Рассказал нам Сабит аль-Бунани: я слышал, как Анас ибн Малик говорил одной женщине из своей семьи: «Знаешь ли ты такую-то?» Она сказала: «Да». Он сказал: «Пророк ﷺ проходил мимо неё, когда она плакала у могилы, и сказал ей: «Бойся Аллаха и терпи»». Она сказала: «Отойди от меня, ты далёк от моего горя». Он же прошёл мимо и удалился. Затем прошёл мимо неё некий человек и сказал: «Что сказал тебе Посланник Аллаха ﷺ?» Она ответила: «Я не узнала его». Он сказал: «Это же был Посланник Аллаха ﷺ!» Тогда она пришла к его двери, и не нашла у неё привратника, и сказала: «О Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, я не узнала тебя!» Тогда Пророк ﷺ сказал: «Терпение — при первом ударе»». Конец.
Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(9) — Глава о том, что пришло о том, что покойный подвергается наказанию за плач его родных по нему
По цепочке передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджажу ﵀, упомянутому в начале книги, сказано:
[2142] (927) — Рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба и Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумейр, оба — от Ибн Бишра. Абу Бакр сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Бишр аль-Абди от Убайдуллаха ибн Умара, сказал: рассказал нам Нафи‛ (в другой версии: «от Убайдуллаха ибн Умара, от Нафи‛») от Абдуллаха, что Хафса плакала по Умару, и он сказал: «Потише, доченька моя! Разве ты не знаешь, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, покойный подвергается наказанию за плач его родных по нему»?»
Передатчики этого иснада: семь человек.
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, упомянут прежде, за две главы до этого.
2 — Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумейр, также упомянут прежде, за две главы до этого.
3 — Мухаммад ибн Бишр аль-Абди, Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный, хафиз [9] (умер в 203 г.) (ع), упомянут в «Книге веры», 1/107.
4 — Убайдуллах ибн Умар ибн Хафс ибн Асим аль-Умари, Абу Усман аль-Мадани, надёжный, твёрдый, знаток фикха [5], умер в промежутке (140 г.), упомянут в «Книге веры», 28/222.
5 — Нафи‛, Абу Абдуллах аль-Мадани, вольноотпущенник Ибн Умара, надёжный, твёрдый, знаток фикха, известный [3] (умер в 117 г.) (ع), упомянут в «Книге веры», 28/222.
6 — Абдуллах ибн Умар ибн аль-Хаттаб, رضي الله عنهما, упомянут прежде, за одну главу до этого.
7 — Умар ибн аль-Хаттаб ибн Нуфайль ибн Адий аль-Курайши аль-Адави, один из праведных халифов, принял мученическую смерть — رضي الله عنه — в месяце зу-ль-хиджа 23 года (ع), упомянут в «Введении», 3/9.
Особенности этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к шестизвенным иснадам, которые приводит составитель ﵀.
2 — (И из них): что его передатчики — передатчики «Джама‛а» (всех шести сборников), кроме его шейха Абу Бакра, от которого не передавал ат-Тирмизи.
3 — (И из них): что он представляет собой цепь мединцев, начиная от Убайдуллаха, а два остальных — куфийцы.
4 — (И из них): что в нём есть риваят сподвижника от сподвижника, и последователя от последователя, и сына от отца. Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(«от Абдуллаха») ибн Умара — رضي الله عنهما — («что Хафса») бинт Умар ибн аль-Хаттаб, мать верующих — رضي الله عنها, на которой женился Пророк ﷺ после Хунайса ибн Хузафы, в третьем году хиджры, и она умерла в 45 году; её жизнеописание приведено прежде в «Молитве путника и её сокращении» (15/1676). («плакала по Умару») то есть когда он, رضي الله عنه, был ранен ударом, и потерял сознание. («он сказал») то есть когда он пришёл в себя после обморока («потише») с фатхой над «мим» и сукуном над «ха» (либо фатхой), имя действия от «тамахуль», говорят: «тамахаль фи амрика тамахулян», то есть: не спеши в этом деле, не торопись. Оно стоит в винительном падеже как масдар, заменяющий глагол, подобно словам Всевышнего: «то удар по шеям» [Мухаммад: 4], где действующий глагол обязательно опускается, поскольку слово заменяет его. В «Хуляса» сказано:
«Опущение обязательно с тем, что приходит взамен своего глагола, как «нядлян» вместо «унъдуль»».
То есть: «потерпи терпением» («о доченька») уменьшительное от «бинт» («разве ты не знаешь») — вопрос, выражающий отрицание и упрёк («что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, покойный подвергается наказанию за плач его родных по нему»?») то есть по причине их плача по его смерти. Относительно смысла этого хадиса существуют разные мнения, и наиболее верным является то, что он подвергается наказанию, если это было его привычкой и его установлением, как считает имам аль-Бухари ﵀. Разбор этого разногласия придёт в третьем вопросе — если пожелает Аллах Всевышний. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — тот, у кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): хадис Умара ибн аль-Хаттаба رضي الله عنه, этот, приведён и у аль-Бухари, и у Муслима.
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл (составитель) здесь [9/2142, 2143, 2144, 2145, 2146, 2147, 2148] (927), и (аль-Бухари) в «Похоронах» (1288, 1289, 1290, 1292, 3979), и (ат-Тирмизи) в «Похоронах» (1002, 1004, 1006), и (ан-Насаи) в «Похоронах» (1848, 1850, 1853, 1855, 1856, 1857, 1858), и (Ибн Маджах) в «Похоронах» (1593), и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (1/36, 41, 42, 44, 45), и (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (2069, 2070, 2071, 2072, 2073), и (аль-Байхаки) в «Кубра» (4/71). Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о разногласии учёных относительно смысла слова его ﷺ: «покойный подвергается наказанию за плач его родных по нему»:
Знай, что они разошлись во мнениях об этом на несколько мнений.
(Первое): понимание этого в буквальном смысле, что подтверждается историей Умара с Сухайбом رضي الله عنهما, которая придёт в этой главе.
Возможно, что Умар رضي الله عنه считал, что взыскание падает на покойного, если он был способен запретить это своим родным при жизни, но не сделал этого, и поэтому он поспешил запретить Сухайбу رضي الله عنه, и точно так же запретил Хафсе رضي الله عنها.
Из тех, кто также взял буквальный смысл, — Абдуллах ибн Умар: Абдурраззак передал, что он присутствовал при (смерти) Рафи‛а ибн Хадиджа, и сказал его родным: «Поистине, Рафи‛ — старец пожилой, у него нет сил переносить наказание, и поистине покойный подвергается наказанию за плач его родных по нему».
(Второе): мнение тех, кто отверг этот хадис и противопоставил ему слова Всевышнего: «И не понесёт носящая ношу другой» [Фатыр: 18]. Из тех, от кого передана категорическая отрицательная позиция, — Абу Хурайра رضي الله عنه, как это передал Абу Я‛ла по пути от Бакра ибн Абдуллаха аль-Музани, который сказал: сказал Абу Хурайра رضي الله عنه: «Клянусь Аллахом, если человек отправится сражаться на пути Аллаха и будет убит, а его жена по глупости и неведению станет плакать по нему, — неужели этот шахид будет наказан за грех этой глупой женщины?» К этому склонилась группа шафиитов, среди них Абу Хамид и другие.
(Третье): толкование тех, кто интерпретировал слово «за плач его родных по нему» так, что «ба» указывает на состояние; то есть начало наказания покойного приходится на время плача его родных по нему, поскольку сильный плач обычно случается при его погребении, а в этот момент его подвергают допросу и начинается наказание в могиле. Как будто смысл хадиса таков: покойный подвергается наказанию в момент, когда его родные плачут по нему, но из этого не следует, что их плач является причиной его наказания. Это передал аль-Хаттаби.
Сказал хафиз ﵀: «Не скрыто то, что в этом есть натянутость, и, возможно, тот, кто это сказал, взял это из слов Аиши رضي الله عنها: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ сказал лишь: «Поистине он подвергается наказанию за своё непослушание или свой грех, а его родные плачут по нему теперь»». И согласно этому, это будет относиться лишь к некоторым покойным.
(Четвёртое): толкование тех, кто интерпретировал это так, что передатчик услышал часть хадиса, но не услышал другую его часть, и что определённый артикль «ال» в слове «покойный» указывает на определённого, известного покойного, как категорически утверждал Абу Бакр аль-Бакиллани и другие. Их аргумент — то, что придёт далее от Аиши رضي الله عنها, что ей передали слова Абдуллаха ибн Умара: «Поистине покойный подвергается наказанию за плач живого по нему», и она сказала: «Да простит Аллах Абу Абдуррахмана!» … (и далее хадис).
(Пятое): толкование тех, кто интерпретировал это так, что это относится исключительно к неверующему, а верующий вовсе не подвергается наказанию за грех другого, что явствует из риваята Ибн Аббаса от Аиши رضي الله عنها, как это придёт далее.
Сказал хафиз (да помилует его Аллах): и эти толкования, приводимые от Аиши (да будет доволен ею Аллах), противоречат друг другу, и в этом есть указание на то, что она не отвергала хадис другим хадисом, а отвергала его тем, что ощущала как противоречие Корану.
Ад-Давуди сказал: риваят Ибн Аббаса от Аиши (да будет доволен ею Аллах) подтверждает то, что отрицали Амра и Урва, передавая от неё, однако она смешала это с положением о неверующем, поскольку она подтвердила, что покойный получает добавочное наказание из-за плача его домочадцев. Какая же разница между тем, что наказание увеличивается по деянию другого, или же наказывается изначально?
Аль-Куртуби сказал: отрицание Аишей (да будет доволен ею Аллах) этого и её вынесение решения о том, что передатчик ошибся, или забыл, или что он слышал часть, а часть не слышал, — далеко от истины, ибо передатчиков этого смысла среди сподвижников много, и они утверждают это твёрдо, так что нет основания для отрицания при возможности истолковать это верным образом.
