1 - (глава о обязательности хаджа)
Учёный Ибн Кудама (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: хадж — один из пяти столпов, на которых построен Ислам, а основой его обязательности являются Книга, сунна и единогласное мнение (иджма). Что касается Книги, то это слова Всевышнего: «И у Аллаха на людях — обязанность совершить хадж к Дому, для тех, кто способен проложить к нему путь» (Аль Имран, 97). Передаётся от Ибн Аббаса (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний), что он сказал: а кто отвергнет это, полагая, что это не обязательно, — впал в неверие. И сказал Всевышний Аллах: «И завершайте хадж и умру для Аллаха» (аль-Бакара, 196). Что касается сунны, то это слова Пророка ﷺ: «Ислам построен на пяти...» — и он упомянул среди них хадж. Затем он привёл хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах Всевышний), упомянутый в этой главе. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал в «аль-Муфхим»: мусульмане единогласны в обязательности хаджа в целом, и в том, что он обязателен один раз в жизни. Для его обязательности есть условия: разум, достижение зрелости и способность (истита‘а), как это будет разъяснено подробно. Эти условия — те, по которым есть согласие. А что касается Ислама, то учёные разошлись во мнениях относительно него — является ли он одним из условий обязательности или одним из условий исполнения. Что же касается свободы (от рабства), то большинство считает её условием обязательности, хотя и здесь есть разногласие. Конец цитаты.
В «Фатх» сказано: обязательность хаджа известна из религии по необходимости (самоочевидно), и учёные единогласны в том, что он не повторяется, кроме как по случайному обстоятельству, например, по обету (назр). Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину.
2619 - (Передал нам Мухаммад ибн Абдуллах ибн аль-Мубарак аль-Мухаррими, сказал: рассказал нам Абу Хишам — а имя его аль-Мугира ибн Салама — сказал: рассказал нам ар-Раби‘ ибн Муслим, сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Зияд от Абу Хурайры, который сказал: обратился Посланник Аллаха ﷺ к людям с проповедью и сказал: «Поистине, Аллах ﷻ предписал вам хадж». Тогда один человек спросил: «Каждый год?» Он промолчал, не отвечая ему, пока тот не повторил это три раза. Тогда он сказал: «Если бы я сказал: да, — это стало бы обязательным, а если бы это стало обязательным, вы не смогли бы это исполнить. Оставьте меня в том, в чём я оставил вас, ибо поистине погибли те, кто был до вас, из-за множества их вопросов и их разногласий со своими пророками. Если я повелеваю вам что-либо, то исполняйте это по мере своих возможностей, а если я запрещаю вам что-либо, то избегайте этого»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (Мухаммад ибн Абдуллах ибн аль-Мубарак аль-Мухаррими) Абу Джа‘фар аль-Багдади, надёжный (сика), хафиз [11] 43/50.
2 - (аль-Мугира ибн Салама Абу Хишам) аль-Махзуми аль-Басри, надёжный (сика), твёрдый (сабт), из младших [9] 28/815.
3 - (ар-Раби‘ ибн Муслим) аль-Джумахи, Абу Бакр аль-Басри, надёжный (сика) [7].
Сказал Абдуллах ибн Ахмад со слов своего отца: надёжный шейх (сика). Сказал Абу Дауд: он наиболее хорошо передающий от Мухаммада ибн Зияда среди людей. Сказал аль-‘Иджли: надёжный (сика). Упомянул его Ибн Хиббан в «ас-Сикат». Упомянул его Ибн Абу Асим среди умерших в 167 году. Передавал от него аль-Бухари в «аль-Адаб аль-муфрад», и остальные, кроме Ибн Маджа, а у него в этой книге только этот хадис.
4 - (Мухаммад ибн Зияд) аль-Джумахи, мавляхум, Абу аль-Харис аль-Мадани, переселившийся в Басру, надёжный (сика), твёрдый (сабт), возможно передавал с пропуском в иснаде (иногда делал ирсаль) [3] 89/110.
5 - (Абу Хурайра) — да будет доволен им Аллах — 1/1. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
Среди них: то, что этот иснад из числа «пятизвенных» (хумасийят) у составителя (да помилует его Аллах Всевышний). Также: что все его передатчики — передатчики достоверных сборников. Также: что он представляет собой цепочку, состоящую из надёжных басрийцев, кроме его шейха, который багдадец, и сподвижника, который мединец. Также: что в нём присутствует Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) — глава тех, кто много передавал хадисов, передавший 5374 хадиса. А Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса
(От Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах Всевышний), что он (сказал: обратился Посланник Аллаха ﷺ к людям с проповедью) — а в риваяте Муслима: «обратился к нам с проповедью Посланник Аллаха ﷺ», то есть обратился к нам с проповедью в год, когда был предписан хадж, или упомянул нам об этом во время одной из своих проповедей. Затем — невозможно, чтобы эта проповедь была произнесена во время хаджа, поскольку он ﷺ совершил хадж только в десятом году (по хиджре), а предписание хаджа было раньше; сказано: в пятом году, сказано также: в шестом, сказано также: в девятом, — если только он не сказал это также и во время прощального хаджа. На это указал аль-Уби.
(Сказал: «Поистине, Аллах ﷻ предписал вам хадж») — а в формулировке Муслима: «О люди, поистине предписан вам хадж, так совершайте хадж». (Тогда сказал один человек) — это аль-Акра‘ ибн Хабис ат-Тамими, как разъясняет следующий хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им и его отцом Аллах Всевышний), — (каждый год?) то есть он предписан каждый год, так что предлог с существительным (в каждый год) является сказуемым для опущенного подлежащего, как мы это восстановили. А в формулировке Муслима: «неужели каждый год, о Посланник Аллаха?» — в винительном падеже, поскольку это дополнение для подразумеваемого глагола, то есть «совершать хадж каждый год» или что-то подобное.
