Сказал собиратель (да простит его Аллах): суть сказанного по этому вопросу такова: правильным мнением является мнение тех, кто считал допустимым таяммум для того, кто находится в населённой местности, если он не нашёл воды и боится, что выйдет время молитвы, либо не может использовать воду из-за болезни или иной причины, и что нет на нём обязанности восполнять ту молитву, которую он совершил с этим таяммумом. И Аллах знает лучше.
312 — Сообщил нам Мухаммад ибн Башшар от Мухаммада, он сказал: рассказал нам Шу’ба от Салямы от Зарра от Ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза от его отца: что один человек пришёл к Умару и сказал: «Я осквернился (джанаба) и не нашёл воды». Умар сказал: «Не совершай молитву». Тогда Аммар ибн Ясир сказал: «О повелитель верующих, разве ты не помнишь, как мы с тобой были в военном отряде, и осквернились, и не нашли воды? Ты не совершил молитву, а я вывалялся в песке и совершил молитву. Затем мы пришли к Пророку ﷺ и упомянули ему об этом, и он сказал: «Тебе было бы достаточно» — и ударил Пророк ﷺ своими руками по земле, затем подул на них, затем провёл ими по своему лицу и кистям рук». А Салама сомневался, не знал, [дошло ли это] до локтей или до кистей рук. Тогда Умар сказал: «Мы поручим тебе то, что ты взял на себя [сообщить]».
Передатчики этого иснада: восемь.
1 — (Мухаммад ибн Башшар) ибн Усман аль-Абди аль-Басри, Абу Бакр Бундар, один из шейхов шести [сборников], надёжный (сика), из [10-го поколения], упомянут ранее в 24/27.
2 — (Мухаммад) ибн Джафар аль-Хузали аль-Басри, известный как Гундар, надёжный, с точной книгой [записей], однако в нём была некая небрежность, из [9-го поколения], умер в 3 или 194 году, упомянут ранее в 21/22.
3 — (Шу’ба) ибн аль-Хаджжадж ибн аль-Вард аль-Атаки, их вольноотпущенник, Абу Бистам аль-Васити, затем аль-Басри, надёжный, хафиз, точный, благочестивый, из [7-го поколения], умер в 160 году, упомянут ранее в 24/26.
4 — (Салама) ибн Кухайль ибн Хусайн аль-Хадрами ат-Тин’и, Абу Йахья аль-Куфи, застал Ибн Умара и Зайда ибн Аркама, передавал от Абу Джухайфы, Джундаба ибн Абдуллаха, Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза и других.
От него передавали Саид ибн Масрук ас-Саури и его сын Суфьян, аль-Амаш, Шу’ба и другие.
Ахмад сказал: «Салама ибн Кухайль точен в хадисе, и Кайс ибн Муслим точен в хадисе — мы не переживаем, когда берём от них их хадис». Ибн Ма’ин признал его надёжным, также и ан-Насаи. Аль-Иджли сказал: «Куфиец, табиин, надёжный, твёрдый в хадисе, было в нём немного склонности к шиизму, он из надёжных куфийцев». Ибн Са’д сказал: «Был надёжным, многохадисным». Абу Зур’а сказал: «Надёжный, доверенный, разумный». Абу Хатим сказал: «Надёжный, точный». Якуб ибн Шайба сказал: «Надёжный, твёрдый при своей склонности к шиизму». Ан-Насаи сказал: «Надёжный, твёрдый». Ибн аль-Мубарак передал от Суфьяна: «Рассказал нам Салама ибн Кухайль, и был он одним из столпов», и сжал свой кулак [в знак твёрдости]. Ибн Махди сказал: «Не было в Куфе более твёрдого, чем четверо: Мансур, Салама, Амр ибн Мурра и Абу Хусайн», и сказал также: «Четверо в Куфе, о хадисе которых не спорят, а кто разошёлся с ними [в передаче], тот ошибся», и упомянул его среди них. Джарир сказал: «Когда Шу’ба прибыл в Басру, ему сказали: «Расскажи нам от надёжных твоих товарищей», и он сказал: «Если я расскажу вам от надёжных моих товарищей, то расскажу вам лишь о немногих из этих шиитов: аль-Хакам, Салама ибн Кухайль, Хабиб ибн Абу Сабит и Мансур». Йахья ибн Салама ибн Кухайль сказал: «Родился мой отец в 47 году и умер в день Ашуры 121 года», и так же сказали многие другие, а некоторые говорили — 122, а некоторые — 123. Ибн аль-Мадини сказал в «аль-Илаль»: «Салама не встречал никого из сподвижников, кроме Джундаба и Абу Джухайфы».
Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных, Абу Дауд сказал: «Он мне милее, чем Хабиб ибн Абу Сабит», и сказал: «Был он склонен к шиизму». Ан-Насаи сказал: «Он более твёрд, чем аш-Шайбани и аль-Аджлях». Его хадисы приводит вся группа (аль-джама’а).
5 — (Зарр) — с фатхой над «заль» с точкой и удвоенной «ра» — ибн Абдуллах ибн Зурара аль-Мурхаби аль-Хамдани, Абу Умар аль-Куфи.
Передавал от Абдуллаха ибн Шаддада ибн аль-Хада, Саида ибн Абд ар-Рахмана, Саида ибн Джубайра, аль-Мусаййаба ибн Наджабы, Ваиля ибн Маханы, Юсай’а аль-Хадрами и других.
От него передавали его сын Умар, аль-Амаш, Мансур, аль-Хакам ибн Утайба, Зубайд аль-Йами, Салама ибн Кухайль, Хабиб ибн Абу Сабит и другие.