Многие из учёных объединили хадисы Умара и Аиши (да будет доволен ими Аллах) различными способами объединения:
Первый — метод аль-Бухари, где он озаглавил главу его словами: «Глава о слове Пророка ﷺ: «наказывается покойный за часть плача над ним его домочадцев», если плач с воплями был его обычаем (сунной)», ссылаясь на слова Всевышнего Аллаха: «Оберегайте себя и свои семьи от огня» [ат-Тахрим, 6], и слова Пророка ﷺ: «Каждый из вас пастырь и каждый спрошен за свою паству». Если же это не было его обычаем, то дело так, как сказала Аиша (да будет доволен ею Аллах): «Не понесёт душа чужого греха» [аль-Анам, 164]... и так далее.
Второй — более частный, чем предыдущий: случай, когда покойный завещал своим домочадцам делать это. Так сказал аль-Музани, Ибрахим аль-Харби и другие из шафиитов и прочих, вплоть до того, что Абу аль-Лейс ас-Самарканди сказал, что это мнение большинства учёных, и так же передал ан-Навави от большинства. Они сказали: это было известно у древних, так что Тарафа ибн аль-Абд сказал (размер тавиль):
«Если я умру, то оплачь меня тем, чему я достоин, и разорви на мне ворот, о дочь Мабада».
Возразили на это тем, что наказание по причине завещания заслуживается самим фактом произнесения завещания, а хадис указывает на то, что наказание наступает лишь при исполнении завещания.
Ответ таков: в контексте нет ограничения, поэтому из того, что наказание наступает при исполнении, не следует, что оно не наступит, если завещание, к примеру, не будет исполнено.
Третий: это также происходит с тем, кто пренебрёг запретом своим домочадцам делать это. Таково мнение Давуда и группы учёных. Не секрет, что это применимо там, где не установлено достоверно, что у них нет такого обычая, и нет предположения, что они станут так поступать.
Ибн аль-Мурабит сказал: если человек знает о запрете плача с воплями (нияха) и знает, что среди его домочадцев принято так поступать, но не сообщил им о его запретности и не удержал их от этого, то, будучи за это наказан, он наказывается за своё собственное деяние, а не просто за деяние другого.
Четвёртый: смысл его слов «наказывается за плач его домочадцев», то есть за подобное тому, чем плачут по нему его домочадцы. Дело в том, что деяния, которые они перечисляют в его память, чаще всего относятся к запрещённым вещам: они хвалят его за них, а он наказывается за это своё деяние, которое и есть то самое, за что его хвалят. Таково избранное мнение Ибн Хазма и группы учёных, и в его пользу приводится то, что передали два шейха (аль-Бухари и Муслим) от Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен ими Аллах), сказавшего: заболел Саад ибн Убада своей болезнью... хадис, и в нём: «Поистине, Аллах не наказывает за слёзы глаз и не за печаль сердца, но наказывает за это», — и он указал на свой язык, — «или же милует...» хадис.
Ибн Хазм сказал: таким образом установлено, что плач, за который наказывается человек, — это то, что исходит от языка, ибо они оплакивают его, восхваляя его начальственное положение, в котором он проявлял несправедливость, его храбрость, которую он направлял не на подчинение Аллаху, и его щедрость, которую он не вложил в истину. Домочадцы плачут по нему, поминая эти хвальбы, и он наказывается за это.
Аль-Исмаили сказал: обширны речи учёных по этому вопросу, и каждый высказывал усердное мнение сообразно тому, что ему было дано. Из лучшего, что пришло мне на память, — довод, который я не видел, чтобы они упоминали, а именно: они в эпоху невежества (джахилийи) совершали набеги, брали в плен и убивали, и когда кто-либо из них умирал, его плакальщица оплакивала его этими запретными деяниями. Смысл хадиса в том, что покойный наказывается за то, чем плачут по нему его домочадцы, ибо покойного поминают его лучшими деяниями, а лучшими их деяниями было упомянутое, и это увеличение одного из его грехов, за который он заслуживает наказание.
Пятый: смысл наказания — это укор ангелов ему за то, чем поминают его домочадцы, как передал Ахмад в хадисе от Абу Мусы, возводимом к Пророку ﷺ: «Покойный наказывается за плач живого; когда плакальщица говорит: «о опора моя, о заступник мой, о одевающий меня», покойного тянут и говорят ему: «ты ли её опора, ты ли её заступник, ты ли её одевающий?»». Ибн Маджа передал: «его сотрясают и говорят: ты ли таков?». Ат-Тирмизи передал в такой формулировке: «Нет покойного, который умрёт, и его плакальщица встанет и скажет: «о гора моя, о опора моя», или подобное этому из слов, без того, чтобы к нему были приставлены два ангела, которые толкают его: «таким ли ты был?»». Свидетельством этому служит то, что передал аль-Бухари в «Военных походах» от ан-Нумана ибн Башира (да будет доволен ими Аллах), который сказал: «Абдуллах ибн Раваха потерял сознание, и его сестра стала плакать и говорить: «о гора моя, о то-то и то-то», и когда он пришёл в себя, сказал: «Ничего ты не сказала, кроме того, что мне было сказано: ты ли таков?»».
Шестой: смысл наказания — это страдание покойного от того, что происходит от его домочадцев из плача с воплями и прочего. Это избранное мнение Абу Джаафара ат-Табари из числа предшественников, и его предпочли Ибн аль-Мурабит, Ияд и те, кто последовал за ними, и утвердил Ибн Таймия и группа поздних учёных. Они приводят в качестве свидетельства хадис Кайлы — с фатхой над «каф» и сукуном над «я» — дочери Мухраммы — с фатхой над «мим» и сукуном над «хой» — ас-Сакафии (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: я сказала: о посланник Аллаха, я родила его, и он сражался с тобой в день ар-Рабада, затем его поразила лихорадка, и он умер, и на меня напал плач, и сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Разве одолевает кого-либо из вас то, чтобы сопровождать своего товарища в этом мире добром, а когда он умирает — произносить слова покорности (истирджа)? Клянусь Тем, в Чьей Руке душа Мухаммада, поистине, один из вас плачет, и слёзы текут к нему от его товарища. О рабы Аллаха, не наказывайте ваших покойных!».
Это отрывок из длинного хадиса с хорошим (хасан) иснадом, который передали Ибн Абу Хайсама, Ибн Абу Шайба, ат-Табарани и другие, а Абу Дауд и ат-Тирмизи передали отрывки из него. Ат-Табари сказал: это подтверждается тем, что сказал Абу Хурайра: деяния рабов представляются их близким родственникам из числа умерших, — затем привёл это с достоверным иснадом к нему. Свидетельством этому служит хадис ан-Нумана ибн Башира (да будет доволен ими Аллах), возводимый к Пророку ﷺ, который передал аль-Бухари в своей «Истории», и достоверным его назвал аль-Хаким. Ибн аль-Мурабит сказал: хадис Кайлы — прямой текст (насс) по данному вопросу, и от него нельзя отступать.
Ибн Рушд возразил на это, что он не является прямым текстом, а лишь допускает толкование, ибо его слова «и слёзы текут к нему от его товарища» не являются прямым указанием на то, что имеется в виду покойный, но допустимо, что имеется в виду его живой товарищ, и что покойный в таком случае наказывается за плач группы людей по нему.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал после упоминания этих объяснений: допустимо объединить эти объяснения, распределив их по различию людей, сказав, например: тот, чьим обычаем был плач с воплями, и его домочадцы шли по его пути или преувеличивали в этом, наказывается за своё собственное деяние; тот, кто был несправедлив, и был поминаем своими деспотическими деяниями, наказывается за то, чем его поминают; тот, кто знал о склонности своих домочадцев к плачу с воплями, но пренебрёг запретом им — если он был доволен этим, то присоединяется к первому случаю, а если не был доволен, то наказывается укором: как же он пренебрёг запретом? А тот, кто избежал всего этого и проявил осторожность, запретив своим домочадцам этот грех, а они затем ослушались его и совершили это, — то его наказание заключается в его страдании от того, что он видит от них из ослушания его повелению и их посягательства на грех против их Господа.
Составитель, да простит его Всевышний Аллах, говорит: по-моему, в этом объединении есть натянутость, скорее предпочтительнее отдать приоритет одному из этих объяснений, как это будет вскоре изложено.
Аль-Кирмани передал другое разделение и назвал его хорошим — это различение между положением в барзахе (промежуточном мире) и положением в День воскресения: слова Всевышнего «Не понесёт душа чужого греха» [Фатыр, 18] относятся к Дню воскресения, а этот хадис и подобные ему относятся к барзаху. Это подтверждается тем, что подобное происходит и в этом мире, на что указывают слова Всевышнего: «И остерегайтесь искушения, которое поразит не только тех из вас, кто поступал несправедливо» [аль-Анфаль, 25], ибо это указывает на допустимость того, что наказание постигает человека без того, чтобы он сам был этому причиной. Так же может быть и положение в барзахе, в отличие от положения в День воскресения.
Сказал составитель, да простит его Аллах Всевышний: тому, что сказал аль-Кирмани, противоречит содержащееся в некоторых хадисах прямое указание на то, что это наказание будет только в День воскресения. Так, аль-Бухари и Муслим передали от аль-Мугиры ибн Шуъбы (да будет доволен им Аллах) хадис, восходящий к Пророку ﷺ: «Того, по кому плачут с причитаниями, будут наказывать за это в День воскресения».
Когда ты узнал эти мнения со всеми доводами за и против, то наиболее предпочтительным для меня является то, к чему склонился имам аль-Бухари (да помилует его Аллах): что это наказание относится к случаю, когда плач был его обычаем и установлением, как мы уже приводили его слова об этом.
Итог таков, что это наказание относится к тому, кто был причиной плача своей семьи по нему — будь то потому, что плач был его обычаем и образом действий, или он завещал это при жизни, или же знал, что его семья будет так поступать, но пренебрёг запретом и удержанием от этого. Это толкование — наиболее близкое из толкований, по-моему, а Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2143] (…) — «Рассказал нам Мухаммад ибн Башшар, рассказал нам Мухаммад ибн Джаъфар, рассказал нам Шуъба, сказал: я слышал, как Катада рассказывал со слов Саида ибн аль-Мусаййиба, от Ибн Умара, от Умара, от Пророка ﷺ, который сказал: «Покойного наказывают в его могиле за то, о чём по нему причитали»».
