Посланник Аллаха ﷺ: «Это не то, что причинит тебе вред». Конец (١).
Что же касается риваята Абу Усамы от Исмаиля, то я не нашёл того, кто бы его привёл, так что следует это проверить. Аллах Всевышний знает лучше.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и в успехе моём — только на Аллаха уповаю, и к Нему обращаюсь».
(٨) — (Глава об испрашивании разрешения на вход)
По непрерывному санаду, доходящему до автора (да помилует его Аллах), — как было сказано в начале книги:
[٥٦١٤] (٢١٥٣) — (Рассказал мне Амр ибн Мухаммад ибн Букайр ан-Наких, рассказал нам Суфьян ибн Уяйна, рассказал нам — клянусь Аллахом — Язид ибн Хусайфа от Буср ибн Саида, который сказал: я слышал, как Абу Саид аль-Худри говорил: я сидел в Медине на собрании ансаров, и к нам пришёл Абу Муса испуганным или встревоженным. Мы спросили: что с тобой? Он сказал: Умар прислал за мной, чтобы я к нему пришёл. Я подошёл к его двери и произнёс приветствие трижды, но мне не ответили, и я вернулся. Тогда он сказал: что удержало тебя от того, чтобы прийти ко мне? Я ответил: я приходил к тебе и приветствовал у твоей двери трижды, но мне не ответили, и я вернулся, а ведь Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если кто-либо из вас попросит разрешения войти трижды, и ему не разрешат, пусть возвращается». Умар сказал: приведи на это доказательство, иначе я причиню тебе боль. Тогда Убайй ибн Каб сказал: пусть с ним пойдёт лишь самый младший из присутствующих. Абу Саид сказал: я сказал — я самый младший из присутствующих. Он сказал: тогда иди с ним).
Передатчики этого иснада: их пятеро:
1 — (Амр ибн Мухаммад ибн Букайр ан-Наких), Абу Усман аль-Багдади, обосновавшийся в ар-Ракке, надёжный (сика), хафиз [10] (умер в 232 г.) (Бухари, Муслим, Абу Дауд, Насаи), упоминался ранее во «Введении» 4/23.
2 — (Суфьян ибн Уяйна) аль-Хилали, Абу Мухаммад аль-Куфи, обосновавшийся в Мекке, надёжный, хафиз, знаток фикха, имам, довод (худжа), из числа старейших [8] (умер в 198 г.), в возрасте (91) года (все шесть сборников), упоминался ранее в «Разъяснении введения», т. 1, с. 383.
3 — (Язид ибн Хусайфа) — с точкой над «х» (خ), «с» без точки (ص), и «ф»; в уменьшительной форме —
это: Язид ибн Абдуллах ибн Хусайфа аль-Кинди аль-Мадани, назван по имени деда, надёжный [5] (все шесть сборников), упоминался ранее в «Молитве» 31/1003.
4 — (Буср ибн Саид), вольноотпущенник Ибн аль-Хадрами аль-Мадани, надёжный, благочестивый, выдающийся [2] (умер в 100 г.) (все шесть сборников), упоминался ранее в «Молитве» 31/1001.
5 — (Абу Саид аль-Худри) Саад ибн Малик ибн Синан ибн Убайд аль-Ансари, сподвижник, сын сподвижника, умер в (63, или 64, или 65) году, а по другой версии — в (74) (все шесть сборников), упоминался ранее в «Разъяснении введения», т. 2, с. 485.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
Он относится к «пятеричным» (хумасийят) цепочкам автора (да помилует его Аллах), а также является цепочкой, составленной из мединцев, начиная от Язида, и в нём есть передача одного последователя (табиин) от другого последователя, а также в нём фигурирует Абу Саид (да будет доволен им Аллах) — один из семи многопередающих сподвижников.
Разъяснение хадиса:
(Его слово «от Буср») — с даммой над «б» и сукуном над «с», (ибн Саид), что он (сказал: я слышал, как Абу Саид аль-Худри) (да будет доволен им Аллах) (говорил: я сидел в Медине на собрании ансаров) — а в риваяте аль-Бухари: «я был на одном из собраний ансаров», а в риваяте аль-Хумайди от Суфьяна: «я находился в кружке, в котором был Убайй ибн Каб», привёл это аль-Исмаили. (И к нам пришёл Абу Муса) аль-Ашари Абдуллах ибн Кайс (да будет доволен им Аллах), (испуганным) — в форме винительного падежа как обстоятельство образа действия (хал), (или встревоженным) — «или» здесь выражает сомнение передатчика, (мы сказали) — то есть ансары, сидевшие в собрании, (что с тобой?) — то есть что случилось с тобой, что ты пришёл к нам испуганным? (Он сказал) Абу Муса: (Умар) ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) (прислал за мной, чтобы я к нему пришёл, я подошёл к его двери и произнёс приветствие трижды). Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: это не противоречит другому его высказыванию: «он попросил разрешения трижды», потому что Абу Муса (да будет доволен им Аллах) совмещал приветствие и просьбу о разрешении, повторяя каждое трижды, как это прямо указано в третьем риваяте.
Он сказал: суть этих хадисов состоит в том, что вход в дом другого человека запрещён — независимо от того, находится ли этот другой в доме или нет — без разрешения. Именно это разъяснил Аллах Всевышний в Своих словах: «Не входите в дома, кроме своих домов, пока не испросите разрешения и не поприветствуете их обитателей» [ан-Нур: 27], а затем сказал после этого: «А если вы не найдёте там никого, то не входите туда, пока вам не будет позволено. А если вам скажут: «Возвращайтесь», то возвращайтесь — так будет чище для вас» [ан-Нур: 28]. И это необходимо, потому что вход в дом другого — это распоряжение его имуществом, что недопустимо без его разрешения, ведь при этом можно увидеть то, на что не позволено смотреть, из скрытых частей домов. Так что эта польза относится к высшей категории необходимых пользы (маслаха хаджия).
Когда это установилось в шариате в понимании Абу Мусы, он попросил у Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) разрешения войти, и, поскольку у него было знание о том, как и сколько раз следует просить разрешения, он поступил в соответствии с тем, что знал. Когда ему не разрешили, он вернулся. Что касается Умара (да будет доволен им Аллах), то у него было знание о самом принципе испрашивания разрешения, но не было знания о числе (повторений), поэтому он выразил недовольство Абу Мусе — недовольство человека, считающего невероятным, чтобы от него могло укрыться то, что исходит от Пророка ﷺ, тем более при его неотступном сопровождении Пророка ﷺ и в оседлости, и в пути — сопровождении, которого не было ни у Абу Мусы, ни у кого другого, — и недовольство того, кто закрывает дверь для повода приписывать что-либо Посланнику Аллаха ﷺ. Поэтому он резко сказал Абу Мусе: приведи на это доказательство, иначе я причиню тебе боль, и непременно сделаю тебя примером для наставления. Когда же он привёл доказательство, Умар сказал: я лишь хотел удостовериться. Конец (١).
(Но мне не ответили, и я вернулся). А у аль-Бухари в «Купле-продаже» через путь Убайда ибн Умайра (сообщается), что Абу Муса аль-Ашари попросил разрешения войти к Умару ибн аль-Хаттабу, но ему не позволили — казалось, тот был занят, — и Абу Муса вернулся. Тогда Умар встревожился и сказал: разве я не слышал голос Абдуллаха ибн Кайса? Позвольте ему войти. Сказали: он уже ушёл.
А в риваяте Букайра ибн аль-Ашаджа от Буср, который приводится далее в этой главе: «я попросил разрешения войти к Умару вчера трижды, но мне не позволили, и я вернулся. Затем я пришёл сегодня, вошёл к нему и сообщил, что приходил вчера и приветствовал трижды, а затем удалился. Он сказал: мы слышали тебя, но были заняты в то время; почему же ты не попросил разрешения (снова), пока тебе не позволят? Он ответил: я просил разрешения так, как я это слышал (от Пророка)». А через путь Абу Надра от Абу Саида: «Абу Муса подошёл к двери Умара и попросил разрешения. Умар сказал: одно. Затем он попросил снова. Умар сказал: два. Затем попросил ещё раз. Умар сказал: три. Затем он удалился, и Умар послал за ним и вернул его». А через путь Тальхи ибн Яхьи от Абу Бурды: Абу Муса пришёл к Умару и сказал: мир вам, это Абдуллах ибн Кайс, — но ему не позволили войти. Он сказал: мир вам, это Абу Муса, мир вам, это аль-Ашари, — затем удалился. Умар сказал: верните его ко мне.
Внешне эти два изложения расходятся: первое указывает, что он вернулся к Умару лишь на следующий день, а второе — что Умар послал за ним немедленно. И действительно, в одном из риваятов Малика в «аль-Муватта» сказано: «и он послал за ним следом». Совместить это можно так: когда Умар освободился от занятия, в котором он был, он вспомнил о нём, спросил о нём, и ему сообщили о его возвращении; тогда он послал за ним, но посланец не нашёл его в то время, и он (Абу Муса) сам пришёл к Умару на следующий день. Так сказано в «аль-Фатх» (١).
«Он сказал (فَقَالَ)» — то есть Умар (да будет доволен им Аллах) сказал: «Что удержало тебя (مَا مَنَعَكَ)», то есть — что именно удержало тебя, «от того, чтобы прийти к нам (أَنْ تَأْتِيَنَا)». В риваяте аль-Бухари: «Он сказал: что удержало тебя? Я сказал: я просил разрешения войти трижды, но мне не было позволено». А в риваяте Убайда ибн Хунайна от Абу Мусы, приводимом аль-Бухари в «аль-Адаб аль-муфрад»: «Он сказал: о Абдуллах, тебе тяжело показалось ждать у моей двери? Знай, что людям точно так же тяжело ждать у твоей двери. Я сказал: нет, я просил разрешения... и так далее». В этой добавке — указание на то, что Умар хотел наставить его, когда до него дошло, что тот, будучи наместником, может заставлять людей ждать у своих дверей, а Умар в своё время назначил его наместником в Куфе, при всей занятости, в которой находился сам Умар.
«Я сказал: я пришёл к тебе и поприветствовал у твоей двери трижды, но мне не ответили (فَقُلْتُ: إِنِّي أَتَيْتُكَ، فَسَلَّمْتُ عَلَى بَابِكَ ثَلَاثًا، فَلَمْ يَرُدُّوا)» — то есть домашние, «мне, и я вернулся (عَلَيَّ، فَرَجَعْتُ)». Затем Абу Муса (да будет доволен им Аллах) привёл своё доказательство относительно возвращения после трёх раз своими словами: «А Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если кто-нибудь из вас попросит разрешения войти три раза и ему не будет позволено, пусть возвращается»». В риваяте Убайда ибн Умайра сказано: «Нам было приказано так поступать», а в риваяте Убайда ибн Хунайна от Абу Мусы: «Умар сказал: от кого ты слышал это? Я сказал: я слышал это от Посланника Аллаха ﷺ». А в риваяте Абу Надры: «Это то, что я запомнил от Посланника Аллаха ﷺ».
