как сказал оппонент, — или в языковых выражениях, смысл которых понимался лишь символически. Конец слов кадия (да помилует его Аллах) (1).
Он (да помилует его Аллах) разъяснил, что предпочтительное мнение состоит в том, что арабы до прихода шариата использовали эти слова в их шариатских значениях — как в словах, так и в делах, — и знали молитву, закят, пост, хадж, умру и прочее. И шариат обратился к ним не иначе, как тем, что они уже знали, — в подтверждение, а не так, что он принёс им слова, которые сам для них изобрёл, или языковые выражения, смысл которых понимался лишь символически, как утверждает оппонент. Так будь же справедлив и рассудителен, а Аллах Всевышний — Направляющий на прямой путь.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2637] (1125) — Передал нам Зухайр ибн Харб, [сказав]: передал нам Джарир, от Хишама ибн Урвы, от его отца, от Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «Курайшиты постились в день Ашура во времена невежества (джахилии), и Посланник Аллаха ﷺ постился в этот день. Когда же он переселился в Медину, он постился в этот день и повелел его соблюдать (2). А когда был предписан пост месяца рамадан, он сказал: «Кто желает, пусть постится [в этот день], а кто желает, пусть оставит [это]»».
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — Зухайр ибн Харб — упомянут в предыдущей главе.
2 — Джарир ибн Абд аль-Хамид — упомянут недавно.
3 — Хишам ибн Урва — упомянут перед этой главой.
4 — Его отец — Урва ибн аз-Зубайр — также упомянут перед этой главой.
5 — Аиша — мать верующих (да будет доволен ею Аллах) — также упомянута перед этой главой, и там же указаны тонкости иснада.
Разъяснение хадиса:
(От Аиши (да будет доволен ею Аллах)) — что она (сказала: «Курайшиты») — то есть племя курайшитов, а это те, кого родил ан-Надр ибн Кинана; кто не был им рождён, тот не курайшит. Есть и другое мнение: курайшиты — это те, кого родил Фихр ибн Малик; кто не был им рождён, тот не из курайшитов, — так сказано в «Аль-Мисбахе» (1).
В «Аль-Камусе» сказано: «карашаху йакрушуху ва йакришуху» (глаголы по образцу «насара» и «дараба») означает: разрезал его, собрал отсюда и оттуда, и соединил части его друг с другом. Отсюда и название «курайш» — то ли из-за их собирания у Заповедной мечети, то ли потому, что они высматривали товары для покупки, то ли потому, что ан-Надр ибн Кинана однажды собрал [ткань] в свою одежду, и о нём сказали: «такарраша» («он собрался»), то ли потому, что он пришёл к своему народу, и о нём сказали: «как верблюд курайш», то есть сильный, то ли потому, что Кусайя называли «аль-Курашийй», то ли потому, что они обыскивали паломников и устраняли их нужды, то ли название дано по уменьшительной форме от «аль-кирш» — морского животного, которого боятся все морские животные, то ли по имени Курайша ибн Махляда ибн Галиба ибн Фихра, который был хозяином их караванов, так что говорили: «прибыл караван курайш» и «вышел караван курайш». Относительное прилагательное — «курашийй» и «курайшийй». Конец цитаты (2).
(Постились в день Ашура) — с долгим «а» (мадд); передаётся также вариант с кратким «а» (каср). Полное обсуждение этого будет в начале соответствующей главы. (Во времена невежества) — это то состояние, в котором находились арабы до ислама: невежество об Аллахе Всевышнем и Его Посланнике ﷺ и предписаниях религии, хвастовство родословием, высокомерие, тирания и прочее. Говорят также «крайнее невежество (аль-джахилийя аль-джахляа)» — это усиление первого, образованное от того же корня для усиления, подобно тому как говорят «крепкий кол» (ватид ватид), «тёмная ночь» (лайлатун лайляа), «упрёк упрёчный» (лаумун айвам). Так приведено в «Лисан аль-Араб» (3).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: слова Аиши (да будет доволен ею Аллах): «Курайшиты постились в день Ашура во времена невежества» — указывают на то, что пост в этот день был у них известен как предписанный и определённый по своей мере. Возможно, они основывались в этом посте на том, что это было частью шариата Ибрахима и Исмаиля (мир им), поскольку они возводили себя к ним и опирались на многие положения хаджа и прочего, восходя к ним.
Что же касается поста Посланника Аллаха ﷺ в этот день, то возможно, что это было по причине согласия с ними в этом, подобно тому как он согласился с ними совершить хадж так, как они его совершали, — я имею в виду его первый хадж, который он совершил до переселения и до того, как хадж был предписан; ведь всё это было делом благим.
Можно также сказать: Аллах Всевышний разрешил ему поститься в этот день, а когда он прибыл в Медину, то обнаружил, что иудеи постятся в этот день, и спросил их о причине их поста. Они ответили так, как передал Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими): это великий день, в который Аллах спас Мусу и его народ, а утопил Фараона и его народ, и Муса (мир ему) постился в этот день в знак благодарности, поэтому и мы постимся в него. Тогда Пророк ﷺ сказал: «Мы имеем больше прав и больше близки к Мусе, чем вы». Тогда он стал постится в этот день в Медине и повелел его соблюдать, то есть сделал пост в этот день обязательным и усилил веление о нём, так что даже маленьких детей заставляли постится. Так он сам придерживался этого и обязывал своих товарищей, пока не был предписан пост месяца рамадан, и пост дня Ашура был отменён. Тогда он сказал: «Аллах не предписал вам пост в этот день», после чего предоставил выбор между постом и его оставлением, но сохранил достоинство этого дня своими словами: «А я пощусь», как передано в хадисе Муавии (да будет доволен им Аллах).
Исходя из этого, Пророк ﷺ не постился в день Ашура, подражая иудеям, ведь он постился в этот день ещё до прибытия к ним и до того, как узнал об их положении. Однако то, что случилось тогда, — это его личное соблюдение и обязывание [других] этим постом, — было ради расположения к иудеям и постепенного привлечения их [к исламу], подобно тому, в чём была мудрость обращения его лицом к их кибле. Это было то время, когда Пророк ﷺ любил соглашаться с людьми Писания в том, что не было запрещено. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах) (1).
Составитель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: его утверждение о том, что пост Пророка ﷺ в день Ашура был ради расположения к иудеям, вызывает сомнение, поскольку он постился в этот день ещё до этого, как было указано ранее. Кроме того, он объяснил свой пост тем, что это следование за Мусой (мир ему), сказав: «Мы более близки к Мусе, чем вы».
Что же касается его утверждения о том, что обращение к кибле также было ради расположения [к иудеям], то это неверно, поскольку установлено, что он ﷺ, будучи в Мекке, обращался к Байт аль-Макдису, и когда он переселился, он продолжал так поступать, и это не было ради расположения к ним, до тех пор пока это не было отменено обращением к Каабе. Подтверждение этого приведено ранее в соответствующей главе, обратись туда — извлечёшь пользу, а Аллах Всевышний — Податель успеха.
