(١) - (Глава: время её [жертвы])
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[٥٠٥٦] (١٩٦٠) - «Передал нам Ахмад ибн Йунус: передал нам Зухайр: передал нам аль-Асвад ибн Кайс (х). И передал нам его Йахья ибн Йахья: сообщил нам Абу Хайсама от аль-Асвада ибн Кайса: передал мне Джундаб ибн Суфьян, сказавший: «Я присутствовал на празднике жертвоприношения (аль-Адха) вместе с Посланником Аллаха ﷺ. Он не отступил от того, что совершил молитву, и, закончив молитву, произнёс салям, и вот он увидел мясо жертвенных животных, которые были зарезаны прежде, чем он закончил молитву. Тогда он сказал: «Кто зарезал свою жертву прежде, чем помолился — или прежде, чем мы помолились, — пусть зарежет вместо неё другую, а кто не зарезал, пусть зарежет с именем Аллаха»».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Ахмад ибн Йунус — это Ахмад ибн Абдуллах ибн Йунус ат-Тамими аль-Йарбуи, о нём говорилось недавно.
2 — Зухайр ибн Муавия ибн Худайдж, он же Абу Хайсама, упомянутый в следующем иснаде, о нём тоже говорилось недавно.
3 — аль-Асвад ибн Кайс аль-Абди, — говорят также: аль-Баджали, — Абу Кайс аль-Куфи, надёжный (сика) [٤] (входит во все шесть основных сборников), о нём говорилось в «Мечетях и местах молитвы», 36/1430.
4 — Йахья ибн Йахья ат-Тамими ан-Нисабури, о нём говорилось перед этой главой.
5 — Джундаб ибн Суфьян — это Джундаб ибн Абдуллах ибн Суфьян аль-Баджали, затем аль-Алаки, Абу Абдуллах, назван по имени своего деда, сподвижник, умерший (да будет доволен им Аллах) после шестидесятого года (входит во все шесть основных сборников), о нём говорилось в «Вере», 43/286.
[Замечание]: Из тонкостей этого иснада то, что он относится к четырёхзвенным (рубайиййат) иснадам автора (да помилует его Аллах) — это (360)-й из четырёхзвенных иснадов книги, а также то, что он подряд весь состоит из куфийцев, при этом Йахья прибыл в Куфу, чтобы взять хадисы у её жителей. А Всевышний Аллах знает лучше.
Разбор хадиса:
От аль-Асвада ибн Кайса аль-Баджали, который сказал: «Передал мне Джундаб» ибн Абдуллах (ибн Суфьян) аль-Баджали, (сказавший): «я присутствовал» — с касрой на «ха»; то есть присутствовал (аль-адха) — форма множественного числа от «удхат», подобно «арта» и «арты»; то есть — время закалывания жертвы. В риваяте аль-Бухари: «Я видел Пророка ﷺ в День жертвоприношения…». «...вместе с Посланником Аллаха ﷺ. Он не отступил» — с фатхой, затем сукуном, затем дамма на «даль»; то есть не перешагнул. Говорят: «адавту-ху а‘духу» — я перешагнул через это к другому, и «аддайту-ху», и «та‘аддайту-ху» — то же самое; так сказал аль-Файюми (сноска: «аль-Мисбах аль-мунир», 2/397). «...того, что совершил молитву» — «ан» здесь масдарийя, а образованный от неё масдар — дополнение к «йа‘ду»; то есть: не перешагнул за молитву к чему-то иному, а имеется в виду, что он начал с неё и не начал с закалывания жертвы, как поступили некоторые люди по своему невежеству. «...и, закончив молитву» и его слово «произнёс салям» — обстоятельство (хал) с подразумеваемым «кад» по мнению басрийцев, и без него — по мнению куфийцев; то есть в состоянии произнесения саляма. «...и вот он увидел мясо жертвенных животных» — «иза» здесь внезапности (аль-фаджаиййа); то есть внезапно ему представилось видение мяса жертвенных животных, а «адахий» — с усилением «йа», как уже говорилось, — форма множественного числа от «идхыя» с даммой на «хамзе» или с касрой. Его слово «которые были зарезаны» — в форме страдательного залога, и это предложение — обстоятельство (хал) от «аль-адахий», поскольку определяемое (мудаф) является частью того, к чему оно присоединено (мудаф иляйхи), как сказано в «аль-Хуляса»:
«Не допускай состояния от присоединённого слова,
разве что определяемое требует его действия,
или оно является частью того, к чему присоединено,
или подобно его части — тогда не бойся».
«...прежде, чем он закончил» — с даммой на «ра»; то есть прежде, чем Пророк ﷺ завершил (молитву), а «прежде» — обстоятельство времени к слову «были зарезаны». «...молитву. Тогда он сказал» ﷺ: ««Кто зарезал»» — «кана» здесь избыточна (заида), как сказано в «аль-Хуляса»:
«И бывает добавлена «кана» в качестве вставки, как в «Он был самым верным в знании из предшественников»».
«...свою жертву» — как уже говорилось, — с даммой на «хамзе» или с касрой. «...прежде, чем помолился — или прежде, чем мы помолились» — «ау» здесь выражает сомнение передатчика: сказал ли он «йусалли» с «йа» или «нусалли» с «нун». «...пусть зарежет вместо неё» — то есть взамен неё — «другую» — то есть другую жертву, поскольку та не считается действительной, так как была принесена до наступления её времени. «...а кто не зарезал, пусть зарежет с именем Аллаха»». А в следующем риваяте: «пусть зарежет во имя Аллаха», а в риваяте Абу Аваны: «а кто не зарезал, пока мы не помолились, пусть зарежет во имя Аллаха».
[Полезное замечание]: Знатоки арабского языка из числа писцов говорят: если сказано «би-сми-Лляхи» (с именем Аллаха), то определённо пишется с «алифом», а «алиф» убирается лишь тогда, когда пишется «Бисми-Лляхи-р-Рахмани-р-Рахим» полностью; так упомянул ан-Навави (сноска: «Шарх ан-Навави», 13/110).
Смысл выражения «пусть зарежет с именем Аллаха» — то есть пусть зарежет, произнося «во имя Аллаха», то есть называя (Его имя), а предлог с управляемым словом связан с опущенным (словом), являясь обстоятельством (хал) от местоимения в слове «пусть зарежет»; и это наиболее подходящее толкование хадиса, и его признал верным ан-Навави, что подтверждается тем, что содержится в хадисе Анаса (да будет доволен им Аллах): «и назвал (имя Аллаха), и произнёс такбир».
Аль-Кады сказал: возможно, что смысл его — «пусть зарежет для Аллаха», а «ба» здесь употреблена в значении «ля» (для); возможно, что смысл его — «с называнием имени Аллаха»; возможно, что смысл его — «взыскуя благословения Его имени», как говорят: «иди с благословением Аллаха»; возможно, что смысл его — «пусть зарежет по сунне Аллаха». Он сказал: а что касается того, что некоторые считали нежелательным говорить «делай это во имя Аллаха», поскольку имя Его над всякой вещью, то это — слабое мнение.
