Ахмад ибн Ханбаль сказал: «Их свидетельство не принимается, кроме как в подобном случае, по причине необходимости».
Аш-Шафии сказал: «Свидетельство зиммия не принимается ни в каком виде — ни против мусульманина, ни против неверного». Такого же мнения был Малик.
Ахмад ибн Ханбаль сказал: «Не допускается свидетельство людей Писания друг против друга».
Сторонники калама (асхаб ар-рай) сказали: «Свидетельство одних из них против других допускается, ибо всё неверие — единая община (милля)».
Другие сказали: «Свидетельство иудея против иудея допускается, но не допускается против христианина или мага (маджуса), поскольку это разные общины (миллаль); и не допускается свидетельство представителя одной общины против представителя другой общины». Таково мнение аш-Шааби, Ибн Абу Ляйли и Исхака ибн Рахавайха; то же передаётся от аз-Зухри, который сказал, что это связано с враждой, которую Всевышний Аллах упомянул между этими группами. Конец.
Об этом хадисе аль-Мунзири промолчал.
[3606] Его слово («и Ади ибн Бадда»́) — с фатхой на согласной «ба» и удвоенной точечной «даль» с продлением (мадд). Его слово («умер ас-Сахми») — когда его болезнь усилилась, он оставил завещание Тамиму и Ади и велел им передать его имущество его семье, когда они вернутся. Об этом упоминает аль-Касталани. Его слово («когда они прибыли») — то есть Тамим и Ади. Его слово («обнаружили недостачу») — то есть семья умершего — («чаши из серебра») — то есть кубка из серебра — («украшенной золотом», мухаввасан би-з-захаб) — с даммой на «ми́м», фатхой на точечной «ха», удвоенным «вав», и в конце несоединённой (простой) «сад»; то есть на ней были длинные полоски, подобные пальмовым листьям (хавс). Они оба взяли её из его имущества. Его слово («затем была найдена») — в форме страдательного залога. Его слово («и они сказали») — то есть те, у кого была найдена чаша. Его слово («и встали двое мужчин») — это Амр ибн аль-Ас и аль-Мутталиб ибн Абу Вадаа. Его слово («наше свидетельство более достойно, чем их свидетельство») — то есть наша клятва более достойна, чем их клятва.
Аль-Хаттаби сказал: «В этом — довод для тех, кто считал допустимым возвращение клятвы на истца (радд аль-йамин аля-ль-мудда‘и). Аят этот является утверждённым (мухкам), из него ничего не было отменено, согласно словам Аиши, аль-Хасана аль-Басри и Амра ибн Шурахбиля, которые говорили, что сура «аль-Маида» — последнее, что было ниспослано из Корана, и из неё ничего не было отменено. Те же, кто держался иного мнения, толковали этот аят как относящийся к завещанию (васиййя), а не к свидетельству, поскольку ниспослание аята произошло именно в связи с завещанием; Тамим ад-Дари и его товарищ Ади ибн Бадда были именно исполнителями завещания (васиййан), а не свидетелями, а свидетелей не приводят к клятве. Однако Посланник Аллаха ﷺ привёл их обоих к клятве, и он назвал свидетельством (шахада) ту доверенность (амана), которую они на себя взяли; это же значение имеет слово Всевышнего: «и мы не скроем свидетельства Аллаха», то есть доверенности Аллаха. Они также сказали, что смысл слов Всевышнего «и двое других не из вас» означает «не из вашего племени», поскольку обычно при завещании свидетельствуют родственники и соплеменники завещателя, а не посторонние и чужие люди.
Некоторые из них полагали, что этот аят отменён, но первое мнение более достоверно, и Аллах знает лучше». Конец.
Слова Всевышнего («о вы, которые уверовали, свидетельство между вами») означают: пусть засвидетельствуют то, что между вами, ибо в свидетельстве возникает нужда именно при споре и раздоре.
Относительно этого свидетельства существуют разные мнения: одни говорят, что здесь оно означает завещание; другие — что оно означает присутствие при завещании.
Ибн Джарир ат-Табари сказал: «Здесь оно означает клятву, то есть клятву между вами, состоящую в том, что клянутся двое». Это мнение выбрал аль-Каффаль, но Ибн Атыйя счёл его слабым и выбрал, что здесь имеется в виду то свидетельство, которое приносят свидетели, то есть сообщение о праве одного человека против другого.