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний): учёные основ фикха (усулисты) разошлись во мнениях относительно того, предполагает ли повеление повторение или нет. Правильное мнение согласно нашим (шафиитским) сподвижникам — что оно этого не предполагает. Второе мнение — что предполагает. Третье мнение — что относительно того, что сверх одного раза, нужно дожидаться разъяснения, и не выносится решение ни о том, что оно требует этого, ни о том, что запрещает это. И этим хадисом может воспользоваться в качестве доказательства тот, кто говорит об ожидании разъяснения; потому что этот человек спросил: «неужели каждый год?» — и если бы абсолютное повеление предполагало повторение или его отсутствие, он не стал бы спрашивать, и Пророк ﷺ сказал бы ему: нет нужды в вопросе, наоборот, абсолютное повеление понимается таким-то образом. А другие могут ответить, что он спросил из желания получить дополнительное разъяснение и из предосторожности. А его слова: «оставьте меня в том, в чём я оставил вас» явно указывают на то, что повеление не предполагает повторения.
Сказал аль-Маварди: возможно также, что повторение представлялось ему вероятным по иной причине; ведь слово «хадж» в языке означает «намерение», в котором заложено повторение, так что повторение представлялось ему вероятным исходя из этимологии слова, а не из абсолютного смысла повеления.
Он сказал: и на то, что мы упомянули здесь со слов знатоков языка, опирался тот, кто говорит об обязательности умры, говоря: поскольку слова Всевышнего «И у Аллаха на людях обязанность (хадж) к Дому» (Аль Имран, 97) предполагают повторение намерения посетить Дом по языковому и этимологическому смыслу, а учёные единогласны в том, что хадж обязателен только один раз, то повторное посещение Дома должно означать, что это — умра; ведь посещение Дома не обязательно ни для чего иного, кроме хаджа и умры, согласно исходному установлению шариата. Конец цитаты.
Сказал аль-Кари: наиболее очевидное — то, что основанием для вопроса послужило сравнение (кияс) хаджа с прочими деяниями, такими как молитва, пост и закят, и он не понимал, что повторение его каждый год для всех обязанных лиц является невозможным, как это очевидно. Конец цитаты.
(Тогда промолчал) он ﷺ (об этом), то есть о том, чтобы ответить на его вопрос, (пока тот не повторил это три раза), то есть пока спрашивающий человек не повторил сказанное им слово три раза.
Сказал ат-Турбушти: Пророк ﷺ промолчал именно с целью удержать его от вопроса, о котором молчание было предпочтительнее; ведь Посланник ﷺ был послан именно для разъяснения шариата, и он не стал бы молчать о разъяснении дела, о котором он знал, что община нуждается в его прояснении. Так что вопрос о подобном — это забегание вперёд перед Посланником Аллаха ﷺ, а от этого было запрещено словами Всевышнего: «не забегайте вперёд перед Аллахом и Его Посланником», а совершение этого — некий вид невежества и зла, в котором есть вероятность того, что они будут наказаны увеличением возложенной на них обязанности. И на это указал он ﷺ своими словами: «если бы я сказал: да, — это стало бы обязательным».
Затем, когда он ﷺ увидел, что тот не удерживается и не удовлетворяется ничем, кроме прямого ответа, он дал ему прямой ответ (сказал: «если бы я сказал: да») то есть в качестве предписания и определения, — и не исключено, что его молчание ﷺ было ожиданием ниспослания откровения.
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний): в этом есть доказательство правильного мнения о том, что он ﷺ имел право на самостоятельное суждение (иджтихад)...
…в вынесении решений, и не является условием, чтобы его решение (хукм) было основано на откровении. Сказано также: это является условием. И тот, кто говорит так, отвечает на этот хадис тем, что, возможно, ему было даровано откровение об этом. Аллах знает лучше. Конец цитаты (1).
Хафиз (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: этим хадисом доказывается, что Пророк ﷺ имел право выносить самостоятельные решения (иджтихад) в вопросах права, на основании его слова: «Если бы я сказал: да, — это стало бы обязательным», и не является условием, чтобы его решение было основано на откровении. А тот, кто это отрицает, ответил возможностью того, что ему было ниспослано откровение об этом тут же, в тот момент. Конец цитаты (2).
Ас-Сандий сказал: было сказано, что это по своему внешнему смыслу указывает на то, что вопрос обязательности хаджа каждый год был доверен ему (Пророку ﷺ), так что если бы он сказал «да», это стало бы обязательным, и это не является чем-то невероятным, поскольку Аллах Всевышний мог повелеть безусловно (без ограничения), а вопрос установления ограничения доверить тому, кому доверено разъяснение. И если он желал оставить это безусловным, оставлял так; а если желал ограничить это каждым годом, ограничивал этим.
Затем в этом содержится указание на нежелательность вопрошания о безусловных текстах и разыскивания их ограничений, но следует применять их в их безусловном виде, пока в них не проявится ограничение. И Коран пришёл в соответствии с этой нежелательностью — имеется в виду слово Всевышнего: «О те, которые уверовали! Не спрашивайте о вещах…» — конец аята. Конец цитаты (3).
(«Стало бы обязательным») то есть это служение (обряд), или обязанность хаджа, на которую указывает его слово «уже предписан», или хадж каждый год, или множество хаджей на каждого человека («и если бы это стало обязательным, вы бы не смогли это выполнить») то есть вы все не смогли бы совершать это каждый год, и вы впали бы через это в великое затруднение. («Оставьте меня») — а в риваяте аль-Бухари: «оставьте меня», то есть оставьте меня от вопросов об ограничениях в безусловных текстах. Сказано в «Аль-Камус»: «зарх» (ذَرْه) означает «дах» (оставь его), «йазаруху» (يَذَرُهُ) — оставление, и не говори «вазран» (وَذْرًا); а его исходная форма — «вазараху йазаруху» (وَذِرَهُ يَذَرُهُ), подобно «васиаху йасауху» (وَسِعَه يَسَعُهُ), но они не произносили ни его прошедшую форму, ни его масдар, ни имя действующего лица. Или было сказано: «вазиртуху» (وَذِرْتُهُ) как редкая форма. Конец цитаты.