[Замечание]: На что обратил внимание один из современных учёных (составитель «Таклимат Фатх аль-мулхим», передавая от своего отца; см. «ат-Таклима» 4/230–231) — то, что звонок человеку по телефону в то время, когда известно, что он занят или отдыхает, приравнивается по установлению к входу без разрешения, за исключением случаев необходимости. И тому, кто звонит другому по телефону и хочет вести долгий разговор, следует попросить разрешения перед тем, как приступить к разговору, ибо собеседник, возможно, занят и лишь снимает трубку во время своей занятости, и если другой затянет разговор, это причинит ему беспокойство и расстроит его мысли. А основа установления просить разрешения — чтобы человек избегал причинения беспокойства другому и вторжения в его уединение. И эти правила поведения, которые подтвердил шариат, стали теперь у многих людей забытыми, они не считают их частью религии, тогда как они относятся к важным вопросам в ней. И Аллах Всевышний знает лучше.
«Умар (да будет доволен им Аллах) сказал: приведи на это (أَقِمْ عَلَيْهِ)» — то есть на то, что ты утверждаешь, что слышал это от него ﷺ, «доказательство, а иначе я причиню тебе боль (الْبَيِّنَةَ، وَإِلَّا أَوْجَعْتُكَ)» — то есть побью. В риваяте Букайра ибн аль-Ашаджа: «Клянусь Аллахом, я непременно причиню боль твоей спине и животу, или же приведи мне того, кто засвидетельствует за тебя об этом». В риваяте Убайда ибн Умайра: «Приведи мне на это доказательство». В риваяте Абу Надры: «А иначе я сделаю тебя назиданием».
«Убайй ибн Кааб (да будет доволен им Аллах) сказал» — то есть после того, как Абу Муса спросил, кто засвидетельствует за него. В риваяте аль-Бухари: «Есть ли среди вас кто-нибудь, кто слышал это от Пророка ﷺ? Убайй ибн Кааб сказал: клянусь Аллахом, с тобой встанет только самый младший из людей». В риваяте Убайда ибн Умайра: «Он пошёл к собранию ансаров и спросил их». В грядущем риваяте Абу Надры: «Он сказал: разве вы не знаете, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «просить разрешения — трижды»? Они стали смеяться. Я сказал: к вам пришёл ваш брат, испугавшись, а вы смеётесь?» «С ним не встанет (لَا يَقُومُ مَعَهُ)» — то есть с Абу Мусой, «никто, кроме самого младшего из людей (إِلَّا أَصْغَرُ الْقَوْمِ)». В риваяте Букайра ибн аль-Ашаджа: «Клянусь Аллахом, с тобой встанет только самый младший из нас по возрасту. Встань, о Абу Саид». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: смысл этих слов Убаййа (да будет доволен им Аллах) — что этот хадис известен среди нас, знаком нашим старшим и младшим, так что даже самый младший из нас помнит его наизусть и слышал его от Посланника Аллаха ﷺ («Шарх ан-Навави» 14/131).
«Абу Саид аль-Худри сказал: я сказал: я самый младший из людей (قَالَ أَبُو سَعِيدٍ الخدريّ: قُلْتُ: أَنَا أَصْغَرُ الْقَوْمِ)». В риваяте аль-Бухари: «Я был самым младшим из людей, и я встал с ним, и сообщил Умару, что Пророк ﷺ сказал это». Убайй сказал: «Тогда пойди с ним (قَالَ فَاذْهَبْ بِهِ)», чтобы засвидетельствовать за него. В риваяте аль-Бухари: «Я сообщил Умару, что Пророк ﷺ сказал это». В риваяте Ибн Абу Умара от Суфьяна, приводимом далее у Муслима: «Абу Саид сказал: я встал с ним и пошёл к Умару и засвидетельствовал». В грядущем риваяте Абу Надры: «Абу Саид сказал: иди, я твой соучастник в этом наказании». В риваяте Букайра ибн аль-Ашаджа: «Я встал и пришёл к Умару и сказал: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил это».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: между этим и тем, что придёт далее — что Убайй ибн Кааб сообщил об этом Умару — нет противоречия, ибо это следует понимать так, что каждый из них сообщил ему об этом: Абу Саид — первым, когда пришёл к нему домой, а Убайй — вторым, когда Умар встретился с ним в мечети. И всё это указывает на известность хадиса среди них, и при этом Умар не знал его, и это не удивительно, ибо это из числа неизбежных особенностей единичных известий («аль-Муфхим» 5/475–476).
А в «аль-Фатх» сказано: передатчики единодушны в том, что засвидетельствовал за Абу Мусу перед Умаром именно Абу Саид, кроме того, что приводится у аль-Бухари в «аль-Адаб аль-муфрад» по пути Убайда ибн Хунайна, где сказано: «Со мной встал к Умару Абу Саид аль-Худри, или Абу Масуд» — так, с сомнением. А в одном риваяте Муслима по пути Тальхи ибн Яхьи от Абу Бурды в этой истории: «Умар сказал: если он найдёт доказательство, вы найдёте его у минбара вечером, а если не найдёт доказательства, то вы никогда его там не найдёте. И когда он пришёл вечером, его нашли там. Умар сказал: о Абу Муса, что скажешь? Ты нашёл? Он сказал: да, Убайй ибн Кааб. Умар сказал: справедливый свидетель. Затем сказал: о Абу ат-Туфайль — а в другом варианте: о Абу аль-Мунзир — что говорит этот? Он сказал: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил это, о сын аль-Хаттаба, не будь же наказанием для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ. Умар сказал: Пресвят Аллах, я услышал что-то и хотел удостовериться»». Хафиз сказал: так пришло в этом пути, а в Тальхе ибн Яхье есть слабость, и риваят большинства предпочтительнее считать сохранённым.
Возможно объединить это тем, что Убайй ибн Кааб пришёл после того, как засвидетельствовал Абу Саид. А в риваяте Убайда ибн Хунайна в «аль-Адаб аль-муфрад» есть полезная добавка, а именно: что Абу Саид, или Абу Масуд, сказал Умару: «Мы вышли с Пророком ﷺ однажды, и он хотел [посетить] Саада ибн Убаду, и пришёл к нему, и поприветствовал, но ему не было позволено войти, затем поприветствовал во второй раз, но ему не было позволено, затем поприветствовал в третий раз, но ему не было позволено, и он сказал: мы исполнили то, что на нас было возложено, — и вернулся, а Саад позволил ему...» и так далее хадис.
Так это утверждено и его словом ﷺ, и его поступком. А эту историю о Сааде ибн Убаде привёл Абу Дауд от хадиса Кайса ибн Саада ибн Убады в развёрнутом виде с тем же смыслом, и Ахмад по пути Сабита от Анаса, или другого — так у него, — и привёл её аль-Баззар от Анаса без сомнения, и привёл её ат-Табарани от хадиса Умм Тарик, вольноотпущенницы Саада.
И передатчики единодушны в том, что Абу Саид передал этот хадис от Пророка ﷺ и рассказал историю Абу Мусы от него самого, кроме того, что привёл Малик в «аль-Муватта» от надёжного передатчика, от Букайра ибн аль-Ашаджа, от Бусра, от Абу Саида, от Абу Мусы, — хадис в сокращённом виде, без истории.
И привёл его Муслим по пути Амра ибн аль-Хариса от Букайра в полном виде, и в его риваяте прямо указано, что Абу Саид слышал это от Пророка ﷺ. Так же пришло в другом риваяте у него: «Абу Муса сказал: если кто-нибудь из вас слышал это от него, пусть встанет со мной. Они сказали Абу Саиду: встань с ним».
И странность допустил ад-Дауди, сказав: Абу Саид передал хадис о просьбе разрешения от Абу Мусы, и при этом он же засвидетельствовал за него перед Умаром, и он сообщил Умару то, что сказали присутствующие на собрании, а затем, как будто, забыл их имена, и стал передавать хадис от одного лишь Абу Мусы, поскольку тот был участником этой истории.
Ибн ат-Тин возразил ему, что это противоречит тому, что в риваяте «Сахиха», ибо там сказано: «Я сообщил Умару, что Пророк ﷺ сказал это».
Хафиз сказал: и это не является явным опровержением того, что сказал ад-Дауди, и опорой в явном указании на это служит риваят Амра ибн аль-Хариса, а это тот же путь, по которому привёл его Малик.
Верное же мнение состоит в том, что Абу Са‘ид передал историю Абу Мусы со слов самого Абу Мусы спустя долгое время после того, как она произошла, поскольку те, кто передавал её от него, не застали этого события. А упомянутый хадис входит в состав истории Абу Мусы. Так вот, когда передатчик сократил рассказ и ограничился только возвышенной (марфу‘) частью, из этого показалось, будто Абу Са‘ид передал упомянутый хадис от Абу Мусы, и упустил из виду, что в конце рассказа Абу Са‘ид передаёт возвышенный хадис от Пророка ﷺ без посредника. Это одна из бед сокращения [хадисов]. Поэтому тому, кто ограничивается частью хадиса, следует внимательно отслеживать такие моменты, иначе он впадёт в ошибку, — подобно тому как бывает при опущении части матна, с которой связано [остальное содержание]: смысл может меняться в зависимости от того, что опущено.
Ибн Абд аль-Барр весьма резко возражал тому, кто утверждал, будто этот хадис передал Абу Са‘ид от Абу Мусы, и сказал: то, что встречается в «Муватта», — это ошибка передатчиков, у которых хадис смешался.
В другом месте он сказал: не подразумевается, что Абу Са‘ид передал этот хадис от Абу Мусы, — подразумевается, что он передал от Абу Са‘ида историю Абу Мусы. И Аллах знает лучше.
Из тех, кто согласился с Абу Мусой в передаче возвышенного хадиса, — Джундуб ибн Абдуллах; ат-Табарани передал от него со следующей формулировкой: «Если кто-то из вас попросил разрешения [войти] три раза, и ему не разрешили, пусть возвращается». Конец.
[Замечание]: сказано в «Фатхе»: Ибн аль-Араби счёл затруднительным то, что Умар осудил Абу Мусу (да будет доволен им Аллах) за упомянутый им хадис, тогда как с самим Умаром произошло нечто подобное с Пророком ﷺ. Это было в длинном хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) о том, как Пророк ﷺ отдалился от своих жён в комнате на верхнем этаже (машруба). В этом хадисе говорится, что Умар просил разрешения [войти] раз за разом, а когда ему не разрешили в третий раз, он ушёл, пока к нему не пришло разрешение. Это ясно видно из изложения аль-Бухари.
Он сказал: ответ на это состоит в том, что Умар не выносил решения на основе своего же знания [об этом хадисе] или, возможно, забыл о том, что с ним самим произошло; это подтверждается его словами: «Меня отвлекла торговля на рынках».
