4 - (Глава о человеке, который продаёт то, чего у него нет)
[3503] «(и он хочет от меня продажи)» — то есть продаваемого, как «сайд» в значении «масъюд» (добыча в значении добытого); «(чего у меня нет)» — обстоятельственное определение к «продаже»; «(так купить ли мне это?)» — то есть приобрести это; «(не продавай того, чего у тебя нет)» — то есть вещь, которая не находится в твоей собственности в момент заключения сделки.
В «Шарх ас-сунна» сказано: это касается продажи конкретных вещей, а не продажи по описанию. Поэтому было сказано: продажа с отсрочкой (салям) вещи, описанной таким образом, что она в целом имеется в наличии к оговорённому сроку, допускается, даже если она не находится в собственности продавца в момент заключения сделки. В смысле недействительности к тому, «чего у него нет», приравнивается продажа беглого раба и продажа купленного товара до его получения (кабз). К этому же смыслу относится и продажа чужого имущества без разрешения его владельца, поскольку неизвестно, одобрит ли владелец сделку или нет. Так сказал аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах).
Группа учёных сказала, что сделка приостанавливается в ожидании разрешения владельца — это мнение Малика, сподвижников Абу Ханифы и Ахмада (да будет милостив к ним Аллах). Так в «аль-Миркат».
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа, и ат-Тирмизи сказал: хороший (хасан).
[3504] «(Рассказал мне Амр ибн Шуайб)» — то есть ибн Мухаммад ибн Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас; «(рассказал мне мой отец)» — то есть Шуайб; «(от своего отца)» — то есть Мухаммада, «(от своего отца)» — то есть Абдуллаха ибн Амра; «(не разрешается заём и продажа)». Аль-Хаттаби сказал: это подобно тому, чтобы сказать: «Я продам тебе этого раба за пятьдесят динаров при условии, что ты одолжишь мне тысячу дирхемов на товар, который я продам тебе с отсрочкой», или сказать: «Я продам его тебе за столько-то при условии, что ты дашь мне в долг тысячу дирхемов», причём смысл «заём» здесь означает ссуду. И это недействительно, потому что он даёт ссуду при условии, что тот сделает ему уступку (мухаба). («Мухаба» — снисхождение и уступчивость) — «чтобы он сделал ему уступку», то есть проявил снисхождение в отношении цены — в отношении цены, так что цена входит в область неопределённости. И потому, что всякая ссуда, приносящая выгоду, есть риба. Конец цитаты.
«(и два условия в одной продаже)». Аль-Багави сказал: это когда говорят: «Я продал тебе этого раба за тысячу наличными или за две тысячи с отсрочкой» — это одна продажа, содержащая два условия, цель которой различается в зависимости от того, какое из них выбрано. И нет разницы между двумя условиями и несколькими условиями. Это толкование передаётся от Зайда ибн Али и Абу Ханифы.
Говорят также, что смысл в том, чтобы сказать: «Я продал тебе свою одежду за столько-то с условием её отбелки и шитья» — это недействительно по мнению большинства учёных.
Ахмад же сказал, что это действительно.
Некоторые учёные придерживались буквального смысла хадиса и сказали: если в продаже выдвинуто одно условие, она действительна, а если два условия или более — недействительна. Так, например, действительно сказать: «Я продал тебе свою одежду при условии, что я её сшью», но недействительно сказать: «при условии, что я её отбелю и сшью».
Мнение большинства — отсутствие разницы между одним условием и двумя условиями, но все согласны в недействительности того, в чём содержится два условия. Так в «ан-Найль».
«(и нет прибыли на то, за что не поручился)» — то есть не допускается брать прибыль с товара, за который человек не отвечал (не поручился).
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Сказал хафиз Шамс ад-Дин Ибн аль-Каййим (да будет милостив к нему Аллах): этот хадис — один из основ сделок (муамалят), и он представляет собой ясный текст о запрете рибавых хитростей (хиял). Он охватывает четыре положения.
Первое положение: запрет двух условий в продаже. Смысл этого вызвал затруднение у большинства правоведов, поскольку если оба условия недействительны, то и одно из них запрещено — какая же тогда польза в упоминании именно двух условий? А если оба условия действительны, то они не становятся запрещёнными.