Ахмад сказал: «Нет проблем в его хадисе», Ибн Ма’ин, ан-Насаи и Ибн Хираш признали его надёжным. Абу Хатим сказал: «Правдив (садук)». Абу Дауд сказал: «Был мурджиитом, и его отвергли Ибрахим ан-Наха’и и Саид ибн Джубайр из-за иршджа». Ибн Хиббан сказал: «Был из числа подвижников Куфы, и рассказывал поучительные истории (кассы)». Аль-Бухари сказал: «Правдив в хадисе», так же сказал ас-Саджи, и добавил: «Придерживался мнения иршджа». Ибн Нумайр признал его надёжным. Ахмад сказал: «Не слышал от Абд ар-Рахмана ибн Абза». Его хадисы приводит вся группа.
6 — (Ибн Абд ар-Рахман) — это Саид ибн Абд ар-Рахман ибн Абза аль-Хуза’и, их вольноотпущенник, аль-Куфи.
Передавал от своего отца, Ибн Аббаса, Ватилы.
От него передавали Джафар ибн Абу аль-Мугира, Тальха ибн Мусарриф и другие.
Ан-Насаи сказал: «Надёжный», Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных, Ахмад ибн Ханбаль сказал: «Хорош по хадису». Его хадисы приводит вся группа.
7 — (Абд ар-Рахман ибн Абза) — с фатхой над хамзой и сукуном над «ба» — аль-Хуза’и, вольноотпущенник Нафи’а ибн Абд аль-Харита, о его сподвижничестве (сухба) есть разногласия. Нафи’ ибн Абд аль-Харис назначил его своим заместителем над жителями Мекки во времена Умара и сказал Умару, что он читает Книгу Аллаха и сведущ в науке о наследственных долях (фараид), затем он поселился в Куфе.
Передавал от Пророка ﷺ, от Абу Бакра, Али, Умара, Аммара, Убайя ибн Ка’ба и других.
От него передавали его сын Саид, Абдуллах ибн Абу аль-Муджалид, аш-Ша’би и другие.
Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных табиинов, Ибн Абу Дауд сказал: «Абд ар-Рахман ибн Абу Лейла не передавал ни от кого из табиинов, кроме Ибн Абза».
Аль-Бухари сказал: «Ему принадлежит сподвижничество (сухба)», и многие другие упомянули его среди сподвижников. Абу Хатим сказал: «Застал Пророка ﷺ и молился за ним [в качестве имама]». Ибн Абд аль-Барр сказал: «Али назначил его наместником над Хорасаном». Ибн Са’д упомянул его среди тех, кто на момент смерти Посланника Аллаха ﷺ были юны по возрасту. Из тех, кто категорично утверждал о его сподвижничестве: Халифа ибн Хаййат, ат-Тирмизи, Якуб ибн Суфьян, Абу Уруба, ад-Даракутни, аль-Баркый, Бакы ибн Махляд и другие. В «Сахихе» аль-Бухари приводится хадис от Ибн Абу аль-Муджалида о том, что тот спросил Абд ар-Рахмана ибн Абза и Ибн Абу Авфу о ссудном займе (саляф), и они сказали: «Мы делили военные трофеи с Пророком ﷺ...» — [далее] хадис. Ибн Са’д сказал: «Рассказал нам Абу Асим, рассказал нам Шу’ба от аль-Хасана ибн Имрана от Абдуллаха ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза от его отца: что он молился с Пророком ﷺ, и когда он опускался [в поклон], то не произносил такбир». Его хадисы приводит вся группа.
8 — (Аммар ибн Ясир) ибн Амир ибн Малик ибн Кинана ибн Кайс ибн аль-Хусайн ибн аль-Вадим ибн Са’лаба ибн Авф ибн Хариса ибн Амир ибн Самир ибн Анас, — так сказал Ибн Са’д, — аль-Анси, Абу аль-Йакзан, вольноотпущенник рода Махзум. Мать его — Сумайя из племени Лахм. Ясир прибыл из Йемена в Мекку и заключил союз с Абу Хузайфой ибн аль-Мугирой, который женил его на своей вольноотпущеннице Сумайе, и она родила ему Аммара, и Абу Хузайфа освободил его. Аммар и его отец приняли ислам в раннее время и были из числа тех, кого мучили из-за приверженности Аллаху. Абу Джахль убил Сумайю, и она была первой мученицей в исламе. От Мусаддада передаётся, что он сказал: «Не было среди мухаджиров того, чьи оба родителя были мусульманами, кроме Аммара ибн Ясира».
Сказал собиратель (да простит его Аллах): в этих словах Мусаддада есть сомнение, равно как и в словах Абу Бакра ас-Суйути в «Альфийят аль-мусталах».
И помимо Сиддика из числа переселенцев — тот, чьи родители оба приняли ислам, о нём засвидетельствовано.
Ибо каждое из двух мнений противоречит другому, а установлено, что многие из переселенцев (мухаджиров) — их отцы и матери приняли ислам, как, например, дети аль-Аббаса, дети Абу Бакра, дети Умм Салямы и другие, о ком упоминают книги по жизнеописаниям (сира). Обрати на это внимание.
Аммар (да будет доволен им Аллах) передавал от Пророка ﷺ и от Хузайфы ибн аль-Йамана.
От него передавали: его сын Мухаммад, сын его сына Салама ибн Мухаммад — хотя относительно этого есть разногласие, — Ибн Аббас, Абу Муса аль-Ашари, Абдуллах ибн Джафар ибн Абу Талиб и другие.