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: ситуация, произошедшая с Умаром, не соответствует в точности тому, что передал Абу Муса. Напротив, [Умар] просил разрешения каждый раз, и ему не разрешали, и он уходил, а когда он ушёл в третий раз, его позвали и разрешили войти. Формулировка аль-Бухари, на которую он ссылается, ясно подтверждает то, что я сказал. Конец.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Са‘ида аль-Худри (да будет доволен им Аллах) передан согласно (аль-Бухари и Муслиму).
[Замечание]: Абу Умар ибн Абд аль-Барр — после того как привёл этот хадис в сокращённом виде через путь передачи Са‘ида аль-Джурайри от Абу Са‘ида аль-Худри, который сказал: «Абдуллах ибн Кайс, Абу Муса аль-Ашари, поприветствовал Умара ибн аль-Хаттаба трижды, и ему не разрешили [войти], и он ушёл. Умар послал за ним вслед: «Почему ты ушёл?» Тот ответил: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Если кто-то из вас поприветствует три раза, и ему не ответят, пусть уходит»» —
сказал: подобный сокращённый хадис ввёл в заблуждение того, кто счёл его переданным от Абу Са‘ида со слов Абу Мусы. Из того, что мы передали, стало ясно, что это не так: этот хадис принадлежит Абу Са‘иду от Пророка ﷺ, и он засвидетельствовал его для Абу Мусы, и передал его так, как передал его Абу Муса. Это и есть верное мнение, если пожелает Всевышний Аллах, и от Аллаха Всевышнего — содействие. Конец.
(Второй вопрос): о его выведении [в сборниках хадисов]:
Его вывел (составитель) здесь [8/5614, 5615, 5616, 5617, 5618, 5619 и 5620] (2153); и (аль-Бухари) в «Купле-продаже» (2063), в «Прошении разрешения» (6245), в «Придерживании Книги и сунны» (7353), а также в «Аль-Адаб аль-муфрад» (1065); и (Абу Дауд) в «Этике» (2181, 2182, 5180, 5184); и (ат-Тирмизи) в «Прошении разрешения» (2690); и (Ибн Маджа) в «Этике» (3706); и (Малик) в «Муватта» (2/6245); и (ат-Таялиси) в своём «Мусанаде» (2164); и (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (19423); и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (3/6, 19; 4/393–394, 403, 410, 418); и (ад-Дарими) в своих «Сунан» (2/274); и (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (5806, 5807, 5810); и (аль-Байхаки) в «Аль-Кубра» (8/339) и в «Этике» (275); и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (3318). И Всевышний Аллах знает лучше.
(Третий вопрос): о его полезных выводах:
1 — (в числе них): разъяснение установленности прошения разрешения [войти]. Абу Умар ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: в этом хадисе содержится правовое положение — обязательность прошения разрешения, и это выводится из толкования слов Всевышнего: «Не входите в дома, кроме ваших домов, пока не спросите разрешения и не поприветствуете их обитателей». Слово «истианас» (استئناس) здесь означает прошение разрешения — так сказали толкователи Корана; так же читается это и в чтении Убайя и Ибн Аббаса: «пока не попросите разрешения и не поприветствуете их обитателей». Конец.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: прошение разрешения непременно должно повторяться три раза; если после трёх раз разрешения не дано, добавлять ли ещё или нет? У наших [шафиитских] учёных два мнения; предпочтительнее не добавлять, согласно словам Пророка ﷺ: «Прошение разрешения — трижды; если тебе разрешат — [входи], а если нет — уходи», а это ясный текст.
Он сказал: [Пророк ﷺ] выделил именно троекратность потому, что обычно, если слово повторяется три раза, оно услышано и понято; поэтому Пророк ﷺ, когда говорил какое-то слово, повторял его три раза, чтобы оно было понято, а когда приветствовал людей, приветствовал их трижды. И если это обычное правило, то, если разрешения не дано после трёх раз, становится ясно, что хозяин дома не желает давать разрешение, или, возможно, ему мешает ответить какое-то препятствие, которое он не может устранить; поэтому просящему разрешения следует уйти, ибо добавление сверх этого может обеспокоить хозяина дома, а иногда настойчивость может причинить ему вред, отвлекая его от того, чем он был занят, — как сказал Пророк ﷺ Абу Айюбу (да будет доволен им Аллах), когда тот попросил разрешения войти к нему, и [хозяин] вышел поспешно, и [Пророк ﷺ] сказал: «Возможно, мы поторопили тебя». Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах) — это очень ценное рассуждение. И Всевышний Аллах знает лучше.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: учёные единогласны в том, что прошение разрешения установлено [шариатом], и на это указывают доводы Корана, сунны и единогласного мнения общины. Сунна состоит в том, чтобы приветствовать и просить разрешения три раза, объединяя приветствие и прошение разрешения, как это ясно указано в Коране. Разошлись же они в том, следует ли предпочтительно сначала произнести приветствие, а затем попросить разрешения, или сначала попросить разрешения, а затем поприветствовать. Верное мнение, подтверждённое сунной и высказанное учёными-знатоками, состоит в том, что сначала произносится приветствие, то есть говорится: «Мир вам, можно войти?» Второе мнение — сначала прошение разрешения. Третье мнение — избранное аль-Маварди из шафиитов — если взгляд просящего разрешения падает на хозяина дома до входа, то сначала произносится приветствие, а иначе — сначала прошение разрешения. От Пророка ﷺ достоверно передано два хадиса о предпочтении приветствия. Что касается случая, когда [человек] попросил разрешения три раза, и ему не разрешили, и он предположил, что его не услышали, то здесь три мнения: самое известное — что он уходит и не повторяет прошение разрешения; второе — что он добавляет ещё; третье — если он использовал прежнюю формулировку прошения разрешения, не повторяет её, а если иную — повторяет. Тот, кто придерживается наиболее очевидного мнения, приводит в качестве доказательства слова Пророка ﷺ в этом хадисе: «а если ему не разрешат, пусть уходит»; а тот, кто придерживается второго мнения, толкует хадис применительно к тому, кто знал или предполагал, что его услышали, но не дали разрешения. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) — это полезное рассуждение. И Всевышний Аллах знает лучше.
Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: очевидный смысл этого хадиса обязывает человека не просить разрешения более трёх раз: если ему разрешат — [пусть войдёт], а если нет — пусть уходит. Это мнение большинства учёных, и к нему склонился Ибн Нафи‘. Другие же сказали: если [прошение разрешения] не было услышано, нет ничего дурного в том, чтобы добавить [ещё раз]. А прошение разрешения состоит в том, чтобы сказать: «Мир вам, можно войти?» Некоторые сказали: первый раз прошения разрешения — это само прошение разрешения, второй раз — совет [хозяину], разрешать ли вход или нет, а третий раз — знак того, что [просящий] уходит, и не следует добавлять сверх трёх раз. Конец.
2 — (в числе них): принятие сообщений отдельных передатчиков (ахад) и обязательность их тщательной проверки, а также исследование добропорядочности их передатчиков; ибо когда Абу Муса сообщил Умару (да будет доволен им Аллах), что Убай ибн Ка‘б свидетельствует в его пользу, [Умар] сказал: «Он справедлив [передатчик]».
3 - (в их числе): защита имамами области передачи риваятов от Посланника Аллаха ﷺ и осуждение того, кто занимается этим, прежде чем не будет установлена и подтверждена его пригодность.
4 - (в их числе): что просящему разрешения войти следует начинать с приветствия, а затем называть своё имя, и если у него есть кунья, по которой он известен, — упоминать и её, как поступил Абу Муса (да будет доволен им Аллах). Всё это необходимо для достижения полного представления перед тем, к кому обращаются за разрешением; ибо если ему неясно имя, он узнает его иным путём. Аль-Куртуби сказал: некоторые из наших сказали: он вправе сам называть своё имя или не называть, но предпочтительнее то, что сделал Абу Муса. Ведь если его поступок был основан на наставлении (Пророка), то это и есть искомое; а если не был основан на наставлении, то этим достигается то представление о себе, ради которого установлено испрашивание разрешения. Затем мнение сподвижника, передавшего хадис, предпочтительнее этого мнения из хадиса. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах), и это веское замечание, а Аллах Всевышний знает лучше.
5 - (в их числе): то, что сказал Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах): в этом (хадисе) содержится указание на то, что учёный муж, знаток, может обнаружить у того, кто ниже его по знанию, то знание, которого у него самого нет, если путь получения этого знания — слух. И если такое случалось с Умаром при его положении в знании, то что говорить о других после него? Вакиа передал от аль-Амаша, от Абу Ваиля, от Абдуллаха ибн Масуда (да будет доволен им Аллах), что он сказал: если бы знание Умара положили на одну чашу весов, а знание живущих на земле — на другую, то знание Умара перевесило бы их знание. Аль-Амаш сказал: я упомянул об этом Ибрахиму, и он сказал: не удивляйся этому, ведь Абдуллах сказал: «я считаю, что девять десятых знания ушло в тот день, когда ушёл Умар». И передано от Хузайфы подобное слову Абдуллаха. Конец.
6 - (в их числе): что в словах Умара (да будет доволен им Аллах), которые приводятся далее в риваяте Убайда ибн Умайра: «Это дело Посланника Аллаха ﷺ было скрыто от меня, меня отвлекла от него торговля на рынках» — содержится признание им своего незнания того, чего он не знал, и справедливое признание истины. И так подобает каждому верующему быть в этом подобным Умару (да будет доволен им Аллах) — в смирении и признании истинного положения дел. Конец.
7 - (в их числе): то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): за этот хадис ухватился тот, кто говорит, что сообщением одного передатчика (хабар аль-вахид) нельзя обосновывать довод, и утверждал, что Умар (да будет доволен им Аллах) отверг этот хадис Абу Мусы именно потому, что это сообщение одного передатчика. Это мнение ложное. Ведь те, чьё мнение принимается в расчёт, единогласны в том, что сообщением одного передатчика можно обосновывать довод и что действовать по нему обязательно, а доказательств этому из поступков Посланника Аллаха ﷺ, праведных халифов, прочих сподвижников и тех, кто после них, больше, чем можно перечислить. А что касается слов Умара Абу Мусе: «представь на это доказательство», — то смысл их не в отвержении сообщения одного передатчика как такового, но Умар опасался, что люди станут поспешно приписывать слова Пророку ﷺ, так что некий новоявленный нововводитель, лжец, лицемер или подобный им скажет от его имени то, чего он не говорил, и что всякий, у кого возникнет какое-то дело, станет придумывать по этому поводу хадис от Пророка ﷺ. Он хотел закрыть эту дверь из страха перед другими, а не Абу Мусой, ибо сомнений в риваяте Абу Мусы у него не было: тот в глазах Умара был слишком велик, чтобы предположить, что он передаст от Пророка ﷺ то, чего он не говорил. Напротив, он хотел через этот путь удержать других, ибо если кто-то ниже Абу Мусы по положению увидит это дело или услышит о нём, а в сердце его есть порок, или он захочет выдумать хадис, — он побоится подобной истории с Абу Мусой и удержится от выдумывания хадиса и от поспешности в передаче без уверенности.
