По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[7343] (2937) — Рассказал нам Абу Хайсама Зухайр ибн Харб; рассказал нам аль-Валид ибн Муслим; рассказал мне Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир; рассказал мне Йахья ибн Джабир ат-Таи, судья Химса; рассказал мне Абд ар-Рахман ибн Джубайр от своего отца Джубайра ибн Нуфайра аль-Хадрами о том, что он слышал ан-Навваса ибн Сам‘ана аль-Кильаби (х). И рассказал мне Мухаммад ибн Михран ар-Рази — и формулировка принадлежит ему — рассказал нам аль-Валид ибн Муслим; рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир от Йахьи ибн Джабира ат-Таи, от Абд ар-Рахмана ибн Джубайра ибн Нуфайра, от его отца Джубайра ибн Нуфайра, от ан-Навваса ибн Сам‘ана, который сказал:
Однажды утром Посланник Аллаха ﷺ упомянул Даджаля и то понижал голос, говоря о нём, то повышал, так что мы подумали, будто он находится среди пальмовой рощи. Когда мы пришли к нему, он заметил это по нашим лицам и сказал: «Что с вами?» Мы ответили: «О Посланник Аллаха, ты упомянул утром Даджаля и то понижал голос, то повышал, так что мы подумали, что он в пальмовой роще». Он сказал: «Не Даджаль страшит меня за вас больше всего. Если он появится, а я среди вас, то я сам буду вести спор с ним за вас. А если он появится, когда меня уже не будет среди вас, то каждый человек будет вести спор за себя сам, а Аллах — Мой заместитель над каждым мусульманином. Он — юноша с курчавыми волосами, глаз его потухший (в одной версии: «глаз его как потухшая виноградина»), — я, кажется, сравниваю его с Абд аль-Уззой ибн Катаном. Кто из вас застанет его (в одной версии: «кто застанет его»), пусть читает над ним начальные аяты суры «Кахф». Он появится на дороге между Шамом и Ираком и станет сеять порчу справа и слева. О рабы Аллаха, будьте твёрды!» Мы спросили: «О Посланник Аллаха, сколько он пробудет на земле?» Он ответил: «Сорок дней: день, подобный году, день, подобный месяцу, день, подобный неделе, а остальные его дни подобны вашим дням». Мы спросили: «О Посланник Аллаха, а тот день, что подобен году, — достаточно ли будет для нас в нём молитв одного дня?» Он сказал: «Нет, рассчитайте для него соответствующую меру». Мы спросили: «О Посланник Аллаха, а как быстро он будет двигаться по земле?» (в одной версии: «и он указал рукой») Он сказал: «Подобно облаку дождя, которое гонит ветер сзади. Он придёт к людям, призовёт их, и они уверуют в него и откликнутся ему. Тогда он повелит небу, и оно даст дождь, и земле, и она даст растения, и вернётся к ним их скот вечером с самыми длинными горбами, какие бывали, с самым обильным выменем и самыми полными боками. Затем он придёт к другим людям и призовёт их, но они отвергнут его слова, и он отвернётся от них, и они окажутся на утро в засухе, без каких-либо средств в руках. И он пройдёт мимо развалин и скажет им: «Выведи свои сокровища», — и сокровища последуют за ним, как рой пчёл за своей маткой. Затем он призовёт человека, полного молодой силы, и ударит его мечом, разрубив на две части, как при точном броске в цель, а потом позовёт его, и тот подойдёт, с сияющим лицом, смеясь. И в то время, когда всё это будет происходить, Аллах пошлёт Масиха, сына Марьям, и он спустится у Белого минарета к востоку от Дамаска, облачённый в две одежды жёлтого (шафранного) цвета, положив руки на крылья двух ангелов. Когда он склонит голову — с неё стекают капли, а когда поднимет — с неё сходят капли, подобные жемчугу. И не разрешено ни одному неверующему, который почувствует запах его дыхания, кроме как умереть, — а дыхание его достигает того же расстояния, что и его взор. Он будет искать Даджаля, пока не догонит его у врат Лудда, и убьёт его. Затем к Исе, сыну Марьям, придут люди, которых Аллах защитил от Даджаля, и он отёрёт их лица и сообщит им о их степенях в Раю. И в то время, когда это будет происходить, Аллах внушит Исе: «Я вывел рабов Моих, против которых никто не в силах сражаться, — так укрой рабов Моих на горе Тур». И Аллах отправит Йаджуджа и Маджуджа, а они устремляются с каждого возвышения. Передние из них пройдут мимо озера Табария и выпьют всё, что в нём есть, а когда пройдут последние из них, они скажут: «Здесь однажды была вода». И будет осаждён пророк Аллаха Иса и его спутники, так что голова быка станет для одного из них лучше, чем сто динаров для одного из вас сегодня. Тогда пророк Аллаха Иса и его спутники обратятся с молитвой к Аллаху, и Он пошлёт на них червя в их шеи, и они окажутся мёртвыми поутру, все как один. Затем пророк Аллаха Иса и его спутники спустятся на землю и не найдут на земле места величиной с пядь, которое не было бы заполнено их жиром и смрадом. И пророк Аллаха Иса и его спутники обратятся с молитвой к Аллаху, и Он пошлёт птиц, подобных шеям бактрийских верблюдов, которые понесут их и сбросят там, где пожелает Аллах. Затем Аллах пошлёт дождь, от которого не укроется ни один дом из глины, ни один шатёр из шерсти, и он омоет землю, оставив её подобной зеркальной поверхности. Затем будет сказано земле: «Прорасти свои плоды и верни своё благословение». И в тот день группа людей будет есть от одного гранатового плода и укрываться в тени его кожуры, и молоко будет благословенно, так что одна дойная верблюдица будет достаточна для целой большой группы людей, дойная корова будет достаточна для целого племени людей, а дойная овца будет достаточна для целого рода людей. И в то время, когда всё это будет происходить, Аллах пошлёт благой ветер, который овеет их подмышками и заберёт душу каждого верующего и каждого мусульманина, и останутся лишь худшие из людей, которые будут открыто совокупляться, как ослы, — и над ними наступит Час».
Передатчики этого иснада: восемь человек.
1 — Абу Хайсама Зухайр ибн Харб ибн Шаддад ан-Насаи, обосновавшийся в Багдаде, надёжный (сика), твёрдый (сабт) [10] (умер в 234 г.), скончался в возрасте семидесяти четырёх лет. (Аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа). Ранее упомянут во «Введении», 2/3.
2 — Аль-Валид ибн Муслим аль-Курайши, их вольноотпущенник, Абу аль-Аббас ад-Димашки, надёжный, однако много занимавшийся тадлисом и «выравниванием» (тасвия) иснадов [8], умер в конце 194 или начале 195 года. (Все шесть сборников). Ранее упомянут в «Книге веры», 10/148.
3 — Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир аль-Азди, Абу Утба аш-Шами ад-Дарани, надёжный [7], умер в году с чем-то после ста пятидесяти. (Все шесть сборников). Ранее упомянут в «Книге веры», 10/148.