Аль-Хафиз сказал: возможно и пятое толкование — что смысл его слова «с именем Аллаха» — простое дозволение на заклание в это время, поскольку контекст предполагает запрет до этого и дозволение после этого, подобно тому как говорят просящему разрешения войти: «во имя Аллаха», то есть «входи».
Этим повелением, в его слове «пусть зарежет вместо неё другую», обосновывали свою позицию те, кто считал жертвоприношение обязательным. Ибн Дакык аль-Ид сказал: форма «ман» в его слове «кто зарезал» — это форма всеобщности (умум) в отношении каждого, кто зарезал прежде, чем помолился, и она пришла для установления правила, а применение формы всеобщности, когда она пришла для этого, к редкому случаю считается предосудительным. Итак, после ограничения её тем, кто дал обет о конкретной определённой жертве, остаётся сомнение: то ли предпочтительнее относить её к тому, у кого уже была определённая жертва заранее, то ли относить её к началу принесения жертвы без предварительного определения? По первому варианту это станет доводом для тех, кто считал обязательным (жертвоприношение) для купившего жертвенное животное, как маликиты, ведь жертвоприношение у них становится обязательным через устное обязательство, через намерение покупки и через намерение заклания. По второму варианту в этом нет доказательства для тех, кто считал жертвоприношение обязательным вообще безусловно, однако отделение от этого произошло у тех, кто не считал его обязательным, через доводы, указывающие на отсутствие обязательности, так что повеление становится рекомендательным (надб).
Этим доказывали также те, кто выдвигал условие предварения заклания имамом после его молитвы и проповеди (хутбы); поскольку его слово «кто зарезал прежде, чем помолился, пусть зарежет вместо неё другую» произнесено им лишь после его молитвы, проповеди и его собственного заклания, как если бы он сказал: кто зарезал прежде совершения этих действий, пусть повторит; то есть пусть не засчитывает то, что он зарезал.
Ибн Дакык аль-Ид сказал: и это обоснование не является правильным, поскольку оно противоречит ограничению словом «молитва» и последовательности через «фа»; так упомянул он в «аль-Фатх» (сноска: том 1). А Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и место прибежища.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Джундаба ибн Суфьяна (да будет доволен им Аллах) передан согласованно (аль-Бухари и Муслим).
(Второй вопрос): о его источниках возведения (тахридж):
Привёл его (автор) здесь [1/5056, 5057, 5058, 5059 и 5060] (1960), а также аль-Бухари в «Праздниках» (985), «Закалывании» (5500), «Жертвоприношениях» (5562), «Клятвах и обетах» (6674) и «Единобожии» (7400); ан-Насаи в «Жертвоприношениях» (7/214 и 224) и «Большом сборнике» (4458 и 4484); Ибн Маджа в «Жертвоприношениях» (3152); ат-Тайялиси в своём «Мусанаде» (936); аль-Хумайди в своём «Мусанаде» (775); Ахмад в своём «Мусанаде» (4/312 и 313); Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (5913); Абу Йала в своём «Мусанаде» (1532); ат-Тахави в «Шарх маани аль-асар» (4/173); Абу Аваана в своём «Мусанаде» (5/72); Ибн Абу Асим в «аль-Ахад ва-ль-масани» (4/475); ат-Табарани в «аль-Кабире» (1713, 1714, 1715, 1716, 1717 и 1718); ар-Руйани в своём «Мусанаде» (2/139); аль-Байхаки в «Большом сборнике» (9/262 и 277). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах.
1 — (Из них): разъяснение времени жертвоприношения — оно после праздничной молитвы.
2 — (Из них): разъяснение допустимости закалывания людьми на месте праздничной молитвы.
3 — (Из них): установленность праздничной молитвы.
4 — (Из них): что сунной является совершение праздничной молитвы на специально отведённом для неё месте вне мечети, и она не совершается в мечети, кроме как по необходимости.
5 — (Из них): недопустимость закалывания жертвы до молитвы; если же кто-то заколол её раньше, ему следует заменить её другой. Разъяснение разногласий учёных о времени её начала и окончания последует в пятом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
6 — (Из них): что не следует закалывать раньше имама, и в этом есть разногласие между учёными, разъяснение которого последует в шестом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
7 — (Из них): обязательность произнесения «бисмиллях» при закалывании; разъяснение разногласия учёных в этом уже было приведено в «Книге охоты и закалывания животных». И Аллах Всевышний знает лучше.
(Четвёртый вопрос): о разногласии людей знания относительно постановления о жертвоприношении.
Сказал имам Ибн Кудама (да помилует его Аллах): большинство людей знания считают жертвоприношение подтверждённой сунной, а не обязательным; это передано от Абу Бакра, Умара, Биляля и Абу Масуда аль-Бадри (да будет доволен ими Аллах). Так же говорили Суайд ибн Гафаля, Саид ибн аль-Мусайиб, Алькама, аль-Асвад, Ата, аш-Шафии, Исхак, Абу Саур и Ибн аль-Мунзир.
А Рабиа, Малик, ас-Саури, аль-Авзаи, аль-Лейс и Абу Ханифа сказали: оно обязательно, — ссылаясь на то, что передал Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах): что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто имеет достаток и не совершил жертвоприношения, пусть не приближается к нашему месту молитвы»; а также на то, что передано от Михнафа ибн Сулейма, что Пророк ﷺ сказал: «О люди, поистине, на каждой семье лежит ежегодно жертвоприношение (адхат) и атира (жертва в месяце раджаб)».
А первые (сторонники сунны) приводили в качестве аргумента то, что передал ад-Даракутни по своему иснаду от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) от Пророка ﷺ: он сказал: «Три вещи предписаны мне, а вам они — добровольны», а в другой версии: «витр, жертвоприношение (нахр) и два ракята рассветной молитвы». Он сказал: и потому что Пророк ﷺ сказал: «Кто желает совершить жертвоприношение, и наступили десять дней (месяца зу-ль-хиджа), то пусть не берёт ничего из своих волос и кожи», — привёл его Муслим. Он обусловил это желанием (иктиран), а обязательное не обусловливается желанием; и потому что это заколотое животное, распределение мяса которого не является обязательным, поэтому оно не может быть обязательным, подобно акыке. А что касается их (сторонников обязательности) хадиса, то знатоки хадиса признали его слабым, и затем мы понимаем его как усиление рекомендательности, подобно тому, как сказано: «Омовение (гусль) в пятницу обязательно для каждого достигшего половой зрелости», и как сказано: «Кто поел из этих двух растений, пусть не приближается к нашему месту молитвы». И передано от Ахмада относительно сироты, за которого совершает жертвоприношение его опекун: если тот состоятелен, — и это в смысле расширения (возможности) в день праздника, а не в смысле обязательности. Конец слов Ибн Кудамы (да помилует его Аллах).
