Некоторые учёные использовали этот хадис в качестве доказательства для тех, кто говорил об ограничении одним муэдзином, но это не очевидно, поскольку допустимо бросать жребий между несколькими лицами при наличии нескольких претендующих мест, а также потому, что жребий на азан направлен со стороны назначения имамом ввиду того преимущества, которое в этом есть. Некоторые полагали, что под жребием (استهام) здесь подразумевается буквальное метание стрел, и что это выражение — форма усиления (гиперболы). В подтверждение приводили хадис со словами «они бы сражались за это мечами». Однако то понимание, которое дал этому аль-Бухари, предпочтительнее, поэтому он привёл в качестве свидетельства историю Са‘да, и на это указывает риваят Муслима со словами «это стало бы жребием».
Его слово («на это») — то есть на упомянутое, чтобы охватить оба дела: азан и первый ряд. Именно поэтому заголовок главы, данный составителем, оказывается верным. Ибн Абд аль-Барр сказал: местоимение возвращается к «первому ряду», а не к «зову» (азану), и это правильная речь, поскольку местоимение возвращается к ближайшему упомянутому. Аль-Куртуби возразил ему, сказав: из этого следует, что зов остаётся напрасным, бесполезным. Он сказал: местоимение возвращается к смыслу предшествующей речи, подобно словам Всевышнего: «А кто творит это, встретит наказание», то есть всё упомянутое.
Я говорю: Абд ар-Раззак передал от Малика с формулировкой «они бы бросили жребий на оба этих дела», и это ясно выражает искомый смысл без всякой натяжки.
Его слово («тахджир») — то есть поспешность к молитве. Аль-Харави сказал: аль-Халиль и другие поняли это буквально и сказали: подразумевается приход на молитву зухр в начале её времени, поскольку «тахджир» производно от «хаджира» — сильной жары в середине дня, а это начало времени зухра. К этому склонился и составитель, как будет сказано далее. Этому не противоречит установленность правила об «ибраде» (отсрочке молитвы из-за жары), поскольку в нём преследовалось облегчение. А что касается того, кто оставляет свой полуденный отдых и направляется в мечеть, чтобы дожидаться молитвы, то достоинство такого поступка очевидно.
Его слово («они устремились бы к нему») — Ибн Абу Джамра сказал: под устремлением здесь подразумевается смысл, а не буквальное действие, поскольку буквальное соперничество на ногах предполагало бы быстроту в ходьбе, что запрещено. Конец его слов. Разбор остальной части хадиса будет приведён в главе о достоинстве молитвы ‘иша в собрании, вскоре, а разбор того, что подразумевается под «первым рядом», будет приведён в конце глав об имамате, если будет угодно Всевышнему.
10 — Глава о разговоре во время азана
Сулейман ибн Сурад разговаривал во время своего азана. Аль-Хасан сказал: нет вреда, если человек засмеётся, произнося азан или икама.
616 — Рассказал нам Мусаддад: рассказал нам Хаммад от Айюба, и Абд аль-Хамида, спутника аз-Зиядий, и Асима аль-Ахваля, от Абдуллаха ибн аль-Хариса, который сказал: Ибн Аббас произнёс перед нами проповедь в грязный (дождливый) день, и когда муэдзин дошёл до слов «хайя ‘аля-с-салях» («придите на молитву»), он велел ему возгласить «молитва в жилищах», и люди посмотрели друг на друга, и он сказал: «это сделал тот, кто лучше него, и это есть решительное повеление».
[Хадис 615 — его части встречаются в 2689, 721, 654]
Его слово («глава о разговоре во время азана») — то есть в ходе него, помимо его установленных слов. Составитель следует своей обычной манере не выносить категорического решения там, где указание неявно, однако то, что он привёл в этой главе, наводит на мысль, что он выбирает мнение о допустимости. Ибн аль-Мунзир передал абсолютную допустимость от ‘Урвы, ‘Аты, аль-Хасана и Катады, и этого же мнения придерживался Ахмад. От ан-Наха‘и, Ибн Сирина и аль-Авза‘и передана нежелательность (кяраха). От ас-Саври — запрет. От Абу Ханифы и его двух товарищей — что это противоречит предпочтительному (хиляф аль-авля), и на это указывают слова Малика и аш-Шафи‘и. От Исхака ибн Рахвайха — нежелательность, кроме случаев, связанных с самой молитвой, и это выбрал Ибн аль-Мунзир, исходя из явного смысла упомянутого в главе хадиса Ибн Аббаса. Ад-Давуди возразил на это и сказал: в этом нет доказательства допустимости разговора во время азана; напротив, упомянутое высказывание установлено как часть азана в этом самом месте.
Его слово («и Сулейман ибн Сурад разговаривал во время своего азана») — этот риваят передал с непрерывным иснадом Абу Нуайм, учитель аль-Бухари, в своей книге о молитве, а аль-Бухари привёл его в «ат-Тарихе» от него же, и иснад его достоверен (сахих), а формулировка такова: он произносил азан в войске и отдавал распоряжение своему слуге по какому-то делу во время своего азана.
Его слово («и сказал аль-Хасан») — я не встретил этого с непрерывным иснадом. То, что передали Ибн Абу Шейба и другие через несколько путей от него, — это допустимость разговора без оговорки о смехе. Было сказано: соответствие этого заголовку главы состоит в том, что смех, если он сопровождается голосом, может проявиться в виде понятной буквы или более, что портит молитву, а тот, кто запрещал разговор во время азана, хотел уравнять его с молитвой. Большинство же считает, что намеренный смех делает молитву недействительной, даже если из него не проявилась ни одна буква, так что он приравнивается к разговору в отношении недействительности молитвы при намеренности.
