И сказано: «Больше в награде».
Ат-Тыби сказал: он сказал «величайшая сура» с учётом её великого достоинства и того, что она обладает особым свойством, в котором ей не сопутствует ни одна другая сура, а также с учётом того, что она вмещает множество пользы и смыслов при краткости своих слов. Его слово («о посланник Аллаха, твои слова») — то есть: соблюдай твои слова и запомни их. («она — семь повторяемых») — сказано, что «аль-» здесь для определённости, [отсылая] к словам Всевышнего: «Мы даровали тебе семь повторяемых [аятов] и великий Коран» (и далее аят). («и великий Коран») — присоединено к «семь» как соединение одного качества с другим качеством; сказано также, что это соединение общего с частным. В этом — довод на дозволенность именования Кораном части его. В риваяте аль-Бухари сказано: он сказал: ««Хвала Аллаху, Господу миров» — это семь повторяемых и великий Коран, который мне дарован». А в другом его риваяте, от хадиса Абу Хурайры, возводимом к Пророку: «Мать Корана — это семь повторяемых и великий Коран». Аль-Мунзири сказал: его вывели аль-Бухари, ан-Насаи и Ибн Маджа.
Абу Саид ибн аль-Муалла — ансар, мединец; сказано также, что имя его неизвестно, а сказано, что имя его — Рафи‘. Он из числа сподвижников, хадис которых аль-Бухари передал единолично, и в его книге нет от него ничего, кроме этого хадиса.
6 — Глава: о том, кто сказал, что она (то есть аль-Фатиха) —
[1459] («из длинных [сур]») — с даммой над «та» и фатхой над «вав», множественное число от «аль-тула» (долгая), подобно «аль-кубар» от «аль-кубра». Что же касается причисления аль-Фатихи к длинным [сурам], то это весьма затруднительно, и хадис в этом отношении неясен; более того, ан-Насаи вывел то, что указывает на противоположное, и это придёт [далее].
«Посланнику Аллаха ﷺ были дарованы семь повторяемых («длинных»)». Ас-Суйути сказал в «ад-Дурр аль-мансур»: Ибн Мардавайх вывел от Ибн Аббаса, который сказал: «Посланнику Аллаха ﷺ были дарованы семь повторяемых, и это — длинные [суры], а Мусе было даровано шесть; когда же он бросил скрижали, две были подняты, и осталось четыре». Конец цитаты.
В «Фатх аль-Бари»: ан-Насаи передал с достоверным иснадом от Ибн Аббаса, что семь повторяемых — это семь длинных [сур], то есть суры от начала «аль-Бакара» до конца «аль-Аʻраф», затем «Бараа», а сказано также — «Юнус».
Хафиз сказал: и в изложении ат-Табари, тоже от хадиса Ибн Аббаса: «аль-Бакара», «Аль Имран», «ан-Ниса», «аль-Маида», «аль-Анам» и «аль-Аʻраф». Передатчик сказал: он упомянул седьмую, но я её забыл.
А в достоверном риваяте у Ибн Аби Хатима от Муджахида и Саида ибн Джубайра — что это «Юнус»; а у аль-Хакима — что это «аль-Кахф», с добавлением: его спросили: «Что такое повторяемые?» Он ответил: «В них повторяются рассказы». Подобное же передано от Саида ибн Джубайра у Саида ибн Мансура в его «Сунан».
Итог таков: под семью повторяемыми в благородном аяте подразумевается аль-Фатиха, согласно ясному указанию достоверных хадисов на это; а под семью повторяемыми-длинными, упомянутыми в [данном] хадисе, подразумеваются семь сур от «аль-Бакара» до «ат-Тауба», и Аллах знает лучше. Так сказано в «аш-Шарх».
(«А Мусе ﷺ было даровано шесть») — из скрижалей, на которых была записана Тора.