Сказал имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе»: «Глава о сунне жертвоприношения», и сказал Ибн Умар: «Это сунна и известное (дело)».
И сказал он (Ибн Хаджар) в «Фатх»: и как будто он озаглавил (главу) словом «сунна», указывая на несогласие с тем, кто говорит об обязательности этого. Сказал Ибн Хазм: не достоверно ни от кого из сподвижников, что оно обязательно, а достоверно от большинства (джумхур), что оно не обязательно, и нет разногласия в том, что оно относится к установлениям религии. У шафиитов и у большинства оно — подтверждённая сунна на уровне достаточности (кифая), а по одному из мнений шафиитов — из обязанностей достаточности (фард кифая). От Абу Ханифы (передано), что оно обязательно для проживающего (не путешествующего) состоятельного; и от Малика подобное этому в одном риваяте, но без ограничения проживающим; и передано от аль-Авзаи, Рабиа и аль-Лейса подобное этому. Отступили от этого Абу Йусуф из ханафитов и Ашхаб из маликитов, согласившись с большинством. Сказал Ахмад: оставление его при возможности не желательно (макрух); а от него (передано также): обязательно. От Мухаммада ибн аль-Хасана: это сунна, оставление которой не разрешено. Сказал ат-Тахави: этого мы и придерживаемся, и нет в преданиях того, что указывало бы на его обязательность. Конец.
И ближайшее, чем можно опираться на обязательность, — это хадис Абу Хурайры, возведённый (к Пророку ﷺ): «Кто нашёл достаток и не совершил жертвоприношения, пусть не приближается к нашему месту молитвы», — привели его Ибн Маджа и Ахмад, и его передатчики надёжны, но есть разногласие в том, возведён он (к Пророку) или является остановленным (на сподвижнике), и остановленный вариант более похож на истину, — сказал это ат-Тахави и другие. И, несмотря на это, он не является ясным указанием на обязательность.
А слово Ибн Умара: «Это сунна и известное (дело)» — присоединил его (иснадом) Хаммад ибн Салама в своём «Мусанафе» хорошим иснадом к Ибн Умару; и у ат-Тирмизи, с оценкой «хороший» (хасан), через путь Джабаля ибн Сухайма: что человек спросил Ибн Умара о жертвоприношении — обязательно ли оно? И тот сказал: совершал жертвоприношение Посланник Аллаха ﷺ и мусульмане после него. Сказал ат-Тирмизи: на этом основывается практика у людей знания, что жертвоприношение не обязательно, — и как будто он понял из того, что Ибн Умар не сказал в ответ «да», что тот не считает его обязательным, ведь простое действие само по себе не указывает на это; и как будто он указал своими словами «и мусульмане» на то, что это не относится к особенностям (Пророка), и был Ибн Умар усердным в следовании действиям Пророка ﷺ, поэтому он не заявил прямо об отсутствии обязательности.
И приводил в качестве аргумента тот, кто говорит об обязательности, то, что передано в хадисе Михнафа ибн Сулейма, возведённом (к Пророку ﷺ): «На каждой семье — жертвоприношение», — привели его Ахмад и четверо (составителей сунан) сильным иснадом, но нет в нём доказательства; потому что формулировка не является ясной в отношении абсолютной обязательности, и упомянута вместе с ней атира, а она не обязательна у тех, кто считает жертвоприношение обязательным.
И приводил в качестве доказательства тот, кто говорит об отсутствии обязательности, хадис Ибн Аббаса: «Мне предписано жертвоприношение (нахр), а вам не предписано», — и это слабый хадис, привели его Ахмад, Абу Йала, ат-Табарани и ад-Даракутни, и признал его достоверным аль-Хаким, но он ошибся; и я исчерпывающе рассмотрел его пути передачи и передатчиков в разделе «особенности (Пророка)» в книге извлечения хадисов ар-Рафии. Конец слов Хафиза в «Фатх» (1).
Сказал собиратель — да простит его Аллах Всевышний: его выражение в «Тахридж ахадис ар-Рафии», известной как «Талхис аль-хабир»: его слово: «из них — молитва Духа (ад-Духа)»: передано, что он ﷺ сказал: «Мне предписаны два ракята молитвы Духа, а вам они — сунна», — привёл это Ахмад через путь Исраиля от Джабира от Икримы от Ибн Аббаса, с формулировкой: «Мне велено (совершать) два ракята молитвы Духа, а вам это не велено, и мне велено жертвоприношение (адха), а вам не предписано», — и его иснад слабый из-за Джабира аль-Джуфи. И привёл его Абу Йала через путь Шарика с формулировкой: «Мне предписано жертвоприношение (нахр), а вам не предписано, и мне велена молитва Духа, а вам она не велена». И привёл его аль-Баззар с формулировкой: «Мне велены два ракята рассветной молитвы и витр, а на вас (это) не (обязательно)». И через путь Абу Джанаба аль-Калби от Икримы от него (Ибн Аббаса) с формулировкой: «Три (вещи) для меня обязательны, а для вас — добровольны: жертвоприношение, витр и два ракята молитвы Духа», — привёл его аль-Хаким и Ибн Ади этим же путём, и в его формулировке — «жертвоприношение (адха)» вместо «нахр», и «два ракята рассветной молитвы» вместо «Духа»; и так же привёл его ад-Даракутни и аль-Байхаки. И привёл его Ибн Хиббан в «Слабых (передатчиках)» и Ибн Шахин в своём «Насих» через путь Ваддаха ибн Йахьи от Мандаля от Йахьи ибн Саида от Икримы от него (Ибн Аббаса) с формулировкой: «Три (вещи) для меня обязательны, а для вас они — добровольны: витр, два ракята рассветной молитвы и два ракята молитвы Духа», — а Ваддах — слабый (передатчик).
Итак, установилась слабость хадиса по всем его путям передачи, и из этого следует, что тот, кто придерживается его (как доказательства обязательности), должен сказать об обязательности двух ракятов рассветной молитвы для него (Пророка), но они (учёные) не сказали этого, хотя это и передавалось от некоторых из ранних (саляф).
