Хадис № 15155

Пророк ﷺ приказал Али ﵁ соблюдать состояние ихрам.

«Я приехал в Мекку, совершая умру с возможностью (тамата»), и вошли мы за три дня до Тарвии. Мне сказали люди из Мекки: «Теперь твой хадж считается мекканским». Я обратился к Атаю за фетвой, и он сказал: «Джабир ибн Абдуллах рассказывал мне, что он совершал хадж с Пророком ﷺ в день, когда он вёл с собой жертвенных животных, и они объявили о хадже муфрад (одиночном). Он сказал им: «Разрешите себе из вашего ихрама, совершив таваф вокруг Дома и между Сафой и Марвой, и укоротите (молитву), затем оставайтесь в состоянии дозволенного, пока не наступит день Тарвии, тогда объявите хадж и сделайте то, с чем вы приехали, таматой». Они спросили: «Как мы сделаем это таматой, если уже назвали это хаджем?» Он ответил: «Делайте то, что я вам велел. Если бы я не вёл жертвенных животных, я поступил бы так же, как велел вам, но для меня нельзя разрешить запретное, пока жертва не достигнет места жертвоприношения». Они так и сделали».

Мы прибыли с Посланником Аллаха ﷺ, говоря: «Лаббайк, о Аллах, лаббайк с хаджем», но Пророк ﷺ повелел нам считать это умрой.

Пророк ﷺ и его сподвижники объявили начало хаджа, и у никого из них не было жертвенного животного, кроме Пророка ﷺ и Тальхи. Али прибыл из Йемена с жертвенным животным и сказал: «Я объявил начало так же, как и Пророк ﷺ». Тогда Пророк ﷺ приказал своим сподвижникам считать это умрой, совершить таваф, затем укоротить стрижку и разрешил снимать запреты, кроме тех, у кого было жертвенное животное. Они сказали: «Мы отправимся в Мину», и кто-то из них упомянул, что у него течет кровь. Пророк ﷺ узнал об этом и сказал: «Если бы я мог поступить по-своему, я бы не приносил жертву, и если бы у меня не было жертвенного животного, я бы снял запреты». Аиша (да будет доволен ею Аллах) была в состоянии менструации, поэтому она не совершила все обряды хаджа, кроме того, что не совершила таваф у Каабы. Когда она очистилась, она совершила таваф у Каабы и сказала: «О Посланник Аллаха, вы отправляетесь с хаджем и умрой, а я отправляюсь только с хаджем?» Тогда Пророк ﷺ приказал Абдуррахману ибн Абу Бакру сопровождать ее до Танъима, и она совершила умру после хаджа.

«Он и его спутники начали провозглашать талбию (призыв к паломничеству), и никто из них, кроме Посланника Аллаха ﷺ и Тальхи, не имел жертвенного животного. Али прибыл из Йемена с жертвенным животным и сказал: «Я произнёс талбию так же, как Посланник Аллаха ﷺ, и что Пророк ﷺ разрешил своим сподвижникам совершать умру: обходить Каабу, затем укорачивать стрижку и снимать запрет, кроме тех, у кого есть жертвенное животное.» Они сказали: «Мы отправимся в Мину.» Один из нас упомянул о дожде. Это дошло до Посланника Аллаха ﷺ, и он сказал: «Если бы я мог повернуть назад своё решение, я бы не принес жертву, и если бы у меня не было жертвенного животного, я бы снял запрет.» Аиша была в состоянии менструации и не совершила обход Каабы, но когда она очистилась, она совершила обход и сказала: «О Посланник Аллаха, вы отправляетесь с умрой и хаджем, а я с хаджем?» Он приказал Абдуррахману ибн Аби Бакру сопровождать её в Танъим, и она совершила умру после хаджа в месяце Зуль-хиджа. Сурака ибн Малик ибн Джушум встретил Посланника Аллаха ﷺ на перевале, когда тот бросал камни, и спросил: «Это только для вас, о Посланник Аллаха?» Он ответил: «Нет, это навсегда.»

Пророк ﷺ прибыл утром четвёртого дня месяца Зуль-хиджа, намереваясь совершить хадж, не смешивая его с чем-либо. Когда мы прибыли, он приказал нам считать это умрой и разрешил снимать состояние ихрам с наших жен. Тогда распространился спор по этому поводу. Ата сказал: Джабир сказал: «Кто-то из нас отправлялся в Мину, и у него текла семенная жидкость». Джабир прикрыл это рукой. Об этом узнал Пророк ﷺ, встал и произнёс проповедь: «Мне стало известно, что некоторые люди говорят так и так. Клянусь Аллахом, я более набожен и богобоязнен перед Аллахом, чем они. Если бы я мог повернуть своё дело лицом назад, я бы не сделал этого, и если бы не было у меня жертвенного животного, я бы снял состояние ихрам.» Тогда Сурака ибн Малик ибн Джушум встал и спросил: «О Посланник Аллаха, это навсегда?» Он ответил: «Нет, это навсегда». Затем пришёл Али ибн Абу Талиб, и один из них сказал: «Я отвечаю тебе тем, с чем пришёл Посланник Аллаха ﷺ», а другой сказал: «Я отвечаю тебе хаджем Посланника Аллаха ﷺ». Пророк ﷺ приказал, чтобы он оставался в состоянии ихрам и включил его в жертвенное животное.

