Абу Абдуллах аль-Куртуби (да будет милостив к нему Аллах) в своём «Тафсире» (1). А Аллах Всевышний лучше знает истину.
По иснаду, восходящему к автору (да будет милостив к нему Аллах), в начале книги он сказал:
[5119] (1979) — «Рассказал нам Йахья ибн Йахья ат-Тамими: сообщил нам Хаджжадж ибн Мухаммад от Ибн Джурайджа: рассказал мне Ибн Шихаб от Али ибн Хусайна ибн Али, от его отца Хусайна ибн Али, от Али ибн Абу Талиба, который сказал: «Мне достался старый верблюд из добычи, вместе с Посланником Аллаха ﷺ, в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне ещё одного старого верблюда. Однажды я привязал их у двери одного из ансаров, желая нагрузить их иззхиром, чтобы продать его. Со мной был ювелир из бану Кайнука, и я хотел с его помощью [заработать] на свадебное угощение (валиму) Фатимы. А Хамза ибн Абд аль-Мутталиб в это время пил в том доме, и с ним была певица, которая пела ему. Она сказала:
«О Хамза, вот они — тучные старые верблюды!»
И Хамза бросился к ним с мечом, отсёк им горбы и разрезал их бока, а затем взял из их печени». Я спросил Ибн Шихаба: «И из горба?» Он ответил: «Он отсёк их горбы и унёс их». Ибн Шихаб сказал: Али сказал: «Я увидел зрелище, которое привело меня в ужас, и я пошёл к Пророку Аллаха ﷺ, а у него был Зайд ибн Хариса, и сообщил ему о случившемся. Он вышел, и с ним Зайд, и я пошёл с ним. Он вошёл к Хамзе и разгневался на него. Хамза поднял взор и сказал: «Разве вы не рабы моих отцов?» И Посланник Аллаха ﷺ отступил назад, пока не вышел от них».
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — Йахья ибн Йахья ат-Тамими ан-Найсабури, о нём говорилось два раздела назад.
2 — Хаджжадж ибн Мухаммад аль-Аъвар аль-Миссиси, о нём говорилось недавно.
3 — Ибн Джурайдж, Абд аль-Малик ибн Абд аль-Азиз ибн Джурайдж аль-Макки, о нём говорилось три раздела назад.
4 — Ибн Шихаб, Мухаммад ибн Муслим аз-Зухри, известный имам, о нём говорилось два раздела назад.
5 — Али ибн Хусайн ибн Али, Зайн аль-Абидин, надёжный, твёрдый в передаче, знаток фикха, подвижник, достойный, известный [3] (умер в 93 г.), (упомянут во всех шести сборниках), о нём говорилось в «Молитве путников и её сокращении», 30/1818.
6 — Его отец, Хусайн ибн Али ибн Абу Талиб аль-Хашими, внук Посланника Аллаха ﷺ и его «благоухающая роза», хранил от него [хадисы], был убит в Кербеле в день Ашура в 61 году, в возрасте 56 лет (упомянут во всех шести сборниках), о нём говорилось в «Молитве путников и её сокращении», 30/1818.
7 — Али ибн Абу Талиб ﷺ [так в оригинале], о нём упоминалось в предыдущем хадисе.
[Замечание]: К тонкостям этого иснада относится следующее:
Это один из «семичленных» иснадов автора; он представляет собой цепочку из мединцев начиная от Ибн Шихаба; в нём есть передача сподвижника от сподвижника и последователя от последователя, а также передача сына от отца, от его отца; и передача Ибн Шихаба по указанному иснаду — из тех, о которых говорили, что это самый достоверный из иснадов.
Разбор хадиса:
\«его слово» (от Али ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах) — что он «сказал: мне достался старый верблюд» (аш-Шариф) — старый верблюд: это старая верблюдица, и, по мнению большинства, это слово не применяется к самцу. Ибрахим аль-Харби передал от аль-Асмаи допустимость этого. Множественное число — «шуруф», с даммой на «ра» и без гласной на ней. Айяд сказал: множественное число от формы «фаъил» по образцу «фуъул» с двумя даммами встречается редко.
Аль-Маджд сказал: «аш-шариф» из верблюдиц — это старая, престарелая верблюдица, как и «аш-шарифа». Конец цитаты (1).
Аль-Муртада в своём «Шархе» сказал: «аш-шариф» из верблюдиц — это старая, престарелая верблюдица. Ибн аль-Аъраби сказал: это верблюдица, достигшая старости. В «аль-Асасе» сказано: это верблюдица с высоким возрастом, как и «аш-шарифа». Она «шаруфат шуруфан», с даммой, по образцу «карума» и «насара»; масдар, который он упомянул, по образцу «насара» — по аналогии, а по образцу «карума» — иначе. Множественное число — «шавариф» и «шуруф», по образцу «кутуб» и «рукка‘». Аль-Джаухари сказал: с даммой и сукуном, подобно «базиль» и «буэль», «аиз» и «уъуз», и «шуруф», подобно «удуль». Слово «шариф» не говорят о верблюде-самце. Аль-Лайс привёл в качестве примера [стих размера тавиль]:
«Спасение от резвых непокорных [верблюдиц], сильная, гнедая, на ней старость — и вот она стала старой верблюдицей» (2).
«вместе с Посланником Аллаха ﷺ, из добычи в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне ещё одного старого верблюда» — а в следующем риваяте: «сказал: у меня была старая верблюдица из моей доли добычи в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне тогда старого верблюда из хумса».
(2) «Тадж аль-‘арус», 1/5937.
Ибн Батталь (да будет милостив к нему Аллах) сказал: по видимому смыслу этого [текста] получается, что хумс был установлен в день Бадра, тогда как знатоки сир единогласны в том, что хумса в день Бадра не было. Исмаил аль-Кади упомянул в связи с походом на бану Курайза, что, как говорят, это был первый день, когда был предписан хумс; и говорят также, что [это положение] было ниспослано позже. Он сказал: не пришло ничего с ясным разъяснением на этот счёт, а прямо это пришло только относительно добычи Хунайна. Ибн Баттал сказал: если это так, то слово Али (да будет доволен им Аллах) требует толкования. Он сказал: возможно, что речь идёт о том, что упомянул Ибн Исхак относительно отряда Абдуллаха ибн Джахша, который был отправлен в раджабе, за два месяца до Бадра; и что Ибн Исхак сказал: мне рассказал кто-то из рода Джахш, что Абдуллах сказал своим товарищам: «У Посланника Аллаха ﷺ есть право на хумс из того, что мы захватили», а это было до того, как Аллах предписал хумс; и он выделил ему хумс, а остальную добычу разделил между своими товарищами. Он сказал: и на это сошлось согласие Аллаха. Он сказал: и слово Али — «и он дал мне старого верблюда из хумса» — следует понимать как относящееся к тому, что получилось из отряда Абдуллаха ибн Джахша.
Хафиз [Ибн Хаджар] сказал: против этого говорит то, что в риваяте аль-Бухари в «аль-Магази» сказано: «и Пророк ﷺ дал мне тогда из того, что даровал ему Аллах как фей‘, из хумса». Удивительно, что Ибн Баттал приписал этот риваят Абу Дауду и сделал его свидетельством в пользу своего толкования, не заметив, что он есть у аль-Бухари, чей [труд] он комментирует, и что его явный смысл — свидетельство против него, а не в его пользу. Он сказал: я не нашёл у знатоков сир прямого указания на то, что в добыче Бадра не было хумса; и удивительно, что он утверждает наличие хумса в добыче отряда, бывшего до Бадра, и говорит, что Аллах на это согласился, а в день Бадра его отрицает, тогда как «Анфаль», в которых содержится ясное указание на предписание хумса, в основном ниспосланы в связи с событием Бадра.
Ад-Давуди, комментатор, определённо утверждает, что аят о хумсе был ниспослан в день Бадра. Ас-Субки сказал: сура «аль-Анфаль» была ниспослана в связи с Бадром и его добычей.
По всей видимости, аят о разделе добычи был ниспослан после того, как добыча уже была разделена, поскольку знатоки сир передают, что он ﷺ разделил её поровну и дал её тем, кто участвовал в сражении, или отсутствовал по оправданной причине, из своей щедрости; ибо добыча первоначально, согласно тексту начала суры «аль-Анфаль», принадлежала Пророку ﷺ. Он сказал: но против того, что говорят знатоки сир, свидетельствует хадис Али — то есть хадис данной главы, — где он сказал: «и он дал мне старого верблюда из хумса в тот день», а это явно указывает на то, что в этой [добыче] был хумс.