(И Посланник Аллаха ﷺ постился в этот день) — в риваяте аль-Бухари: «И Посланник Аллаха ﷺ постился в этот день во времена невежества», то есть до того, как он переселился в Медину. (Когда же он переселился в Медину, он постился в этот день) — то есть постился ﷺ в день Ашура (и повелел) людям (соблюдать пост в этот день) — в другой версии: «поститься в этот день». В «Фатхе» сказано, суть чего такова: из этого извлекается указание времени, когда было дано веление о посте в день Ашура, — а это было в начале его прибытия ﷺ в Медину. Не подлежит сомнению, что его прибытие было в месяце раби аль-авваль, и, следовательно, веление об этом было дано в начале второго года [хиджры], а во втором году был предписан пост месяца рамадан. Отсюда следует, что веление о посте в день Ашура было дано лишь на один год, после чего вопрос о посте в этот день был предоставлен на суждение добровольно постящегося.
Кади Ийяд передал, что некоторые из ранних учёных считали, что обязательность поста в день Ашура сохраняется, однако сторонники этого мнения исчезли. Ибн Абд аль-Барр передал единогласное мнение (иджма) о том, что сейчас этот пост не является обязательным, а также единогласное мнение о том, что он желателен (мустахабб). Ибн Умар не любил намеренно избирать именно этот день для поста, однако сторонники этого мнения также исчезли.
Что касается поста курайшитов в день Ашура, то, возможно, они переняли это от прежнего шариата, и поэтому они возвеличивали этот день, покрывая в него Каабу тканью и прочим подобным. Он сказал: затем я видел в третьем собрании из «Больших собраний» аль-Багандий, от Икримы, что его спросили об этом, и он ответил: «Курайшиты совершили грех во времена невежества, и он тяжко лёг на их сердца, и им было сказано: поститесь в день Ашура, это искупит его». Это [передано] либо так, либо близко по смыслу. Конец цитаты (1).
(«Когда же был предписан») — в форме страдательного залога — («месяц Рамадан») то есть его пост, («он сказал») — то есть Пророк ﷺ — («кто хочет, пусть постится») то есть постится в день Ашура, («а кто хочет, пусть оставит») то есть потому что это стало добровольным делом. Ан-Навави сказал: смысл этого в том, что пост в этот день не является обязательным. Абу Ханифа толкует это так: «не является обязательным», а шафииты толкуют так: «не является в высшей степени подтверждённым», но согласно обоим мазхабам это сунна, желательная теперь, начиная с того момента, как Пророк ﷺ произнёс эти слова. Он сказал: учёные единогласны в желательности и определённости этого поста — в силу достоверных хадисов, приведённых в главе. А что касается слов Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах): «Мы постились в этот день, потом это было оставлено», то смысл их в том, что не осталось того, что было — обязательности или подтверждённой желательности. Конец слов ан-Навави с некоторой переработкой. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, Он — тот, у кого просят помощи, и на Него — упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) — согласованный (между аль-Бухари и Муслимом).
(Второй вопрос): о его цепочках передачи:
Его привёл автор (составитель) здесь [21/2637, 2638, 2639, 2640 и 2641] (1125), а также аль-Бухари в «Хадже» (1592), в «Посте» (1893 и 2001), в «Достоинствах» (3831) и в «Толковании Корана» (4502 и 4504), Абу Дауд в «Посте» (2442), ат-Тирмизи в «Посте» (753), ан-Насаи в «аль-Кубра» (2/157), Малик в «аль-Муватта» (1/299), Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (7842, 7844 и 7845), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (3/55), аш-Шафии в своём «Мусанаде» (1/262–263), ат-Тайалиси в своём «Мусанаде» (1/106), Ахмад в своём «Мусанаде» (6/162 и 244), ад-Дарими в своих «Сунан» (2/23), Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (2080), Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (3621), ат-Табарани в «аль-Кабир» (2/212), ат-Тахави в «Шарх ма‘ани аль-асар» (2/74), Абу Аваны в своём «Мусанаде» (2/236, 237 и 240), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (3/206 и 209), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (4/288 и 290) и в «аль-Ма‘рифе» (3/432). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (в числе их): разъяснение достоинства поста дня Ашура, ибо Посланник Аллаха ﷺ не выделял бы его особо, желая своей общине его соблюдения, направляя их к этому, и сообщая им, что сам постится в этот день, чтобы они следовали его примеру, если бы не было в нём особого достоинства. А в Посланнике Аллаха ﷺ — прекрасный пример. Сказал это Абу Умар (да помилует его Аллах).
2 — (в числе их): разъяснение желательности поста дня Ашура и того, что в этом отношении нет отмены.
3 — (в числе их): разъяснение того, что пост Ашура был обязательным до предписания поста Рамадана, а затем был отменён. В этом есть разногласие среди учёных, разбор которого придёт в следующем вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
4 — (в числе их): разъяснение допустимости отмены (насх) в нашем шариате и её реального свершения — в чём мусульмане единогласны. Я упомянул об этом в «ат-Тухфа аль-мардыйя» в разделе основ (усуль), сказав:
Знай, что этот шариат
отменяет всё, что было прежде,
годится для всякого времени и места,
охватывает всех людей безопасностью и гарантией.
Поэтому он стал лучшим небесным законом,
а его люди — срединной общиной, превосходящей все народы.
Знай также, что община
единогласна в согласии с мудростью
относительно допустимости отмены и её свершения —
Бог стирает из своего закона то, что желает.
Он, Пресвятой, говорит: «Что бы Мы не отменили» — так,
и сказал: «Стирает» — возьми пример, которому следуют:
перемену киблы и отмену срока выжидания (‘идда),
и терпение одного против десяти.
И я сказал, разъясняя мудрость отмены:
Аллах, велик Он и возвышен, повелевает, что
желает, и в отмене заложил мудрости:
облегчение для своих творений и расширение,
как отмена им более тяжёлого — скажи, как это облегчает!
Увеличение награды верующих, если
отмена более лёгкого происходит более тяжёлым — сохрани это.
И отражение довода нечестивых иудеев
и многобожников — несправедливых неверующих,
когда они отвергли перенос киблы от Святыни
к Запретной мечети, совершенной в своём величии.
Различение сильного в вере
от того, кто слаб в убеждённости,
и испытание полнотой подчинения,
поспешностью к повелению Владыки рабов.
И эта мудрость в отмене видна
до того, как появится возможность совершить действие,
подобно тому, что произошло с Ибрахимом
в закалывании его кротко-терпеливого сына, верного завету.
Затем — эта отмена всегда лучше:
будь она легче, или тяжелее, или равной.
5 — (в числе их): разъяснение того, что отмена может происходить более тяжёлым, ибо пост Ашура — один день — был отменён постом месяца Рамадан.
6 — (в числе их): разъяснение того, что нет обязательного поста, кроме месяца Рамадан, и в этом — согласие (иджма’).
7 — (в числе их): разъяснение того, что Пророк ﷺ соглашался с курайшитами в том добром, что они делали, — как пост дня Ашура, как хадж и умра.