Аль-Куртуби сказал: «Слово «шахада» (свидетельство) встречается в Коране в разных значениях: в значении присутствия — слова Всевышнего «кто из вас присутствовал (шахида) в этом месяце, пусть постится в нём»; в значении утверждения (када) — слова Всевышнего «свидетельствует (шахида) Аллах, что нет божества, кроме Него»; в значении признания — слова Всевышнего «и свидетельствовал свидетель (шахид) из её семьи»; в значении клятвы — слова Всевышнего «свидетельство одного из вас — четыре свидетельства»; и в значении завещания — слова Всевышнего «о вы, которые уверовали, свидетельство между вами»». Конец.
Аль-Хатыб и аль-Хазин сказали: «Этот благородный аят и то, что после него, относятся к числу наиболее затруднительных аятов Корана и наиболее сложных по своему правовому содержанию, синтаксическому строению (и‘раб), толкованию и построению речи (назм)». Конец.
В примечании аль-Джамаля к комментарию аль-Джалалайн сказано: «Этот аят и два следующих за ним — из числа наиболее затруднительных аятов Корана по правовому содержанию, синтаксическому строению и толкованию. Учёные всегда испытывали затруднение перед ними и удерживались от однозначного суждения, так что Макки ибн Абу Талиб в своей книге «аль-Кашф» сказал: «Эти аяты по своему чтению, синтаксическому строению, толкованию, смыслам и правовым положениям относятся к числу самых сложных и затруднительных аятов Корана»».
Ас-Сахави сказал: «Я не видел ни одного из учёных, чья речь об этих аятах была бы безупречной от начала до конца». Конец.
Аль-Куртуби сказал: «То, что упомянул Макки, до него упоминал также Абу Джафар ан-Наххас».
Ат-Тафтазани в своём примечании к «аль-Кашшаф» сказал: «Они согласились, что это наиболее сложное место в Коране по синтаксическому строению, построению речи и правовому содержанию». И Аллах знает лучше.
Его слово («когда явится к одному из вас смерть») — обстоятельство времени для свидетельства; явление её — это появление её признаков, то есть когда приблизится время наступления смерти. Его слово («аят») — и полностью аят с его толкованием звучит так. Его слово («во время завещания») — заменяющее обстоятельство времени, и в этом — указание на то, что к завещанию нельзя относиться небрежно. Его слово («двое») — сказуемое к слову «свидетельство», то есть «свидетельство между вами» означает «свидетельство двоих».
Аль-Хазин сказал: «По форме это повествовательное предложение (хабар), но по смыслу — повеление (амр), то есть: пусть засвидетельствуют двое из вас при наступлении смерти, если вы желаете составить завещание». Его слово («двое справедливых из вас») — то есть из мусульман; либо, по другому мнению, из ваших родственников; они же, то есть «двое справедливых» и «из вас», являются определениями к слову «двое», то есть из людей вашей религии и вашей общины, о собрание верующих.
Разошлись во мнениях относительно этих двух: одни сказали, что это два свидетеля, которые свидетельствуют о завещании завещателя; другие сказали, что это два душеприказчика, — потому что аят был ниспослан именно о них, и потому что Всевышний сказал: «то оба они клянутся Аллахом», а на свидетеля клятва не возлагается; а то, что душеприказчик назван в двойственном числе, — усиление. Согласно этому мнению, слово «шахада» (свидетельство) употреблено в значении «присутствие», подобно тому как говорят: «я засвидетельствовал завещание такого-то», то есть «присутствовал при нём».
(«или другие двое») — сопряжено со словом «двое» («о двух других»). («не из вас») — то есть не из вашей религии. Местоимение в «из вас» относится к мусульманам, а под «не из вас» подразумеваются неверующие, — и это наиболее сообразуется с контекстом аята. Таково мнение Ибн Аббаса, Абу Мусы аль-Ашари, Саида ибн аль-Мусаййаба, Ибн Джубайра, ан-Нахаи, аш-Шааби, Ибн Сирина, Йахьи ибн Йамара, Абу Миджляза, Абиды ас-Сальмани, Муджахида и Катады, а также ас-Саури, Абу Убайда и Ахмада ибн Ханбаля. Они говорили: если завещатель, находясь на чужбине, не найдёт двух мусульман, которые засвидетельствовали бы его завещание, пусть возьмёт в свидетели двух неверных, будь то из числа зиммиев или из любой другой религии, ибо это положение вынужденной необходимости.
