Йа‘куб рассказал: рассказал нам аль-Хасан ибн Али ибн Аффан аль-Амири, рассказал нам Абу Усама от аль-А‘маша, от Умары ибн Умайра, который сказал: я слышал аль-Хариса ибн Суваида, говорившего: пришли мы к Абдуллаху — то есть Ибн Мас‘уду — и он рассказал нам два хадиса: один — от Посланника Аллаха ﷺ, а другой — от себя самого. Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Аллах радуется покаянию своего верующего раба сильнее, чем — сказал — человек, оказавшийся на пустынной, безжизненной и гибельной земле, с ним его верховая верблюдица, на которой его еда и питьё; он сошёл с неё, заснул, а его верблюдица была у его головы; он проснулся — и она пропала; он пошёл искать её, но не смог её найти, пока его не одолела жажда; тогда он сказал: клянусь, я вернусь и умру там, где было моё седло; он вернулся, заснул, а проснувшись — увидел, что его верблюдица стоит у его головы, а на ней его еда и питьё». Затем Абдуллах сказал: «Верующий видит свои грехи так, словно он сидит у подножия горы, боясь, что она обвалится на него, а нечестивец видит свои грехи подобно мухе, пролетевшей мимо его носа», — и сказал так рукой, показывая, как она пролетает, и махнул рукой над своим носом. Он сказал: этот хадис передал Муслим в «Сахихе» от Исхака ибн Мансура, от Абу Усамы. Конец.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору — да помилует его Аллах — в начале книги, он сказал:
[6933] (2745) — Рассказал нам Убайдуллах ибн Му‘аз аль-Анбари, рассказал нам мой отец, рассказал нам Абу Йунус, от Симака, который сказал: обратился с проповедью ан-Ну‘ман ибн Башир и сказал: «Аллах радуется покаянию своего раба сильнее, чем человек, который погрузил свой припас и свой бурдюк на верблюда, затем отправился в путь, пока не оказался в пустынной местности; его застиг полуденный зной, он сошёл и остановился под деревом; его одолел сон, и его верблюд ускользнул; он проснулся, побежал на возвышенность — но ничего не увидел; побежал на вторую возвышенность — ничего не увидел; побежал на третью возвышенность — ничего не увидел; он вернулся, дойдя до того места, где он был, и, пока он сидел там, вдруг пришёл его верблюд, идя, пока не положил свой повод в его руку. Так вот, Аллах радуется покаянию раба сильнее, чем этот человек, когда он нашёл своего верблюда в его прежнем состоянии». Симак сказал: аш-Ша‘би утверждал, что ан-Ну‘ман возвёл этот хадис к Пророку ﷺ, а что до меня, то я этого не слышал.
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Убайдуллах ибн Му‘аз аль-Анбари) аль-Басри, о нём было сказано ранее, перед этой главой.
2 — (Его отец) Му‘аз ибн Му‘аз ибн Наср ибн Хассан аль-Анбари аль-Басри, о нём тоже было сказано ранее, перед этой главой.
3 — (Абу Йунус) Хатим ибн Абу Сагира — с «гин» под кясрой — аль-Басри; имя Абу Сагиры — Муслим, он его дед по матери, а по другой версии — муж его матери; надёжный (сика) [6] (‘) — упомянут ранее в «Хадже», 67/3249.
4 — (Симак) — с кясрой в начале и облегчённой «мим» — ибн Харб ибн Аус ибн Халид аз-Зухли аль-Бакри аль-Куфи, Абу аль-Мугира, правдивый (садук), но под конец жизни начал путаться, порой принимая на веру то, что ему подсказывали [4] (умер 123 г.х.) (خت م ٤) — упомянут ранее в «Вере», 64/365.
5 — (Ан-Ну‘ман ибн Башир) ибн Са‘д ибн Са‘лаба аль-Ансари аль-Хазраджи, сподвижник, сын сподвижника; общался (со Пророком), затем поселился в Шаме, затем управлял Куфой, затем был убит в Хомсе в шестьдесят пятом году, в возрасте шестидесяти четырёх лет (‘) — упомянут ранее в «Вере», 97/522.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к пятизвенным (хумасийят) иснадам автора — да помилует его Аллах; что он «мусалсаль» (непрерывно однородный) по признаку басрийского происхождения, кроме Симака и сподвижника — они оба куфийцы; и что его сподвижник — сын сподвижника, да будет доволен ими обоими Аллах.