Хафиз сказал: возможно, что раздел добычи Бадра произошёл поровну после того, как хумс был выделен Пророку ﷺ, как было упомянуто ранее относительно истории отряда Абдуллаха ибн Джахша, и что аят «Анфаль» — а именно слово Всевышнего: «И знайте, что если вы захватили что-либо…» и до конца [аль-Анфаль: 41] — разъяснил, куда направляется хумс, а не установил сам принцип хумса. И Аллах знает лучше.
Что же касается того, что он передал от знатоков сир, то это привёл Ибн Исхак с иснадом хорошим, на который можно опираться в подобных случаях, от Убады ибн ас-Самита, который сказал: «Когда мы разошлись во мнениях относительно добычи, и наши нравы испортились, Аллах отнял её у нас и отдал её Своему Посланнику ﷺ, и он разделил её между людьми поровну» — то есть «на равных условиях» — привёл это подробно; и привёл это Ахмад и аль-Хаким через этот же путь, а Ибн Хиббан признал это достоверным через другой путь, в котором нет Ибн Исхака (1).
Сказал составитель (да простит его Аллах): из вышеизложенного стало ясно, что первое предписание о хумсе было установлено ещё до Бадра, и что Абдуллах ибн Джахш отделил хумс для Пророка ﷺ именно потому, что знал: это его право, установленное для него Всевышним Аллахом. А в день Бадра был ниспослан аят, подтверждающий и разъясняющий то, что было установлено ранее, — так что здесь нет затруднения, как это представил Ибн Батталь, и нет нужды в холодных натянутых ответах. Вдумайся внимательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«Я опустил их на колени» — فأنختهما) — то есть заставил лечь. Говорят: «анаха ар-раджулу аль-джамала инаха» — человек заставил верблюда опуститься. Учёные сказали: в возвратном значении не говорят «фанаха», а говорят «фабарака» и «тануаха», а иногда говорят «фастанаха». «Аль-мунах» (المُنَاخُ) с даммой на «мим» — место, где заставляют верблюда опуститься.
(«Однажды у двери одного из ансаров») — Хафиз сказал: я не нашёл его имени.
(«А я хотел нагрузить на них двух изхир») — с кясрой на «хамзе» и «ха», между которыми стоит неогласованная «заль» — известное растение с приятным запахом, которое, когда высыхает, становится белым.
(«Чтобы продать его, и со мной был ювелир») — причастие действительного залога от «сага аз-захаба йасугуху сауган» — когда он делает из золота украшение, он «саиг» или «савваг», а ремесло называется «сияга». Имя этого ювелира неизвестно, как сказано в «Фатхе».
(«Из бану Кайнука») — с даммой, кясрой и фатхой на «нун» — это было племя из иудеев Медины. Допустимо как склонять это слово, имея в виду род, так и не склонять, имея в виду племя или общину. В этом хадисе — указание на устройство свадебного пира (валима), причём одинаково для того, у кого много имущества, и для того, у кого его меньше; этот вопрос уже рассматривался в «Книге о браке». В нём также — дозволенность прибегать к помощи иудея в делах и заработке, дозволенность собирать травы для заработка и продавать их, и что это не унижает достоинства человека, а также дозволенность продажи топлива ювелирам и ведения с ними дел, — сказал ан-Навави (да помилует его Аллах).
А в «Фатхе» сказано: отсюда извлекается дозволенность иметь дело с ювелиром, даже если он не мусульманин; отсюда также извлекается, что наличие порочности в каком-либо ремесле не обязывает прекращать деловые отношения с тем, кто им занимается, даже если этим занимаются, например, худшие из людей. Конец цитаты.
(«Чтобы прибегнуть к его помощи») — то есть к цене проданного изхира — («для устройства свадебного пира Фатимы»). В следующем риваяте: «Когда я захотел жениться на Фатиме, дочери Посланника Аллаха ﷺ, я договорился с одним ювелиром из бану Кайнука». Его слово «чтобы жениться на Фатиме» (أن أبتني بفاطمة) означает — вступить с ней в брачные отношения. «Бина’» (البناء) означает вхождение к жене; изначально это было связано с тем, что тому, кто хотел этого, ставили шатёр (кубба), и он удалялся туда со своей женой.
Существуют разногласия относительно времени, когда Али вошёл к Фатиме (да будет доволен ими обоими Аллах). Этот хадис даёт понять, что это было сразу после битвы при Бадре, и, возможно, это было в шаввале второго года, поскольку битва при Бадре произошла в рамадане того же года. Некоторые говорят, что он женился на ней в первый год — но, возможно, тот, кто так сказал, имел в виду заключение брачного договора (акд). Ибн аль-Джаузи передал, что это было в сафаре второго года; другие говорят — в раджабе; третьи — в зуль-хиджа. Хафиз сказал: последнее мнение похоже на то, что относится к месяцу вхождения к ней. Некоторые говорят, что его вхождение к ней было отложено до третьего года, и он вошёл к ней после битвы при Ухуде — это передал Ибн Абд аль-Барр, но в этом есть отдалённость (от истины).
Его слово «я договорился с ювелиром» (واعدت رجلًا صواغًا) — с фатхой на «сад» и удвоением; я не нашёл его имени.
(«А Хамза ибн Абд аль-Мутталиб пил») — то есть вино, и это было до его запрещения — («в том доме, и с ним была певица» — قينة, с фатхой на «каф», сукуном на «йа», после которой «нун») — это девушка-певица. Предложение представляет собой обстоятельство (халь) от действующего лица глагола «пил». Его слово («поющая ему» — تغنّيه) — предложение в положении именительного падежа как определение к слову «певица». (Тогда сказала) та певица:
«О Хамза, для откормленных верблюдиц!»
«Аш-шуруф» — множественное число от «шариф», как было упомянуто ранее, а «ан-нива'» — с кясрой на «нун» и удлинением без удвоения — множественное число от «навия», то есть жирная верблюдица.
Аль-Хаттаби передал, что Ибн Джарир ат-Табари привёл это как «за аш-шараф» — с фатхой на «шин», толкуя это как «величие» и делая это определением к Хамзе, и с фатхой на «нун» в слове «нава'», толкуя это как «отдалённость», то есть «отдалённое величие», то есть достичь его трудно. Аль-Хаттаби сказал: это ошибка и искажение (тасхиф).
Аль-Исмаили передал, что Абу Йала передал ему это через путь Ибн Джурайджа, где сказано «ас-сава'» с «са» тройной точкой; он сказал: мы не смогли это точно определить.
В риваяте аль-Кабиси и аль-Асили встречается «ан-нава» с укорочением, и это тоже ошибка.
Ад-Давуди сказал: «ан-нива'» означает «шатёр», и это ещё более грубая ошибка.
Аль-Марзубани передал в «Словаре поэтов», что эти стихи принадлежат Абдуллаху ибн ас-Саибу ибн Абу ас-Саибу аль-Махзуми, деду Абу ас-Саиба аль-Махзуми аль-Мадани, и их продолжение:
«...А они привязаны у двора.
Приложи нож к их глоткам
И обагри их, Хамза, кровью.
И поспеши принести пьющим
Из их лучших частей — вяленое мясо из варёного или жареного».
«Аш-шарб» — с фатхой на «шин» и сукуном на «ра», после которой «ба» — множественное число от «шариб», подобно «таджир» и «таджр»; «аль-фина'» — с кясрой на «фа» и удлинением — сторона, то есть сторона дома, в котором они находились; «аль-кадид» — вяленое мясо; «ат-тадриджь» с точечными «джим» и «джим» — обмазывание. Если это достоверно, то тогда становится известно частично неизвестное в его словах «среди питухов из ансаров», но аль-Махзуми не был ансаром, и, похоже, тот, кто это сказал, применил это к ним в более широком смысле. А тот, кто сочинил эти стихи и велел певице петь их, хотел разжечь решимость Хамзы, известного своей щедростью, чтобы он зарезал двух верблюдиц, чтобы люди могли поесть их мяса; как бы говоря: «Поднимись к откормленным верблюдицам и зарежь их» — это становится ясным из продолжения стихов.
В её словах «лиш-шуруф» (للشُّرُف) в форме множественного числа, хотя их было всего две, — указание на дозволенность применения формы множественного числа к двум.
Сказал составитель (да простит его Аллах): так сказано в «Фатхе», и этот вопрос уже рассматривался немного ранее — а именно, что минимум множественного числа составляет два, согласно многочисленным доводам, приводимым от арабов на этот счёт, и данный бейт входит в число этих доводов, так что обрати внимание. Мы будем возвращаться к этому раз за разом, поскольку я вижу, что многие толкователи прибегают к натянутым и искусственным толкованиям, а некоторые из них даже объявляют ошибочным то, что встречается в «Сахихе» Муслима по этой причине, тогда как это соответствует употреблению у арабов. А Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово «йа Хамзу» (يا حمزُ) — усечение (тархим), и оно произносится с фатхой на «зай» — это язык тех, кто ожидает опущенное при усечении, а допустимо и с даммой — это язык тех, кто не ожидает этого. На это указал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «Хуласе», где сказал:
«Если ты подразумеваешь после отсечения то, что отсечено, —
Используй оставшееся так, как оно было известно.