Шурайх сказал: кто оказался на чужбине и не нашёл мусульманина, который засвидетельствовал бы его завещание, пусть возьмёт в свидетели двух неверных, к какой бы религии они ни принадлежали — из людей Писания или из числа идолопоклонников, — и свидетельство их допускается в этом положении. Свидетельство неверного против мусульманина недопустимо ни в каком случае, кроме как в отношении его завещания в пути, где он не найдёт мусульманина.
Некоторые же сказали относительно слов «двое справедливых из вас», что это означает «из вашего рода и вашего племени», а «или другие двое не из вас» означает «не из вашего рода и не из вашего племени», и что весь аят касается мусульман. Таково мнение аль-Хасана, аз-Зухри и Икримы, и они говорили, что свидетельство неверного недопустимо ни в каком из положений шариата. Это мазхаб аш-Шафии, Малика и Абу Ханифы, с той разницей, что Абу Ханифа допустил свидетельство зиммиев друг против друга среди них самих.
Приводил доводы тот, кто утверждал, что данный аят является имеющим окончательную юридическую силу (мухкам), тем, что сура «аль-Маида» — одна из последних ниспосланных сур Корана, и в ней нет отменённого (мансух).
Приводил доводы тот, кто допустил свидетельство немусульманина в данном положении, тем, что Всевышний сказал в начале аята: «О те, которые уверовали», обратившись этим обращением ко всем верующим в целом, а затем сказал после этого: «двое справедливых из вас или другие двое не из вас», из чего стало ясно, что эти последние — не из числа верующих. И тем, что аят указывает на обязательность клятвы для этих двух свидетелей, а мусульмане единогласны в том, что на свидетеля-мусульманина клятва не возлагается. И тем, что если умерший оказался на чужбине и не нашёл мусульманина, который засвидетельствовал бы его завещание, то его имущество пропадёт, а ведь на нём могут быть долги или у него может находиться на хранении чужое имущество, и всё это пропадёт впустую; а в таком случае необходимо взять в свидетели присутствующих зиммиев и прочих неверных, чтобы имущество его не пропало и завещание было исполнено. Это подобно вынужденному, которому дозволено есть мертвечину в состоянии крайней необходимости, а крайние необходимости иногда допускают нечто из запрещённого.
Приводил доводы тот, кто это запретил, тем, что Всевышний сказал: «из тех свидетелей, которых вы примете» (мимман тардауна), а неверные не являются ни принимаемыми, ни справедливыми, так что свидетельство их не принимается ни в каком случае. Так сказал аль-Хазин.
Я говорю: аят имеет окончательную юридическую силу (мухкам), и это истина, ввиду отсутствия достоверного доказательства, указывающего на отмену. А что касается слов Всевышнего «из тех свидетелей, которых вы примете» и слов «и возьмите в свидетели двух справедливых из вас», то оба этих аята являются общими в отношении лиц, времён и обстоятельств, тогда как данный аят является частным, относящимся к случаю путешествия по земле, к завещанию и к случаю отсутствия свидетелей-мусульман, а между частным и общим противоречия нет. И Аллах знает лучше.
(«если вы странствуете») — то есть путешествуете («по земле, и постигнет вас смертельная беда») — сопряжено со словом «странствуете», а ответная часть условного предложения опущена, то есть: если вы находитесь в пути и не нашли мусульман, то допускается взять в свидетели немусульман. Так сказано в «Джами аль-баян».
Смысл таков: если постигнут вас признаки смерти и приблизится к вам смертный час, и вы захотите составить завещание в это время, но не найдёте свидетелей из мусульман, то вы завещаете этим двоим и передадите им своё имущество; затем они пойдут к вашим наследникам с вашим завещанием и с тем, что вы оставили, но те усомнятся в их деле и обвинят их в предательстве, — то решение в этом таково, что вы («задерживаете их обоих») — удерживаете и останавливаете их — это описание к «другие двое» или самостоятельное предложение — («после молитвы») — то есть после молитвы аср, ибо люди Писания также почитают её, — или после какой-либо молитвы, или после их молитвы — («то они оба клянутся Аллахом») — то есть клянутся Аллахом.
