29 - (Джубба в состоянии ихрама)
Составитель (да простит его Аллах Всевышний) сказал: «джубба» (الجبّة) — с даммой над «джим» и удвоенной «ба» — известная одежда, множественное число — «джубаб» и «джибаб». Так сказано в «Аль-Камус». А Аллах Всевышний лучше знает истину.
2668 - (Сообщил нам Нух бин Хабиб аль-Кумаси, сказал: рассказал нам Яхья бин Саид, сказал: рассказал нам Ибн Джурайдж, сказал: рассказал мне Ата, от Сафвана бин Йаъля бин Умайя, от его отца, что он сказал: «О если бы я мог видеть Посланника Аллаха ﷺ, когда на него ниспосылалось откровение!» Однажды, когда мы были в аль-Джиъирране, а Пророк ﷺ находился в шатре, к нему пришло откровение. Умар подал мне знак, чтобы я подошёл, и я вложил свою голову в шатёр. И к нему пришёл человек, вошедший в ихрам для умры в джуббе, обмазанный благовониями, и сказал: «О Посланник Аллаха, что ты скажешь о человеке, который вошёл в ихрам в джуббе?» И тут на него было ниспослано откровение. Пророк ﷺ стал издавать хрип от этого, затем это прошло, и он сказал: «Где тот человек, что спрашивал меня недавно?» И привели этого человека, и он сказал: «Что касается джуббы, то сними её, а благовония смой, затем возобнови ихрам».
Абу Абд ар-Рахман сказал: слова «затем возобнови ихрам» — я не знаю никого, кто передал бы их, кроме Нуха бин Хабиба, и я не считаю их сохранёнными (махфуз). А Аллах (Возвышен Он) знает лучше.
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 - Нух бин Хабиб аль-Кумаси — с даммой над «каф» и сукуном над «вав», Абу Мухаммад, надёжный (сика), приверженец сунны [10-й слой] 79/1010.
2 - Яхья бин Саид аль-Каттан аль-Басри, надёжный, твёрдый (сабит), имам [9-й слой] 4/4.
3 - Ибн Джурайдж — это Абд аль-Малик бин Абд аль-Азиз бин Джурайдж аль-Умави, вольноотпущенник их (мавля), мекканец, знаток фикха, надёжный, добродетельный, передаёт с иршалем и тадлисом [6-й слой] 28/32.
4 - Ата бин Абу Рабах Аслам аль-Макки, надёжный, знаток фикха, добродетельный [3-й слой] 112/154.
5 - Сафван бин Йаъля — биография приведена вскоре.
6 - Его отец, Йаъля бин Умайя — биография также приведена вскоре. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
Среди них: то, что этот иснад относится к шестизвенным (судасийят) у составителя (да будет к нему милостив Аллах); что его передатчики — передатчики «Сахиха», за исключением его шейха [Нуха бин Хабиба], которого передал только он [ан-Насаи] и Абу Дауд; что он «мусальсаль» (непрерывно однородный) мекканцами, начиная от Ибн Джурайджа; и что в нём есть передача табиина от табиина, а также сына от отца. А Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса
«От Сафвана бин Йаъля бин Умайя» — ат-Тамими, аль-Макки, надёжный [3-й слой], его биография приведена выше — 7/407.
«От его отца» — Йаъля бин Умайя бин Абу Убайда бин Хаммам ат-Тамими, союзник (халиф) курайшитов; он же Йаъля бин Муния — с даммой над «мим», сукуном над «нун», после которой стоит открытая «я» — это имя его матери, а по другой версии — его бабушки. Известный сподвижник, умер (да будет доволен им Аллах) в году сорок с чем-то. Его биография приведена выше — 7/407.
«Что он сказал: «о если бы я...»» — то есть желаю (أتمنّى) — «увидеть Посланника Аллаха ﷺ». А в риваяте Муслима: «что Йаъля говорил Умару бин аль-Хаттабу (да будет доволен им Аллах): «о если бы я мог видеть Пророка Аллаха ﷺ...»»
