«У трёхбуквенного имени со здоровой средней буквой корня (айн) — придай первой букве (фа) ту же огласовку, какая стоит у средней буквы, какой бы она ни была.
Если средняя буква (айн) стоит с сукуном, а слово — женского рода, оканчивающееся на «та» либо без неё,
то огласуй букву, следующую за ней, не фатхой, либо облегчи её фатхой — и то, и другое передано (в риваятах)».
Этот хадис передан согласно (у аль-Бухари и Муслима единогласно), и полное его толкование и разъяснение содержащихся в нём вопросов уже было приведено в предыдущем хадисе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
«Я хочу только исправить то, что в моих силах; и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(33) — (Глава о достоинстве умры в рамадане)
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3039] (1256) — (Передал мне Мухаммад ибн Хатим ибн Маймун, сказав: нам передал Йахья ибн Саид от Ибн Джурайджа, который сказал: сообщил мне Атаъ, сказав: я слышал, как Ибн Аббас рассказывал нам, говоря: Посланник Аллаха ﷺ сказал женщине из ансаров, имя которой назвал Ибн Аббас, но я забыл его: «Что удержало тебя от того, чтобы совершить хадж с нами?» Она ответила: «У нас было только два верблюда для водоноса, и на одном из них совершили хадж отец её ребёнка и её сын, а другого он оставил нам, чтобы мы возили на нём воду». Он сказал: «Когда придёт рамадан, соверши умру, ибо умра в нём равна хаджу»).
Передатчики этого иснада: их пятеро.
1 — Мухаммад ибн Хатим ибн Маймун — уже упомянут два раздела назад.
2 — Йахья ибн Саид аль-Каттан — уже упомянут два раздела назад.
3 — Ибн Джурайдж — уже упомянут в предыдущей главе.
4 — Атаъ ибн Абу Рабах — также уже упомянут в предыдущей главе.
5 — Ибн Аббас — уже упомянут два раздела назад.
Тонкости этого иснада:
1 — (из них): этот иснад относится к пятизвенным (хумасият) у автора (да помилует его Аллах).
2 — (из них): в нём присутствуют форма «передал нам» (тахдис), «сообщил мне» (ихбар), «слышал» (сама) и «передано со слов» (ан‘ана); и в нём Ибн Джурайдж прямо указал форму «сообщил мне» (ихбар), хотя он известен своим тадлисом, так что здесь он избежал подозрения в тадлисе.
3 — (из них): в нём присутствует Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) — учёный муж, море знания, толкователь Корана, один из четырёх Абдалла и один из семи многопередающих. Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
Его слово (от Ибн Джурайджа): он сказал: «Сообщил мне Атаъ, сказав: я слышал, как Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) рассказывал нам» — предложение стоит в положении винительного падежа в статусе обстоятельства образа действия (халь). Его слово: «сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал женщине из ансаров, имя которой назвал Ибн Аббас, но я забыл её имя» — говорящий «я забыл её имя» — это Ибн Джурайдж, в отличие от того, что приходит на ум сначала, будто это говорит Атаъ. Мы сказали так, поскольку во второй передаче у автора по пути Хабиба аль-Муаллима от Атаъ содержится указание её имени: «От Ибн Аббаса: Пророк ﷺ сказал женщине из ансаров, которую звали Умм Синан: что удержало тебя от того, чтобы совершить хадж с нами?..» — и далее хадис, как это привёл Ибн Хаджар (да помилует его Аллах).
Он сказал: возможно, что Атаъ забыл её имя, когда передавал хадис Ибн Джурайджу, но помнил его, когда передавал его Хабибу.
Ему возразил Йакуб ибн Атаъ, передав от своего отца, от Ибн Аббаса, что тот сказал: «Пришла Умм Сулайм к Посланнику Аллаха ﷺ и сказала: «Абу Тальха и его сын совершили хадж, а меня оставили». Он сказал: «О Умм Сулайм, умра в рамадане равна хаджу со мной»». Это привёл Ибн Хиббан, и за ним последовал Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Лейла от Атаъ — это привёл Ибн Абу Шейба, и за ними обоими последовал Ма‘кыль аль-Джазари, однако он разошёлся в иснаде, сказав: «от Атаъ, от Умм Сулайм», приведя хадис без упоминания истории. Эти трое едва ли могли сойтись на одной и той же ошибке, так что, возможно, Хабиб не запомнил её имя должным образом. Однако Ахмад ибн Мани‘ передал в своём «Муснаде» с достоверным иснадом от Саида ибн Джубайра, от женщины из ансаров, которую звали Умм Синан, что она хотела совершить хадж… и далее привёл хадис подобным образом, без упоминания истории с её мужем.