Ас-Суйути сказал: Ибн Аби Хатим вывел от Ибн Аббаса, который сказал: «Мусе была дана Тора на семи скрижалях из хризолита, в которых было разъяснение всякой вещи и наставление. Когда же он принёс их и увидел, что сыны Исраиля предаются поклонению тельцу, он бросил Тору из своих рук, и она разбилась; тогда Аллах поднял из неё шесть седьмых, а осталась одна седьмая». («Когда же бросил») Муса («скрижали») — то есть швырнул их в гневе («две были подняты, и осталось четыре»). А в «аль-Хилья» от Муджахида сказано: скрижали были из изумруда; когда Муса бросил их, ушли подробности — то есть вести о сокровенном, — а осталось руководство, то есть то, что в них было из наставлений и предписаний.
А у Ибн аль-Мунзира от Ибн Джурайджа сказано: мне сообщили, что скрижалей Мусы было девять, из них были подняты две, а осталось семь. И Аллах знает лучше.
Аль-Мунзири сказал: и вывел его ан-Насаи.
7 — Глава: о том, что пришло относительно аята «аль-Курси»
[1460] («О Абу аль-Мунзир») — в форме действительного причастия, кунья Убаййя ибн Кааба. («Какой же аят с тобою?») — то есть: находясь при тебе в качестве сопутствующего тебе.
Ат-Тыби сказал: это пришло в качестве разъяснения того, что он [Убайй] запомнил из Книги Аллаха, поскольку слово «с» указывает на сопутствие. Конец цитаты.
Аль-Кари сказал: он (да будет доволен им Аллах) был из тех, кто выучил весь Коран наизусть при жизни Пророка ﷺ, и таких же было ещё трое из числа его двоюродных братьев. («величайший») — Исхак ибн Рахавайх и другие сказали: смысл возвращается к воздаянию и награде, то есть «величайший по воздаянию и награде», и это — избранное мнение, как это упомянул ат-Тыби. («Я сказал: «Аллах и Его посланник знают лучше»») — он сначала предоставил ответ [Пророку], а когда тот повторил вопрос и он понял, что тот (да благословит его Аллах и приветствует) желает узнать, что у него [в памяти], он сообщил ему, сказав: («Я сказал: «Аллах — нет божества, кроме Него, Живого, Вседержителя»»). Возможно также сказать, что он сначала предоставил ответ из вежливости, а затем ответил вторично по требованию, объединив тем самым вежливость и исполнение [требования], как это в обычае обладателей совершенства. («Тогда он ударил» — то есть Пророк ﷺ) («по моей груди») — то есть [выражая] любовь; переход этого глагола с предлогом «фи» подобен словам Всевышнего: «и сделай праведным для меня в моём потомстве», то есть: вложи в них праведность, чтобы они стали её вместилищем. («Пусть тебе будет отрадно») — а в одной из версий: «лийахни» с хамзой после «нун» согласно исходной форме, но она опущена для облегчения, то есть: пусть знание будет тебе отрадным.
Ат-Тыби сказал: говорят «ханаʼани ат-таʻам» — «яхнаʼуни» и «яхниʼуни», и «ханаʼту» — то есть «получил отраду от этого». Всякое дело, которое приходит к тебе без труда, — оно «ханиʼ» (отрадно). Это — мольба за него о лёгкости знания и его укоренении в нём, и из этого необходимо следует сообщение о том, что он — учёный, а это и есть цель. В этом — великое достоинство для Абу аль-Мунзира (да будет доволен им Аллах). Так это упомянуто в «аль-Миркат».
Аль-Мунзири сказал: и вывел его Муслим.
8 — Глава: о суре «ас-Самад»
[1461] «И этот человек считал её незначительной» (يَتَقَالُّهَا) — то есть считал её малой, «поскольку она равна третьи Корана». Ан-Навави сказал: в другом риваяте сказано: «Поистине, Аллах разделил Коран на три части и сделал суру «Скажи: Он — Аллах, Единый» одной из частей Корана». Аль-Кади передал слова аль-Мазири: сказано, что смысл этого в том, что Коран состоит из трёх видов: рассказы, установления и атрибуты Аллаха Всевышнего, а сура «Скажи: Он — Аллах, Единый» целиком посвящена атрибутам, поэтому она составляет треть, одну часть из трёх частей. И сказано также, что смысл в том, что награда за её чтение умножается настолько, что равняется награде за чтение трети Корана без умножения.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели аль-Бухари и ан-Насаи.