Пророк ﷺ приказал Али соблюдать состояние ихрама. Мухаммад ибн Бакр передал от Ибн Джурейджа, что Ата сказал: Джабир сообщил, что Али ибн Абу Талиб (да будет доволен им Аллах) прибыл со своим жертвенным животным. Пророк ﷺ спросил его: «Чем ты объявил ихрам, Али?» Он ответил: «Тем, чем объявил ихрам Пророк ﷺ». Тогда он сказал: «Приноси жертву и оставайся в состоянии харама, как ты есть». Али принес жертву.

Мы были с Посланником Аллаха ﷺ, когда совершали хадж, и прибыли в Мекку за четыре дня до месяца Зуль-хиджа. Пророк ﷺ приказал нам совершить таваф вокруг Дома и между Сафой и Марвой, сделав это умрой, и разрешил снять их (одежду паломника), кроме тех, у кого был хадий (жертвенное животное). Никто из нас, кроме Пророка ﷺ и Тальхи, не имел хадия. Али из Йемена пришел с хадием и сказал: «Я произнес талбийю так же, как и Пророк ﷺ». Мы спросили: «Пойдем в Мину, а кто-то из нас истекает кровью?» Пророк ﷺ ответил: «Если бы я мог, я бы не повернул спиной к тому, что пожертвовал, и если бы не хадий, я бы снял их (одежду паломника).» Затем он встретил Сураку, когда тот бросал камни в Джамрат аль-Акаба, и тот спросил: «О Посланник Аллаха, это место принадлежит нам?» Он ответил: «Нет, оно принадлежит навсегда.» Аиша приехала в Мекку будучи в состоянии менструации, и Пророк ﷺ приказал ей совершить все обряды хаджа, кроме тавафа и молитвы, пока она не очистится. Когда они прибыли на равнину Батха, Аиша спросила: «О Посланник Аллаха, вы отправляетесь с хаджем и умрой, а я с хаджем?» Он приказал Абдуррахману ибн Абу Бакру ас-Сиддику сопровождать ее в Танъим, и она совершила умру в Зуль-хиджа после дней хаджа.

Мы совершали их (умру) — сподвижники Посланника Аллаха ﷺ — в хадже отдельно, без умры. Ата сказал, что Джабир сказал: «Пророк ﷺ прибыл утром четвёртого дня месяца Зуль-хиджа. Когда мы прибыли, Пророк ﷺ приказал нам снять запрет и сказал: «Снимайте запрет и пользуйтесь женщинами». Ата сказал, что Джабир добавил: «Он не настаивал на этом, а лишь разрешил им. До нас дошло, что между нами и Арафатом было всего пять (миль), и он приказал нам снять запрет с женщин, чтобы мы пришли в Арафат, когда наши тела были возбуждены (в состоянии полового влечения)». Джабир показывал это рукой и двигал ею. Потом Посланник Аллаха ﷺ встал и сказал: «Вы знаете, что я самый богобоязненный из вас перед Аллахом, самый правдивый и самый благочестивый. Если бы не мой жертвенный скот, я бы снял запрет так же, как вы снимаете его. Снимайте запрет, и если бы я мог повернуть назад то, что сделал, я бы не жертвовал». Мы сняли запрет, слушались и повиновались.

Мы отправились с Посланником Аллаха ﷺ, объявляя намерение совершить хадж. С нами были женщины и дети. Когда мы прибыли в Мекку, мы обходили Каабу, а также Сафа и Марву. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал нам: «Кто не имеет жертвенного животного, пусть снимает запрет (совершает тахаллул).» Мы спросили: «Какой именно тахаллул?» Он ответил: «Весь тахаллул.» Мы пошли к женщинам, переоделись и нанесли благовония. В день Тарвии мы объявили намерение совершить хадж. Первый обход между Сафа и Марвой был достаточен. Затем Посланник Аллаха ﷺ приказал нам объединиться для покупки верблюдов и коров — по семь человек на одно животное.

Мы отправились с Посланником Аллаха ﷺ, объявляя намерение совершить хадж. С нами были женщины и дети. Когда мы прибыли в Мекку, мы обходили Каабу, а также Сафа и Марву. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал нам: «Кто не имеет жертвенного животного, пусть снимает запрет (совершает тахаллул).» Мы спросили: «Какой именно тахаллул?» Он ответил: «Весь тахаллул.» Мы пошли к женщинам, переоделись и нанесли благовония. В день Тарвии мы объявили намерение совершить хадж. Первый обход между Сафа и Марвой был достаточен. Затем Посланник Аллаха ﷺ приказал нам объединиться для покупки верблюдов и коров — по семь человек на одно животное.

Пророк ﷺ повелел нам, когда мы вошли в состояние ихрам, произносить талбийю, когда направляемся к Мине. Мы произносили талбийю с Аль-Абтаха.

Мы провозгласили паломничество искренним поклонением одному Аллаху. Пришёл Пророк ﷺ утром четвёртого дня месяца Зуль-хиджа и приказал нам снять запреты. Он сказал: «Снимайте запреты и приближайтесь к женщинам». Он не предписал нам жертвоприношение, но разрешил его. Мы сказали: «Между нами и Арафатом осталось всего пять дней», и он приказал нам отправиться к нашим женам. Мы пришли в Арафат, и наши одежды были пропитаны семенной жидкостью!» Джабир, показывая рукой, сказал: «Пророк ﷺ встал среди нас и сказал: «Вы знаете, что я самый богобоязненный, самый правдивый и самый благочестивый из вас. Если бы не жертвенное животное, я бы снял запреты, как вы. И если бы я мог поступить по-своему, я бы не приносил жертву. Так что снимайте запреты!» Мы сняли запреты, слушались и повиновались. Потом Али вернулся с са’и (ритуального обхода). Его спросили: «Почему ты снял запреты?» Он ответил: «Так, как разрешил Пророк ﷺ.» Пророк сказал ему: «Принеси жертву и оставайся в состоянии запрета». Али принес жертву. Сурака ибн Малик ибн Джушм спросил: «О Посланник Аллаха, это на один год или навсегда?» Он ответил: «Навсегда».