Подобная история произошла и с Умм Ма‘кыль. Её привёл ан-Насаи в «аль-Кубра» по пути Ма‘мара от аз-Зухри, от Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана ибн аль-Хариса, от женщины из бану Асад, которую звали Умм Ма‘кыль, сказавшей: «Я хотела совершить хадж, но мой верблюд заболел, и я спросила Пророка ﷺ». Он сказал: «Соверши умру в месяце рамадан, ибо умра в рамадане равна хаджу».
В иснаде этого хадиса есть разногласия: Малик передал его от Суми, от Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана, сказавшего: «Пришла женщина…», приведя его как мурсаль и оставив её неопределённой. Ан-Насаи также передал его по пути Умары ибн Умайра и других от Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана, от Умм Ма‘кыль. Абу Дауд передал его по пути Ибрахима ибн Мухаджира от Абу Бакра ибн Абд ар-Рахмана, от посланца Марвана, от Умм Ма‘кыль.
Ибн Хаджар сказал: «Мне представляется, что это две разные истории, произошедшие с двумя разными женщинами. У Абу Дауда по пути Исы ибн Ма‘кыля, от Юсуфа ибн Абдаллаха ибн Салама, от Умм Ма‘кыль передано, что она сказала: «Когда Посланник Аллаха ﷺ совершил хадж прощания, у нас был верблюд, и Абу Ма‘кыль отдал его на пути Аллаха. Затем нас поразила болезнь, и Абу Ма‘кыль умер. Когда Посланник Аллаха ﷺ вернулся со своего хаджа, я пришла к нему, и он сказал: «Что удержало тебя от того, чтобы совершить хадж с нами?» Я рассказала ему об этом, и он сказал: «Так почему же ты не совершила хадж на нём? Ведь хадж — тоже путь Аллаха. А раз уж ты его упустила, то соверши умру в рамадане, ибо она равна хаджу»».
Похожая история произошла с Умм Тулайк. Её привели Абу Али ибн ас-Сакан и Ибн Манда в «ас-Сахаба», а также ад-Дулаби в «аль-Куна» по пути Талька ибн Хабиба: что Абу Тулайк рассказал ему, что его жена сказала ему — у него были верблюд и верблюдица — «Дай мне своего верблюда, я совершу на нём хадж». Он ответил: «Мой верблюд отдан на пути Аллаха». Она сказала: «Ведь и то, что я совершу на нём хадж, тоже относится к пути Аллаха». И далее приводится хадис, в котором Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Ты права, Умм Тулайк». И в нём же: «Что равняется хаджу?» Он сказал: «Умра в рамадане».
Ибн Абд аль-Барр утверждал, что Умм Ма‘кыль — это и есть Умм Тулайк, у которой было две куньи. Но в этом есть сомнение, ибо Абу Ма‘кыль умер во времена Пророка ﷺ, а Абу Тулайк дожил до того, что от него слышал Талк ибн Хабиб, который относится к младшим табиинам. Это указывает на то, что речь идёт о двух разных женщинах.
На это же указывает и различие в изложении обоих преданий. Нет иного пути, кроме как объяснить неопределённую женщину в хадисе Ибн Аббаса тем, что это либо Умм Синан, либо Умм Сулайм, поскольку в истории, приведённой в хадисе Ибн Аббаса, есть отличие от истории в других хадисах; а также потому, что в хадисе Ибн Аббаса сказано, что она была ансарийкой, тогда как Умм Ма‘кыль была из бану Асад. Похожая история произошла также с Умм аль-Хайсам. Аллах Всевышний знает лучше». Конец слов Ибн Хаджара (да помилует его Аллах), и это очень ценное исследование.
Его слово («Что удержало тебя от того, чтобы совершить хадж с нами?») — а в риваяте аль-Бухари: «(أن تحجين)» с сохранением буквы «нун», что представляет собой диалектную форму, как в словах поэта [размер басит]:
«Передайте от меня привет Асме — горе вам обоим — и не сообщайте о том никому».