Он участвовал в битве при Бадре и во всех остальных сражениях, и Пророк ﷺ побратал его с Хузайфой. От Абдуллаха ибн Масуда (да будет доволен им Аллах) передаётся, что он сказал: «Первыми, кто открыто проявил свой ислам, было семь человек», — и упомянул среди них Аммара и его мать Сумайю.
Он был первым, кто построил мечеть для молитвы. Когда он попросил разрешения войти к Пророку ﷺ, тот сказал: «Впустите его, добро пожаловать благому, очищенному!» А в другом риваяте: он попросил разрешения войти к Али, и тот сказал: «Впустите его, добро пожаловать благому, очищенному! Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Поистине, Аммар наполнен верой до самых своих костных окончаний»» (¹).
От Риби (²) ибн Хузайфы передаётся, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Следуйте примеру тех двоих, что будут после меня, — Абу Бакра и Умара, и руководствуйтесь путём Аммара». Аль-Хасан сказал: Амр ибн аль-Ас сказал, — а в другом риваяте: Усман ибн Абу аль-Ас сказал: «Два человека, которых Посланник Аллаха ﷺ любил до самой своей смерти: Ибн Масуд и Аммар».
Многочисленными путями передаются сообщения от Пророка ﷺ о том, что он сказал Аммару: «Тебя убьёт несправедливая группа». Это передано от Аммара, Усмана, Ибн Масуда, Хузайфы, Ибн Аббаса и других.
Аль-Вакиди сказал: то, относительно чего есть единое мнение касательно убийства Аммара, — это что он был убит на стороне Али в битве при Сиффине в 37 году, будучи в возрасте 93 лет, и был похоронен там же, в Сиффине.
Аль-Аввам ибн Хаушаб передал от Ибрахима ибн Абд ар-Рахмана ас-Саксия, от Абу Ваиля, что он сказал: Абу Майсара Амр ибн Шурахбиль — а он был из числа лучших сподвижников Абдуллаха — увидел во сне, что его ввели в Рай. И вот там установлены шатры. Он сказал: я спросил: «Кому это принадлежит?» Ответили: «Зу аль-Кала и Хаушабу», — а они были убиты на стороне Муавии. Он сказал: «А где Аммар и его сподвижники?» Ответили: «Впереди тебя». Он сказал: «Но разве они не убивали друг друга?» Ответили: «Да, но они встретили Аллаха, и нашли Его прощение обширным». Он сказал: «А что стало с людьми Нахравана?» Ответили: «Они встретили радость».
Его достоинств очень много (¹). Его хадисы приводит вся группа (аль-джама‘а).
Тонкости этого иснада
Среди них: то, что этот иснад входит в число «восьмеричных», что все его передатчики — надёжные (сика), что среди них есть басрийцы — это первые трое, и куфийцы — это оставшиеся; в нём есть передача сподвижника от сподвижника; в нём есть трое таби‘инов, каждый из которых передавал от другого, — это Салама, Заррр и Ибн Абд ар-Рахман ибн Абза; в нём присутствуют формы «сообщил» (ахбара), «рассказал» (хаддаса) и «передал со слов» (ан‘ана).
Разъяснение хадиса
«От» Саида (ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза) аль-Хузаи аль-Куфи, «от его отца» — Абд ар-Рахмана ибн Абза аль-Хузаи, их вольноотпущенника (маула), сподвижника (да будет доволен им Аллах). Он был младшим сподвижником, во времена Умара уже был взрослым мужчиной, а при Али (да будет доволен им Аллах) был назначен правителем Хорасана. «Что некий человек» — Ибн Хаджар (да помилует его Аллах) сказал: я не нашёл указания на его имя. В риваяте ат-Табарани сказано, что он был из числа жителей бадии (пустынной местности). А у аль-Бухари, в риваяте от Сулеймана ибн Харба, от Шу‘бы: «что Абд ар-Рахман ибн Абза присутствовал при этом».
«Пришёл к Умару» ибн аль-Хаттабу (да будет доволен им Аллах) в период его правления «и сказал: поистине, я оказался в состоянии джанаба (аджнабту)» — с фатхой на хамзе, то есть: «я стал тем, у кого джанаба», от четырёхбуквенного глагола «аджнаба»; также говорят «джануба» — с даммой на «нун» и кясрой, как в «Лисан аль-Араб», — трёхбуквенным глаголом тоже. «И я не нашёл воды» — либо вообще, либо имеется в виду воды, достаточной для полного омовения (гусль). «Тогда Умар сказал» (да будет доволен им Аллах), отвечая на его вопрос: «Не молись»» — в одном из риваятов добавлено: «пока не найдёшь воду». Это известное мнение, приписываемое Умару (да будет доволен им Аллах): что находящийся в состоянии джанаба не совершает тайаммум. С ним в этом согласился
Ибн Масуд (да будет доволен им Аллах), — хотя говорят, что Ибн Масуд впоследствии отказался от этого мнения. Мы уточним разногласие между учёными по этому вопросу в шестом вопросе, если позволит Всевышний Аллах. «Тогда Аммар ибн Ясир сказал ему» (да будет доволен им Аллах), напоминая ему о том, что его фетва противоречила сунне: «О повелитель верующих, разве ты не помнишь» — хамза здесь вопросительная, а «ма» — отрицательная — «как я и ты» — «из» здесь обстоятельство времени, связанное с глаголом «помнишь», и оно присоединено к именному предложению, то есть: «разве ты не помнишь то время, когда мы были» «в отряде (сарийя)» — форма «фа‘иля» в значении действующего лица; это отдельная часть войска, названная так потому, что она движется скрытно (тасри) под покровом ночи; множественное число — «сарайа» и «сарийят», подобно «атыйя» — «атыйят» (¹).