Передатчики этого иснада — семь человек:
1 — (Мухаммад ибн Башшар), по прозвищу Бундар, упоминался в предыдущей главе.
2 — (Мухаммад ибн Джаъфар), по прозвищу Гундар, упоминался также в предыдущей главе.
3 — (Шуъба ибн аль-Хаджжадж) упоминался также в предыдущей главе.
4 — (Катада ибн Диъама ас-Судуси), Абу аль-Хаттаб аль-Басри, надёжный (сика), твёрдый (сабт), практиковал тадлис, глава [4-го разряда] (117 г. х.) (у составителей всех шести сборников), упоминался во «Введении», 6/70.
5 — (Саид ибн аль-Мусаййиб ибн Хазн аль-Курайши аль-Махзуми), Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный, твёрдый, факих, довод (худжа), из старших [3-го разряда] (умер в 94 г. х.) (у составителей всех шести сборников), упоминался во «Введении», 6/71.
Оставшиеся двое были упомянуты ранее.
Его слово («بما نيح عليه» — «за то, о чём по нему причитали») — с касрой на «нун», это глагол прошедшего времени в пассивной форме. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: его слово «بما نيح عليه» встречается с наличием буквы «ба» и без неё, оба варианта верны, а в одном риваяте есть слова «в его могиле», а в другом они отсутствуют. Конец цитаты.
Плач с причитаниями (النَّوْح) — это возвышение голоса при перечислении качеств покойного и достоинств его поступков. Говорят: «плакала женщина по покойному с причитаниями» — когда она оплакивала его, то есть плакала по нему и перечисляла его достоинства. А также говорят, что плач с причитаниями — это плач, сопровождаемый голосом.
Этот хадис передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом), и полное его разъяснение и рассмотрение связанных с ним вопросов уже приводилось в предыдущем хадисе. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2144] (…) — «И рассказал нам его также Мухаммад ибн аль-Мусанна, рассказал нам Ибн Аби Адий, от Саида, от Катады, от Саида ибн аль-Мусаййиба, от Ибн Умара, от Умара, от Пророка ﷺ, который сказал: «Покойного наказывают в его могиле за то, о чём по нему причитали»» (в одной из рукописей: «за то, о чём причитали по нему»).
Передатчики этого иснада — семь человек:
1 — (Мухаммад ибн аль-Мусанна) упоминался в предыдущей главе.
2 — (Ибн Аби Адий) — это Мухаммад ибн Ибрахим ибн Аби Адий, Абу Амр аль-Басри, надёжный [9-го разряда] (умер в 194 г. х. по достоверному мнению) (у составителей всех шести сборников), упоминался в «Книге веры», 6/128.
3 — (Саид ибн Аби Аруба Михран аль-Йашкури), их вольноотпущенник, Абу ан-Надр аль-Басри, надёжный, хафиз, автор сочинений, практиковал тадлис, впал в помешательство под конец жизни [6-го разряда] (умер в 156 или 157 г. х.) (у составителей всех шести сборников), упоминался в «Книге веры», 6/127.
Оставшиеся были упомянуты ранее.
Этот хадис передан согласованно, и рассуждение о нём уже приводилось ранее. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2145] (…) — «Рассказал мне Али ибн Худжр ас-Саъди, рассказал нам Али ибн Мусхир, от аль-Аъмаша, от Абу Салиха, от Ибн Умара, который сказал: когда Умар был поражён ударом, он потерял сознание, и над ним стали кричать, а когда он пришёл в себя, то сказал: «Разве вы не знали, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, покойного наказывают за плач живого»?»».
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Али ибн Худжр ас-Саъди) упоминался недавно.
2 — (Али ибн Мусхир аль-Курайши аль-Куфи), судья Мосула, надёжный [8-го разряда] (умер в 189 г. х.) (у составителей всех шести сборников), упоминался во «Введении», 2/6.
3 — (аль-Аъмаш) Сулейман ибн Михран, упоминался также недавно.
4 — (Абу Салих) Заквван ас-Саммаан аз-Заййаат аль-Мадани, надёжный, твёрдый [3-го разряда] (умер в 101 г. х.) (у составителей всех шести сборников), упоминался во «Введении», 2/4.
Оставшиеся двое были упомянуты ранее.
Его слово («لما طُعن عمر» — «когда Умар был ранён ударом») — то есть Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах), а глагол стоит в пассивной форме, то есть его ранил Абу Люлюа, слуга аль-Мугиры ибн Шуъбы, и рассказ об этом будет приведён вскоре.
Его слово («أُغمي عليه» — «он потерял сознание») — также в пассивной форме. Говорят: «гумийа на больного» — трёхбуквенный глагол в пассивной форме, отсюда причастие «магмиййун алейхи» по образцу страдательного причастия; а также «угмийа алейхи игмаан» — также в пассивной форме, что означает «на него нашло помрачение».
(«فصيح عليه» — «и над ним стали кричать») — также в пассивной форме, то есть домашние закричали и подняли свои голоса.
Его слово («فلما أفاق» — «а когда он пришёл в себя») — то есть вышел из своего обморока. Говорят: «сумасшедший пришёл в себя (афака) прихождением в себя (ифака)» — вернулся к нему разум.
Этот хадис передан согласованно, и рассуждение о нём уже приводилось ранее. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2146] (…) — «Рассказал мне Али ибн Худжр (в одной из рукописей добавлено: «ас-Саъди»), рассказал нам Али ибн Мусхир, от аш-Шайбани, от Абу Бурды, от его отца, который сказал: когда Умар был поражён, Сухайб стал говорить: «О брат мой!» И сказал ему Умар: «О Сухайб, разве ты не знал, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, покойного наказывают за плач живого»?»».
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (аш-Шайбани) Сулейман ибн Абу Сулейман Фейруз, Абу Исхак аль-Куфи, надёжный [5-го разряда], умер около 140 г. х. (у составителей всех шести сборников), упоминался в «Книге веры», 38/259.
2 — (Абу Бурда) Амир, или аль-Харис ибн Абу Муса аль-Ашари, упоминался недавно.
3 — (его отец) Абдуллах ибн Кайс ибн Сулейм, Абу Муса аль-Ашари (да будет доволен им Аллах), упоминался также недавно.
Оставшиеся были упомянуты ранее.
Его слово («جعل صهيب» — «Сухайб стал говорить») — это Сухайб ибн Синан ар-Руми, известный сподвижник (да будет доволен им Аллах), Абу Йахья ан-Намари, из племени ан-Намир ибн Касит, известен как «ар-Руми» («ромей»), потому что он прожил некоторое время у ромеев. Он был из жителей аль-Джазиры, взят в плен из селения Ниневия, относящегося к округе Мосула. Его отец, или же его тётка по отцу, были наместниками для Хосрова. Затем он был доставлен в Мекку, и его купил Абдуллах ибн Джудъан аль-Курайши ат-Тайми. Также говорят, что он, напротив, сбежал и прибыл в Мекку, и заключил союз с Ибн Джудъаном.
Абу Умар ибн Абд аль-Барр сказал: «Отец Сухайба, или же его тётка, были наместниками Хосрова над аль-Уббулой, а их жилища были на земле Мосула. Затем ромеи совершили набег на них и взяли Сухайба в плен, будучи он ещё мальчиком, и он вырос среди ромеев. Затем его купило племя Кальб и продали его в Мекке Абдуллаху ибн Джудъану, который освободил его. А его семья утверждает, что он сбежал от ромеев и прибыл в Мекку». Конец цитаты.
Он был из первых опередивших в принятии ислама, подвергавшихся мучениям ради Аллаха Всевышнего. Он совершил переселение в Медину и умер (да будет доволен им Аллах) в ней в 38 году, а его биография уже приводилась в «Книге веры» [86/456].
Его слово («وا أخاه» — «о брат мой!») — «ва» (وا) — это частица восклицания-причитания (нудба), а «алиф» в слове «ахаху» добавлен для протяжения звучания голоса, а «ха» — это «ха» молчания (ха ас-сакт), добавление которой допускается при остановке на слове, равно как и её опущение, как об этом сказано в «Хуляса»:
И если остановишься [на слове], добавь «ха» молчания (هاء السكت), если хочешь, а если хочешь — удлини гласный (المدّ), но «ха» не прибавляй.
Его слово: («поистине, умерший подвергается мучению из-за плача живого») — сказал он в «Фатхе»: очевидно, что «живой» здесь — это тот, кто противопоставляется умершему, но возможно, что под этим подразумевается племя, и «лям» здесь стоит вместо местоимения, так что смысл таков: «подвергается мучению из-за плача своего хаййа», то есть своего племени, — и это согласуется со словами в другом риваяте: «из-за плача его родных», а также со словами в следующем риваяте: «тот, о ком плачут, подвергается мучению», — а этот вариант более общий. В этом есть указание на то, что это положение не является особым только для неверующего, а также на то, что Сухайб был одним из тех, кто слышал этот хадис от Пророка ﷺ, но, по-видимому, забыл его, пока Умар (да будет доволен им Аллах) не напомнил ему о нём.
Сказал аз-Зейн ибн аль-Мунайр (да помилует его Аллах): Умар осудил Сухайба (да будет доволен им Аллах) за его плач из-за того, что он повысил голос, воскликнув: «О мой брат!» — и он понял из этого, что проявление такого поведения при жизни Умара (да будет доволен им Аллах) до его смерти указывает на то, что Сухайб будет продолжать так поступать и после его смерти, или даже усилит это, поэтому он поспешил осудить его за это. И Аллах знает лучше.
Сказал Ибн Батталь (да помилует его Аллах): если скажут: как же Умар запретил Сухайбу плакать, а женщинам рода бану аль-Мугира позволил плакать по Халиду?
Ответ: он опасался, что повышение голоса относится к тому, что запрещено, и поэтому он сказал в истории с Халидом: «пока не будет ни насыпания земли на голову, ни громкого крика».
Этот хадис приведён обоими [аль-Бухари и Муслимом], и его подробное толкование, а также разъяснение вопросов, связанных с ним, уже было изложено ранее. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен покровитель.