«Когда на него ниспосылается [откровение]» (يُنْزَلُ عَلَيْهِ) — глагол построен в форме страдательного залога, и это предложение стоит в положении обстоятельства образа действия (хал) по отношению к дополнению.
«И вот, когда мы были в аль-Джиъирране» (بِالْجِعِرَّانَةِ) — ан-Навави (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: у этого слова два известных произношения: одно — с сукуном над «айн» и облегчённой (без удвоения) «ра», второе — с касрой над «айн» и удвоенной «ра»; первое произношение более правильно с точки зрения языка, и на нём сходятся аш-Шафии и большинство знатоков языка. Так же и с названием аль-Худайбия — есть облегчённое и удвоенное произношение, и более правильное — облегчённое, на чём сошлись аш-Шафии и его последователи. Конец цитаты.
Это название местности между Меккой и Таифом, ближе к Мекке.
«А Пророк ﷺ был в шатре» — это предложение стоит в положении обстоятельства образа действия. «Купол» (قُبّة) — с даммой над «каф» и удвоенной «ба» — маленький шатёр с округлым верхом, множественное число — «кибаб» и «кубаб». А в риваяте Муслима: «и на Пророке ﷺ было покрывало, которым его затенили», и между этими двумя риваятами нет противоречия, поскольку это покрывало — вещь, которой он ﷺ был выделен внутри шатра, для затенения его этим покрывалом.
«И к нему пришло откровение» — то есть к нему сошёл ангел с откровением с небес. Хафиз [Ибн Хаджар] (да помилует его Аллах Всевышний) сказал: я не нашёл ни в одном из риваятов разъяснения того, что было тогда ниспослано из Корана. И группа учёных приводила этот хадис в доказательство того, что среди откровения бывает и то, что не читается [как часть Корана].
Но у ат-Табарани в «Аль-Аусат» из другого пути передачи встречается, что тогда было ниспослано слово Всевышнего: «И завершайте хадж и умру для Аллаха». А аргументация из этого в отношении искомого — общность повеления о завершении, поскольку оно охватывает и внешние формы, и свойства [обряда]. А Аллах знает лучше. Конец цитаты.
И он сказал в другом месте: из этого извлекается польза, что то, что повелено, а именно завершение [обряда], требует обязательности избегания того, что происходит [из недозволенного] во время умры. Конец цитаты.
«И Умар подал мне знак» — Умар бин аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах), потому что [Йаъля] попросил его показать ему Пророка ﷺ в момент, когда на него сходило откровение. Ведь в риваяте Муслима сказано: «и Умар прикрывал его, когда на него сходило откровение, затеняя его; и я сказал Умару (да будет доволен им Аллах): я хотел бы, когда на него сойдёт откровение, вложить свою голову вместе с ним под покрывало. Когда же на него было ниспослано [откровение], Умар (да будет доволен им Аллах) накрыл его покрывалом, и я пришёл к нему, и вложил свою голову вместе с ним под покрывало...»
«[Подал знак,] чтобы подойти» (أَنْ تَعَالَ) — «ан» здесь пояснительная (разъясняющая), и, как будто, Умар (да будет доволен им Аллах) знал, что это не будет тяжело для Пророка ﷺ.
«И я вложил свою голову в шатёр» — то есть чтобы увидеть его ﷺ в момент, когда на него сходило откровение.
«И пришёл к нему человек» — здесь частица «фа» указывает не на последовательность, поскольку приход этого человека и его вопрос — это и есть причина ниспослания того откровения, как об этом сообщают другие риваяты. Ведь в риваяте Муслима сказано: «Когда Пророк ﷺ был в аль-Джиъирране, и на Пророке ﷺ было покрывало, которым его затенили, а с ним были люди из числа его сподвижников, среди них Умар, вдруг пришёл к нему человек в шерстяной джуббе, обмазанный благовониями, и сказал: «о Посланник Аллаха, что ты скажешь о человеке, который вошёл в ихрам для умры в джуббе, после того как обмазался благовониями?» Пророк ﷺ смотрел на него некоторое время, затем замолчал, и к нему пришло откровение...» — конец хадиса. А в риваяте аль-Бухари: «пришёл бедуин».