Мы провозгласили паломничество искренним поклонением одному Аллаху. Пришёл Пророк ﷺ утром четвёртого дня месяца Зуль-хиджа и приказал нам снять запреты. Он сказал: «Снимайте запреты и приближайтесь к женщинам». Он не предписал нам жертвоприношение, но разрешил его. Мы сказали: «Между нами и Арафатом осталось всего пять дней», и он приказал нам отправиться к нашим женам. Мы пришли в Арафат, и наши одежды были пропитаны семенной жидкостью!» Джабир, показывая рукой, сказал: «Пророк ﷺ встал среди нас и сказал: «Вы знаете, что я самый богобоязненный, самый правдивый и самый благочестивый из вас. Если бы не жертвенное животное, я бы снял запреты, как вы. И если бы я мог поступить по-своему, я бы не приносил жертву. Так что снимайте запреты!» Мы сняли запреты, слушались и повиновались. Потом Али вернулся с са’и (ритуального обхода). Его спросили: «Почему ты снял запреты?» Он ответил: «Так, как разрешил Пророк ﷺ.» Пророк сказал ему: «Принеси жертву и оставайся в состоянии запрета». Али принес жертву. Сурака ибн Малик ибн Джушм спросил: «О Посланник Аллаха, это на один год или навсегда?» Он ответил: «Навсегда».

Мы прибыли с Пророком ﷺ, намереваясь совершить хадж. Пророк приказал нам сделать это умрой и снять запрет (ихрам). У него был жертвенный скот, но он не смог сделать это умрой.

Мы провозгласили паломничество искренним поклонением одному Аллаху. Пришёл Пророк ﷺ утром четвёртого дня месяца Зуль-хиджа и приказал нам снять запреты. Он сказал: «Снимайте запреты и приближайтесь к женщинам». Он не предписал нам жертвоприношение, но разрешил его. Мы сказали: «Между нами и Арафатом осталось всего пять дней», и он приказал нам отправиться к нашим женам. Мы пришли в Арафат, и наши одежды были пропитаны семенной жидкостью!» Джабир, показывая рукой, сказал: «Пророк ﷺ встал среди нас и сказал: «Вы знаете, что я самый богобоязненный, самый правдивый и самый благочестивый из вас. Если бы не жертвенное животное, я бы снял запреты, как вы. И если бы я мог поступить по-своему, я бы не приносил жертву. Так что снимайте запреты!» Мы сняли запреты, слушались и повиновались. Потом Али вернулся с са’и (ритуального обхода). Его спросили: «Почему ты снял запреты?» Он ответил: «Так, как разрешил Пророк ﷺ.» Пророк сказал ему: «Принеси жертву и оставайся в состоянии запрета». Али принес жертву. Сурака ибн Малик ибн Джушм спросил: «О Посланник Аллаха, это на один год или навсегда?» Он ответил: «Навсегда».