4 - (Йахйа ибн Джабир ат-Таи, кади Хымса) — это: Йахйа ибн Джабир ибн Хассан. Абу Бакр ибн Садака, автор «Истории Хымса», сказал: это Йахйа ибн Джабир ибн Хассан ибн Амр ибн Са'лаба ибн Адий ибн Мулаа ибн Ауф ибн Асад ибн Раби'а ибн Са'д ибн Хунайс ибн Джадиля ат-Таи, Абу Амр аль-Хымси, кади, надёжный (сика), передавал много иршал [6].
Передавал от Абд ар-Рахмана ибн Джубайра ибн Нуфайра, Салиха ибн Йахйи ибн аль-Мукдама, Йазида ибн Шурайха аль-Хадрами, Абу Сауры — сына брата Абу Айюба, и других.
От него передавали аз-Зубайди, Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир, Хабиб ибн Салих — кади Хымса, Сулейман ибн Салим, Сафван ибн Амр, Му'авия ибн Салих и Абу Рашид ат-Танухи.
Аль-Галяби передал от Йахйи ибн Ма'ина: он был кади Хымса. Усман ад-Дарими передал от Ибн Ма'ина: надёжный (сика). Аль-Иджли сказал: шамец, таби'и, надёжный. Абу Хатим сказал: хадис его добротен (салих аль-хадис). Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» («ас-Сикат»).
Абу Убайд аль-Касим ибн Салям и другие сказали: умер в сто двадцать шестом году, а по другой версии — умер в правление аль-Валида ибн Йазида.
Аль-Бухари приводил от него в «Адаб аль-муфрад», автор [настоящего труда, т.е. Муслим], и четверо [составителей сборников сунан]; в этой книге от него приведён только этот хадис.
5 - (Абд ар-Рахман ибн Джубайр) — с джимом и с точечной, в уменьшительной форме, — ибн Нуфайр — с нуном и фа, в уменьшительной форме, — аль-Хадрами аль-Хымси, надёжный [4] (118) (бх м 4), упоминался ранее в «Похоронах», 25/2232.
6 - (Его отец) Джубайр ибн Нуфайр ибн Малик ибн Амир аль-Хадрами аль-Хымси — мухадрам, надёжный, значительный; его отец был сподвижником, и, судя по всему, сам он не прибывал [к Пророку], кроме как во времена Умара (да будет доволен им Аллах) [2]. Умер в восьмидесятом году, а по другой версии — позже (бх м 4), упоминался ранее в «Очищении», 6/559.
7 - (Ан-Навввас ибн Сам'ан аль-Кильаби) — это: ан-Навввас — с усиленным вав, затем непроизносимой [хамзой], — ибн Сам'ан ибн Халид аль-Ансари, известный сподвижник, поселился в Шаме (бх м 4), упоминался ранее в «Молитве путника и её сокращении», 43/1876.
8 - (Мухаммад ибн Михран — с кясрой на первой букве и сукуном на ха — ар-Рази) аль-Джаммаль — с джимом, — Абу Джа'фар, надёжный, хафиз [10] (т 239) либо в предыдущем году (х м д), упоминался ранее в «Вере», 26/212.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к семизвенным иснадам автора (да помилует его Аллах), и в нём у него два шейха, разделённые тахвилем; что он весь состоит из передатчиков-шамцев, кроме двух его шейхов: первый — насаец, затем бахдади, а второй — рази; в нём присутствует передача сына от отца, а также передача таби'и от таби'и-мухадрама; и что его сподвижник относится к тем, чьих риваятов немного, — у него в шести книгах имеется лишь около пяти хадисов в пяти сборниках, а у аль-Бухари от него нет ничего (1). Аллах Всевышний знает лучше.
Разъяснение хадиса:
(От ан-Наввваса) — с фатхой на нун и усиленным вав, — (ибн Сам'ана) — с фатхой на син и с кясрой [также допустимо], — что он (сказал: упомянул Посланник Аллаха ﷺ ад-Даджжаля) — то есть его появление и прочие его обстоятельства, а также испытание людей им, (однажды утром) — «зата» здесь вставное слово, а «гадаа» с фатхой означает раннее утро, и это слово женского рода. Ибн аль-Анбари сказал: не слышно было, чтобы его делали мужского рода, но если кто-то отнесёт его к значению «начало дня», ему допустимо сделать его мужским; множественное число — «гадават», как сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах) (1). (И понизил в этом [рассказе], и повысил) — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это с усиленной фа в обоих случаях, и в значении этого есть два мнения:
Первое: что «хаффада» означает «унизил, представил малозначительным», а слово «раффа'а» — «возвеличил, придал значимость». Из его унижения и малозначительности перед Аллахом Всевышним — его одноглазость, и из этого же слова Пророка ﷺ: «Он ничтожнее перед Аллахом, чем это», и то, что он не способен убить никого, кроме того одного человека, а затем оказывается не в силах [довершить это]; и то, что дело его сходит на нет, и он будет убит после этого вместе со своими последователями. А из его возвеличивания и придания значимости испытанию им — эти удивительные, выходящие за пределы обычного дела, и то, что не было пророка, который не предостерёг бы свой народ от него.
Второе мнение: что он понизил голос свой после долгой речи об этом деле и усталости от многословия, — чтобы отдохнуть, — а затем повысил голос, чтобы он дошёл до каждого. Конец цитаты (2).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: с облегчённой фа, то есть: он умножил речь о нём, то повышая голос, чтобы слышал тот, кто далеко, то понижая, чтобы отдохнуть от усталости провозглашения, и это состояние того, кто много говорит. И сказано: смысл этого — что он [Пророк] то унижал его [Даджжаля] и представлял малозначительным, как сказал: «Он ничтожнее перед Аллахом, чем это», то возвеличивал его, как сказал: «Не будет перед Часом создания более великого, чем Даджжаль», и первое понимание более очевидно для разума. Также передаётся это выражение: «фахаффада фихи ва раффа'а» с усиленной фа, и это указывает на усиление и умножение. Конец цитаты (3).
(Пока мы не подумали о нём) — то есть о Даджжале, (что он в роще пальм) — то есть в некотором участке пальм, близком к нам, то есть он ﷺ описал его многими признаками, так что мы подумали, что он скрывается в месте, близком к нам. (Когда же мы вернулись) — с даммой на ра, по образцу «кульна», то есть: возвратились (к нему) ﷺ в раваах, то есть в конце дня, (он) ﷺ (узнал) (это) — этот сильный испуг (в нас, и сказал): («Что с вами?») — то есть каково ваше положение? (Мы сказали: о Посланник Аллаха, ты упомянул Даджжаля однажды утром) — то есть в одно из утр, (и понизил в этом, и повысил, пока мы не подумали, что он в роще пальм) — то есть это то, что подействовало на наши сердца и встревожило нас, как ты видишь. (Он ﷺ сказал): («иное, чем Даджжаль, страшнее для меня относительно вас») — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «ахвафани» с нуном защиты (нун аль-вика) — у большинства, и это правильная форма речи; передаётся также от Абу Бахра: «ахвафи», без нуна, и это редкая форма, её передал Сабит; также встречается у ат-Тирмизи: «ахваф ли», и он сказал: это форма речи, и в ней есть эллипсис, то есть: иное, чем Даджжаль, страшнее для меня относительно вас, чем Даджжаль, — и опущено [сравниваемое] по причине очевидности. Конец цитаты (1).