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: я не нашёл его имени, но Ибн Фатхун в «Аз-Зайль» со слов «Тафсира ат-Тартуши» упомянул, что его имя — Ата бин Муния. Ибн Фатхун сказал: если это подтвердится, то он — брат Йаъли бин Мунии, передатчика этого сообщения. И возможно, что это ошибка, [возникшая] из имени передатчика, поскольку [хадис передан] от риваята Аты, от Сафвана бин Йаъля бин Мунии, от его отца. А некоторые не упоминали между Атой и Йаъля никого.
[Ибн Хаджар] сказал: и в толковании нашего шейха Сирадж ад-Дина Ибн аль-Мулаккина встречается следующий текст: этот человек, возможно, — Амр бин Савад, поскольку в «Китаб аш-Шифа» кадия Ийада о нём сказано, что он говорил: «Я пришёл к Пророку ﷺ, будучи умащённым, и он сказал: «варс, варс, сложи, сложи», — и коснулся меня прутиком, что был в его руке, по животу, и мне стало больно» — конец хадиса. Наш шейх сказал: но этот Амр не мог застать это [событие], поскольку он — товарищ Ибн Вахба. Конец его слов.
И на это есть возражение с двух сторон:
Во-первых: эта история не похожа на данную историю, чтобы её героя можно было объяснить через неё.
А во-вторых: в этом уточнении содержится большая небрежность, поскольку тот, кто говорит «я пришёл к Пророку ﷺ», не может быть представлен как товарищ Ибн Вахба, товарища Малика; если это и подтвердится, то это другой человек, чьё имя совпало с его именем, а имя его отца — с именем его отца. Но, по предположению, это не подтверждено, поскольку [дело] перепуталось у нашего шейха: ведь в «Аш-Шифа» упомянут Савад бин Амр, а по другой версии — Савада бин Амр; его упомянутый хадис привёл Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе», а также аль-Багави в «Муджам ас-сахаба».
И передал ат-Тахави через путь Абу Хафса бин Амра, от Йаъли, что он прошёл мимо Пророка ﷺ, будучи умащённым, и тот сказал: «Есть у тебя жена?» Он ответил: «Нет». Пророк сказал: «Иди и смой это». И тот, кто неопытен, может подумать, что Йаъля бин Умайя — герой этой истории, но это не так, поскольку передатчик этого хадиса — Йаъля бин Мурра ас-Сакафи, и это другая история, отличная от истории героя ихрама.
Да, ат-Тахави передал в другом месте, что Йаля ибн Умайя, о котором идёт речь в этой истории, сказал: рассказал нам Сулейман ибн Шуайб, рассказал нам Абд ар-Рахман, то есть Ибн Зияд аль-Ваддахи, рассказал нам Шуба, от Катады, от Атаа ибн Абу Рабаха, что некий человек, называемый Йаля ибн Умайя, вступил в ихрам, будучи одетым в джуббу, и Пророк ﷺ велел ему её снять. Катада сказал: я сказал Атаа: мы полагали, что её следует разрезать. Атаа ответил: Аллах не любит порчи (имущества). Конец слов хафиза (да помилует его Аллах Всевышний).
Его слово («вступил в ихрам в джуббе») означает, что он был одет в неё. В версии аль-Бухари: «а на нём была джубба». А в дальнейшем риваяте 44/2709 — через путь Амра, от Атаа: «а на нём были раскроенные [одежды]». Ан-Навави сказал: [слово] «мукатта‘ат» — с фатхой и удвоенным «та» — означает шитые одежды. А в «Нихае» сказано: то есть короткие одежды, потому что они «отрезаны» от полной длины. Есть и другое мнение: «мукатта‘» из одежд — это всё, что скроено и сшито, как рубаха и подобное ей, а то, что не скроено, как изары и накидки (ридаʼ), к этому не относится. Конец.
