В итоге между этими риваятами нет противоречия, ибо их можно свести к тому, что он ﷺ передал Абу Тальхе обе половины: правую он раздал по его ﷺ повелению, а левую отдал своей жене Умм Суляйм — тоже по его ﷺ повелению. Таким образом, местоимение в его словах «раздели её между людьми» в этом риваяте относится к правой половине, — обрати на это внимание.
Об этом хадисе уже было сказано всё необходимое в предыдущем разделе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(54) — (Глава о том, кто побрился прежде жертвоприношения или зарезал жертву прежде бросания камешков)
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3157] (1306) — (Рассказал нам Йахья ибн Йахья, сказал: я прочитал Малику, от Ибн Шихаба, от Исы ибн Тальхи ибн Убайдуллы, от Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса, который сказал: остановился Посланник Аллаха ﷺ в год Прощального паломничества в Мине для людей, и они спрашивали его. Подошёл один человек и сказал: «О Посланник Аллаха, я не заметил и побрился прежде, чем зарезал жертву». Он сказал: «Заколи, и нет греха». Затем подошёл к нему другой человек и сказал: «О Посланник Аллаха, я не заметил и зарезал жертву прежде, чем бросил камешки». Он сказал: «Бросай, и нет греха». Он сказал: и о чём бы ни спрашивали Посланника Аллаха ﷺ — о том, что было сделано раньше или позже положенного, — он всегда говорил: «Делай, и нет греха»).
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Йахья ибн Йахья) ат-Тамими, упомянут перед этой главой.
2 — (Малик) ибн Анас, имам обители переселения, упомянут также перед этой главой.
3 — (Ибн Шихаб) аз-Зухри, упомянут недавно.
4 — (Иса ибн Тальха ибн Убайдулла) ат-Тайми, Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный, достойный, из крупных [3-го разряда] (умер в 100 г.), (передавали все составители сборников), упомянут в «Книге очищения» 8/570.
5 — (Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас) ас-Сахми, сподвижник, сын сподвижника (да будет доволен ими обоими Аллах), умер в ночи Харры, согласно наиболее достоверному мнению, в Таифе, согласно предпочитаемому мнению, (передавали все составители сборников), упомянут во «Введении» 4/18.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он из пятизвенных иснадов автора (да помилует его Аллах).
2 — (Из них): что его передатчики — передатчики «джамаа», кроме его шейха, ибо от него передавали Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — (Из них): что он весь состоит из мадинцев, кроме его шейха также, ибо тот нишапурец.
4 — (Из них): что в нём есть риваят одного последователя от другого последователя: Ибн Шихаб от Исы ибн Тальхи.
5 — (Из них): что его сподвижник — сын сподвижника (да будет доволен ими Аллах), и он один из четырёх Абдулл.
Разбор хадиса:
(«От Ибн Шихаба») — так в «аль-Муватта», а у ан-Насаи по пути Йахьи аль-Каттана от Малика: «рассказал мне аз-Зухри».
(«От Исы ибн Тальхи ибн Убайдуллы») — а в следующем риваяте Йунуса: «рассказал мне Иса ибн Тальха».
(«От Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса», да будет доволен им Аллах) — а в следующем риваяте Йунуса: «что он слышал Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса».
(«Сказал: остановился Посланник Аллаха ﷺ») — то есть на своей верховой верблюдице, как в следующем риваяте Йунуса, а в грядущем риваяте Ма‘мара сказано: «я видел Посланника Аллаха ﷺ на его верблюдице в Мине», а риваят Йахьи аль-Каттана от Малика от аз-Зухри гласит: «что он сидел в год Прощального паломничества, и встал человек» — это толкуется в том смысле, что он сел верхом на свою верблюдицу и оставался сидя на ней.
(«В год Прощального паломничества в Мине для людей») — то есть для их пользы. В этом риваяте указано место остановки — Мина. А в риваяте Абд аль-Азиза ибн Абу Салямы от аз-Зухри у аль-Бухари в «Книге знания»: «у Джамры», а это начало Мины, но день там не указан. День же указан в грядущем риваяте Ибн Джурайджа словами: «пока он проповедовал в день жертвоприношения», а в грядущем риваяте Мухаммада ибн Абу Хафсы: «и подошёл к нему человек в день жертвоприношения, а он стоял у Джамры».
Сказал кадий Ийяд (да помилует его Аллах): некоторые объединили эти риваяты тем, что это была одна остановка, и что смысл слова «проповедовал» — обучал людей, а не то, что это была одна из предписанных хаджем проповедей. Он сказал: возможно также, что это произошло в двух местах: одно — на его верблюдице у Джамры, и в этом месте не сказано «проповедовал», а сказано лишь «остановился» и «его спрашивали»; второе — в день жертвоприношения после полуденной молитвы, а это время предписанной хаджем проповеди, когда имам обучает людей тому, что им осталось совершить из обрядов.
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): этот второй вариант — верный.
Сказал хафиз (да помилует его Аллах): если скажут: нет противоречия между тем, что он признал верным, и тем, что было прежде, ибо ни в одном из путей передачи этих двух хадисов — хадиса Абдуллаха ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), который придёт после этого, и хадиса Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен им Аллах) — нет указания времени дня, когда он проповедовал.
Я говорю: да, прямого указания на это не встречается, но в риваяте Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) у аль-Бухари сказано: некоторые из спрашивавших сказали: «я бросал камешки после того, как настал вечер», а это указывает, что данное событие было после полудня, ибо слово «вечер» применяется ко времени после полудня. Как будто спрашивавший знал, что сунной для паломника является бросание камешков сразу по прибытии, в первой половине дня, а поскольку он отложил это до после полудня, то спросил об этом. К тому же хадис Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен им Аллах) имеет один источник, и известен только через путь аз-Зухри от Исы от него, а разногласия — от учеников аз-Зухри, и максимум того, что произошло, — некоторые из них упомянули то, чего не упомянули другие. А из совокупности их передач и риваята Ибн Аббаса следует, что это было в день жертвоприношения после полудня, когда он был на своей верблюдице и проповедовал у Джамры.
И если установлено, что это было после полудня в день жертвоприношения, то определённо это была та самая проповедь, которая предписана для обучения оставшимся обрядам, так что слово «проповедовал» не является метафорой в значении простого обучения, а употреблено в прямом смысле.