Передано также от Абу Саида аль-Худри со слов Катады ибн ан-Нумана; так же привёл его ан-Насаи, а аль-Бухари привёл его в форме та‘лика.
19 — Глава о двух сурах-охранительницах (аль-муаввизатайн)
[1462] «Не научить ли тебе двум лучшим сурам?» Ан-Навави сказал: в этом — доказательство допустимости утверждения о превосходстве одной части Корана над другой.
Он сказал: по этому вопросу среди учёных есть разногласие. Абу-ль-Хасан аль-Ашари, Абу Бакр аль-Бакиллани и группа других запрещали это, поскольку утверждение о превосходстве одной части подразумевает недостаточность той части, над которой она превосходит, а в словах Аллаха нет недостаточности. Эти учёные толковали встречающиеся в некоторых аятах и сурах выражения «величайший» и «наилучший» в смысле «великий» и «достойный», а не в смысле сравнительного превосходства. А Исхак ибн Рахавайх и другие допускали это, говоря, что речь идёт о величии награды читающего и обильности его вознаграждения. Избранное мнение — допустимость сказать про этот аят или суру «величайший» или «наилучший» в смысле, что связанная с ним награда больше; и таков смысл хадиса. И Аллах знает лучше.
«Он не видел меня» — то есть Посланник Аллаха ﷺ не видел меня — «обрадованным» (в форме страдательного залога) «ими» — этими двумя сурами — «так сильно», — возможно, потому что они короткие, не большие, и он хотел, чтобы Посланник Аллаха ﷺ научил его большой суре. «Он совершил молитву с ними» — то есть с двумя сурами-охранительницами. «Как ты нашёл» — эти две суры, включающие прибегание к защите от всех видов зла, так что кто их выучит, тот будет защищён от бедствий и напастей.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привёл ан-Насаи.
Аль-Касим — это Абу Абд ар-Рахман аль-Касим ибн Абд ар-Рахман аль-Кураши аль-Умави, их вольноотпущенник, шамец. Йахья ибн Маин и ещё несколько учёных признали его надёжным, но некоторые другие критиковали его.
[1463] «Между аль-Джухфой» — это старинный микат жителей Шама, а также жителей Египта и Магриба; в наше время это место называется Рабиг. Оно получило это название потому, что потоки размыли (аджхафат) его. Именно туда Пророк ﷺ призвал перенести лихорадку Медины, и она туда перенеслась, так что через это место не пролетала птица без того, чтобы её не охватила лихорадка. «И аль-Абваа» (с фатхой над хамзой, сукуном над ба и долгим «а») — гора между Меккой и Мединой; сказано также, что это селение из округи аль-Фар; там скончалась мать Пророка ﷺ. Между ним и аль-Джухфой — двадцать или тридцать миль. «Он стал» — то есть начал и приступил — «прибегать к защите словами «Прибегаю к защите Господа рассвета»» — то есть творения, или же имеется в виду колодец на дне Ада — «и «прибегаю к защите Господа людей»» — то есть этими двумя сурами, содержащими эти слова. «О Укба, прибегай к защите этими двумя сурами» — то есть они — лучшие из средств прибегания к защите. Именно поэтому, когда на него ﷺ было наведено колдовство, он пробыл заколдованным целый год, пока Аллах не послал ему двух ангелов, которые научили его, что нужно прибегать к защите этими двумя сурами; он так и сделал, и то, что он ощущал от колдовства, исчезло.
Аль-Мунзири сказал: в его иснаде — Мухаммад ибн Исхак, о котором речь уже шла ранее.