8 — (в числе их): разъяснение того, что он ﷺ соглашался также с людьми Писания в том, что они делали, до тех пор пока не было велено ему противоречить им, и тогда он стал им противоречить. Аль-Бухари и Муслим привели от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ отпускал волосы свободно свисающими, а многобожники разделяли волосы на пробор на головах, а люди Писания отпускали волосы свободно, и Посланник Аллаха ﷺ любил соглашаться с людьми Писания в том, относительно чего ему не было дано никакого повеления, — потом же Посланник Аллаха ﷺ стал делать пробор на своей голове.
9 — (в числе их): разъяснение законности благодарения Аллаха Всевышнего постом для того, кому досталось благо — избавление от беды или облегчение дела.
10 — (в числе их): разъяснение того, что блага, доставшиеся прежним пророкам — как спасение Нуха (мир ему), спасение Мусы (мир ему) и утопление Фараона, — надлежит нам радоваться этому и благодарить за это Аллаха Всевышнего, ибо это входит в число благ, доходящих до нас через посредничество. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно поста дня Ашура:
Сказал ан-Навави (да помилует его Аллах): учёные согласны в том, что пост дня Ашура сегодня — сунна, не обязательность, но разошлись относительно его положения в начале Ислама, когда его пост был предписан до поста Рамадана. Абу Ханифа сказал: он был обязательным. Сподвижники аш-Шафии разошлись в этом на два известных мнения: наиболее известное из них у них — что он всегда был сунной с момента предписания и никогда не был обязательным в этой общине, но был подтверждённо-желательным, а когда было ниспослано предписание поста Рамадана, он стал желательным в меньшей степени, чем прежде. Второе мнение — он был обязательным, следуя мнению Абу Ханифы. Польза этого разногласия проявляется в требовании намерения поста обязательного с ночи: Абу Ханифа не требует этого и говорит: люди в первый день Ашура были непостящимися, потом им было велено поститься с намерением, сделанным днём, и им не было велено возмещать этот пост после того, как они его совершили. А сподвижники аш-Шафии говорят: он был желательным, поэтому был действителен с намерением, сделанным днём. Абу Ханифа опирается на его слова: «Он велел поститься его», а повеление указывает на обязательность, и на его слова: «Когда же был предписан Рамадан, он сказал: кто хочет, пусть постится, а кто хочет, пусть оставит». А шафииты приводят в качестве доказательства его слова: «Это день Ашура, и Аллах не предписал вам поститься в него». Конец.
Сказал составитель (да простит его Аллах): не скрыта силовая сторона того, к чему склонился имам Абу Ханифа, и об отдании ему предпочтения будет сказано далее, а также об ответе на то, чем аргументировали шафииты, в словах Ибн аль-Каййима (да помилует его Аллах).
Он (да помилует его Аллах) сказал: люди разошлись относительно дня Ашура — был ли его пост обязательным или добровольным? Одна группа сказала: он был обязательным, — это мнение Абу Ханифы, и передано от Ахмада. А сподвижники аш-Шафии сказали: он не был обязательным, а был лишь добровольным, — это выбрал кади Абу Йала из ханбалитов и сказал: это соответствует аналогии мазхаба. Эти привели три довода.
[Первое]: то, что вывели оба они (аль-Бухари и Муслим) в «Двух достоверных сборниках» от Хумайда ибн Абд ар-Рахмана, что он слышал Му‘авию ибн Абу Суфьяна (да будет доволен им Аллах), выступавшего с проповедью в Медине — то есть во время его прибытия, когда он произнёс перед людьми проповедь в день Ашуры, — и он сказал: «Где ваши учёные, о жители Медины? Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил об этом дне: «Это день Ашура, и Аллах не предписал вам его пост, а я пощусь. Кто из вас желает — пусть постится, а кто желает — пусть прервёт пост»». Конец цитаты.
[Второй довод]: то, что также есть в «Двух достоверных сборниках» от Салямы ибн аль-Аква‘ (да будет доволен им Аллах), который сказал: Посланник Аллаха ﷺ отправил человека из племени Аслам в день Ашура и велел ему объявить среди людей: «Кто не постился — пусть постится». Они сказали: это указывает на начало поста в течение дня, а это не допускается кроме как в добровольном посте; что касается обязательного поста, то он не действителен иначе как с намерением до рассвета.
[Третий довод]: что Пророк ﷺ не велел тем, кто в тот раз не постился, восполнять пост.
А сторонники первого мнения приводили следующие доводы:
[Первый]: то, что вывели оба они в «Двух достоверных сборниках» от Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «Курайшиты постились в день Ашура во времена джахилии, и Посланник Аллаха ﷺ постился в этот день. Когда он переселился в Медину, он постился в этот день и велел его соблюдать. Когда же был предписан пост месяца Рамадан, он сказал: «Кто желает — пусть постится в этот день, а кто желает — пусть оставит»». А в «Сахихе» аль-Бухари от Ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими) сказано: «Пророк ﷺ постился в день Ашура и велел его соблюдать, а когда был предписан пост Рамадана, он оставил это (веление)».
Они сказали: известно, что оставленным было именно обязательность его поста, а не желательность; ведь Пророк ﷺ побуждал к этому посту и сообщал, что пост в этот день искупает грехи года. И Ибн Аббас сообщил, что Пророк ﷺ постился в этот день до самой своей смерти, и что за год до своей кончины он вознамерился присоединить к нему девятый день. Если бы оставленным была сама узаконенность этого поста, то не имело бы смысла намерение отличить его добавлением девятого дня. Отсюда становится ясным, что оставленным была именно его обязательность.
[Второй довод]: в «Двух достоверных сборниках» сообщается, что Пророк ﷺ велел тому, кто уже поел, воздержаться в оставшуюся часть дня, а это прямо указывает на обязательность, ведь в добровольном посте не мыслится воздержание после того, как пост уже был прерван.
[Третий довод]: то, что также есть в «Двух достоверных сборниках» от Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «День Ашура был днём, в который курайшиты постились во времена джахилии...» — и она привела хадис до слов: «...а когда был предписан Рамадан, он стал обязательным (фарида)...» Этот текст приведён в изложении аль-Байхаки. Её слово «он стал обязательным» указывает на то, что Ашура был обязательным, а затем обязательным стал Рамадан, а не Ашура; иначе её слово «он стал обязательным» не имело бы смысла.
Сторонники обязательности сказали: что касается хадиса Му‘авии (да будет доволен им Аллах), то его смысл таков: «Он не предписан вам сейчас», или: «Он ещё не был предписан до ниспослания повеления о Рамадане», или же он лишь отрицал «предписанность» (котба), которая является строгой обязательностью, установленной Кораном, тогда как обязательность Ашуры была установлена сунной. А из отрицания того, что он был «предписан» и «фарид», не следует отрицание того, что он был обязателен (ваджиб), ведь «предписанное» (мактуб) — понятие более узкое, чем обязательное в общем смысле. Это соответствует основе тех, кто различает между «фард» и «ваджиб». Ахмад в одном из двух риваятов от него определённо сказал, что «фард» говорится только о том, что установлено Кораном, а то, что установлено сунной, он называет «ваджиб».