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так это во всех рукописях наших краёв: «ахвафани» с нуном после фа, и так же передал это аль-Кади от риваята большинства; сказал: некоторые передали это без нуна, и это две правильные формы, и смысл их один. Наш шейх, имам Абу Абдуллах ибн Малик (да помилует его Аллах), сказал: необходимость требует разбора этого выражения хадиса как по форме, так и по смыслу.
Что касается его формы: она включает то, что не является обычным, — присоединение слова «ахваф» к «йа» первого лица, соединённой с нуном защиты, а такое употребление бывает лишь с переходными глаголами.
Ответ таков: изначально было положено её ставить, но это основа, оставленная [в обычном употреблении], и на неё было указано в малом числе их речений; он привёл в этом несколько стихов, среди них то, что привёл аль-Фарра [размер — вафир]:
«Не знаю я, и предположение моё — всё моё предположение, — покорится ли меня моему народу Шурахи»,
то есть «Шурахиль», но он усёк это имя не в обращении по причине стихотворной необходимости; и привёл другой [автор, стих размером тавиль]:
«И не тот, кто дружественен мне, чтобы был вознаграждён обманутым, — ведь у него вдвое больше того, на что он надеялся».
У формы превосходной степени (аф'аль ат-тафдыль) также есть сходство с глаголом, особенно с глаголом удивления (та'аджуб), так что допустимо, чтобы к ней присоединился этот упомянутый в хадисе нун, как он присоединился в упомянутых стихах, и это наиболее очевидное [толкование] этого нуна здесь.
Возможно также, что смысл его — «ахваф ли», и нун заменил лям, как заменяется он в «ла'анна» и «'анна» в значении «ла'алля» и «'алля».
Что касается смысла хадиса, то в нём несколько толкований:
Наиболее очевидное из них: что это форма превосходной степени, и её построение таково: иное, чем Даджжаль, страшнее из моих устрашающих [вещей] относительно вас, — затем опущено определяемое слово, присоединённое к «йа». И из этого же: «наистрашнейшее из того, чего я боюсь для моей общины, — заблуждающие имамы», смысл этого: что из вещей, которых я боюсь для моей общины, наиболее заслуживающее того, чтобы его боялись, — заблуждающие имамы.
Второе: что «ахваф» происходит от «ахафа» в значении «хаввафа», и смысл его: иное, чем Даджжаль, — сильнее из вызывающих мой страх относительно вас.
И третье: чтобы это относилось к разряду описания смыслов посредством того, чем описываются сущности, в целях усиления выразительности, подобно тому, как говорят в изящной поэзии: «стих стихотворствующий», или: «страх такого-то — страшнее твоего страха», а его исходный смысл таков: «страх перед иным, чем Даджаль, — страшнее моего страха за вас», после чего было опущено первое определяемое слово, а затем второе. — Конец слов шейха Ибн Малика (да помилует его Аллах).
Собиратель (простит его Аллах) говорит: то, что упомянул Ибн Малик (да помилует его Аллах), — ценное исследование и приятное разъяснение.
Суть вопроса в том, что упомянутая буква «нун» в его слове «ахвафани» — это так называемая «нун викая» (охранительная нун), которая присоединяется к глаголам, но не к именам. Причина в том, что если к глаголам присоединяется «я» первого лица, то перед ней обязательна кясра из-за этой «я», а глаголы не принимают кясру [в своей основе], поэтому перед «я» вставляется «нун», чтобы кясра падала на неё. Это и есть смысл того, на что указал Ибн Малик в «Хуляса», говоря:
Перед «я» самости с глаголом обязательна — нун викая, а «лейси» уже воспето стихом.
Что же касается имён, то они не нуждаются в этой «нун», поскольку принимают кясру [сами], и поэтому редко её сопровождают среди имён, как в упомянутых выше двух бейтах, и как в этом хадисе. Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово ﷺ: (если он выйдет) — Даджаль (а я) — при этом положении (среди вас, то я — его тяжущийся) — то есть спорящий с ним и препирающийся против него, (без вас) — то есть без нужды в вас. Смысл в том, что он ﷺ достаточен для своей общины в отражении зла Даджаля путём его посрамления и опровержения его доводов, без нужды в том, кто бы отражал его вместе с ним.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово: «если он выйдет, а я среди вас» и далее — эти слова указывают на то, что Пророку ﷺ не было точно известно время выхода Даджаля, однако он ожидал его и полагал его близким, и точно так же он полагал близким его дело, так что они думали, что он в пальмовой роще, находящейся рядом с ними. А «его тяжущийся» — тот, кто с ним спорит, препирается и опровергает его доводом, обличая его ложь и разрушая его слово. — Конец.
(А если он выйдет, а) при этом положении я (не буду среди вас) — то есть после моей смерти, (то муж) — танвин здесь указывает на всеобщность, о чём свидетельствует его слово: «а Аллах — мой преемник над каждым мусульманином», то есть какой бы муж-мусульманин ни был, (тяжущийся за самого себя) — то есть защищающийся сам, не нуждающийся в другом, ибо Аллах Всевышний поддерживает его и помогает ему против него, как он сказал: (а Аллах — мой преемник над) — в отражении его зла и опровержении его лживых доводов от (каждого мусульманина) — то есть и мусульманки.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «то муж тяжущийся за самого себя», то есть пусть каждый муж препирается за самого себя тем, что ему стало известно из его качеств, и тем, на что указывает разум относительно его лжи в притязании на божественность. Это сообщение по смыслу является повелением, и в нём содержится указание на необходимость размышления при возникновении сомнительных обстоятельств и держаться за ясные доводы.
Он сказал: его слово «а Аллах — мой преемник над каждым мусульманином»: это со стороны Пророка ﷺ — вверение Аллаху Всевышнему заботы о достаточности каждого мусульманина в отношении этих великих искушений, и упование на Него в этом. И нет сомнения в том, что тот, чей ислам был искренним в то время, будет избавлен от этих искушений благодаря правдивости Пророка ﷺ в его уповании, поскольку Аллах Всевышний гарантировал достаточность тому, кто уповает на Него, сказав: «А кто уповает на Аллаха, то Он достаточен для него» [ат-Талак, 3], то есть достаточен для него в тяжести того, на что он уповает, и ведёт его к тому, что приносит ему пользу в этом. При этом Пророк ﷺ указал на то, что читать против Даджаля, чтобы быть защищённым от его искушения, — а это десять аятов из начала суры «аль-Кахф» или из её конца, согласно разногласию в риваятах об этом. Осторожность и решительность требуют, чтобы читались десять аятов из её начала и десять из её конца, тем более что Абу Дауд передал в хадисе ан-Навваса (да будет доволен им Аллах): «Пусть читает над ним начальные аяты суры «аль-Кахф», ибо они — защита для вас от его искушения». — Конец.
Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: его слово: «он сказал: если он выйдет, а я среди вас», то есть находящийся в этом [времени] среди вас, [в предположении и] условно; «то я — его тяжущийся» — форма «фаиль» по значению действующего лица, от «худжжа» — довода, то есть доказательства; то есть побеждающий его доводом, без вас, то есть перед вами, и отражающий его от вас, я — ваш имам и перед вами. В этом содержится указание на то, что он был бы в препирательстве с ним, не нуждаясь в помощи помогающего из его общины в победе над ним доводом. Аль-Кари сказал: так упомянул это ат-Тайби (да помилует его Аллах), но более очевидно, что он отразит его светом пророчества и отразит его противоречащее обычному порядку ложное [деяние] своими чудесами, сопряжёнными с истиной, без нужды в доводе и доказательстве, поскольку ложность его яснее солнца для обладателей познания. И также он [Даджаль] относится к упорствующим в своей ложной претензии, и не станет обращать внимания на спор и приведение доказательств. Иначе, хвала Аллаху Всевышнему, в общине найдётся тот, кто утвердит вероустав доводом, тем более печать святых — а это Махди, и лучший из пророков — а это Иса (мир ему).
Суть в том, что с ним не поможет разговор, и его отражение либо через его уничтожение при существовании Пророка ﷺ, либо через его исчезновение и убийство от руки Исы; так мне это представилось (Аллах Всевышний [знает лучше]).
Ат-Турбушти (да помилует его Аллах) сказал: [если скажут]: не установлено ли в хадисах о Даджале, что он выйдет после выхода Махди, и что Иса (мир ему) убьёт его, и другие события, указывающие на то, что он не выйдет, пока Пророк Аллаха ﷺ среди них, более того, его не увидят первые поколения этой общины, — так каков же смысл его слова: «если он выйдет, а я среди вас»?
[Я говорю]: он избрал этот путь иносказания, чтобы сохранить у обязанных [шариатом] страх перед его искушениями и прибегание к Аллаху Всевышнему от его зла, чтобы они через это обрели от Аллаха [защиту] и утвердились в скупости [ревности] к своей религии.
Аль-Музхир сказал: возможно, он хотел [указать на] несомненность его выхода, и смысл: не сомневайтесь в его выходе, ибо он непременно выйдет; а возможно, он хотел [указать на] отсутствие у него знания о времени его выхода, подобно тому, что он не знал, когда наступит Час.
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: второй из двух вариантов — верный, поскольку возможно, что эти его слова были сказаны до того, как он узнал об этом.
Аль-Кари сказал: ему следовало бы сказать: это — более явное [толкование], чтобы это соответствовало его обоснованию словом «поскольку возможно», ведь при наличии возможности не говорится об одном из двух вариантов: «это — верное», из-за вероятности ошибки в каждом из них. Аллах Всевышний лучше знает верное.
Итог смысла: если я среди вас, то я избавлю вас от его зла во время его выхода, «а если он выйдет, и меня не будет среди вас, то муж — тяжущийся за самого себя», с «раф‘ом»; то есть каждый муж препирается, спорит и одерживает победу [над Даджалем] за самого себя, — так сказал ат-Тайби (да помилует его Аллах), то есть чтобы отразить его зло от самого себя тем доводом, что у него есть, как сказал Ибн аль-Малик, но это при условии, что тот [Даджаль] слушает довод; иначе смысл в том, что каждый отражает от себя его зло, объявляя его лжецом и избирая способ противостояния ему.
«А Аллах — мой преемник над каждым мусульманином», то есть Аллах (велик Он и возвышен) — покровитель каждого мусульманина и его хранитель, помогающий ему против него и отражающий его зло. Это довод на то, что верующий, убеждённый [в своей вере], всегда получает поддержку, даже если с ним нет ни пророка, ни имама, и в этом — возражение имамитам из числа шиитов. — Конец.
«Его слово» («إنه») — то есть Даджаль, и это — продолжение речи, разъясняющее часть его состояний и указывающее на некоторые сведения, полезные для отвращения зла его деяний.
(شَابٌّ) — «молодой» — в этом слове содержится указание на то, что он не является Ибн ас-Саййадом, и намёк на то, что он лишён белизны степенства и утвердился в крайней чёрноте внешне, что служит признаком внутреннего — чёрноты сердца.
(قَطَطٌ) — с фатхой над «каф» и «та» — то есть с сильно курчавыми волосами, далёкими от приятной курчавости. В этом — намёк на желательность расчёсывания волос, чтобы избежать сходства с отвратительным обликом.
(عَيْنُهُ طَافِئَةٌ) — «глаз его потухший» — в одной версии: «глаз его — виноградина потухшая» через «я» с хамзой, то есть выступающая. Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «طافئة» мы передали с хамзой и подтвердили это со ссылкой на тех, чьё знание достоверно, но слышали и без хамзы. Оба варианта упомянул кадий Абу-ль-Фадль, сказав: это причастие действительное от «потухла огонь — потухает», она «طافئة» (потухшая); «погасла» — она «منطفئة» (погасшая); «я погасил её» — она «مطفأة» (погашенная). Как будто его глаз светился подобно светильнику, а затем потух, то есть исчез его свет. Это значение ясно в той версии, где не упомянуто слово «виноградина», и в ней далеко от истины оставление хамзы. А что касается версии, где сказано: «как будто она виноградина плавающая» (طافية), то в ней предпочтительнее оставить хамзу, поскольку он сравнил её в округлости и выпуклости с виноградной ягодой. Это причастие действительное от «плавать, выступать» (طفا يطفو): когда что-либо возвышается — без хамзы, оно «طافية», то есть стоящее, выпученное, как это пришло в некоторых версиях хадиса.
Абу Дауд передал со слов Убады ибн ас-Самита (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, что он сказал: «Я рассказывал вам о Даджале, пока не испугался, что вы не поймёте: Масих Даджаль — человек низкого роста, кривоногий, курчавый, кривой на один глаз, с потухшим глазом, не выпуклым и не впавшим». Этот хадис указывает на то, что его глаз не является чрезмерно выпуклым и выпученным и не впавшим настолько, чтобы казаться находящимся в яме, а средним, так что к нему применимо описание «стоящий» и «выпученный». Аллах Всевышний знает лучше.
Убада добавил в этом хадисе к его описанию, что он низкого роста, кривоногий; «фахадж» (الفحج) — это отдалённость между голенями. Конец.
(2) «Аль-Муфхим» 7/277—278.
(كَأَنِّي أُشَبِّهُهُ) — с усилением «б» — то есть «я представляю его подобным» (بِعَبْدِ الْعُزَّى) — с даммой над «айн» и усилением «за» — (ابْنِ قَطَنٍ) — с двумя фатхами. В версии аль-Бухари: «или наиболее похожий из людей на него — Ибн Катан». Аз-Зухри сказал: это человек из племени Хузаа, погибший во времена невежества. Хафиз сказал: его имя — Абд аль-Узза ибн Катан ибн Амр ибн Джундуб ибн Саид ибн Аид ибн Малик аль-Мусталик, а его мать — Хала бинт Хувайлид; это привёл ад-Дамьяти. Он сказал: то же самое сказано также в отношении Актама ибн Абу-ль-Джауна, и что он спросил: «О Посланник Аллаха, повредит ли мне его сходство?» — на что тот ответил: «Нет, ты мусульманин, а он — неверный»; это передано от Ибн Саада. А известное в отношении того, на кого был похож Пророк ﷺ, названный для Актама, — это Амр ибн Лухай, дед Хузаа, а не Даджаль; так это передал Ахмад и другие. Конец.