На эту диалектную особенность указал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «аль-Хуляса», сказав:
«И некоторые из них оставляли «ан» без влияния (на глагол), уподобляя её сестре её — «ма», там, где та заслуживала действия».
Его слово («сказала») — эта женщина («у нас было только два насиха») — двойственное число от слова «насих» (بضاد معجمة — «дад» с точкой, ثم مهملة — затем «ха» без точки), то есть «два верблюда». Ибн Батталь (да помилует его Аллах) сказал: «Насих» — это верблюд, бык или осёл, на котором возят воду для полива, но здесь имеется в виду именно верблюд, поскольку в риваяте Бакра ибн Абдаллаха аль-Музани от Ибн Аббаса, приведённом у Абу Дауда, прямо указано, что это был верблюд (джамаль).
Его слово («и совершил хадж отец её ребёнка, и её сын») — сказано в «аль-Фатх»: если это была Умм Синан, то возможно, что имя её сына было Синан; а если это была Умм Сулайм, то в то время у неё не было сына, способного совершить хадж, кроме Анаса, и в таком случае отнесение его к Абу Тальхе как к «его сыну» является образным. Конец.
Её слово (на верблюде для поения) — связано со словом «совершила хадж». (Он оставил нам верблюда для поения, на котором мы поим [посевы]) — слово «нанди» с касрой над «дад», из глагольной группы «дараба». Говорят: «верблюд нанад воду» — то есть перенёс её с реки или из колодца для полива посевов; такой верблюд называется «насих», а самка — «насиха» с «ха» на конце. Назван «насихом», потому что он «утоляет» жажду [земли], то есть смачивает её водой, которую несёт — таково исходное значение. Затем слово «насих» стало применяться к любому верблюду, даже если он не носит воду, — так сказал аль-Фаюми (да помилует его Аллах).
(Он сказал ﷺ): («Когда придёт рамадан) — а в риваяте аль-Бухари: «когда наступит рамадан», и глагол «кяна» здесь полнозначный — (соверши умру, ибо, поистине, умра в нём) — «фа» здесь причинная, то есть: потому что умра в рамадане — (равняется хаджу») — слово «та‘дилу» с касрой на «даль» — то есть занимает место хаджа в награде и вознаграждении, но не в снятии обязанности с человека, ибо обязательство хаджа не отпадает совершением умры по единогласному мнению [учёных].
Имам Ибн Хузайма (да помилует его Аллах) сказал: в этом хадисе [указание на то], что одна вещь может быть подобна другой и приравнена к ней по некоторым значениям, но не по всем; ведь умрой не исполняется обязательство хаджа, равно как и обет [совершить хадж].
Ибн Батталь (да помилует его Аллах) сказал: в этом — довод на то, что хадж, к которому он побуждал её, был добровольным, поскольку община единогласна в том, что умра не заменяет обязательный хадж.
Ибн аль-Мунайир (да помилует его Аллах) возразил ему, [сказав], что упомянутый хадж — это хадж прощания (хиджжат аль-вада‘), и что это был первый хадж, установленный в исламе как обязательный, ибо хадж Абу Бакра был предупреждением [о запрете многобожникам приближаться к Каабе]. Он сказал: исходя из этого, невозможно, чтобы эта женщина уже исполнила обязанность хаджа.
Хафиз [Ибн Хаджар] (да помилует его Аллах) возразил на это, [указав], что сказанное им неприемлемо, ибо нет препятствия тому, чтобы она совершила хадж вместе с Абу Бакром и тем самым обязанность отпала с неё; но [Ибн аль-Мунайир] построил своё рассуждение на том, что хадж был предписан лишь в десятом году [хиджры], чтобы спастись от того, что противоречит его мазхабу, утверждающему, что хадж обязателен немедленно [без отсрочки]. А согласно тому, что сказал Ибн Хузайма, нет нужды во всём том, что исследовал Ибн Батталь.
Итог таков: он дал ей понять, что умра в рамадане равняется хаджу в награде, но не в том, что она занимает его место в снятии обязанности, — ввиду единогласия на том, что совершение умры не заменяет обязательный хадж.