Они сказали: что касается признания действительности поста с намерением, принятым в течение дня, то ответ на это с двух сторон:
[Первая]: это довод в пользу тех, кто считает допустимым обязательный пост с намерением, принятым в течение дня. Они сказали: это наша опора в этом вопросе, так что вам не следует отрицать его обязательность, опираясь на недействительность этого мнения, ибо это порочный круг и недействительная предпосылка. Это ответ последователей Абу Ханифы.
Их оппоненты сказали: если вы говорите, что этот пост был обязательным, то установлена его отмена по единогласному мнению, а вы допустили обязательный пост с намерением, принятым в течение дня, лишь путём выведения из этого хадиса, считая это одним из его следствий и сопутствующих положений. А когда постановление отменяется, отменяются и его следствия, и сопутствующие положения, и то, что понимается из него, и то, что установлено по аналогии с ним, ибо это — производное, зависящее от существования основы; а когда основа устраняется, невозможно сохранение производного после неё.
Ханафиты сказали: этот хадис указывает на две вещи: одна — на действительность обязательного поста с намерением, принятым в течение дня, а другая — на определение обязательного поста как поста дня Ашура. Было отменено именно определение обязательного (поста как Ашуры) заменой его на Рамадан, а другое постановление осталось без противоречащего ему довода, поэтому нельзя утверждать его отмену; ведь отменяющим было именно определение поста и замена его другим, а не действительность его с намерением, принятым в течение дня.
[Восьмой ответ]: этот пост стал действительным с намерением, принятым в течение дня, потому что обязательность утвердилась в отношении обязанных лиц именно в течение дня, когда Пророк ﷺ велел глашатаю объявить повеление о его посте. Именно тогда возникла обязательность, и намерение совпало с моментом её возникновения.
И было сказано: этот пост не был обязательным, поэтому намерение, принятое с ночи, не было обязательным для него.
Они сказали: и это подобно случаю неверующего, принимающего Ислам в течение дня, или ребёнка, достигающего половой зрелости: он воздерживается с момента, когда обязательность утверждается в его отношении, и восполнение на него не возлагается, как сказали Малик, Абу Саур, Ибн аль-Мунзир и Ахмад в одном из двух риваятов от него.
Подобно этому также случай, когда мы признаём действительность добровольного поста с намерением, принятым в течение дня, а затем человек даёт обет завершить его: этот пост будет действителен с этим намерением при совпадении с моментом возникновения обязательности.
Они сказали: и не противоречит нам случай, когда свидетельство о появлении новолуния Рамадана устанавливается в течение дня, — в этом случае восполнение обязательно для того, кто не принял намерение с ночи, — потому что здесь обязательность уже была установлена, а лишь скрылась от некоторых людей, и равенство обязанных лиц в знании об обязательности не является условием, — в отличие от начала повеления о посте Ашура, ведь тогда было именно начало его обязательности. Разница, таким образом, состоит между началом обязательности и началом воздержания непосредственно после него, с одной стороны, и скрытостью ранее установленной обязательности с последующим возникновением причины узнать о ней, с другой стороны. Если это различие верно — хорошо, а если нет, то правильным было бы уравнять оба случая и не считать восполнение обязательным. И Аллах знает лучше.
Составитель (да простит его Аллах) говорит: истина в том, что тот, кто узнал о появлении новолуния в течение дня, обязан постится оставшуюся часть дня, и восполнение на него не возлагается. Это — предпочитаемое мнение, ввиду силы его доказательства, как я это установил в «Толковании ан-Насаи», обратитесь к нему для пользы (1), и от Аллаха Всевышнего — помощь в правильном пути.
Он сказал: они сказали: что касается вашего третьего довода о том, что он не велел им восполнить пост, то ответ на это с двух сторон:
Первая: мы уже упомянули хадис Абу Дауда о том, что им было велено восполнить пост, но относительно этого хадиса есть разногласие. Если он достоверен, то он является доводом в пользу обязательности; а если он недостоверен, то им просто не было велено восполнять пост из-за того, что обязательность не была установлена ранее, ведь обязательность утвердилась только с момента повеления,
и им было достаточно воздержаться от оставшейся части дня, подобно ребёнку, достигающему половой зрелости, и неверующему, принимающему Ислам. Конец слов Ибн аль-Кайима (да помилует его Аллах) в сокращении (1).
Тень составителя (да простит его Аллах): упоминанием хадиса Абу Дауда он указал на то, что вывели он сам и ан-Насаи через Катаду, от Абд ар-Рахмана ибн Саляма, от его тётки, что племя Аслам явилось к Пророку ﷺ, и он сказал: «Постились ли вы в этот ваш день?» Они сказали: «Нет». Он сказал: «Завершите оставшуюся часть вашего дня и восполните его».
Этот хадис слабый, потому что в его иснаде есть Абд ар-Рахман ибн Салям. Ибн аль-Каттан сказал: неизвестен. Аз-Захаби сказал: не известен. А в «ат-Такрибе» сказано: приемлем — то есть в случае, если он подтверждается другим передатчиком, а здесь он не подтверждён. Поэтому хадис с добавлением «и восполните его» недостоверен, как было указано, — обрати внимание.
Итог таков, что совокупность хадисов сильно указывает на то, что пост дня Ашура был обязательным, ввиду установления повеления о его соблюдении, а повеление указывает на обязательность; затем — на усиление этого повеления, затем — на дополнительное усиление всеобщим призывом, затем — на дополнительное усиление повелением тому, кто поел, воздержаться, затем — на дополнительное усиление повелением матерям не кормить в этот день младенцев грудью, как придёт большинство этих хадисов в этой главе; а также словами Ибн Мас‘уда (да будет доволен Аллах ими обоими), достоверно установленными также: «Когда был предписан Рамадан, Ашура была оставлена», с знанием того, что не была оставлена его желательность, — она осталась, — что указывает на то, что оставленным была именно его обязательность.
А что касается слов некоторых, что оставленным была подчёркнутая желательность, а осталась просто желательность, то слабость этого не скрыта; более того, подчёркнутая желательность продолжает существовать, особенно с продолжением внимания к этому дню даже в год кончины Пророка ﷺ, когда он сказал: «Если я проживу, то непременно буду постится в девятый и десятый дни», и с его побуждением к посту в этот день, и сообщением, что он искупает грехи года. Какое усиление может быть более убедительным, чем это?
Итак, из вышеизложенного следует, что пост дня Ашура был обязательным, затем его обязательность была отменена [постом] Рамадана, а его желательность [устихбаб] осталась в силе. Это и есть предпочтительное мнение по силе его доводов, как было разъяснено выше.