У аль-Амиди и Ибн аль-Хаджиба встречается упоминание о том, что пришло нечто, противоречащее этому. Ад-Даракутни и Ибн Шахин в своей книге «Насих» передали через путь Абдуллы ибн Мухаррара, от Катады, от Анаса, марфу‘: «Мне велено совершать витр и жертвоприношение в день праздника, но это не сделано для меня обязательным (‘азм)», а в версии Ибн Шахина: «...и не сделано для меня обязательным (фард)». Абдулла ибн Мухаррар — оставленный (матрук) передатчик. Конец слов Хафиза в «ат-Талхис» (¹).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: большинство учёных из числа предшественников и последующих поколений склонилось к тому, что жертвоприношение — это сунна муаккада (твёрдо установленная сунна), и это известный мазхаб Малика; они опираются на то, что Пророк ﷺ и его сподвижники постоянно совершали его, и что не пришло текста, ясно указывающего на его обязательность, — более того, нет и явного достоверного указания, свободного от изъянов. Ат-Тирмизи передал от Ибн Умара (да будет Аллах доволен ими обоими), что он сказал: Посланник Аллаха ﷺ прожил в Медине десять лет, принося жертву. И был спрошен Ибн Умар о жертвоприношении: обязательно ли оно? Он ответил: Посланник Аллаха ﷺ приносил жертву, и мусульмане приносили жертву. Ат-Тирмизи сказал: это два хороших (хасан) хадиса. Он сказал: и на этом строится практика учёных: жертвоприношение не является обязательным, но является одной из сунн Пророка ﷺ. А то, что передаётся о некоторых предшественниках, оставлявших жертвоприношение, будучи в состоянии его совершить, объясняется тем, что они оставляли его из опасения, что оно будет воспринято как обязательное. Ибн Абд аль-Хакам сказал: я спросил Малика о жертвоприношении: обязательно ли оно? Он ответил: это сунна. Затем сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мне велено совершать жертвоприношение, а для вас оно — сунна».
Аль-Куртуби сказал: он дал фетву и привёл довод; это указывает на достоверность этого хадиса у Малика, поскольку он привёл его как довод, а недостоверным доводом пользоваться недопустимо.
К мнению об обязательности жертвоприношения склонилась группа учёных, среди них: аль-Авзаи, аль-Лейс, Абу Ханифа; однако он поставил условием обязательности, чтобы приносящий жертву владел нисабом. Также передаётся мнение об обязательности от Малика и некоторых его последователей. Сторонники обязательности опирались на слова Всевышнего Аллаха: «Совершай молитву Господу твоему и приноси жертву» [аль-Каусар: 2], а также на то, что передал Абу Дауд и другие от Михнафа ибн Сулейма, от Пророка ﷺ, что он сказал: «О люди! Поистине, на каждой семье в каждый год лежит жертвоприношение и атира. Знаете ли вы, что такое атира? Это то, что люди называют раджабиййа», а также на явный смысл повеления повторить (жертвоприношение) в упомянутом ранее хадисе.
Аль-Куртуби сказал: ни в чём из этого нет довода. Что касается аята, то он допускает различные толкования, поэтому мнения учёных о нём разошлись. Одни говорили: смысл его — соверши известные молитвы, положи правую руку на левую, положи их на грудь, — так сказал Али (да будет доволен им Аллах); Абу аль-Ахвас сказал: подними руки при произнесении такбира до груди. Другие говорили: обратись грудью к кибле во время молитвы. Муджахид сказал: соверши молитву в Муздалифе и заколи жертвенное животное (хади). Ата сказал: соверши праздничную молитву и принеси жертву (адхыя); нечто подобное сказал Малик. Ибн Джубайр сказал: обратись с мольбой к Господу твоему и поднимай руки до груди при мольбе. Ата сказал: выпрямись между двумя поклонами земными, так, чтобы показалась грудь.
Аль-Куртуби сказал: все эти мнения аят допускает; но наиболее очевидным из них является мнение тех, кто сказал: имеется в виду — соверши известные молитвы и заколи обязательные жертвенные животные (хадайа), опираясь на обычное употребление этих двух слов, — а Аллах знает лучше. При этом становится ясно, что в аяте нет довода.
Что касается его слов: «на каждой семье жертвоприношение и атира», то это недостоверно. Говорят, что это слабый хадис, как сказал Абу Мухаммад Абд аль-Хакк и другие; и даже если признать его достоверность, в нём нет довода по двум причинам:
Первая: он не является ясным указанием на обязательность, — подобное может быть сказано и о желательном (мандуб), как сказано о зубочистке (сивак): «Придерживайтесь сивака», хотя сивак не является обязательным в пятничной молитве по единогласному мнению. Это следует понимать так, что тому, кто хочет получить обильную награду и установить сунну, следует придерживаться сивака и жертвоприношения. Это подобно словам Пророка ﷺ: «Кто хочет принести жертву, пусть не берёт ничего из своих волос и кожи».
Вторая: соединение атиры с жертвоприношением союзом, а атира не является обязательной по единогласному мнению, как упомянул аль-Мазари. Абу Дауд сказал: атира отменена (несухская). Эти слова Абу Дауда указывают на то, что атира была установлена в начале ислама, а затем была отменена; то же самое сказал Ибн Дурайд, сказав: атира — это овца, которую резали в раджабе в эпоху джахилии в качестве жертвы приближения, и это было также в начале ислама. Слово «аль-‘атр» означает «резать». Другие сказали: это форма «фа‘иля» в значении «мафуля», как «дабиха» в значении «мадбуха». Говорят: «‘атара-р-раджулу я‘тиру ‘атран» (с фатхой) — когда человек резал атиру. Говорят также: «эти дни — дни тарджиб и та‘тар».
Я говорю (¹): явный смысл слов Абу Дауда о том, что атира отменена, — то, что для неё не осталось установленного статуса ни в смысле обязательности, ни в смысле допустимости. Кади Абу аль-Фадль сказал: большинство учёных склонны к её оставлению из-за запрета на неё, за исключением Ибн Сирина, который резал атиру в раджабе и не считал её отменённой, — имея в виду допустимость. А что касается обязательности, то её оставление единогласно признано, как передал аль-Мазари.
Если скажут: мы не признаём, что отмена обязательности атиры влечёт за собой отрицание обязательности жертвоприношения, потому что хадис содержит два предмета:
Первый — жертвоприношение, и никто не сказал, что оно отменено, — и атира, которая отменена, а из её отмены не следует отмена жертвоприношения.
Ответ: хотя это два разных предмета, они объединились в одном значении, дающем обязательность, — том самом, на который вы опираетесь в доказательстве обязательности; потому что, когда он соединил атиру с жертвоприношением союзом «и» без повторения предлога «على» (на), мы узнаём, что атира вошла вместе с жертвоприношением в значение этого предлога. Это единое значение; если оно снимается с атиры, то снимается и с жертвоприношения по необходимости единства. Таково правило соединительных союзов, объединяющих в значении, когда ими соединяются отдельные слова. Ведь если ты скажешь: «встал Зейд и Амр», невозможно снять вставание с Амра, оставив его для Зейда; но если бы повторили управляющее слово, было бы допустимо снять решение с одного, оставив его для другого, поскольку это было бы соединением предложений, а соединение различных предложений друг с другом допустимо. Мы подробно разобрали это в «Основах» (усуль). Это хорошее правило, заслуживающее внимания.