Разбор хадиса:
Его слово (от Симака) ибн Харба; что он (сказал: обратился с проповедью ан-Ну‘ман ибн Башир) — да будет доволен им Аллах — по внешнему смыслу этого риваята выходит, что это остановлено (маукуф) на ан-Ну‘мане, но в конце хадиса от аш-Ша‘би указано, что он возведён (марфу‘) к Пророку. И встречается в риваяте Ахмада через путь Шарика, от Симака, от ан-Ну‘мана ибн Башира, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Клянусь Аллахом, Аллах радуется покаянию своего раба сильнее...» — и далее хадис.
Его слово (и сказал) ан-Ну‘ман в своей проповеди («Аллаху») — с фатхой на «лям» начала предложения, а «Аллах» — подлежащее, сказуемое которого — его слово: (радуется сильнее) — здесь утверждается атрибут радости для Аллаха ﷾, подобающим образом Его величию, и уже ранее был приведён ответ толкователям-аллегористам (муаввилям), так что не будь невнимателен к этому. (покаянию своего раба) — связано со словом «радуется»; его слово (чем человек) — связано со словом «сильнее»; его слово (который погрузил свой припас) — предложение в позиции родительного падежа как определение к «человек»; «зад» (припас) — это еда, которую путник берёт для своего путешествия, множественное число — «азвад»; его слово (и свой бурдюк) — с фатхой на «мим». Кади сказал: как будто это имя рода для «мазада» — это большой бурдюк, названный так потому, что в него добавляется («йузад») ещё кожа другого бурдюка. Конец.
Аль-Файюми — да помилует его Аллах — сказал: часть повествования, с фатхой на «мим», хотя по аналогии следовало бы кясра, ведь это сосуд, в котором носят воду; множественное число — «мазайд»; иногда говорят «мазад» без «та марбута»; а «мазада» — форма «маф‘ала» от «зад», потому что в нём берут воду как припас в дорогу. Конец.
(на верблюде) — как «амир» (по образцу), а может быть с кясрой на «ба» — это диалект бану Тамим, а фатха — более правильный из двух диалектов: это взрослый верблюд-самец, достигший зрелости, либо молодой верблюд; может относиться и к самке, передано от некоторых арабов: «я пил молоко моего верблюда» и «сбросил меня мой верблюд», то есть моя верблюдица. Конец.
Аль-Файюми — да помилует его Аллах — сказал: «Аль-ба‘ир» подобно «человеку» — применяется и к самцу, и к самке, говорят: «я подоил своего верблюда» (би‘ири); а «джамаль» подобен «мужчине» — относится только к самцу; «нака» подобна «женщине» — относится только к самке; «бакр» и «бакра» подобны «юноше» и «девушке»; «калюс» подобна «девочке» — так передали многие, среди них Ибн ас-Сиккит, аль-Азхари и Ибн Джинни. Затем аль-Азхари сказал: это речь арабов, но её знают лишь избранные из знатоков языка, и встречается в словах аш-Шафи‘и — да помилует его Аллах — в разделе о завещании: если он сказал «дайте ему верблюда», то им не следует давать ему верблюдицу, — так он отнёс слово «ба‘ир» к «джамаль», и объяснение в том, что завещание строится на обычном употреблении людей, а не на возможных языковых значениях, которые известны лишь избранным. И передал в «Кифайят аль-мутахаффиз» смысл вышесказанного, затем сказал: говорят «джамаль» или «нака» лишь тогда, когда животному исполнилось четыре года, а до этого говорят «ка‘уд», «бакр», «бакра», «калюс»; множественное число «ба‘ир» — «аб‘ира», «абаи‘», «бу‘ран» с даммой. Конец.
(затем отправился в путь) — то есть человек — (пока не оказался в пустынной местности) — «фалят» с фатхой на «фа»: земля, в которой нет воды, множественное число — «фала», подобно «хасат — хаса», а множественное от множественного — «афла», подобно «сабаб — асбаб»; его слово (в земле) — уточняющее пояснение; смысл «фалят» — земля без воды, как я уже упомянул ранее. (Его застиг полуденный зной) — это время полуденного отдыха, а здесь имеется в виду сама полуденная дремота; говорят «каля — йакилю — кайлян ва каюлятан»: спал в середине дня, — сказал аль-Файюми.