Ибн аль-Мунзир сказал: Ахмад и Исхак сказали относительно того, кто купил одежду и поставил условие продавцу о её шитье и отбелке, или купил еду и поставил условие о её помоле и доставке: если поставлено одно из этих условий, продажа действительна, а если поставлены два условия, продажа недействительна.
Это толковали кади Абу Йала и другие от имени Ахмада. В его толковании есть второй риваят, переданный аль-Асрамом, согласно которому смысл в том, чтобы купить её при условии, что не продаст её никому и не будет ею пользоваться (в интимном смысле) — так он истолковал это как два недействительных условия.
Подобно тому, чтобы купить товар и продать его другому до его получения от продавца — эта продажа недействительна, и прибыль с неё не допускается, потому что проданный товар остаётся на ответственности первого продавца, а не на ответственности покупателя от него, поскольку получения (кабз) не произошло.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа, и ат-Тирмизи сказал: хороший, достоверный (хасан сахих), и похоже, что он действительно достоверен, поскольку в нём ясно упоминается Абдуллах ибн Амр, и его мнение о недопустимости, основанное на хадисе Амра ибн Шуайба, было связано именно с сомнением в иснаде — из-за возможности того, что местоимение относится к Мухаммаду ибн Абдуллаху ибн Амру. Если же это подтверждается упоминанием Абдуллаха ибн Амра, то это сомнение отпадает. И Аллах Всевышний знает лучше.
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
От него передан третий риваят, который передал Исмаил ибн Саид аш-Шаланджи от него: это когда говорят: «Если ты продашь её, то я имею больше прав на неё за ту же цену, и ты будешь служить мне год». Смысл этого риваята таков, что оба условия относятся к продавцу, так что у него остаются две связи с ней: одна связь до передачи — это служба, и другая связь после продажи — это то, что он имеет больше прав на неё.
Что касается условия службы, то оно действительно, и это исключение пользования проданной вещью на определённый срок, подобно исключению права ездить на животном и тому подобному. А что касается условия о том, что он имеет больше прав на неё за ту же цену, то в риваяте аль-Марвази сказано: это по смыслу подобно хадису Пророка «нет двух условий в продаже», поскольку он поставил условие, чтобы тот продал её ему, и чтобы продажа была за первоначальную цену — а это два условия в одной продаже.
Исмаил ибн Саид передал от него допустимость этой продажи, и некоторые из наших товарищей истолковали это как допустимость её при недействительности условия. Они отнесли риваят аль-Марвази к недействительности только условия — но это отдалённое толкование, и текст Ахмада отвергает это.
Исмаил ибн Саид сказал: я упомянул Ахмаду хадис Ибн Масуда о том, что он сказал: «Я купил у своей жены Зейнаб ас-Сакафии рабыню и поставил ей условие, что если я её продам, то она достанется ей за ту цену, за которую я её купил». Она упомянула об этом Умару, и тот сказал: «Не приближайся к ней, пока в отношении неё действует условие в чью-либо пользу». Ахмад сказал: продажа действительна, но не приближайся к ней, потому что в ней было одно условие в пользу женщины, а Умар не сказал об этой продаже, что она недействительна.
Это указывает на признание Ахмадом действительности условия с трёх сторон:
Первое: он сказал «не приближайся к ней», а если бы условие было недействительным, приближение к ней не было бы запрещено.
Второе: он обосновал это условием, что указывает на то, что препятствием к приближению является именно условие, и что совокупление с нею влечёт за собой аннулирование этого условия, поскольку она может забеременеть, и тогда её возвращение к покупательнице станет невозможным.
Третье: он сказал «в ней было одно условие в пользу женщины», и упоминание им единственности условия указывает на то, что оно, по его мнению, действительно, поскольку запрет относится именно к двум условиям.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Некоторые наши сторонники передали от него явный риваят о том, что продажа действительна и условие действительно, и поэтому кадый истолковал его запрет на совокупление как порицаемость (карахат), поскольку нет смысла в его запрещении при недействительности условия.
А Ибн Акыль истолковал это как сомнение (шубха) из-за разногласия относительно действительности этого договора.