Его слово («для умры, обмазанный благовонием») — через «дад» и «ха» с точками: то есть покрытый им, обильно им пользующийся. Говорят: «тадаммаха бит-тыйб» — когда он вымазался и покрылся благовонием. В риваяте Амра: «а он обмазан халюком». А в дальнейшем риваяте, через путь Кайса ибн Саада, от Атаа: «а он желтит свою бороду и голову», то есть с удвоенной «фа» с кясрой — то есть использующий желтизну на своей бороде, и эта желтизна и есть халюк.
Его слово («и сказал: о Посланник Аллаха, что ты скажешь о человеке, который вступил в ихрам в джуббе?») — в риваяте Муслима добавлено: «после того как обмазался благовонием», а в другом его риваяте: «на нём джубба, и на ней халюк». [Слово] «халюк» — с фатхой на «ха» с точкой — вид благовония, в состав которого входит шафран.
Его слово («когда на него был ниспослан») — в одной рукописи: «когда был ниспослан», а в другой: «ниспосылается» (его слово «откровение») то есть его носитель, а это Джибриль, мир ему.
Его слово («и стал Пророк ﷺ издавать хрип») — с фатхой в начале, кясрой на «гайн» с точкой, и удвоенной «та»: то есть дышать тяжело, с шумом. Говорят: «гатта ан-наим ягитту», по образцу «даруба», когда его дыхание поднимается прерывисто к его горлу, так что слышат его те, кто рядом. Так сказано в «Мисбахе». А в риваяте обоих шейхов [аль-Бухари и Муслима]: «и я посмотрел на него — у него был хрип, и я думаю, он сказал: подобный хрипу молодого верблюда». Хрип (гатыт) — это звук спящего или потерявшего сознание, который повторяется с его дыханием. А «бакр» — с фатхой и сукуном — молодой верблюд.
Его слово («из-за этого») то есть из-за ниспослания откровения, а причина этого — тяжесть откровения, как сказал Аллах Всевышний: «Мы возложим на тебя весомое слово» [аль-Музаммиль: 5]. И установлено в «Сахихе» аль-Бухари от Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний), что она сказала: «И я видела его ﷺ, как на него нисходило откровение в самый холодный день, а затем это проходило с него, и с его лба лился пот».
Его слово («и был снят [этот тяжкий вид] с него») — с даммой на «син» и удвоенным «ра», в форме страдательного залога: то есть было устранено то, что было с ним, и снималось постепенно, часть за частью. Затем он ﷺ сказал: («где тот человек, который только что меня спрашивал?») — со слитным и с раздельным чтением [хамзы], как «китф», и читается двояко его слово Всевышнего: «сказал: недавно» [сура «Мухаммад» ﷺ: 16], то есть с недавнего момента, то есть в самое первое время, ближайшее к нам. Так сказано в «аль-Камус».
(И был приведён этот человек, и сказал он ﷺ:) («что касается джуббы, то сними её») — в другом риваяте: «то стащи её», то есть сорви её немедленно и извлеки себя из неё (а что касается благовония, то смой его) — в риваяте обоих шейхов: «то смой его три раза». Кади Ийяд и другие сказали: возможно, что это из слов Пророка ﷺ, и тогда это будет прямым указанием на повторение мытья трижды. А возможно, что это из слов сподвижника, и что он ﷺ повторил слово «смой его» трижды по своему обычаю, что когда он говорил слово, он повторял его трижды, чтобы оно было понято. Конец.