Мы вошли к Джабиру ибн Абдуллаху. Он спросил о людях, пока не дошёл до меня. Я сказал: «Я — Мухаммад ибн Али ибн Хусейн». Он опустил руку к моей голове и расстегнул верхнюю пуговицу моей одежды, затем расстегнул нижнюю. Потом положил ладонь между моими грудями, а я в тот день был молодым парнем. Он сказал: «Добро пожаловать, сын моего брата! Спрашивай, что хочешь». Я спросил его, он был слеп. Настало время молитвы. Он встал, обернувшись тканью. Каждый раз, когда он ставил её на плечо, края возвращались к нему из-за её маленького размера. Его плащ был на боку, на вешалке. Он молился с нами. Я сказал: «Расскажи мне о хадже Посланника Аллаха ﷺ». Он показал рукой и связал девять узлов. Он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ не совершал хадж девять лет. Потом он возвестил людям в десятый год, что он совершит хадж. В Медину прибыло много людей, все стремились следовать за Посланником Аллаха ﷺ и делать то же, что и он. Мы вышли с ним, пока не дошли до Зу-ль-Хульйфы. Там Асма бинт Умайс родила Мухаммада, сына Абу Бакра. Она послала Посланнику Аллаха ﷺ вопрос: „Что мне делать?“ Он сказал: „Омойся, попроси прощения в одежде и войди в состояние ихрам“. Посланник Аллаха ﷺ молился в мечети, затем сел на аль-Касва (верблюда). Когда его верблюд выпрямился на пустыне, я посмотрел вдаль перед ним — скакуны и пешеходы, справа и слева, и сзади — все одинаково. Посланник Аллаха ﷺ был среди нас, и на него нисходил Коран, он понимал его толкование, и мы следовали тому, что он делал. Он возвестил единобожие словами: „Лаббайк, о Аллах! Лаббайк. Лаббайк, нет у Тебя сотоварища, Лаббайк. Воистину, хвала и благодать Тебе, и царство, нет у Тебя сотоварища“. Люди отвечали ему тем же. Посланник Аллаха ﷺ не отвергал у них это. Он продолжал повторять эти слова. Джабир сказал: „Мы не намеревались делать умру, мы не знали об умре. Когда мы пришли к Каабе с ним, он коснулся Рукаба (угла Каабы), сделал три раджи (ускоренных шага) и четыре шага обычных, затем направился к Макам Ибрахима (место, где стоял Ибрахим). Он прочитал: “И возьмите из Макама Ибрахима место для молитвы» (2:125). Он поставил Макам между собой и Домом. Мой отец говорил (и я не знаю, чтобы он говорил это, кроме как от Посланника Аллаха ﷺ): он читал в двух ракатах «Скажи: Он — Аллах — Един» и «Скажи: О неверующие». Затем возвращался к Рукабу и касался его. Потом выходил из ворот к Сафе. Когда он приблизился к Сафе, он прочитал: «Воистину, Сафу и Марву — из знаков Аллаха» (2:158). «Я начинаю с того, с чего начал Аллах», — сказал он, и начал с Сафы. Он поднялся на него, пока не увидел Дом, повернулся к кибле, провозгласил единобожие и сказал: «Нет божества, кроме Аллаха, Единого, без сотоварища. Ему принадлежит царство и хвала, и Он способен на всё. Нет божества, кроме Аллаха, Единого. Он исполнил обещание, помог Своего раба и победил войска в одиночку». Затем он произнёс это три раза. Потом спустился к Марве. Когда его ноги коснулись дна долины, он побежал, пока не поднялся, потом шёл. Когда он пришёл к Марве, он сделал то же, что и на Сафе. Когда он завершал последний обход у Марвы, он сказал: «Если бы я мог повернуть назад своё дело, я бы не приносил жертву и сделал бы это умрой. Кто из вас не имеет жертвы, пусть освободится и сделает это умрой». Встал Сурака ибн Малик ибн Джушм и сказал: «О Посланник Аллаха! Это на этот год или навсегда?» Посланник Аллаха ﷺ переплёл пальцы одной руки с другой и сказал: «Умра вошла в хадж» дважды, «Нет, навсегда, навсегда». Прибыл Али из Йемена с телом Посланника Аллаха ﷺ. Он нашёл Фатиму, которая уже освободилась, одетую в окрашенную одежду и с подведёнными глазами. Он осудил это, она сказала: «Отец приказал мне так». Али говорил на иракском: «Я пошёл к Посланнику Аллаха ﷺ, подстрекая его на Фатиму из-за того, что она сделала, спрашивая Посланника Аллаха ﷺ о том, что она сказала о нём. Я сообщил ему, что осудил это у неё». Он сказал: «Она сказала правду. Что ты сказал, когда намеревался совершить хадж?» Я сказал: «О Аллах! Я объявляю намерение так, как объявил твой Посланник». Он сказал: «У меня есть жертва, так что не освобождайся». Али привёз ста голов скота, которые Посланник Аллаха ﷺ привёз из Йемена. Люди освободились и сделали тахаллул (освобождение от состояния ихрам), кроме Посланника Аллаха ﷺ и тех, кто имел жертву. Когда наступил день Тарвии, они направились в Мину, провозглашая хадж. Посланник Аллаха ﷺ ехал и молился с нами полуденную, послеполуденную, вечернюю, ночную и утреннюю молитвы. Затем он немного задержался до восхода солнца и приказал поставить шатёр из шерсти для него в Намире. Посланник Аллаха ﷺ отправился, и никто из курейшитов не сомневался, что он остановится у Мушарара аль-Харам, как это делали курейшиты в доисламские времена. Посланник Аллаха ﷺ проехал, пока не достиг Арафата. Там шатёр был поставлен для него в Намире. Он спустился туда. Когда солнце стало склоняться, он приказал аль-Касва отправиться. Она пошла за ним. Он пришёл в дно долины, обратился к людям и сказал: «Ваши крови и имущество запрещены для вас, как запретен этот день ваш, этот месяц ваш и эта ваша земля. Всё, что связано с доисламским периодом, лежит у меня под ногами. Кровь доисламского периода отменена. Первая кровь, которую я отменяю, — кровь Ибн Рабии ибн Хариф, который был грудным ребёнком у племени Саад, и его убили Хузайл. Проценты доисламского периода отменены. Первые проценты, которые я отменяю, — проценты Аббаса ибн Абд аль-Мутталиба. Всё это отменено. Бойтесь Аллаха в отношении женщин, ведь вы взяли их по безопасности Аллаха и освободили их непорочность словом Аллаха. У вас есть право, чтобы они не пускали в ваши постели того, кого вы не любите. Если они сделают это, накажите их, но не сильно. И у них есть право на ваше содержание и одежду по справедливости. Я оставил вам то, после чего вы не собьётесь с пути, если будете держаться за это: Книгу Аллаха. И вы будете отвечать за меня. Что вы скажете?» Они сказали: «Свидетельствуем, что ты донёс, исполнил и посоветовал». Он поднял указательный палец правой руки к небу и ткнул им в людей, говоря: «О Аллах! Свидетельствуй! О Аллах! Свидетельствуй!» три раза. Затем возвестил азан, затем установил намаз полуденный, потом полуденный, не совершая между ними ничего. Затем Посланник Аллаха ﷺ сел на аль-Касва и поехал, пока не достиг места стоянки. Он поставил брюхо верблюда аль-Касва к скалам, а верёвку пешеходов перед собой, повернулся к кибле и стоял, пока не зашло солнце и не исчезла желтизна, пока не скрылся диск солнца. Он посадил Усаму сзади и держал поводья аль-Касва, так что голова верблюда почти касалась седельной сумки. Он говорил правой рукой: «О люди, спокойствие, спокойствие». Каждый раз, когда он подходил к верёвке, он немного ослаблял её, пока не поднялся. Он пришёл в Муздалифу, там молился с ними магриб и иша с одним азаном и двумя икамами, не произнося тасбих между ними. Затем Посланник Аллаха ﷺ лёг до рассвета, затем совершил утреннюю молитву, когда рассвело, с азаном и икамой. Потом сел на аль-Касва и поехал, пока не достиг Мушарара аль-Харам, повернулся к кибле, воззвал к Аллаху, провозгласил такбир и тахлил, и стоял, пока не рассвело сильно. Он отправился до восхода солнца и посадил Фадля ибн Аббаса — красивого, белого, статного мужчину. Когда Посланник Аллаха ﷺ отправился, мимо него пробежали газели. Фадль стал смотреть на них, и Посланник Аллаха ﷺ положил руку на лицо Фадля, повернул его лицо в другую сторону, чтобы он не смотрел. Потом снова положил руку на лицо, чтобы отвратить взгляд. Он немного сдвинулся с места, затем выбрал средний путь, ведущий к большой Джамрате. Когда он пришёл к Джамрате у дерева, он бросил в неё семь камешков, произнося такбир с каждым камешком, размером с камешек для метания. Он бросал камни из дна долины, затем направился к Манхару (месту жертвоприношения), где зарезал 36 голов скота своими руками, затем отдал Али, и тот зарезал оставшееся, и разделил с ним жертву. Потом он приказал от каждой группы животных взять по несколько голов, положили их в котёл, сварили и ели мясо, пили бульон. Затем Посланник Аллаха ﷺ сел на аль-Касва и направился к Дому, где совершил полуденную молитву в Мекке. Он пришёл к Бану Абд аль-Мутталиб, которые черпали воду из Замзама. Он сказал: «Отойдите, Бану Абд аль-Мутталиб, если бы не боялся, что люди превзойдут вас в подаче воды, я бы ушёл с вами». Они подали ему ведро, и он выпил из него.