А сделай его, если не подразумеваешь отсечённого, таким,
Как если бы оно было завершено в конце по своему исходному образованию.
Скажи, по первому варианту, о Самуд — «йа Саму»,
А по второму — «йа Сами» с «йа»».
(«И вскочил» — فثار) — то есть поднялся. Говорят: «сара аль-губару йасуру саврон» и «су'урон» по образцу «фу'ул», и «сауранан» — поднялся, взволновался; отсюда говорят о смуте: «сарат» — вспыхнула, и «асараха аль-адувву» — враг разжёг её; «сара аль-гадабу» — гнев вспыхнул, усилился; «сара иля-ш-шарри» — поднялся ко злу, — сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах), и это последнее значение здесь подходит, поэтому он и связал его с предлогом «иля», сказав: («К ним двоим» — إليهما) — то есть к двум верблюдицам — («Хамза с мечом, и он отсёк» — فجب, по образцу «насара») — «аль-джабб» означает полное отсечение при разрезании — («их горбы» — أسنمتهما, с фатхой на «хамзу») — множественное число от «санам», что для верблюда подобно курдюку для овцы. Говорят «сунима аль-ба'иру» и «усним» в форме страдательного залога — то есть его горб стал большим; а некоторые говорят «аснама» в форме действительного залога, и «санима санаман, фахува санимун» по образцу «та'иба» — так же, — сказал аль-Файюми.
Его слово («бакара» — «разрезал») — тоже из образца [баб] «насара»; то есть: разрезал (их боков — خواصرهما). Аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: «аль-хасира» — это «аш-шакиля», то есть то, что находится между «аль-харкафа» (кость «аль-хаджаба», то есть верхушка бедренной кости) и «аль-кусайра» (нижняя часть ребер, либо последнее ребро в боку, либо основание шеи). А аль-Муртада в своём «Шархе» сказал: их две — «хасиратан», говорят также «хасран»; «хасиратан» — это то, что находится между «аль-харкафа» и «аль-кусайра», то есть то, от чего сжимаются («каляса») две «касара», и то, что было упомянуто ранее из двух «хаджаба» (это две кромки бедренной кости, выступающие над боком, либо две кости над лобковой костью, выступающие над мягкой частью живота справа и слева), и то, что находится выше пояса из тонкой кожицы — «тафтафа». Конец цитаты.
Его слово («затем взял из их печеней») — с фатхой на «хамзе»: множественное число от «кабид» («печень»); это известный орган из внутренностей, слово женского рода. Аль-Фарра сказал: оно бывает и мужского, и женского рода. Допускается также облегчённое произношение с касрой на «каф» и сукуном на «ба», а множественное число редко образуется как «кубуд».
Ибн Джурайдж сказал: «Я спросил Ибн Шихаба: «И из горба тоже?»»; то есть: взял ли он также из их горбов? — а это то, что находится на спине верблюда. (Ибн Шихаб) сказал: («Он отрезал их горбы»); то есть: срезал их, («и унёс их»); то есть: взял их горбы вместе с печенями.
(Ибн Шихаб сказал) по прежнему иснаду: (Али, да будет доволен им Аллах, сказал): («И я увидел зрелище, которое меня потрясло») — с буквой «фа» и точечной «за»; то есть: со мной случилось потрясающее дело, то есть страшное, пугающее. Это произошло из-за того, что он представил себе задержку с вступлением в брак со своей женой из-за потери того, чем он мог бы воспользоваться для этого, или из страха, что его упрекнут в связи с ней в недостаточности, а не просто из-за потери двух верблюдиц. Так сказано в «Фатх аль-Бари».
(«И я пришёл к Пророку Аллаха ﷺ, а у него был Зайд ибн Хариса») — это предложение состояния (хал), относящееся к «Пророку Аллаха ﷺ»; это Зайд ибн Хариса ибн Шарахиль аль-Кальби, Абу Усама, вольноотпущенник Посланника Аллаха ﷺ, славный сподвижник, один из первых принявших ислам. Он погиб мученической смертью в день Муты, при жизни Пророка ﷺ, в восьмом году хиджры, в возрасте пятидесяти пяти лет. Его биография приводилась ранее в «Погребениях», 10/2161.
(«И я сообщил ему эту весть»); то есть: то, что произошло из посягательства Хамзы (да будет доволен им Аллах) на его двух старых верблюдиц. («И он вышел» ﷺ, «а с ним был Зайд») — предложение состояния, — («и я отправился с ним» ﷺ), («и он вошёл к Хамзе, и разгневался на него»); то есть: разозлился на него.
Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: «аль-гайз» — это гнев, охватывающий печень, наивысшая степень ярости. В Коране сказано: «Скажи: умрите от своей злобы!» [Али Имран: 119]. Это масдар от «газа-ху аль-амр» (дело разгневало его), по образцу «сара». Ибн аль-Араби — как передал аль-Азхари — сказал: «газа-ху йагизу-ху», а также «агаза-ху» с добавлением алифа, а причастие страдательного залога от трёхбуквенного глагола — «магиз». Он сказал (из размера «камиль»):
«Что бы тебе повредило, если бы ты проявил милость, ведь порою
Проявляет милость юноша, будучи разгневанным, охваченным яростью».
И говорят «игтаза фулан мин каза» (некто разъярился из-за того-то); гнев («аль-гайз») наступает только тогда, когда до разгневанного доходит нечто неприятное. Иногда «аль-гайз» ставится на место обычного гнева применительно к человеку, и говорят: «он разъярился без всякой причины», подобно тому как говорят: «он разгневался без всякой причины», и наоборот. Конец цитаты.
(«И Хамза поднял свой взор») — а в следующем риваяте: «И Посланник Аллаха ﷺ принялся упрекать Хамзу за то, что он сделал, и вот глаза Хамзы покраснели; и Хамза посмотрел на Посланника Аллаха ﷺ, затем поднял взгляд к его коленям, затем снова поднял взгляд и посмотрел на его пупок, затем снова поднял взгляд и посмотрел на его лицо, и сказал Хамза: «А разве вы не рабы моего отца?»» (Он сказал) Хамза: («Разве вы не рабы моих отцов?») — а в другом риваяте: «не рабы моего отца». Говорят: он имел в виду, что его отец Абд аль-Мутталиб — дед Пророка ﷺ, а также дед Али; а дед называется «господином» («сайид»). Смысл в том, что Хамза хотел похвалиться перед ними тем, что он ближе к Абд аль-Мутталибу, чем они.
(«И Посланник Аллаха ﷺ вернулся, отступая назад») — то есть: он шёл пятясь («аль-кахкара»), а это хождение назад. И, как будто, он ﷺ сделал это из опасения, что бесчинство Хамзы в его состоянии опьянения усилится и перейдёт от слов к действию, и он захотел, чтобы то, что происходит от Хамзы, было у него на виду, чтобы отразить это, если что-то от него случится.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: относительно его слова «и Посланник Аллаха ﷺ вернулся, отступая назад», а в другом риваяте: «и он отступил на своих пятках назад» — большинство знатоков языка и другие сказали: «аль-кахкара» — это возвращение назад, при этом лицо остаётся обращённым к тебе, когда человек уходит от тебя. А Абу Умар сказал: это означает ускорение в возвращении, то есть поспешность; согласно этому смысл таков: он вышел поспешно. Но первое толкование — известное и признанное; и он отступил пятясь именно из страха, что от Хамзы (да будет доволен им Аллах) проявится нечто нежелательное, если он повернётся к нему спиной, поскольку тот был одолеваем опьянением. Конец цитаты.
(«...до тех пор, пока он не вышел от них») — а в следующем риваяте: «и Посланник Аллаха ﷺ отступил на своих пятках назад, и вышел, и мы вышли с ним». Сказано в «Фатх аль-Бари»: Ибн Джурайдж добавил: «и это было до запрета вина»; то есть: и поэтому Пророк ﷺ не спросил с Хамзы за его слова. В этой добавке содержится возражение тем, кто приводил эту историю в доказательство того, что развод пьяного не имеет силы, ибо, если известно, что это было до запрета вина, то отказ от взыскания объясняется тем, что он не навлёк на себя вред сам; а тот, кто утверждает, что развод пьяного имеет силу, приводит в доказательство то, что он сам навлёк на себя опьянение, которое ему запрещено, и потому был наказан утверждением развода в отношении него. Так что в этом хадисе нет доказательства ни для утверждения этого, ни для его отрицания.
Абу Дауд сказал: я слышал, как Ахмад ибн Салих говорил: «В этом хадисе — двадцать четыре сунны». Конец цитаты.