Ибн Манзур сказал: «Сарийя» — это от пяти человек до трёхсот, а также говорят, что она составляет около четырёхсот всадников.
В «Тахзибе» сказано: что касается «сарийя» из «сарайа» войск, то это форма «фа‘иля» в значении действующего лица; названа «сарийя», потому что она движется ночью скрытно, чтобы враг не был предупреждён о них и не остерёгся или не воздержался. Говорят: «Полководец отправил (сарра) отряд к врагу», когда выделяет его и посылает к ним, и это называется «тасрийя». В хадисе сказано: «Он возвращает своего вышедшего в отряд (мутасарри) к своему остающемуся товарищу (ка‘ид)». «Мутасарри» — тот, кто выходит в «сарийя», а она — часть войска, максимум которой достигает четырёхсот человек; множественное число — «сарайа»; названы так, потому что они являются
избранной частью и лучшими из войска — от слова «ас-сарий»: «драгоценное, ценное». А также говорят, что их назвали так, потому что они отправляются тайно и скрытно, но это не является правильным (объяснением), потому что корневая буква слова «сирр» — «ра», а здесь — «йа» (¹).
«И мы оказались в джанабе» — то есть нас постигла джанаба. «И мы не нашли воды» — для гусля. «Что до тебя, то ты не молился» — поскольку ты не нашёл воды, будучи убеждён в недействительности тайаммума для находящегося в джанабе. «А что до меня, то я вывалялся (тама‘актту) в земле» — то есть натёрся землёй, от выражения «ма‘ака аль-адима» — «протёр кожу», когда её скребут. В «Мисбахе» сказано: «ма‘актуху фи ат-тураб ма‘кан» — из категории глаголов на «нафа‘а» — означает: натёр его этим; а «ма‘акттуху тамй‘икан» — «фатама‘‘ака» — означает: обвалял его, и он обвалялся (²).
А в следующем риваяте: «и я обвалялся (татамарраг)» — то есть перевернулся (несколько раз).
Это со стороны Аммара (да будет доволен им Аллах) — применение аналогии (кыяс) и самостоятельное усилие в толковании (иджтихад), поскольку он уподобил земляное очищение водному в различении между большим осквернением (хадас акбар), при котором всё тело покрывается водой, и малым осквернением (хадас асгар), при котором достаточно омыть только некоторые части тела. Поэтому Ибн Дакык аль-Ид (да помилует его Аллах) сказал: этот хадис содержит доказательство допустимости кыяса, потому что Пророк ﷺ не отверг его аналогию, а лишь разъяснил ему, что послабление (рухса) ограничило (действие) этими частями тела при большом осквернении, подобно тому, как это имеет место при малом осквернении.
В «Фатхе» сказано: из этого хадиса извлекается польза, состоящая в том, что иджтихад сподвижников имел место уже при жизни Пророка ﷺ, и что делающий иджтихад не подлежит упрёку, если приложил все свои усилия, даже если не попал в истину, и что если он действовал согласно своему иджтихаду, то повторение (молитвы) с него не требуется. А в том, что Умар оставил без исполнения приказ о восполнении молитвы (када), есть опора для тех, кто говорит: что лишённый обоих средств очищения (воды и земли) не молится, и восполнение с него не требуется. Конец цитаты (³).
Составитель (да простит его Аллах) сказал: это последнее (мнение) противоречит правильному; правильным же является то, что он молится, и восполнение с него не требуется, как это будет уточнено в 204/323, если позволит Всевышний Аллах.
«И я молился, а затем мы пришли к Пророку ﷺ» — то есть после возвращения — «и упомянули ему об этом» — то есть разъяснили Пророку ﷺ действия каждого из нас. «Тогда он сказал» ﷺ: «Тебе было бы достаточно» — то есть для дозволенности совершения молитвы посредством тайаммума. В следующем риваяте: «Тебе было бы достаточно вот так».
Ибн Хаджар (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится доказательство того, что обязательным в тайаммуме является та форма, что разъяснена в данном хадисе, а добавление к этому, если бы оно было установлено повелением, указывало бы на отмену (насх), и его принятие было бы обязательным; однако оно передано лишь через действие (Пророка ﷺ), поэтому его следует относить к наиболее совершенной форме (исполнения), и это наиболее очевидно с точки зрения довода.
«Тогда Пророк ﷺ ударил своими руками по земле» — под «руками» подразумеваются ладони, на что указывает следующий риваят: «и ударил своими ладонями по земле». «Затем подул на них» — а в одном из риваятов: «затем приблизил их к своему рту», что является иносказанием (кинайа) о выдувании воздуха, и в обоих указание на то, что это было лёгкое дуновение. А в другом риваяте: «и плюнул на них слегка (тафаля)». Что касается «ат-тафль», то знатоки языка говорят: это меньше, чем «аль-базк» (плевок с силой), а «ан-нафс» (выдувание со звуком) — меньше, чем оно.
Сказал аль-Хафиз (да помилует его Аллах): изложение этих [передатчиков] указывает на то, что обучение произошло на деле. У Муслима — по пути Яхьи ибн Саида, а у аль-Исмаили — по пути Язида ибн Харуна и других, — все они передают от Шубы, что обучение произошло словесно, и в их формулировке: «Тебе было достаточно ударить рукой по земле», — Яхья добавил: «затем подуть, затем протереть ими своё лицо и ладони».