Ат-Тирмизи передал от Исхака ибн Рахавайха, что смысл хадиса подобен тому, что пришло [в другом хадисе]: сура «Скажи: Он — Аллах, Единый» равняется третьи Корана.
Ибн аль-Араби сказал: этот хадис об умре достоверен, и это милость и благодать от Аллаха, ибо умра достигла степени хаджа через присоединение к ней рамадана.
Ибн аль-Джаузи сказал: в этом [указание], что награда за деяние возрастает от почётности времени, подобно тому как она возрастает от присутствия сердца и чистоты намерения.
Другой [учёный] сказал: возможно, что подразумевается: обязательная умра в рамадане подобна обязательному хаджу, а добровольная умра в рамадане подобна добровольному хаджу.
Ибн ат-Тин сказал: его слово («как хадж») может быть понято буквально, а может быть отнесено к благодати рамадана, а может быть отнесено конкретно к этой женщине.
Хафиз сказал: третье [толкование] придерживались некоторые из первых [учёных]. Так, в упомянутой риваяте Ахмада ибн Мани‘а Са‘ид ибн Джубайр сказал: мы не знаем этого [превосходства] ни для кого, кроме этой женщины одной. А у Абу Дауда в хадисе Юсуфа ибн Абдуллаха ибн Салама от Умм Ма‘кыль в конце её хадиса [сказано]: «Она говорила: хадж есть хадж, а умра есть умра, и это сказал мне Посланник Аллаха ﷺ, и я не знаю, было ли это [сказано] мне отдельно», — то есть или это относится ко всем людям вообще. Конец.
Явно, что следует относить это к общему [смыслу], как было указано выше, а причина примирения [мнений] в том, что было затруднение с явным смыслом, и на него дан достоверный ответ, и Аллах знает лучше. Конец.
[Полезное замечание]: Пророк ﷺ не совершал умру иначе как в месяцы хаджа, а достоинство умры в рамадане установлено хадисом главы; какое же из них предпочтительнее? Хафиз сказал: очевидно, что умра в рамадане для кого-либо, кроме Пророка ﷺ, предпочтительнее, а что касается его [лично], то то, что он совершил, — предпочтительнее для него; ибо его действие [совершение умры в другие месяцы] служило разъяснением допустимости того, что запрещали люди времён невежества, и он хотел ответить им словом и делом. И если бы это было нежелательным для других, то для него [лично] это было бы предпочтительнее.
Автор «аль-Хады» сказал: возможно, что он ﷺ был занят в рамадане тем видом поклонения, который важнее умры, и опасался тяготы для своей общины; ведь если бы он совершил умру в рамадане, они бы устремились к этому, несмотря на ту тяготу, что была у них в сочетании умры с постом. А он [порой] оставлял дело, которое любил совершить, из опасения за свою общину и страха перед тяготой для них. Конец. Это очень ценное рассуждение, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и конечный исход, и Он — тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
Вопрос первый: этот хадис Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) приведён и у аль-Бухари, и у Муслима согласно единогласному мнению.
Вопрос второй: об его извлечении [из источников]:
Его привёл автор [Муслим] здесь [33/3039 и 3040] (1256), а также аль-Бухари в «Умре» (1782) и «Возмещении за дичь» (1863), Абу Дауд в «Обрядах» (1990), ан-Насаи в «Посте» (4/130) и «Большом своде» (2420), ат-Тирмизи в «Хадже» (3/276), Ибн Маджа в «Обрядах» (2994), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (3/158), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/229 и 208), ад-Дарими в своих «Сунан» (1785), Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (3077), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (3700), ат-Табарани в «аль-Кабир» (11299 и 11322) и «аль-Аусат» (4/358), Абу Ну‘айм в своём «Мустахрадже» (3/349), Ибн аль-Джаруд в «аль-Мунтака» (1/133), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (4/346 и 6/164), и Аллах Всевышний знает лучше.
Вопрос третий: о его полезных выводах:
1 — В их числе: разъяснение достоинства умры в рамадане, ибо она равняется награде хаджа, более того — установлено, что она подобна хаджу с Пророком ﷺ, как придёт у автора [Муслима] в следующей риваяте. Саммувайх привёл от Анаса (да будет доволен им Аллах) хадис со словами: «Умра в рамадане подобна хаджу со мной», и это достоверный хадис.
