риваяте: «Он произнёс тальбию, когда его верблюдица выровнялась с ним, поднявшись», то есть подняла его, выровнявшись на своей спине, так что «ба» здесь для переходности; а говорят, что «бихи» — обстоятельство состояния (халь), и точно так же слово «стоящей (каима)», как сказал аль-Кари (да помилует его Аллах).
«Произнёс тальбию (ахалля) от Зу-ль-Хулейфы», то есть возвысил голос тальбией и намеревался совершить один из двух обрядов или оба вместе, «от Зу-ль-Хулейфы», то есть от места мечети Зу-ль-Хулейфа; имеется в виду, что он начал произносить тальбию оттуда. И Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах) этим отвергал слова того, кто передавал, будто он ﷺ произнёс тальбию только тогда, когда поднялся на аль-Байда.
И различаются риваяты сподвижников (да будет доволен ими всеми Аллах) относительно того, с какого момента он ﷺ начал произносить тальбию.
(Из них): то, что указывает на то, что он произнёс тальбию сразу после молитвы в мечети Зу-ль-Хулейфа, как в риваяте Ибн Аббаса у Ахмада, ат-Тирмизи, ан-Насаи и аль-Байхаки, и в риваяте Абу Дауда аль-Мазини от Ибн Хазма.
___
(4) Сказал Абу Мухаммад Ибн Хазм (да помилует его Аллах) в «аль-Мухалля» 7/93: передал нам Ахмад ибн Мухаммад ибн аль-Джасур, передал нам Ахмад ибн аль-Фадль ад-Динавари, передал нам Мухаммад ибн Джарир ат-Табари, передал мне Мухаммад ибн Абдуллах ибн Саид аль-Васити, передал нам Якуб ибн Мухаммад, передал нам Мухаммад ибн Муса, передал нам Исхак ибн Саид ибн Джубайр от Джафара ибн Хамзы ибн Абу Дауда аль-Мазини от его отца от его деда Абу Дауда — а он бадриец, — который сказал: мы вышли с Посланником Аллаха ﷺ в хадж, и когда мы были в Зу-ль-Хулейфе, он совершил в мечети молитву в четыре ракята, затем произнёс тальбию сразу после молитвы, затем вышел к двери мечети, и вот его верблюдица стояла, и когда она понесла его, он произнёс тальбию, затем двинулся, и когда поднялся на аль-Байда, произнёс тальбию [снова].
(Из них): то, что указывает на то, что он произнёс тальбию, когда его верблюдица выровнялась с ним вне мечети Зу-ль-Хулейфа, у дерева, как это встречается в риваятах Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) у Ахмада, обоих шейхов и других, и в хадисе Анаса у аль-Бухари, Абу Дауда, аль-Байхаки и ат-Тахави. И сказал аз-Зайлаи после упоминания хадиса Анаса: и привёл — то есть аль-Бухари — также от Атаа от Джабира, что тальбия Посланника Аллаха ﷺ от Зу-ль-Хулейфы началась, когда его верхняя верблюдица выровнялась с ним. Конец цитаты.
(Из них): то, что указывает на то, что он ﷺ произнёс тальбию, когда выровнялся на аль-Байда, то есть после того, как поднялся на возвышенность аль-Байда, как это встречается в риваятах Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) также у Ахмада, аль-Бухари, Муслима, ат-Тирмизи, ат-Тахави, и в хадисе Анаса у Ахмада, ан-Насаи, Абу Дауда, и в хадисе Саада ибн Абу Ваккаса у Абу Дауда, ан-Насаи, аль-Байхаки и аль-Хакима.
И было совмещено между этими различными риваятами тем, что люди приходили группами, одна за другой, и одни увидели, как он ﷺ начал произносить тальбию после завершения молитвы в мечети Зу-ль-Хулейфа, и передали от него, что он произнёс тальбию в этом месте; затем он произнёс тальбию, когда его верхняя верблюдица понесла его, и это услышали другие, которые предположили, что он начал произносить тальбию именно в этот момент, потому что не слышали его тальбии в мечети, и сказали: он произнёс тальбию только тогда, когда его верблюдица понесла его; затем так же передали те, кто слышал его произносящим тальбию на возвышенности аль-Байда. К этому совмещению склонился Ибн аль-Каййим, где сказал: Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву аз-зухр в два ракята, затем произнёс тальбию для хаджа и умры на месте своей молитвы, затем сел на свою верблюдицу и снова произнёс тальбию, затем произнёс тальбию, когда поднялся на аль-Байда. Конец цитаты вкратце и обобщённо.
Этот совместный вывод подтверждается и тем, что передали Ахмад, Абу Дауд, аль-Хаким, аль-Байхаки и ат-Тахави от Саида ибн Джубайра, который сказал: «Я сказал Абдуллаху ибн Аббасу: «О Абу-ль-Аббас, я удивлён разногласием сподвижников Посланника Аллаха ﷺ относительно того, когда Посланник Аллаха ﷺ произнёс тальбию, вступив в ихрам». Он ответил: «Поистине, я лучше всех людей знаю об этом. Это был всего один хадж Посланника Аллаха ﷺ, и именно поэтому возникли разногласия. Посланник Аллаха ﷺ вышел, совершая хадж, и когда он совершил в своей мечети в Зу-ль-Хуляйфе два рак‘ата, он вступил в ихрам на своём месте молитвы и произнёс тальбию, закончив эти два рак‘ата. Это услышали от него некоторые люди и запомнили с его слов. Затем он сел верхом, и когда его верблюдица поднялась с ним, он произнёс тальбию, и это застали от него другие люди. А дело в том, что люди приходили группами одна за другой, и одни услышали его произносящим тальбию, когда его верблюдица поднялась с ним, и сказали: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ произнёс тальбию, когда его верблюдица поднялась с ним». Затем Посланник Аллаха ﷺ продолжил путь, и когда он поднялся на возвышенность аль-Байда, он произнёс тальбию, и это застали от него другие люди, и они сказали: «Поистине, он произнёс тальбию, лишь когда поднялся на возвышенность аль-Байда». Клянусь Аллахом, он вступил в ихрам на своём месте молитвы, и произнёс тальбию, когда верблюдица поднялась с ним, и произнёс тальбию, когда поднялся на возвышенность аль-Байда»».