И из того, что он остановился у Джамры, не следует, что он в это время бросал в неё камешки. Ведь в хадисе Ибн Умара (да будет доволен им Аллах) у аль-Бухари в конце «Главы о проповеди в дни Мины» сказано, что он ﷺ остановился в день жертвоприношения между Джамрами и упомянута его проповедь; возможно, это произошло после того, как он совершил обход (ифада) и вернулся в Мину. Конец цитаты.
Сказал автор «аль-Мир‘ат»: и не вызывает затруднения то, что в хадисе Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен им Аллах) сказано, что он остановился в Мине для людей, и они спрашивали его, исходя из того, что напрямую из этого понимается, будто его остановка была для обучения людей и ответов на их вопросы, а не для проповеди, ибо между этими двумя вещами нет противоречия: изначально его остановка была для проповеди, и в то же время это было время для вопросов, так что спрашивавший спросил его в это время о том, что он упустил из своего хаджа и что успел совершить, о том, что сделал раньше или позже положенного, а некоторые люди спрашивали его о будущем, и он обучал их их религии, выносил решения и отвечал на их вопросы.
И упомянул Ибн Хазм в «Описании Прощального паломничества»: что эти вопросы о выполнении раньше или позже положенного были после его возвращения в Мину из его обхода (ифада) в день жертвоприношения. Конец цитаты.
Да, затруднение вызывает то, что сказал хафиз о том, что проповедь в день жертвоприношения была после полудня, — то, что произошло в хадисе Рафи‘а ибн Амра аль-Музани (да будет доволен им Аллах) словами: «я видел Посланника Аллаха ﷺ, проповедующего людям в Мине, когда поднялось утреннее солнце…» — и так далее хадис, ибо это указывает, что эта проповедь была во время утра дня жертвоприношения, то есть прежде обхода ифада, — и на этом же основывался Ибн аль-Каййим в «аль-Хади», сказав: я не встретил явного доказательства из хадисов того, что эта проповедь была после полуденной молитвы в Мине после обхода ифада, как полагают те, кто считает предписанной проповедь в день жертвоприношения.
Возможно ответить на это, отнеся дело к множественности случаев, как было приведено выше от Ийяда, который упомянул это как возможность. А аль-Мухибб ат-Табари сказал после упоминания вышеприведённых слов Ибн Хазма: я говорю: возможно, что вопросы повторялись — до этого, то есть до полудня, и после него, и ночью. Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Сказал составитель (да простит его Аллах): хадис Рафи‘а ибн Амра аль-Музани (да будет доволен им Аллах) — это то, что передали Абу Дауд и ан-Насаи с достоверным иснадом от него, что он сказал: «я видел Посланника Аллаха ﷺ, проповедующего людям в Мине, когда поднялось утреннее солнце, на пегом муле, а Али (да будет доволен им Аллах) передавал его слова, и люди были — кто сидел, кто стоял».
Это достоверный хадис, явно указывающий, что проповедь была во время утра, а не после полудня, что отвергает вышеприведённое мнение хафиза о предпочтении того, что проповедь была после полудня, ибо он не...
«اذبح ولا حرج» упоминается во всех риваятах с указанием времени проповеди, кроме этого хадиса, как на это указывает приведённое ранее слово Хафиза, поэтому не следует отходить от этого — вдумайся в это должным образом, а Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (يسألونه) стоит в винительном падеже как обстоятельство (хал) от местоимения, содержащегося в слове «وقف» («остановился»), или от слова «люди», то есть: он остановился для них, будучи в состоянии, когда они спрашивали его; либо это разъяснительное присоединение (истиناф баянӣ), как если бы у него спросили: в чём причина его остановки, и он ответил: они спрашивали его. (فجاء رجل — «и пришёл человек») присоединено к слову «وقف» («остановился»). Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: я не знаю имени этого спрашивавшего, ни того, кто пришёл после него, в его словах «затем пришёл другой», и, судя по всему, сподвижник не назвал никого по имени из-за множества тех, кто спрашивал в то время. А в другом месте он сказал: я не нашёл имени этого спрашивавшего после тщательного поиска, ни имени кого-либо из тех, кто спрашивал в этой истории, а их была группа; однако в хадисе Усамы ибн Шарика, у ат-Тахави и других, сказано: «бедуины спрашивали его», и это было причиной того, что их имена не были зафиксированы. Конец цитаты.
И из того, что указывает на то, что спрашивавшие были разными людьми из разных групп, — различие их вопросов о том, что было сделано раньше или позже, как это будет разъяснено далее. (فقال يا رسول الله لم أشعر — «и сказал: о посланник Аллаха, я не осознал») — с даммой над «айн», от глагола третьего типа (باب نصر): то есть я не заметил (لم أفطن). Говорят: «шаартука би-ш-шайи» («شعرت بالشيء») — «шуʻур» — означает: заметил, обратил внимание на нечто. Было сказано: и согласно этому, смысл извинения — забывчивость. Аль-Баджи сказал: возможно, он имел в виду «я забыл», и поэтому совершил бритьё раньше положенного. Конец цитаты. А было сказано также: «шуʻур» означает знание, и, согласно этому смыслу: «я не знал этого положения до этого случая». Это подтверждается формулировкой Юниса, приводимой далее: «я не знал, что бросание камешков предшествует жертвоприношению, и я совершил жертвоприношение прежде, чем бросил камешки», и сказал другой: «я не знал, что жертвоприношение предшествует бритью, и я обрился прежде, чем совершил жертвоприношение». Так Юнис разъяснил объект осознания (то есть знания), тогда как Малик в своём риваяте не уточнил этого. И на оба этих возможных значения одновременно указал имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», когда озаглавил главу к хадису Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими): «Глава: если он бросил камешки после наступления вечера, или обрился прежде, чем зарезал жертву, по забывчивости или по невежеству». Аль-Айни (да помилует его Аллах) сказал: если ты скажешь: в заглавии он оговорил, что это было по забывчивости или невежеству, а в самом хадисе этого нет, — я отвечу: это пришло в хадисе Абдуллаха ибн Амра, а именно в его словах: «я не осознал, и обрился прежде, чем зарезал…» и далее по тексту хадиса. Ибо отсутствие осознания шире, чем то, что оно может быть вызвано невежеством или забывчивостью, и как бы он указал на это, поскольку исходный хадис един, хотя источники его передачи различны. Конец цитаты.