Составитель (да простит его Аллах) сказал: польза этого хадиса будет приведена далее, в третьем вопросе, — если пожелает Всевышний Аллах.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах) — согласованный.
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл составитель здесь [1/5119, 5120, 5121, 5122] (1979); аль-Бухари в «Купле-продаже» (2089), «Питье и совместном пользовании водой» (2375), «Обязательности хумса» (3091), «Военных походах» (4003), «Одежде» (5793); Абу Дауд в «Земельном налоге и правлении» (2986); Ахмад в своём «Мусанаде» (1/142); Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (4536); Абу Ава‘на в своём «Мусанаде» (5/90, 91); аль-Баззар в своём «Мусанаде» (2/141); Абу Йаля в своём «Мусанаде» (1/416); Ибн Абу Асим в «аль-Ахад ва-ль-масани» (1/154); аль-Байхаки в «аль-Кубра» (6/153, 341, 342). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — Из них: разъяснение того, что вино было одним из разрешённых напитков в начале ислама, затем его разрешённость была отменена, и оно стало запрещённым до Дня воскресения.
2 — И из них: то, что делает пьяный в состоянии опьянения, с него за это не спрашивается, если опьянение было вызвано разрешённой причиной. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: и это деяние, которое произошло от Хамзы (да будет доволен им Аллах) — питьё вина, отрезание горбов у двух верблюдиц, разрезание их боков, поедание их мяса и прочее — нет на нём греха за что-либо из этого. Что касается самого питья и опьянения, то оно было разрешено, поскольку это было до запрета вина.
Что же касается того, что могут сказать некоторые лишённые основательного знания, будто опьянение всегда было запретным, то это утверждение ложно, не имеет основания и не является установленным. А что касается прочих обстоятельств, то они произошли с ним в состоянии, когда обязанность соблюдения предписаний с него была снята, и потому греха на нём в этом нет — подобно тому, кто выпил лекарство по необходимости, и от него потерял рассудок, или выпил нечто, полагая, что это уксус, а оказалось вино, или был принуждён выпить вино, выпил его и опьянел: он в состоянии опьянения не является подлежащим обязанностям, и греха на нём за то, что произошло в этом состоянии, нет — без разногласий.
Что же касается возмещения за то, что он повредил, то оно обязательно и взимается из его имущества. Возможно, Али (да будет доволен им Аллах) освободил его от этого после того, как узнал стоимость повреждённого, или же Хамза возместил ему это позже, или же Пророк ﷺ возместил это за него ввиду его почитаемого положения перед ним, полноты его прав, его любви к нему и родства с ним. В книге Умара ибн Шаббы, в риваяте Абу Бакра ибн Аййаша, передаётся, что Пророк ﷺ обязал Хамзу возместить стоимость двух верблюдиц. Учёные единогласны в том, что пьяный обязан возместить то из имущества, что он повредил, подобно безумному, ибо для обязательства возмещения не требуется подлежание предписаниям религии. Поэтому Всевышний Аллах в Своей Книге установил за неумышленное убийство выкуп (дийа) и искупление (каффара).
Что касается этого отрезанного горба, то если верблюдицы не были предварительно зарезаны надлежащим образом, то это мясо запретно по единогласному мнению мусульман, ибо то, что отделено от живого существа, считается мёртвым (мясом), и об этом есть известный хадис в книгах «Сунан».
Возможно, что он зарезал их надлежащим образом, на что указывает приведённое ранее стихотворение. И если он зарезал их надлежащим образом, то их мясо дозволено по согласию учёных, за исключением того, что передаётся от Икримы, Исхака и Дауда, что не дозволяется мясо того, что зарезал вор, захватчик или преступивший (границы дозволенного). Однако правильным мнением, на котором сходится большинство учёных, является дозволенность этого. А если он не зарезал их надлежащим образом, и достоверно установлено, что он ел из них, то это было поедание в состоянии дозволенного опьянения, и греха в этом нет, как было сказано ранее. И Аллах знает лучше. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах) — а это очень хорошее исследование, и Аллах Всевышний знает лучше.
3 — В числе (пользы хадиса): разъяснение того, что получающий добычу получает из неё с двух сторон: из четырёх пятых по праву на долю в добыче, и из одной пятой, если он относится к тем, кому в ней полагается доля.
4 — В числе (пользы): разъяснение того, что владелец верблюдицы имеет право пользоваться ею для перевозки груза.
5 — В числе (пользы): дозволенность останавливать (верблюда) у дверей людей, если известно их согласие на это и отсутствие вреда для них от этого.
6 — В числе (пользы): что плач, вызванный горем, не является предосудительным.
7 — В числе (пользы): что человек может не владеть своими слезами, когда его одолевает гнев.
8 — В числе (пользы): разъяснение того, что заложено в человеке — сожаление об утрате того, в чём для него польза и в чём он нуждается.
9 — В числе (пользы): что обращение притеснённого за помощью против притеснившего его и сообщение о том, чем тот его притеснил, не относится к злословию и наушничеству.
10 — В числе (пользы): в нём — принятие сообщения от одного передатчика.
11 — В числе (пользы): дозволенность собираться для дозволенного питья.
12 — В числе (пользы): дозволенность брать то, что поставлено перед людьми (из еды).
13 — В числе (пользы): дозволенность пения дозволенных слов, декламации стихов и слушания (пения) от рабыни.
14 — В числе (пользы): дозволенность выбирать то, что ешь, и есть печень, даже если она (по сути своей близка к) крови.
15 — В числе (пользы): что опьянение было дозволено в начале ислама, и это — возражение тому, кто утверждает, что опьянение никогда вообще не было дозволено; возможно понимать это применительно к тому опьянению, при котором человек полностью утрачивает способность различения.
Составитель говорит, да простит его Аллах: так сказано в «Фатх», но в этом есть сомнение, ибо опьянение Хамзы (да будет доволен им Аллах) превысило предел, так что от него произошло то, что произошло с молодыми верблюдицами Али (да будет доволен им Аллах), затем то, как он посмотрел на Пророка ﷺ презрительным взглядом, затем его последние слова — всё это явно указывает на то, что он утратил сознание и способность различения. Вдумайся в это внимательно, и Аллах Всевышний знает лучше.
16 — В числе (пользы): установленность свадебного пира (валима), и его разъяснение уже было приведено полностью в «Книге о браке», обратись туда — извлечёшь пользу, и с Аллахом содействие.
17 — В числе (пользы): установленность ювелирного дела и заработка посредством него.
18 — В числе (пользы): дозволенность сбора идхира и прочих дозволенных (растений) и заработка этим.
19 — В числе (пользы): установленность прибегания к помощи знающего человека в каждом ремесле.
20 — В числе (пользы): то, что сказал аль-Мухалляб: в этом (указание на то), что по обычаю проступок родственника прощается.
Хафиз (Ибн Хаджар) возразил ему, сказав: в этом есть сомнение, ибо Ибн Абу Шайба передал от Абу Бакра ибн Аййаша, что Пророк ﷺ обязал Хамзу выплатить цену двух верблюдиц.
21 — В числе (пользы): в нём — причина запрета вина.
22 — В числе (пользы): что имам может отправиться в дом тех, о ком до него дошло, что они предаются предосудительному, чтобы устранить это.
23 — В числе (пользы): в нём — дозволенность зарезания (жертвенного животного), совершённого захватчиком, ибо, по всей видимости, он не разрезал им бока и не отрезал горбы иначе как после надлежащего зарезания.
Составитель говорит, да простит его Аллах: так было сказано, но это — предмет сомнения, и Аллах Всевышний знает лучше.
24 — В числе (пользы): в нём — сунна испрашивать разрешение при входе.
25 — В числе (пользы): что разрешение, данное главе, распространяется и на его последователей, ибо Зайд ибн Хариса и Али вошли вместе с Пророком ﷺ, а испрашивал разрешение именно он, и разрешение было дано ему (одному).
26 — В числе (пользы): что пьяного упрекают, если он способен понимать упрёк.
Составитель говорит, да простит его Аллах: так было сказано, но в этом есть сомнение, ибо состояние Хамзы (да будет доволен им Аллах) далеко от этого, и Пророк ﷺ упрекнул его лишь потому, что полагал, что тот не дошёл до такой степени (опьянения), и Аллах Всевышний знает лучше.
27 — В числе (пользы): что старший в своём доме может снять свой плащ для облегчения (себе).
28 — В числе (пользы): что если (человек) желает встретиться со своими последователями, ему следует быть в наиболее совершенном виде, ибо он ﷺ, когда захотел выйти к Хамзе, взял свой плащ.
29 — В числе (пользы): что трезвому не подобает обращаться к пьяному (с речью).
30 — В числе (пользы): что уходящий от того, кто лишился рассудка, не должен поворачиваться к нему спиной, как поступил здесь ﷺ.