Кадый сказал в «аль-Муджаррад»: внешний смысл слов Ахмада таков, что если в договоре поставлены два условия, он становится недействительным, независимо от того, действительны они оба или недействительны, служат ли интересам договора или нет — исходя из внешнего смысла хадиса и следуя его общему значению. Что же касается сторонников аш-Шафии и Абу Ханифы, то они не различали между одним условием и двумя условиями и сказали: продажа становится недействительной при одном условии, из-за запрета Пророка на продажу с условием. Что же касается действительных условий, то они не влияют на договор, сколько бы их ни было; и эти учёные отбросили ограничение двумя условиями, посчитав, что оно вообще не имеет значения.
Все эти мнения далеки от смысла хадиса и не являются тем, что имелось в виду.
Что касается первого мнения — а именно постановки условия о переноске дров, их колке, шитье одежды, её отбеливании и тому подобном — то оно далеко от истины, ибо если постановка условия о выгоде продавца в продаже недействительна, то недействительным становится и одно, и два условия.
А если оно действительно, то какая разница между одной выгодой, двумя выгодами или многими выгодами, тем более что те, кто признаёт действительность этого условия, говорят: это договор, соединивший в себе продажу и наём, а оба они известны и не содержат неопределённости (гарар), а значит оба действительны.
Если это так, то что обязывает признать недействительным наём с двумя выгодами и действительным — с одной выгодой? И какая разница между тем, чтобы поставить продавцу дров условие переноски, или переноски и перевозки, или переноски и колки?
Что касается второго толкования — а именно двух недействительных условий — то оно ещё слабее, ибо одно недействительное условие уже запрещено само по себе.
Тогда нет никакой пользы в ограничении продажи именно двумя условиями, что подразумевает избыточность в выражении и создаёт впечатление о допустимости одного условия.
А это недопустимо для законодателя — подобное ему, — поскольку это добавление, искажающее смысл.
Что касается третьего толкования — а именно постановки условия, что если она продаст рабыню, то он более всех имеет право на неё за ту же цену, и что это подразумевает два условия: не продавать её кому-либо другому и продать её ему за ту цену — то и здесь так же: каждое из этих двух условий, если оно недействительно, то присоединение двух условий не имеет значения, а если оно действительно, то оно не становится недействительным от присоединения к нему подобного ему действительного условия, как постановка условия о залоге и поручителе, или условия об отсрочке и залоге, и тому подобное. От Ахмада в этом вопросе передано три риваята:
Один из них — действительность продажи и условия.
Второй — недействительность обоих.
Третий — действительность продажи и недействительность условия.
И он, да будет доволен им Аллах, в вопросе действительности опирался лишь на согласие Умара и Ибн Масуда в этом деле.
И если бы это были те самые «два условия в продаже», он не стал бы противоречить ему ради чьего-либо мнения, следуя основам своего мазхаба.
Ведь если у него был по вопросу достоверный хадис, он не оставлял его ради чьего-либо мнения.
И удивительно, что кто-то из его сторонников или иных противоречит ему в этом.
А его слова в риваяте аль-Марвази — что это по смыслу соответствует хадису Пророка «нет двух условий в продаже» — не являются прямым толкованием с его стороны,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
—
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
а скорее уподоблением и сравнением по смыслу с хадисом. И даже если предположить, что это толкование, оно не соответствует цели хадиса, как было показано ранее.
Что же касается толкования кадыя в «аль-Муджаррад», то оно — одно из самых далёких и самых несостоятельных из сказанного о данном хадисе, ибо постановка условия о том, что требует сам договор, или о том, что служит его интересам, — как залог, отсрочка, поручитель, оплата наличными и тому подобное — допустима без разногласий, будь то условия множественные или единичные.
Итак, после того как прояснились эти мнения, наиболее правильным является толкование слов Пророка одними его словами через другие.
Поэтому мы истолковываем его слова его же словами и говорим: подобным этому является его запрет на «две сделки в одной сделке» и на «две продажи в одной продаже».
Симак передал от Абд ар-Рахмана ибн Абдуллаха ибн Масуда, от его отца, что он сказал: Посланник Аллаха ﷺ запретил две сделки в одной сделке.
А в «Сунан» от Абу Хурайры передано от Пророка ﷺ: «Кто продаст две продажи в одной продаже, тому положена меньшая из двух цен, либо это риба».
«Две продажи в одной продаже» истолковали так: продавец говорит: «Продам тебе за десять наличными или за двадцать в рассрочку». Это толкование далеко от смысла хадиса по двум причинам:
Первая: в этом случае в договор не входит риба.