Аль-Муртада — да помилует его Аллах — сказал: «аль-ка’ила» — середина дня, как в «аль-Мухкам»; а в «ас-Сихах» — полуденный зной, и подобное в «аль-Айн»; говорят: «пришёл к нам во время полуденной жары дня»; может означать также «кайлюля» — сон в середине дня. Аль-Лейс сказал: «аль-кайлюля» — сон в середине дня, это и есть «аль-ка’ила»; говорят «каля — кайлян, ка’илятан, кайлюлятан, макалян, мукайлян», а «такаййаля» — спал в это время, то есть в середине дня. Аль-Азхари сказал: «аль-кайлюля» и «аль-макыль» — отдых в середине дня у арабов, даже если это не сопровождается сном; доказательством этого служит то, что в Раю нет сна, а Всевышний Аллах сказал: «Обитатели Рая в тот день будут в лучшем пристанище и прекраснейшем месте отдыха» [аль-Фуркан: 24]. Конец.
«Он остановился и сказал»; то есть: отдохнул («под деревом, и его одолел сон»); то есть: заснул, («и его верблюд ускользнул»); то есть: ушёл незаметно, («тогда он проснулся и побежал»); то есть: побежал быстрым шагом («на шараф»). Кади Ияд сказал: возможно, что он подразумевал под «шарафом» здесь «тальк» и «галва», как в другом хадисе: «побежал шараф или два шарафа». Он сказал: возможно, что здесь подразумевается возвышенность земли, чтобы посмотреть с неё, увидит ли он верблюда. Он сказал: и это более очевидно. Конец цитаты.
(«Но не увидел ничего, затем побежал на второй шараф, но не увидел ничего, затем побежал на третий шараф, но не увидел ничего, тогда он подошёл») от «икъбаль» — то есть: пришёл («пока не дошёл до места, где он сказал»); то есть: где он отдыхал в этом месте. («И вдруг») — слово это первоначально было «байна», затем фатха была растянута и превратилась в алиф, так что стало «байнама»; также говорят «байна» и «байнама», и оба являются обстоятельствами времени со значением внезапности; они присоединяются к предложению, состоящему из глагола и деятеля, либо из подлежащего и сказуемого, как здесь, и требуют ответной части, которой завершается смысл; наиболее правильным в их ответной части является отсутствие «из» и «иза», хотя они часто встречаются в ответной части; говорят: «байна Зайдун джалисун дахала алайхи Амрун», и «из дахала алайхи», и «иза дахала алайхи»; из этого — слова аль-Хуракы бинт ан-Ну‘ман:
Когда мы правили людьми, и власть была нашей... вдруг мы среди них — простолюдины, стоящие в очереди.
(«Он сидел, когда к нему пришёл его верблюд»), в состоянии («идя, пока не положил свой хитам») — с кясрой над «ха» с точкой, по образцу «китаб»: всё, что вкладывается в нос верблюда, чтобы вести его за это; множественное число — «хутум», сказал аль-Маджд (да помилует его Аллах). А аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: назван «хитамом», потому что кладётся на «хатм», а это — с фатхой, затем сукуном — передняя часть носа и рта. Конец цитаты.
(«в его руку») связано с «положил», («и, клянусь Аллахом,») с лямом с фатхой, это лям начала предложения, придающий усилительное значение. («Он более радуется покаянию раба») связано с «радость», («чем этот») то есть: чем этот человек, и это связано с «более», а его слова: («когда нашёл своего верблюда») «хин» — обстоятельство времени, связанное с «радость», а его слова: («в том же состоянии,») связано с подразумеваемым обстоятельством; то есть: в состоянии, в котором он был, из сильной печали и потрясения, и готовности к смерти из-за потери своего верблюда, на котором была его еда, питьё и то, что его исправляет.
А его слова: («Симак сказал») то есть: ибн Харб, передатчик от ан-Ну‘мана ибн Башира (да будет доволен им Аллах), («и аш-Ша‘би утверждал») — видимо, «за‘ама» здесь употреблено в значении истинного высказывания, («что ан-Ну‘ман») (да будет доволен им Аллах) («возвёл этот хадис»); то есть: приписал его с иснадом («к Пророку ﷺ»). Симак сказал: («а что до меня, то я этого не слышал»); то есть: не слышал, чтобы ан-Ну‘ман возводил его, а возведение его — это истина; поскольку такое не говорится по собственному мнению, и также это подтверждается хадисом ибн Мас‘уда и Анаса ибн Малика и других, а Аллах Всевышний знает лучше.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис ан-Ну‘мана ибн Башира (да будет доволен им Аллах) — из числа хадисов, приводимых составителем (да помилует его Аллах) в единственном числе (из числа «афрад»).
(Второй вопрос): о его источниках (тахридж):