Я пришёл к Джабиру ибн Абдуллаху и спросил его о хадже Пророка ﷺ. Он рассказал мне хадис, похожий на рассказ Хатима ибн Исмаила, и добавил: «Арабы везли их на ослах без седел. Когда Пророк ﷺ пересёк Муздалифу и достиг Машараль-Харама, курайшиты не сомневались, что он ограничится этим и остановится там. Но он прошёл дальше и не останавливался, пока не достиг Арафата, где и остановился».

Я читал Малику от Джафара ибн Мухаммада, от его отца, от Джабира ибн Абдуллаха, что он сказал: «Я видел Посланника Аллаха ﷺ, который совершал обход вокруг Чёрного Камня, пока не подошёл к нему. Три обхода.

Посланник Аллаха ﷺ совершил таваф три раза, переходя от камня к камню.

Посланник Аллаха ﷺ обходил Каабу на прощальном хадже верхом на своем животном. Он касался камня своим посохом, чтобы люди видели его, чтобы он был виден, и чтобы они спрашивали его, ибо люди были в заблуждении.

Посланник Аллаха ﷺ обходил Каабу на прощальном хадже верхом на своем животном. Он касался камня своим посохом, чтобы люди видели его, чтобы он был виден, и чтобы они спрашивали его, ибо люди были в заблуждении.

Пророк ﷺ и его сподвижники не обходили между Сафа и Марва больше одного тавафа.

Я видел Пророка ﷺ, который метал стрелы с верблюда в день жертвоприношения и говорил: «Совершайте свои обряды, ведь я не знаю, возможно, после этого хаджа я больше не совершу хадж.»

Посланник Аллаха ﷺ бросил камни в жертвенник в день жертвоприношения утром. А после этого, когда солнце поднялось.

Мы вместе с Пророком ﷺ совершали хадж и умру. Каждые семь человек делили одну жертвенную овцу. Один человек спросил Джабира: «Разделяется ли жертва так же, как и мясо?» Он ответил: «Это ведь тоже мясо». Джабир был на Худайбийе и сказал: «В тот день мы зарезали семьдесят овец. Каждые семь человек делили одну овцу.»

Мы вместе с Пророком ﷺ совершали хадж и умру. Каждые семь человек делили одну жертвенную овцу. Один человек спросил Джабира: «Разделяется ли жертва так же, как и мясо?» Он ответил: «Это ведь тоже мясо». Джабир был на Худайбийе и сказал: «В тот день мы зарезали семьдесят овец. Каждые семь человек делили одну овцу.»

Мы вместе с Пророком ﷺ совершали хадж и умру. Каждые семь человек делили одну жертвенную овцу. Один человек спросил Джабира: «Разделяется ли жертва так же, как и мясо?» Он ответил: «Это ведь тоже мясо». Джабир был на Худайбийе и сказал: «В тот день мы зарезали семьдесят овец. Каждые семь человек делили одну овцу.»