И из того, что указывает на то, что Умар не отверг сообщение Абу Мусы именно потому, что это сообщение одного передатчика, — то, что он попросил его привести в свидетели ещё одного человека, чтобы действовать по хадису, а ведь известно, что сообщение двоих — это тоже сообщение единичных передатчиков (хабар аль-вахид), как и сообщение большего числа, пока оно не достигнет степени достоверности через множественность передатчиков (таватур). А то, что не достигает такой степени, — это хабар аль-вахид.
И из того, что это также подтверждает, — то, что упомянул Муслим в последнем риваяте этой истории про Абу Мусу: что Убайй (да будет доволен им Аллах) сказал: «О сын аль-Хаттаба, не будь мучением для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ!» — на что тот ответил: «Пречист Аллах, я лишь услышал нечто, и мне хотелось убедиться». И Аллах знает лучше. Конец.
И сказал Абу Умар (да помилует его Аллах) в «Ат-Тамхиде»: некоторые люди утверждали, что в этом хадисе есть доказательство того, что мнение Умара — не принимать сообщение одного передатчика, но это не так, как они утверждали, ибо от Умара (да будет доволен им Аллах) достоверно установлено использование сообщения одного передатчика, принятие его и обязательность выносить по нему решение. Не он ли призывал людей в Мина: «У кого есть знание от Посланника Аллаха ﷺ о вире (дийа), пусть сообщит нам»? А его мнение было, что женщина не наследует из виры за мужа, поскольку она не из его агнатов, которые платят за него виру. И встал ад-Даххак ибн Суфьян аль-Кулаби и сказал: «Посланник Аллаха ﷺ написал мне, чтобы я передал женщине Ашйама ад-Диббаби долю из виры её мужа». И подобным образом он призывал людей относительно виры за выкидыш: у кого есть об этом сообщение от Посланника Аллаха ﷺ, пусть сообщит. И сообщил ему Хамаль ибн Малик ибн ан-Набига, что Посланник Аллаха ﷺ вынес по этому решение — гурра: раб или рабыня, — и Умар вынес решение по этому. И не усомнится обладающий разумом, и даже тот, у кого меньше познаний в науке, что положение Абу Мусы в исламе и его место в фикхе и религии слишком велики, чтобы (Умар) отверг его сообщение, а принял сообщение ад-Даххака ибн Суфьяна аль-Кулаби и Хамаля ибн Малика аль-Араби, тогда как ни тот, ни другой не сравнимы с ним ни в каком отношении. И ведь сказал ему Умар в этом хадисе от Раби‘а: «Я не обвинял тебя, но боялся, что люди станут выдумывать (хадисы) на Посланника Аллаха ﷺ», — что указывает на некое иджтихад, который был у Умара (да будет доволен им Аллах) в то время, по причине, известной лучше Аллаху.
И возможно, что у Умара (да будет доволен им Аллах) в то время были среди жителей Ирака и Шама те, кто не был сподвижником Посланника Аллаха ﷺ, ведь Аллах открыл ему земли Персии и Рима, и вошло в ислам множество тех, от кого допустима ложь, поскольку вера ещё не утвердилась прочно в сердцах многих из них, а это не было качеством сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, ибо Аллах сообщил, что они — лучшая община, выведенная для людей, что они суровы к неверующим и милосердны между собой, и восхвалил их не в одном месте Своей Книги. И если ложь была возможна и допустима среди тех, кто входил в ислам (из новых народов), то возможно, что Умар при своей осторожности в делах религии опасался, что они станут выдумывать ложь на Посланника Аллаха ﷺ из страха, или из желания получить выгоду, или добиваясь доказательства, стремясь найти прибежище и выход из того, во что они попали, из-за малого знания о том, что это им грозит. И Умар (да будет доволен им Аллах) захотел показать им, что тот, кто совершает нечто предосудительное и прибегает к сообщению от Посланника Аллаха ﷺ, чтобы этим подтвердить своё деяние, — обязан удостовериться в том, что он приносит, если его положение неизвестно, чтобы его слово было подтверждено. Он показал им это и предпочёл поступить так с Абу Мусой, хотя тот у него был известен своей справедливостью и не был подозреваем, — чтобы это стало у них основой, и чтобы у судьи было право проявлять иджтихад в том, в чём это возможно, если он желает этим добра и не выходит за пределы допущенного ему. А Аллах лучше знает, что имел в виду Умар этими своими словами Абу Мусе. И на это же указывают слова Тавуса: он сказал: «человек, если рассказывал от Посланника Аллаха ﷺ, был задерживаем, пока не приведёт доказательство, а иначе подвергался наказанию», — то есть тот, кто не был известен справедливостью и не был знаменит знанием и надёжностью. Разве не видишь ты единогласие мусульман в том, что если знаток передавал от Посланника Аллаха ﷺ и был известен своим знанием, от него принимали это и не осуждали его, и не требовалось от него доказательства? И в том же духе, что и слова Тавуса, слова Саада ибн Ибрахима (да помилует его Аллах): «пусть передают от Посланника Аллаха ﷺ только надёжные», — то есть всякий, кто, будучи проверен, ссылается на верный источник и твёрдое знание, и является скрытым (от подозрений в грехе), не проявляя явного тяжкого греха. А что касается слов того, кто сказал, что Умар не знал Абу Мусу, — это слова, вышедшие без размышления и осмотрительности; положение Абу Мусы у Умара было известным, он работал у него, и Посланник Аллаха ﷺ отправлял его как чиновника и собирающего часть садака (закята), а это высокое положение доверия и честности. Конец слов Абу Умара (да помилует его Аллах), и это весьма ценное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
И сказал в «Аль-Фатхе»: и в этом хадисе нет того, что утверждал и на что ссылался тот, кто заявлял...
«Умар не принимал хабар-вахид (сообщение единичного передатчика), и в этом хадисе нет довода на это; ведь он принял сообщение Абу Са‘ида, совпадающее с хадисом Абу Мусы, а это не выводит его из категории единичного сообщения».
Он сказал: этим хадисом воспользовался в качестве довода тот, кто утверждает, что сообщение одного справедливого передатчика само по себе не принимается, пока к нему не присоединится другое, как в свидетельстве. Ибн Батталь сказал: это ошибка того, кто так говорит, и невежество относительно мазхаба Умара. Ведь в некоторых версиях этого пути передачи сообщается, что Умар сказал Абу Мусе: «Знай, я не обвиняю тебя во лжи, но хотел, чтобы люди не смели легкомысленно передавать хадисы от Посланника Аллаха ﷺ». Это добавление приведено в «Муватта» от Раби‘и, от нескольких их учёных, что Абу Муса, — и далее приводится история, а в конце её: «Умар сказал Абу Мусе: знай, я не обвиняю тебя во лжи, но опасался, что люди станут выдумывать [хадисы] от Посланника Аллаха ﷺ». А в риваяте Убайда ибн Хунайна: «Умар сказал Абу Мусе: клянусь Аллахом, ты был доверенным лицом в передаче хадисов Посланника Аллаха ﷺ, но я хотел удостовериться». Подобное же в риваяте Абу Бурды, когда Убайй ибн Ка‘б сказал Умару: «Не будь мучением для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ», на что тот ответил: «Слава Аллаху, я просто услышал нечто и хотел удостовериться».
Ибн Батталь сказал: отсюда берётся правило удостоверения в достоверности единичного сообщения ввиду возможности забывчивости или иного в нём, — при том, что Умар принимал сообщение одного справедливого передатчика само по себе, как, например, в вопросе наследования женщиной из выкупа за кровь её мужа, и во взимании джизьи с огнепоклонников, и в других подобных случаях, но он удостоверялся, когда возникало то, что требовало этого.
Ибн Абд аль-Барр сказал: возможно, что при нём присутствовали те, кто недавно принял ислам, и он опасался, что кто-то из них может выдумать хадис от Посланника Аллаха ﷺ из желания или страха, ища выхода из того, во что он попал, и он хотел дать им понять, что тому, кто сделает нечто подобное, будет предъявлена претензия, пока он не представит подтверждение.
Некоторые утверждали, что Умар не знал Абу Мусу. Ибн Абд аль-Барр сказал: это слово, сказанное без размышления и рассуждения его автором, ведь положение Абу Мусы у Умара хорошо известно. Ибн аль-Араби (да помилует его Аллах) сказал: относительно требования Умаром от Абу Мусы (да будет доволен им Аллах) свидетельства-подтверждения есть разногласие, приводимое в десяти мнениях, — и он их перечислил. Хафиз сказал: большинство их взаимно перекрывается и не превышает того, что я уже привёл.
8 — (Из их числа): этим хадисом, восходящим к Пророку, доказывается, что не допускается превышать троекратное испрашивание разрешения войти. Ибн Абд аль-Барр сказал: к этому пришло большинство учёных, но некоторые сказали: если [ответ] не был услышан, то нет вреда добавить [ещё]. Сахнун передал от Ибн Вахба, от Малика: «Я не желаю, чтобы превышали три раза, кроме того, кто знает, что его не услышали» — и это наиболее достоверное мнение у шафиитов. Ибн Абд аль-Барр сказал: сказано также, что превышение допускается безусловно, исходя из того, что повеление возвращаться после трёх раз означает дозволение и облегчение для просящего разрешения, так что тому, кто спросил разрешение больше [трёх раз], нет в этом греха.
Собиратель [хадисов], да простит его Аллах, говорит: не скрыта несостоятельность этого мнения, поскольку оно противоречит ясному достоверному тексту: «Если кто-то из вас попросил разрешения войти три раза, и ему не позволили, пусть возвращается». Вдумайся же, а Аллах Всевышний знает лучше.
Он сказал: испрашивание разрешения заключается в том, чтобы сказать: «Мир вам, можно войти?» — так он сказал, но эта формулировка не является обязательной. Ибн аль-Араби передал: если [приветствие] было в форме испрашивания разрешения, то повторять его не нужно, а если в иной форме, то нужно повторить. Он сказал: наиболее достоверное — что повторять не нужно. Уже было упомянуто то, что передал аль-Мазири по этому поводу.
Аль-Бухари в «Аль-адаб аль-муфрад» передал от Абу аль-Алии, который сказал: «Я пришёл к Абу Са‘иду и поприветствовал его, но мне не позволили войти; затем я поприветствовал снова, но мне не позволили войти; тогда я отошёл в сторону, и вышел ко мне отрок и сказал: «Входи». Я вошёл, и Абу Са‘ид сказал мне: «Знай, если бы ты добавил [ещё]», — то есть сверх трёх раз, — «тебе бы не позволили войти»».
Разошлись во мнениях о мудрости числа три. Ибн Абу Шайба передал от слов Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах): «Первое — извещение, второе — совещание, третье — решительное намерение: либо ему позволят войти, либо откажут».