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: он не сказал «как будто он Абд аль-Узза», потому что не был категоричен в сравнении с ним.
Аль-Кари возразил ему, сказав: нет сомнения в сравнении с ним, однако, поскольку узнавание уподобляемого происходило в мире откровения или во сне, он выразил это словом «как будто я», как это принято при изложении толкования сновидения. Аллах Всевышний знает лучше.
Можно также сказать: поскольку в мироздании не существует облика более отвратительного, чем его облик, то сравнение не может быть полным во всех отношениях, более того — даже в одном отношении, поэтому он отклонился от формы категоричности и выразил это тем, чем выразил. Далее, в форме настоящего времени содержится указание на представление образа в конечном итоге. Конец.
(فَمَنْ أَدْرَكَهُ مِنْكُمْ، فَلْيَقْرَأْ عَلَيْهِ فَوَاتِحَ «سُورَةِ الْكَهْفِ») — то есть её начальные аяты до слов «ложь» [аль-Кахф: 5], поскольку эти аяты указывают на познание сущности Аллаха Всевышнего и Его атрибутов. Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: смысл в том, что чтение их — защита от его искушения, подобно тому как та юная группа была защищена от искушения тирана Дакьянуса. В версии Абу Дауда: «Кто из вас застанет его, пусть прочитает ему начальные аяты суры «аль-Кахф», ибо они — ваша защита от его искушения». «Джавар» (الجوار), с кясрой над «джим», — это защита, безопасность, то есть они охраняют вас от его искушения. Некоторые огласовали это слово с фатхой над «джим» и «за» в конце,
(2) «Миркат аль-мафатих шарх Мишкат аль-масабих» 15/484.
(3) В одной версии: «فمن أدرك» — «а кто застанет»....что означает грамоту, которую путешественник получает от султана или его наместников, чтобы подстерегающие на пути не причинили ему вреда.
[Замечание]: пришли многочисленные риваяты в этом смысле. Среди них: «Кто прочитает её — то есть «аль-Кахф» — как она была ниспослана, будет для него светом от его места до Мекки, а кто прочитает последние десять аятов из неё, то, когда выйдет Даджаль, тот не будет иметь власти над ним». Это передал ан-Насаи и аль-Хаким в своём «Мустадраке», назвав достоверным, со слов Абу Саида аль-Худри, и формулировка принадлежит ан-Насаи, который сказал: возведение этого к Пророку — ошибка, а правильно, что это остановленный риваят. Ат-Табарани передал в «аль-Аусат» также со слов Абу Саида, и есть разногласие относительно возведения этого риваята и его остановки, с формулировкой: «Кто прочитает суру до её конца, а затем выйдет Даджаль, тому он не причинит вреда». Муслим и Абу Дауд передали от Абу ад-Дарда возведённо: «Кто заучит десять аятов из её начала, будет защищён от Даджаля». В версии Абу Дауда и ан-Насаи от него: «от искушения Даджаля». В версии Муслима и Абу Дауда от него: «кто заучит десять аятов». У ан-Насаи от него: «кто прочитает последние десять аятов «аль-Кахф», будет защищён от искушения Даджаля». В версии ат-Тирмизи от него: «кто прочитает три аята из начала «аль-Кахф», будет защищён от искушения Даджаля». В версии Муслима и четырёх имамов от ан-Навваса ибн Самана: «Кто застанет Даджаля, пусть прочитает ему её начальные аяты» — хадис.
Аль-Кари (да помилует его Аллах) сказал: сказано: способ примирения между хадисом о трёх аятах и его словом «кто заучит десять аятов» в том, что хадис о десяти — более поздний, и кто действовал по десяти, тот уже действовал и по трём. И сказано: хадис о трёх — более поздний, и кто защищён тремя, тому нет нужды в десяти, и это ближе к правилам отмены.
Аль-Кари возразил на это, сказав: я говорю: одним лишь предположением не выносится решение об отмене, тем более что отмена бывает только в предписании, а не в сообщении. Так что более очевидно, что наименьшее, чем защищаются от его зла, — это чтение трёх аятов, и заучивание их предпочтительнее, и это не противоречит увеличению, как это не скрыто.
И сказано: хадис о десяти — о заучивании, а хадис о трёх — о чтении, так что кто заучил десять и прочитал три, тому достаточно, и он защищён от искушения Даджаля. И сказаны иные слова помимо этого,...и более предпочтительно, что чтения трёх достаточно, но увеличение предпочтительнее. Аллах Всевышний знает лучше.
(إِنَّهُ) — «его слово» — то есть Даджаль, (خَارِجٌ خَلَّةً بَيْنَ الشَّامِ وَالْعِرَاقِ) — «выходящий на дорогу между Шамом и Ираком». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так в списках наших краёв: «халля» (خلة) — с фатхой над «ха» неточечной и «лам» и танвином «ха». Кадий сказал: известное в этом — «хулля» (حلة) с «ха» точечной и насбом «та», то есть без танвина. Сказано: смысл его — направление того места и напротив него. В «Китаб аль-Айн» сказано: «аль-хулла» — это место суровое, скалистое. Он сказал: некоторые передали это как «хулля» (حُلّه) — с даммой над «лам» и «ха» местоимения, то есть его пребывание и остановка. Он сказал: так же упомянул это аль-Хумайди в «Соединении между двумя «Сахихами»». Он сказал: а аль-Харави упомянул это как «халля» (خلة) — с «ха» точечной и усилением «лам», обе с фатхой, и разъяснил это как то, что находится между двумя странами. Это конец того, что упомянул кадий.
Ан-Навави сказал: то, что он упомянул от аль-Харави, — это то, что имеется в списках наших краёв, и в «Соединении между двумя «Сахихами»» также в наших краях, и это то, что предпочёл автор «Нихаят аль-гариб», разъяснив это как путь между ними. Конец.
Аль-Кари сказал: «его слово» — то есть Даджаль, (خارج خلة) — с фатхой над точечной и усилением «лам» — то есть путь, лежащий между Шамом и Ираком, а первоначальный смысл его — путь в песке. Комментатор сказал: то есть некий путь между ними, и в этом указание на то, что слово поставлено в насб через устранение предлога, и это подтверждается тем, что сказано в «ан-Нихайя»: то есть на пути между ними. Конец.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так это в рукописях наших краёв: «хулла» (خلة) — с фатхой на «х» с точкой и танвином на «та». Кадий (да помилует его Аллах) сказал: известное в этом слове — «хилла» (حلة) с «х» без точки и с насбом на «та», то есть без танвина, и смысл его — «то направление и напротив него». Я говорю: более подходящим было бы, чтобы это было «аль-Хилла» — селение в области Тигра близ Багдада, жители которого хуже всех обитателей тех земель. Он сказал: некоторые передали это как «хуллаху» (حلّه) с даммой на «лям» и «ха» местоимения, то есть его остановка и пребывание. Он сказал: так же упомянул это аль-Хумайди в «Соединении двух достоверных сборников» также в наших краях.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово («он выходит халлятан между Шамом и Ираком») — я передал это и зафиксировал с фатхой на «х» без точки и с усилением «лям», и это риваят ас-Сиджзи. Сказано также, что смысл этого — «направление» и «сторона напротив». В «Китаб аль-Айн» сказано, что «аль-Хулла» — это место скал и суровой местности. Это слово отсутствует в риваяте аль-Узри. Передано от Ибн аль-Хизаа: «хуллуху» (حلّه) с даммой на «лям» и «ха» местоимения, то есть его остановка и пребывание, и так же в книге ат-Тамими, и так же упомянул это аль-Хумайди. Аль-Харави передал в своём «Гарибе»: «халлятан» (خلّة) с «х» с точкой, с фатхой, и с усилением «лям», и разъяснил это как то, что находится между двумя населёнными пунктами. Другие сказали: это дорога в песках.