В «Аль-Фатх» сказано, после упоминания того, что Муслим привёл его полностью (то есть подобно риваяту автора), буквально следующее: и привёл его ад-Даракутни в сокращённом виде, и добавил в нём: «И был ниспослан аят: «О те, которые уверовали! Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, причинят вам зло»». И у него есть свидетельство (шахид) от Ибн Аббаса у ат-Табари в «Тафсире», и в нём: «Если бы я сказал: да, — это стало бы обязательным, и если бы это стало обязательным, вы не смогли бы это выполнить, так оставьте меня, пока я вас оставляю» … хадис, и в нём: «И ниспослал Аллах: «О те, которые уверовали! Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам»» — аят. Конец цитаты (4).
(«Пока я вас оставляю») то есть потому что я послан для разъяснения законоположений и доведения решений, поэтому что законно предписано, я непременно разъясню вам, и нет нужды в вопросах.
Ас-Сандий сказал: «ма» (ما) здесь является масдарийя-ظرфийя (частица, выражающая временную протяжённость), то есть в течение времени, пока я оставляю вас без возложения на вас ограничений в них, и не имеется в виду «не просите у меня знания, пока я сам не разъясню вам». Конец цитаты (1).
Хафиз (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: его слово («пока я вас оставляю») означает: в течение времени, пока я оставляю вас без повеления о чём-либо и без запрета о чём-либо. А выражение изменено (использованы разные формы одного корня) потому, что арабы вывели из употребления прошедшую форму, имя действующего лица и имя объекта действия от этих двух глаголов, и оставили в употреблении глагол настояще-будущего времени «йазару» (يَذَرُ) и повелительную форму «зар» (ذَرّ), подобно этому «да‘» (دَعْ) и «йада‘у» (يَدَعُ). Но было услышано «вада‘а» (وَدَعَ), как было прочитано в редком чтении в словах Всевышнего: «Не оставил тебя твой Господь и не разгневался» [аль-Духа: 3]. Так читал Ибрахим ибн Абу Абля и группа других, и сказал поэт [размер тавиль]:
И мы оставили род Амра ибн Амира … добычей острий копий смуглых, отточенных
Возможна также вероятность, что это упоминание сделано ради разнообразия выражения (тафаннун), иначе он сказал бы: «оставьте меня».
А под этим повелением подразумевается оставление вопросов о том, что ещё не произошло, из опасения, что об этом будет ниспослана обязательность или запрещённость, а также оставление избыточного вопрошания, поскольку в нём обычно содержится излишняя дерзость (та‘аннут) и опасение того, что ответ окажется тягостным, что может привести к неисполнению и, следовательно, к нарушению.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: его слово «оставьте меня, пока я вас оставляю» означает: не умножайте расспросы о местах, которые ограничены каким-либо явным образом, даже если они пригодны и для иного. И разъяснение этого таково: его слово «совершайте хадж», хотя оно и пригодно для повторения, следует ограничиться тем, на что указывает буквальный смысл слова, а это — один раз, поскольку это несомненно то, на что указывает слово, а то, что сверх этого, следует оставить без внимания, и не умножать вопросы об этом, поскольку возможно, что умножится и ответ, вытекающий из этого, и это уподобится истории с коровой сынов Исраиля, которым было сказано: «зарежьте корову». Если бы они ограничились тем, на что указывает буквальный смысл слова, и поспешили зарезать корову, какая бы она ни была, они были бы исполнившими повеление, но когда они умножили вопросы, умножился на них и ответ, они усложнили — и им было усложнено, и они были осуждены за это. И Пророк ﷺ опасался подобного для своей общины, и поэтому сказал: «Поистине, погибли те, кто были до вас, из-за множества их вопросов». И на этом следует понимать его слово: «Если я повелел вам что-либо, исполняйте из этого то, что можете», то есть нечто безусловное, как если он сказал: «постись», или «молись», или «раздай милостыню (садака)». Достаточно из этого наименьшего, на что указывает само название: пусть постится один день, молится два рак‘ата и раздаёт милостыню в размере того, что обычно раздаётся в качестве садаки. А если он ограничил что-либо из этого условиями и описал его качествами…
Сказал аль-Абби: его слово («и разногласия их с пророками своими») является добавлением сверх того, что произошло на самом деле, ибо произошедшее заключалось лишь в чрезмерной настойчивости в вопросах, а не в разногласии. Конец цитаты (1).
(«Если я повелел вам что-либо») — в одной версии: «бишайин» («каким-либо»), у Муслима: «би-амрин» («каким-либо делом»). В одном риваяте: «и то, что я повелел вам» («Исполняйте это по мере ваших возможностей») — то есть исполняйте это повеление в меру ваших сил. В одном риваяте: «то приходите к этому по мере ваших возможностей», а в другом: «и если я повелел вам что-либо, то повинуйтесь по мере ваших возможностей».