Вторая: это вообще не «две продажи», а одна продажа с одной из двух цен.
А ведь Пророк ﷺ поставил выбор между меньшей из двух цен или рибой.
И известно, что если взять большую цену в этом договоре, это не будет рибой.
Значит, это не тот смысл, который имеется в виду в хадисе.
Истолковали это и иначе: продавец говорит: «Возьми этот товар за десять наличными, а я выкуплю его у тебя за двадцать в рассрочку» — а это именно вопрос «ыйна» (фиктивной продажи для обхода ростовщичества).
И это именно тот смысл, который соответствует хадису.
Ведь если целью его является получение наличных дирхемов в обмен на отсроченные, то он не заслуживает ничего, кроме своего первоначального капитала, а это — меньшая из двух цен. Если он возьмёт её, то возьмёт меньшую из двух цен, а если возьмёт большую цену, то возьмёт риба.
Итак, ему некуда деться от меньшей из двух цен или от риба.
Хадис не допускает иного смысла, и это в точности соответствует «двум условиям в одной сделке купли-продажи».
Ведь слово «условие» (шарт) применяется и к самому договору,
потому что обе стороны договорились выполнить его, так что он является обусловленным (машрут), а слово «условие» часто применяется к обусловленному, подобно тому как «удар» (дарб) применяется к побитому (мадруб), «стрижка» (хальк) — к остриженному (махлюк), «отмена» (насх) — к отменённому (мансух).
Таким образом, «два условия» подобны «двум сделкам» в точности.
Итак, «два условия в одной сделке» подобны «двум сделкам в одной сделке». И если ты хочешь, чтобы этот смысл стал тебе ясен, всмотрись в его запрет в хадисе Ибн Умара относительно «двух сделок в одной сделке» и относительно «займа вместе с продажей».
Его привёл Ахмад.
Его запрет в данном хадисе касается «двух условий в одной сделке» и «займа в сделке купли-продажи», так что он объединил заём и продажу с двумя условиями в сделке и с двумя сделками в одной сделке.
Секрет этого в том, что оба этих дела приводят к риба и являются средством к нему.
Что касается «двух сделок в одной сделке», то это очевидно: если он продал ему товар с отсрочкой на месяц, а затем купил его у него за оговорённую цену, то он тем самым продал за то, что обусловил ему, — за десять с отсрочкой.
По этой причине Аллах и Его Посланник запретили «‘ину».
Что же касается займа вместе с продажей, то это потому, что если он...
[пропуск текста]
...дал ему в долг сто до истечения года, а затем продал ему то, что стоит пятьдесят, за сто, то он сделал эту продажу средством к увеличению в долге, требование которого состоит в возврате равного количества. И если бы не эта продажа, он не дал бы ему в долг, а если бы не договор о займе, тот не купил бы это.
Так проявился секрет его слов: «Не дозволен заём вместе с продажей, и не дозволены два условия в одной сделке», и слов Ибн Умара: «Он запретил две сделки в одной сделке и заём вместе с продажей», а сочетание одной фразы с другой связано с тем, что оба они ведут к риба.
Кто вникнет в реальность и охватит её знанием, тот поймёт замысел Посланника из его слов и применит их к этой реальности,
и узнает, что это — слова того, кому была дарована мудрость и кому были даны всеобъемлющие речи. Да пребудут над ним молитвы и мир Аллаха, и да воздаст ему Аллах наилучшим воздаянием, каким Он воздавал пророку за его общину.
Некоторые из праведных предшественников сказали: «Ищите сокровища под словами Посланника Аллаха». А поскольку требование договора займа состоит в возврате равного без прибавки, то прибавка становится риба.
Ибн аль-Мунзир сказал: «Учёные единогласны в том, что если при займе выставляется условие о прибавке или подарке заёмщику, и он даёт заём на этом условии, то взятие прибавки сверх этого есть риба». Передано от Ибн Мас‘уда, Убайй ибн Ка‘ба и Ибн Аббаса, что они запрещали заём, приносящий выгоду. Таким же образом, если он поставит условие, что тот сдаст ему в аренду свой дом или продаст ему что-либо, это не дозволяется, поскольку это ведёт к риба.