9 — (Из их числа): то, что сказал хафиз (да помилует его Аллах): из поступка Абу Мусы (да будет доволен им Аллах), когда он назвал сначала своё имя, затем свою кунью, затем своё родовое прозвание, берётся [следующее правило]: первое — это основа, второе — если он допускает, что это могло быть неясным для того, кто спрашивает разрешения войти, а третье — если он преимущественно уверен, что тот его узнал. Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: некоторые склонились к тому, что основой троекратности в испрашивании разрешения является слово Всевышнего: «О те, которые уверовали! Пусть те, которыми овладели ваши правые руки, и те из вас, которые не достигли половой зрелости, попросят у вас разрешения три раза» [«Свет», 58]. Он сказал: это неизвестно в толковании этого аята, а большинство сошлось на том, что под «разами» подразумеваются три времени [дня].
Хафиз сказал: Ибн Абу Хатим передал от пути Мукатиля ибн Хайяна, который сказал: до нас дошло, что один человек из ансаров и его жена Асма бинт Марсад приготовили еду, и люди стали входить без разрешения. Асма сказала: «О Посланник Аллаха, как это ужасно — заходит к женщине и её мужу их отрок без разрешения, тогда как они оба находятся под одним покровом». Тогда был ниспослан этот аят.
Абу Дауд и Ибн Абу Хатим передали с сильным иснадом от хадиса Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах), что его спросили об испрашивании разрешения в три времени укромности [в доме], и он сказал: «Аллах любит скрытность и Сам скрывающий. У людей не было завес на дверях, и порой человек внезапно застигал свою служанку или своего ребёнка, будучи со своей женой, поэтому им было велено испрашивать разрешение в эти три времени укромности. Затем Аллах расширил удел, и люди устроили завесы и покровы, и люди увидели, что Аллах уже избавил их от того, что было им велено».
От другого достоверного пути от Ибн Аббаса: «Большинство людей не соблюдают этого [аята], но я велю своей служанке испрашивать у меня разрешение».
10 — (Из их числа): что хозяину дома, когда он слышит испрашивание разрешения, дозволено не позволять войти, будь то приветствие сказано раз, два или три, если он занят делом — религиозным или житейским — которое даёт ему оправдание оставить просящего разрешение без ответа.
11 — (Из их числа): что тому, кто убедился в невиновности человека относительно того, чего он опасался, и что с ним из-за этого не случится ничего неприятного, дозволено пошутить с ним, даже прежде извещения его о том, что успокоило бы его сердце в его положении, но при условии, что промежуток [до объяснения] не затянется, чтобы это не стало причиной продления страдания мусульманина от беспокойства, которое с ним случилось, как это произошло с ансарами и Абу Мусой. А что касается упрёка Абу Са‘ида им, то он выбрал наилучшее — поспешить устранить то, во что тот попал, прежде чем заниматься шуткой, а Аллах Всевышний знает лучше».
И с непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[5615] (…) — Передал нам Кутайба ибн Са‘ид и Ибн Абу Умар, они сказали: передал нам Суфьян, от Язида ибн Хусайфы, с этим же иснадом, и Ибн Абу Умар добавил в своём хадисе: «Абу Са‘ид сказал: «И я встал с ним, и пошёл к Умару, и засвидетельствовал»».
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — (Кутайба ибн Са‘ид) — упомянут недавно.
2 — (Ибн Абу Умар) — это Мухаммад ибн Йахья ибн Абу Умар аль-Адани, затем аль-Мекки, — упомянут в предыдущей главе.
Двое оставшихся уже упомянуты ранее.
[Замечание]: риваят Кутайбы и Ибн Абу Умара, оба — от Суфьяна ибн Уяйны, привёл аль-Байхаки (да помилует его Аллах) в своих «Сунан», и он сказал:
(17442) — сообщил нам Абу Абдуллах аль-Хафиз, [сказав]: известил нас Мухаммад ибн Йакуб — он аш-Шайбани, — [передав]: рассказал нам Мухаммад ибн Шазан, [передав]: рассказал нам Кутайба ибн Саид (х), — сказал: и рассказал нам Али ибн Иса, [передав]: рассказал нам Ибрахим ибн Абу Талиб, [передав]: рассказал нам Ибн Абу Умар, — оба сказали: рассказал нам Суфьян, [передав]: рассказал мне Язид ибн Хусайфа от Бусра ибн Саида от Абу Саида аль-Худри, который сказал: Абу Муса попросил разрешения войти к Умару (да будет доволен им Аллах), но ему не разрешили, и он ушёл. Умар сказал ему: «Что с тобой, почему ты не пришёл ко мне?» Тот ответил: «Я приходил и просил разрешения три раза, но мне не разрешили, и я вернулся, ведь Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто попросит разрешения войти три раза, и ему не разрешат, пусть возвращается»». Умар (да будет доволен им Аллах) сказал ему: «Приведи на это свидетельство, иначе я причиню тебе боль». Абу Саид сказал: тогда Абу Муса пришёл к нам испуганным или взволнованным и сказал: «Я пришёл, чтобы вы засвидетельствовали за меня». Убайй ибн Ка‘б (да будет доволен им Аллах) сказал: «Сядь, пусть с тобой пойдёт только самый младший из людей». Абу Саид сказал: я был самым младшим из них, и я встал и засвидетельствовал перед Умаром, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто попросит разрешения войти три раза, и ему не разрешат, пусть возвращается». Конец (1).
И по непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5616] (…) — Рассказал мне Абу-т-Тахир, [сказав]: известил меня Абдуллах ибн Вахб, [сказав]: рассказал мне Амр ибн аль-Харис от Букайра ибн аль-Ашадджа, что Буср ибн Саид рассказал ему, что он слышал Абу Саида аль-Худри, говорящего: мы сидели в собрании у Убайя ибн Ка‘ба, и вдруг пришёл Абу Муса аль-Аш‘ари разгневанным, и он остановился и сказал: «Заклинаю вас Аллахом (1), слышал ли кто-нибудь из вас Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Просьба о разрешении [войти] — три раза; если тебе разрешат — [входи], а если нет — возвращайся»?» Убайй сказал: «А что случилось?» Тот сказал: «Я вчера просил разрешения войти к Умару ибн аль-Хаттабу три раза, но мне не разрешили, и я вернулся. Затем я пришёл к нему сегодня, вошёл к нему и сообщил ему, что приходил вчера, поприветствовал три раза, а затем ушёл. Он сказал: «Мы слышали тебя, но были заняты делом в тот момент. Почему же ты не продолжал просить разрешения, пока тебе не разрешат?» Я сказал: «Я просил разрешения так, как слышал от Посланника Аллаха ﷺ». Он сказал: «Клянусь Аллахом, я непременно причиню боль твоей спине и животу, или ты непременно приведёшь того, кто засвидетельствует за тебя это»». Убайй ибн Ка‘б сказал: «Клянусь Аллахом, пусть с тобой пойдёт только самый младший из нас по возрасту. Встань, о Абу Саид». И я встал, пришёл к Умару и сказал: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил это».
Передатчики этого иснада: их шесть:
1 — (Абу-т-Тахир) Ахмад ибн Амр ибн Абдуллах ибн ас-Сарх аль-Мисри, надёжный [10] (умер в 250 г.) (М, Д, Д, С, К), упомянут ранее во «Введении» 3/10.
2 — (Абдуллах ибн Вахб) ибн Муслим аль-Кураши, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Мисри, надёжный, хафиз, подвижник [9] (умер в 197 г.) (Все шесть), упомянут ранее во «Введении» 3/10.
3 — (Амр ибн аль-Харис) ибн Якуб аль-Ансари, их вольноотпущенник, Абу Айюб аль-Мисри, надёжный, твёрдый, знаток фикха [7], умер до (150 г.) (Все шесть), упомянут ранее в «Книге веры» 16/169.
4 — (Букайр ибн аль-Ашадж) — это: Букайр ибн Абдуллах ибн аль-Ашадж аль-Махзуми, их вольноотпущенник, Абу Абдуллах, или Абу Юсуф аль-Мадани, переселившийся в Египет, надёжный [5] (умер в 120 г.) (Все шесть), упомянут ранее в «Книге очищения» 4/554.
Оставшиеся двое упомянуты ранее.
Разъяснение хадиса:
От Бусра ибн Саида, что он (рассказал ему); то есть рассказал Букайру ибн аль-Ашаджу (что он слышал Абу Саида аль-Худри) (да будет доволен им Аллах) (говорящего: мы сидели в собрании у Убайя ибн Ка‘ба) (да будет доволен им Аллах) (и вдруг пришёл Абу Муса аль-Аш‘ари) Абдуллах ибн Кайс (да будет доволен им Аллах), находясь в состоянии (разгневанности, и он остановился) у собрания ансаров, (и сказал) Абу Муса: (заклинаю вас Аллахом) — а в некоторых версиях: «заклинаю вас Аллахом» [в другой форме]. Говорят: «насхадтука-Ллах» и «би-Ллахи анхудука» — по модели «насара» (نصر): напомнил тебе о Нём и воззвал к твоим чувствам, или попросил тебя, заклиная тебя (1).
(Слышал ли кто-нибудь из вас Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «просьба о разрешении [войти]» — то есть о входе, что означает обращение за разрешением, то есть его просьбу — (три раза); то есть три попытки, (если тебе разрешат) — то есть войти, — ответ на это не упомянут в данном риваяте, но упомянут в другом с выражением: «то входи»; а его слово (а если нет) — это «ин» условное, слившееся с «ля» отрицательным, а глагол условия опущен, поскольку на него указывает предшествующее; то есть: и если тебе не разрешат, (то возвращайся)», — поскольку Всевышний Аллах сказал: «Не входите в них, пока вам не будет дано разрешение» [Свет, 28].
(Убайй сказал) — то есть ибн Ка‘б (да будет доволен им Аллах) — (а что случилось?); то есть какова причина твоего заклинания в этом деле? (Тот сказал) Абу Муса: (я просил разрешения) — то есть просил разрешения войти — (к Умару ибн аль-Хаттабу) (да будет доволен им Аллах) — (вчера), с огласовкой на кясру. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «амси» — имя собственное для дня, предшествующего сегодняшнему, и употребляется в переносном смысле для того, что было прежде него; оно неизменяемо с кясрой на конце, но племя Тамим склоняет его как неизменяемое имя (на манер того, что не принимает танвин), говоря: «ушёл вчерашний день со всем, что в нём было» (в форме именительного падежа). Поэт сказал [размер раджаз]:
«Поистине, я видел удивительное со вчерашнего дня — старух, подобных гулям, пятерых» (2).