Сказал ан-Навави, да помилует его Всевышний Аллах: это одно из важных правил ислама и одно из тех всеобъемлющих изречений, которые были дарованы ему ﷺ. Под него подпадает бесчисленное множество предписаний, как, например, молитва во всех её видах: если человек не способен выполнить некоторые её столпы или некоторые её условия, он выполняет оставшееся; если он не способен омыть некоторые части тела при омовении или полном омовении, он омывает то, что возможно; если он находит лишь часть воды, достаточной для очищения или для смывания нечистоты, он делает то, что возможно; если требуется устранение предосудительного, или выплата фитр за группу людей, содержание которых на нём лежит, или нечто подобное, а он способен лишь на часть этого, он делает возможное; если он находит то, чем можно прикрыть лишь часть срамных мест, или помнит лишь часть суры «Открывающая», он выполняет возможное. Подобных примеров бесчисленное множество, и они известны в книгах по фикху. Цель же — указать на основу этого правила. Конец слов ан-Навави (2).
Сказал иной учёный: в этом хадисе содержится указание на то, что тот, кто не способен на часть дел, не освобождается от того, на что он способен. Некоторые правоведы выразили это так: «то, что доступно, не отпадает по причине того, что недоступно», подобно тому как то, что человек способен выполнить из столпов молитвы, не отпадает из-за неспособности выполнить остальное. Также действительно покаяние слепого за запретный взгляд и покаяние оскоплённого за прелюбодеяние, ибо слепой и оскоплённый способны на раскаяние, и с них не снимается обязанность твёрдого решения не возвращаться к греху из-за их неспособности к самому действию, поскольку возвращение к нему для них обычно немыслимо, а значит, нет смысла и в решении не возвращаться к нему. Конец цитаты (3).
Сказал ан-Навави: этот хадис согласуется со словами Всевышнего Аллаха: «Бойтесь же Аллаха, насколько вы можете» (сура «Взаимное обделение», 16). Что же касается слов Всевышнего: «Бойтесь Аллаха истинной боязнью» (сура «Семейство Имрана», 102), то относительно них существуют два мнения. Первое: что этот аят отменён словами Всевышнего «Бойтесь же Аллаха, насколько вы можете». Второе — и оно является верным, или правильным, и на нём твёрдо стоят исследователи, — что аят не отменён, а слова Всевышнего «Бойтесь же Аллаха, насколько вы можете» разъясняют его и уточняют его смысл. Они сказали: истинная боязнь Аллаха — это исполнение Его повелений и избегание Его запретов, а Всевышний и Пресвятой Аллах не повелевал ничего, кроме того, что в силах человека. Сказал Всевышний: «Аллах не возлагает на душу ничего, кроме того, что она может понести» (сура «Корова», 286), и сказал Всевышний: «И не сделал Он для вас никакого затруднения в религии» (сура «Паломничество», 78). А Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты (1).
Сказано в «Фатх»: некоторые утверждали, что слова Всевышнего «Бойтесь же Аллаха, насколько вы можете» отменяют слова Всевышнего «Бойтесь Аллаха истинной боязнью», но верно то, что здесь нет отмены, а под «истинной боязнью» подразумевается исполнение Его повелений и избегание Его запретов при наличии способности, а не при её отсутствии. Конец цитаты (2).
(«А если я запретил вам что-либо») — то есть из запретного («то избегайте этого») — то есть оставьте это целиком.
Сказал аль-Куртуби, да помилует его Всевышний Аллах: то есть запрет противоположен повелению, поскольку человек не считается исполнившим требование запрета, пока не оставит все без исключения случаи, подпадающие под этот запрет; а кто совершит хотя бы один из них, тот нарушил и проявил непослушание. Так что в запрете нет ничего иного, кроме оставления запрещённого полностью и постоянно, и лишь тогда человек считается исполнившим оставление того, что ему было велено оставить, — в отличие от повеления, как было сказано ранее.
Эта основа, если она понята вместе с вопросом о безусловном повелении — относится ли оно к немедленности или к отсрочке, к однократности или к повторению, — [важна]. В этом хадисе содержатся разделы фикха, которые не остаются скрытыми. Конец слов аль-Куртуби (3).
Сказал ан-Навави, да помилует его Всевышний Аллах: что касается его слова «а если я запретил вам что-либо, то оставьте это», то оно понимается в своём безусловном значении, если только не найдётся оправдание, дозволяющее это, как, например, поедание мертвечины при крайней необходимости, питьё вина по принуждению или произнесение слова неверия при принуждении и тому подобное. В таком случае это не считается запретным в данной ситуации. И Аллах знает лучше. Конец слов ан-Навави (4).
Сказано в «Фатх»: этот запрет является общим и относится ко всем запретным вещам, но из этого исключается то, к чему человека принуждают силой, как, например, питьё вина, — и это мнение большинства учёных.
Некоторые же не согласились с этим, придерживаясь общего смысла, и сказали: принуждение к совершению греха не делает его дозволенным. Но правильным является то, что вины не бывает, если имеет место действительное принуждение в надлежащей форме. Некоторые шафииты исключили из этого прелюбодеяние, сказав: принуждение к нему немыслимо, — видимо, они имели в виду продолжение действия, ибо в остальном нет препятствия тому, чтобы у мужчины возникло возбуждение без определённой причины, и его принудили ввести член, и он ввёл его в посторонней женщине; подобное не является невозможным, и если бы он сделал это добровольно, то был бы прелюбодеем, — значит, принуждение к прелюбодеянию мыслимо.
И сказано в другом месте: сказал Ибн Фарах в «Шарх аль-арбаин»: его слово «то избегайте этого» понимается в своём безусловном значении, пока не найдётся то, что дозволяет это, как поедание мертвечины при крайней необходимости и питьё вина по принуждению; и основа в этом — дозволенность произнесения слова неверия, если сердце твёрдо укреплено в вере, как об этом сказано в Коране. Конец цитаты.
Верным же является то, что человек во всех этих случаях не считается запретившимся в данной ситуации.