Его слово («Хаммад») — это Ибн Зейд, а «Абд аль-Хамид» — это Ибн Динар, а «Абдуллах ибн аль-Харис» — это аль-Басри, двоюродный брат Ибн Сирина и муж его дочери; он относится к младшим последователям (табиун). Передача этих троих от него относится к разряду передачи сверстников (акран), поскольку все трое принадлежат к младшим табиунам. Все передатчики иснада — басрийцы, и Хаммад объединил их всех, как и Мусаддад в данном месте. Так же передал от него Сулейман ибн Харб у Абу Аваны и у Абу Нуайма в «Мустахрадже». Хаммад иногда ограничивался лишь некоторыми из них, как это будет вскоре в главе «Совершает ли имам молитву с теми, кто присутствует» от Абдуллаха ибн Абд аль-Ваххаба аль-Хаджаби, от Хаммада, от Абд аль-Хамида, а также отдельно от Асима — там он их разделил. Муслим передал это от ар-Раби', от Хаммада, от Аюба и Асима по другим путям, среди них — Вухайб от Аюба. Передают со слов Вухайба, что Аюб не слышал этого от Абдуллаха ибн аль-Хариса, но в этом есть сомнение, поскольку в риваяте Сулеймана ибн Харба от Хаммада, от Аюба и Абд аль-Хамида сказано: «Мы оба слышали от Абдуллаха ибн аль-Хариса» — так это привёл аль-Исмаили и другие. У Мусаддада же в этом иснаде есть ещё один шейх — это Ибн Улайя, как будет упомянуто далее в «Книге о пятничной молитве», если пожелает Аллах.
Его слово («обратился к нам с проповедью») — Ибн аль-Джаузи привёл это как довод на то, что упомянутая молитва была пятничной, но в этом есть сомнение. Впрочем, в риваяте Ибн Улайи это указано прямо, и его формулировка такова: «Поистине, пятничная молитва — обязательство (‘азма)».
Его слово («в день грязи», يَوْمِ رَزْغٍ) — с фатхой на «ра», сукуном на «за», после которых стоит точечный «гайн» — так у большинства передатчиков здесь, а также у Ибн ас-Сакана, аль-Кушмихани и Абу аль-Вакта; с обычной (без точек) «даль» вместо «за» (т.е. رَدْغ). Аль-Куртуби сказал, что этот последний вариант более известен, и добавил: «Правильно — с фатхой, ибо это имя существительное, а с сукуном — масдар». На этом он завершил. С фатхой передаёт аль-Кабиси. Автор «аль-Мухкам» сказал: «разг» — это малое количество воды в углублениях земли; говорят также, что это грязная жижа. В «аль-Айн» сказано: «радга» — это жижа, а «разга» — ещё гуще неё. В «аль-Джамхара» сказано, что «радга» и «разга» — это небольшое количество грязи от дождя или иного.
(Внимание) Здесь встречается «день грязи» (يَوْمَ رَزْغٍ) в форме идафы, а в риваяте аль-Хаджаби, который приводится далее, — «в день, обладающий грязью» (فِي يَوْمٍ ذِي رَزْغٍ), и это яснее. А в риваяте Ибн Улайи — «в дождливый день» (فِي يَوْمٍ مَطِيرٍ).
Его слово («когда муэдзин дошёл до слов «спешите на молитву», он велел ему») — так это передано, и здесь, по-видимому, имеется пропуск, смысл которого: «он хотел произнести это, и тогда он велел ему [не произносить]». Это подтверждается риваятом Ибн Улайи: «Когда скажешь «свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха», то не говори «спешите на молитву»». Ибн Хузайма озаглавил на этом главу, а за ним последовали Ибн Хиббан, а затем аль-Мухибб ат-Табари: «Опущение слов «спешите на молитву» в дождливый день», и, видимо, он исходил из смысла, поскольку слова «спешите на молитву» и «молитесь в своих жилищах» и «молитесь в своих домах» противоречат друг другу. У шафиитов есть мнение, что это произносится после азана, и другое мнение, что это произносится после двух «спешите». То, что вытекает из хадиса, — это то, что было изложено выше. Его слово «молитву в жилищах» (الصَّلَاةَ فِي الرِّحَالِ) — «молитва» стоит в винительном падеже, и подразумевается: «совершайте молитву», а «жилища» (الرِّحَال) — это множественное число от «рахль» (رَحْل), то есть жилище человека и то, что в нём из его утвари. Ан-Навави сказал: «В этом указание на то, что эти слова произносятся в самом азане». А в хадисе Ибн Умара — то есть том, который приводится далее в главе об азане для путника, — указано, что это произносится после него. Он сказал: «Оба варианта допустимы, как об этом ясно заявил аш-Шафии, но произнесение после — лучше, чтобы сохранить стройность азана». Он сказал: «Среди наших сподвижников есть тот, кто говорит, что это произносится только после полного завершения [азана], но это слабое мнение, противоречащее прямому смыслу хадиса Ибн Аббаса». На этом он завершил.
Его слова указывают на то, что это добавляется в любом случае — либо в середине азана, либо после него, а не что это заменяет собой слова «спешите на молитву». Ранее было приведено от Ибн Хузаймы то, что противоречит этому. Также передано объединение обоих вариантов в другом хадисе, который вывел Абд ар-Раззак и другие с достоверным иснадом от Нуайма ибн ан-Наххама, который сказал: «Муэдзин Пророка ﷺ произнёс азан на утреннюю молитву холодной ночью, и я пожелал, чтобы он сказал: «А кто остался [дома], на том нет греха»».