А в риваяте аль-Бухари: я сказал Атаа: хотел ли он [достичь] очищения, когда велел ему помыть три раза? Он ответил: да. Хафиз сказал: говорящий это — Ибн Джурайдж, и это указывает на то, что он понял из контекста, что слово «три раза» — из слов Пророка ﷺ, но возможно, что оно из слов сподвижника, и что он ﷺ повторил слово «смой его» раз, затем ещё раз по своему обычаю, что когда он говорил слово, он повторял его трижды, чтобы оно было понято от него. На это обратил внимание Ийяд. Конец.
А в риваяте Абу Дауда и аль-Байхаки: «велел ему стащить её резким движением и вымыться два или три раза».
Ан-Навави сказал: он велел ему [сделать это] трижды лишь для усиления удаления её цвета и запаха, а обязательным является само удаление, и если оно достигается одним разом, этого достаточно, и добавление не является обязательным. И, может быть, благовония на этом человеке было много, и это подтверждается его словом «обмазанный».
Кади сказал: возможно, что он сказал ему трижды «смой его», и тот [передатчик] повторил это слово трижды. А верное — то, что было изложено ранее. И Аллах знает лучше. Конец слов ан-Навави.
Составитель [этой книги] — да простит его Аллах Всевышний — говорит: ан-Навави счёл верным, что «три раза» — из слов Пророка ﷺ, и это правильно. На этом основании в его словах «и если оно достигается одним разом, этого достаточно, и добавление не является обязательным» есть неявная сложность, скорее очевидно, что необходимо именно три раза, следуя явному смыслу повеления, так что подумай над этим. И Аллах Всевышний знает лучше.
А в упомянутом риваяте Амра: «не был ли ты имеющим золото [украшения] в своём хадже?» Он ответил: я остерегался этого и мыл его. Тогда он сказал: «то, что ты не был бы делающим в своём хадже, сделай в своей умре».
И это указывает на то, что этот человек знал деяния хаджа ещё до этого. Ибн аль-Араби сказал: как будто они в эпоху невежества (джахилийя) снимали одежды и избегали благовония в ихраме, когда совершали хадж, но были снисходительны в этом в умре, и Пророк ﷺ сообщил ему, что у них одно и то же правило.
Ибн аль-Мунайир сказал в «Хашийе»: его слово («сделай») означает «оставь», потому что цель — разъяснение того, что должен избегать вступивший в ихрам, и отсюда извлекается полезный вывод, что оставление [чего-либо] есть [своего рода] действие. Он сказал: а что касается слов Ибн Батталя, что он имел в виду мольбы и прочее, что общее у хаджа и умры, то в этом есть неявная сложность, потому что оставления являются общими [для обоих], в отличие от действий, ведь в хадже есть вещи, дополнительные к умре, как стояние [на Арафате] и то, что после него.
Ан-Навави сказал так же, как сказал Ибн Баттал, и добавил: исключается из действий то, что специфично для хаджа.
Аль-Баджи сказал: повеленное — это не только снятие одежды и мытьё халюка, потому что ему было прямо сказано об этих двух вещах, и не остаётся ничего, кроме искупления (фидьи). Хафиз сказал: так он сказал, но нет основания для такого ограничения, скорее из другого пути выяснилось, что повеленное — это мытьё и снятие. Это потому, что у Муслима и ан-Насаи, через путь Суфьяна, от Амра ибн Динара, от Атаа, в этом хадисе [сказано]: он сказал: «что ты не был бы делающим в своём хадже?» Он ответил: я снимаю эти одежды и смываю с себя этот халюк. Тогда он сказал: «то, что ты не был бы делающим в своём хадже, сделай в своей умре». Конец.
Составитель — да простит его Аллах Всевышний — говорит: то, на что указывает этот риваят, — правильное разъяснение слов Пророка ﷺ: «и сделай в своей умре то, что ты делаешь в своём хадже», потому что этот риваят разъяснил сокращение, произошедшее в хадисе. То, что сказали каждый из Ибн аль-Мунайира, Ибн Батталя, ан-Навави и аль-Баджи в толковании, основано на том, что они не обратили внимания на этот разъясняющий риваят, показывающий, что имеется в виду в хадисе.