Дутьё было использовано как доказательство желательности облегчения [количества] пыли и отпадения желательности повторения в тайаммуме, поскольку повторение влечёт за собой отсутствие облегчения. Сказал это...
В «Фатхе»: («затем он протёр ими своё лицо и ладони») — в этом указание на то, что для тайаммума достаточно протирания лица и ладоней только, и это — предпочтительный мазхаб. Полное рассмотрение этого вопроса будет приведено в шестом разделе, если пожелает Всевышний Аллах.
(«и Салама») ибн Кухайль — подлежащее, сказуемым которого является его слово («усомнился, не зная в нём»), то есть в хадисе, («до локтей или до кистей») — то есть Салама усомнился в своём риваяте от Зарра: сказал ли он «затем протёр ими своё лицо и руки до локтей» или сказал «лицо и руки до кистей». Смысл выражения «до кистей» — до конца кистей. Далее будет приведено (200/319), что Шуба сказал: он — то есть Салама — говорил «кисти, лицо и предплечья», и Мансур сказал ему: «Что ты говоришь? Ведь никто, кроме тебя, не упоминает предплечья», — и Салама засомневался и сказал: «Не знаю, упомянул я предплечья или нет».
Говорит составитель [этого труда]: это указывает на то, что упоминание предплечий не является достоверным ввиду отсутствия у него уверенности и противоречия ему других надёжных передатчиков в этом. А что касается сказанного в «аль-Манхаль аль-азб» о том, что это — приемлемая добавка надёжного передатчика, — то это неверно. Обрати внимание.
(«И сказал Умар: «Мы возлагаем на тебя ответственность за то, за что ты сам взялся»») — это сокращение из последующего риваята: «И сказал: «Бойся Аллаха, о Аммар». Тот ответил: «О повелитель верующих, если хочешь, я не буду упоминать это». Умар сказал: «Нет, но мы возлагаем на тебя ответственность за то, за что ты сам взялся»». Смысл слова «нувалли-ка» («мы возлагаем на тебя») и далее — от слова «тауля» (возложение попечительства), то есть: мы делаем тебя ответственным за то, чем ты взялся заниматься — за передачу этого решения, — и ты сам согласился на это для себя. Это потому, что [Умар] не был уверен в своей ошибке и не вспомнил эту историю, поэтому допустил возможность собственной забывчивости, как допустил возможность ошибки у Аммара. Поэтому ему не следовало выносить по этому фетву, в отличие от Аммара, который был уверен в этом, — ему разрешено передавать это и выносить по этому фетву. И Аллах знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом
Первый вопрос: о его степени. Этот хадис Аммара (да будет доволен им Аллах) — согласованный [между аль-Бухари и Муслимом].
Второй вопрос: об указании его мест у составителя. Он привёл его здесь (195/312) от Мухаммада ибн Башшара, от Мухаммада ибн Джафара Гундара, от Шубы, от Саламы ибн Кухайля, от Зарра, от Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца, от Аммара (да будет доволен им Аллах). А в (198/316) и в «аль-Кубра» (177/302) — от Мухаммада ибн Башшара, от Абд ар-Рахмана ибн Махди, от Суфьяна, от Саламы, от Абу Малика, и от Абдуллаха ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, — оба от Абд ар-Рахмана. А в (199/317) и в «аль-Кубра» (178/304) — от Амра ибн Язида, от Бахза, от Шубы, от аль-Хакама, который сказал: «Я слышал, как Зарр рассказывал от Ибн Абза, от его отца», и [аль-Хакам] слышал это также от Ибн Абза, от его отца, от него [Аммара]. А в (200/319) и в «аль-Кубра» (179/305) — от Абдуллаха ибн Мухаммада ибн Тамима, от Хаджжаджа ибн Мухаммада, от Шубы, от аль-Хакама и Саламы — оба от Зарра, с этим же [текстом], а в «аль-Кубра»: от Амра ибн Али, от Язида ибн Зурайя, от Саида ибн Абу Аруба, от Катады, от Азры, от Саида ибн Абд ар-Рахмана, от его отца, с этим же [текстом]. И это [также приведено] в риваяте Ибн аль-Ахмара.
Третий вопрос: о том, кто привёл этот хадис вместе с составителем.
Его привели аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи и Ибн Маджа. Аль-Бухари привёл его в «Книге очищения» от Адама, Хаджжаджа ибн аль-Минхаля, Мухаммада ибн Касира, Сулеймана ибн Харба и Муслима ибн Ибрахима — приведя их по отдельности, — а также от Бундара, от Гундара, — все шестеро от Шубы, от аль-Хакама, от Зарра, от Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца. И сказал в форме таллика: «Сказал ан-Надр» — то есть Ибн Шумайль — «от Шубы, от аль-Хакама, от Зарра, от Ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза». Сказал аль-Хакам: «И я слышал это также от Ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца».
Муслим привёл его в «Книге очищения» от Исхака ибн Мансура, от ан-Надра ибн Шумайля, как было упомянуто, и от Абдуллаха ибн Хашима, от Яхьи аль-Каттана, от Шубы, от аль-Хакама, от Зарра, с этим же [текстом]. Сказал аль-Хакам: «И рассказал мне это также Ибн Абд ар-Рахман ибн Абза, от своего отца». Сказал Шуба: «И рассказал мне Салама от Зарра с этим же [текстом]».