Он сказал: ат-Тирмизи передал от Абу Бакра ас-Сиддика (да будет доволен им Аллах), что он сказал: нам рассказал Посланник Аллаха ﷺ, что он сказал: «Даджаль выйдет из земли на востоке, называемой Хорасан, за ним последуют отряды, лица которых подобны кованым щитам». Он сказал: и в этой главе есть хадис от Абу Хурайры и Аиши (да будет доволен ими Аллах), и это хадис хороший, редкий (гариб). Способ примирения этого с предыдущим хадисом таков: начало выхода Даджаля — из Хорасана, затем он выйдет к Хиджазу, между Ираком и Шамом. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты.
(«И станет распространять бесчинство направо, и станет распространять бесчинство налево» — عاث يمينًا وعاث شمالًا) с буквой «айн» без точки и «са» с тремя точками, с фатхой — это глагол прошедшего времени, и «аль-'айс» — это порча, или наихудшая степень порчи, и поспешность в ней. Говорится от этого: «аса — я'ису». Кадий передал, что некоторые передали это как «фа'асин» (فعاثٍ) с касрой на «са» и танвином, как имя действующего лица (исм фа'иль), и это по смыслу то же самое, что и первое. Сказал это ан-Навави.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово («станет распространять бесчинство направо, и станет распространять бесчинство налево») — мы передали это с буквой «айн» без точки и «са» с тремя точками, с фатхой, без танвина, как глагол прошедшего времени, и с касрой и танвином, как имя действующего лица, и смысл его — порча. Говорится: «аса фи-ль-арды я'усу» — испортил; и также «асийа» — с касрой — «я'са». Аллах Всевышний сказал: «И не творите на земле порчу, распространяя нечестие» (аш-Шуара: 183).
Смысл: что Даджаль испортил, или является распространяющим порчу направо и налево, и «йамина» и «шималян» — обстоятельства для «аса».
Имеется в виду: он посылает свои отряды направо и налево, и не довольствуется порчей в тех землях, по которым он ступает, и куда он направляется из низменностей и высот, так что не будет в безопасности от его зла верующий, и не останется места, свободного от его смуты. О Аллах, защити нас от его зла, и всех мусульман.
(«О рабы Аллаха» — يا عباد اللَّه); то есть: о верующие, которые будут существовать в то время, или вы, о обращённые, при условии, что вы застанете то время, («то стойте твёрдо» — فاثبتوا); то есть: на своей религии, даже если он будет вас наказывать. Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: это из общего обращения, которым он имел в виду тех из его общины, кто застанет Даджаля. Затем сказано: это высказывание от него ﷺ — расположение сердец его общины к нему, и укрепление их против того, что они увидят из зла Даджаля, и утверждение их в том, в чём они находятся из веры в Аллаха Всевышнего и убеждённости в ней, и подтверждения того, с чем пришёл Посланник ﷺ.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово («о рабы Аллаха, стойте твёрдо») — это из слов Пророка ﷺ, повелевающего тому, кто встретит Даджаля, стойко держаться и терпеть, ибо его пребывание на земле недолгое, как об этом будет сказано далее. А тот, кто услышит о нём, но не встретит его, пусть отдалится от него и убегает сам от него, как это передал Абу Дауд от хадиса Имрана ибн Хусайна (да будет доволен им Аллах), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто услышит о Даджале, пусть отдалится от него, ибо, клянусь Аллахом, поистине человек приходит к нему, полагая, что он верующий, но следует за ним из-за того, что он распространяет от сомнений — или: из-за того, что он распространяет из сомнений».
(«Мы сказали:«) — то есть мы, собрание присутствующих на собрании Посланника Аллаха ﷺ, («о Посланник Аллаха, сколько же его пребывание?» — وما لبثه) с фатхой на «лям» и сукуном на «ба»; то есть: каков размер его пребывания и остановки («на земле? Он сказал» — فِي الأَرْضِ قَالَ) Пророк ﷺ: («сорок дней» — أَرْبَعُونَ يَوْمًا). Что касается того, что передано в другом риваяте: «Даджаль пробудет на земле сорок лет», то аль-Багави в «Шарх ас-сунна» сказал: это не может противоречить данному риваяту Муслима, и если предположить его достоверность, то, возможно, имеется в виду одно из двух пребываний — пребывание особое, при определённом описании. И Аллах Всевышний знает лучше.
(«День» — يَوْمٌ) то есть один из этих сорока («будет подобен году» — كَسَنَةٍ); то есть по величине равен году по продолжительности времени, или по обилию печалей и скорбей, и верное — первое. («И день будет подобен месяцу, и день будет подобен неделе, а остальные его дни будут подобны вашим дням» — وَيَوْمٌ كَشَهْرٍ، وَيَوْمٌ كجُمُعَةٍ، وَسَائِرُ أَيَّامِهِ كَأَيَّامِكُمْ). Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: явный смысл этого — что Аллах Всевышний нарушит обычный порядок в те дни, замедлив солнце в его привычном движении в первый из этих дней, так что первый день станет равен по величине привычному году, и замедлит солнце так, что он станет равен по величине месяцу, а третий — так, что он станет равен по величине неделе. И это возможно, тем более что в то время обычаи будут нарушаться многократно, особенно руками Даджаля.
Абу аль-Хусайн ибн аль-Мунади дал этому толкование, как это передал Абу аль-Фарадж ибн аль-Джаузи, сказав: смысл таков: на вас нахлынет великая скорбь из-за тяжести испытания, и дни испытания долгие, затем эта скорбь уменьшается на второй день, затем уменьшается на третий, затем испытание становится привычным, подобно тому, как говорит человек: «У меня сегодня — как год», как сказано:
«И ночь влюблённого — без конца».
Абу аль-Фарадж сказал: это толкование отвергается их словами: «Достаточно ли нам будет в этот день молитвы одного дня и ночи? Он сказал: нет, рассчитывайте для него его меру».
Смысл: рассчитывайте времена для молитвы. Однако Абу аль-Хусайн ибн аль-Мунади усомнился в достоверности этих выражений, а именно их слов: «Достаточно ли нам будет в этот день молитва одного дня? Он сказал: нет, рассчитывайте для него его меру», и сказал: это, по-нашему мнению, из подделок, которыми издревле нас пытались обмануть носители разногласия. Если бы это было достоверным, оно распространилось бы на устах передатчиков, ибо хадис о Даджале передавали Ибн Аббас, Ибн Умар, Джабир ибн Абдуллах, Хузайфа, Убада ибн ас-Самит, Убайй ибн Ка'б, Самура ибн Джундуб, Абу Хурайра, Абу ад-Дарда, Абу Мас'уд аль-Бадри, Анас ибн Малик, Имран ибн Хусайн, Му'аз ибн Джабаль и Муджаммі' ибн Джария (да будет доволен ими Аллах) среди прочих, и если бы это было так, то распространение этого было бы более сильным, и это было бы более важным и более убедительным, чем восход солнца с запада.