Что касается опоры на слова Пророка ﷺ: «Зарежь на её месте другую», то они подкрепили это тем, что пришло в некоторых путях этого хадиса, — его словами: «повтори обряд», и его словами: «принеси её в жертву — то есть годовалую козу — но она не будет засчитана никому после тебя». Ни в чём из этого нет ясного довода, потому что цель — разъяснить, каким образом установлено жертвоприношение для того, кто хочет его совершить, или для того, кто обязал себя им, но совершил его не так, как предписано, по ошибке или по невежеству; и Пророк ﷺ разъяснил ему способ восполнения того, в чём он допустил упущение. Именно это подразумевается словами «не засчитывается», то есть: не достигается для тебя цель приближения (курба) и награда.
Это подобно тому, как говорят о добровольной молитве: «не засчитывается без омовения и покрытия наготы», то есть она недействительна сама по себе, поскольку цель приближения достигается лишь при полноте её условий. Это совершенно ясно.
Некоторые из тех, кто считает жертвоприношение обязательным, приводили довод, что жертвоприношение принадлежит к шариату Ибрахима (мир ему), а нам велено следовать за ним, согласно словам Всевышнего: «Религии отца вашего Ибрахима» [аль-Хадж: 78]. На это возникает множество возражений, которые мы упомянули в «Основах», и в этом нет довода, поскольку мы согласны с тем, что содержится в аяте, но спрашиваем их: было ли жертвоприношение обязательным в его шариате, или это была сунна? Нет ничего, что указывало бы на что-либо из этого. А если они приводят в качестве довода историю о закалываемом (сыне Ибрахима), то это частный случай, либо отменённое положение, и в этом нет довода. Аллах Всевышний знает лучше. Конец (¹).
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: из сказанного выше стало ясно, что наиболее предпочтительным из мазхабов является то, на чём стоит большинство учёных, — а именно желательность (истихбаб) жертвоприношения, желательность твёрдо установленная, и что оно не является обязательным, ввиду очевидности доводов на это.
Сказал Абу Мухаммад ибн Хазм — да помилует его Аллах — в своей книге «Аль-Мухалля»: жертвоприношение (аль-удхия) — это прекрасная сунна, а не обязательное предписание, и тому, кто оставил его, не питая к нему отвращения, в этом нет греха. А кто принёс жертву за свою жену, или своего ребёнка, или свою рабыню — это хорошо, а кто не принёс — в этом также нет греха. Затем он привёл доводы на это, а также мнения учёных и их доводы, и обсудил их по своему обычаю так, как не встретишь в других книгах, — обратись к ней и извлечёшь пользу. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Пятый вопрос): о разногласии знатоков науки относительно времени жертвоприношения.
Одна группа считала, что если от дня праздника прошло время, достаточное для того, чтобы наступило время молитвы, и время, необходимое для полной молитвы и двух проповедей в самом кратком их виде, то время заклания уже наступило, и не учитывается сама молитва как таковая, — и в этом нет разницы между жителями городов и прочими. Это мазхаб аш-Шафии и Ибн аль-Мунзира.
Другая группа считала, что одним из условий допустимости жертвоприношения для жителей города является совершение молитвы имамом и его проповеди. Нечто подобное передано от аль-Хасана, аль-Аузаи, Малика, Абу Ханифы, Исхака, и это явный смысл слов Ахмада — на основании того, что передал Джундуб ибн Абдуллах аль-Баджали (да будет доволен им Аллах): Пророк ﷺ сказал: «Кто зарезал (жертву) до того, как совершил молитву, пусть зарежет другую вместо неё». А от аль-Бараа (да будет доволен им Аллах) передано, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто совершил нашу молитву и совершил наш обряд жертвоприношения, тот попал в цель обряда, а кто зарезал до того, как совершил молитву, пусть зарежет другую вместо неё» — согласились в передаче аль-Бухари и Муслим. А в другой версии сказано: «Первое, что мы совершаем в этот наш день, — это молитва, затем заклание; кто же зарезал до молитвы, то это просто овца мяса, которую он преподнёс своей семье, и она никак не относится к обряду». Явный смысл этого указывает на то, что учитывается сама молитва как таковая.
Атаа считал, что время жертвоприношения наступает с восходом солнца, поскольку это култо (обряд поклонения), конец которого связан с определённым временем, следовательно, и начало его должно быть связано с временем, подобно посту.
Абу Ханифа сказал: начало времени жертвоприношения для них наступает с восходом второй зари, поскольку это часть дня жертвоприношения, и время наступает с его началом, как и в течение всего этого дня.
Сказал Ибн Кудама: правильным — если пожелает Аллах Всевышний — является то, что время жертвоприношения в том месте, где совершается праздничная молитва, наступает после молитвы, согласно явному смыслу хадиса, а действовать согласно явному смыслу предпочтительнее. Что же касается тех, кто не относится к жителям городов и селений, то для них начало времени жертвоприношения наступает по прошествии времени, равного времени молитвы и проповеди после молитвы, поскольку для них молитва не учитывается, а значит, следует учитывать её продолжительность.
Сказал Ибн Кудама: если имам не совершил молитву в городе, то заклание не допускается, пока солнце не пройдёт зенит, поскольку в этом случае обязанность молитвы отпадает, и это как если бы он уже совершил молитву, — и не важно, оставил ли он молитву намеренно или ненамеренно, из-за оправдательной причины или без неё.
Что касается заклания на второй день, то оно допускается с самого начала дня, поскольку молитва в этот день не обязательна, а время уже наступило в первый день, и это лишь продолжение этого времени, поэтому в нём не учитывается ни молитва, ни что-либо иное. А если имам совершил молитву на месте молитвы и назначил заместителя, который совершил молитву в мечети, то, как только они совершили молитву в одном из двух мест, заклание допускается, поскольку молитва, снимающая обязанность с остальных людей, состоялась. Если же заклание произошло после молитвы, но до проповеди, то это засчитывается согласно явному смыслу слов Ахмада, поскольку Пророк ﷺ связал запрет с совершением молитвы, а не с чем-либо иным, и поскольку проповедь не обязательна, — таково же мнение ас-Саури. Здесь заканчивается нужная часть слов Ибн Кудамы — да помилует его Аллах — с сокращением и небольшой переработкой.
А в «Фатхе», касаясь слов «то пусть не режет, пока не завершится (молитва)», сказано следующее:
Шафииты опираются на это в утверждении, что начало времени жертвоприношения равно времени, необходимому для завершения молитвы и проповеди; они поставили условием завершение проповедником своей речи, поскольку обе проповеди преднамеренно связаны с молитвой в этом обряде поклонения, поэтому учитывается время молитвы и двух проповедей в самом кратком допустимом виде после восхода солнца. Если заклание произошло после этого, оно засчитывается за жертвоприношение, независимо от того, совершил ли человек праздничную молитву или нет, и независимо от того, зарезал ли имам свою жертву или нет, — и в этом равны жители города, присутствующие и кочевники. Ат-Тахави передал от Малика, аль-Аузаи и аш-Шафии: жертвоприношение не допускается до того, как зарежет имам, — и это известно от Малика и аль-Аузаи, но не от аш-Шафии.