Абу Дауд привёл его от Мухаммада ибн Касира, от Суфьяна, от Саламы ибн Кухайля, от Абу Малика, от Абд ар-Рахмана ибн Абза, с этим же [текстом], и от Мухаммада ибн аль-Аля, от Хафса ибн Гияса, от аль-Амаша, от Саламы, от Ибн Абза, от Аммара, не упомянув Абу Малика, и от Мухаммада ибн Башшара, от Мухаммада ибн Джафара, и от Али ибн Сахля ар-Рамли, от Хаджжаджа ибн Мухаммада — оба от Шубы, от Саламы ибн Кухайля, и от Мусаддада, от Яхьи, от Шубы, от аль-Хакама — оба от Зарра, от Ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца, и от Мухаммада ибн аль-Минхаля, от Язида ибн Зурайя, от Саида, от Катады, от Азры, от Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца, в сокращённом виде, и от Мусы ибн Исмаила, от Абана, который сказал: «Катаду спросили о тайаммуме в пути». Он ответил: «Рассказал мне рассказчик от аш-Шаби, от Абд ар-Рахмана ибн Абза, от Аммара ибн Ясира, что Посланник Аллаха ﷺ [сказал]: «до локтей»». Сказал Абу Дауд: «И передал его Ваки от аль-Амаша, от Саламы ибн Кухайля, от Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца. И передал его Джарир от аль-Амаша, от Саламы, от Саида ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца. И передал его Шуба от Хусайна, от Абу Малика, который сказал: «Я слышал, как Аммар произносил проповедь»».
Ат-Тирмизи привёл его от Абу Хафса Амра ибн Али, от Язида ибн Зурайя, по его иснаду: «Что Пророк ﷺ повелел совершать тайаммум для лица и кистей», и сказал: «хороший, достоверный [хадис]».
Ибн Маджа привёл его от Бундара, от Гундара, от Шубы, от аль-Хакама, от Зарра, от Ибн Абд ар-Рахмана ибн Абза, от его отца, с этим же [текстом]. И некоторые из них добавляют больше других в [тексте] хадиса (1).
Четвёртый вопрос: по праву, как сказал ас-Синди, этот хадис следовало бы привести под заголовком «Глава о тайаммуме при джанабе», которая будет приведена далее. Возможно, составитель вывел допустимость тайаммума в поселении из тайаммума Пророка ﷺ, [совершённого] для обучения в поселении, поскольку он обучил его безусловному обучению, не выделяя ни путешествие, ни поселение. Если бы тайаммум был допустим только в пути, он бы разъяснил это ему и сказал бы: «Этот тайаммум в этой форме предназначен только для того, кто находится в пути». И Аллах знает лучше.
Пятый вопрос: об изложении его пользы.
Из них: он указывает на допустимость иджтихада во времена Пророка ﷺ.
Сказал знаток-исследователь Ибн Дакык аль-Ид (да помилует его Аллах) относительно его слова («и я вывалялся в земле, как валяется животное»), буквально: «Как будто это применение кыяса, для которого непременно требуется предварительное знание о законности тайаммума. И как будто, увидев, что омовение специфично для определённых органов, а его заместитель — тайаммум — был также специфичен, [он рассудил, что] заместитель полного омовения, которое охватывает всё тело, должен быть общим для всего тела».
Сказал Абу Мухаммад ибн Хазм аз-Захири: «В этом хадисе — опровержение кыяса, поскольку Аммар предположил, что то, о чём умолчано касательно тайаммума при джанабе, имеет то же решение, что и гусль при джанабе, поскольку он является его заместителем. Но Посланник Аллаха ﷺ отверг это и сообщил ему, что у каждой вещи есть своё решение, установленное только текстом [шариата]».
Сказал Ибн Дакык аль-Ид: «Ответ на сказанное [Ибн Хазмом] таков: хадис указывает на недействительность этого частного кыяса, а из недействительности частного не следует недействительность общего. Приверженцы кыяса не считают достоверным всякий кыяс. Кроме того, в этом кыясе есть и другой момент: основа — которой является омовение — в ней уже отменено равенство заместителя ей, ведь тайаммум не охватывает все органы омовения. Так равенство заместителя основе оказалось отменённым в месте [действия] текста, а это не требует равенства в частном случае».
Более того, можно сказать: этот хадис, возможно, служит доказательством правильности основы кыяса, поскольку слова его ﷺ: «Тебе было бы достаточно того-то и того-то» указывают на то, что если бы он это сделал, то этого было бы ему достаточно. А это — доказательство правильности нашего утверждения: если бы он это сделал, то был бы прав, и если бы он это сделал, то уподобил бы (проводя кыяс) тайаммум при джанабе тайаммуму при омовении, при условии, что
Упомянутое в аяте прикосновение — не половое сношение, потому что если бы, по мнению Аммара, оно означало половое сношение, то предписание о тайаммуме было бы разъяснено в самом аяте, и ему не понадобилось бы вываливаться в песке. Значит, его поступок предполагает убеждение, что он действует не по прямому тексту, а по аналогии (кыясу), а Пророк ﷺ разъяснил, что ему достаточно было совершить тайаммум описанным образом, при том, что, как мы показали, если бы он это сделал, то сделал бы это по своей аналогии, а не по прямому тексту. Конец цитаты.