(Три раза, но мне не разрешили, и я вернулся) — это указывает на то, что Абу Муса не вернулся к Умару (да будет доволен им Аллах) иначе как на второй день, а ранее приводилось то, что указывает на то, что Умар послал за ним сразу же, когда, узнав о его уходе, сказал: «Верните его ко мне». И объединяют эти два сообщения тем, что Умар (да будет доволен им Аллах), закончив своё дело, вспомнил о нём и спросил о нём, и ему сообщили, что тот ушёл, и он послал за ним, чтобы вернуть его,
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир» 1/22.
но его не нашли в то время, и он сам пришёл к Умару на второй день. И Аллах Всевышний знает лучше.
(И я вошёл к нему, и сообщил ему, что приходил вчера, поприветствовал три раза, затем ушёл. Он сказал: мы слышали тебя), а его слово (но мы в то время были заняты делом) — предложение обстоятельства состояния; то есть заняты работой, которая отвлекала нас от ответа тебе. Аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: «шугль» с даммой, и с двумя даммами, и с фатхой, и с двумя фатхами: противоположность свободе от дел, множественное число — «ашгаль» и «шугуль». Конец.
Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «шагаляху аль-амру шаглян», по модели «нафа‘а», и тогда «дело» — «шагиль» (занимающее), а он сам — «машгуль» (занятый), а имя действия — «аш-шугуль», с даммой на «шин», и допускается дамма на «гайн» или её сукун для облегчения. И говорят «шугильту бихи», в форме страдательного залога: «я развлекался этим». Аль-Азхари сказал: «ва-штагаля би-амрихи, фахува муштагиль»; то есть в форме действительного залога. А Ибн Фарис сказал: они почти никогда не говорят «иштагаля» в форме действительного залога, хотя это допустимо; то есть в форме действительного залога. Отсюда некоторые сказали: «иштагаля» употребляется только в форме страдательного залога, и не допускается его использование в форме действительного залога, поскольку «ифти‘аль», если он возвратный (муттавы‘), обязательно непереходный, не более того, а если он не возвратный, то в нём должен присутствовать смысл переходности, подобно «иктасабту аль-маль» (я приобрёл имущество), «иктахальту» (я подвёл глаза сурьмой), «ихтадабту» (я покрасил хной руку) — то есть «кахальту айни» (подвёл сурьмой мои глаза) и «хадабту йади» (покрасил хной мою руку); а «иштагальту» не является возвратным и не содержит смысла переходности.
И был дан ответ, что в основе своей это возвратный глагол от глагола, употребление которого в ясной речи было оставлено, а в основе он был «ашгальтуху» с «алифом», отсюда «фаштагаля», подобно «ахракту» — «фахтарака» (я сжёг — и оно сгорело), и «акмальту» — «фактамаля» (я завершил — и оно завершилось), и в нём есть смысл переходности, поскольку ты говоришь: «иштагальту би-кяза» (я занялся тем-то), и предлог с управляемым словом здесь в значении дополнения. И аль-Азхари прямо указал на употребление «муштагиль» и «муштагаль». Конец (1).
И уже приводилось ранее, что не говорят «ашгаляху» в четырёхбуквенной форме, и это утверждал аль-Маджд, но ему возразили, и правильно говорить «шагаляху» в трёхбуквенной форме — так что обрати на это внимание.
«(Разве же ты не спросил разрешения?)» — здесь «лавма» является частицей побуждения в значении «халля» («почему бы не»), как сказано в «Хуляса»:
«Лявля» и «лавма» требуют начала (предложения) … когда воспрещение через (отрицаемое) бытие сочетается,
Ими обозначай побуждение, а также «халля» … «алля», «аля», и присоединяй к ним глагол,
И может следовать за ними имя со скрытым глаголом … связанным (с ним) или с явным, отложенным (глаголом).
«(Пока тебе не разрешат?) Он сказал» — Абу Муса — «(я испросил разрешения так же, как я слышал от Посланника Аллаха ﷺ)»; то есть: то, что я сделал, есть следование тому, что я слышал от Пророка ﷺ, а он сказал: «Если кто-то из вас попросит разрешения, то если ему разрешат — пусть входит, а если нет — пусть возвращается». «Он сказал» (да будет доволен им Аллах), когда ему был передан этот хадис Пророка ﷺ: «(Клянусь Аллахом, я непременно причиню боль твоей спине и твоему животу)»; то есть посредством битья в качестве наказания, «(или ты непременно приведёшь)» — здесь «ау» («или») в значении «илля» («кроме»); то есть: разве что ты приведёшь, и «ан» подразумевается после неё обязательно, глагол же стоит в винительном падеже по положению из-за неё, но грамматически построен как неизменяемый из-за присоединения к нему усилительного «нун», и Аллах Всевышний знает лучше.
«(того, кто засвидетельствует тебе относительно этого)», что ты приписал ему ﷺ. Затем, внешне слова Умара (да будет доволен им Аллах) представляют собой угрозу Абу Мусе (да будет доволен им Аллах), но по сути это — предостережение для других; ибо если кто-то ниже Абу Мусы по положению увидит это происшествие или услышит о нём, и если в его сердце есть порок, и он желает выдумать хадис для продвижения своих порочных целей, то он удержится и испугается, и не осмелится выдумывать хадис. Иначе как можно предполагать в отношении Умара, что он подозревал Абу Мусу в том, что тот выдумал хадис для своих целей? Напротив, он у Умара более почтенен и выше этого. И Аллах Всевышний знает лучше.
«(И сказал Убайй ибн Кааб)»; то есть после того, как Абу Муса пришёл на его собрание, ища того, кто засвидетельствует за него, «(клянусь Аллахом, с тобой не встанет никто, кроме самого младшего из нас по возрасту)»; то есть самого младшего среди нас. И сказал это Убайй (да будет доволен им Аллах), указывая на широкую известность этого хадиса, до такой степени, что даже самый младший из них слышал его от Пророка ﷺ, и как будто это было укором Умару (да будет доволен им Аллах). «(Встань, о Абу Саид)», имея в виду аль-Худри, и он назвал именно его, поскольку тот был самым младшим из них, «(и я встал, пока не пришёл к Умару, и сказал: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил это)».
Хадис этот передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом), и полное его разъяснение и изложение его вопросов уже приведено перед предыдущим хадисом, и хвала Аллаху и Его милость.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5617] (…) — «Рассказал нам Наср ибн Али аль-Джахдами, рассказал нам Бишр — то есть Ибн Мудаффаль, — рассказал нам Саид ибн Язид, от Абу Надры, от Абу Саида, что Абу Муса пришёл к двери Умара и попросил разрешения (войти). Умар сказал: «Один раз». Затем он попросил разрешения второй раз, и Умар сказал: «Два раза». Затем он попросил разрешения третий раз, и Умар сказал: «Три раза». Затем (Абу Муса) удалился, и (Умар) послал за ним, вернул его и сказал: «Если это то, что ты запомнил от Посланника Аллаха ﷺ, то приведи (доказательство), а иначе я непременно сделаю тебя примером для устрашения». Абу Саид сказал: «Тогда он пришёл к нам и сказал: «Разве вы не знаете, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Испрашивание разрешения — трижды»?» Он сказал: «Они стали смеяться». Он сказал: «Тогда я сказал: «К вам пришёл ваш брат-мусульманин, испугавшись, а вы смеётесь? Пойдём, я твой соучастник в этом наказании». И он пришёл к нему (Умару) и сказал: «Вот Абу Саид»».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Наср ибн Али аль-Джахдами, басриец, надёжный, твёрдый в передаче [10-е поколение] (умер в 250 г. или после), (аль-джама‘а), один из шейхов джама‘а без посредника, о нём уже говорилось во «Введении» 5/30.
2 — Бишр ибн Мудаффаль ибн Лахик ар-Рашаши, Абу Исмаил аль-Басри, надёжный, твёрдый, благочестивый [8-е поколение] (умер в 186 или 187 г.), (аль-джама‘а), о нём уже говорилось в «Книге веры» 10/145.
3 — Саид ибн Язид ибн Маслама аль-Азди, затем ат-Тахи, Абу Маслама аль-Басри ас-Касир, надёжный [4-е поколение], (аль-джама‘а), о нём уже говорилось в «Книге веры» 88/466.
4 — Абу Надра — аль-Мунзир ибн Малик ибн Кута‘а аль-Абди аль-Ауфи аль-Басри, надёжный [3-е поколение] (умер в 108 или 109 г.), (хут, м, 4), о нём уже говорилось в «Книге веры» 6/127.
А «Абу Саид (да будет доволен им Аллах)» упомянут перед этим.
Его слово: «(Умар сказал: «Один раз» … и так далее)» — сказуемое к опущенному подлежащему; то есть: это один раз … и так далее. Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах) сказал: в этом хадисе, в словах Умара: «один раз, два раза, три раза», — доказательство того, что Умар (да будет доволен им Аллах) знал, что испрашивание разрешения — трижды, и передано также в этом отношении от Умара, от Пророка ﷺ: «Испрашивание разрешения — трижды». Это указывает на то, что то, чего Умар не знал из утверждения Абу Мусы, — это именно слова: «если тебе разрешат, то (входи), а иначе возвращайся», и не более того, и Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Его слово: «(и послал за ним … и так далее)» — с разделённой хамзой; то есть послал вслед за ним того, кто вернёт его к нему. Говорят: «Я сделал Зайда следующим за Амром» с алифом, когда делаешь его следующим за ним.
Его слово: «(то приведи)»; то есть представь доказательство. Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: и в хадисе: «(разве что) хаа, и хаа» с застывшей хамзой, предполагая паузу, — удлинённо и укороченно, а более поздние (говорящие) произносят с танвином без хамзы. И если это относится к единственному числу мужского рода, говорят: хаа-а, с удлинённой хамзой, открытой, в значении «возьми», как сказал поэт [из размера раджаз]:
Она смешивает мне из своей ненависти бурдюк … затем говорит издалека: хаа-а!
И с кисрой (на хамзе) в значении «дай», как сказал поэт [из размера хафиф]:
Влюблённые в «хаа-и, хаа-и», а если истощится … имущество, они попросят у тебя разлуки.
А для двоих — хаа-а, а для множественного числа — хаа-у, с алифом двойственного числа и вав множественного числа, а для женского рода — хаа-и, с кисрой на хамзе, а в другом языке для женского рода — хаа-и, с йа после хамзы, в значении «хати», и хаа-а с хамзой в значении «хак» по форме и по смыслу. И если это в значении «каф», то входит «мим», и говорят для двоих: хаа-ума, а для множественного числа мужского рода: хаа-ум, а для женского рода: хаа-н, с застывшей хамзой. А если входят «та» и «каф», то определённо укорочение, и говорят для мужского рода: хати, а для женского рода: хати-и, хатийа, хату, хатин, и хака, с открытой «каф» для мужского рода, и с кисрой для женского рода, и хакума, и хакум, и хакунна. Значение «та» — «дай мне», а значение «каф» — «возьми». А смысл хадиса: каждый говорит своему товарищу: «хаи»; то есть «дай, что у тебя в руке», а тот говорит ему: «хаа-а»; то есть «возьми это», и отдаёт ему в своё время; потому что это установлено для передачи из рук в руки. Конец цитаты.