31 — В числе (пользы): в нём — указание на величие положения Абд аль-Мутталиба.
32 — В числе (пользы): дозволенность преувеличения в похвале — по словам Хамзы: «Разве вы не рабы моего отца?» — имея в виду «подобны рабам», и суть сравнения в том, что они были перед ним в подчинении ему подобно рабам, и (дозволенность) его распоряжения их имуществом в положении, подобном (распоряжению) рабами.
Составитель говорит, да простит его Аллах: слова «дозволенность преувеличения в похвале» — в этом есть сомнение; как можно приводить в качестве доказательства поступок Хамзы, ведь он был пьян? Пророк ﷺ промолчал о нём лишь потому, что видел, что тот не примет наставления, чтобы не отвечать ему тем же. А ведь пришёл запрет на преувеличение в похвале, и на него следует опираться. Абу Дауд (да помилует его Аллах) в своём «Сунан» составил главу «О нежелательности взаимной похвалы» и привёл в этой главе от Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакры, от его отца, что некий человек похвалил другого человека при Пророке ﷺ, и тот сказал ему: «Ты перерезал шею своему товарищу» — трижды, а затем сказал: «Если кто-то из вас непременно хочет похвалить своего товарища, пусть скажет: «Я считаю его таким-то», если он действительно так думает, а не удостоверяю его (праведность) перед Аллахом»». Конец.
33 — В числе (пользы): то, что сказал автор «ат-Такмиля»: Муслим (да помилует его Аллах) привёл этот хадис Али (да будет доволен им Аллах) в начале «Книги о напитках» лишь для того, чтобы прояснить мудрость запрета вина, ибо человек после его употребления не владеет собой, посягает на чужое имущество и совершает то, что унижает его самого; ведь Хамза (да будет доволен им Аллах), несмотря на то что был дядей Посланника Аллаха ﷺ и был одним из наиболее почитавших его людей, — невозможно было представить от него, чтобы он обратился к Посланнику Аллаха ﷺ с тем, с чем обратился, будучи в состоянии опьянения. Конец, и Аллах Всевышний знает лучше.
И по непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[5120] (…) — (И передал нам Абд ибн Хумайд: сообщил мне Абд ар-Раззак: сообщил мне Ибн Джурайдж — с этим же иснадом, подобным ему).
Передатчики этого иснада: трое.
И все они были упомянуты в этой главе и за две главы до этого.
[Замечание]: этот риваят Абд ар-Раззака от Ибн Джурайджа привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(1200) — Рассказал нам Абдуллах, рассказал мне мой отец, рассказал нам Абд ар-Раззак, сообщил нам Ибн Джурайдж, рассказал мне Ибн Шихаб, от Али ибн Хусайна ибн Али, от его отца Хусайна ибн Али, от Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах), сказал: сказал Али: я получил старую верблюдицу вместе с Посланником Аллаха ﷺ из военной добычи в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне ещё одну старую верблюдицу. Однажды я поставил их на колени у двери одного из ансаров, желая нагрузить на них тростник изхир, чтобы его продать. Со мной был ювелир из племени Бану Кайнука — чтобы он помог мне устроить свадебное угощение (валиму) в честь Фатимы. А Хамза ибн Абд аль-Мутталиб пил в том доме. Он вскочил к ним с мечом, отрубил их горбы, разрезал их бока и взял из их печени. Я спросил Ибн Шихаба: «а из горба?» Он ответил: «он отрубил их горбы и унёс их». Он сказал: я взглянул на это зрелище, и оно меня потрясло. Я пришёл к Пророку Аллаха ﷺ, а рядом с ним был Зайд ибн Хариса, и рассказал ему о случившемся. Он вышел, и с ним Зайд, и пошёл со мной, и вошёл к Хамзе, и разгневался на него. Хамза же обратил на него взгляд и сказал: «разве вы не рабы моего отца?» Тогда Посланник Аллаха ﷺ отступил назад, пока не вышел от них. А это было до запрета вина. Конец. (Мусанд имама Ахмада ибн Ханбаля, 1/142).
С непрерывным иснадом до автора (да будет милостив к нему Аллах) в начале книги сказано:
[5121] (…) — Рассказал мне Абу Бакр ибн Исхак, сообщил нам Са‘ид ибн Касир ибн Уфайр Абу Усман аль-Мисри, рассказал нам Абдуллах ибн Вахб, рассказал мне Йунус ибн Йазид, от Ибн Шихаба, сообщил мне Али ибн Хусайн ибн Али, что Хусайн ибн Али сообщил ему, что Али сказал: у меня была старая верблюдица из моей доли добычи в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне в тот день другую старую верблюдицу из пятой части (хумс). Когда я решил жениться на Фатиме, дочери Посланника Аллаха ﷺ, я договорился с одним ювелиром из племени Бану Кайнука, чтобы он отправился со мной, и мы привезём тростник изхир, который я хотел продать ювелирам, чтобы использовать полученные средства для свадебного угощения на моей свадьбе. И вот, собирая для своих двух верблюдиц снаряжение — сёдла, мешки и веревки, — а мои верблюдицы стояли на коленях рядом с жилищем одного из ансаров, — когда я закончил собирать то, что собрал, оказалось, что горбы моих верблюдиц отрублены, их бока разрезаны, а из печени взято. Я не мог сдержать своих глаз, увидев это зрелище, случившееся с ними. Я сказал: «кто это сделал?» Мне ответили: «это сделал Хамза ибн Абд аль-Мутталиб, и он сейчас в этом доме, пьёт с группой ансаров». Певица пела для него и его товарищей, и в своей песне она сказала:
«О Хамза, займись же тучными верблюдицами!»
Тогда Хамза встал с мечом, отрубил их горбы, разрезал их бока и взял из их печени. Али сказал: я пошёл, пока не вошёл к Посланнику Аллаха ﷺ, а рядом с ним был Зайд ибн Хариса. Посланник Аллаха ﷺ увидел на моём лице то, что со мной случилось, и сказал: «что с тобой?» Я сказал: «о Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, я никогда не видел подобного тому, что случилось сегодня! Хамза набросился на моих двух верблюдиц, отрубил их горбы и разрезал их бока, и вот он сейчас в доме, с ним группа пьющих». Тогда Посланник Аллаха ﷺ попросил свой плащ, надел его, затем пошёл пешком, а я и Зайд ибн Хариса пошли за ним, пока он не пришёл к двери, за которой был Хамза. Он попросил разрешения войти, и ему разрешили. Оказалось, что они пьют. Посланник Аллаха ﷺ начал упрекать Хамзу за то, что он сделал. Глаза Хамзы были красными. Хамза посмотрел на Посланника Аллаха ﷺ, затем поднял взгляд к его коленям, затем поднял взгляд и посмотрел на его пупок, затем поднял взгляд и посмотрел на его лицо, и сказал Хамза: «разве вы не рабы моего отца?» Посланник Аллаха ﷺ понял, что он пьян, и отступил назад на своих пятках, и вышел, и мы вышли с ним.
Передатчики этого иснада: восемь человек.
1 — (Абу Бакр ибн Исхак) — Мухаммад ибн Исхак ибн Джа‘фар ас-Сагани, живший в Багдаде, надёжный, твёрдый передатчик [11] (умер в 270 г.) (М 4), упоминался ранее в книге «Иман», 4/116.
2 — (Са‘ид ибн Касир ибн Уфайр Абу Усман аль-Мисри) — это Са‘ид ибн Касир ибн Уфайр ибн Муслим ибн Йазид ибн аль-Асвад аль-Ансари, их вольноотпущенник, Абу Усман аль-Мисри; иногда его возводят к его деду. Правдивый (садук), учёный в области генеалогии и других наук [10].
Передавал от аль-Лайса, Малика, Сулеймана ибн Биляля, Кахмаса ибн аль-Минхаля, своего дяди аль-Мугиры ибн аль-Хасана аль-Хашими, Йахьи ибн Айюба аль-Гафики и других.
От него передавали аль-Бухари — и он приводил от него в книге «Адаб», Муслим, Абу Дауд в книге «Кадар», ан-Насаи через Ахмада ибн Асима аль-Балхи и Мухаммада ибн Исхака ас-Сан‘ани, и другие.