Аль-Куртуби возразил ему, и сделал это удачно, сказав: эти выражения, которые отверг этот человек, достоверны в хадисе ан-Навваса, их передал ат-Тирмизи от хадиса ан-Навваса, и он привёл хадис полностью, близко к тому, что вывел Муслим, и сказал о хадисе: хадис хороший, достоверный, редкий, мы не знаем его иначе, кроме как от хадиса Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира. Абу Дауд также вывел его от хадиса упомянутого Абд ар-Рахмана ибн Язида, и привёл часть хадиса, но не привёл его полностью. Так хадис был признан достоверным у этих имамов, и то, что надёжный передатчик передал хадис в одиночку, не лишает его надёжности, ибо иногда он слышит то, что не слышит группа, во время, когда никого другого не присутствовало, и сколько подобного находится в хадисах. Аль-Касим ибн Асбаг передал его от хадиса Джабира ибн Абдуллах, как об этом будет сказано далее.
Что касается пути внедрения противниками уловок в отношении обладателей знания, осторожности и доверия — это далёкое предположение, на которое не следует обращать внимания, ибо оно ведёт к порицанию сообщений единичных передатчиков (ахад) и к подрыву доверия к ним, тем более что то, что содержится в этих выражениях, — вещи, возможные в эпоху нарушения обычного порядка вещей, подобно всему прочему, что достоверно передано и подтверждено из чудесных нарушений обычного порядка, которые проявятся руками Даджжаля, о чём говорится в этом хадисе и других. Поэтому нет смысла выделять именно эти выражения для отрицания — все они суть предположения, опирающиеся на сообщения справедливых передатчиков, а Аллах лучше знает истинное положение дел.
Кади сказал относительно его слова («определяйте ему меру»): это установление, особое для того дня, которое установил для нас законодатель шариата. Если бы мы были предоставлены в этом самим себе и своему усмотрению, нам было бы достаточно совершать молитву в те известные времена, что и в другие дни. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах) — это полезное уточнение, и Аллах Всевышний знает лучше.
В «Миркат» сказано: Ибн аль-Малик сказал: говорят, что смысл этого таков: первый день из-за обилия скорбей верующих и силы бедствия проклятого (Даджжаля) кажется им подобным году, а во второй день его хитрость слабеет и дело его ослабевает, поэтому он кажется подобным месяцу, а третий кажется подобным неделе (джум‘а); потому что истина со временем всё более возрастает в значении, а ложь уменьшается, пока не изгладится её след, — или же потому, что люди, привыкая к смуте и испытанию, всё легче переносят это, пока их тяжесть не исчезает.
Однако это мнение отвергается, поскольку оно не соответствует тому, что упомянул передатчик: «Мы сказали: о Посланник Аллаха, тот день, который подобен году — то есть, например, — достаточно ли нам в нём молитвы одного дня? Он сказал: нет, определите ему его меру». Скорее, это следует понимать в его буквальном смысле, и в этом нет невозможности, ибо Аллах Всевышний способен увеличить каждую часть первого дня так, что она станет равна мере года, нарушая обычный порядок, подобно тому как Он увеличивает части одного часа из часов дня. Конец цитаты.
В этом есть то, что данное мнение, изложенное на манер, который они избрали, не даёт пользы, кроме как в растяжении времени, как это произошло с ним в истории ночного путешествия (исра), с добавлением также и в отношении места. Однако не секрет, что причина обязательности каждой молитвы — это именно её определённое время, отсчитываемое от восхода утренней зари, полудня солнца, его захода и исчезновения вечерней зари, а это немыслимо, кроме как при подлинном осуществлении множественности дней и ночей в реальности, чего здесь нет. Поэтому верным является то, что сказал шейх ат-Турбушти (да помилует его Аллах), а именно: из этого отрывка возникает затруднение относительно его слова «день, подобный году, и день, подобный месяцу, и день, подобный неделе» — при том, что он же сказал: «а остальные его дни подобны вашим дням», и нет пути к толкованию протяжённости этих дней в том смысле, что они были описаны как долгие и протяжённые из-за силы испытания и тяжести бедствий и невзгод; потому что они сказали: «О Посланник Аллаха, тот день, который подобен году, — достаточно ли нам в нём молитвы одного дня? Он сказал: нет...» — и далее хадис. Мы же говорим — а от Аллаха помощь, и от Него содействие в уточнении, — что нам разъяснилось через сообщение правдивого, которому верят (мир ему и благословение Аллаха), что Даджжаль будет сопровождаться сомнениями и изливаемыми им обманами, которые отнимают у обладателей разума их разум и похищают у обладателей зрения их зрение. К этому относится подчинение ему шайтанов, его появление с раем и адом, оживление им мёртвого сообразно тому, что он утверждает, и его усиление против того, кого он хочет сбить с пути, — то дождём и травой, то засухой и бесплодием. Далее не секрет, что он самый искусный колдун среди людей, поэтому нам не удаётся истолковать это слово иначе, кроме как сказать: он захватывает слух и зрение людей так, что им представляется, будто время продолжается в одном и том же состоянии — рассвет без темноты, утро без вечера, — они полагают, что ночь не растягивает над ними свой полог и что солнце не сворачивает от них свой свет, и они остаются в недоумении и смятении от протяжённости времени, и на них нападают наваждения из-за скрытия явных знамений в чередовании ночи и дня. Поэтому им было велено проявлять усердие при столкновении с этими обстоятельствами и определять для каждой молитвы её меру, пока Аллах не рассеет с них эту тягость. Это то, к чему мы пришли из толкования, и Аллах — Помогающий к достижению истины.
В «Толковании Муслима» ан-Навави (да помилует его Аллах) сказано: они сказали: это следует понимать в его явном смысле, и эти три дня действительно долгие, в той мере, что упомянута в хадисе, на что указывает его слово: «а остальные его дни подобны вашим дням». Что касается его слова «определите ему его меру», то кади Ияд и другие сказали: это установление, особое для того дня, которое установил для нас законодатель шариата. Они сказали: если бы не этот хадис и мы были предоставлены своему усмотрению, мы ограничились бы совершением молитвы в те известные времена, что и в другие дни. Смысл его таков: когда после восхода утренней зари пройдёт мера времени, которая обычно бывает между ней и полуднем в каждый день, то совершайте полуденную молитву; затем когда после неё пройдёт мера времени, которая бывает между ней и послеполуденной молитвой, совершайте послеполуденную молитву; затем когда после неё пройдёт мера времени, которая бывает между ней и закатной молитвой, совершайте закатную молитву, и так же ночную молитву, и утреннюю, затем полуденную, затем послеполуденную, затем закатную, и так далее, пока не завершится этот день, — и в нём совершатся молитвы целого года как обязательные, исполненные в своё время.