Странно то, что хафиз (Ибн Хаджар) — да помилует его Аллах — исследовал эти доводы, как ты слышал, но склонился к предпочтению мнения тех, кто говорил об отсутствии обязательности, сказав: «Предпочтительным из мнений учёных является то, что [пост Ашура] не был обязательным [фард]; а если предположить, что он был обязательным, то он несомненно был отменён — отменено и его предписание, и его условия, о чём свидетельствуют слова: «кто ел, пусть завершит [пост]», ведь тот, кто не считает необходимым намерение с ночи, не позволяет поститься тому, кто ел днём».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: его слово «предпочтительным из мнений учёных является то, что он не был обязательным» — если он имел в виду, что это мнение большинства [джумхур], то это принимается; а если он имел в виду, что это предпочтительно с точки зрения довода, то нет, — ведь то, что предпочтительно по ясным доводам, — это то, что он был обязательным, но был отменён [постом] Рамадана, как ты только что услышал. Так вникни же со справедливостью, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Пятый вопрос): имам Ибн аль-Каййим — да помилует его Аллах — в своей ценной книге «Зад аль-Ма‘ад» упомянул несколько затруднений [ишкалят], возникающих относительно хадисов о посте дня Ашура, а затем ответил на них. Мне хотелось привести их здесь для полноты пользы и распространения плода. Он — да помилует его Аллах — сказал:
Что касается поста дня Ашура, то он ﷺ старался поститься в этот день более, чем в другие дни. Когда он прибыл в Медину, то нашёл, что иудеи постятся в этот день и почитают его, и сказал: «Мы больше имеем прав на Мусу, чем вы», — и постился в этот день, и повелел поститься в него, и это было до того, как был предписан [пост] Рамадана. Когда же был предписан Рамадан, он сказал: «Кто желает, пусть постится, а кто желает, пусть оставит».
Он сказал: некоторые люди сочли это затруднительным и сказали: ведь Посланник Аллаха ﷺ прибыл в Медину в месяце раби‘ аль-авваль, так как же Ибн Аббас говорит, что он прибыл в Медину и нашёл иудеев постящимися в день Ашура?
В этом есть и другое затруднение: в «двух Сахихах» достоверно передано со слов Аиши — да будет ею доволен Аллах, — что она сказала: «Курайшиты постились в день Ашура в доисламские времена, и он ﷺ постился в этот день; когда же он переселился в Медину, он постился в этот день и повелел поститься в него; когда же был предписан месяц Рамадан, он сказал: «Кто желает, пусть постится, а кто желает, пусть оставит»».
Ещё одно затруднение: в «двух Сахихах» достоверно передано, что аль-Аш‘ас ибн Кайс вошёл к Абдаллаху ибн Мас‘уду — да будет доволен Аллах ими обоими, — когда тот обедал, и сказал: «О Абу Мухаммад, приблизься к обеду». Тот сказал: «А разве сегодня не день Ашура?» На что [Ибн Мас‘уд] ответил: «А знаешь ли ты, что такое день Ашура?» [Аш‘ас] спросил: «А что это?» [Ибн Мас‘уд] сказал: «Это день, в который Посланник Аллаха ﷺ постился, прежде чем был ниспослан [пост] Рамадана; когда же был ниспослан Рамадан, он оставил его [пост в Ашура]».
Муслим передал в своём «Сахихе» от Ибн Аббаса — да будет доволен Аллах ими обоими, — что когда Посланник Аллаха ﷺ постился в день Ашура и повелел поститься в него, [люди] сказали: «О Посланник Аллаха, это день, который почитают иудеи и христиане». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если будет следующий год, если пожелает Аллах, мы будем поститься в девятый день». Но следующий год не наступил, как Посланник Аллаха ﷺ скончался.
В этом [хадисе] содержится указание, что его пост и повеление поститься были за год до его смерти, тогда как в предыдущем хадисе говорится, что это было при его прибытии в Медину. Далее, Ибн Мас‘уд — да будет доволен им Аллах — сообщил, что день Ашура был оставлен из-за Рамадана, а это противоречит упомянутому хадису Ибн Аббаса. Нельзя сказать, что была оставлена его обязательность, ведь он не был предписан, как достоверно передано в «двух Сахихах» от Му‘авии ибн Абу Суфьяна — да будет доволен им Аллах: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Это день Ашура, и Аллах не предписал вам поститься в него, а я пощусь; кто желает, пусть постится, а кто желает, пусть не постится»», — а Му‘авия услышал это несомненно после завоевания [Мекки].
Ещё одно затруднение: Муслим передал в своём «Сахихе» от Абдаллаха ибн Аббаса — да будет доволен им Аллах, — что когда Посланнику Аллаха ﷺ было сказано: «Этот день почитают иудеи и христиане», он сказал: «Если я доживу до следующего года, я непременно буду поститься в девятый день». Но следующий год не наступил, как Посланник Аллаха ﷺ скончался. Далее Муслим передал в своём «Сахихе» от аль-Хакама ибн аль-А‘раджа, который сказал: «Я подошёл к Ибн Аббасу, когда он опирался на свой плащ у Замзама, и спросил его о посте Ашура. Он сказал: «Когда увидишь новолуние Мухаррама, считай и наступи девятый день, постясь». Я спросил: «Так ли постился Посланник Аллаха ﷺ?» Он ответил: «Да»».
Ещё одно затруднение: если его пост был обязательным, предписанным в начале Ислама, то почему [Пророк] не повелел им возместить его [кадаа], ведь было упущено намерение с ночи для него? А если он не был обязательным, то как он повелел завершить воздержание тому, кто уже поел, — как передано в «Мусаннаде» и в «Сунан» по многим путям, что он ﷺ повелел тому, кто ел в этот день, поститься в остальную часть дня, а это бывает только в обязательном [посте]? И как может быть верным слово Ибн Мас‘уда — да будет доволен им Аллах: «Когда был предписан Рамадан, Ашура был оставлен», тогда как желательное [устихбаб] не оставляется?
Ещё одно затруднение: Ибн Аббас сделал день Ашура девятым днём и сообщил, что именно так постился он ﷺ, и именно он передал от Пророка ﷺ: «Постúтесь в день Ашура и отличайтесь от иудеев: постúтесь на день раньше или на день позже него»[^1] — привёл это Ахмад; и именно он передал: «Посланник Аллаха ﷺ повелел нам поститься в день Ашура — десятый день» — привёл это ат-Тирмизи[^2].
[Ответ] на эти затруднения — с помощью Аллаха, Его поддержкой и содействием:
Что касается первого затруднения — о том, что когда он прибыл в Медину, он нашёл их постящимися в день Ашура, — то в нём не говорится, что именно в день своего прибытия он нашёл их постящимися в этот день, ведь он прибыл в понедельник, двенадцатого раби‘ аль-авваль. Однако впервые он узнал об этом лишь с наступлением этого события во втором году после его прибытия в Медину, и этого не было, когда он был в Мекке. Это если считать, что счёт людей Писания в их посте вёлся по лунным месяцам; а если по солнечным, то затруднение полностью исчезает, и день, в который Аллах спас Мусу, оказывается днём Ашура, началом Мухаррама, но люди Писания отмечали его по солнечным месяцам, что совпало с прибытием Пророка ﷺ в Медину в раби‘ аль-авваль. Пост людей Писания вёлся по счёту движения солнца, а пост мусульман — по лунному месяцу, равно как и их хадж, и всё, что определяется месяцами из обязательного или желательного. Пророк ﷺ сказал: «Мы больше имеем прав на Мусу, чем вы», — и проявилось значение этого преимущества в почитании этого дня и в его определении, а они ошиблись в его определении из-за его смещения в солнечном году, подобно тому как христиане ошиблись в определении своего поста, поместив его в такое время года, в котором месяцы смещаются.