По этой причине Пророк ﷺ запретил это, и по этой причине праведные предшественники (да будет доволен ими Аллах) запрещали принимать подарок от заёмщика, кроме случая, когда заимодавец засчитывает его в счёт долга.
Аль-Асрам передал, что у одного человека было двадцать дирхемов долга на рыбаке, и тот стал дарить ему рыбу и оценивать её, пока не набралось на тринадцать дирхемов. Он спросил Ибн Аббаса, и тот сказал: «Отдай ему семь дирхемов».
Передано от Ибн Сирина, что Умар дал в долг Убайй ибн Ка‘бу десять тысяч дирхемов, и Убайй подарил ему плоды со своей земли, но тот вернул их ему и не принял. Тогда Убайй пришёл к нему и сказал: «Жители Медины знают, что у меня одни из лучших плодов, и у нас нет в них нужды. Почему же ты отказался от нашего подарка?» После этого он снова подарил ему, и тот принял. Отказ Умара был вызван предположением, что подарок связан с займом. Когда же он убедился, что это не связано с займом, он его принял.
Это и есть разрешение спора в вопросе о подарке заёмщика.
Зирр ибн Хубайш сказал: «Я сказал Убайй ибн Ка‘бу: «Я хочу отправиться на землю джихада, в Ирак». Он сказал: «Ты придёшь на землю, где широко распространено риба. Если ты дашь кому-то в долг, а он придёт к тебе, чтобы отдать тебе долг, и принесёт с собой подарок, то возьми свой долг, а подарок верни ему»». Это передал аль-Асрам.
В «Сахихе» аль-Бухари от Абу Бурды ибн Абу Мусы передаётся: «Я прибыл в Медину и встретил Абдуллу ибн Салама», — и он привёл хадис, в котором тот сказал ему: «Ты находишься на земле, где широко распространено риба. Если у тебя есть долг на ком-то, и он подарит тебе воз соломы, или воз клевера, или воз ячменя, то не бери это, ибо это — риба».
...
Ибн Абу Муса сказал: «А если он дал ему в долг, а затем использовал его на работе, на которой не использовал бы его до займа, то это заём, приносящий выгоду». Он сказал: «А если он пригласил в гости своего должника, и между ними не было заведено так поступать прежде, то он должен зачесть ему стоимость того, что тот съел».
Автор «аль-Мугни» привёл в качестве довода для этого то, что передал Ибн Маджа в своих «Сунан» от Анаса, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Если кто-то из вас даст в долг, а затем ему подарят что-то, или его посадят на верховое животное, то пусть не садится на него и не принимает подарок, разве что между ними и до этого было заведено так поступать».
Передача от Ахмада разошлась относительно того случая, когда он дал ему в долг дирхемы и поставил условием, что тот вернёт их ему в другом городе, без затрат на их перевозку. От него передано, что это не дозволяется, и это порицали аль-Хасан и группа учёных, а также Малик, аль-Ауза‘и и аш-Шафи‘и; но от него же передана и версия о дозволенности.
Её привёл Ибн аль-Мунзир, поскольку в этом заключается польза для обеих сторон, так что заёмщик не остаётся единолично пользующимся выгодой. И он передал это мнение от Али, Ибн Аббаса, аль-Хасана ибн Али, Ибн аз-Зубайра, Ибн Сирина, Абд ар-Рахмана ибн аль-Асвада, Аюба, ас-Саури и Исхака, и это же избрал кади.
Подобно этому случай, когда его должник обанкротился, и он дал ему в долг дирхемы, чтобы тот выплачивал ему каждый месяц определённую сумму из прибыли от них, — это дозволяется, поскольку заёмщик не остаётся единолично пользующимся выгодой.
Подобен этому также случай, когда на нём был долг пшеницей, и он дал ему в долг дирхемы, чтобы тот купил на них пшеницу и выплатил её ему.
Подобно этому также, если он дал в долг своему земледельцу то, на что тот купит быков, чтобы работать ими на его земле, или семена, чтобы засеять ими её.
Ибн Абу Муса это запретил.
Но правильное мнение — что это дозволяется, и таков выбор автора «аль-Мугни».
И это потому, что берущий заём стремится к собственной выгоде, а выгода дающего заём получается лишь косвенно, — так что это подобно взятию суфтаджи и возврату по ней в другом городе, поскольку в этом польза для них обоих.