[Сноска]: Его слово: «И сказал Умар: «Оставьте их плакать по Абу Сулейману...» и так далее» — это сообщение передал аль-Бухари с непрерывным иснадом в «Ат-Тарих аль-Аусат» через путь аль-Амаша, от Шакыка, который сказал: когда умер Халид ибн аль-Валид, собрались женщины рода бану аль-Мугира, то есть [рода] Ибн Абдуллаха ибн Умара ибн Махзума, а они были дочерьми дяди Халида ибн аль-Валида ибн аль-Мугиры, чтобы плакать по нему, и было сказано Умару: «Пошли к ним и запрети им», — и он привёл это. Также передал это Ибн Саад от Вакиа и других от аль-Амаша.
Его слово: «пока не будет ни насыпания земли на голову, ни громкого крика» — с двумя «каф», первая из которых с сукуном, и аль-Бухари разъяснил, что «насыпание» — это земля, то есть возложение её на голову, а «громкий крик» — это голос, то есть повышенный голос, и это мнение аль-Фарра. Что касается толкования «громкого крика», то оно единогласно принято, как сказал Абу Убайд в «Гариб аль-хадис». Что же касается «насыпания», то Саид ибн Мансур передал от Хушайма, от аль-Мугиры, от Ибрахима, который сказал: «насыпание» — это разрывание, то есть разрывание воротов [одежды], и то же самое сказал Вакиа, как передал от него Ибн Саад. Аль-Кисаи же сказал, что это приготовление пищи для поминок, как будто он посчитал это происходящим от «накиа» — угощения по случаю поминок, хотя известно, что «накиа» — это угощение для прибывшего из путешествия, и Абу Убайд отверг это его мнение, сказав: «то, что я видел у большинства учёных, — это что это повышение голоса», имея в виду при плаче. А некоторые сказали, что это возложение земли на голову, потому что «накъ» — это пыль. И сказано также, что это разрывание воротов, и это мнение Шимра. И сказано также, что это звук от ударения по щекам, как передал аль-Азхари. Аль-Исмаили же возразил аль-Бухари, сказав: «Клянусь моей жизнью, «накъ» — это пыль, но это не то место, [где это подразумевается], а здесь имеется в виду высокий голос, а «громкий крик» — это повторение звука причитаний».
Сказал аль-Хафиз: нет препятствия отнести это к обоим смыслам, после того как объяснено, что подразумевается возложение земли на голову, потому что это входит в действия людей, постигнутых бедствием. Более того, Ибн аль-Асир сказал, что предпочтительнее считать, что это возложение земли на голову, а что до того, кто толкует это как голос, то ему следует согласовать это с «громким криком», так что отнести оба выражения к двум разным смыслам предпочтительнее, чем отнести их к одному смыслу.
Отвечено, что между ними есть некоторое различие, как было указано ранее, поэтому нет препятствия желать этого.
[Замечание]: смерть Халида ибн аль-Валида (да будет доволен им Аллах) произошла в Шаме в двадцать первом году [по хиджре], как сказано в «Фатхе», 4/42-44.
И с непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[2147] (…) — (И передал мне Али ибн Худжр: сообщил нам Шуайб ибн Сафван Абу Яхья от Абд аль-Малика ибн Умайра от Абу Бурды ибн Абу Мусы от Абу Мусы, который сказал: когда Умар был поражён [ударом], пришёл Сухайб из своего дома и вошёл к Умару, и встал перед ним, плача. Умар сказал: «О чём ты плачешь? Обо мне ли ты плачешь?» Он ответил: «Да, клянусь Аллахом, о повелитель верующих, именно о тебе я плачу». Умар сказал: «Клянусь Аллахом, ты ведь знаешь, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «тот, о ком плачут, подвергается мучению»». [Абу Муса] сказал: и я упомянул об этом Мусе ибн Тальхе, и он сказал: «Аиша говорила: это относилось только к тем иудеям»).
Передатчики этого иснада — шесть человек:
1 — (Шуайб ибн Сафван Абу Яхья) — это: Шуайб ибн Сафван ибн ар-Рабиа ибн ар-Рукейн ас-Сакафи аль-Куфи, писец судьи Абдуллаха ибн Шубрумы, был писцом в диване в Багдаде, «не плох» [7].
Передавал от Абу Исхака ас-Сабии, Абд аль-Малика ибн Умайра, Хамзы аз-Зайята, Юнуса ибн Хаббаба, Атаа ибн ас-Саиба и других.
От него передавали Абу Ибрахим ат-Турджумани, Абу Дауд ат-Тайалиси, Абд ар-Рахман ибн Махди, Али ибн Худжр и другие.
Сказал Абу Дауд от Ахмада: «Я не думал, что Абд ар-Рахман ибн Махди передавал от него»; и сказал Салих ибн Мухаммад: «Я спросил Ахмада о нём, и сказал: «от него передавал Ибн Махди», и он ответил: «не плох, он был здесь из [числа] потомков [переселенцев], и хадис его достоверен»». А Ибрахим ибн аль-Джунайд передал от Ибн Маина: «его хадис ничего не стоит», и сказал: «что у него было? У него были лишь рассказы для вечерних бесед». А Язид ибн аль-Хайсам аль-Бада сказал: «Я слышал, как Яхья ибн Маин говорил: Шуайб ибн Сафван ничего не стоит, ат-Турджумани передаёт от него, и не заботится о том, от кого он передаёт». А Абу Хатим сказал: «его хадис записывается, но на него не опираются как на довод». И Абу Ахмад ибн Адий привёл от него хадисы, затем
сказал: «у Шуайба есть и другое, что я не упомянул, но немного, а большая часть того, что он передаёт, никем ему не подтверждена». И упомянул его Ибн Хиббан в «ас-Сикат», сказав: «поселился в Багдаде и умер там во дни Харуна, и бывало, что ошибался».
Из него передавал автор [Муслим], ат-Тирмизи в «аш-Шамаиль», и ан-Насаи, и у него в этой книге только два хадиса: этот, под номером (927), и хадис (2934): «Поистине, ад-Даджаль выйдет, и с ним будет вода...» и далее.
2 — (Абд аль-Малик ибн Умайр) ибн Сувайд аль-Лахми аль-Курайши, Абу Умар аль-Куфи, надёжный (сика), знаток фикха, память его ослабла с возрастом, и иногда прибегал к тадлису [3] (умер в 136 г.), ему [было] (103 года) (ع), упоминался ранее в «аль-Иман», 46/296.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово: (فَقَامَ بِحِيَالِهِ) — с кясрой на «ха» [بحياله] — говорят: «встал я «би-хиялихи»», то есть напротив него, лицом к лицу; и сказал ан-Навави: «то есть напротив него и при нём».
Его слово: (علام تبكي؟) — это «ма», к которой присоединился «аля» — предлог, вызывающий родительный падеж, поэтому её «алиф» был отброшен, как сказано в «Хуляса»:
«И «ма» в вопросе, если она получает управление (джарр), теряет свою «алиф», а если ты остановишься [на ней], добавь к ней «ха»».
И вопрос здесь риторический, обличающий и упрекающий.
Его слово: (إِي وَاللهِ) — «и» с кясрой на хамзе и сукуном на «я» — по значению «да», и не употребляется иначе, как перед клятвой, как сказал Ибн Хишам в своём «Мугни».
Его слово: («тот, о ком плачут, подвергается мучению») — так это в оригиналах: «يُبكَى» с сохранением буквы слабости (харф аль-илля), так что «мен» будет соединительным по значению «тот, который», а возможно также, что оно условное, и сохранение буквы слабости [в этом случае] встречается, хотя редко, как в словах поэта [из размера тавиль]:
«Разве не дошло до тебя, — а вести передаются, — то, что случилось с верблюдицами-дойными бану Зияд?»
Его слово: («и я упомянул это Мусе ибн Тальхе») — говорящий «и я упомянул» — это Абд аль-Малик ибн Умайр.
Его слово: («Аиша говорила: это были только те иудеи») — ответ на это высказывание Аиши (да будет доволен ею Аллах) уже приводился ранее вблизи этого места, и её хадис придёт вскоре, и мы повторим ответ там же, если Аллах Всевышний пожелает.
Хадис передан согласно (аль-Бухари и Муслиму), и полное его толкование и разбор вопросов уже приводились ранее вблизи этого места. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2148] (…) — («Рассказал мне Амр ан-Накид, рассказал нам Аффан ибн Муслим, рассказал нам Хаммад ибн Саляма, от Сабита, от Анаса, что когда Умар ибн аль-Хаттаб был поражён ножом, Хафса стала громко плакать над ним (тавваля), и он сказал: «О Хафса! Разве ты не слышала, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Тот, над кем громко плачут, подвергается наказанию»?» И Сухайб громко заплакал над ним, и Умар сказал: «О Сухайб! Разве ты не знал, что тот, над кем громко плачут, подвергается наказанию?»»).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (Амр ан-Накид) — это Амр ибн Мухаммад ибн Букайр, упомянут ранее.
2 — (Аффан ибн Муслим) ас-Саффар аль-Бахили, Абу Усман аль-Басри, надёжный, твёрдый (сабт), из старших [10-го поколения] (умер в 220 г.) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Введении» 6/44.
3 — (Хаммад ибн Саляма) Абу Саляма аль-Басри, надёжный, благочестивый, память его изменилась к концу жизни, из старших [8-го поколения] (умер в 167 г.) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Введении» 6/80.
4 — (Сабит) ибн Аслам аль-Бунани, упомянут в предыдущей главе.
5 — (Анас) ибн Малик (да будет доволен им Аллах), упомянут в предыдущей главе также.
Его слово: («громко плакала над ним Хафса») — с усилением (ташдид) буквы «вав», от слова «ат-та‘виль»: говорят «‘авваля ‘аляйхи» и «а‘валя ‘аляйхи» — если человек повышает голос в плаче и крике, а существительное — «аль-‘авль», «аль-‘авля», «аль-‘авиль», как указано в «аль-Камус».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: знатоки языка сказали: говорят «‘авваля ‘аляйхи» и «а‘валя» — это два языковых варианта, и это плач с голосом. А некоторые сказали: говорится только «асаля» (не в этой форме), и данный хадис указывает на это. Конец цитаты.