2 — В их числе: разъяснение достоинства рамадана, ибо деяние в нём удваивается в награде.
3 — В их числе: то, что было присуще Пророку ﷺ — осведомление о положении своих сподвижников, мужчин и женщин.
4 — В их числе: разъяснение допустимости обращения к посторонней женщине, и что её голос не является тем, что подлежит сокрытию (‘аура).
5 — В их числе: разъяснение допустимости употребления слова «рамадан» без присоединения к нему слова «месяц»; и на этом [основании] составил главу ан-Насаи, сказав: «Дозволение говорить о месяце рамадан [просто]: рамадан», — и затем привёл этот хадис.
Что же касается хадиса, который передал Абу Ма‘шар Наджих аль-Мадани от Са‘ида аль-Макбури от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) в возводимой форме: «Не говорите просто «рамадан», ибо рамадан — одно из имён Аллаха, но говорите: «месяц рамадан»», — его привёл Ибн Ади в «аль-Камиль», и он же признал его слабым из-за Абу Ма‘шара. Аль-Байхаки сказал: передано от Абу Ма‘шара от Мухаммада ибн Ка‘ба, и это более вероятно; и передано от Муджахида и аль-Хасана двумя путями. Я исчерпал исследование этого вопроса в начале «Книги о посте», обратись туда — извлечёшь обширное знание, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и конечный исход.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[3040] (…) — (И передал нам Ахмад ибн Абда ад-Дабби, [сказав]: передал нам Язид, то есть Ибн Зурай‘, [сказав]: передал нам Хабиб аль-Му‘аллим от Атаа от Ибн Аббаса: что Пророк ﷺ сказал женщине из числа ансаров, которую звали Умм Синан: «Что удержало тебя от того, чтобы совершить хадж с нами?» Она сказала: [у нас были] два верблюда для поения, принадлежавшие отцу такого-то, её мужу; он и его сын совершили хадж на одном из них, а на другом наш слуга поил [посевы]. Он сказал: «Так умра в рамадане исполняет [награду] хаджа, или: хаджа со мной»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Ахмад ибн Абда ад-Дабби) — Абу Абдуллах аль-Басри, надёжный [10] (245) (М 4), был упомянут ранее в «Вере» 1/103.
2 — (Язид ибн Зурай‘) — аль-Айши аль-Басри, был упомянут недавно.
3 - (Хабиб аль-Му‘аллим) — Абу Мухаммад аль-Басри, вольноотпущенник Ма‘киля ибн Ясара. Относительно имени его отца есть разногласие: говорят — Заида, и говорят — Зайд. Правдив в передаче (садук) [6] (умер в 130 г.) (ويرمز له بـ ع) — упоминался ранее в «Книге о молитве», 11/889.
Остальные двое [передатчиков] упомянуты до него.
Его слово (её мужа) — стоит в родительном падеже как замена слову «такого-то», либо является поясняющим приложением к нему.
Её слово (в хадж отправились он и его сын на одном из них) означает, что для неё уже не оставалось места позади всадника, чтобы совершить хадж вместе с ним.
Её слово (а другой поливал… и так далее) означает, что на втором верблюде-водоносе они поливали пальмы, и не было у них третьего, на котором она могла бы отправиться в хадж.
Также её слово (на нём поливал наш слуга) — в «Шарх ан-Навави» встречается в форме: «поливал наш слуга». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так это в списках, [распространённых] в наших краях, и так же передал это кади Ийяд от риваята Абд аль-Гафира аль-Фариси и других. Он сказал: а в риваяте Ибн Махана: «на нём поливался наш слуга». Кади Ийяд сказал: я считаю всё это искажением, а правильно — «мы поливали на нём наши пальмы», и оттуда исказилось [слово] «наш слуга». Так же это пришло в правильном виде у аль-Бухари, и на верность этого указывает его слово в первом риваяте: «мы черпали воду на нём», что по смыслу равнозначно «мы поливали на нём». Конец слов кади Ийяда.
Ан-Навави же возразил ему, сказав: предпочтительнее считать, что риваят верен, а то добавление, которое упомянул кади [Ийяд], является опущенным, но подразумеваемым, и такое часто встречается в речи. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) (1). И это весомое возражение, а Аллах Всевышний знает лучше.