Абу Хатим сказал: «он не был твёрдым (сабит), читал по книгам людей, но он правдив (садук)». Ибн Ади сказал: «я слышал, как Ибн Хаммад говорил: аль-Саджди сказал: у Са‘ида ибн Уфайра есть некий оттенок новшеств (бида‘), и он был путающим, не надёжным (сика)». Абу Ахмад ибн Ади сказал: «то, что сказал аль-Саджди, не имеет смысла, и я не слышал ни от кого, и до меня не доходило от кого-либо порочащих слов о Са‘иде ибн Касире ибн Уфайре — у людей он считается правдивым, надёжным (садук сика), и я не знаю другого Са‘ида ибн Уфайра, кроме этого мисрийца, и мисриец не был приписан ни к новшествам, ни к лжи». И он привёл от него два хадиса через передачу его сына Убайдуллаха от него, затем сказал: «возможно, порок исходит от Убайдуллаха, потому что хадис Са‘ида ибн Уфайра прямой (мустаким)». Ибн Йунус сказал: «Са‘ид был одним из самых знающих людей в области генеалогии, минувших известий, дней арабов, их деяний, событий, достоинств и недостатков — во всём этом он был чем-то удивительным, был образованным, красноречивым, с хорошим изложением, его собеседования не надоедали, и его знание не иссякало. У него есть известные рассказы, которые я оставил из-за их известности, и он был безупречен во всём этом». Он родился в 146 году и умер в 226 году. Ибн Хиббан упомянул его в «Сика», а Ибрахим ибн аль-Джунайд передал от Ибн Ма‘ина: «надёжен (сика), нет проблем с ним». Ан-Насаи сказал: «Са‘ид ибн Уфайр — хороший (салих), но Ибн Абу Марьям мне милее его». Аль-Хаким сказал: «говорят, что Египет не выпустил более собирающего науки, чем он».
От него приводили аль-Бухари, автор (составитель), Абу Дауд в книге «Кадар», ан-Насаи, и у него в этой книге только два хадиса: этот (1979) и хадис (2403): «разреши ему и обрадуй его Раем…» и далее.
3 — (Абдуллах ибн Вахб) аль-Мисри, упоминался ранее, перед этой главой.
4 — (Йунус ибн Йазид) аль-Айли, упоминался ранее, за четыре главы до этого.
Остальные упомянуты выше.
Разбор хадиса:
От Али (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: у меня была старая верблюдица) — то есть верблюдица в возрасте (из моей доли добычи в день Бадра, и Посланник Аллаха ﷺ дал мне в тот день другую старую верблюдицу из пятой части) — в этом...что пятая часть добычи была установлена в качестве шариатского положения в то время. Его слово («когда я захотел жениться на Фатиме, дочери Посланника Аллаха ﷺ») — от «ابتناء», то есть входить к жене; так же употребляется и слово «بناء», и мы уже упоминали, что первоначально, когда мужчина хотел жениться на женщине, он строил над ней шатёр, чтобы войти к ней в нём, поэтому говорили: «мужчина построил шатёр для своей семьи». Его слово («и договорился с одним ремесленником-ювелиром из бану Кайнука») — «Кайнука» произносится с фатхой на обоих «каф», а «нун» может быть с даммой, фатхой или кясрой, и слово может склоняться и не склоняться. Аль-Кирмани сказал: это племя из иудеев. Ас-Саганый сказал: это род из иудеев. Аль-Айни сказал: это составное слово из «кайн», что означает «кузнец», и «када» — название одного из укреплений (утумов) Медины. Конец.
(«он ходил со мной, и мы приносили изхир») — с кясрой на «хамза»: это душистая трава, которой покрывают крыши домов сверху деревянных перекладин; её «хамза» является добавочной буквой, и об этом уже говорилось в «Книге хаджа». («я хотел продать его ювелирам») — множественное число от «саввааг» — тот, кто изготавливает изделия из золота и серебра; форма усилительная.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово «чтобы продать его ювелирам» — так во всех рукописях Муслима, а в некоторых главах у аль-Бухари — «ювелирам» (с определённым артиклем в другой форме). В этом содержится доказательство правильности употребления фикхистами выражений: «я продал ему одежду», «я выдал за него замуж», «я подарил ему рабыню» и подобного, хотя в более изящном языке предлог «мин» опускается, поскольку глагол переходный сам по себе. Но использование «мин» здесь допустимо, и это часто встречается в речи арабов. Я собрал множество подобных примеров в книге «Тахзиб аль-люгат», в разделе на букву «мим» с «нун», где «мин» является избыточной по мнению аль-Ахфаша и тех, кто с ним согласился в вопросе её избыточности в утвердительных предложениях. Конец слов ан-Навави в его «Шархе».
(«чтобы использовать их на свадебном пиру моей свадьбы») — это трапеза по случаю бракосочетания; есть мнение, что это название любой трапезы вообще. «Аль-ирс» с кясрой — жена мужчины, а с даммой — трапеза свадебного пира. Здесь возможно, что слово с даммой, и тогда изафет служит для пояснения, то есть «пир, который есть свадьба»; а возможно, что с кясрой, и тогда изафет имеет значение предлога «ли», то есть «пир для моей жены». Аллах Всевышний знает лучше.
(«И вот, когда я собирал вещи для двух моих верблюдиц») — «матаа» с фатхой в языке означает всё, чем пользуются: еда, ткани, домашняя утварь; исходное значение «матаа» — то, чем добывается пропитание в пути; это имя существительное от «маттаату» с усилением («т»): если ты дал ему это; множественное число — «амтиа». Так сказал аль-Файюми.
А здесь подразумевается то, что разъяснено далее словами: («из сёдельных вьюков») — «актаб» с фатхой, множественное число от «катаб» (с двумя фатхами) — это сёдельная подстилка, или небольшое седло по размеру верблюжьего горба. Аль-Куртуби сказал: «актаб» — множественное число от «катаб», это принадлежность верблюжьего седла. («и мешков») — с «гайн» и удвоенным «ра» — сосуд для соломы и подобного, множественное число от «гирара». Аль-Джаухари сказал: я полагаю, что это заимствованное слово. Конец.
(«и веревок») — с кясрой, множественное число от «хабль», это известное слово. Его слово («а обе мои верблюдицы были уложены на колени») — это подлежащее и сказуемое, и это предложение находится в положении обстоятельства состояния (хал). Его слово «мунахан» означает «уложенные на колени».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово «и обе мои верблюдицы были уложены» — так в большинстве рукописей: «мунахан», а в некоторых — «мунахатан» с добавлением буквы «та»; так же разошлись и рукописи аль-Бухари. Оба варианта правильны: мужской род употреблён по форме слова, а женский — по смыслу. Конец.
Передаётся также вариант «мунахатан», где мужской род — по форме слова «шариф», а женский — по смыслу.
(«у стены жилища одного человека из ансаров, и я собрал, когда собрал то, что собрал») — то есть из сёдельных вьюков, мешков и веревок.
Ан-Навави сказал: его слово «и я собрал, когда собрал то, что собрал... и т.д.» — так в некоторых рукописях наших краёв, и это передал аль-Кади от большинства их рукописей; а слово «и я собрал», следующее за словами «человек из ансаров», выпало из большинства рукописей наших краёв. В некоторых рукописях встречается «до того как собрал» вместо «когда собрал». Конец.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «и я собрал, до того как собрал то, что собрал» — так передали ат-Табари, аль-Узри и Ибн Махан с частицей «хатта», которая указывает на предел; а ас-Сиджзи и ас-Самарканди передали «хина» вместо «хатта», и первый вариант яснее. В некоторых рукописях выпало первое слово «и я собрал», и с его выпадением при наличии «хатта» речь становится более благозвучной. Аль-Хумайди привёл этот хадис в своём «Мухтасаре» в более удачной формулировке, сказав: «и я пришёл, когда собрал то, что собрал».
Аль-Куртуби сказал: этот хадис указывает на то, что в то время употребление вина было разрешено, практиковалось и было известно среди них настолько, что не вызывало осуждения и не пресекалось, и что Пророк ﷺ оставил это без порицания. На это же указывает слово Всевышнего: «Не приближайтесь к молитве, будучи пьяными» (сура «Ан-Ниса», 43), и слово Всевышнего: «вы получаете из этого опьяняющий напиток и хороший удел» (сура «Ан-Нахль», 67). Было ли им разрешено пить в количестве, вызывающем опьянение? Явный смысл этого хадиса указывает на это, ибо то, что произошло от Хамзы в отношении Пророка ﷺ — грубые слова, противоречащие тому, что обязательно в отношении уважения к Пророку ﷺ, его почитания и защиты — указывает на то, что Хамза потерял разум от того, что опьяняет. Поэтому передатчик сказал: «и Посланник Аллаха ﷺ понял, что он опьянён». Затем Пророк ﷺ не осудил Хамзу и не упрекнул его ни в состоянии опьянения, ни после этого. Это служит доказательством разрешённости того, что опьяняет, у них, что противоречит тому, что говорили и передавали правоведы основ (усулисты), а именно: что опьянение запрещено во всяком шариате безусловно, поскольку шариаты — это, безусловно, польза для рабов Аллаха, а не вред им, а основа польз — разум, как основа вреда — его утрата, поэтому обязательно запретить всё, что устраняет и расстраивает разум. То, что они сказали, ясно, но можно разрешить это противоречие в отношении хадиса Хамзы тем, что Пророк ﷺ оставил без осуждения Хамзу в состоянии его опьянения из-за того, что он не понимал происходящего, а вскоре после этого было ниспослано запрещение вина, и что Хамза не намеревался своим питьём достичь опьянения, но поспешил в этом, и оно одолело его. Аллах Всевышний знает лучше.