Что касается второго затруднения — о том, что курайшиты постились в день Ашура в доисламские времена, и Посланник Аллаха ﷺ постился в этот день, — то нет сомнения, что курайшиты почитали этот день и в этот день покрывали Каабу [новым покровом], а пост в этот день был частью полноты его почитания. Но они считали по новолуниям, и у них это был десятый день Мухаррама. Когда же Пророк ﷺ прибыл в Медину, он нашёл, что они [иудеи] почитают этот день и постятся в него, и спросил их о нём. Они сказали: «Это день, в который Аллах спас Мусу и его народ от Фараона». Тогда он ﷺ сказал: «Мы больше имеем прав на Мусу, чем вы», — и постился в этот день, и повелел поститься в него — в подтверждение и укрепление его почитания, и сообщил ﷺ, что он и его община больше имеют прав на Мусу, чем иудеи. Если Муса постился в благодарность Аллаху, то нам подобает следовать его примеру больше, чем иудеям, тем более если мы говорим: «Закон тех, кто был до нас, — закон и для нас, за исключением того, что противоречит нашему закону».
[Если скажут]: откуда вам известно, что Муса постился в этот день?
[^1]: Привёл Ахмад в своём «Мусанаде» (1/241) и Ибн Хузайма в своём «Сахихе» (2095); в его иснаде — Ибн Абу Ляйла, слабый по памяти. Также привёл Абд ар-Раззак (7839) и аль-Байхаки в «аль-Кубра» (4/287) как остановленный [мавкуф] риваят от Ибн Аббаса — да будет доволен им Аллах — со словами: «Постúтесь девятый и десятый день, и отличайтесь от иудеев», и его иснад достоверен.
[^2]: Привёл ат-Тирмизи (755); передатчики его надёжны, но в нём — «ан‘ана» аль-Хасана.
[Мы сказали]: в «двух Сахихах» установлено, что Посланник Аллаха ﷺ, когда спросил их об этом [дне], они сказали: «Великий день, в который Аллах спас Мусу и его народ и потопил Фараона и его народ, и Муса постился в этот день в благодарность Аллаху, и мы постимся в него». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мы имеем больше права и больше близки к Мусе, чем вы», и постился в этот день, и повелел поститься в него. Раз он подтвердил их слова и не назвал их ложью, стало известно, что Муса постился в этот день в благодарность Аллаху. Это обстоятельство присоединилось к тому почитанию, которое было у этого дня ещё до хиджры, и почитание усилилось, так что Посланник Аллаха ﷺ отправил вестника, объявлявшего в городах о посте в этот день и о том, чтобы те, кто уже поел, воздержались до конца дня. Внешний смысл указывает на то, что он сделал это для них обязательным и предписал это, как будет разъяснено далее.
Что касается третьего затруднения, а именно того, что Посланник Аллаха ﷺ постился в день Ашура до ниспослания предписания о посте Рамадана, а когда было ниспослано предписание о Рамадане, он оставил его, — то из этого невозможно найти выход иначе, как признав, что пост в этот день был обязательным до Рамадана, и в таком случае оставленным оказывается обязательность его поста, а не желательность (мустахаб) его. Это неизбежно, ибо он, мир ему, за год до своей смерти, когда ему сказали, что иудеи постятся в этот день, сказал: «Если я доживу до следующего года, то непременно буду постится в девятый день», то есть вместе с ним, и сказал: «Отличайтесь от иудеев, поститесь днём до него или днём после него», то есть вместе с ним. Нет сомнения, что это было в конце его жизни. А в начале дела он любил соответствовать людям Писания в том, в чём ему не было дано никакого повеления. Отсюда известно, что желательность этого поста не была оставлена.
И тот, кто говорит, что пост в этот день не был обязательным, неизбежно приходит к одному из двух: либо он должен сказать, что желательность его была оставлена, и тогда он вовсе не остаётся желательным, либо он должен сказать, что это сказал Абдуллах ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах) по собственному мнению, и от него была скрыта желательность этого поста. Но это далеко от истины, ибо Пророк ﷺ побуждал их к посту в этот день и сообщил, что пост в этот день искупает грехи прошедшего года, и сподвижники продолжали постится в этот день до самой его смерти, и от него не передано ни единого слова о запрете или нежелательности этого поста. Отсюда известно, что оставленным была именно обязательность, а не желательность.
[Если скажут]: хадис Муавии (да будет доволен им Аллах), относительно достоверности которого есть согласие, прямо указывает на отсутствие предписанности этого поста и на то, что он никогда не был предписан.
[Ответ]: хадис Муавии (да будет доволен им Аллах) прямо указывает на отрицание продолжения его обязательности и на то, что сейчас он не обязателен, но не отрицает предшествующей обязательности, отменённой впоследствии. Ведь не исключено сказать о том, что было обязательным, а затем его обязательность была отменена: «Аллах не предписал нам этого», — имея в виду отсутствие продолжающегося предписания.
Второй ответ: в лучшем случае это отрицание является общим для прошедшего и настоящего времени, и оно уточняется доказательствами обязательности в прошлом, а отрицание относится к продолжению обязательности.
Третий ответ: он ﷺ отрицал лишь то, что предписанность и обязательность этого поста извлекается из Корана. На это указывают его слова: «Аллах не предписал нам этого». Это не отрицает обязательности по иному пути. Ведь обязательное, которое Аллах предписал Своим рабам, — это то, о чём Он сообщил им, что предписал им это, как в словах Всевышнего: «О те, которые уверовали! Вам предписан пост» (аль-Бакара, 183). Он ﷺ сообщил, что пост в день Ашура не входил в это предписанное Аллахом нам, чтобы отвести предположение того, кто мог бы подумать, что он входит в то, что предписал нам Аллах. Поэтому нет противоречия между этим и предшествующим повелением поститься в этот день, которое было впоследствии отменено этим предписанным постом. Это разъясняется тем, что Муавия (да будет доволен им Аллах) услышал это от него после завоевания Мекки и после утверждения предписания Рамадана и отмены обязательности Ашуры этим предписанием, тогда как те, кто был свидетелем его повеления поститься в этот день, и объявления об этом, и повеления воздерживаться тому, кто уже поел, были свидетелями этого до предписания Рамадана, при его прибытии в Медину. А предписание Рамадана было во второй год хиджры, и Посланник Аллаха ﷺ скончался, постясь девять раз в Рамадан. Так что тот, кто был свидетелем повеления поститься в этот день, был свидетелем этого до ниспослания [предписания] о Рамадане, а тот, кто был свидетелем сообщения об отсутствии предписанности, был свидетелем этого в конце дела, после предписания Рамадана. И если не следовать этому пути, хадисы данной главы окажутся противоречивыми и запутанными.
[Если скажут]: как это может быть предписанием, если не произошло определения намерения с ночи, ведь он сказал: «Нет поста для того, кто не определил намерение поститься с ночи»?