Его слово: «(а иначе я непременно сделаю тебя)» — это условная «ин», ассимилированная в отрицательную «ля»; то есть: и если ты не приведёшь доказательства … и так далее. Его слово: «(примером для устрашения)»; то есть уроком для других. Ибн аль-Асир (да помилует его Аллах) сказал: то есть наставлением и уроком для других, от «ва‘з» (наставление), а «ха» в этом слове является заменой опущенного «вав». Конец цитаты.
Сказано в «Умда»: как мог Умар сказать Абу Мусе (да будет доволен ими обоими Аллах): «Приведи доказательство, а иначе я причиню тебе боль», а в другом риваяте: «Клянусь Аллахом, я непременно причиню боль твоей спине и твоему животу», а в другом риваяте: «Я непременно сделаю тебя примером наказания»? — при том, что Абу Муса был у него доверенным лицом, и поэтому он использовал его на службе, и Пророк ﷺ также направлял его сборщиком и уполномоченным по части закята, а это высокое положение доверия и надёжности.
И был дан ответ, что всё это следует понимать так, что подразумевается: «я непременно применю к тебе эту угрозу, если станет ясно, что ты сознательно солгал». Конец цитаты.
Его слово: («استئذان — трижды») — подлежащее и сказуемое; в некоторых списках встречается в форме «трижды» (ثلاثًا) с винительным падежом, и тогда это будет сказуемым при опущенном «كان»; опущение «كان» вместе с его именем не ограничивается прошедшим временем, но допустимо и в настояще-будущем, как в выражении «нет еды, хотя бы финики», то есть «хотя бы у вас были финики», как это объяснил Сибавайхи; это приводит аль-Хадри в своём «Хашия».
Его слово: (и они стали смеяться) — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: они смеялись именно из-за испуга Абу Мусы перед угрозой Умара (да будет доволен им Аллах), хотя знали, что это не сбудется, поскольку требуемое им свидетельство существовало, и поскольку Умар не обвинял его во лжи, и не имел целью ни бить его плетью, ни унижать, а лишь строгость и защиту. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: причина их смеха — удивление испугу Абу Мусы (да будет доволен им Аллах), его тревоге и страху перед наказанием, тогда как они были уверены, что его не коснётся наказание или что-либо иное, ввиду силы его довода и того, что они слышали, как это было признано Пророком ﷺ. Конец цитаты.
Его слово: (был испуган) — с даммой над «хамзой», от «ифза‘» — глагола четырёхбуквенного корня, означающего «устрашение»; в некоторых списках встречается «فَزِعَ» — трёхбуквенный глагол; говорят: «فَزِعَ منه فَزَعًا», он — «فَزِعٌ», по образцу «تَعِبَ»: испугался; и «أفزعته», и «فزّعته», отчего «ففزِعَ».
Его слово: (я твой соучастник в этом наказании) — это иносказание о том, что наказание его никоим образом не коснётся, поскольку он правдив и прав в том, что сказал, ибо ансары слышали это от Пророка ﷺ, так что даже самый младший из них засвидетельствовал за него; как бы этим он подтверждает ему, что никакое наказание его не постигнет. Аллах Всевышний знает лучше.
(2) «Хашия аль-Хадри на шарх Ибн Акыля к «аль-Хуляса»» 1/167.
(3) «аль-Мафхим» 5/476.
(4) «Шарх ан-Навави» 14/133–134.
(5) «аль-Мисбах аль-Мунир» 2/472.
Его слово: (и пришёл к нему) — то есть Абу Муса пришёл к Умару (да будет доволен ими обоими Аллах) (и сказал: этот) — то есть тот, кто пришёл со мной, — (Абу Саид) аль-Худри — засвидетельствует за меня то, что я передал тебе, поскольку он слышал этот хадис от Пророка ﷺ, как и я слышал от него.
Хадис приведён обоими (аль-Бухари и Муслимом), и полное рассмотрение его уже было изложено ранее, и хвала и благодарность принадлежат Аллаху.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5618] (…) — («Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна и Ибн Башшар, они сказали: рассказал нам Мухаммад ибн Джа‘фар, рассказал нам Шу‘ба, от Абу Масламы, от Абу Надры, от Абу Саида (х); и рассказал нам Ахмад ибн аль-Хасан ибн Хираш, рассказал нам Шабаба, рассказал нам Шу‘ба, от аль-Джурайри и Саида ибн Язида, оба они — от Абу Надры, они сказали: мы слышали, как он передавал от Абу Саида аль-Худри, по смыслу подобно хадису Бишра ибн аль-Мудаффаля, от Абу Масламы»).
Передатчики этого иснада: десять:
1 — (Ахмад ибн аль-Хасан ибн Хираш) Абу Джафар аль-Багдади, правдивый передатчик [11] (умер 242) (М Т), упоминался ранее в «аль-Иман» 42/280.
2 — (Шабаба) ибн Саввар аль-Мадаини, хорасанского происхождения, аль-Фазари, их вольноотпущенник; говорят, что его имя было Марван; надёжный, хафиз, был обвинён в ирджа [9] (умер в 4, 5 или 206) (‘) упоминался ранее в «Мукаддима» 6/40.
3 — (аль-Джурайри) Саид ибн Ияс, Абу Мас‘уд аль-Басри, надёжный, у которого перед смертью за три года произошло смешение памяти [5] (умер 144) (‘) упоминался ранее в «аль-Иман» 40/266.
Остальные упомянуты в главе и четырьмя главами ранее.
Его слово: (оба они — от Абу Надры, они сказали… и так далее) — местоимение двойственного числа в обоих местах относится к аль-Джурайри и Саиду ибн Язиду; а Абу Маслама в первом иснаде — это Саид ибн Язид во втором иснаде.
[Замечание]: передачу Шу‘бы от аль-Джурайри и Саида ибн Язида, оба от Абу Надры, привёл Ибн аль-Джа‘д (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(1447) — рассказал нам Али, [сказал]: рассказал нам Шу‘ба, от Саида аль-Джурайри, [который] слышал Абу Надру, передающего от Абу Саида аль-Худри, сказал: пришёл Абу Муса просить разрешения войти к Умару трижды, и ему не было позволено, и он вернулся, и Умар сказал ему: ты непременно подтвердишь то, что сказал, или я сделаю с тобой то-то. И он пошёл к ансарам и сказал: разве вы не знаете, что Пророк ﷺ сказал: «Если кто-то из вас попросит разрешения трижды, и ему не позволят, пусть возвращается»? Он сказал: они сказали: за тебя засвидетельствует лишь самый младший из нас. Абу Саид сказал: тогда я пришёл к нему и засвидетельствовал за него.
(1448) — рассказал нам Али, [сказал]: рассказал нам Шу‘ба, от Саида ибн Язида, [который] слышал Абу Надру, передающего от Абу Саида, подобное этому. Конец цитаты.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5619] (…) — («И рассказал мне Мухаммад ибн Хатим, рассказал нам Яхья ибн Саид аль-Каттан, от Ибн Джурайджа, рассказал нам Атаа, от Убайда ибн Умайра, что Абу Муса попросил разрешения войти к Умару трижды, и, как будто, застал его занятым, и вернулся. Умар сказал: разве мы не слышали голос Абдуллы ибн Кайса? Позвольте ему войти. И его позвали, и он сказал: что побудило тебя сделать то, что ты сделал? Он сказал: нам это было велено. Он сказал: ты непременно приведёшь на это доказательство, или я сделаю то-то. И он вышел, и направился в собрание ансаров, и они сказали: за тебя на это засвидетельствует лишь самый младший из нас. И встал Абу Саид, и сказал: нам это было велено. И Умар сказал: скрылось от меня это из дела Посланника Аллаха ﷺ, отвлекла меня от него торговля на рынках»).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (Мухаммад ибн Хатим) ибн Маймун аль-Багдади, известный как ас-Самин, мервского происхождения, правдивый, достойный, иногда ошибался [10] (умер в 5 или 236) (М Д), упоминался ранее в «аль-Иман» 1/104.
2 — (Яхья ибн Саид аль-Каттан) упоминался недавно.
3 — (Ибн Джурайдж) Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж аль-Умави, их вольноотпущенник, аль-Мекки, надёжный, знаток фикха, достойный, практиковал тадлис и ирсал [6] (умер 150 или после этого) (‘), упоминался ранее в «аль-Иман» 6/129.
4 — (Атаа) ибн Абу Рабах Аслам аль-Кураши, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Мекки, надёжный, знаток фикха, достойный, много практиковал ирсал [3] (умер 114) (‘), упоминался ранее в «аль-Иман» 83/442.
5 — (Убайд ибн Умайр) ибн Катада аль-Лейси, Абу Асим аль-Мекки, рассказчик жителей Мекки, родился при жизни Пророка ﷺ [2] (умер 68) (‘), упоминался ранее в «Шарх аль-Мукаддима» ч. 2, стр. 473.
А «Абу Муса аль-Аш‘ари (да будет доволен им Аллах)» упомянут перед ним.
Его слово: (попросил разрешения войти к Умару трижды) — то есть попросил разрешения войти к нему.
Его слово: (и, как будто, застал его занятым) — то есть как будто Умар (да будет доволен им Аллах) был занят каким-то делом из дел мусульман.
Его слово: (разве мы не слышали) с местоимением первого лица множественного числа — так в индийском списке; в других списках встречается в форме «разве ты не слышал» с местоимением второго лица обращения, и, возможно, обращение было к какому-то человеку, находившемуся при Умаре (да будет доволен им Аллах) в то время; а у аль-Бухари: «разве я не слышал голос Абдуллы ибн Кайса?» с хамзой первого лица единственного числа. Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово: (позвольте ему войти) — так в списках, с хамзой с сукуном перед «даль»; передаётся также «إيذنوا له» с «я» вместо «хамзы»; сказано в «аль-Умда»: изначально это «ائذنوا له» с двумя хамзами, и когда они стали затруднительны для произношения, вторая была превращена в «я» из-за огласовки «кясра» перед ней. Конец цитаты.
Его слово: (и его позвали) — в форме страдательного залога; то есть Абдуллу ибн Кайса попросили вернуться ради Умара, поскольку он велел вернуть его к нему; в некоторых списках: «и его позвали к нему», но первый вариант яснее.
Его слово: (он сказал: нам это было велено) — здесь есть опущение, подразумеваемое так: Умар послал за ним, и тот явился, и Умар сказал ему: почему ты вернулся? Он ответил: нам это было велено, то есть — велено возвращаться, когда просящему разрешения войти не позволяют войти.