Итог таков, что он ﷺ спросил его о том, что он делал бы в своём хадже относительно джуббы и халюка, как если бы он сказал ему: что ты сделаешь, если вступишь в ихрам для хаджа, а на тебе джубба и халюк? Тот ответил: я удалю их от себя снятием и мытьём. Тогда он сказал: «то, что ты не был бы делающим в своём хадже, сделай в своей умре», то есть потому что нет разницы между ними в этом. И Аллах Всевышний лучше знает истину.
Его слово («затем возобнови ихрам») — повеление ему обновить свой ихрам для умры, то есть обнови свой ихрам для умры, после того как снимешь джуббу и смоешь благовоние.
Он [ан-Насаи] сказал: Абу Абд ар-Рахман (ан-Насаи, да помилует его Аллах Всевышний) [сказал]: («затем возобнови ихрам») — я не знаю (в другой рукописи: «нет») никого, кто сказал бы это, кроме Нуха ибн Хабиба, — то есть что этой фразой отличился Нух ибн Хабиб от всех остальных, кто передавал этот хадис от Йахьи ибн Саида.
Итак, его слово: («затем совершил ихрам заново») — это подлежащее, приведённое в виде цитаты ради самой формулировки, а фраза («я не знаю... и т. д.») — сказуемое к нему. А слово («غير») стоит в форме винительного падежа как замена слову («أحدًا»). (А я не считаю это сохранённым) — то есть я не думаю, что эти слова достоверно переданы от Пророка ﷺ.
Цель автора, да помилует его Аллах Всевышний, этими словами — указать на порочность упомянутого добавления по причине того, что Нух ибн Хабиб передал его один, тогда как остальные хафизы его не упоминали. (А Аллах, велик Он, знает лучше), и у Него просим помощи, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): о его степени.
Этот хадис Йали ибн Умайи (да будет доволен им Аллах Всевышний) — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о указании мест, где автор его приводит, и с кем он его передал.
Он привёл его здесь — 29/2668 и 44/2709 и 2710 — и в «Большом сборнике» 29/3648 и 44/3689 и 3690. Привёл его также аль-Бухари в «Хадже» 1789 и 1848 и в «Военных походах» 4329 и «Достоинствах Корана» 4985; Муслим в «Хадже» 1180 и в «Убийствах» 1674; Абу Дауд в «Обрядах» 1819; ат-Тирмизи в «Хадже» 835; Ибн Маджах в «Кровных выплатах» 2656; Ахмад в «Мусанаде шамцев» 17488 и 17504. А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах.
(Из них): то, чему автор, да помилует его Аллах Всевышний, дал название главы — разъяснение постановления о ношении джуббы в состоянии ихрама, что и разъяснено в хадисе, а именно — обязательность немедленного её снятия.
(Из них): что некоторые постановления устанавливаются откровением, даже если они не относятся к тому, что читается вслух [как Коран], однако у ат-Табарани в «Аль-Авсат» указано, что на Пророка ﷺ было ниспослано именно слово Всевышнего: «И завершайте хадж и умру для Аллаха» — аят.
(Из них): что Пророк ﷺ не выносил решения посредством собственного усмотрения (иджтихада), кроме случаев, когда откровение не приходило к нему.
(Из них): что муфтий и судья, если они не знают постановления, должны воздержаться от него, пока им не станет ясно.
(Из них): на этот хадис ссылались те, кто запрещал сохранение благовония после вступления в ихрам, аргументируя это повелением смыть его следы с одежды и тела; это мнение Малика и Мухаммада ибн аль-Хасана. Большинство же ответило, что случай Йалы произошёл в аль-Джиърана, как это установлено в данном хадисе, а это, без разногласий, восьмой год [по хиджре]; тогда как от Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний) достоверно установлено, что она своими руками нанесла благовоние Посланнику Аллаха ﷺ при его вступлении в ихрам, как будет приведено далее — 41/2684, — и это было во время прощального хаджа, в десятом году, без разногласий. А берётся последнее из повелений, то есть более позднее.