Учёный ас-Сан‘ани (да помилует его Аллах) написал по поводу слов «значит, его поступок предполагает…» следующее: я говорю: его вываливание в песке может означать, что он поступил так, опираясь на аналогию, ибо если бы он действовал по прямому тексту, он не превысил бы предписанных для тайаммума частей тела, поскольку текст ясно указал количество частей тела, которые очищаются землёй при джанабе (половом осквернении) и при омовении. А то, что он вывалялся в песке, указывает на то, что он уподобил джанабу малому осквернению в том, что земля устраняет его, как устраняет и малое осквернение, и уподобил землю воде в общем правиле замещения. Так Пророк ﷺ подтвердил первую аналогию и отверг вторую.
Возможно также, что он знал это решение — что земля устраняет джанабу — из самого аята, и понял «прикосновение» как половое сношение, а слова Всевышнего «оботрите ими ваши лица и руки» [аль-Маида, 6] понял как разъяснение количества и способа частей тела для тайаммума при омовении, полагая, что разъяснение количества и способа для джанабы отнесено к аналогии с водой. Поэтому он, вываливаясь в песке, распространил обтирание на всё тело, уподобляя землю воде на основании того, что она очищает подобно ей. Но Пророк ﷺ отменил эту аналогию и разъяснил ему, что решение в этом одинаково и для омовения, и для полного омовения, что текст охватывает оба случая, и что он ошибся в своей аналогии при наличии прямого текста. В любом случае, у Абу Мухаммада не сложилось полного довода из этого хадиса на недействительность аналогии как таковой, а отмена её Пророком ﷺ была лишь из-за её порочности, тогда как понимаемое из этого правило учитывается, как об этом уже было указано.
Из этого также следует, что если муджтахид ошибается, его не упрекают за ошибку.
Из этого также следует, что тому, кто действовал согласно своему иджтихаду, не обязательно повторять действие.
Из этого также следует, что одного удара достаточно для обтирания лица и рук.
Из этого также следует, что повторение не предписано в обтирании при тайаммуме.
Из этого также следует, что предписанным при обтирании рук являются только кисти, и не предписано выходить за их пределы.
Из этого также следует, что если муджтахиду противоречит другой муджтахид, но он не убеждён его доводом, ему не следует запрещать этому муджтахиду выносить фетву на основании доводов, установленных для него, даже если он является имамом (правителем), потому что Умар утвердил Аммара в том, что тот утверждал на основании прямого текста, и предоставил это ему, хотя сам не был убеждён этим, поскольку он рассказал ему историю, связанную с этим, а сам её не вспомнил, признав тем самым возможность забвения за собой, как признал возможность ошибки за Аммаром. И Аллах знает лучше.
Вопрос шестой: о разъяснении мнений учёных относительно способа совершения тайаммума.
Хафиз Абу Бакр ибн аль-Мунзир (да помилует его Аллах) сказал: учёные разошлись во мнениях относительно способа тайаммума. Одна группа сказала: обтирание доводится до лица и рук до подмышек — так сказал аз-Зухри, приведя в качестве довода грядущий хадис Аммара 196/314.
Другая группа сказала: тайаммум — это два удара: один удар для лица, другой удар для рук до локтей. Так считал Ибн Умар, аль-Хасан, аш-Ша‘би, Салим, и передано от Джабира. Ан-Наха‘и сказал: мне представляется предпочтительнее доводить обтирание до локтей. Это же мнение Малика, аль-Лейса, Абд аль-Азиза ибн Абу Саламы, Суфьяна, аш-Шафи‘и и последователей мазхаба ар-рай. Абу Саур сказал: два удара мне представляются предпочтительнее.
Ибн аль-Мунзир (да помилует его Аллах) сказал: среди доводов некоторых придерживающихся этого мнения — три хадиса:
Первый: хадис Ибн Умара. Затем он привёл его по своему иснаду от Нафи‘а, который сказал: я отправился с Ибн Умаром к Ибн Аббасу по делу, и среди его рассказа в тот день было, что Пророк ﷺ помочился. Он сказал: мимо него прошёл человек и поприветствовал его, но Пророк не ответил ему на приветствие, пока не ударил руками по стене, затем обтёр ими лицо, затем ударил другим ударом и обтёр ими предплечья, затем ответил на приветствие.
Второй: то, что передал аш-Шафи‘и от Ибрахима ибн Мухаммада, от его отца, от Абу аль-Хувайриса Абд ар-Рахмана ибн Му‘авии, от аль-А‘раджа, от Абу ас-Симмы: что Пророк ﷺ совершил тайаммум и обтёр лицо и предплечья.
Третий: то, что передал ар-Раби‘ ибн Бадр от своего отца, от своего деда, от Асла‘а,
который сказал: я был с Пророком ﷺ, и меня застигла джанаба. Он сказал: «О Асла‘, встань и снаряди для меня верблюда». Я сказал: «Меня застигла джанаба». Он промолчал. Затем ниспослан был аят о тайаммуме, и он показал мне тайаммум: он ударил руками по земле, затем стряхнул их, обтёр лицо, затем ударил руками по земле второй раз и обтёр предплечья снаружи и внутри.
Другая группа сказала: тайаммум — это два удара: один удар для лица, другой удар для рук до запястий. Это мнение передано от Али.
Другая группа сказала: тайаммум — это один удар для лица и кистей рук. Это мнение Атаа, Мак-хуля, аш-Ша‘би, передано от Ибн аль-Мусаййиба, ан-Наха‘и, и его придерживались аль-Аузаи, Ахмад, Исхак; они привели в качестве довода упомянутый хадис Аммара, относительно которого согласны оба шейха (аль-Бухари и Муслим).