Аль-Маварди ответил, что удержание от грехов есть оставление, а оно легко, тогда как выполнение предписанного действия есть деяние, а оно тяжело; поэтому совершение греха не было дозволено даже при наличии оправдания, ибо это оставление, а оставление не бывает недоступным для того, у кого есть оправдание. А оставление выполнения действия было дозволено при наличии оправдания, потому что выполнение действия может быть недоступно тому, у кого есть оправдание.
Некоторые утверждали, что слова Всевышнего «Бойтесь же Аллаха, насколько вы можете» охватывают как исполнение повелённого, так и избегание запрещённого, и оба они ограничены способностью, и в этом равны. Тогда мудрость ограничения хадиса способностью только в отношении повеления, а не запрета, состоит в том, что неспособность чаще мыслима в отношении повеления, в отличие от запрета, где неспособность мыслима лишь в случае крайней необходимости. Конец того, что в «Фатх» (1), и это очень ценное исследование. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — помощь, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): о его степени достоверности:
Этот хадис Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах Всевышний, передан в обоих сборниках (согласован).
(Второй вопрос): об указании мест, где автор упоминает его, и о том, кто ещё передал его наряду с ним:
Он приведён здесь — 1/2619 — и в «аль-Кубра» 1/3598. Также его приводит аль-Бухари в «Книге о держании за Книгу и сунну» 7288, Муслим в «Хадж» 1337, ат-Тирмизи в «аль-Ильм» 2679, Ибн Маджа во «Вступлении» 1 и 2, Ахмад в «Остатке мусанада многопередающих» 7320, 7449, 27361, 8450, 9239, 9488, 9577, 27258, 9890, 27312, 10229. А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
(Среди них): то, ради чего автор, да помилует его Всевышний Аллах, дал этому заглавие, а именно разъяснение обязательности хаджа. (И среди них): то, что обязанность хаджа не повторяется, а он совершается лишь однократно в течение жизни.
Сказал аль-Хаттаби, да помилует его Всевышний Аллах: нет разногласия в том, что обязанность хаджа не повторяется, однако это единогласное мнение установлено на основании доказательства, ибо сам текст может внушить мысль о повторении, и поэтому спрашивающий задал свой вопрос, ведь хадж в языке означает намерение, в котором заключено повторение. Конец цитаты (1).
(В числе того, что извлекается из хадиса): он указывает на то, что если муслим совершил хадж один раз, затем впал в отступничество от ислама — да упасёт нас Аллах — а потом вновь принял ислам, то повторение хаджа с него не требуется. Это мазхаб аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах Всевышний). А Абу Ханифа с его последователями и Малик (да будет милостив к ним Аллах Всевышний) считали, что если отступник возвращается в ислам, то благие деяния, совершённые им прежде, к нему не возвращаются, однако повторять то, что он исполнил из них до отступничества, ему не требуется, кроме хаджа — его повторение обязательно, поскольку время его исполнения — вся жизнь. Поэтому, раз его хадж был обращён в ничто отступничеством, а затем он застал время исполнения хаджа мусульманином, оно стало для него обязательным. Точно так же обязательно повторение обязательного деяния, которое человек исполнил, затем отступил, а затем принял ислам в пределах установленного времени.
(В числе того, что извлекается): что все вещи изначально дозволены, пока не установится довод о запрете со стороны законодателя.
(В числе того, что извлекается): этим хадисом обосновывали свою позицию те, кто говорил, что Пророк ﷺ прилагал самостоятельные усилия (иджтихад) в вынесении решений, ссылаясь на его слова: «А если бы я сказал: да, — это стало бы обязательным». Тот, кто отрицал это, отвечал допущением, что откровение об этом было ниспослано ему именно в тот момент. И мнение об отрицании иджтихада более предпочтительно, исходя из слов Всевышнего: «Он не говорит по прихоти. Это — не что иное, как внушаемое откровение». Аллах Всевышний знает лучше.
(В числе того, что извлекается): что тому, кому велено нечто, а он не способен исполнить это в полной мере, достаточно исполнить то, что в его силах, а то, что превышает его возможности, с него снимается. Этим доводом аль-Музани (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) обосновывал, что обязательность возмещения (када) не вытекает из обязательности исполнения (ада), и поэтому правильным мнением является то, что возмещение назначается новым велением.
(В числе того, что извлекается): что внимание законодателя к запретному превосходит его внимание к предписанному, поскольку избегание запретного было предписано безусловно, даже при трудности отказа, тогда как в предписанном оно было ограничено мерой возможностей. Это передаётся от имама Ахмада (да будет милостив к нему Аллах Всевышний).
[Если скажут]: способность (иститаа) учитывается и в запрете, ведь сказано: «Аллах не возлагает на душу ничего, кроме того, что ей по силам».
[Ответ]: способность употребляется в двух смыслах. Хафиз сказал: так было сказано, но очевидным представляется, что ограничение в повелении понятием способности не указывает на утверждаемое — то есть на большее внимание к нему, — а связано со стороной удержания (кафф), ведь каждый способен на удержание, если бы не побуждение страсти, например. Поэтому невозможно представить неспособность к удержанию — напротив, каждый обязанный способен на оставление, в отличие от совершения действия, где неспособность к его исполнению ощутима. Отсюда ограничение способностью было применено в повелении, а не в запрете.
Ат-Туфи в этом месте выразился так, что оставление запрещённого есть сохранение изначального его отсутствия либо продолжение его отсутствия, тогда как исполнение повеленного есть выведение его из отсутствия в существование. Против этого возражали тем, что способность к сохранению отсутствия запрещённого может иногда прерываться.
(2) — Смотри «аль-Манхаль аль-азб аль-маврид», т. 10, с. 257—258.
Приводили в качестве довода дозволенность вкушения мертвечины вынужденным. Ответили, что в этом случае запрету противостоит дозволение на употребление в такой ситуации.