Мы вместе с Пророком ﷺ совершали хадж и умру. Каждые семь человек делили одну жертвенную овцу. Один человек спросил Джабира: «Разделяется ли жертва так же, как и мясо?» Он ответил: «Это ведь тоже мясо». Джабир был на Худайбийе и сказал: «В тот день мы зарезали семьдесят овец. Каждые семь человек делили одну овцу.»

Мы вместе с Пророком ﷺ совершали хадж и умру. Каждые семь человек делили одну жертвенную овцу. Один человек спросил Джабира: «Разделяется ли жертва так же, как и мясо?» Он ответил: «Это ведь тоже мясо». Джабир был на Худайбийе и сказал: «В тот день мы зарезали семьдесят овец. Каждые семь человек делили одну овцу.»

Посланник Аллаха ﷺ заколол корову в день жертвоприношения (йаум ан-нахр) от имени Айши.

Мы прибыли с Посланником Аллаха ﷺ для совершения хаджа муфрад (только хадж), а Аиша приехала для умры. Когда мы были в Сарифе, она начала менструировать. Когда мы прибыли, мы совершили таваф у Каабы, у Сафы и Марвы. Посланник Аллаха ﷺ приказал нам освободиться от состояния ихрам для тех, у кого не было жертвенного животного. Мы спросили: «От чего именно освободиться?» Он ответил: «От всего». Тогда мы вступили в брак с женами, воспользовались благовониями, надели обычную одежду. Между нами и Арафатом оставалось всего четыре ночи. Затем мы произнесли ихлам (начало обряда хаджа) в день Тарвии. Потом Посланник Аллаха ﷺ зашел к Аише и увидел, что она плачет. Он спросил: «Что с тобой?» Она ответила: «Я в менструации, люди освободились от состояния ихрам, а я не освободилась и не совершила таваф у Дома, а люди сейчас идут на хадж». Он сказал: «Это предписание Аллаха для дочерей Адама. Соверши омовение (гусль), затем произнеси ихлам для хаджа». Она так и сделала, и мы остановились на местах стоянки до тех пор, пока она не очистилась, после чего она совершила таваф у Каабы, у Сафы и Марвы. Тогда он сказал: «Ты освободилась от хаджа и умры полностью». Она сказала: «О Посланник Аллаха, у меня ощущение, что я не совершила таваф у Дома до хаджа». Он ответил: «Отведи ее, Абдуррахман, и совершай с ней умру в Танъиме, это было в ночь Хасбы».

Мы объявляли такбиру вместе с Посланником Аллаха ﷺ во время хаджа, полностью посвященного только ему, без примеси чего-либо другого. Мы прибыли в Мекку за четыре ночи до месяца Зуль-хиджа, совершили таваф и са’й, затем Посланник Аллаха ﷺ приказал нам снять состояние ихрам и сказал: «Если бы не мой жертвенный дар, я бы снял ихрам». Потом Сурака ибн Малик встал и спросил: «О Посланник Аллаха, ты считаешь, что наше право на умру в этом году или навсегда?» Посланник Аллаха ﷺ ответил: «Это навсегда».

Посланник Аллаха ﷺ и его сподвижники прибыли за четыре ночи до месяца Зуль-хиджа. После того как они совершили таваф вокруг Дома и между Сафа и Марвой, Пророк сказал: «Сделайте это умрой, кроме тех, у кого с собой жертвенное животное». Когда наступил день Тарвии, они объявили о начале хаджа. В день жертвоприношения они прибыли и совершили таваф вокруг Дома, но не совершили таваф между Сафа и Марвой.

«Посланник Аллаха ﷺ объявил о начале хаджа вместе со своими сподвижниками, и в тот день у никого из них не было жертвенного животного, кроме Пророка ﷺ и Тальхи. Али (да будет доволен им Аллах) прибыл из Йемена с жертвенным животным и сказал: «Я объявил о начале хаджа так же, как и Посланник Аллаха ﷺ. Пророк ﷺ приказал своим сподвижникам совершить умру — обойти Каабу, затем укоротить волосы и разрешить себе, кроме тех, у кого есть жертвенное животное». Они сказали: «Мы отправимся в Мину, а наши головы будут капать (от пота)». Когда Пророк ﷺ услышал об этом, он сказал: «Если бы я мог поступить по-своему, я бы не отложил жертвоприношение, и если бы у меня не было жертвенного животного, я бы разрешил себе»».

«Пророк ﷺ совершил таваф в прощальном хадже верхом на своем животном у Каабы, у Сафы и Марвы, чтобы люди видели его, чтобы он возвышался и чтобы они задавали ему вопросы, ибо люди обманули его».

Ахмад ибн Ханбал рассказал нам, Яхья рассказал от Ибн Джурейджа, который сказал: «Абу аз-Зубайр сообщил мне, что он слышал Джабира ибн Абдуллаха, который говорил: „Пророк ﷺ и его сподвижники не обходили между Сафа и Марвой более одного обхода — только первый обход.“»