И на оба этих возможных значения одновременно истолковал аль-Кари, сказав: «لم أشعر» означает: я не знал о том, что некоторые обряды предшествуют другим или следуют после них, и в этом случае он был бы невежественным по причине близости обязательности хаджа; либо: я совершил то, о чём упомянул, без осознания из-за занятости множеством дел, и в этом случае он был бы допустившим ошибку. Конец цитаты.
(فحلقت — «и я обрился») то есть волосы моей головы (قبل أن أنحر — «прежде чем зарезал жертву») то есть жертвенное животное, и «фа» здесь причинная — бритьё было представлено как следствие отсутствия осознания, как бы он извинялся за своё упущение. (فقال — «и он сказал») — ﷺ («اذبح — «зарежь») то есть теперь, а в риваяте Юниса, приводимом далее: «انحر» («принеси жертву») (ولا حرج — «и нет затруднения») то есть нет на тебе тяготы, имеется в виду, что на нём нет вообще никакого греха — ни за нарушение порядка, ни за оставление искупительной жертвы (фидьи). Таков явный смысл. А некоторые из правоведов сказали: подразумевается только отрицание греха, но в этом есть сомнение, поскольку в некоторых достоверных риваятах сказано: «и он не велел искупительной жертвы» — так сказано в «Фатхе».
Сказал составитель (да простит его Аллах): те, кто утверждает отсутствие обязанности искупительной жертвы за нарушение порядка в обрядах дня жертвоприношения, толкуют отрицание тяготы как отрицание и греха, и искупительной жертвы одновременно, и это правильное мнение. Кади Ийяд (да помилует его Аллах) сказал: его слово «зарежь, и нет затруднения» — не является приказом повторить действие, а является лишь дозволением того, что уже было сделано, ибо он спросил о деле, которое уже завершил, поэтому смысл: делай, когда пожелаешь. И отрицание тяготы явно означает снятие искупительной жертвы как с намеренно нарушившего, так и с забывшего, и снятие греха с забывшего. А что касается намеренно нарушившего, то в основе своей оставляющий сунну намеренно не грешит, если только не проявит пренебрежение, и тогда он грешит именно за пренебрежение, а не за само оставление. Конец цитаты.
А те, кто склонился к обязательности искупительной жертвы (крови), истолковали это как отрицание только греха. Аль-Баджи сказал: возможно, он имел в виду «нет на тебе греха», поскольку «харадж» означает грех, и большинство вопросов спрашивавшего были именно из страха, что он согрешил, и Пророк ﷺ сообщил ему, что на нём нет греха, поскольку он не намеревался нарушить порядок, а совершил это без знания и без умысла, при незначительности самого дела. Конец цитаты.
Ас-Синди (да помилует его Аллах) в «Хашия ибн Маджа» сказал: по мнению большинства учёных смысл в том, что нет ни греха, ни искупительной жертвы, а тот, кто обязывает искупительную жертву, истолковал это как отрицание лишь греха, и это далеко от истины, поскольку явный смысл — общность отрицания и мирской тяготы, и тяготы Последней жизни; кроме того, если была бы обязательна искупительная жертва, Пророк ﷺ разъяснил бы это, ибо оставление разъяснения, или его отложение сверх времени необходимости, недопустимо в отношении него ﷺ. Конец слов ас-Синди (да помилует его Аллах), и это ценное, глубокое исследование.
(ثم جاءه رجل آخر — «затем пришёл к нему другой человек», فقال — «и сказал»: يا رسول الله لم أشعر — «о посланник Аллаха, я не осознал») то есть не заметил, и не знал, что бросание камешков предшествует жертвоприношению (فنحرت — «и я принёс жертву») жертвенное животное (قبل أن أرمي — «прежде чем бросил камешки») в джамру (فقال — «и он сказал») ﷺ («ارم — «бросай») теперь (ولا حرج — «и нет затруднения») на тебе в этом. А в риваяте Мухаммада ибн Абу Хафсы от аз-Зухри у составителя, приводимом далее: «я обрился прежде, чем бросил камешки, и он сказал: бросай, и нет затруднения; и пришёл к нему другой и сказал: я зарезал жертву прежде, чем бросил камешки, он сказал: бросай, и нет затруднения; и пришёл к нему другой и сказал: я совершил ифаду к Дому прежде, чем бросил камешки, он сказал: бросай, и нет затруднения».
А в риваяте Ибн Джурайджа от аз-Зухри у аль-Бухари: «и встал к нему человек и сказал: я думал, что то-то предшествует тому-то, затем встал другой и сказал: я думал, что то-то предшествует тому-то — я обрился прежде, чем принёс жертву, и я принёс жертву прежде, чем бросил камешки, и подобное этому, и сказал Пророк ﷺ: делай, и нет затруднения, для всех них, для каждого случая, и его в тот день не спросили о чём-либо, кроме того, что он сказал: делай, и нет затруднения».
А в хадисе Мамара у Ахмада есть дополнение о бритье прежде бросания камешков также.
Итак, суть того, что содержится в хадисе Абдуллаха ибн Амра, — вопрос о четырёх вещах: бритьё прежде жертвоприношения, бритьё прежде бросания камешков, жертвоприношение прежде бросания камешков, и ифада прежде бросания камешков; и первые два присутствуют также в хадисе Ибн Аббаса в «Сахихе», а у ад-Даракутни из его же хадиса — вопрос о бритье прежде бросания камешков, и также в хадисе Джабира, и в хадисе Абу Саида у ат-Тахави, и в хадисе Али у Ахмада — вопрос об ифаде прежде бритья, и в его хадисе у ат-Тахави — вопрос о бросании камешков и ифаде вместе прежде бритья, и в хадисе Джабира, который аль-Бухари привёл в форме таʻлика, а Ибн Хиббан и другие привели с полным иснадом, — вопрос об ифаде прежде жертвоприношения, и в хадисе Усамы ибн Шарика — вопрос о сай (обходе между Сафой и Марвой) прежде обхода вокруг Каабы (тавафа).
И те, кто утверждает недействительность сай прежде тавафа, истолковали этот хадис Усамы ибн Шарика (да будет доволен им Аллах) как относящийся к тому, кто совершил сай после тавафа прибытия, но прежде тавафа ифады, ибо к нему можно применить выражение, что он совершил сай прежде тавафа, то есть тавафа-столпа (рукн).