А выгода, которая приводит к рибе в займе, — это та, что принадлежит исключительно дающему заём, как, например, проживание в доме заёмщика, езда на его верховых животных, использование его имущества и принятие его подарка.
Ведь в этом нет пользы для заёмщика — в отличие от упомянутых вопросов, где выгода является общей для обоих и оба сотрудничают в её получении, так что это относится к роду взаимопомощи и соучастия.
Что же касается его запрета на прибыль от того, что не находится в чьей-либо ответственности (гарантии), то это подтверждено в хадисе Абдуллаха ибн Умара, где он сказал ему: «Я продаю верблюдов на Бакы‘ за дирхамы и беру динары, и продаю за динары и беру дирхамы».
Он ﷺ сказал: «Нет вреда, если ты берёшь по курсу дня и вы расходитесь, когда между вами уже ничего не остаётся».
Он дозволил это при двух условиях.
Первое — чтобы брал по курсу дня обмена, чтобы не получать прибыль на этом и чтобы утвердилась его ответственность (гарантия).
Второе — чтобы они не расходились иначе как после взаимной передачи, ибо это условие действительности обмена, чтобы в него не вошла риба отсрочки.
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Запрет на прибыль от того, что не находится в чьей-либо гарантии, показался некоторым правоведам неясным по своей причине, тогда как это одно из достоинств шариата.
Ведь над этим (товаром) не завершилось полное овладение, и связь продавца с ним не прервалась, так что он надеется на расторжение сделки и на отказ от передачи, если увидит, что покупатель получил на этом прибыль. А если он и передаст ему товар, то передаёт его лишь с сожалением и печалью об упущенной прибыли, — так что душа его связана с этим товаром, и надежда её на него не прервалась.
Это известно из наблюдения.
Поэтому одним из проявлений совершенства и достоинства шариата является запрет на получение прибыли по этому товару до тех пор, пока он не утвердится за покупателем и не окажется в его ответственности, — так чтобы продавец потерял надежду на расторжение сделки и связь его с товаром прервалась.
Ахмад прямо указал на это в отношении получения возмещения за долг займа и прочее: что возмещение берётся по курсу того дня, чтобы не получить прибыль от того, что не находится в гарантии.
Если скажут: это возражение направлено против вас в двух вопросах.
Первый — продажа плодов после появления признаков их созревания. Ведь вы разрешаете покупателю продавать их прямо на верхушках деревьев и получать на них прибыль, хотя, если бы они погибли от стихийного бедствия, это было бы на ответственности продавца. Значит, вам следует принять одно из двух: либо запретить их продажу, либо не говорить о снятии (ответственности) за стихийные бедствия, как говорят аш-Шафии и Абу Ханифа, а считать это на его ответственности. Как же вы можете совмещать одно с другим?
Второй вопрос: вы разрешаете съёмщику пересдавать взятое им в наём имущество за такую же плату или с надбавкой, хотя, если бы это имущество погибло, это было бы на ответственности наймодателя. Это и есть прибыль от того, что не находится в гарантии.
Ответ: возражение, которое приводится, должно относиться либо к вопросу, о котором есть прямой текст, либо к вопросу, по решению которого есть единогласие (иджма‘).
А эти два вопроса — не таковы: по ним нет ни прямого текста, ни единогласия, — поэтому они не составляют действительного возражения.
Ведь относительно допустимости продажи покупателем купленных им плодов прямо на деревьях также имеются два переданных мнения от Ахмада.
Если мы запретим такую продажу, то возражение отпадает само собой; если же мы допустим её — а это верное мнение — то потому, что к этому побуждает нужда.
Ведь плоды иногда невозможно продать иначе, кроме как таким образом. Если бы мы запретили их продажу, мы причинили бы вред покупателю, а если бы возложили на него ответственность за их гибель от стихийного бедствия, мы также причинили бы ему вред. Поэтому мы разрешили ему продажу, поскольку они находятся в положении принятого во владение через предоставление свободного доступа к ним, но при этом возложили их на ответственность продавца в случае стихийного бедствия, поскольку они не находятся в положении принятого во владение со всех сторон. Поэтому на продавце лежит обязанность полной передачи в той форме, в какой это требуется. И поскольку они являются принятыми во владение с одной стороны и не принятыми с другой, мы применили к каждой из этих сторон соответствующее ей следствие, — а это один из самых тонких вопросов фикха.