[Ответ]: этот хадис является спорным — относится ли он к словам Пророка ﷺ или к словам Хафсы и Аиши (да будет доволен ими Аллах)?
Что касается хадиса Хафсы, то его передали как остановленный (мавкуф) на ней Ма‘мар, Суфьян ибн Уяйна и Юнус ибн Язид аль-Айли от аз-Зухри, а некоторые из них возвели его [к Пророку]. Большинство знатоков хадиса говорят, что остановленная версия достовернее. Ат-Тирмизи сказал: «Это передал также Нафи‘ от Ибн Умара как его собственное слово, и это достовернее». А некоторые считают достоверной и возведённую версию из-за надёжности и справедливости того, кто её возвёл.
Хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) также передан и как возведённый, и как остановленный, и есть разногласие относительно достоверности его возведения. Если его возведение не подтверждается, то нет разговора; а если его возведение подтверждается, то известно, что это было сказано после предписания Рамадана, а это позже повеления поститься в день Ашура. Это — обновление обязательного положения, а именно определения намерения с ночи, а не отмена. Постановление устанавливается обращением [шариата], поэтому достаточность поста в день Ашура с намерением, определённым днём, было до предписания Рамадана и до предписания определения намерения с ночи. Затем обязательность поста в этот день была отменена Рамаданом, и возникла новая обязанность определения намерения с ночи. Это один путь.
Второй путь — путь последователей Абу Ханифы: обязательность поста в день Ашура включала два момента: обязательность поста в этот день и достаточность поста с намерением, определённым днём. Затем было отменено конкретное обязательное другим обязательным, но положение о достаточности [намерения], определённого днём, осталось неотменённым.
Третий путь — обязательное следует за знанием, а обязательность Ашуры стала известна лишь днём, и в таком случае определение намерения с ночи было невозможно. Намерение стало обязательным в момент возобновления обязательности и знания о ней, иначе это было бы возложением того, что невозможно исполнить, а это недопустимо.
Они говорят: и на этом основании, если свидетельство о наблюдении [луны] установлено в течение дня, достаточен пост с намерением, совпадающим со знанием об обязательности, и основа этому — пост в день Ашура. Это путь нашего шейха, то есть Ибн Таймии, и, как ты видишь, это наиболее верный из путей и наиболее близкий к соответствию основам шариата и его правилам. На него указывают хадисы, он объединяет то, что кажется разрозненным, и избавляет от утверждения об отмене без необходимости. А во всех прочих путях неизбежно нарушение какого-либо из правил шариата либо противоречие некоторым сообщениям (асар). И если Пророк ﷺ не повелел жителям Кубы повторить молитву, часть которой они совершили в сторону отменённой киблы, поскольку до них не дошло [известие] об обязательности перемены направления, то так же и тому, до кого не дошла [весть об] обязательности предписания поста, или кто не имел возможности узнать причину его обязательности, не было велено возмещение.
И не скажешь, что он оставил обязательное определение намерения с ночи, ибо обязательность определения намерения следует за знанием об обязательности того, к чему оно определяется, а это в высшей степени очевидно. И нет сомнения, что этот путь достовернее пути тех, кто говорит: пост в день Ашура был предписанием, и достаточным было поститься с намерением, определённым днём, затем постановление об обязательности было отменено, и тем самым были отменены все его сопутствующие положения, а среди сопутствующих положений — достаточность поста с намерением, определённым днём, поскольку сопутствующие положения следуют за основным, а когда исчезает то, чему они сопутствуют, исчезают и сопутствующие положения и связанные с ним моменты. Однако достаточность обязательного поста с намерением, определённым днём, не было из числа особенностей, связанных именно с этим днём, а было из числа положений, связанных с обязательным постом вообще, а обязательный пост не исчез, исчезла лишь его конкретная привязка [к этому дню], и он был перенесён из одного места в другое. Достаточность [намерения], определённого днём, и её отсутствие относятся к сопутствующим положениям основы поста, а не его конкретной привязки.
И этот путь достовернее пути тех, кто говорит, что пост в день Ашура никогда не был обязательным, ибо установлено повеление о нём, и усиление этого повеления общим объявлением, и дальнейшее усиление повелением воздержаться тем, кто уже поел, а всё это — явное и сильное [указание] на обязательность. И [учитывая] слова Ибн Мас‘уда о том, что, когда был предписан Рамадан, Ашура была оставлена, а известно, что желательность его не была оставлена — согласно приведённым и иным доказательствам, — неизбежно заключить, что оставленным была именно его обязательность. Таковы пять путей людей в этом вопросе, и Аллах знает лучше.
Сказал собиратель (да простит его Аллах): полезное разъяснение по этому вопросу привёл имам Ибн аль-Кайим (да помилует его Аллах), и суть его сводится к тому, что предпочтительным является мнение о том, что пост ашуры был дозволен с намерением, принятым в течение дня, из-за того, что они не знали об его обязательности ночью. Когда же они узнали об этом днём, им стало обязательным воздержание с этого момента, но им не было велено восполнять пропущенную часть дня. Это указывает на то, что здесь нет противоречия с доводом об обязательности принятия намерения с ночи. Таково же мнение его учителя, шейх-уль-ислама Ибн Таймии, и это весомый и убедительный довод, на который следует опираться при разрешении упомянутого затруднения. Вдумайся же в это. И Аллах Всевышний знает лучше.
Он сказал: что касается четвёртого затруднения — то, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если я останусь жив до следующего года, непременно буду постить девятый день», — а он скончался до наступления этого года; и слова Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах): «Посланник Аллаха ﷺ постился в девятый день» — то Ибн Аббас передал и то, и это, и от него достоверно установлено и то, и это, и между ними нет противоречия. Ведь возможно, что он постился в девятый день и при этом сообщил, что если останется жив до следующего года, то будет постить его; либо возможно, что Ибн Аббас сообщил о его действии, основываясь на его намерении и обещании, и правильно сообщать об этом с оговоркой, то есть: так он поступал бы, если бы остался жив, — либо безоговорочно, если известно положение дела. В любом из этих двух случаев между сообщениями нет противоречия.
Что касается пятого затруднения, то ответ на него был приведён ранее в достаточной мере.
Что касается шестого затруднения — слов Ибн Аббаса: «считай (дни)» и «встречай девятый день постящимся», — то тому, кто вдумается в совокупность риваятов Ибн Аббаса, станет ясным устранение этого затруднения и широта знания Ибн Аббаса. Ведь он не считал ашуру именно девятым днём, а сказал спрашивающему: «Постись девятый день», довольствуясь тем, что спрашивающий знает, что день ашуры — это десятый день, который все люди считают днём ашуры. Так он направил спрашивающего к посту девятого дня вместе с (десятым), и сообщил, что Посланник Аллаха ﷺ постился именно так. Либо такое действие является предпочтительным, либо он отнёс это действие к велению об этом и намерению на будущее совершить это. На это указывает то, что именно он передал: «Постите день до него и день после него», и именно он передал: «Велел нам Посланник Аллаха ﷺ постить день ашуры — десятый день». И все эти сообщения от него подтверждают друг друга и усиливают друг друга.