Сказал составитель (да простит его Аллах): в этом толковании есть то, что не скрыто [от знающего], поскольку его отвергает отсутствие уточняющего вопроса Пророка ﷺ, совершил ли он таваф прибытия или нет. Истина же в том, что предшествование сай тавафу допустимо в общем смысле — на основании этого хадиса, так вдумайся, а Аллах Всевышний знает лучше.
(قال — «сказал») Абдуллах ибн Амр (да будет доволен Аллах ими обоими) (فما سئل — «и не был спрошен») в форме страдательного залога (رسول الله ﷺ) — в риваяте, приводимом далее, добавлено: «в тот день» (عن شيء قدم ولا أخر — «о чём-либо, что было сделано раньше или позже») оба глагола в форме страдательного залога, то есть: о чём-либо, что было сделано раньше, а должно было быть позже, и ни о чём, что было сделано позже, а должно было быть раньше (إلا قال — «кроме того, что он сказал») ﷺ спрашивавшему («افعل — «делай») теперь то, что осталось, а то, что ты уже сделал, засчиталось тебе (ولا حرج — «и нет затруднения») на тебе за нарушение порядка. А в риваяте Юниса, приводимом далее: «и я не слышал, чтобы его спрашивали в тот день о чём-либо из того, что человек может забыть или не знать из предшествования одних действий другим, и тому подобное, кроме того, что Посланник Аллаха ﷺ говорил: делайте это, и нет затруднения».
Аль-Баджи сказал: «Это не влечёт устранения затруднения в отношении опережения чего-либо или его отсрочки, кроме двух вопросов, о которых прямо сказано в тексте, ибо мы не знаем, о чём ещё спрашивали в тот день, а его ответ был именно ответом на вопрос спросившего, и в него не входит ничего сверх этого, — подобно тому как в его слова: «зарежь — нет греха, бросай — нет греха» не входит ничего иного, о чём не спрашивалось». Конец цитаты. Так же сказал и Ибн ат-Тин: этот хадис не влечёт устранения затруднения ни в чём, кроме двух вопросов, о которых прямо сказано в тексте — то есть упомянутых в риваяте Малика, — поскольку он был дан как ответ на вопрос, и в него не входит ничего иного. Конец цитаты.
Хафиз (Ибн Хаджар) возразил на это, сказав: «Как будто он забыл о его словах в оставшейся части хадиса: «о чём бы его ни спросили из того, что было опережено или отложено» [—он отвечал: нет греха], — и, как будто, отнёс то, что осталось неопределённым в хадисе, к тому, что было упомянуто. Однако его слова в риваяте Ибн Джурайджа: «и подобное этому» — опровергают это».
[Ибн Хаджар] сказал: «Мы уже привели ранее, обобщив хадисы, несколько случаев, и осталось ещё несколько случаев, которые передатчики не упомянули — либо ради краткости, либо потому, что они не имели места, — и по подсчёту получилось двадцать четыре случая, среди которых — тот порядок, относительно которого есть единое мнение, а именно: бросание камешков в джамрат аль-акаба, затем принесение в жертву хадия или его убой, затем бритьё или подстригание волос, затем таваф аль-ифада, — и это обязанности дня жертвоприношения по единому мнению». Конец слов Хафиза (да помилует его Аллах). Это ценное исследование.
Учёные единогласны в желательности этого порядка, за исключением того, что Ибн аль-Джахм из числа маликитов сделал исключение для карина, сказав: «Ему не разрешается бритьё до тавафа», — как будто он учёл, что тот совершает действие умры, а в умре бритьё отстаётся после тавафа, то есть он считал, что у карина умра и хадж соединены, поэтому умра остаётся действующей в его отношении, а в умре бритьё до тавафа не разрешается. Ан-Навави возразил ему текстами хадисов и предшествующим единогласным мнением. Ибн Дакык аль-Ыд оспорил это, говоря: «Как будто он [ан-Навави] имеет в виду текстами хадисов то, что установлено у него, что Пророк ﷺ был карином в конце дела и обрился до тавафа, но это установлено лишь путём умозаключения, а не прямым текстом, — я имею в виду то, что он ﷺ был карином. Ибн аль-Джахм построил своё мнение на мазхабе Малика и аш-Шафи‘и и тех, кто говорит, что Пророк ﷺ был муфридом. А что касается единогласного мнения, то его установление сомнительно, если под ним подразумевается словесное переданное единогласие; а если подразумевается молчаливое [единогласие], то в этом есть сомнение, и в нём также может быть спор». Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает правильное, к Нему возврат и прибежище, у Него просим помощи, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): хадис Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса (да будет доволен им Аллах) — согласован [обоими имамами].
(Второй вопрос): о его выведении:
Его привёл автор здесь [54/3157, 3158, 3159, 3160, 3161, 3162, 3163, 3164] (1306), а также аль-Бухари в «Знании» (83, 124) и «Хадже» (1736, 1737, 1738) и «Клятвах и обетах» (6665), Абу Дауд в «Обрядах» (2014), ат-Тирмизи в «Хадже» (916), ан-Насаи в «Большом сборнике» (2/446, 447; 3/444), Ибн Маджах в «Обрядах» (3051), Малик в «Муватта» (1/421), аш-Шафи‘и в своём «Мусаннаде» (1/378), ат-Таялиси в своём «Мусаннаде» (2285), аль-Хумайди в своём «Мусаннаде» (580), Ахмад в своём «Мусаннаде» (2/159, 160, 192, 202, 210, 217), ад-Дарими в своём «Сунане» (2/64–65), Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (2949, 2951), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (3877), Ибн аль-Джаруд в «аль-Мунтака» (487, 488), Абу Аваана в своём «Мусаннаде» (2/313, 319, 320), Абу Нуайм в своём «Мустахридже» (3/384–485), ат-Тахави в «Шарх ма‘ани аль-асар» (2/237), ат-Табари в «Тахзиб аль-асар» (1/227), ад-Даракутни в своём «Сунане» (2/251, 252, 253), аль-Байхаки в «Большом сборнике» (5/140, 141, 142) и «Аль-Ма‘рифа» (4/133), аль-Багави в «Шарх ас-Сунна» (1963). А Аллах Всевышний лучше знает.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (в числе них): разъяснение допустимости опережения убоя жертвы над бросанием камешков, бритья над убоем жертвы и над бросанием, а также опережения тавафа над всем этим.