(В числе того, что извлекается): этим хадисом обосновывали, что нежелательного (макрух) обязательно избегать, исходя из общего характера повеления избегать запрещённого, которое охватывает и обязательное, и рекомендуемое. Ответили, что слова «избегайте же его» применяются как к обязательному, так и к рекомендуемому в соответствующем смысле, и подобный вопрос и ответ возникает и в противоположной стороне — в отношении повеления.
Аль-Факихани сказал: запрет бывает иногда с наличием препятствия для противоположного — это запрещённое (харам), а иногда без такого препятствия — это нежелательное (макрух). Внешний смысл хадиса охватывает оба случая.
(В числе того, что извлекается): этим хадисом обосновывали, что дозволенное (мубах) не является предписанным, поскольку усиление в исполнении соответствует лишь обязательному и рекомендуемому, и наоборот.
Ответили, что тот, кто говорит, что дозволенное предписано, не имел в виду повеление в смысле требования, а имел в виду более общий смысл — разрешение.
(В числе того, что извлекается): этим хадисом обосновывали, что повеление не подразумевает повторения и не подразумевает его отсутствия. Некоторые сказали: подразумевает. Некоторые сказали: относительно того, что сверх одного раза, следует воздержаться от суждения. За это цепляются данным хадисом, поскольку в его причине содержится то, что спрашивавший сказал о хадже: «Каждый год?» Если бы безусловное повеление подразумевало повторение или его отсутствие, вопрос был бы неуместен, как и внимание к ответу. Но можно сказать, что спросил он лишь для уточнения и предосторожности.
Аль-Мазири сказал: можно предположить, что повторение показалось возможным лишь потому, что в самом слове «хадж» в языке заключено значение намерения, содержащее повторение, поэтому спрашивавшему представилось повторение исходя из языкового значения, а не из формы повеления.
Этим хадисом цеплялись и те, кто утверждал обязательность умры, поскольку если повеление совершить хадж по смыслу означает повторное намерение посетить Дом согласно языку и производности слова, а согласно единогласному мнению установлено, что хадж обязателен лишь однократно, то возвращение к нему повторно должно указывать на обязательность умры. Об этом будет речь в следующей главе, если пожелает Аллах Всевышний.
(В числе того, что извлекается): этим хадисом обосновывали запрет на чрезмерность вопросов и углубление в них.
Аль-Багави (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал в «Шарх ас-сунна»: вопросы бывают двух видов: «первый» — то, что задаётся с целью обучения тому, в чём есть нужда из дел религии; это дозволено и даже предписано, исходя из слов Всевышнего: «Спрашивайте обладателей знания» [ан-Нахль: 43]. К этому относятся вопросы сподвижников (да будет доволен ими Аллах Всевышний) о военной добыче, о наследовании без прямых наследников (каляля) и о прочем.
«Второй» — то, что задаётся с целью придирчивости и излишнего усложнения; это и подразумевается в данном хадисе. Аллах знает лучше.
Это подтверждается тем, что в хадисах встречается порицание такого поведения и осуждение его первыми поколениями (саляф). У Ахмада приводится хадис от Муавии: «Пророк ﷺ запретил головоломные вопросы (агалютат)». Аль-Авзаи сказал: это трудные вопросы. Аль-Авзаи также сказал: если Аллах желает лишить своего раба благодати знания, Он вкладывает в его язык путаные вопросы, и я видел, что такие люди — наименее знающие из людей. Ибн Вахб сказал: я слышал, как Малик говорил: спор о знании лишает сердце человека света знания. Ибн аль-Араби сказал: запрет на вопросы во времена Пророка был вызван опасением, что будет ниспослано то, что окажется тяжёлым для людей. После же этого такая опасность отсутствует, однако большинство передач от саляфов свидетельствует о нежелательности рассуждения о вопросах, которые не произошли. Он сказал: это нежелательно, если не сказать запрещено, кроме как для учёных, ибо они разрабатывали частные случаи и подготавливали основания, так что Аллах принёс через это пользу последующим поколениям, особенно с исчезновением учёных и угасанием знания — таково краткое изложение его слов.
Хафиз сказал: следует понимать, что нежелательность относится к учёному в том случае, когда это отвлекает его от того, что важнее этого. И следовало бы кратко излагать то, что часто встречается, отдельно от того, что редко, особенно в кратких сочинениях, чтобы облегчить усвоение. Аллах — Податель помощи. Конец.
(В числе того, что извлекается): в этом есть указание на необходимость заниматься важным и насущно необходимым, оставляя то, в чём нет нужды в данный момент. Как если бы он сказал: занимайтесь исполнением повелений и избеганием запретов, и пусть занятость этим станет для вас заменой занятости вопросами о том, что ещё не произошло.
Поэтому мусульманину следует исследовать то, что пришло от Аллаха Всевышнего и Его Посланника ﷺ, затем прилагать усилия к уразумению этого и постижению заложенного в этом смысла, а затем заниматься исполнением этого. Если это относится к знаниям убеждения (‘илмийят), пусть занимается подтверждением истинности этого и убеждённостью в его правоте; если же это относится к деятельным вопросам (‘амалийят), пусть прилагает усилия к их исполнению — совершая или оставляя. Если же у него остаётся свободное время сверх этого, нет ничего дурного в том, чтобы потратить его на изучение решения того, что может произойти, с намерением применить это на практике, если оно произойдёт. Но если устремление, услышав повеление или запрет, направлено на предположение вещей, которые могут произойти, а могут и не произойти, при отвращении от исполнения того, что уже услышано, то это входит в число того, что подпадает под запрет. Ибо углублённое понимание религии (тафаккух) достойно похвалы лишь тогда, когда оно служит делу, а не спорам и препирательствам. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): имам аль-Бухари (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) в своём «Сахихе», в «Книге держания за Писание и сунну», составил очень важную главу, тесно связанную с хадисом данной главы, и хафиз (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) написал в её толковании драгоценные слова, которые я желал привести для завершения пользы и распространения её плодов. Он (да будет милостив к нему Аллах Всевышний) сказал:
«Глава о том, что порицается из чрезмерности вопросов и обременения себя тем, что не касается человека, и слово Всевышнего Аллаха: «О те, которые уверовали! Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, причинят вам зло» [аль-Маида: 101]». Затем он привёл со своим иснадом от Са‘да ибн Абу Ваккаса (да будет доволен им Аллах Всевышний), что Пророк ﷺ сказал: «Поистине, самый тяжкий грех среди мусульман — у того, кто спросил о том, что не было запрещено, и это было запрещено из-за его вопроса». Затем он привёл после этого восемь хадисов.