Итак, степеней его поста три: наилучшая из них — постить день до него и день после него; за ней следует пост девятого и десятого дней вместе, и на это указывает большинство хадисов; за ней следует пост одного лишь десятого дня.
Что же касается ограничения только девятым днём, то это проистекает из недостаточного понимания сообщений и отсутствия прослеживания их формулировок и путей передачи, и это далеко как от языка, так и от шариата. И Аллах — Тот, Кто направляет к истине.
Некоторые учёные пошли другим путём и сказали: стало ясным, что цель заключалась в отличии от людей Писания в этом деянии при его совершении, а это достигается одним из двух способов: либо переносом (поста) с десятого дня на девятый, либо постом обоих дней вместе. А слова: «Если наступит следующий год, будем постить девятый день» допускают оба этих толкования. Посланник Аллаха ﷺ скончался прежде, чем нам стало ясно, что он имел в виду, и поэтому предусмотрительность заключается в посте обоих дней вместе.
Сказал Ибн аль-Кайим (да помилует его Аллах): путь, который мы изложили, — более верный, если Аллах пожелает, и совокупность хадисов Ибн Аббаса указывает на него. Ведь его слова в хадисе Ахмада: «Отличайтесь от иудеев, постите день до него или день после него», и его слова в хадисе ат-Тирмизи: «Велено нам постить ашуру — десятый день», проясняют правильность того пути, которым мы пошли. И Аллах знает лучше. Конец слов Ибн аль-Кайима (да помилует его Аллах) — это полезное разъяснение, и Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2638] (…) — (И передал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба и Абу Курайб, они сказали: передал нам Ибн Нумайр от Хишама с этим же иснадом, но не упомянул в начале хадиса: «И Посланник Аллаха ﷺ постился в него», и сказал в конце хадиса: «И оставил ашуру, кто хочет — постится в неё, а кто хочет — оставляет», не отнеся это к словам Пророка ﷺ, как в риваяте Джарира).
Передатчики этого иснада — четверо:
1 — «Абу Бакр ибн Абу Шейба» — упомянут перед предыдущей главой.
2 — «Абу Курайб» — Мухаммад ибн аль-Аля, упомянут также перед предыдущей главой.
3 — «Ибн Нумайр» — это Абдуллах ибн Нумайр, упомянут также перед предыдущей главой.
А «Хишам» упомянут перед этим.
Его слово «(и не упомянул в начале хадиса)» — действующее лицо здесь местоимение, относящееся к Ибн Нумайру.
Его слово «(и оставил ашуру)» допускает, что это глагол в форме действительного залога, и действующее лицо — местоимение, относящееся к Пророку ﷺ, а допускает и то, что это форма страдательного залога, и «ашура» — заместитель подлежащего.
Его слово «(и не отнёс это к словам Пророка ﷺ, как в риваяте Джарира)» означает, что Ибн Нумайр отнёс слова «и оставил ашуру» к деянию Пророка ﷺ, а не к его словам, в отличие от Джарира, который отнёс это к его словам ﷺ, сказав: «Когда же был предписан Рамадан, он сказал: кто хочет… и так далее», — так что действующее лицо глагола «сказал» — местоимение, относящееся к Пророку ﷺ, и он явно отнёс это к его словам ﷺ. Обрати же на это внимание.
[Замечание]: этот риваят Ибн Нумайра от Хишама ибн Урвы привёл Абу Бакр ибн Абу Шейба (да помилует его Аллах) в своём «Мусаннафе» (2/311), сказав:
(9357) — Передал нам Ибн Нумайр, передал нам Хишам ибн Урва от своего отца от Аиши, она сказала: ашура была днём, который курайшиты постились в языческие времена. Когда же Посланник Аллаха ﷺ прибыл в Медину, он постился в этот день и велел его постить. Когда же был предписан Рамадан, он стал обязательным постом, а ашура была оставлена: кто хочет — постится в неё, а кто хочет — оставляет. Конец. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2639] (…) — Передал мне Амр ан-Накид, передал нам Суфьян от аз-Зухри от Урвы от Аиши (да будет доволен ею Аллах): день ашуры постился в языческие времена, а когда пришёл ислам, кто хотел — постился в него, а кто хотел — оставлял.
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — «Амр ан-Накид» — это Амр ибн Мухаммад ибн Букайр аль-Багдади, упомянут перед тремя предыдущими главами.
2 — «Суфьян» ибн Уяйна, упомянут в предыдущей главе.
3 — «аз-Зухри» — Мухаммад ибн Муслим, упомянут недавно.
Остальные двое упомянуты перед этим.
[Замечание]: в этом риваяте есть сокращение, которое проясняется предыдущим и последующим риваятами, а именно: и постился в него Посланник Аллаха ﷺ. Обрати же на это внимание.
Хадис приведён обоими (аль-Бухари и Муслимом) согласованно, а с этой формулировкой он относится к тому, что передал только автор (Муслим). И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[2640] (…) — (Передал нам Харамала ибн Яхья, сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Юнус от Ибн Шихаба, сообщил мне Урва ибн аз-Зубайр, что Аиша (да будет доволен ею Аллах) сказала: Посланник Аллаха ﷺ велел его поститься до того, как был предписан Рамадан. Когда же был предписан Рамадан, кто хотел — постился в день ашуры, а кто хотел — не постился).
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — «Харамала ибн Яхья» ат-Туджиби, упомянут недавно.
2 — «Ибн Вахб» — это Абдуллах, упомянут в предыдущей главе.
3 — «Юнус» ибн Язид аль-Айли, упомянут недавно.
Остальные упомянуты перед этим.
Хадис приведён обоими (аль-Бухари и Муслимом) согласованно, и его разъяснение и рассмотрение связанных с ним вопросов было приведено ранее. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[٢٦٤١] (…) — (Рассказал нам Кутайба ибн Саид, и Мухаммад ибн Румх — оба от Лейса ибн Саада; Ибн Румх сказал: сообщил нам Лейс от Язида ибн Абу Хабиба, что Ирак сообщил ему, что Урва сообщил ему, что Аиша сообщила ему: курайшиты постились в день Ашура ещё во времена невежества (джахилийи), затем Посланник Аллаха ﷺ повелел поститься в этот день, до тех пор пока не был предписан пост в рамадан. И тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто желает — пусть постится в этот день, а кто желает — пусть не постится»).
Участники этого иснада — семеро:
1 — (Кутайба ибн Саид) — упомянут перед предыдущей главой.
2 — (Мухаммад ибн Румх) ибн аль-Мухаджир — упомянут недавно.
3 — (Лейс ибн Саад) — упомянут перед предыдущей главой.
4 — (Язид ибн Абу Хабиб) Сувайд, Абу Раджа аль-Мисри, надёжный (сика), знаток фикха, передающий с иналом (ирсаль) [٥] (умер в 123 г.), достиг почти восьмидесяти лет (передатчик у всех шести составителей сборников — «аль-джама‘а»), упомянут ранее в книге «аль-Иман», 16/168.