Сказал аль-Куртуби: явные смыслы хадисов указывают на связь заклания с молитвой, но поскольку аш-Шафии увидел, что тот, на кого не возложена праздничная молитва, всё же обязан совершить жертвоприношение, он истолковал упоминание молитвы как указание на её время. А Абу Ханифа и аль-Лейс сказали: заклание до молитвы недопустимо, а после неё допустимо, даже если имам не зарезал, — и это касается именно жителей города; что же касается жителей селений и кочевий, то время жертвоприношения для них наступает с восходом второй зари. Малик сказал: они режут, когда зарезал ближайший к ним имам из числа имамов селений, а если они зарезали раньше, это засчитывается им. Атаа и Раби'а сказали: жители селений режут после восхода солнца. Ахмад и Исхак сказали: как только имам завершил молитву, жертвоприношение допускается, — и это также один из вариантов мнения шафиитов, сильный с точки зрения доказательства, хотя некоторые его и ослабили; подобно этому мнение ас-Саури: допускается после молитвы имама, до его проповеди и во время неё. Возможно, что слова «пока не завершится» означают «пока не завершится молитва», как в других версиях риваята, а ещё более явно на это указывает то, что встречается у Ахмада, в передаче через Язида ибн аль-Бараа от его отца, в возведённом виде: «Заклание совершается только после молитвы». А в хадисе Джундуба, у Муслима, встречается: «Кто зарезал до того, как совершил молитву, пусть зарежет другую вместо неё». Ибн Дакык аль-Ид сказал: эта формулировка более явно указывает на учёт совершения молитвы, чем формулировка хадиса аль-Бараа, то есть там, где сказано: «Кто зарезал до молитвы». Он сказал: но если применить это буквально, то это означало бы, что жертвоприношение не засчитывается тому, кто не совершил праздничную молитву; и если кто-то придерживается этого, то он — наиболее счастливый из людей в соответствии с явным смыслом этого хадиса, а иначе необходимо отступить от этого явного смысла в данном случае, оставляя остальные случаи предметом рассмотрения.
На это возразили тем, что в «Сахихе» Муслима встречается в другой версии: «до того, как он совершит молитву» или «до того, как мы совершим молитву» — с сомнением (в передаче). Ан-Навави сказал: первая формулировка с буквой «я» (он), а вторая — с буквой «н» (мы), и это сомнение исходит от передатчика. Согласно этому, если формулировка со словом «он совершит молитву», то она совпадает с формулировкой хадиса аль-Бараа в связи предписания с совершением молитвы. Хафиз сказал: у аль-Бухари, в хадисе Джундуба, в «Книге о жертвенных животных», встречается формулировка, подобная формулировке аль-Бараа, что противоречит тому, что подразумевает изложение автора «Аль-Умды», поскольку он привёл его по формулировке Муслима, а она явно указывает на учёт совершения молитвы, ведь употребление слова «молитва» в абсолютном смысле с намерением указать на её время противоречит явному смыслу. А ещё более явным является слово «до того, как мы совершим молитву» с буквой «н», равно как и слово «до того, как мы разойдёмся», независимо от того, скажем ли мы, что это означает разойтись после молитвы или после проповеди.
Некоторые шафииты утверждали, что смысл слов Пророка ﷺ: «Кто зарезал до того, как он совершит молитву, пусть зарежет другую вместо неё» — то есть после того, как (Пророк ﷺ) удалится с места произнесения этих слов, поскольку он обращался этими словами к тем, кто присутствовал при нём, — как если бы он сказал: кто зарезал до совершения этого — молитвы и проповеди, — пусть зарежет другую, то есть не засчитывается то, что он зарезал. Но не скрыто то, что в этом (толковании) содержится изъян.
Ат-Тахави привёл то, что передал Муслим через хадис Ибн Джурайджа, от Абу аз-Зубайра, от Джабира, в формулировке: «Пророк ﷺ совершил молитву в день жертвоприношения в Медине, а затем некоторые мужчины поспешили и зарезали, полагая, что Пророк ﷺ уже зарезал, и он велел им повторить». Он сказал: и передал это Хаммад ибн Саляма, от Абу аз-Зубайра, от Джабира, в формулировке: «Некий мужчина зарезал до того, как Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву, и он запретил кому-либо резать до молитвы» — и Ибн Хиббан признал этот риваят достоверным. Этому свидетельствуют слова в хадисе аль-Бараа: «Первое, что мы делаем, — это начинаем с молитвы, затем возвращаемся и режем (жертву)», что указывает на то, что время заклания наступает после совершения молитвы, и не ставится условием отложить его до заклания имама. Это подтверждается и с точки зрения логического рассуждения: если бы имам не зарезал, это не отменило бы для людей предписанность заклания; а если бы имам зарезал до того, как совершил молитву, то его заклание не засчиталось бы ему, — что указывает на то, что он и люди равны в отношении времени жертвоприношения.
Аль-Мухаллаб сказал: заклание до имама было нежелательным лишь для того, чтобы люди не были заняты закланием в ущерб молитве. Здесь заканчивается то, что приведено в «Фатхе».
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: из приведённого выяснилось, что наиболее предпочтительным — как было ранее подтверждено от Ибн Кудамы, да помилует его Аллах, — является то, что время жертвоприношения в том месте, где совершается праздничная молитва, наступает после......молитву; исходя из явного смысла хадиса, ибо действие по явному смыслу хадиса, насколько это возможно, является обязательным. Что же касается тех, кто не относится к жителям городов и селений, то начало времени [жертвоприношения] для них определяется временем, равным продолжительности молитвы и проповеди после молитвы, если по их мазхабу молитва праздника (ид) для них не установлена, — тогда обязательно ориентироваться на время, равное её продолжительности. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос шестой): о разногласии учёных относительно конца времени жертвоприношения.
Одна группа считала, что его конец — второй день дней ташрика, так что дни заклания составляют три дня: день праздника и два дня после него. Это мнение Умара, Али, Ибн Умара, Ибн Аббаса, Абу Хурайры и Анаса (да будет доволен ими Аллах). Ахмад сказал: «Дни заклания — три дня», передавая это от нескольких сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, а в другом риваяте сказал: «от пяти сподвижников Посланника Аллаха ﷺ», не упомянув Анаса. Таково же мнение Малика, ас-Саури и Абу Ханифы.