Мы вошли к Джабиру ибн Абдуллаху. Когда мы подошли к нему, он спросил о людях, пока не дошел до меня. Я сказал: «Я — Мухаммад ибн Али ибн Хусейн». Тогда он опустил руку к моей голове, снял верхнюю пуговицу моей одежды, затем снял нижнюю пуговицу, положил ладонь между моими грудями, а я в тот день был молодым юношей. Он сказал: «Добро пожаловать, сын моего племянника. Спрашивай обо всем, что хочешь». Я спросил его, хотя он был слеп, и пришло время молитвы. Он встал, обернувшись тканью — это был сложенный платок, и каждый раз, когда он накладывал его на плечо, края возвращались к нему из-за его малого размера. Он молился с нами, а его плащ лежал рядом с ним на вешалке. Я спросил: «Расскажи мне о хадже Посланника Аллаха ﷺ». Он связал пальцами правой руки девять узлов, затем сказал: «Посланник Аллаха ﷺ не совершал хадж в течение девяти лет. Потом был призыв к людям в десятый год, что Посланник Аллаха ﷺ совершит хадж. В Медину прибыло много людей, все стремились следовать за Посланником Аллаха ﷺ и совершать дела так же, как он». Посланник Аллаха ﷺ вышел, и мы вышли с ним до Дха аль-Хульфы. Там Асма бинт Умайс родила Мухаммада ибн Абу Бакра, и она послала Посланнику Аллаха ﷺ вопрос: «Что мне делать?» Он ответил: «Омойся, надень чистую одежду и войди в состояние ихрама». Посланник Аллаха ﷺ молился в мечети, затем сел на верблюда Касва, и когда верблюд выпрямился на пустыне, Джабир сказал: «Я смотрел вокруг: впереди, справа, слева и позади меня были всадники и пешеходы. Посланник Аллаха ﷺ шел среди нас, и на него нисходил Коран, и он знал его толкование, но не делал ничего по своему усмотрению, мы же следовали за ним». Посланник Аллаха ﷺ начал произносить такбир и тахлиль: «Лаббайк, о Аллах, лаббайк! Лаббайк, нет у Тебя сотоварища, лаббайк! Воистину, хвала, благодать и царство принадлежат Тебе, нет у Тебя сотоварища». Люди повторяли за ним, и Посланник Аллаха ﷺ не отвергал у них ничего из этого. Он продолжал произносить эти слова. Джабир сказал: «Мы не знали, что такое умра, мы намеревались только хадж». Когда мы пришли к Каабе с ним, он коснулся угла Каабы, затем трижды ускорил шаг (рамль), потом прошел четыре шага, затем подошел к Месту Ибрахима и прочитал: «И возьмите из Места Ибрахима молитвенное место» (аль-Бакара, 125). Он поставил Место между собой и Каабой. Отец Джабира говорил, что это сказал Ибн Нуфайл и Усман, и он не знает, чтобы кто-то говорил это, кроме Пророка ﷺ. Сулейман сказал: «Я знаю, что Посланник Аллаха ﷺ читал в двух ракатах сураты „Скажи: Он — Аллах — один“ и „Скажи: О неверующие“, затем возвращался к Каабе, касался угла, выходил из двери к Сафе. Когда он приближался к Сафе, он читал: „Воистину, Сафу и Марву — из обрядов Аллаха“ (аль-Бакара, 158). Он сказал: „Начинаем с того, с чего начал Аллах“. Он начал с Сафы, поднялся на нее, увидел Каабу, вознес такбир и тахлиль: „Нет божества, кроме Аллаха, единого, без сотоварища, Ему принадлежит царство и хвала, Он оживляет и умерщвляет, и Он над всем способен. Нет божества, кроме Аллаха, единого, который исполнил обещание, помог Своего раба и победил войска в одиночку“. Затем он молился между этими словами, повторял это три раза. Потом спустился к Марве, и когда ступни его устремились вниз по долине, он ускорил шаг внизу, затем поднялся и дошел до Марвы, совершил там то же, что и на Сафе. Когда он был на последнем круге у Марвы, сказал: „Если бы я мог выбирать, я бы не велел приносить жертвенное животное и сделал бы это умрой. Кто из вас не имеет жертвенного животного, пусть освободится из состояния ихрама и сделает это умрой“. Все освободились и укоротили молитву, кроме Посланника Аллаха ﷺ. Те, у кого было жертвенное животное, остались. Сурака ибн Джушм встал и спросил: „О Посланник Аллаха ﷺ, это на этот год или навсегда?“ Он переплел пальцы и сказал: „Умра вошла в хадж“ — дважды, — „Нет, навсегда, навсегда“. Затем Али пришел из Йемена с верблюдом Посланника ﷺ и нашел Фатиму, которая освободилась из состояния ихрама, была одета в окрашенную одежду и подводила глаза каялом. Али осудил это и спросил: „Кто велел тебе так делать?“ Она ответила: „Отец мой“. Али сказал: „Я ездил в Ирак к Посланнику Аллаха ﷺ, чтобы пожаловаться на Фатиму по поводу того, что она сделала, спрашивая у Посланника Аллаха ﷺ о том, что она упомянула. Я сказал ему, что осудил это у нее, и она сказала, что отец велел ей так“. Он сказал: „Она сказала правду. Что ты сказал, когда предписал хадж?