Ибн аль-Мунзир сказал: что касается сообщений, переданных от Аммара, в которых упоминается о разногласии в их действиях, когда был ниспослан аят о тайаммуме, до того как они пришли к Пророку ﷺ, чтобы он научил их способу тайаммума, — они сделали это при ниспослании аята из предосторожности. Когда же они пришли к нему, он научил их и сказал Аммару: «Тебе было достаточно вот так». А в его словах «тебе было достаточно вот так» есть указание на то, что действие, которое они совершили, было до того, как он их научил. Доказательством правильности этого мнения служит то, что сам Аммар впоследствии, после Пророка ﷺ, во времена своего правления в Куфе при Умаре, учил людей тайаммуму как одному удару для лица и кистей рук.
Он сказал: что касается трёх сообщений, которыми привели довод те, кто считает, что тайаммум — это два удара, то все они с изъяном, и недопустимо приводить в качестве довода что-либо из них.
В иснаде хадиса Ибн Умара — Мухаммад ибн Сабит, и никто другой кроме него не возвёл его к Пророку. Не один из учёных отверг его хадис. Яхья ибн Ма‘ин сказал: Мухаммад ибн Сабит — ничего не стоит, и это он передал хадис Нафи‘а от Ибн Умара о
двух ударах, и он считается слабым. Аль-Бухари сказал: Мухаммад ибн Сабит Абу Абдуллах аль-Басри в своём хадисе от Нафи‘а от Ибн Умара о тайаммуме — ему противоречат Аюб, Убайдуллах и Ибн Исхак, передавшие от Нафи‘а от Ибн Умара о его собственном действии.
Что касается того, что передал аш-Шафи‘и, то в нём — Ибрахим ибн Мухаммад, которого объявили лжецом Ибн Ма‘ин и Ибн Абу Марьям, от передачи от него предостерегал Малик, обвинял его Яхья ибн Са‘ид, оставил его Ибн аль-Мубарак, и говорил о нём с критикой Ахмад, сказавший: он брал хадисы людей и вносил их в свои книги.
Что касается хадиса ар-Раби‘а ибн Бадра, то его иснад неизвестен, потому что ар-Раби‘, его отец и его дед не известны передачей хадисов, а Асла‘ неизвестен. Так что довод этим хадисом отпадает со всех сторон. Конец слов Ибн аль-Мунзира — вкратце и с некоторой обработкой.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал относительно слов «тебе достаточно лица и кистей рук» следующее: из этого выражения извлекается, что то, что превышает кисти рук, не является обязательным (фард). Этого мнения придерживались Ахмад, Исхак, Ибн Джарир, Ибн аль-Мунзир, Ибн Хузайма; передал это от Малика Ибн аль-Джахм и другие; передал это от сторонников хадиса аль-Хаттаби. Ан-Навави сказал: это передали Абу Саур и другие от аш-Шафи‘и в его раннем мнении. Отверг это аль-Маварди и другие. Он сказал: это отвержение отвергнуто, потому что Абу Саур — надёжный имам. Он сказал: это мнение, хотя и является менее предпочтительным — то есть как мазхаб, — но оно сильно по доводу. Так он сказал в «Шарх аль-мухаззаб», и хорошо сказал. Но в «Шарх Муслим» он сказал в ответ на этот хадис: имеется в виду разъяснение формы удара для обучения, а не разъяснение всего, чем достигается тайаммум.
Хафиз сказал: на это возразили, что контекст истории указывает на то, что имеется в виду разъяснение
всего этого, потому что это очевидно из его слов «тебе достаточно». Что касается довода тех, кто требует доведения обтирания до локтей, ссылаясь на то, что это условие в омовении, то ответ на это таков: это аналогия против прямого текста, и потому она порочна по своей сути. Более того, тому, кто не ставит это условие, противопоставлена другая аналогия — обобщение в аяте о краже, но нет нужды в этом при наличии данного прямого текста.
Составитель говорит: то, что сказал хафиз (да помилует его Аллах), есть само воплощение исследования и справедливости, а всё прочее — застой и натяжка.
И он сказал ранее, при разборе слов аль-Бухари: «Глава о тайаммуме для лица и кистей», буквально следующее: то есть это то, что обязательно, и он привёл это в форме категорического утверждения, несмотря на известность разногласия в этом вопросе, из-за силы довода на это. Ведь из хадисов, приведённых относительно описания тайаммума, достоверным является только хадис Абу Джухайма и хадис Аммара, а помимо них — либо слабые, либо такие, относительно которых есть разногласие, возводятся ли они к Пророку ﷺ или являются остановленными (маукуф), причём более достоверным является то, что они не возводятся к Пророку ﷺ.
Что касается хадиса Абу Джухайма, то в нём упоминание рук приведено обобщённо. А что касается хадиса Аммара, то в обоих «Сахихах» приведено упоминание кистей, а в «Сунанах» — упоминание локтей, и в одном риваяте — до середины предплечья, а в другом риваяте — до подмышек.
Что касается риваята о локтях, а также о середине предплечья, то относительно них есть замечания. А что касается риваята о подмышках, то аш-Шафии и другие сказали: если это произошло по велению Пророка ﷺ, то всякий достоверный тайаммум Пророка ﷺ после этого отменяет его, а если это произошло не по его велению, то довод — в том, что он повелел.
А из того, что усиливает риваят обоих «Сахихов» об ограничении лицом и кистями, — то, что Аммар выносил фетвы на этом основании после Пророка ﷺ, а передатчик хадиса лучше знает то, что подразумевается в нём, чем другие, тем более если это сподвижник, обладающий способностью к самостоятельному суждению (иджтихад)». На этом заканчиваются слова хафиза (Ибн Хаджара), и это слова весьма ценные.