Эти учёные приводили в качестве доказательства то, что Пророк ﷺ запретил хранить мясо жертвенных животных более трёх дней, а закалывать в то время, до которого не разрешено хранить жертвенное мясо, недопустимо; далее, что в четвёртый день бросание камешков не является обязательным, поэтому жертвоприношение в этот день недопустимо, как и в последующий; и что это мнение упомянутых сподвижников, которому нет противоречащих, кроме одного риваята от Али, но от него передано и то, что согласуется с первыми.
Это было опровергнуто тем, что запрет хранить мясо более трёх дней не влечёт за собой запрета на само заклание, ибо запрет был установлен ради того, чтобы раздавать мясо нуждающимся в качестве садаки, а это не препятствует заклаванию, но, напротив, предполагает его. Утверждение же об отсутствии противоречащих упомянутым сподвижникам мнений неверно.
Абу Мухаммад ибн Хазм (да помилует его Аллах), после упоминания их довода об отсутствии противоречащих среди сподвижников, сказал следующее: «Мы уже упоминали великие вопросы, в которых группа сподвижников (да будет доволен ими Аллах) разошлась во мнениях, и им не известно противоречащих. Как же может быть так, ведь ничего из упомянутого не является достоверным, кроме как от одного лишь Анаса, как мы разъяснили ранее? И даже если бы это было единогласием (иджма), то ему противоречили Ата, Умар ибн Абд аль-Азиз, аль-Хасан, аз-Зухри, Абу Салама ибн Абд ар-Рахман и Сулейман ибн Ясар — они вышли из этого единогласия. И тьфу на всякое единогласие, из которого выходят такие люди! А мы передали от Ибн Аббаса то, что указывает на его несогласие с этим мнением». Конец слов Ибн Хазма (да помилует его Аллах) (1).
Другая группа считала, что конец этого времени — последний из дней ташрика. К этому склонился аш-Шафии, и так же сказали Ата и аль-Хасан, поскольку передано от Джубайра ибн Мутима, что Пророк ﷺ сказал: «Все дни Мины — место заклания»; и поскольку это дни такбира и разговления, а значит, они являются местом заклания, как и первые два дня.
Это было опровергнуто тем, что хадис на самом деле гласит: «И вся Мина — место заклания», без упоминания дней, а такбир более общ, чем заклание, равно как и разговление, — доказательством чему служит то, что первый день заклания и день Арафы также являются днями такбира, однако заклание в день Арафы недопустимо.
Ибн Сирин считал, что жертвоприношение допустимо только в сам день заклания, поскольку это обрядовое действие праздника, а значит, допустимо лишь в один день, подобно выплате закята-фитр в день праздника разговления. Так же сказали Саид ибн Джубайр и Джабир ибн Зайд в отношении жителей городов, а в отношении жителей Мины — как в первом мнении.
Абу Салама ибн Абд ар-Рахман и Ата ибн Ясар считали, что жертвоприношение допустимо до наступления новолуния месяца мухаррам. Абу Умама ибн Сахль ибн Хунайф сказал: «Бывало, что человек из мусульман покупал жертвенное животное и откармливал его до конца зуль-хиджжа, а затем приносил в жертву». Это передал имам Ахмад со своим иснадом и сказал: «Этот хадис удивителен», и сказал: «Дни жертвоприношения, относительно которых есть единогласие, — три дня».
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: по-моему, мнение, к которому склонились Абу Салама ибн Абд ар-Рахман и Ата ибн Ясар, а также переданное от Али (да будет доволен им Аллах), о допустимости жертвоприношения до новолуния мухаррама — наиболее предпочтительное, ввиду силы его доводов. Ибн Хазм привёл это в «аль-Мухалля» через путь Яхьи ибн Абу Касира, от Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми, от Абу Саламы ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа и Сулеймана ибн Ясара, оба сказали: «До нас дошло, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Жертвоприношение [продолжается] до новолуния мухаррама для того, кто хочет отсрочить это»». Ибн Хазм сказал: «Это один из наилучших и наиболее достоверных мурсалей, и поэтому ханафитам и маликитам следует принять это, иначе они впадают в противоречие». Конец цитаты.
Составитель говорит: этот мурсаль подкрепляется тем, что привёл Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» через путь Ахмада ибн Ханбаля, от Аббада ибн аль-Аввама, который сказал: сообщил мне Яхья ибн Саид, а именно аль-Ансари, сказал: я слышал Абу Умаму ибн Сахля, который сказал: «Мусульмане покупали жертвенное животное, откармливали его и закалывали в конце зуль-хиджжа».
Это достоверное сообщение (асар), и аль-Бухари привёл его в своём «Сахихе» в форме таалик с утвердительной формулировкой. А Абу Умама — из числа старших последователей (табиин), и он видел [Пророка ﷺ]; он сообщил, что таково было действие мусульман, и поэтому подтверждается доказательность упомянутого мурсаля благодаря подкреплению, согласно мнению тех, кто принимает мурсаль лишь при наличии подкрепления.
Вывод таков: истина в допустимости жертвоприношения до конца зуль-хиджжа. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос седьмой): о разногласии учёных относительно времени заклания жертвенного животного.
Одна группа считала, что это [время] — день, а не ночь. Ибн Кудама сказал: на это указал Ахмад в риваяте аль-Асрама, и таково мнение Малика; передано от Ата то, что на это указывает. Он сказал: передан от Ахмада и другой риваят, что заклание допустимо ночью, и это выбор наших поздних сторонников [мазхаба], а также мнение аш-Шафии, Исхака, Абу Ханифы и его сторонников, поскольку ночь — это время, в которое действителен бросание камешков, а значит, она подобна дню.
Основание первого мнения — слово Аллаха Всевышнего: «...и упоминали имя Аллаха в назначенные дни за то, чем Он снабдил их из скотины...» (аль-Хаджж, 28), а также передано от Пророка ﷺ, что он запретил заклание ночью; кроме того, ночь дня, в который допустимо заклание, подобна ночи дня заклания [самого праздника]; и поскольку ночью, как правило, затруднительно раздать мясо, оно не может быть распределено свежим, из-за чего упускается часть цели [жертвоприношения]. Поэтому они сказали: заклание ночью нежелательно (мукрах). Согласно этому, если заклать ночью, это не будет засчитано в качестве обязательного [жертвоприношения]; а если это было добровольное [жертвоприношение], то заколотое становится просто мясной скотиной, а не жертвенным животным; и если он раздаст его, то благочестивое действие достигается раздачей, а не самим закланием». Конец слов Ибн Кудамы (да помилует его Аллах) с некоторой редакцией (1).
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: по-моему, мнение о допустимости заклания ночью является наиболее предпочтительным, поскольку нет текста, который бы это запрещал; а в аяте вовсе нет указания на запрет этого. Что же касается упомянутого ими хадиса, то он недостоверен: его привёл ат-Табарани в «аль-Муджам аль-кабир», и в его иснаде — Сулейман ибн Салама аль-Хабаири, который является отвергаемым (матрук), как сказал хафиз Абу Бакр аль-Хайсами (1), более того, некоторые обвинили его во лжи, как сказал аз-Захаби (2), так что обрати внимание.