2 — (в числе них): допустимость сидения на верховом животном при необходимости.
3 — (в числе них): что мусульманину следует изучать положения своей религии, спрашивая людей знания, и не совершать никакого действия иначе как обладая пониманием его положения.
4 — (в числе них): разъяснение того, каким было отношение Пророка ﷺ к заботе об обучении своей общины вопросам их религии и побуждении их усваивать знания от него, чтобы они обладали ясным пониманием, — как сказал Всевышний: «Скажи: это мой путь. Я призываю к Аллаху на основе ясного видения, я и те, кто последовал за мной» — весь аят.
5 — (в числе них): обязательность следования действиям Пророка ﷺ, ибо те, кто им противоречил, узнав об этом, спросили его о положении этого.
6 — (в числе них): легкость шариата и простота его положений, поскольку он допустил снисхождение в опережении и отсрочке ввиду того, что постигает людей в тот день из-за сильной тесноты и трудности пребывания. Это и есть подтверждение его слов ﷺ: «Я послан с легкой [религией] единобожия».
7 — (в числе них): аль-Бухари (да помилует его Аллах) привёл этот хадис в качестве доказательства того, что тот, кто дал клятву относительно чего-то, а затем сделал это по забвению, не несёт за это никакой ответственности. А Аллах Всевышний лучше знает правильное, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии людей знания относительно положения опережения и отсрочки в действиях дня жертвоприношения:
(Знай): они разошлись во мнениях о допустимости опережения одних действий над другими; они единогласны в достаточности этого [для исполнения обряда], как сказал Ибн Кудама в «аль-Мугни», однако они разошлись во мнениях об обязательности жертвы (дама) в некоторых местах. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: передано от Ибн Аббаса, хотя это и не подтверждено достоверно от него, что тот, кто опередил одно другим, обязан принести жертву; так же говорили Са‘ид ибн Джубайр, Катада, аль-Хасан, ан-Наха‘и и последователи мнения (асхаб ар-рай). Конец цитаты.
В «Фатхе» сказано: «В приписывании этого ан-Наха‘и и последователям мнения есть сомнение, ибо они не говорят так, кроме как в некоторых местах, как будет упомянуто далее».
[Ибн Хаджар] сказал: «А аш-Шафи‘и, большинство предшественников, учёных и правоведов из числа сторонников хадиса склонились к допустимости и отсутствию обязательности жертвы — на основании его слов спросившему: «нет греха», что явно указывает на устранение и греха, и искупительной жертвы одновременно, ибо понятие затруднения охватывает оба эти значения».
Ат-Тахави сказал: «Явный смысл хадиса указывает на послабление в опережении одних из этих действий над другими». Он сказал: «Однако возможно, что его слова «нет греха» означают «нет греха в этом действии», и это относится к тому, кто забыл или был несведущ; а что касается того, кто намеренно нарушил порядок, то на него возлагается искупительная жертва».
На это возразили, что обязательность искупительной жертвы требует доказательства, и если бы она была обязательной, Пророк ﷺ разъяснил бы это тогда же, поскольку это было время нужды, и откладывать это не допускается.
Ат-Табари сказал: «Пророк ﷺ не устранил затруднение иначе как при том, что действие уже было признано достаточным; ведь если бы оно не было достаточным, он повелел бы повторить его, поскольку неведение и забвение не снимают с человека положение, обязательное для него в хадже, — подобно тому как если бы он оставил бросание камешков и подобное этому, он не грешит, оставив это по неведению или забвению, но обязан повторить это».
Удивительно то, что некоторые понимают его слова «и нет греха» как отрицание только греха, а затем ограничивают это некоторыми делами, исключая другие: если порядок обязателен, то за его нарушение полагается жертва, — так пусть это относится ко всем случаям; а если нет, то в чём смысл выделения одних дел без других, при том что законодатель обобщил все случаи отрицанием затруднения.
Что же касается доказательства ан-Наха‘и и его последователей относительно опережения бритья над прочим на основании слов Всевышнего: «И не брейте ваших голов, пока жертвенное животное не достигнет своего места [заклания]», — он сказал: «Кто обрился до убоя жертвы, тот проливает за это кровь [жертвы]», — это передал Ибн Абу Шайба с достоверным иснадом, — то на это был дан ответ, что под достижением своего места подразумевается прибытие в то место, где допустимо его заклание, а это уже произошло; и его цель осуществилась бы полностью лишь если бы он сказал: «и не брейте, пока не совершите заклание».
Ибн Хазм (да помилует его Аллах) сказал: что касается слов Ибрахима и Джабира ибн Зейда о том, что тот, кто обрился до заклания и жертвоприношения, обязан [принести] жертвенное животное, и их аргументации словами Всевышнего Аллаха: «И не брейте ваши головы», — то это невнимательность того, кто приводит такой аргумент; ибо время [заклания] жертвы — это день жертвоприношения в Мине, будь то заклано или не заклано, зарезано или не зарезано; когда наступил день жертвоприношения, а жертвенное животное находится в Мине или в Мекке, значит, оно достигло своего места, и бритье стало дозволенным. Всевышний не сказал: «пока вы не зарежете» или «пока вы не заколете», и Посланник Аллаха ﷺ разъяснил, что всё это дозволено, и ни в чьих словах, кроме его, ﷺ, нет доказательства. Конец цитаты.
Ат-Тахави также приводил в качестве доказательства слова Ибн Аббаса: «Кто совершил что-либо из своих обрядов раньше или позже [положенного], пусть проливает за это кровь [жертвы]». Он сказал: он один из тех, кто передавал, что нет греха, и это указывает на то, что под отрицанием греха подразумевается лишь отрицание вины [без обязательности жертвы].
На это отвечено, что путь передачи этого от Ибн Аббаса слаб, ибо Ибн Абу Шейба привёл это, а в цепочке — Ибрахим ибн Мухаджир, о котором есть замечания. И даже если предположить достоверность, то тому, кто принимает слова Ибн Аббаса, следует обязать жертву во всех четырёх упомянутых случаях, а не выделять только бритьё до заклания или до бросания камешков.