Хадис передан согласно (аль-Бухари и Муслиму), и полное его толкование и разбор вопросов уже приводились ранее вблизи этого места. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2149] (928) — («Рассказал нам Давуд ибн Рушайд, рассказал нам Исмаил ибн Улайя, рассказал нам Аюб, от Абдуллаха ибн Абу Муляйки, он сказал: я сидел рядом с Ибн Умаром, и мы ожидали похоронную процессию Умм Абан бинт Усман, и рядом с ним был Амр ибн Усман. Тут пришёл Ибн Аббас, ведомый поводырём. И я полагаю, что тот сообщил ему о месте, где находится Ибн Умар, так что он подошёл и сел рядом со мной, и я оказался между ними двоими. И вот послышался голос из дома, и Ибн Умар сказал, как бы предлагая Амру встать и запретить им это: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Поистине, умерший подвергается наказанию за плач его семьи над ним»». Он сказал: и Абдуллах передал это без ограничения (мурсаля мурсаля). А Ибн Аббас сказал: мы были с повелителем верующих Умаром ибн аль-Хаттабом, и когда мы оказались в аль-Байда, вот он увидел человека, остановившегося в тени дерева, и сказал мне: «Иди и узнай для меня, кто этот человек?» Я пошёл, и оказалось, что это Сухайб. Я вернулся к нему и сказал: «Ты велел мне узнать для тебя, кто это, и это — Сухайб». Он сказал: «Вели ему присоединиться к нам». Я сказал: «С ним его семья». Он сказал: «Хотя бы и с ним была его семья» — а иногда Аюб говорил: «Вели ему присоединиться к нам». И когда мы прибыли, не прошло много времени, как повелитель верующих был поражён (ножом). И пришёл Сухайб, говоря: «О брат мой! О товарищ мой!» И Умар сказал: «Разве ты не знал?» или «Разве ты не слышал?» — Аюб сказал: или сказал: «Разве ты не знал? Разве ты не слышал?» — «что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, умерший подвергается наказанию за некоторый плач своей семьи над ним»»?» Он сказал: Абдуллах передал это без ограничения, а Умар сказал: «за некоторый (бивад)».
Я встал и вошёл к Аише и рассказал ей то, что сказал Ибн Умар. Она сказала: «Нет, клянусь Аллахом, никогда Посланник Аллаха ﷺ не говорил, что умерший подвергается наказанию за плач кого-либо, но он сказал: «Поистине, Аллах увеличивает неверующему наказание за плач его семьи над ним». И поистине Аллах — Тот, Кто (заставляет смеяться и заставляет плакать)» [ан-Наджм: 43], (и не понесёт несущая ноши чужой) [аль-Ан‘ам: 164]». Аюб сказал: Ибн Абу Муляйка сказал: рассказал мне аль-Касим ибн Мухаммад, он сказал: когда до Аиши дошло сказанное Умаром и Ибн Умаром, она сказала: «Поистине, вы рассказываете мне со слов не лжецов и не тех, кого обвиняют во лжи, но слух ошибается»»).
Передатчики этого иснада: пять:
1 — (Давуд ибн Рушайд) аль-Хашими, вольноотпущенник их, аль-Хуваризми, поселившийся в Багдаде, надёжный [10-го поколения] (умер в 239 г.) (аль-Бухари, Муслим, ад-Дарими, Ибн Маджа), упомянут ранее в «аль-Иман» 10/148.
2 — (Исмаил ибн Улайя) ибн Ибрахим ибн Микъсам аль-Асади, вольноотпущенник их, Абу Бишр аль-Басри, надёжный, хафиз [8-го поколения] (умер в 193 г.) (83) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Введении» 2/3.
3 — (Аюб) ибн Абу Тамима Кайсан ас-Сахтияни, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый, авторитетный, из крупнейших фикхов среди подвижников [5-го поколения] (умер в 131 г.) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Толковании Введения» ч. 1, с. 305.
4 — (Абдуллах ибн Абу Муляйка) — это: Абдуллах ибн Убайдуллах ибн Абу Муляйка ат-Тайми аль-Макки, надёжный, знаток фикха [3-го поколения] (умер в 117 г.) (аль-джама‘а), упомянут ранее в «Введении» 4/22.
5 — (Ибн Умар) — это: Абдуллах ибн Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен ими обоими Аллах), упомянутый в этой главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что он относится к пятизвенным иснадам (хумасият) автора (да помилует его Аллах).
2 — (И из них): что его передатчики — передатчики аль-джама‘а, кроме его шейха, от которого ат-Тирмизи не передавал.
3 — (И из них): что его шейх — багдадец, Ибн Абу Муляйка — мекканец, Ибн Умар — мединец, а остальные двое — басрийцы.
4 — (И из них): что в нём есть передача от одного последователя (табиин) от другого последователя, а об Ибн Умаре (да будет доволен ими обоими Аллах) речь уже шла ранее вблизи этого места.
Толкование хадиса:
«(От Абдуллы бин Абу Мулейки)» — это Абдулла бин Убайдулла бин Абу Мулейка, названный по имени своего деда, — он сказал: «(Я сидел рядом с Ибн Умаром)» (да будет доволен им Аллах) — «(и мы ждали)» — предложение, стоящее в винительном падеже в положении обстоятельства, то есть: в состоянии ожидания нами — «(похоронной процессии Умм Абан, дочери Усмана)» — в одном из списков: «дочери Усмана» — это дочь Усмана бин Аффана (да будет доволен им Аллах), умершая в Мекке — «(а рядом с ним был Амр бин Усман)» бин Аффан, из рода Умейя. Говорят, что его кунья — Абу Усман. Передавал он от своего отца и от Усамы бин Зейда, а от него передавали его сын Абдулла, Али бин аль-Хусейн, Саид бин аль-Мусайиб и Абу аз-Зинад.
Ибн Саад упомянул его в первом разряде и сказал: «Он был надёжным передатчиком, и у него есть хадисы». Аль-Иджли сказал: «Мединец, надёжный, из числа старших последователей (табиинов)». Аз-Зубайр бин Баккар сказал: «Он был старшим из сыновей Усмана, оставивших потомство». Он добавил: «Когда Муавия стал халифом, он женил его на своей дочери Рамле». Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных передатчиков.
Его хадисы приводит вся группа [составителей сборников], и в этой книге у него есть один хадис под номером (1351), повторенный четыре раза.
«(И пришёл Ибн Аббас)» (да будет доволен им Аллах) — «(ведомый поводырём)» — в одном из списков: «его поводырь», то есть человек, который вёл Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) после того, как тот ослеп — «(и я думаю)» — с огласовкой «у» в начале, то есть: «полагаю» (это слова поводыря) — «(что он сообщил ему)», то есть сообщил Ибн Аббасу (да будет доволен им Аллах), «(о месте, где сидел Ибн Умар)» (да будет доволен им Аллах), то есть о месте, где тот сидел — «(и он пришёл)», то есть Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах), «(и сел рядом со мной)». Ибн Абу Мулейка сказал: «(и я оказался между ними)», то есть между Ибн Умаром и Ибн Аббасом (да будет доволен ими обоими Аллах). Очевидно, что место, в котором сел Ибн Аббас (да будет доволен им Аллах), было для него более удобным, чем сидеть рядом с Ибн Умаром (да будет доволен им Аллах), или же он предпочёл не поднимать Ибн Абу Мулейку с его места и не садиться на него — из-за запрета на это.
«(И вдруг)» — здесь частица внезапности, то есть: неожиданно для нас — «(послышался голос из дома)», то есть плач женщин, ибо в риваяте ан-Насаи: «и заплакали женщины» — «(и сказал Ибн Умар)» (да будет доволен им Аллах) — «(как будто он показывает)» — с фатхой в начале и кясрой в третьей букве, от корня «зараба», модель «дараба». В «аль-Камус» сказано: «арада алейхи-ш-шай'а» — показал ему вещь. Смысл: как будто Ибн Умар (да будет доволен им Аллах), рассказывая этот хадис, хотел показать этот звук — «(Амру)» бин Усману, дать ему это понять, чтобы «(тот встал)» со своего места «(и запретил им)», то есть запретил обитателям дома повышать голос в плаче и рыданиях. А слова: «(Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ)» — являются продолжением сказанного Ибн Умаром.
В риваяте аль-Бухари: «И сказал Абдулла бин Умар Амру бин Усману: разве ты не запретишь плач? Ведь Посланник Аллаха ﷺ сказал…» А в риваяте ан-Насаи: «И сказал Ибн Умар (да будет доволен им Аллах): разве ты не запретишь этим плач? Ведь я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ…»
В этом риваяте прямо указано, что Ибн Умар (да будет доволен им Аллах) слышал это сам, и это можно совместить с приведённым ранее сообщением о том, что он слышал это от своего отца Умара (да будет доволен им Аллах), предположив, что он услышал это сначала от отца, а затем услышал это от Пророка ﷺ, и передавал оба сообщения. Аллах Всевышний знает лучше.
«(Он говорил: «Поистине, покойный подвергается наказанию из-за плача его родных»)» — в некоторых списках добавлено: «по нему». Ибн Абу Мулейка сказал: «(и Абдулла передал это в общей форме)», то есть Абдулла бин Умар (да будет доволен им Аллах) изложил эту фразу и не ограничил её ничем из того, чем ограничивали её другие.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: смысл в том, что Ибн Умар (да будет доволен им Аллах) в своём риваяте изложил наказание покойного плачем живого в общей форме, не ограничив это ни иудеем, как ограничила это Аиша (да будет доволен ею Аллах), ни завещанием, как ограничили это другие, и не сказал: «некоторым плачем его родных», как передал его отец Умар (да будет доволен им Аллах).