Аш-Шафии сказал: клятвы усугубляются в делах о крови, разводе, освобождении рабов и имуществе, если оно достигает двухсот дирхемов, — по времени и по месту. Так, клянутся после молитвы аср: если в Мекке — между Углом (Каабы) и местом стояния (Ибрахима), если в Медине — у минбара, если в Иерусалиме — у Скалы, а в прочих городах — в самой почтенной и величественной мечети. Так сказал аль-Хазин.
Аш-Ширбини сказал: передаётся от Ибн Аббаса, что клятва требуется лишь тогда, когда эти двое не из нас; если же они оба мусульмане, то клятвы нет.
От другого же передаётся: если эти два свидетеля — в буквальном своём качестве свидетелей, то приведение их к клятве отменено; а если они — два душеприказчика, то нет (отмены).
Затем поставил условие для этой клятвы, сказав вставкой между клятвой и предметом клятвы: («если вы усомнились») — то есть, если вы, наследники, усомнились в словах этих двух свидетелей и в их правдивости, то приведите их к клятве, — и это в случае, если они оба неверные; если же они оба мусульмане, то на них нет клятвы, ибо приведение свидетеля-мусульманина к клятве не предписано шариатом. Так сказал аль-Хазин.
Затем он упомянул то, ради чего дана клятва, в своём слове (мы не купим за неё) то есть за эту клятву (цену) — предложение является предметом клятвы, то есть: мы не продадим завет Аллаха ни за что из мирского, и не станем клясться Аллахом лживо ради возмещения, которое возьмём, или права, которое утаим, и не заменим его каким-либо мирским благом, но стремимся этим к утверждению истины (даже если) тот, ради кого дано свидетельство или клятва, (обладатель родства) — то есть родственник наш, — мы не станем клясться за него лживо. А выделение упоминанием именно близких родственников объясняется тем, что склонность к ним сильнее, чем к остальным. (И не станем скрывать свидетельство Аллаха) то есть то свидетельство, которое Аллах повелел устанавливать (ведь тогда мы, поистине, из числа грешников) то есть если мы скроем свидетельство или совершим измену в нём.
Когда был ниспослан этот аят, Посланник Аллаха ﷺ совершил послеполуденную молитву и призвал Тамима и Ади, и заставил их обоих поклясться на минбаре Аллахом, кроме Которого нет иного божества, что они не совершили измены ни в чём из того, что было им передано на хранение. Они оба поклялись в этом, и Посланник Аллаха ﷺ отпустил их. Затем впоследствии обнаружился сосуд. Ибн Аббас сказал: сосуд был найден в Мекке, и было сказано: «Мы купили его у Тамима и Ади».
(Если же обнаружится) — станет известным после их клятвы; и о всяком, кто узнал о деле, скрытом от него прежде, говорят: «он обнаружил это» (что они оба заслужили грех) то есть оба душеприказчика; смысл таков: если обнаружится и станет известно, что оба душеприказчика заслужили грех из-за их измены и их лживых клятв, (то двое других) то есть двое иных свидетелей из числа близких умершего и его родственников (займут их место) — это сказуемое к слову «то двое других», то есть займут место обоих душеприказчиков в принесении клятвы (из числа тех, против кого было совершено посягательство) — читается и в форме страдательного залога, и в известной форме (относительно них) то есть относительно завещания, а это наследники.
Абу-ль-Бака сказал: «и из тех» — это ещё одно определение к «двое других», и допустимо также, что это обстоятельство состояния, относящееся к скрытому местоимению деятеля в слове «займут место». Конец цитаты.
И заменяется словом «двое других» (наиболее близкие) — это, согласно первому чтению, стоит в именительном падеже, как если бы было сказано: кто они? И был дан ответ: они — наиболее близкие. Смысл, согласно первому чтению: из числа тех, против кого было совершено посягательство и кто заслужил грех, то есть было совершено преступление против них, а это — семья умершего и его родня, ибо они наиболее достойны свидетельства или клятвы, чем остальные. Слово «аль-авляйан» — двойственное число от «авля» в значении «наиболее достойный» и «наиболее близкий» к умершему по родству.