И [большинство ответило], что то, что было велено смыть в случае с Йалой, — это именно хилюк (благовонная смесь), а не благовоние в общем смысле; возможно, причина повеления заключалась в том, что в нём был примешан шафран, а запрет на использование шафрана мужчиной установлен в общем виде — будь он в состоянии ихрама или нет.
В хадисе Ибн Умара (да будет доволен им Аллах Всевышний) сказано: «И пусть не надевает [то есть находящийся в ихраме] никакой одежды, которую коснулся шафран». А в хадисе Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах Всевышний): «И запрещена была только одежда, окрашенная шафраном». Более верным является то, к чему склонилось большинство, и далее будет дано более подробное разъяснение этого вопроса в упомянутой главе, если пожелает Аллах Всевышний.
(Из них): что тому, кого коснулось благовоние во время его ихрама по забвению или из-за незнания, а затем он узнал об этом и поспешил устранить его, — на нём не лежит искупительная жертва (кяффара); это предпочтительное мнение мазхаба. Далее также будет разъяснено разногласие по этому вопросу в пятом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
(Из них): что тому, кто вступил в ихрам, будучи одет в шитую одежду, такую как джубба или рубаха, по незнанию или забвению, необходимо снять её, но не разрывать и не рассекать её; и что если он снимает её через голову, на нём не лежит обязанность жертвоприношения (дам). Таково мнение большинства, и это истина. Далее будет дано разъяснение разногласия в следующем вопросе, если пожелает Аллах Всевышний. А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно того, кто вступил в ихрам, будучи одет в джуббу или рубаху, — снимает ли он её или разрезает?
Большинство знатоков фикха разных городов склонилось к тому, что он снимает её, а не разрезает.
Это мнение Аты и Тавуса; так же сказали Малик и его последователи, аш-Шафии и его последователи, Абу Ханифа, Абу Юсуф, Мухаммад, ас-Саури и остальные знатоки фикха разных городов — как приверженцы самостоятельного суждения, так и приверженцы передаваемых текстов.
А некоторая группа склонилась к тому, что не следует снимать её так, как снимает не находящийся в ихраме, но следует разрезать её, поскольку если он поступит [первым способом], то покроет свою голову, а это недопустимо.
Среди тех, кто так утверждал, — аль-Хасан, аш-Шааби, ан-Нахаи, Абу Кыляба, Саид ибн Джубайр — с разногласием, переданным от него. И подобное передано от Али.
Сказал хафиз Абу Умар, да помилует его Аллах Всевышний (сноска 1): их доводом является то, что передал Абд ар-Раззак от Дауда ибн Кайса от Абд ар-Рахмана ибн Аты ибн Абу Лабибы, что он слышал двух сыновей Джабира ибн Абдуллаха, передающих от своего отца (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Пока Пророк ﷺ сидел со своими сподвижниками, он разрезал свою рубаху, пока не вышел из неё». Его спросили об этом, и он ответил: «Я обещал им, что сегодня буду метить моих жертвенных животных, и забыл об этом».
Это передал также Асад ибн Муса от Хатима ибн Исмаила от Абд ар-Рахмана ибн Аты ибн Абд аль-Малика от Джабира ибн Абдуллаха от Пророка ﷺ, с добавлением: «И я надел свою рубаху и забыл, и не стал снимать свою рубаху через голову». А он [Пророк ﷺ] отправил своих жертвенных животных и остался в Медине.
Большинство же приводило в качестве доказательства упомянутый в главе хадис Йалы ибн Умайи (да будет доволен им Аллах Всевышний). Абу Умар сказал: среди знатоков хадиса нет разногласия в том, что этот хадис достоверен, а хадис Джабира, который передаёт Абд ар-Рахман ибн Ата, слаб и не может быть доводом. Он также отвергается хадисом Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний), которая сказала: «Я плела ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ, затем он метил их и отправлял их»...