Ибн Дакык аль-Ид сказал: Малик и Абу Ханифа запретили опережать бритьё бросанием камешков и закланием, ибо в таком случае это было бы бритьём до наступления обоих освобождений [от ихрама]. У аш-Шафии есть подобное мнение, и оба его мнения построены на том, является ли бритьё обрядом или дозволением запрещённого. Если мы скажем, что это обряд, то допустимо опережать им бросание камешков и прочее, ибо оно тогда является одной из причин освобождения [от ихрама]; а если мы скажем, что это дозволение запрещённого, то нет. Он сказал: в этом построении есть сомнение, ибо из того, что нечто является обрядом, не следует, что оно является причиной освобождения [от ихрама], ведь обряд — это то, за что полагается награда; а вот Малик считает бритьё обрядом, но при этом считает, что оно не может опережать бросание камешков. Аль-Авзаи сказал: если он совершит прощальный обход до бросания камешков, то должен пролить кровь [жертвы]. Ийад сказал: относительно Малика передаются разные мнения об опережении обхода бросанием камешков; Ибн Абд аль-Хакам передал от Малика, что тому следует повторить обход, а если он направится к себе на родину без повторения, то на нём — жертва. Ибн Баттал сказал: это противоречит хадису Ибн Аббаса, и, видимо, [Малик] его не знал. Конец цитаты. Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: так же это [передано] в риваяте Ибн Абу Хафсы от аз-Зухри в хадисе Абдуллаха ибн Амра, и, видимо, Малик не запомнил этого от аз-Зухри. Конец цитаты.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: мне представляется наиболее близким к истине то, что слова его ﷺ: «нет греха» следует понимать в общем смысле — как отрицание вины, а не как отрицание обязательности жертвы. И самое сильное доказательство этому в том, что если бы жертва была обязательной, то он ﷺ разъяснил бы это в то самое время, ибо откладывать разъяснение сверх времени нужды недопустимо. Далее, это установление также является общим и для забывшего, и для сделавшего сознательно, и ограничение вопроса словами «я не знал» не выводит [из этого правила] умышленное действие. Шейх аш-Шанкыти (да помилует его Аллах) сказал: неясно, что применение хадисов ограничивается тем, кто опередил [порядок действий] по невежеству или забывчивости, хотя контекст хадиса Абдуллаха ибн Амра, приводимого в обоих сборниках, указывает на то, что вопрошающий был несведущ; ибо в некоторых из этих хадисов не упоминается ни забывчивость, ни невежество, а значит, необходимо сохранять их общий смысл, пока не появится доказательство, специфицирующее случаи забывчивости и невежества. Также установлено в науке основ [фикха], что ответ спрошенному тому, кто задал вопрос, не принимается во внимание с точки зрения смысла противоположности [мафхум аль-мухаляфа], ибо конкретизация выраженного смысла упоминанием [обстоятельства] служит для соответствия ответа вопросу, а не является однозначным указанием на исключение подразумеваемого смысла из положения выраженного.
Он сказал: из этого узнаётся, что упоминание о незнании, встречающееся в вопросе, не имеет [самостоятельного] подразумеваемого смысла. Аш-Шаукани (да помилует его Аллах) сказал в «Найль аль-Аутар»: увязывание вопроса некоторых [спрашивающих] с незнанием не влечёт того, что вопрос других тоже был связан с ним, чтобы можно было сказать: установление ограничивается случаем незнания, и нельзя его отбросить, приравняв к нему умышленное действие.
Из этого узнаётся, что опора при специфицировании на упоминание незнания, встречающееся в вопросе некоторых спрашивающих, не даёт требуемого результата. Конец нужной цитаты дословно. Конец слов шейха аш-Шанкыти (да помилует его Аллах), и это очень ценное исследование.
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: итог таков, что мнение о необязательности порядка в действиях дня жертвоприношения — будь то для забывшего, невежественного или сознательно [нарушившего], без обязательности жертвы для него — есть истина в силу силы его доказательства; вдумайся же. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
По непрерывной цепи передачи к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, [сообщается]:
[3158] (…) — «И передал мне Харамала ибн Яхья: сообщил нам Ибн Вахб: сообщил мне Юнус от Ибн Шихаба: передал мне Иса ибн Тальха ат-Тайми, что он слышал, как Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас говорил: остановился Посланник Аллаха ﷺ на своей верховой животной, и начали люди задавать ему вопросы. Один из них говорил: «О Посланник Аллаха, я не знал, что бросание камешков предшествует закланию, и я заколол до бросания камешков». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Брось же камешки, и нет греха». Он сказал: и начал другой говорить: «Я не знал, что заклание предшествует бритью, и я обрился до того, как заколол». И он сказал ему: «Заколи же, и нет греха». [Абдуллах ибн Амр] сказал: и я не слышал, чтобы его в тот день спрашивали о каком-либо деле из того, что человек забывает или не знает — из опережения одних дел другими и подобного этому, — чтобы он ﷺ не сказал: «Сделайте это, и нет греха»».
Передатчики этой цепи — шестеро:
1 — Харамала ибн Яхья ат-Тудджиби, о котором говорилось недавно.
2 — Ибн Вахб, Абдуллах, о котором также говорилось недавно.
3 — Юнус ибн Язид аль-Айли, о котором также говорилось недавно.
Остальные упомянуты прежде.
Его слово (فطفق ناس) — «طفق» с касрой или фатхой над «ф». Аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: «طفق يفعل كذا» по образцу «فرح» и «ضرب» — «طفقًا» и «طفوقًا»: [означает] когда продолжает действие; это слово специфично для утвердительного употребления, не говорят «ما طفق». Конец цитаты.
Его слово (من تقديم بعض الأمور قبل بعض) — в другой рукописи: «من تقديم بعض الأمور على بعض».
Хадис приведён в обоих сборниках [аль-Бухари и Муслима]. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
По непрерывной цепи передачи к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, [сообщается]:
[3159] (…) — «Передал нам Хасан аль-Хульвани: передал нам Якуб: передал нам мой отец от Салиха от Ибн Шихаба, подобно хадису Юнуса от аз-Зухри, до конца».
Передатчики этой цепи — пятеро:
1 — Хасан аль-Хульвани, ибн Али ибн Мухаммад аль-Халляль аль-Хузали, Абу Али, поселившийся в Мекке, надёжный (сика), хафиз, автор сочинений [11-й разряд] (умер в 242 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, Ибн Маджа), упомянут прежде в «Мукаддиме», 4/24.