«(И сказал Ибн Аббас)» (да будет доволен им Аллах): «(мы были с повелителем верующих Умаром бин аль-Хаттабом)» (да будет доволен им Аллах). А в следующем риваяте: «И сказал Ибн Аббас: Умар говорил часть этого, потом рассказал, сказав: я выехал с Умаром из Мекки…» — «(и когда мы были в аль-Бабда)» — с фатхой над «б» и сукуном над «й» — пустынная местность между Меккой и Мединой, как сказал аль-Айни (да помилует его Аллах). Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: «место, близкое к Зу-ль-Хулейфе» — «(вдруг)» — частица внезапности — «(он [увидел] человека)» — а в следующем риваяте: «караван», и здесь нет противоречия, ибо этим человеком был Сухайб (да будет доволен им Аллах), и с ним была его семья, так что они составляли караван — «(остановившегося в тени дерева)» — а в следующем риваяте: «под тенью самуры», а это — с фатхой над «с» и даммой над «м» — большое дерево из породы акациевых — «(и сказал он)» Умар (да будет доволен им Аллах) «(мне: иди и узнай для меня)» — а в следующем риваяте: «и посмотри» — «(кто этот человек?)» — а в риваяте ан-Насаи: «посмотри, кто в караване?» — «(и я пошёл, и вдруг это был Сухайб)» (да будет доволен им Аллах) — «(и я вернулся к нему и сказал: ты велел мне узнать для тебя, кто это?)» — в некоторых списках: «кто этот человек?» — «(и это — Сухайб. Он сказал)» Умар (да будет доволен им Аллах): «(вели ему)» — форма повелительного наклонения от «амара — йа'муру», по модели «насара», с облегчением через отбрасывание хамзы, что является редким видом облегчения, подобно словам «хуз» и «куль», как сказал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в своей «Ламийе»:
«И редким было отбрасывание в «мур», «хуз» и «куль», и распространилось… и «амур», и восстановление «хуз» и «кула» встречается изредка» — то есть: вели Сухайбу, чтобы он присоединился к нам.
А в риваяте ан-Насаи: «Ко мне Сухайба».
«(Пусть присоединится к нам)», то есть пусть догонит нас. Говорят: «лахикту-хУ» и «лахикту би-хи, альхаку», по модели «та'иба», «лахакан», с фатхой, — если ты его догнал, и «альхактуху» с алифом — так же. «Альхакту Зейдан би-Амрин» — заставил его следовать за ним, так что тот и сам догнал («лахика»), и был заставлен догнать («альхика»). А в мольбе: «поистине, наказание Твоё неверующим является настигающим (мульхикун)» — можно читать с кясрой как причастие действительного залога в значении «настигающий», а можно с фатхой как причастие страдательного залога, потому что Аллах Всевышний заставляет его настигнуть неверующих, то есть насылает его на них, — сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах).
«(И я сказал: с ним его семья)», то есть ему будет тяжело присоединиться к нам. «(Он сказал)» Умар (да будет доволен им Аллах):
«(даже если с ним его семья)», то есть вели ему присоединиться к нам, даже если с ним его семья, ибо он может взять их с собой. «(А иногда Айюб говорил)» — ас-Сахтияни, передатчик от Ибн Абу Мулейки: «(вели ему, пусть присоединится к нам)» — то есть Айюб иногда передавал в форме: «даже если с ним его семья», а иногда вместо этого передавал в форме: «вели ему присоединиться к нам», повторяя первую фразу.
В риваяте аль-Бухари добавлено: «И я вернулся к Сухайбу и сказал: снимайся и присоединяйся к повелителю верующих».
А в риваяте Ибн Хиббана: «И он сказал мне: позови мне Сухайба, и тот сопровождал его, пока не вошёл в Медину».
Это со стороны Умара (да будет доволен им Аллах) — указание на укрепление близости и особого отношения к первым из первых [принявших ислам], и поэтому, когда он был (да будет доволен им Аллах) ранен, он завещал, чтобы Сухайб вёл молитву с мусульманами, до тех пор пока участники Совета (шура) не согласятся об имаме (халифе).
«(И когда мы прибыли)» — а в некоторых списках: «и когда мы прибыли в Медину» — «(не задержалось)», то есть не отсрочилось — от корня «та'иба». В «аль-Камус» сказано: «аль-лабс» — с фатхой, а также с даммой, и «аль-лабас» с движением огласовок, и «аль-либас», и «аль-лубас», и «аль-лубаса», и «аль-лабиса» — означают «пребывание, задержка». «Лабиса» — по модели «самиа» — редкая форма, ибо масдар от «фаиля» с кясрой по правилу должен быть с движением огласовок, если глагол непереходный.
«(Повелителя верующих то, чтобы он был поражён)» — с фатхой над «хамза» в значении масдарной частицы, и масдарный оборот стоит в качестве замены к слову «повелитель». Смысл: не задержалось время, когда он был поражён ударом, которым ударил его Абу Люлюа, раб аль-Мугиры бин Шуабы (да будет доволен им Аллах).
[Примечание]: причиной, по которой был заколот Умар (да будет доволен им Аллах), стало то, что передал Ибн Са‘д в «ат-Табакат» с достоверным иснадом от аз-Зухри, который сказал: «Умар (да будет доволен им Аллах) не разрешал пленному, достигшему зрелости, входить в Медину, пока аль-Мугира ибн Шу‘ба, будучи наместником в Куфе, не написал ему, упомянув о своём рабе-мастере, и попросил разрешения ввести его в Медину, говоря: у него есть ремёсла, полезные людям — он кузнец, гравёр, плотник. Умар разрешил ему, и аль-Мугира назначил ему налог в сто (дирхемов) каждый месяц. Тот пожаловался Умару на тяжесть налога, и Умар сказал ему: твой налог не столь велик по сравнению с тем, что ты зарабатываешь. Тот ушёл разгневанным. Умар пробыл несколько ночей, и раб прошёл мимо него, и Умар сказал: разве мне не передавали, что ты говоришь: если бы я захотел, то сделал бы мельницу, которая мелет от ветра? Тот обернулся к нему с гневным лицом и сказал: я непременно сделаю тебе мельницу, о которой будут говорить люди. Умар обратился к тем, кто был с ним, и сказал: раб угрожает мне. Он пробыл несколько ночей, затем взял кинжал с двумя лезвиями, рукоять которого находилась в середине, и укрылся в одном из углов мечети в предрассветной темноте, пока Умар не вышел будить людей (возгласом): «молитва, молитва!» — Умар обычно так делал. Когда Умар приблизился к нему, тот вскочил на него и нанёс ему три удара, один из которых пришёлся ниже пупка и пронзил брюшину — этот удар и убил его».
А в хадисе Абу Рафи‘ (сообщается): «Абу Лу’лу’а был рабом аль-Мугиры ибн Шу‘бы, и тот получал с него по четыре дирхема — то есть каждый день. Он встретил Умара и сказал: аль-Мугира слишком тяжко обременяет меня. Умар сказал: побойся Аллаха и относись к нему хорошо, — а сам Умар намеревался встретиться с аль-Мугирой, поговорить с ним и облегчить положение раба. Раб же сказал: его справедливость охватила всех людей, кроме меня, — и решился на его убийство. Он изготовил для него кинжал с двумя лезвиями и отравил его, а затем выждал утреннюю молитву, пока Умар не встал и сказал: выровняйте свои ряды. Когда он произнёс слова величания (такбир), тот ударил его в плечо и в бок, и Умар упал».
А у Муслима, по пути передачи Ма‘дана ибн Абу Тальхи (сообщается): «Умар произнёс проповедь и сказал: я видел во сне петуха, который клюнул меня три раза, и я не считаю это иначе, как приближением моего смертного часа», — а в другом риваяте добавлено: «и не прошло после той пятницы много времени, как он был заколот».
Аль-Бухари (да помилует его Аллах Всевышний) привёл историю его убийства (да будет доволен им Аллах) в своём «Сахихе» в развёрнутом виде, сказав:
(3700) — Передал нам Муса ибн Исма‘иль, (сказавший): передал нам Абу ‘Авана от Хусайна, от Амра ибн Маймуна, который сказал:
Я видел Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) за несколько дней до того, как он был ранен, в Медине. Он остановился возле Хузайфы ибн аль-Йамана и Усмана ибн Хунайфа и сказал: как вы поступили? Не боитесь ли вы, что возложили на землю то, что она не в силах вынести? Они ответили: мы возложили на неё то, что она может вынести, в этом нет большого избытка. Он сказал: смотрите, чтобы вы не возложили на землю то, что она не в силах вынести. Они сказали: нет. Тогда Умар сказал: если Аллах сохранит меня в живых, я непременно оставлю вдов жителей Ирака так, чтобы они никогда после меня не нуждались ни в каком человеке. Он сказал: не прошло и четырёх дней, как он был поражён (ударом). Он сказал: я стоял, и между мной и им не было никого, кроме Абдуллы ибн Аббаса, в то утро, когда он был поражён. Умар, проходя между рядами (молящихся), говорил: выровняйтесь, — и когда убеждался, что среди них нет изъяна, выступал вперёд и произносил такбир. Иногда он читал в первом рякяате суру «Юсуф», или «ан-Нахль», или что-то подобное, чтобы люди успели собраться. И едва он произнёс такбир, как я услышал, что он говорит: он убил меня, или: пёс съел меня, — когда тот нанёс ему удар. Тогда нехристь бросился с двусторонним ножом, не проходя мимо никого ни справа, ни слева, без того чтобы не ударить его, так что он ранил тринадцать человек, из которых семь умерли. Когда один из мусульман увидел это, он бросил на него бурнус. Когда нехристь понял, что он схвачен, он зарезал себя. Умар взял руку Абд ар-Рахмана ибн ‘Ауфа и выдвинул его вперёд (на своё место). Те, кто был рядом с Умаром, видели то, что произошло, а те, кто находился в других концах мечети, не знали (что случилось), — они лишь заметили, что не слышат голоса Умара, и говорили: «Пресвят Аллах, пресвят Аллах!» Абд ар-Рахман провёл с ними лёгкую молитву. Когда они завершили её, Умар сказал: о ибн Аббас, узнай, кто убил меня. Тот отошёл на некоторое время, потом вернулся и сказал: раб аль-Мугиры. Умар спросил: мастер? Тот ответил: да. Умар сказал: да убьёт его Аллах! Я ведь приказывал относиться к нему хорошо. Хвала Аллаху, который не сделал так, чтобы моя смерть была от руки человека, притязающего на ислам! Ты и твой отец любили, чтобы в Медине было побольше нехристей. Аббас же из них имел больше всех рабов. Он сказал: если хочешь, я это сделаю, — то есть: если хочешь, мы их убьём. Умар сказал: ты ошибаешься — после того как они заговорили на вашем языке, молились в направлении вашей киблы и совершали хадж, подобный вашему.