Ни в одном из достоверных сборников не встречается упоминания о том, что Пророк ﷺ обязал Хамзу возместить стоимость двух верблюдиц, но этот хадис передал Умар ибн Шабба в своей книге, добавив в передаче от Абу Бакра ибн Айяша: «и Пророк ﷺ возместил их (стоимость) от имени Хамзы». Эта передача согласуется с основами (шариата), поскольку нет разногласия в том, что пьяный обязан возместить то имущество, которое он уничтожил. А если предположить, что эта добавка не является достоверной, то отсутствие передачи не указывает на отсутствие самого факта. И даже если бы это указывало на это, можно было бы сказать: Пророк ﷺ не постановил в отношении него возмещение только потому, что Али (да будет доволен им Аллах) не потребовал этого от него, либо потому, что Пророк ﷺ взял это на себя, как он сказал в отношении садаки Аббаса. Аллах Всевышний знает лучше.
Этим хадисом воспользовались в качестве доказательства те, кто не считает обязательным развод, произнесённый пьяным, исходя из того, что Пророк ﷺ не привлёк Хамзу к ответственности за то, что произошло от него в отношении слов, сказанных ему. К этому мнению склонялись аль-Музани, аль-Лайс и некоторые из сторонников Абу Ханифы, а Ахмад ибн Ханбаль занял в этом вопросе выжидательную позицию. Большинство же ранних учёных (саляф) и все правоведы считают, что это (развод) обязателен для него, поскольку пьяный после запрещения (вина) сам ввёл себя в состояние опьянения через непослушание Аллаху Всевышнему, и потому был волен в том, что от него произошло в этом состоянии. Хамза же не был таким — напротив, его питьё было дозволенным, как мы уже упоминали, и это подобно случаю того, кто опьянел от питья молока или иного из дозволенного: на нём не лежит ничего за то, что происходит от него в словах, и он подобен потерявшему сознание. Аллах знает лучше. Конец.
Его слово (فإذا شارفاي) — в форме двойственного числа. У ан-Навави это встречается в форме «فإذا شارفي», и ан-Навави сказал: так это в большинстве списков — «фа-иза шарифи», а в некоторых — «фа-иза шарифай», и это правильное чтение; или же можно сказать «фа-иза шарифи», если только не читать «فَإِذَا شَارِفِي» с облегчённым «й», в форме единственного числа, и тогда подразумевается род «шариф» вообще, куда входят обе верблюдицы. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
«Иза» здесь — «иза» внезапности; то есть: и вдруг предстали передо мной две мои верблюдицы (قد اجتبت) — в форме страдательного залога, от корня «джабб» (с фатхой на «джим» и удвоенной «ба») — что означает «отрезание»; то есть с них была рассечена кожа и извлечён находившийся в них жир. (أسنمتهما) — множественное число от «санам» (горб), значение которого было упомянуто ранее. (وبقرت) — в форме страдательного залога, от «бакр» (с «ба» и «каф») — что означает «рассечение». (خواصرهما) — значение было упомянуто ранее. (وأخذ) — тоже в форме страдательного залога, (من أكبادهما). Аль-Куртуби сказал: это было сделано после того, как он зарезал их по обычаю, на что указывает приведённое далее стихотворение; и возможно, что он сделал это с ними без предварительного зарезания, поспешив откликнуться на призыв, к которому его подтолкнула певица, тем более что вино уже подействовало на него. Конец цитаты.
(فلم أملك عينيّ) — то есть я заплакал, будучи не в силах сдержаться от силы того, что увидел, как сказал далее: (حين رأيت ذلك المنظر منهما). Ан-Навави сказал: этот плач и печаль, постигшие его, были вызваны страхом за то, что он упустил своё обязательство перед Фатимой (да будет доволен ею Аллах) в отношении её приданого и заботы о её деле, а также упущением в отношении права Пророка ﷺ, а не просто из-за самих верблюдиц как таковых, как мирского имущества, а по причине упомянутого выше. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
(قلت: من فعل هذا؟ قالوا: فعله حمزة بن عبد المطلب، وهو في هذا البيت في شرب) — с фатхой на «шин» и сукуном на «ра»: множественное число от «шариб» — то есть группа пьющих. (من الأنصار، غنّته قينة وأصحابه، فقالت في غنائها:
О Хамза, ради тучных верблюдиц!)
Аль-Куртуби сказал: её слова «ألّا يا حمزُ للشُّرُفِ النِّواءِ» — достоверное и известное чтение этого выражения таково: «للشُّرُف» с предлогом «лям» и с даммой на «ра», а «النواء» — с кясрой на «нун». «Шуруф» с даммой на «ра» — множественное число от «шариф», образованное не по общему правилу, поскольку «шариф» — слово женского рода, ибо это название для престарелой верблюдицы, и в своей основе это определение к ней, так что по правилу его следовало бы образовывать во множественном числе как «фаваиль» или «фуаль», ибо это два образца множественного числа от «фаиль», когда оно относится к женскому роду. Но поскольку по форме оно мужского рода — то есть в нём нет признака женского рода — они образовали его множественное число по образцу «базиль», который является определением для престарелого верблюда, и сказали: «шуруф», как говорят «бузуль». А «лям» в «ли-ш-шуруф» — это «лям» предлога, и он связан с опущенным глаголом, на который указывает контекст; то есть: встань ради тучных верблюдиц, или: поднимись к ним, побуждая его зарезать их, и поэтому Хамза встал и зарезал их.
А «нива» означает «тучные»; говорят: «навати-н-нака, танви» — если верблюдица растолстела, тогда она «навия», а множественное число — «нива», и это тоже образовано не по общему правилу, как было упомянуто ранее. Аль-Хаттаби сказал: это выражение передал Абу Джафар ат-Табари как «за-ш-шараф ан-нива» — со словом «за», означающим «обладатель», и с фатхой на «ра» и «шин». Он сказал: и он объяснил это как «отдалённость».
Аль-Куртуби сказал: в этом чтении и в его смысле есть отдалённость от истины, а верное — чтение большинства, как мы упомянули только что. Конец цитаты.
(فقام حمزة بالسيف، فاجتبّ أسنمتهما، وبقر خواصرهما، فأخذ من أكبادهما، قال عليّ: فانطلقت حتى أدخل) — то есть я пошёл, пока не вошёл к нему ﷺ. В этом слове возможны и «рафа», и «насб», и Ибн Малик отдал предпочтение «насбу». Он выразился формой настоящего-будущего времени для усиления представления образа положения дела, иначе исходно должно было бы сказать: «пока я не вошёл к Пророку ﷺ». (على رسول الله ﷺ، وعنده زيد بن حارثة، قال) Али (да будет доволен им Аллах) (فعرف رسول الله ﷺ في وجهي الذي لقيت، فقال رسول الله ﷺ: «ما لك؟»، قلت: يا رسول الله والله ما رأيت كاليوم قطّ). Аль-Куртуби сказал: это выражение было у них весьма распространённым, так что стало подобно пословице; «каф» в нём — определение к опущенному слову «йаум» («день»), подразумевается: я не видел дня, подобного этому дню, — усиливая тем самым тяжесть того, что он пережил в тот день. Возможно также, что это определение к опущенному масдару; то есть: я не видел горя, подобного горю сегодняшнего дня, или нечто подобное этому. На первое толкование указывает то, что привёл Ибн Шабба из добавленных строк в стихе певицы, сказав:
О Хамза, ради тучных верблюдиц! — а они привязаны у двора.
Положи нож на их шеи и обагри их, Хамза, кровью.
И поспеши приготовить из их лучших частей для пирующих
Варёное или жареное блюдо.