2 — Якуб ибн Ибрахим ибн Саад аз-Зухри, Абу Юсуф аль-Мадани, поселившийся в Багдаде, надёжный (сика), достойный, из младших [9-го разряда] (умер в 208 г.) (все сборники), упомянут прежде в «аль-Иман», 9/141.
3 — Его отец, Ибрахим ибн Саад ибн Ибрахим ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф аз-Зухри, Абу Исхак аль-Мадани, поселившийся в Багдаде, надёжный, достоверный (сика худжжа) [8-го разряда] (умер в 185 г.) (все сборники), упомянут прежде в «аль-Иман», 9/141.
4 — Салих ибн Кайсан аль-Гифари, вольноотпущенник их, Абу Мухаммад, или Абу аль-Харис, аль-Мадани, надёжный, твёрдый, знаток фикха [4-го разряда], умер после 130 или 140 г. (все сборники), упомянут прежде в «аль-Иман», 9/141.
А Ибн Шихаб упомянут прежде.
[Примечание]: этот риваят Салиха ибн Кайсана от аз-Зухри привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде» (2/217), сказав:
(7032) — Рассказал нам Абдуллах, рассказал мне мой отец, рассказал нам Йакуб, рассказал нам мой отец, от Салиха; сказал Ибн Шихаб: рассказал мне Иса ибн Тальха ибн Убайдуллах, что он слышал, как Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас говорил: Посланник Аллаха ﷺ остановился в день жертвоприношения на своей верховой животине, и люди принялись задавать ему вопросы. Один из них сказал: «О посланник Аллаха, я не знал, что бросание камешков предшествует закланию, и я совершил заклание раньше, чем бросил камешки». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Брось камешки, и нет греха». Затем другой встал и сказал: «О посланник Аллаха, я не знал, что заклание предшествует бритью головы, и я обрился раньше, чем совершил заклание». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Заколи, и нет греха». Он сказал: «И я не слышал, чтобы в тот день его спрашивали о чём-либо из того, что человек забывает или не знает, — о том, что одно действие предшествует другому и подобном этому, — чтобы он не сказал: «Сделай это, и нет греха»»».
На этом закончено, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3160] (…) — Рассказал нам Али ибн Хашрам, сообщил нам Иса, от Ибн Джурайджа, который сказал: я слышал, как Ибн Шихаб говорил: рассказал мне Иса ибн Тальха, рассказал мне Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас, что Пророк ﷺ, когда произносил проповедь в день жертвоприношения, — к нему подошёл человек и сказал: «Я не думал, о посланник Аллаха, что то-то и то-то предшествует тому-то и тому-то». Затем подошёл другой и сказал: «О посланник Аллаха, я думал, что то-то предшествует тому-то и тому-то», — для этих трёх дел. Он сказал: «Сделай, и нет греха».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Али ибн Хашрам, упомянут недавно.
2 — Иса ибн Йунус ибн Абу Исхак ас-Сабии, упомянут также недавно.
3 — Ибн Джурайдж, Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж, упомянут также недавно. Остальные упомянуты ранее.
Его слово («бейна хуа йахтубу» — «в то время как он произносил проповедь») — это «байна» временное, у которого гласная растянута, отчего образовалась «алиф». Аль-Маджд (да будет к нему милостив Аллах) сказал (1): «и байна нахну каза» — это «байна», у которого растянута гласная, отчего появилась «алиф». «Байна» и «байнама» — из частиц начала [предложения]. Аль-Асмаи ставит родительный падеж после «байна», если на его месте подходит «бейн», как в его словах [размер «камиль»]:
«В то время как он обнимал воинов и увиливал от них — однажды напал на него смелый, наглый [противник]».
Его слово («ма кунту ахсибу» — «я не думал») — с касрой и фатхой над «син», то есть «полагал».
Его слово («ли-хаула-иль-салясь» — «для этих трёх») — то есть бросание камешков, заклание и бритьё головы.
Хадис согласован [обоими имамами — аль-Бухари и Муслимом], и разбор его уже приводился недавно. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3161] (…) — И рассказал нам его также Абд ибн Хумайд, рассказал нам Мухаммад ибн Бакр (х), и рассказал мне Саид ибн Йахья аль-Умави, рассказал мне мой отец, — все вместе от Ибн Джурайджа, с этим же иснадом. Что касается риваята Ибн Бакра, то он подобен риваяту Исы, кроме его слова «для этих трёх», — этого он не упомянул. А что касается Йахьи аль-Умави, то в его риваяте: «я обрился раньше, чем совершил заклание, я совершил заклание раньше, чем бросил камешки», и подобное этому.
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Абд ибн Хумайд аль-Кассий, упомянут недавно.
2 — Мухаммад ибн Бакр аль-Бурсани, упомянут также недавно.
3 — Саид ибн Йахья аль-Умави, Абу Усман аль-Багдади, надёжный (сикат), возможно ошибавшийся [10] (умер в 249 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упомянут ранее в «Книге веры», 16/171.
4 — Его отец, Йахья ибн Саид ибн Абан ибн Саид ибн аль-Ас аль-Умави, Абу Айюб аль-Куфи, переселившийся в Багдад, по прозвищу аль-Джамаль, правдивый, приводящий редкие сообщения, из старших [учёных] [9] (умер в 194 г.) в возрасте 80 лет (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Книге веры», 16/171.
Ибн Джурайдж упомянут ранее.
[Замечание]: риваят Мухаммада ибн Бакра от Ибн Джурайджа я не нашёл приведённым полностью ни у кого, — это следует рассмотреть [дополнительно].
А что касается риваята Саида ибн Йахьи от его отца от Ибн Джурайджа, то его привёл аль-Бухари (да будет милостив к нему Аллах) в своём «Сахихе», сказав:
(1622) — Рассказал нам Саид ибн Йахья ибн Саид, рассказал нам мой отец, рассказал нам Ибн Джурайдж, рассказал мне аз-Зухри, от Исы ибн Тальхи, что Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас (да будет доволен им Аллах) рассказал ему, что он присутствовал, когда Пророк ﷺ произносил проповедь в день жертвоприношения, и к нему подошёл человек и сказал: «Я думал, что то-то предшествует тому-то». Затем встал другой и сказал: «Я думал, что то-то предшествует тому-то: я обрился раньше, чем совершил заклание, я совершил заклание раньше, чем бросил камешки», и подобное этому. Тогда Пророк ﷺ сказал: «Сделай, и нет греха», — для всех них. И его не спросили в тот день ни о чём, чтобы он не сказал: «Сделай, и нет греха».