В примечаниях аль-Байдави сказано: слово «истухикка» согласно чтению большинства — с даммой над «та» в форме страдательного залога, и смысл таков: из числа наследников, против которых было совершено посягательство. Ведь когда те двое первых совершили посягательство и заслужили грех из-за своего преступления против наследников, наследники оказались пострадавшими, потерпевшими от преступления тех первых двоих. Конец цитаты.
А смысл согласно второму чтению: «из числа тех, против кого» — наиболее близкие среди них заслуживают того, чтобы освободить их для дачи свидетельства и через них разоблачить ложь лжецов, поскольку они наиболее близки к умершему. Таким образом, «аль-авляйан» — деятель при глаголе «истахакка», а его дополнение — «чтобы освободить их обоих для дачи свидетельства». Сказано также, что дополнение опущено, и подразумевается: из числа тех, против кого наиболее близкие к умершему заслужили право на завещание, которое он завещал.
В книге «аль-Хазин» сказано: смысл согласно чтению в форме страдательного залога таков: когда обнаружится измена двух поклявшихся и станет явной их ложь, встают двое других из числа тех, против кого было совершено преступление, а это — семья умершего и его родня, (и клянутся Аллахом) то есть приносят клятву Аллахом (что наше свидетельство более достойно, чем свидетельство их обоих) то есть наши клятвы более достойны и правдивы, чем их клятвы (и мы не преступили) то есть в наших клятвах и в наших словах о том, что наше свидетельство более достойно, чем их свидетельство (ведь тогда мы, поистине, будем из числа несправедливых).
Когда был ниспослан этот аят, встали Амр ибн аль-Ас и аль-Мутталиб ибн Абу Вадаа ас-Сахмиты, оба из числа семьи умершего, и поклялись Аллахом после послеполуденной молитвы, и сосуд был отдан им обоим. А клятва была возвращена родственникам умершего именно потому, что оба душеприказчика утверждали, будто умерший продал им сосуд, а наследники умершего это отрицали. Подобно этому: если душеприказчик берёт что-либо из имущества умершего и говорит, что тот завещал это ему, а наследники это отрицают, то клятва возвращается на него. А когда Тамим ад-Дари принял ислам после этой истории, он говорил: «Правду сказал Аллах, и правду сказал Его Посланник — это я взял сосуд, и я каюсь перед Аллахом и прошу у Него прощения».
(Это) то есть разъяснение, которое Аллах Всевышний дал заранее в этой истории, и мы узнали, как должен поступать тот, кто желает составить завещание в пути, и при нём нет никого из его семьи и родни, а рядом с ним лишь неверующие.
И в «аль-Хазин» (то есть то решение, которое мы вынесли о возвращении клятвы на попечителей умершего после их клятв) — (адна) означает: более достойно, более подобающе и ближе к тому, (чтобы они принесли свидетельство) — то есть чтобы свидетели, взявшие на себя свидетельство о завещании, принесли свидетельство (в надлежащем виде), не искажая его, не подменяя и не совершая в нём измены. Местоимение в «принесли» относится к свидетелям завещания из числа неверующих. Есть также мнение, что оно относится к мусульманам, к которым обращено это установление, и смысл в таком случае — предостережение их от измены и повеление им свидетельствовать по истине. (Или чтобы они убоялись того, что клятвы будут возвращены после их клятв) — то есть более подобающе, чтобы двое завещателей-свидетелей убоялись того, что клятвы будут возвращены на наследников-истцов, и те поклянутся в противоречии тому, что засвидетельствовали свидетели завещания, и тогда свидетели завещания будут опозорены. Это сопряжено со словами «чтобы они принесли», так что польза от установления этого решения Аллахом Всевышним заключается в одном из двух: либо свидетели завещания удерживаются от лжи и измены, принося свидетельство в надлежащем виде, либо они боятся позора, если клятвы будут возвращены на родственников умершего и те поклянутся в том, что заключает в себе разоблачение их лжи или измены — и это станет причиной того, что свидетели завещания принесут своё свидетельство в надлежащем виде, без лжи и без измены.