“ Я сказал: „О Аллах, я взываю к Тебе тем, с чем взывает Посланник Аллаха ﷺ“. Он сказал: „Если у меня есть жертвенное животное, не освобождайся“. Было много жертвенных животных, которые привез Али из Йемена и Посланник ﷺ из Медины — сто голов. Все освободились и укоротили молитву, кроме Посланника ﷺ и тех, у кого было жертвенное животное. Когда наступил день Тарвия и они направились в Мину, они воскликнули такбиром хаджа. Посланник ﷺ ехал и молился в Мине полуденную, послеполуденную, вечернюю, ночную и утреннюю молитвы, затем немного задержался до восхода солнца и приказал поставить для него шатер из шерсти, который был сделан из шкуры леопарда. Посланник ﷺ шел, и у курайшитов не было сомнений, что он остановится у Мушаррафа в Муздалифе, как делали курайшиты в доисламские времена. Посланник ﷺ прошел дальше, пока не достиг Арафата, где шатер был поставлен для него из шкуры леопарда. Он остановился там, и когда солнце стало склоняться, он приказал верблюду Касва отправиться в путь. Он ехал, пока не достиг дна долины, где обратился к людям с речью: „Кровь и имущество ваши священны для вас, как священен этот день ваш, этот месяц ваш и эта земля ваша. Знайте, что все дела периода невежества лежат у меня под ногами, и кровь периода невежества отменена. Первой кровью, которую я отменяю, является кровь...“ Усман сказал: „Кровь сына Рабии“. Сулейман сказал: „Кровь Рабии ибн аль-Хариса ибн Абд аль-Мутталиба“. Он добавил: „Некоторые из них были вскормлены в племени Бани Саад, но были убиты племенем Худейль“. Проценты периода невежества отменены, и первым процентом, который я отменяю, является процент Аббаса ибн Абд аль-Мутталиба, он полностью отменен. Бойтесь Аллаха в отношении женщин, ведь вы взяли их по доверию Аллаха и освободили их чрева словом Аллаха. У вас есть право, чтобы они не пускали на свои постели никого, кого вы не любите. Если они сделают это, наказывайте их, но не слишком сильно. И у них есть право на ваше содержание и одежду по справедливости. Я оставил вам то, что не даст вам сбиться с пути, если вы будете держаться за это: Книгу Аллаха, и вы отвечаете за меня. Что вы скажете?» Они сказали: «Свидетельствуем, что ты донес, исполнил и посоветовал». Затем он поднял указательный палец правой руки к небу и повернул его к людям, говоря: «О Аллах, будь свидетелем, о Аллах, будь свидетелем, о Аллах, будь свидетелем». Затем Билал призвал к молитве, и Посланник ﷺ совершил полуденную молитву, затем послеполуденную, не совершая между ними ничего, затем сел на Касва и поехал к месту стоянки, положив живот верблюда Касва к скалам, а веревку пешеходов перед собой, обращаясь лицом к кибле. Он стоял там до захода солнца, когда исчезла желтизна неба, и когда солнце скрылось, Усама сел позади него. Посланник ﷺ подтолкнул Касва, держа поводья так, что голова верблюда почти касалась седла, говоря правой рукой: «Спокойствие, люди, спокойствие, люди». Каждый раз, когда он подходил к веревке, он немного ослаблял ее, чтобы верблюд мог подняться. Когда он достиг Муздалифы, он объединил вечернюю и ночную молитвы одним азаном и двумя икамами. Усман сказал: «Он не произносил тасбих между ними». Затем они согласились, и Посланник ﷺ лег до рассвета, затем совершил утреннюю молитву, когда рассвет стал явным. Сулейман сказал: «С азаном и икамой». Затем они согласились, и он сел на Касва и поехал к Мешару аль-Хараму, поднялся на него. Усман и Сулейман сказали: «Он повернулся лицом к кибле, восхвалил Аллаха, вознес такбир и тахлил, Усман добавил: и провозгласил единобожие. Он стоял до рассвета, затем Посланник ﷺ отправился в путь до восхода солнца, и Усадль ибн Аббас, человек с красивыми белыми волосами и привлекательной внешностью, сел позади него. Когда Посланник ﷺ отправился, пробежали газели, и Усадль стал смотреть на них. Посланник ﷺ положил руку на лицо Усадля, тот отвернулся в другую сторону, и Посланник ﷺ перевел руку на другую сторону, Усадль опять отвернулся, смотря, пока не пришел к месту, где снял обувь. Он немного подвигался, затем пошел по средней дороге, ведущей к большой каменной яме. Когда он подошел к яме у дерева, он бросил в нее семь камешков, произнося такбир с каждым камешком, бросая камни размером с камешек для метания. Он бросил камни с дна долины, затем Посланник ﷺ направился к месту жертвоприношения, где зарезал 36 голов жертвенных животных своими руками, приказал Али зарезать оставшихся, говоря: „Что осталось“, и включил его в свое жертвоприношение. Затем он приказал взять по несколько частей от каждой туши, положили их в котел, сварили и ели мясо и пили бульон. Сулейман сказал: „Потом он сел на Касва и направился к Мекке, где совершил полуденную молитву. Затем он пришел к племени Бани Абд аль-Мутталиб, которые поливали воду из Замзама, и сказал: „Отойдите, Бани Абд аль-Мутталиб, если бы не боялся, что люди отнимут у вас право поливать, я бы ушел вместе с вами“. Они подали ему ведро, и он выпил из него.

Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Я совершил жертвоприношение здесь, и все Мина — место жертвоприношения». Затем он остановился в Арафате и сказал: «Я стоял здесь, и вся Арафат — место стояния». Потом он остановился в Муздалифе и сказал: «Я стоял здесь, и вся Муздалифа — место стояния».

Когда наступило утро, Пророк ﷺ стоял на Кузахе и сказал: «Это Кузах, и это место стоянки, и все эти места — стоянки. Здесь я совершил жертвоприношение, а Мина — это все места жертвоприношения. Жертвуйте в своих лагерях».