Его понесли в его дом, и мы отправились с ним, и как будто людей не постигало бедствие подобное этому раньше. Одни говорили: ничего страшного, другие говорили: я боюсь за него. Ему принесли набиз, он выпил его, и он вышел из его живота. Затем ему принесли молоко, он выпил его, и оно вышло из его раны, и тогда узнали, что он умирает. Мы вошли к нему, и пришли люди, стали хвалить его. Пришёл один юноша и сказал: возрадуйся, о повелитель верующих, доброй вести от Аллаха для тебя — за сопровождение Посланника Аллаха ﷺ, за первенство в исламе, о котором ты знаешь, затем ты правил и был справедлив, а затем — мученическая смерть. Умар сказал: я хотел бы, чтобы это было равновесием — ни в мою пользу, ни против меня. Когда тот повернулся, чтобы уйти, его нижняя одежда касалась земли, и Умар сказал: верните мне этого юношу, — (и сказал ему): о сын брата моего, подними свою одежду, ибо это дольше сохранит твою одежду и более угодно для страха перед твоим Господом. О Абдулла ибн Умар, посмотри, какой долг лежит на мне, — и они посчитали и обнаружили, что это восемьдесят шесть тысяч (дирхемов) или около того. Он сказал: если имущество рода Умара покроет это, выплати из их имущества, а если нет, то спроси у бану Ади ибн Ка‘б, а если их имущества не хватит, то спроси у курайшитов, и не выходи за их пределы к другим — выплати за меня этот долг.
Отправляйся к Аише, матери верующих, и скажи: Умар передаёт тебе приветствие, — но не говори «повелитель верующих», ибо я сегодня не являюсь повелителем для верующих, — и скажи: Умар ибн аль-Хаттаб просит разрешения быть похороненным рядом со своими двумя товарищами. И он передал приветствие и попросил разрешения, затем вошёл к ней и нашёл её сидящей и плачущей. Он сказал: Умар ибн аль-Хаттаб передаёт тебе приветствие и просит разрешения быть похороненным рядом со своими двумя товарищами. Она сказала: я хотела это место для себя, но сегодня я непременно отдам ему предпочтение перед собой. Когда он вернулся, было сказано: вот пришёл Абдулла ибн Умар. Умар сказал: поднимите меня, — и один человек прислонил его к себе. Умар спросил: что у тебя? Тот ответил: то, что ты желаешь, о повелитель верующих, — она разрешила. Умар сказал: хвала Аллаху, не было ничего, что заботило бы меня больше этого. Когда я скончаюсь, понесите меня, затем произнесите приветствие и скажите: Умар ибн аль-Хаттаб просит разрешения, — если она разрешит мне, то внесите меня, а если откажет мне, то верните меня к могилам мусульман.
Пришла мать верующих Хафса, и вместе с ней шли женщины. Когда мы увидели её, мы встали, и она вошла к нему и плакала возле него некоторое время. Затем мужчины попросили разрешения войти, и я вошёл внутрь для них. Мы услышали её плач изнутри. Тогда сказали: составь завещание, о повелитель верующих, назначь преемника. Он сказал: я не нахожу никого более достойного этого дела, чем эти люди, или эта группа, которыми был доволен Посланник Аллаха ﷺ, когда скончался. И он назвал Али, Усмана, аз-Зубайра, Тальху, Са‘да и Абд ар-Рахмана. Он сказал: пусть Абдулла ибн Умар присутствует среди вас, но у него нет никакой доли в этом деле, — это было сделано в качестве утешения для него. Если власть достанется Са‘ду, то это так, а если нет, то пусть тот из вас, кому будет доверено правление, обратится к нему за помощью, ибо я не отстранял его ни за слабость, ни за измену.
Он сказал: я завещаю тому, кто станет халифом после меня, (заботиться) о первых мухаджирах, чтобы он признавал их право и охранял их достоинство. Я завещаю ему (заботиться) об ансарах добром — «и (тех), которые предоставили жилища и веру прежде них» (сура «аль-Хашр», аят 9), — чтобы принималось (доброе) от тех, кто творит добро среди них, и прощалось тому из них, кто совершает дурное. Я завещаю ему (заботиться) о жителях провинций добром, ибо они опора ислама, собиратели имущества и устрашение для врага, и чтобы у них не брали ничего, кроме их излишков, с их согласия. Я завещаю ему (заботиться) о бедуинах добром, ибо они основа арабов и опора ислама, — чтобы брали с окраин их имущества и возвращали это их бедным. И я завещаю ему (соблюдать) договор Аллаха и договор Его Посланника ﷺ, чтобы он выполнял для них их соглашение и защищал их, и чтобы на них не возлагали ничего сверх их сил.
Когда он скончался, мы вынесли его и пошли пешком. Абдулла ибн Умар произнёс приветствие и сказал: Умар ибн аль-Хаттаб просит разрешения. Она сказала: введите его. Его внесли и положили там, рядом с двумя его товарищами. Когда закончили его погребение, эта группа собралась, и Абд ар-Рахман сказал: передайте своё дело трём из вас. Аз-Зубайр сказал: я передаю своё дело Али. Тальха сказал: я передаю своё дело…
«...Усман». Са'д сказал: «Я передал моё дело Абд ар-Рахману ибн Ауфу». Абд ар-Рахман сказал: «Кто из вас двоих откажется от этого дела, чтобы мы поручили его [другому]? — Аллах свидетель ему и исламу — пусть каждый посмотрит на себя, кто из них достойнее». Оба старца промолчали. Абд ар-Рахман сказал: «Так поручаете вы это мне? Аллах свидетель мне, что я не поленюсь [выбрать] достойнейшего из вас». Они сказали: «Да». Тогда он взял руку одного из них и сказал: «У тебя родство с Посланником Аллаха ﷺ и первенство в исламе, которое тебе известно. Аллах свидетель тебе: если я поставлю тебя правителем, будешь ли ты справедлив? А если я поставлю Усмана, будешь ли ты слушаться и подчиняться?» Затем он остался наедине с другим и сказал ему то же самое. Когда он взял с них обещание, он сказал: «Подними свою руку, о Усман», и присягнул ему. Затем присягнул ему Али. И вошли жители дома, и присягнули ему». Конец.
(И пришёл Сухайб) (да будет доволен им Аллах) (говоря: «О брат мой! О товарищ мой!») (И сказал Умар) (да будет доволен им Аллах): (Разве ты не знаешь? — или) — с сукуном над «вав» — передаёт сомнение передатчика: сказал ли он «разве ты не знаешь», или сказал: (разве ты не слышал?) — хамза здесь подразумевается. (Сказал Аюб) ас-Сахтияни: (или сказал), то есть Ибн Аби Муляйка: («ава») — с фатхой над «вав» — это соединительный союз «вав», на который наложилась хамза, (разве ты не знаешь, разве ты не слышал?) — тоже с фатхой над «вав», как и в предыдущем случае. По всей видимости, Умар (да будет доволен им Аллах) произнёс оба выражения для усиления, хотя возможно, что «или» здесь — с сукуном над «вав» — передаёт сомнение, как и прежде. Аллах знает лучше.
(что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, [умерший] подвергается мучению за некий плач его родных») — в некоторых списках добавлено слово «за него» (عليه). Он ограничил это «некоторым» плачем, что толкуется как плач, содержащий причитания и восхваления [покойного], — ради согласования между хадисами. Говорят также, что под «некоторым» подразумевается то, что было частью его завещания [относительно плача].
(Сказал) Абдуллах ибн Аби Муляйка: (что касается Абдуллаха) ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), (то он передал это без ограничения), то есть высказал утверждение — а именно, что «умерший подвергается мучению за плач его родных» — в безусловной форме. (А что касается Умара) (да будет доволен им Аллах), (то) он ограничил это, поскольку (сказал: «за некоторый») плач его родных, а не сказал: «за плач его родных», как сказал Ибн Умар. (Тогда я встал и вошёл к Аише) (да будет доволен ею Аллах) (и рассказал ей то, что сказал Ибн Умар, и она сказала: «Нет»), то есть — это не так, (клянусь Аллахом, никогда не говорил этого), то есть слов: «нет, поистине умерший подвергается мучению...» и так далее — (Посланник Аллаха ﷺ) никогда [не говорил]. Она поклялась в этом, поскольку в её представлении дело было так, как она сказала, однако на деле обстоит иначе, ведь достоверно установлено от группы сподвижников (да будет доволен ими Аллах), как об этом будет сказано далее, что они слышали, как Пророк ﷺ говорил это. Так как же возможно её отрицание? Это крайне далеко [от истины].
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): в этом [содержится указание] на допустимость клятвы на основании преобладающего предположения при наличии признаков, даже если человек не убеждён твёрдо, — и таков наш мазхаб. Отсюда и сказали: разрешается клясться о долге, который человек увидел записанным почерком своего покойного отца на такого-то, если он предполагает [что это верно].
[Если скажут]: возможно, Аиша клялась не на основании предположения, а на основании знания, и она могла слышать это от Пророка ﷺ в последние дни его жизни.
[Мы отвечаем]: это далеко [от истины] по двум причинам:
Первая: Умар и Ибн Умар слышали, как он ﷺ говорил: «Он подвергается мучению за плач его родных».
Вторая: если бы дело было так, Аиша привела бы это как доказательство и сказала бы: «Я слышала это от него в последние дни его жизни ﷺ», однако она не привела это как доказательство, а привела в качестве доказательства только аят. Аллах знает лучше. Конец.