Аль-Куртуби сказал: и в соответствии с этим в нём содержится доказательство допустимости употребления в пищу того, что зарезал не хозяин, поступив несправедливо, как захватчик или вор, и таково мнение большинства учёных: Малика, аш-Шафии, Абу Ханифы, ас-Саури, аль-Авзаи. Иного мнения в этом придерживались Исхак, Давуд и Икрима, сказав: это не едят, и это мнение единичное. Доводом же большинства служит то, что зарезание было совершено нарушителем в соответствии со своими особыми условиями, а стоимость зарезанного животного лежит на ответственности нарушителя, так что нет причины для запрета, ведь порча уже произошла. И передал Ибн Вахб хадис, указывающий на допустимость употребления в пищу, так что следует его изучить и записать здесь. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
Собиратель сказал (да простит его Аллах): он указал этим хадисом на то, что привёл Абу Дауд с достоверным иснадом от Асима ибн Кулейба, от его отца, от одного человека из ансаров, который сказал: мы вышли с Посланником Аллаха ﷺ на похороны, и я увидел Посланника Аллаха ﷺ, стоящего у могилы и наставляющего копающего: «расширь со стороны его ног, расширь со стороны его головы». Когда он вернулся, его встретил зовущий от одной женщины, и он пришёл, и было принесено кушанье, и он положил свою руку, затем положили люди, и стали есть. И наши отцы заметили, что Посланник Аллаха ﷺ пережёвывает кусок во рту, затем сказал: «я нахожу мясо овцы, взятой без разрешения её хозяев». Тогда та женщина послала (сказать), сказав: о Посланник Аллаха, я послала на Бакиа, чтобы для меня купили овцу, но не нашла, тогда я послала к соседу моему, который купил овцу, чтобы он послал мне её за деньги, но не удалось, тогда я послала к его жене, и она послала мне её. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «накорми ею пленников». Конец цитаты.
Хадис достоверный, и он является прямым указанием по данному вопросу, а именно, что зарезанное без разрешения его хозяина разрешается есть, ведь он ﷺ повелел накормить этим пленников, а сам оставил это лишь из благочестивой предосторожности, а не по причине запрещённости, и поэтому Абу Дауд привёл его в качестве доказательства в «главе об избегании сомнительного», так что вдумайся в это. И Аллах Всевышний знает лучше.
(عدا حمزة على ناقتيّ، فاجتبّ أسنمتهما، وبقر خواصرهما، وها هو ذا في بيت، معه شرب، قال: فدعا رسول الله ﷺ برداءه، فارتداه). Ан-Навави сказал: так это во всех списках — «фа-артадах». В этом содержится дозволенность носить накидку («рида»), и аль-Бухари посвятил этому отдельную главу; и в этом также указание, что важный человек, выходя из своего дома, должен приукрашиваться своей одеждой, а не ограничиваться тем, в чём он бывает у себя дома наедине, и это относится к достойным качествам и любимым правилам поведения. Конец цитаты.
«Затем он двинулся, идя пешком, и последовал за ним я и Зейд ибн Хариса, пока он не подошёл к двери, за которой находился Хамза, и попросил разрешения войти, и ему разрешили, и оказалось, что они пьют, и стал Посланник Аллаха ﷺ упрекать Хамзу за то, что он сделал» — то есть начал упрекать его. Говорится «طَفِقَ» с касрой над «ф», а также с фатхой; это передал кади и другие, но известное чтение — с касрой, и так пришло в Коране, где Всевышний Аллах сказал: «Верните их мне» — и стал он поглаживать голени и шеи» (Сад, 33).
«И вот Хамза — глаза его покраснели, и посмотрел Хамза на Посланника Аллаха ﷺ, затем поднял взгляд» — с фатхой над «сад» без точки и с усилением огласованной фатхой «айн» без точки, то есть перевёл взгляд «вверх, к его коленям» ﷺ, «затем поднял взгляд, и посмотрел на его пупок» ﷺ, «затем поднял взгляд, и посмотрел на его лицо» ﷺ, «и сказал Хамза: разве вы не рабы моего отца?» — то есть подобны рабам, и цель его слов в том, что Абдуллах и Абу Талиб были как бы двумя рабами Абд аль-Мутталиба в покорности перед его почётом, и что он [Абд аль-Мутталиб] ближе к нему [Хамзе], чем они. «И понял Посланник Аллаха ﷺ, что он пьян» — с фатхой над «са» и касрой над «мим», то есть опьянён, «и отступил» — то есть вернулся — «Посланник Аллаха ﷺ на пятках назад пятясь». Сказал аль-Ахфаш: то есть он вернулся назад, будучи лицом к нему [к Хамзе], а «нукус» — это возвращение назад; говорится «накаса — янкусу», по образцу «насара», и деятель — «накис». Сказал Ибн аль-Асир: «аль-кахкара» — масдар, отсюда выражение «вернулся аль-кахкара», то есть вернулся тем возвращением, которое известно под этим названием. А в «Аль-Умда» сказано: «аль-кахкара» стоит в винительном падеже как масдар не от своего собственного корня, подобно выражению «сел, садясь». Аль-Азхари сказал: «аль-кахкара» — это возврат от того состояния, в котором был; говорится «кахкара» и «такахкара»; и есть мнение, что оно производно от «аль-кахр» (принуждение, подавление). Конец.
«И вышел» ﷺ из того места, где был Хамза (да будет доволен им Аллах), «и вышли мы с ним».
Сказано в «Аль-Умда»: и сказал ат-Табари: в хадисе Али (да будет доволен им Аллах) содержится указание, что мусульмане пили вино и слушали пение в начале ислама, пока Аллах не запретил это Своими словами: «Воистину, вино и азартные игры...» (аль-Маида, 90); а вино было запрещено после битвы при Ухуде, и Аллах Всевышний знает лучше.
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима, и полное рассмотрение этого вопроса уже было изложено, и хвала Аллаху.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5122] (…) — «И рассказал мне это Мухаммад ибн Абдуллах ибн Кухзад, [сказав]: рассказал мне Абдуллах ибн Усман, от Абдуллаха ибн аль-Мубарака, от Юнуса, от аз-Зухри, с этим же иснадом, подобно этому».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Мухаммад ибн Абдуллах ибн Кухзад аль-Марвази, надёжный [11] (262) (М), упоминался ранее во «Введении» 5/32.
2 — Абдуллах ибн Усман ибн Джабала ибн Абу Раввад аль-Атаки, Абу Абд ар-Рахман аль-Марвази, прозванный Абданом, надёжный, знаток хадисов [10] (221) в шаабане (Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), упоминался ранее во «Введении» 5/32.
3 — Абдуллах ибн аль-Мубарак, известный имам, упоминался недавно.
Остальные двое упомянуты перед ним.
[Замечание]: этот риваят Ибн аль-Мубарака от Юнуса ибн Язида аль-Айли привёл аль-Бухари в своём «Сахихе» с этим же иснадом, что у Муслима, сказав:
(2925) — рассказал нам Абдан, [сказав]: сообщил нам Абдуллах, [сказав]: сообщил нам Юнус, от аз-Зухри, который сказал: сообщил мне Али ибн аль-Хусайн, что Хусайн ибн Али (да будет доволен ими обоими Аллах) сообщил ему, что Али сказал: «У меня была старая верблюдица из моей доли добычи в день Бадра, и Пророк ﷺ дал мне также старую верблюдицу из хумса. Когда я решил жениться на Фатиме, дочери Посланника Аллаха ﷺ, я договорился с одним ювелиром из племени бану Кайнука, что он поедет со мной, и мы принесём душистый тростник (изхир), который я хотел продать ювелирам и использовать средства от этого на свадебное угощение. И вот, пока я собирал для двух своих верблюдиц снаряжение — сёдла, мешки и веревки, а обе мои верблюдицы были привязаны у стены жилища одного из ансаров, — я вернулся, собрав то, что собрал, и обнаружил, что горбы обеих моих верблюдиц отрезаны, а их боки разрезаны, и из их печени было взято [мясо]. Я не сдержал слёз, увидев это зрелище, и сказал: кто это сделал? Мне ответили: это сделал Хамза ибн Абд аль-Мутталиб, и он сейчас в этом доме с компанией пьющих из числа ансаров. Я отправился и вошёл к Пророку ﷺ, а у него был Зейд ибн Хариса. Пророк ﷺ увидел по моему лицу то, что со мной случилось, и сказал: «Что с тобой?» Я сказал: «О Посланник Аллаха, я никогда не видел подобного тому, что случилось сегодня: Хамза набросился на моих верблюдиц, отрезал их горбы и разрезал их боки, и вот он сейчас в доме с компанией пьющих». Тогда Пророк ﷺ попросил свой плащ, надел его, затем двинулся пешком, и последовал за ним я и Зейд ибн Хариса, пока не подошли к дому, где находился Хамза, и попросили разрешения войти, и им разрешили, и оказалось, что они пьют. И стал Посланник Аллаха ﷺ упрекать Хамзу за то, что он сделал. И вот Хамза был уже пьян, глаза его покраснели, и посмотрел Хамза на Посланника Аллаха ﷺ, затем поднял взгляд, и посмотрел на его колено, затем поднял взгляд, и посмотрел на его пупок, затем поднял взгляд, и посмотрел на его лицо, затем сказал Хамза: «Разве вы не рабы моего отца?» И понял Посланник Аллаха ﷺ, что он пьян, и отступил Посланник Аллаха ﷺ на пятках назад пятясь, и вышли мы с ним». Конец.