На этом закончено, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3162] (…) — И рассказал нам его также Абу Бакр ибн Абу Шейба и Зухайр ибн Харб; Абу Бакр сказал: рассказал нам Ибн Уяйна, от аз-Зухри, от Исы ибн Тальхи, от Абдуллаха ибн Амра, который сказал: пришёл к Пророку ﷺ человек и сказал: «Я обрился раньше, чем зарезал [жертву]». Он сказал: «Заколи, и нет греха». Он сказал: «Я зарезал раньше, чем бросил камешки». Он сказал: «Брось камешки, и нет греха».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, упомянут в предыдущей главе.
2 — Зухайр ибн Харб, упомянут главой ранее.
3 — Ибн Уяйна, Суфьян, упомянут в предыдущей главе.
Остальные упомянуты ранее.
Хадис согласован [обоими имамами], и разбор его уже был исчерпывающе приведён в комментарии к первому хадису главы. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3163] (…) — И рассказали нам Ибн Абу Умар и Абд ибн Хумайд, от Абд ар-Раззака, от Мамара, от аз-Зухри, с этим же иснадом: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ на верблюдице в Мине, и подошёл к нему человек», — по смыслу подобно хадису Ибн Уяйны.
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Абд ар-Раззак ибн Хаммам, упомянут недавно.
2 — Мамар ибн Рашид, упомянут также недавно.
Остальные упомянуты в этой главе и до неё.
[Замечание]: этот риваят Мамара от аз-Зухри привёл Ибн аль-Джаруд (да будет милостив к нему Аллах) в «Аль-Мунтака» (1/130), сказав:
(488) — Рассказал нам Мухаммад ибн Йахья, сказал: рассказал нам Абд ар-Раззак, сказал: сообщил нам Мамар, от аз-Зухри, от Исы ибн Тальхи, от Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен ими Аллах), который сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ на его верблюдице в Мине, и пришёл человек и сказал: «О посланник Аллаха, я думал, что бритьё головы предшествует заклание, и я обрился раньше, чем совершил заклание»». Он сказал: «Заколи, и нет греха». Он сказал: «И пришёл к нему другой и сказал: «О посланник Аллаха, я думал, что бритьё головы предшествует бросанию камешков, и я обрился раньше, чем бросил камешки»». Он сказал: «Брось камешки, и нет греха». Он сказал: «И его не спросили в тот день ни о чём из того, что человек поставил раньше или позже, чтобы он не сказал: «Сделай, и нет греха»».
На этом закончено, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да будет милостив к нему Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3164] (…) - и он рассказал мне: Мухаммад бин Абдуллах бин Кухзаз, сообщил нам Али бин аль-Хасан, от Абдуллаха бин аль-Мубарака, сообщил нам Мухаммад бин Абу Хафса, от аз-Зухри, от Исы бин Тальхи, от Абдуллаха бин Амра бин аль-Аса, который сказал: я слышал Посланника Аллаха ﷺ — когда к нему подошёл человек в день жертвоприношения, а он стоял у джамры, и сказал: «О Посланник Аллаха, я сбрил волосы прежде, чем совершил бросание камешков», — он сказал: «Брось камешки, и нет греха». Затем подошёл другой и сказал: «Я зарезал жертву прежде, чем совершил бросание камешков», — он сказал: «Брось камешки, и нет греха». Затем подошёл ещё один и сказал: «Я совершил обход к Дому прежде, чем совершил бросание камешков», — он сказал: «Брось камешки, и нет греха». Он сказал: я не видел, чтобы его в тот день о чём-либо спрашивали, кроме того, что он говорил: «Сделайте, и нет греха».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — Мухаммад бин Абдуллах бин Кухзаз (с даммой над «каф», сукуном над «ха», затем «зай», а в конце «заль» с точкой) аль-Марвази, надёжный [11-е поколение] (умер в 262 г.), из тех, кого составитель приводит в одиночку; ранее упоминался во «Введении» 5/32.
2 — Али бин аль-Хасан бин Шакык, Абу Абд ар-Рахман аль-Марвази, надёжный, хафиз, из старших представителей [10-го поколения] (умер в 215 г., а по другим данным — раньше) (все шестеро передатчиков); ранее упоминался во «Введении» 6/35.
3 — Абдуллах бин аль-Мубарак бин Вадых аль-Ханзали, их вольноотпущенник, Абу Абд ар-Рахман аль-Марвази, надёжный, твёрдый, знаток фикха, довод в науке, щедрый, участник джихада, в котором собрались все качества добра [8-е поколение] (умер в 181 г. в возрасте 63 лет) (все шестеро передатчиков); ранее упоминался во «Введении» 5/32.
4 — Мухаммад бин Абу Хафса, Майсара, Абу Салама аль-Басри, правдив, но допускает ошибки [7-е поколение] (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд в «Марасиль», ан-Насаи); ранее упоминался в главе «Похороны» 16/2187.
[Если скажешь]: как составитель, да помилует его Аллах, приводит хадис от Мухаммада бин Абу Хафсы, хотя о нём высказывались критически? Ведь хотя Ибн аль-Мадини сказал: «в нём нет вреда», однако ан-Насаи назвал его слабым, а Ибн Ади сказал: «он из числа слабых, чьи хадисы, тем не менее, записываются», а Ибн Хиббан в «Надёжных» сказал: «допускает ошибки»?
[Отвечу]: составитель привёл его хадис лишь в качестве подтверждения, и его риваят здесь является подтверждающим для риваятов хафизов из числа учеников аз-Зухри, упомянутых ранее, поэтому критика в его отношении не вредит этому хадису. Обрати на это внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
Остальные передатчики упомянуты ранее.
Что касается его слова («я совершил обход к Дому... и так далее»), то в «аль-Мират» сказано, суть чего такова: соблюдение очерёдности между бросанием камешков, жертвоприношением и бритьём головы для совершающего кыран и таматту, а также между бросанием камешков и бритьём головы для совершающего ифрад, является обязательным согласно ханафитам. Что же касается очерёдности между бросанием камешков и обходом, а также между бритьём головы и обходом, то она не является обязательной, согласно им, — то есть они различают между обходом и остальными тремя действиями в этом отношении...