В «Фатхе» сказано: «Устранило же неясность» — то есть неясность в разногласии риваятов о месте произнесения им ﷺ тальбии — «то, что передали Абу Дауд и аль-Хаким через путь Саида ибн Джубайра: «Я сказал Ибн Аббасу: «Я удивлён…»» и далее, как уже приведено. Затем он сказал: «Исходя из этого, осуждение Ибн Умаром тех, кто ограничивает произнесение тальбии лишь стоянием на возвышенности аль-Байда, становится понятным»».
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: многие учёные, как Ибн аль-Каййим, Хафиз (Ибн Хаджар) и аш-Шаукани и другие, пошли путём совмещения этих хадисов, и их доводом послужил упомянутый хадис Ибн Аббаса. Но в этом есть очевидная неясность, поскольку он передан от Хусайфа ибн Абд ар-Рахмана, а он слаб, поэтому совмещение на основе его риваята невозможно. Истина же в том, что предпочтение одного хадиса другому — вот верный путь, и упомянутый в этой главе хадис Ибн Умара следует предпочесть прочим хадисам, поскольку он более достоверен. И прекрасно об этом сказал Абу Мухаммад ибн Хазм (да помилует его Аллах), сказав: «В пути передачи хадиса Ибн Аббаса присутствует Хусайф, а он слаб; хадис Абу Дауда аль-Ансари аль-Мазини передан через путь неизвестных людей; а хадисы, указывающие на то, что он ﷺ вступил в ихрам после того, как его верховое животное поднялось с ним, а также на то, что он вступил в ихрам после того, как поднялся на возвышенность аль-Байда, — все они достоверны, и их достоверность единогласно признана. Однако в хадисах Ибн Умара есть добавление по сравнению с хадисом Джабира, Анаса и Аиши (да будет Аллах доволен ими), а именно то, что он ﷺ произнёс тальбию у самой мечети Зу-ль-Хуляйфа, когда вложил свою ногу в стремя и верховое животное поднялось с ним. Это ясно указывает на то, что это не было сразу после посадки на верблюдицу и не на месте его молитвы. И если бы хадис Ибн Аббаса и хадис Абу Дауда были достоверны, следовало бы отдать предпочтение действию по ним перед хадисом Ибн Умара из-за содержащегося в них добавления. Но поскольку хадис Ибн Умара единогласно признан достоверным, а их хадисы не являются достоверными, необходимо обратиться именно к нему, а не к ним. И поскольку в хадисе Ибн Умара имеется добавление по сравнению с хадисом того, чей риваят единогласно признан достоверным, — а именно то, что произнесение тальбии произошло у самой мечети, то есть до подъёма на возвышенность аль-Байда, — необходимо действовать в соответствии с ним. А тот, кто передал, что это произошло при подъёме на аль-Байду, в действительности услышал его в этот момент произносящим тальбию и решил, что это было первое произнесение тальбии».
Он сказал: «Можно также рассудить в пользу хадиса Ибн Умара против хадиса Ибн Аббаса так, что слова «на своём месте молитвы» являются добавлением передатчика, а не словами самого Ибн Аббаса, и справедливо будет сказать о том, кто вступил в ихрам у самой мечети при подъёме верблюдицы с ним, что, закончив свои два рак‘ата, он произнёс тальбию, при этом не обязательно, что это произошло непосредственно следом. И такое совмещение предпочтительнее, чем полное отбрасывание хадиса». Таково окончание слов Ибн Хазма (да помилует его Аллах).
Собиратель (да простит его Аллах) говорит: упомянутое исследование Ибн Хазма (да помилует его Аллах) хорошо, за исключением его слов: «Можно также рассудить в пользу хадиса Ибн Умара…» и далее — в этом есть очевидная неясность, поскольку такое совмещение является следствием достоверности, а ранее было показано, что хадис слаб, поэтому нет необходимости прилагать усилия к совмещению, но следует руководствоваться тем, что единогласно признано достоверным, а это хадис Ибн Умара (да будет Аллах доволен ими обоими).
Итог таков: предпочтительнее вступать в ихрам, когда верховое животное поднимается с человеком и он ставит ногу в стремя, как это достоверно передано от Посланника Аллаха ﷺ. Это исследование уже было приведено ранее, вникни же в него, а Всевышний Аллах — Податель успеха.
Хадис передан согласно и аль-Бухари, и Муслимом, и разбор его вопросов уже был приведён ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывной цепи передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2821] (…) — (Рассказал мне Харун ибн Абдуллах, [сказав]: рассказал нам Хаджжадж ибн Мухаммад, сказав: сказал Ибн Джурайдж: сообщил мне Салих ибн Кайсан от Нафи‘а от Ибн Умара (да будет Аллах доволен ими обоими), что он рассказывал, что Пророк ﷺ произнёс тальбию, когда его верблюдица встала прямо, поднявшись с ним).