Итог того, что содержится в этом месте Благородной Книги, таков: тот, к кому явились признаки смерти, должен взять в свидетели своего завещания двух справедливых людей из числа справедливых мусульман. Если же он не найдёт свидетелей-мусульман, будучи в пути, и найдёт неверующих, то ему дозволено взять в свидетели своего завещания двух мужчин из их числа. Если же наследники завещателя усомнятся в них, эти двое клянутся Аллахом, что засвидетельствовали по истине, что не скрыли ничего из свидетельства и не совершили измены в отношении того, что оставил умерший. Если же после этого обнаружится противное тому, в чём они поклялись — изъян в свидетельстве или обнаружение чего-то из имущества умершего, о котором они утверждали, что оно перешло в их собственность каким-либо образом — тогда клянутся двое мужчин из наследников, и решение выносится согласно этому.
Ат-Тирмизи передал от Ибн Аббаса от Тамима ад-Дари относительно этого аята: «О те, которые уверовали! Пусть свидетельствуют между вами, когда смерть кого-либо из вас приблизится...»
Тамим сказал: люди неповинны в этом, кроме меня и Адий ибн Бадда — а мы оба были христианами, ездившими в Шам с торговлей до принятия ислама. И вот мы прибыли в Шам с нашей торговлей, и к нам явился вольноотпущенник бану Сахм, называемый Будайл ибн Абу Марьям, с товаром, и с ним была серебряная чаша, которую он предназначал для царя, и это было самым важным из его товара. Он заболел и оставил нам завещание, повелев нам передать его семье то, что он оставил.
Тамим сказал: когда он умер, мы взяли эту чашу и продали её за тысячу дирхемов, затем разделили её между мной и Адием. Когда мы прибыли к его семье, мы отдали им то, что было при нас, а чаша пропала. Они спросили нас о ней, и мы сказали: он не оставил ничего, кроме этого, и не передал нам ничего иного.
Тамим сказал: когда я принял ислам после прибытия Пророка ﷺ в Медину, я устрашился греха от этого, и пришёл к его семье, и сообщил им о случившемся, и отдал им пятьсот дирхемов, и сообщил им, что у моего товарища есть столько же. Они привели его к Посланнику Аллаха ﷺ, и он потребовал от них доказательство, но они его не нашли, и он повелел им заставить его поклясться тем, что важно для людей его религии. Он поклялся, и тогда Аллах ниспослал: «О те, которые уверовали! Пусть свидетельствуют между вами, когда смерть кого-либо из вас приблизится...» — до слов «или убоятся, что будут возвращены клятвы после их клятв». Тогда встали Амр ибн аль-Ас и другой человек и поклялись, и пятьсот дирхемов были отобраны у Адия.
Ат-Тирмизи сказал: это редкий хадис, и его иснад не является достоверным.
От Ибн Аббаса передано нечто подобное в сокращённом виде иным путём, как это привёл автор точно так же.
Хафиз аль-Мунзири сказал: его привёл ат-Тирмизи и сказал: хадис хороший, редкий. Его привёл аль-Бухари в своём «Сахихе», сказав: «И сказал мне Али ибн Абдуллах» (то есть аль-Мадини), и упомянул его — а это его обычная манера в том, что не соответствует его условию. Али ибн аль-Мадини высказался об этом хадисе и сказал: я не знаю Ибн Абу аль-Касима, и сказал: это хадис хороший.
Это конец его слов. А Ибн Абу аль-Касим этот — Мухаммад ибн Абу аль-Касим. Яхья ибн Маин сказал: надёжный, я записывал от него. Конец.
2
([3607] Глава: если судья убеждён в истинности свидетельства одного)
и так далее (что его дядя рассказал ему) — Ибн Саад в «ат-Табакат» сказал: нам не названо имя брата Хузаймы ибн Сабита, который передал этот хадис, а у него было два брата, одного из которых звали Вахвах, а другого — Абдуллах. (Купил) — то есть приобрёл коня у бедуина по имени Сава ибн Кайс аль-Мухариби, а имя коня — аль-Муртаджиз.