Толкователь (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: как будто он хочет привести аят в доказательство утверждаемого — порицания [чрезмерных вопросов], и это есть склонение его к предпочтению одного из толкований этого аята. Я уже упоминал разногласие относительно причины его ниспослания в «Толковании суры аль-Маида», и предпочтение Ибн аль-Мунира состоит в том, что речь идёт о множестве вопросов — как о том, что было, так и о том, чего не было; и построение [главы] аль-Бухари подтверждает это, а хадисы, которые он привёл в главе, поддерживают это. И некоторые из фикхистов резко возражали против этого. Среди них:
Судья Абу Бакр ибн аль-Араби, который сказал: некая группа беспечных людей уверовала в запрет спрашивать о [ещё не случившихся] происшествиях до того, как они произойдут, опираясь на этот аят, но это не так; ибо он ясно указывает на то, что запрещено то, вопрос о чём приводит к ответу, [причиняющему вред]; а вопросы о [будущих] происшествиях — не таковы. Конец [цитаты].
Хафиз сказал: дело так, как он сказал; ибо явный смысл [аята] указывает на то, что это относится именно ко времени ниспослания откровения, и это подтверждает хадис Са‘да, которым составитель открыл главу: «Кто спросил о том, что не было запрещено, и это было запрещено из-за его вопроса», ибо подобное [ныне] уже гарантированно не произойдёт [так как откровение прекратилось]. И входит в смысл хадиса Са‘да то, что вывел аль-Баззар, сказав: его иснад приемлем, и достоверным его признал аль-Хаким, — хадис Абу ад-Дарды (да будет доволен им Аллах Всевышний) с возведением к Пророку: «Что Аллах разрешил в Своей Книге, то дозволено, а что запретил, то запрещено, а о чём Он умолчал, то прощено, так примите от Аллаха Его прощение, ибо Аллах никогда ничего не забывает», — затем он прочитал этот аят: «И не был твой Господь забывчивым». И вывел ад-Даракутни от Абу Са‘лабы (да будет доволен им Аллах Всевышний) с возведением к Пророку: «Поистине, Аллах предписал предписания — не оставляйте их; и установил границы — не преступайте их; и умолчал о некоторых вещах из милости к вам, а не по забвению, — так не разыскивайте их». У этого [хадиса] есть подтверждение из хадиса Салмана (да будет доволен им Аллах Всевышний), выведенного ат-Тирмизи, и другое — из хадиса Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах Всевышний), выведенное Абу Даудом. И вывел Муслим, а основа этого есть у аль-Бухари, через путь Сабита от Анаса (да будет доволен им Аллах Всевышний), который сказал: «Нам было запрещено спрашивать Посланника Аллаха ﷺ о чём-либо, и нам нравилось, когда приходил разумный человек из бедуинов и спрашивал его, а мы слушали…» — и он привёл хадис. И у аль-Бухари в истории о лиане от Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах Всевышний): «И невзлюбил Посланник Аллаха ﷺ вопросы и укорял за них». И у Муслима от ан-Навваса ибн Сам‘ана (да будет доволен им Аллах): он сказал: «Я пробыл с Посланником Аллаха ﷺ год в Медине, и меня удерживало от переселения [хиджры] только желание задавать вопросы, ибо когда кто-то из нас совершал переселение, он [уже] не спрашивал Пророка ﷺ». Смысл его в том, что он прибыл как посланец [делегат от своего племени] и оставался в этом положении, чтобы получить [ответы на свои] вопросы, боясь, что выйдет из положения посланца в положение постоянно проживающего и станет переселенцем, после чего ему будет запрещено задавать вопросы. И в этом указание на то, что обращение с запретом на вопросы касалось не только бедуинов, будь они посланцами или нет.
И вывел Ахмад от Абу Умамы (да будет доволен им Аллах Всевышний), который сказал: когда был ниспослан аят «О те, которые уверовали! Не спрашивайте о вещах…», мы стали остерегаться спрашивать его ﷺ, и мы пришли к одному бедуину и подкупили его плащом, и сказали: спроси Пророка ﷺ. И у Абу Йа‘ла от аль-Бара: «Бывало, проходил у меня год, в течение которого я хотел спросить Посланника Аллаха ﷺ о чём-то, но робел, и мы желали прихода бедуинов, — то есть их прибытия, — чтобы они спрашивали, а мы слушали бы ответы на вопросы бедуинов и извлекали из них пользу».