Этот вопрос глубоко исследовал Абу Мухаммад ибн Хазм, отдавая предпочтение допустимости [жертвоприношения] до новолуния мухаррама, как ночью, так и днём; обратись к этому и извлечёшь пользу (3). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Вопрос восьмой): о разногласии учёных относительно того, если время заклания было упущено.
Одна группа считала, что если время заклания упущено, то обязательное [жертвоприношение] закалывается в качестве возмещения (када), и с ним поступают так же, как с закланным в его время; в отношении добровольного же [жертвоприношения] у человека есть выбор. Если же он раздаст его мясо, то благочестивое действие достигается этим, а не закланием, поскольку оно становится просто мясной скотиной, а не жертвенным животным. Так сказали аш-Шафии и Ахмад.
Абу Ханифа сказал: он передаёт его беднякам и не закалывает его; а если заколет, то раздаёт его мясо и обязан [возместить] то, на что уменьшила его стоимость заклание, поскольку заклание отпало в связи с упущением его времени.
Первые привели в качестве довода то, что заклание — одна из двух целей жертвоприношения, и поэтому оно не отпадает в связи с упущением его времени, подобно раздаче мяса; и что если он заколол его в [положенные] дни, а затем [животное] вышло [из его владения] до раздачи, он раздаёт его после этого; и что это отличается от стояния [на Арафе] и бросания камешков; и что жертвоприношение не отпадает при упущении его [срока], в отличие от того.
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) говорит: мне представляется правильным то, что сказали первые, поскольку его обязанность [перед Аллахом] обременена его обязательностью, и она не снимается, кроме как его закланием, насколько это возможно. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
[Замечание]: если жертвоприношение стало обязательным вследствие того, что человек сделал его обязательным для себя, а затем животное потерялось или было украдено без его небрежности, то он не несёт ответственности, поскольку оно находится у него на положении амани (доверенного имущества). Если же оно к нему вернётся, он режет его — будь то во время, установленное для заклания, или после него. Так упомянул Ибн Кудама (да помилует его Аллах). А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[5057] (…) — (Передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба; передал нам Абу аль-Ахвас Саллям ибн Суляйм от аль-Асвада ибн Кайса от Джундаба ибн Суфьяна, который сказал: «Я присутствовал на празднике жертвоприношения вместе с Посланником Аллаха ﷺ. Когда он завершил молитву с людьми, он посмотрел на овец, которые были уже зарезаны, и сказал: «Кто зарезал до молитвы, пусть зарежет вместо неё другую овцу, а кто не зарезал, пусть зарежет с именем Аллаха»»).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 — (Абу Бакр ибн Абу Шейба) — упомянут в предыдущей главе.
2 — (Абу аль-Ахвас Саллям ибн Суляйм) аль-Ханафи, их вольноотпущенник, куфиец, надёжный, точный, знаток хадиса [7] (умер в 179 г.) (входит во все шесть сводов), упомянут ранее в «Книге веры», 4/115.
Остальные двое упомянуты ранее.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
это одна из «четверичных» цепочек передачи автора (да помилует его Аллах), как и предыдущая, и это (361)-я по счёту четверичная цепочка в книге.
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима (согласован), его разбор и разъяснение его вопросов уже были даны при рассмотрении предыдущего хадиса, и хвала и благодарность Аллаху за это.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[5058] (…) — (Передал нам его также Кутайба ибн Са‘ид; передал нам Абу Аввана (х); и передал нам Исхак ибн Ибрахим и Ибн Абу ‘Умар от Ибн ‘Уяйны — оба от аль-Асвада ибн Кайса — с этим же иснадом, и оба сказали: «с именем Аллаха», как в хадисе Абу аль-Ахваса).
Передатчики этого иснада: шестеро:
все они упомянуты ранее в недавнем времени; «Исхак ибн Ибрахим» — это Ибн Рахавайх; «Абу Аввана» — это Ваддах ибн Абдуллах аль-Йашкури; «Ибн Абу ‘Умар» — это Мухаммад ибн Яхья ибн Абу ‘Умар аль-‘Адани, затем аль-Макки.
Его слово (كِلَاهُمَا عَنِ الأَسْوَدِ بْنِ قَيْسٍ — «оба от аль-Асвада ибн Кайса»): местоимение двойственного числа относится к Абу Авване и Ибн ‘Уяйне, то есть оба они передали этот хадис от аль-Асвада ибн Кайса от Джундаба ибн Суфьяна (да будет доволен им Аллах).
[Замечание]: риваят Абу Авваны от аль-Асвада ибн Кайса привёл аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», сказав:
(5181) — Передал нам Кутайба; передал нам Абу Аввана от аль-Асвада ибн Кайса от Джундаба ибн Суфьяна аль-Баджали, который сказал: «Мы принесли жертву вместе с Посланником Аллаха ﷺ однажды, и вот некоторые люди зарезали свои жертвы до молитвы. Когда Пророк ﷺ закончил и увидел, что они зарезали до молитвы, он сказал: «Кто зарезал до молитвы, пусть зарежет вместо неё другую, а кто не зарезал до тех пор, пока мы совершили молитву, пусть зарежет с именем Аллаха»». Конец цитаты.
Что касается риваята Ибн ‘Уяйны от аль-Асвада, то его привёл Абу Аввана (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(7830) — Передали нам Юнус ибн Абд аль-А‘ля и Са‘дан ибн Наср, оба сказали: передал нам Суфьян ибн ‘Уяйна от аль-Асвада ибн Кайса, который слышал Джундаба ибн Суфьяна, говорившего: «Я присутствовал на празднике жертвоприношения вместе с Посланником Аллаха ﷺ, и он узнал, что некоторые люди зарезали до молитвы, и сказал: «Кто из вас зарезал до молитвы, пусть повторит, а кто не зарезал, пусть зарежет с именем Аллаха»». Конец цитаты.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[5059] (…) — (Передал нам ‘Убайдуллах ибн Му‘аз; передал нам мой отец; передал нам Шу‘ба от аль-Асвада, который слышал Джундаба аль-Баджали, говорившего: «Я присутствовал при том, как Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву в день жертвоприношения, затем произнёс проповедь и сказал: «Кто зарезал до того, как совершил молитву, пусть повторит на её месте, а кто не зарезал, пусть зарежет с именем Аллаха»»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
все они упомянуты в этой главе и в предыдущей.
Его слово (يَوْمَ أَضْحًى، ثُمَّ خَطَبَ — «в день жертвоприношения, затем произнёс проповедь»): ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: слово «адха» склоняется — то есть в языке племени кайс оно рассматривается как имя мужского рода, а в языке бану тамим оно не склоняется, поскольку у них оно считается именем женского рода, как об этом уже было разъяснено ранее.