Ибн Саад сказал: сообщил нам Мухаммад ибн Умар: я спросил Мухаммада ибн Яхью ибн Сахля ибн Абу Хасамы об аль-Муртаджизе, и он сказал: это конь, которого купил Посланник Аллаха ﷺ у бедуина, в отношении которого свидетельствовал Хузайма ибн Сабит, а бедуин был из бану Мурра. (И попросил его последовать за собой) — то есть попросил его пойти вместе с ним. (И принялся) — то есть начал. (И они стали набивать цену за коня) — Ибн Саад в «ат-Табакат» добавил: пока некто не повысил бедуину цену сверх той, за которую его купил Посланник Аллаха ﷺ. Когда ему предложили больше, бедуин воскликнул так-то — как это в «Миркат ас-Судуд». (И сказал: если ты хочешь купить этого коня) — то есть купи его. (Разве я не купил его у тебя) — с фатхой на «вав» после «хамзы», то есть: неужели ты говоришь так, а разве... и так далее — а то, к чему это сопряжено, опущено.
У Ибн Са‘да сказано: бедуин сказал ему: «Нет, клянусь Аллахом, я не продавал тебе», и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Нет, ты продал мне его». Люди стали собираться вокруг Посланника Аллаха ﷺ и бедуина, пока они препирались, и он говорил: «Приведите свидетеля». Каждый мусульманин, который приходил, говорил бедуину: «Горе тебе! Поистине, Посланник Аллаха ﷺ не говорит ничего, кроме истины». Тогда Хузайма сказал ему: «Я свидетельствую, что ты продал ему это». (Он сказал: «На чём основано твоё свидетельство?») — у Ибн Са‘да добавлено: «ведь ты не был с нами». (Он ответил: «На вере в твою правдивость, о Посланник Аллаха») — у Ибн Са‘да добавлено: «Я верю тебе в вестях с небес, так неужели не поверю тебе в том, что ты говоришь».
В другой версии он сказал: «Я знаю, что ты не говоришь, кроме истины. Мы поверили тебе в том, что выше этого — в нашу религию». (И Пророк ﷺ сделал свидетельство Хузаймы равным свидетельству двух мужчин.)
Учёный ас-Суюты сказал: это имело важное религиозное последствие, случившееся после его смерти ﷺ, а именно то, что передал Ибн Абу Шайба в «аль-Масахиф» от аль-Лейса ибн Са‘да, который сказал: первым, кто собрал Коран, был Абу Бакр, а записал его Зейд ибн Сабит. Люди приходили к Зейду ибн Сабиту, и он не записывал ни одного аята без двух справедливых свидетелей. И последняя часть суры «ат-Тауба» была найдена только у Хузаймы ибн Сабита. Тогда [Абу Бакр] сказал: «Запишите её, ведь Посланник Аллаха ﷺ сделал его свидетельство равным свидетельству двух мужчин». И её записали. А Умар принёс аят о забивании камнями (ар-раджм), но его не записали, поскольку он был один [свидетель]. Конец.
Аль-Хаттаби сказал: этот хадис многие люди толкуют неверно, не по его истинному месту, и некоторые приверженцы новшеств использовали его как повод для дозволения принятия свидетельства того, кто известен своей правдивостью, по любому делу, которое он утверждает. А смысл и суть хадиса в том, что Пророк ﷺ вынес решение против бедуина исходя из своего собственного знания, поскольку Пророк ﷺ был правдив и верен в своём слове. Свидетельство же Хузаймы в этом деле имело значение подтверждения его слов и усиления довода против противника, так что по своему значению оно приравнялось к свидетельству двух мужчин в прочих судебных делах, подобно тому, как его свидетельство и подтверждение слов Пророка ﷺ приравнялось к свидетельству двух мужчин. Конец.
Я говорю: свидетельство Хузаймы Посланник Аллаха ﷺ приравнял к свидетельству двух, а не кого-либо другого из тех, кто был превосходнее его.
И это имеет особую причину, которая это обусловила, а именно то, что он поспешил со свидетельством в пользу Посланника Аллаха ﷺ раньше других присутствовавших сподвижников. И праведные халифы принимали его единоличное свидетельство, и это является для него особым установлением.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис передал ан-Насаи.
А этот бедуин — это Ибн аль-Харис, а по другой версии — Сава ибн Кайс аль-Мухариби, упомянутый несколькими [учёными] среди сподвижников. Есть также мнение, что он отрицал продажу по наущению некоторых из лицемеров. И говорят, что этот конь — тот самый «аль-Муртаджиз», упомянутый среди коней Посланника Аллаха ﷺ. Конец слов аль-Мунзири.
(Сказано в «аль-Камус» в [разделе]…