Что же касается вопроса о найме, то от Ахмада передано разногласие в вопросе допустимости пересдачи человеком взятого им в наём имущества с надбавкой — в трёх риваятах.
Первый — полный запрет, чтобы не получать прибыль от того, что не находится в гарантии. При таком понимании возражение отпадает.
Второй — что если он произвёл в этом имуществе некое обновление или ремонт, то надбавка допустима, а иначе — нет, поскольку надбавка в этом случае не является прибылью,
а представляет собой возмещение за то, что он произвёл в виде ремонта. И при таком риваяте также возражение отпадает.
Третий — что допускается пересдавать это имущество за большую цену, чем он сам платил за него, без всяких условий, — и это мазхаб аш-Шафии, и этот риваят наиболее достоверен.
Ведь если бы съёмщик оставил помещение без использования и погубил его выгоды после принятия во владение, то это было бы на его ответственности, поскольку он принял его полным принятием.
Но если бы дом обрушился, то это была бы гибель за счёт имущества наймодателя, поскольку исчез самый предмет извлечения выгоды, — то есть выгоды считаются принятыми во владение.
Поэтому съёмщику разрешается удерживать их для себя самого или для равного себе (по договору), сдавать их в поднаём или дарить их безвозмездно, — однако то, что они считаются принятыми во владение, обусловлено сохранностью самого имущества.
Если же имущество погибнет, то исчезает самый предмет извлечения выгоды, и это становится ответственностью наймодателя.
Суть же вопроса состоит в том, что съёмщик не получил прибыль от того, что не находится в его гарантии, а напротив — само имущество находится под его ответственностью в виде платы за наём.
Что же касается его слов «И не продавай то, чего у тебя нет», то это соответствует его запрету продажи гарара (неопределённости в сделке), ибо если человек продаёт то, чего у него нет, он не имеет уверенности в получении этого — оно может быть получено, а может и не быть получено, — так что это становится гараром, подобно продаже беглого раба, сбежавшего животного, птицы в воздухе, того, что несёт в утробе верблюдица, и тому подобного.
Хаким ибн Хизам сказал: «О Посланник Аллаха, ко мне приходит человек и просит продать ему то, чего у меня нет; продаю ли я ему это, а затем иду на рынок, покупаю это и передаю ему?»
Он ﷺ ответил: «Не продавай то, чего у тебя нет».
Некоторые полагали, что заём с отсроченной поставкой (салям) исключён из общего смысла этого хадиса, поскольку он представляет собой продажу того, чего у продавца нет.
Но дело не так, как они полагали.
Ведь хадис касается только продажи материальных вещей (وع أعيان). Что же касается «салама» (предоплаченной продажи), то это договор относительно того, что находится в обязательстве (в долговом обременении, ذمة), более того, условием его является именно то, чтобы предмет договора находился в обязательстве. Если же кто-то заключил салам относительно конкретно определённой вещи, имеющейся при нём, то такой договор был бы недействительным. А то, что находится в обязательстве, — гарантировано и утверждено в нём.
Что же касается продажи того, чего нет у продавца, то запрет на неё установлен именно потому, что такая вещь не гарантирована им и не утверждена ни в его обязательстве, ни в его владении.
Продаваемая вещь непременно должна быть либо утверждена в обязательстве покупателя, либо находиться в его владении.
А продажа того, чего нет у продавца, не соответствует ни одному из этих двух условий.
Следовательно, хадис остаётся в своей общей применимости.
Если скажут: «Но вы же дозволяете тому, у кого что-то отняли (потерпевшему от захвата, المغصوب منه), продавать отнятую вещь тому, кто способен вернуть её из рук захватчика, а ведь это и есть продажа того, чего нет у продавца», — то ответ таков: поскольку продавец способен передать вещь через продажу, а покупатель способен получить её от захватчика, то это как если бы продавец продавал то, что у него есть, и это подобно тому, как если бы он продал имущество, которое находится у покупателя и под его владением, но не находится у продавца.
Здесь «нахождение при себе» (عندية) не означает чувственного и наблюдаемого присутствия, ведь дозволяется продавать то, что не находится под его непосредственным владением и наблюдением; напротив, это «нахождение при себе» в смысле юридического суждения и возможности осуществления (передачи).
Это ясно, и хвала Аллаху.