Его слово (поистине, умерший подвергается мучению за плач кого-либо) — замена местоимения в её словах «то, что сказал Посланник Аллаха ﷺ», то есть она имеет в виду, что Пророк ﷺ не говорил: «поистине умерший подвергается мучению за плач кого-либо из людей» — ни в безусловной, ни в ограниченной форме. Сказал аль-Кари (да помилует его Аллах): это отрицание, подтверждённое клятвой с её стороны, основано на её предположении и утверждении, либо ограничено тем, что она сама слышала. В противном случае — тот, кто запомнил [хадис], имеет преимущество перед тем, кто не запомнил, а утверждающий имеет приоритет перед отрицающим. Да и как может быть иначе, если хадис передан по достоверным путям передачи с ясными выражениями, тем более что в своей общей форме он не противоречит тому, что она сказала о частном случае. Конец.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): Аиша (да будет доволен ею Аллах) отвергла этот хадис и прямо заявила об ошибке передатчика или о его забывчивости. Побудило её к этому то, что она сама не слышала этого именно так, а также то, что это противоречит словам Всевышнего: «И не понесёт несущая душа груза другой» [Фатыр, 18]. В этом есть спорный момент: что касается её отрицания и приписывания ошибки передатчику, то это далеко [от истины], не очевидно и не ясно, и разъяснение этого — с двух сторон:
[Первая]: передатчиков этого смысла много — Умар, Ибн Умар, аль-Мугира ибн Шу'ба, Кайля бинт Махрама, — и они твёрдо уверены в передаче, так что нет причины считать их ошибающимися. И если предпринимается отвержение сообщения группы таких [передатчиков] при возможности истолковать его правильным образом, то отвержение сообщения одного передатчика тем более имело бы право на существование, — то есть отвержение её сообщения было бы более обоснованным [в сравнении]. Однако верным является то, что не следует отвергать ни одно из этих сообщений, а нужно рассмотреть их смыслы, как мы это разъясним.
[Вторая]: между тем, что передала она, и тем, что передали они, нет противоречия, поскольку каждый из них сообщил о том, что он слышал и видел, а это два разных случая. Что же касается её обращения к аяту «И не понесёт несущая душа груза другой» в качестве доказательства для отвержения этого, то в нём нет довода, и нет противоречия между этим аятом и хадисом, — как мы покажем из смысла хадиса, если пожелает Всевышний Аллах.
Учёные разошлись во мнениях по этому поводу. Одни сказали: смысл этого — в случае, если причитание было частью его завещания и его обычая, как это делалось в эпоху невежества, настолько что Тарафа сказал [размером «тавиль»]:
«Когда я умру, оплачь меня достойным меня плачем, и разорви на себе ворот, о дочь Мабада».
Абд аль-Мутталиб перед своей смертью собрал своих дочерей и велел им причитать по нему и оплакивать его. Они сделали это, и каждая из них прочла стихи, восхваляя его в них. Когда они закончили, последним, что он сказал им, было: «Вы прекрасно сделали, так и причитайте по мне». К этому мнению склонился аль-Бухари.
Другие сказали: смысл этого — в тех деяниях, из-за которых оплакивают умершего, которые совершались в эпоху невежества, — таких как убийство человека, захват имущества, разрушение городов и подобное, — родные хвалят его за это и перечисляют это в его честь, а он подвергается мучению по причине этого. На этом толковании основывается версия того, кто передал: «за некоторый плач его родных», поскольку не все качества, которые они перечисляют, являются осуждаемыми, — среди его качеств может быть щедрость, освобождение рабов, избавление от беды. На верность этого толкования указывает хадис об Абдуллахе ибн Раваха: когда он потерял сознание, его сестра Амра стала плакать: «О гора моя! О то! О это!», перечисляя его качества. Придя в сознание, он сказал ей: «Ты не сказала ничего, о чём мне бы не было сказано: «Ты действительно таков?»» Когда же он умер, она не плакала по нему. Передал аль-Бухари. До конца слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах), краткое содержание которых уже приводилось в третьем вопросе из вопросов, рассмотренных ранее при разборе хадиса Умара (да будет доволен им Аллах), — обратись к нему для пользы. Аллах Всевышний — податель успеха.
(Но он ﷺ) (сказал: «Поистине, неверующему Аллах увеличивает мучение из-за плача его родных») — и она отнесла [слово] «умерший» к неверующему и отвергла безусловность [толкования]. Об увеличении мучения неверующего сказано в словах Всевышнего: «Мы увеличим им мучение сверх мучения» [ан-Нахль, 88], и в Его словах: «Вкусите же, ведь Мы не увеличим вам ничего, кроме мучения» [ан-Наба, 30]. Однако можно сказать: увеличение мучения из-за деяния другого также представляет собой проблему, противоречащую словам Всевышнего: «И не понесёт несущая душа груза другой», поэтому предлог «би» в его словах «за некоторый плач его родных» следует понимать в значении сопутствия, а не причинности, а выделение неверующего в таком случае — потому что он является местом [проявления] увеличения. Сказал ас-Синди (да помилует его Аллах) в «Хашия ан-Насаи».
Сказал аль-Кари (да помилует его Аллах): в этом [содержится указание], что её (да будет доволен ею Аллах) отрицание здесь противоречит тому, что она сказала ранее, — а именно, что хадис был передан относительно иудейки, по которой плакали, тогда как она подвергалась мучению в своей могиле. Конец.
Сказал аль-Хафиз: эти толкования, [приводимые] от Аиши (да будет доволен ею Аллах), различаются между собой, и в них есть указание на то, что она не отвергла хадис другим хадисом, а лишь тем, что вспомнила из противоречия с Кораном. Сказал ад-Давуди: версия Ибн Аббаса от Аиши разъясняет то, что отвергли от неё Амра и Урва, — с той разницей, что она отнесла это конкретно к неверующему, поскольку она подтвердила, что умерший получает увеличение мучения из-за плача его родных. Так в чём же разница между тем, что мучение увеличивается из-за деяния другого, или что он подвергается мучению изначально? Конец.
«И поистине, Аллах — Он»: (﴿أَضْحَكَ وَأَبْكَى﴾) [«Он рассмешил и заставил плакать»] (ан-Наджм: 43), то есть: слеза не находится во власти сына Адама, и он не является причиной её появления, — так как же его можно за неё наказывать, не говоря уже о наказании умершего. Ад-Давуди сказал: смысл этого в том, что Аллах Всевышний дозволил благовидный плач, а Он не наказывает за то, что Сам дозволил. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: её слово «Аллах — Он рассмешил и заставил плакать» представляет собой итоговое доказательство отрицания того, к чему склонялся Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах), — что умерший наказывается плачем своих близких. Дело в том, что плач человека, его смех, его печаль и его радость — всё это от Аллаха Всевышнего, Который проявляет это в нём, так что это не имеет к нему самому никакого отношения в смысле причинности. Конец цитаты.
В «Марат аль-мифатих» после приведения этого высказывания ат-Тайби сказано следующее: в этом есть указание на то, что всё это исходит от Аллаха Всевышнего в смысле сотворения, а от раба — в смысле приобретения (касб), как это установлено, при этом Шариат учитывает то, что из этого проистекает в виде следствия, как и во всех прочих деяниях людей. Разве ты не видишь, что улыбка в лицо верующему — из числа благих дел, а улыбка верующему из издёвки — из числа дурных дел? Точно так же печаль и радость иногда бывают из числа высоких состояний, за которые человек получает награду, а иногда — из числа низменных деяний, за которые он наказывается, как это установлено в соответствующем разделе. Конец цитаты (1).
(﴿أَلَّا تَزِرُ وَازِرَةٌ وِزْرَ أُخْرَى﴾) [«что душа не понесёт греха другой души»], то есть: никакая несущая душа не понесёт греха другой души. Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: «аль-визр» и «аль-викр» — родственные слова; «вазара» вещь — значит понёс её; «аль-вазира» — определение к слову «душа», а смысл таков: каждая душа в День воскресения понесёт лишь свой собственный грех, который она совершила, и никакая душа не будет отвечать за грех другой души, — не так, как поступают тираны этого мира, хватая близкого за близкого, соседа за соседа. Конец цитаты (1).
Место применения сказанного — это только в отношении того, кто не был причастен ни к чему из этого; иначе он делит в этом ответственность, как сказал Всевышний: ﴿وَلَيَحْمِلُنَّ أَثْقَالَهُمْ وَأَثْقَالًا مَعَ أَثْقَالِهِمْ﴾ [«и они непременно понесут свои грузы и грузы вместе со своими грузами»] (аль-Анкабут: 13), и его слово ﷺ в истории с Хираклием: «если ты откажешься, то на тебе будет грех земледельцев», — согласованный хадис (2).
(Айюб) ас-Сахтияни (сказал: сказал Ибн Абу Мулейка: рассказал мне аль-Касим ибн Мухаммад) ибн Абу Бакра ас-Сиддика, умерший в 106 году по достоверному мнению, — его биография приводилась выше в «Книге о менструации» (3/695). (Он сказал: когда до Аиши дошло) — в форме винительного падежа как дополнение — (слово Умара) «поистине, умерший наказывается за некий плач по нему его близких» — и (слово) (Ибн Умара) «поистине, умерший наказывается плачем по нему его близких» — (она сказала: поистине вы передаёте мне) — с усиленным «нун», это «нун» удвоения, слившееся с предохранительным «нун»; в некоторых списках — «ля тухаддисун» без упоминания дополнения — (от двух не лгущих) то есть: от двух лиц, которым ложь не была свойственна, и они от неё далеки; у Ибн Хиббана вариант: «от двух правдивых» — (и не обвиняемых во лжи) — форма причастия страдательного залога от «каззабаху» в удвоенной форме: когда его обвиняют во лжи, — то есть: они оба не лгут намеренно, и никто их во лжи не обвиняет — (но слух ошибается) — то есть: это из того, в чём ошибся их слух, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный итог, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Ибн Умара (да будет доволен ими обоими Аллах) — согласованный.
(Второй вопрос): о его выведении:
Его вывел автор здесь [9/2149, 2150, 2150, 2152, 2153, 2154, 2155, 2156, (928, 929, 930, 931, 932)], и аль-Бухари в...