И его слово также: («мы ведь были научены этому»); то есть возвращению, если нам не давали разрешения войти после троекратного испрашивания. Сказано в «Фатх»: в этом содержится указание на то, что слово сподвижника: «нас учили тому-то» относится к возведённым (марфу') хадисам, и это усиливается, если он приводит его в контексте доказательства. И в этом [также указание] на то, что даже сподвижник высокого положения, усердно сопровождавший Посланника Аллаха ﷺ, может не знать чего-то из его дел, тогда как это слышал тот, кто ниже него [по положению]. Некоторые утверждали, что из этого извлекается, что Умар не принимал сообщение от одного человека, но это не так, ибо в некоторых версиях передачи Умар сказал: «Я хотел удостовериться» — и при этом Умар принял сообщение ад-Даххака ибн Суфьяна одного о вире, и другие подобные случаи. Конец [цитаты] (1).
И его слово: («и они сказали… и так далее»); то есть сказали ансары. Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): ансары сказали это, возражая Умару (да будет доволен им Аллах) относительно того, что он сказал, [говоря]: это хадис, известный среди нас, знакомый нам, так что даже самый младший из нас помнит его и слышал его от Посланника Аллаха ﷺ.
И его слово: («Умар сказал: это осталось скрытым от меня… и так далее»); то есть дело о троекратном испрашивании разрешения. Это признание Умара (да будет доволен им Аллах) и его извинение за то, что произошло с его стороны в отношении Абу Мусы (да будет доволен им Аллах), а также разъяснение причины, по которой этот хадис, известный среди них, остался скрытым от него.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): Умар (да будет доволен им Аллах) сказал это, упрекая самого себя и приписывая себе упущение, затем разъяснил свою причину словами:
(«меня отвлекла от этого торговля на рынках») — аль-Бухари добавил: («то есть выход по торговым делам»); то есть меня занял от этого хадиса вопрос торговли и сделок на рынках, как сказал Всевышний Аллах: «О те, которые уверовали! Пусть ваше имущество и ваши дети не отвлекают вас от упоминания Аллаха» [аль-Мунафикун: 9]. Сказал аль-Байдави: пусть не занимает вас управление ими и забота о них.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): «отвлекла меня» — занимала меня, а «сафк» — это торговля, и она была так названа, потому что они заключали сделки руками, и каждый из них ударял ладонью по руке своего товарища, отсюда же название присяги (бай'а) — «сафка». Конец [цитаты] (2).
Сказал Абу Умар (да помилует его Аллах) в «Тамхиде»: в его словах «меня отвлекла от этого торговля на рынках» содержится указание на то, что стремление к мирскому препятствует получению пользы от знания, и что чем больше человек стремится к нему, тем больше его невежество и меньше его дела, а Аллах знает лучше. Из этого же — слово Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): «что касается наших братьев мухаджиров, то их занимала торговля на рынках, а что касается наших братьев из числа ансаров, то их занимали их сады, а я сопровождал Посланника Аллаха ﷺ, довольствуясь малым насыщением своего живота». И это при том, что эти люди были арабами, чьей природе свойственна память и малая забывчивость, — что же говорить о сегодняшнем дне? И если Коран, облегчённый для запоминания, подобен привязанным верблюдам, которых удерживает при себе тот, кто заботится о них, то что же говорить об остальных науках? И я прошу у Аллаха полезного знания, принятого деяния и обширного удела, у Которого нет сотоварища. Конец слов Абу Умара (да помилует его Аллах) (1).
Сказано в «Фатх»: Умар (да будет доволен им Аллах) назвал занятость торговлей «лахв» (пустым отвлечением), потому что она отвлекла его от продолжительного сопровождения Пророка ﷺ, так что другой услышал от него то, что не услышал он сам, и Умар не имел в виду оставление основы сопровождения — это дело относительное. И нужда Умара выходить на рынок была ради заработка для своей семьи и воздержания от [просьб к] людям, а что касается Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), то он был одинок, поэтому он больше сопровождал [Пророка ﷺ], а сопровождение Умаром Пророка ﷺ не является скрытым. И «лахв» в абсолютном смысле — это то, что отвлекает, будь оно запретным или разрешённым, а в шариате [это слово применяется] лишь к тому, что запретно. Конец [цитаты] (2).
Аль-Бухари (да помилует его Аллах) в «Книге держания за Книгу и Сунну» из своего «Сахиха» составил: «Глава о доказательстве против того, кто говорит, что решения Пророка ﷺ были явными и что некоторые из них не отсутствовали при собраниях Пророка ﷺ и делах ислама».
Сказано в «Фатх»: это заглавие составлено для разъяснения того, что многие из великих сподвижников отсутствовали при некоторых словах или делах Пророка ﷺ из числа возлагающих обязанность деяний, и продолжали придерживаться того, что было им известно, — либо отменённого положения, из-за незнания об отменяющем его, либо изначальной освобождённости [от обязанности]. И если это установлено, то становится доказательством против того, кто отдаёт предпочтение делу великого сподвижника, особенно если он занимал должность судьи, над риваятом другого, держась за то, что этот великий [сподвижник], если бы не имел у себя более сильного, чем этот риваят, то не противоречил бы ему. И это отвергается тем, что в опоре на такое заключается оставление достоверного в пользу предположительного.
Сказал Ибн Батталь: он хотел ответить рафидитам и хариджитам, которые утверждают, что решения Пророка ﷺ и его сунны переданы от него передачей достоверной (тавватур), и что не разрешается действовать по тому, что не передано достоверной передачей. Он сказал: их слова отвергаются тем, что достоверно установлено, что сподвижники брали друг от друга, и некоторые из них обращались к тому, что передал другой, и состоялся консенсус (иджма') на действии по сообщениям одиночных передатчиков (ахад).
Аль-Бейхаки в «аль-Мадхаль» составил: «Глава доказательства того, что от предшествующего в сопровождении, обширного знанием, может ускользнуть то, что известно другому», затем привёл хадис Абу Бакра о бабке, который есть в «Муватта», и хадис Умара об испрашивании разрешения, который упомянут в этой главе, и хадис Ибн Мас'уда о человеке, который заключил брачный договор с женщиной, затем развёлся с ней, и хотел жениться на её матери, и он сказал: «нет вреда» — и его разрешение продажи разбитого серебра за целое с превышением, затем его отступление от обоих этих решений, когда он услышал от других сподвижников запрет на них, и другие подобные вещи. И упомянул в этом хадис аль-Бара: «не все мы слышали хадис от Пророка ﷺ, у нас были занятия и дела, но люди не врали, и присутствующий передавал отсутствующему», и его иснад слаб, равно как и хадис Анаса: «не всё, что мы передаём вам от Посланника Аллаха ﷺ, мы слышали сами, но некоторые из нас не обманывали друг друга», затем перечислил то, что передал сподвижник от сподвижника, из того, что встречается в обоих «Сахихах», и сказал: в этом указание на их тщательность в передаче, и в этом самое ясное доказательство и самое очевидное указание на утверждение сообщения одиночного передатчика, и на то, что некоторые сунны были скрыты от некоторых из них, и что присутствующий из них доводил отсутствующему то, чему был свидетелем, и что отсутствующий принимал это от того, кто передал ему, и опирался на это, и действовал согласно этому.
Сказал аль-Хафиз: сообщение одиночного передатчика (хабар аль-вахид) в терминологии противоположно достоверно переданному (мутаватир), будь оно передачей одного лица или большего числа, и это то, о чём возникло разногласие, и сюда входит сообщение одного лица первичным вхождением. И тому, кто действует по нему, не противоречит то, что случилось в хадисе этой главы — требование Умаром от Абу Мусы (да будет доволен им Аллах) доказательства (байина) на хадис об испрашивании разрешения, ибо это, вместе со свидетельством Абу Са'ида в его пользу и других, не выходит за пределы того, чтобы быть сообщением одиночного передатчика. И Умар потребовал от Абу Мусы доказательства лишь из предосторожности, иначе Умар принял хадис Абд ар-Рахмана ибн Ауфа о взимании джизьи с зороастрийцев, и его хадис о чуме, и хадис Амра ибн Хазма о равенстве между пальцами в вире, и хадис ад-Даххака ибн Суфьяна о наследовании женщиной от виры её мужа, и хадис Са'да ибн Абу Ваккаса о поглаживании (масх) кожаных носков, и прочее. И в «Сахихе аль-Бухари» из хадиса Умара (да будет доволен им Аллах) [сообщается], что он вместе с человеком из ансаров по очереди спускались к Пророку ﷺ, так что этот спускался один день, а тот — другой день, и каждый из них сообщал другому то, что тот пропустил. И его цель в этом было получение того, что необходимо для его состояния и состояния его семьи, чтобы не нуждаться в других и чтобы укрепиться для того, чем он занимался — джихада.
И в этом [указание] на то, что не является условием для того, кому возможно личное слышание (мушафаха), опираться именно на него и не удовлетворяться посредником, ибо это установлено делом сподвижников (да будет доволен ими Аллах) во времена Пророка ﷺ без возражения. Конец того, что упомянул он в «Фатх» (1), и это ценное и весьма полезное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
И хадис приведён согласованно (у обоих — аль-Бухари и Муслима), и уже прошло полное исследование его, и хвала и благодарность Аллаху.
И по непрерывной цепочке передачи к автору (да помилует его Аллах) в начале книги он сказал:
[٥٦٢٠] (…) — Мухаммад ибн Башшар передал нам: Абу Асим передал нам (х) — и Хусайн ибн Хурайс передал нам: ан-Надр, то есть ибн Шумайль, передал нам — оба сказали: Ибн Джурайдж передал нам этот же иснад подобным образом, но в риваяте ан-Надра не упомянуто: «Меня отвлекла от него торговля на рынках».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Мухаммад ибн Башшар, Бундар аль-Басри, о котором говорилось недавно.
2 — Абу Асим, ад-Даххак ибн Мухалляд ан-Набиль аль-Басри, надёжный и твёрдый передатчик [9] (умер в 212 г. или после этого) (используется у всех авторов шести сборников), о котором говорилось в «Книге веры», 6/129.
3 — Хусайн ибн Хурайс аль-Хузаи, их вольноотпущенник, Абу Аммар аль-Марвази, надёжный передатчик [10] (умер в 244 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), о котором говорилось в «Книге поста», 17/2619.
4 — ан-Надр ибн Шумайль, Абу аль-Хасан ан-Нахви аль-Басри, затем аль-Марвази, о котором говорилось недавно.
А «Ибн Джурайдж» упомянут перед этим.
[Замечание]: риваят Абу Асима от Ибн Джурайджа привёл аль-Баззар (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(3024) — Амр ибн Али передал нам, сказав: Абу Асим сообщил нам, сказав: Ибн Джурайдж сообщил нам, сказав: Атаа сообщил мне, сказав: Убайд ибн Умайр сообщил мне, что Абу Муса попросил разрешения войти к Умару три раза, и ему не было дано разрешения, поскольку тот был занят. Когда же он освободился, он сказал: «Разве я не слышал [голос] Абдуллаха ибн Кайса? Дайте ему разрешение войти». Ему сказали: «Он ушёл». Умар сказал: «Позовите его». [Абу Муса] сказал: «Нам было велено…»