А что касается того, что установлено в хадисах о вопросах сподвижников, то возможно, что это было до ниспослания аята. И возможно, что запрет в аяте не охватывает то, в чём есть необходимость из уже установленных положений, или то, в знании чего у них была насущная нужда, — как вопрос о заклании тростником, вопрос об обязательности подчинения правителям, если они приказывают неподчинение [Аллаху], вопрос о положениях Дня воскресения и о том, что предшествует ему из великих войн и смут, а также вопросы, которые есть в Коране, — такие как их вопрос о «калаля» [наследовании без прямых наследников], о вине, об азартных играх, о сражении в запретный месяц, о сиротах, о менструации, о женщинах, об охоте и прочем. Но те, кто опирался на аят в порицании множества вопросов о том, что не произошло, взяли это по пути присоединения [по аналогии], исходя из того, что множество вопросов, будучи причиной обязывания тем, что тяжело [исполнить], должно избегаться.
И имам ад-Дарими (да помилует его Аллах Всевышний) в начале своего «Мусанада» составил для этого главу и привёл в ней от группы сподвижников и последователей многочисленные предания об этом, среди них:
От Ибн Умара: «Не спрашивайте о том, чего не было, ибо я слышал, как Умар проклинал спрашивающего о том, чего не было». И от Умара: «Заклинаю вас не спрашивать о том, чего не было, ибо у нас есть занятие в том, что уже было».
И от Зайда ибн Сабита, что он, когда его спрашивали о чём-то, говорил: было ли это? Если говорили: нет, он говорил: оставьте это, пока не произойдёт. И от Убаййа ибн Ка‘ба, и от Аммара — то же самое. И вывел Абу Дауд в «аль-Марасиль» через передачу Йахьи ибн Абу Касира от Абу Саламы, с возведением к Пророку. И через путь Тавуса от Му‘аза, с возведением к Пророку: «Не спешите с бедой прежде её наступления, ибо если вы сделаете это, то среди мусульман не переставало быть тому, кто, когда говорит, направляется [к истине] или получает помощь [в этом]; а если вы поспешите, то пути разойдутся с вами». Оба эти [хадиса] — с обрывом иснада [мурсаль], и они усиливают друг друга. И через третий путь от старцев аз-Зубайра ибн Са‘ида, с возведением к Пророку: «Не переставало быть в моей общине тому, кто, когда его спрашивают, направляется [к истине] и получает наставление, пока они не начнут спрашивать о том, что не было ниспослано»... подобный хадис.
Сказал один из имамов: и суть в этом состоит в том, что разыскание того, о чём нет прямого текста, бывает двух видов:
(Первый): чтобы исследовать вхождение этого в указание текста по различным его аспектам — это желательно, а не порицаемо, более того, иногда это может быть обязательным для того из муджтахидов, на кого это возложено.
(Второй): чтобы углублённо исследовать аспекты различий, проводя различие между двумя схожими вещами таким различием, которое не имеет значения в шариате, при наличии общего признака, — или наоборот, объединяя два различных предмета по чисто формальному признаку. Именно это осудили предшественники, и на это указывает хадис Ибн Мас‘уда с возведением к Пророку: «Погибли углубляющиеся [в мелочи чрезмерно]». Вывел его Муслим. Они считали, что в этом — пустая трата времени на то, от чего нет пользы. И подобно этому — чрезмерное разветвление [разбор частных случаев] по вопросу, у которого нет основы ни в Книге, ни в сунне, ни в согласном мнении [иджма], и который весьма редко случается, так что на него расходуется время, которое лучше было бы потратить на другое, особенно если это влечёт за собой упущение расширенного разъяснения того, что случается часто. А тяжелее этого во множестве вопросов — разыскание сокрытых дел, о которых шариат велел веровать, оставляя их образ [неведомым], среди которых есть то, чему нет свидетельства в чувственном мире, — как вопрос о времени наступления Часа, о душе, о продолжительности [существования] этой общины и подобное этому из того, что познаётся только чистой передачей, а многое из этого не имеет достоверного установления, так что вера в это обязательна без разыскания. А тяжелее этого — то, что чрезмерное исследование ввергает в сомнение и смятение.
И сказал один из толкователей: примером углубления [в чрезмерность] в вопросах, доходящего до того, что заставляет отвечающего перейти к запрету после того, как он выносил фетву о разрешении, — это когда спрашивают о товарах, находящихся на рынках: порицается ли покупка их у того, в чьих руках они находятся, прежде исследования того, каким путём они к нему попали, или нет? И он отвечает разрешением. Если же [спрашивающий] повторит и скажет: боюсь, что это из награбленного или отнятого силой, — и в это время действительно произошло нечто подобное в целом, — то [отвечающему] нужно будет ответить запретом и оговорить это: если установлено что-то из этого — запрещено, а если есть сомнение — порицаемо или предпочтительнее избегать. А если бы спрашивающий промолчал об этом углублении, то отвечающий не прибавил бы к своему ответу разрешением ничего.
Собиратель [этих строк] (да простит его Аллах Всевышний) сказал: в приведении этого примера для углубления в вопросах есть неявная слабость для того, кто вдумается. А Аллах Всевышний знает лучше.
Сказал: и после того как это установлено, — тот, кто закрывает дверь вопросов до такой степени, что упускает познание многих часто встречающихся положений, у того понимание и знание уменьшаются. А тот, кто чрезмерно углубляется в разветвление вопросов и их порождение, особенно в том, что случается редко или почти не случается, — особенно если побуждением к этому служат тщеславие и стремление к превосходству, — деяние такого осуждается, и это именно то, что не одобряли предшественники (саляф).
А тот, кто углубляется в изучение смыслов Книги Аллаха, придерживаясь того, что передано в её толковании от Посланника Аллаха ﷺ и от его сподвижников, которые были свидетелями ниспослания, и извлекает из этого положения, выводимые из явного смысла текста и из его подразумеваемого смысла, а также занимается смыслами сунны и тем, на что она указывает подобным образом, ограничиваясь тем из этого, что пригодно служить доказательством, — вот кто достоин похвалы и приносит пользу. И именно на это следует относить деятельность знатоков фикха в разных городах из числа последователей (табиин), а затем...