Что касается второго дня, который подобен месяцу, и третьего, который подобен неделе, то они уподобляются первому дню в том, что для них определяется мера подобно первому дню, как мы упомянули. Конец цитаты.
Итог этого таков, что времена молитв являются причинами, а предвосхищение обусловленных действий перед их причинами недопустимо, кроме как по особому шариатскому установлению, подобно тому как послеполуденная молитва совершается раньше её обычного времени на Арафате.
(Мы сказали: о Посланник Аллаха, тот день, который подобен году, достаточно ли нам в нём молитвы одного дня?) одного (Он сказал) ﷺ: («Нет») то есть не достаточно в нём молитвы одного дня, но (определяйте) с кясрой или дамма над «даль», от глаголов образцов «дараба» и «насара, (ему) то есть для совершения молитвы (его меру) то есть ту меру, которая была ему свойственна в остальные дни, подобно узнику, которому это стало неясным. (Мы сказали: о Посланник Аллаха, а какова его быстрота) то есть какова мера его быстроты, или каков образ его поспешности (в передвижении по земле?) то есть в его хождении и обхождении её пространства. Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: возможно, они знали, что у него есть быстрота передвижения по земле, поэтому спросили о её качестве, подобно тому как они знали о продолжительности его пребывания и спросили о его количестве, сказав: «сколько его пребывание?» то есть какова продолжительность его пребывания? (Он сказал) ﷺ: («подобно дождевому облаку) под этим здесь подразумевается облако — с переносом названия причины на следствие; то есть он движется по земле быстро, как движется облако, а его слово: (которое гонит ветер сзади) Ибн аль-Малик сказал: это обстоятельство образа действия (хал) или определение к «облаку», а определённый артикль «аль» в нём указывает на известное в уме; смысл таков: это пример, качество которого невозможно постичь, и количество которого невозможно определить. (И приходит) то есть проходит Даджжаль (к людям и призывает их) к своей лжи (и они верят ему) то есть подтверждают его ложь (и отвечают ему согласием) то есть подчиняются ему в том, что он им велит, (и он приказывает небу) то есть облаку (и оно проливает дождь) с дамма, от «имтар» — то есть ниспосылает свой дождь, (и земле) то есть приказывает земле (и она произращивает) с дамма, от «инбат», (и возвращается к ним) то есть возвращается после захода солнца к ним (их выпасаемый скот) то есть их скот, который уходит утром на пастбища, (самый большой, каким он когда-либо был) то есть выпасаемый скот из верблюдов, а слово «самый большой» стоит в винительном падеже как обстоятельство состояния, (горбами) с дамма над «заль», передаётся также с кясрой, и фатха над «ра», в неопределённом состоянии: множественное число от «зирва», которое склоняется трояко и означает верхнюю часть горба, а «зирва» чего-либо — его верхняя часть; это иносказание об обильной полноте, а винительный падеж слова «зира» — как обстоятельство уточнения (тамйиз). (И самым обильным) то есть завершённым (в вымени) с дамма в начале: множественное число от «дар‘», то есть сосок — иносказание об обильности молока, (и самым растянутым) то есть самым растянутым, каким оно когда-либо было, — это имя превосходной степени от «мадд» (в боках) множественное число от «хасира» — то, что под боком, и растянутость его — иносказание об наполненности и обильности еды.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «и возвращается к ним поутру их выпасаемый скот» и т.д.: «тагду» — приходит рано утром. А «сариха» — это скот, который выходит на выпас, то есть на пастьбу, как верблюды, коровы и овцы. А «зура» — множественное число от «зирва», то есть горбы. «Асбагаху» — самый длинный по вымени, из-за обилия молока. «Амадда-ху хавасира» — из-за обилия еды и тучности пастбища. Конец цитаты.
«(потом он приходит к людям)», то есть к другим людям; в отходе от слова «на» (على), исходя из вышесказанного, есть указание на то, что приход его к первым представлял для них действительный вред, в отличие от вторых. «(и призывает их)», то есть к поклонению себе, притязая на божественность, «(а они отвергают его слово)», то есть не принимают его или разбивают его доводом, «(и он отворачивается от них)» — в этом указание на то, что у него нет власти принуждать; Всевышний сказал: «Воистину, над Моими рабами у тебя нет власти, кроме тех из заблудших, кто последует за тобой» (аль-Хиджр: 42), а смысл в том, что Аллах отвращает его от них. «(и они наутро оказываются в мухиле)» — с буквой «мим» с даммой и с «ха»; то есть впавшими в засуху. Ат-Турбишти (да помилует его Аллах) сказал: «Люди впали в засуху» (амхаля-ль-каум) означает, что их поразила засуха (махль) — прекращение дождя и высыхание земли от растительности. Слова же «(у них в руках не остаётся ничего из их имущества)» — разъяснение их бедственного положения. В итоге эти люди подвергаются посредством него разного рода испытаниям, бедам и невзгодам, но Всевышний Аллах наделяет их терпением, стойкостью и крепостью убеждённости, так что они терпят, довольствуются и благодарят.
«(И он проходит)», то есть Даджаль, «(мимо разрушенного места)» — с фатхой на «ха» и кясрой на «ра», либо с кясрой на «ха» и сукуном на «ра», либо с кясрой на «ра»; то есть мимо разорённой земли, «(и говорит ей: «Извлеки»)» — с разрывной хамзой, от «извлечение» (икспадж), — «(свои сокровища)», то есть то, что в тебе захоронено, или твои копи, «(и они выходят следом за ним)» — «фа» здесь риторическая (фасихыйя), то есть выходят и следуют за Даджалем, «(её сокровища, подобно пчелиным яасубам)», то есть подобно тому, как пчёлы следуют за яасубом. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «Яасибы — это самцы пчёл», так это разъяснил Ибн Кутайба и другие. Кади (да помилует его Аллах) сказал:
имеется в виду скопление пчёл, а не именно самцы, но он назвал скопление именем яасуба, который является их вожаком, поскольку, когда он летит, за ним следует всё его сообщество; отсюда же говорят о предводителе «яасуб». В речи здесь имеется своего рода перестановка (кальб), поскольку правильнее было бы сказать: «подобно пчёлам яасубов». И, возможно, смысл во множественном числе «яасубов» — указание на многочисленность следующих сокровищ, как если бы это множество представлялось по своим сторонам и краям, и имеется в виду множество его предводителей и уполномоченных. Аль-Ашраф сказал: слова «подобно яасубам» — иносказание о скорости следования, то есть сокровища следуют за ним с быстротой. Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: если слова «подобно яасубам» являются обстоятельством состояния (хал) для Даджаля, то «разрушенное место» — определение для местностей, а если это обстоятельство состояния для сокровищ, то допустимо, чтобы определяемое было и множественным, и единственным числом. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: «яасубы пчёл» — их самцы, единственное число — яасуб; сказано также, что это их предводители, а смысл сравнения в том, что за каждым яасубом пчёл следует отдельная группа пчёл, так что видны группы вразброс; так и сокровища следуют за Даджалем таким же образом.
«(Потом он призывает)», то есть Даджаль требует прийти к нему, «(человека)», который неизвестен по имени; сказано, что это аль-Хидр (мир ему), но это неверно, как будет разъяснено далее, — притом что тот «(полон)», то есть совершенен, зрел и крепок, а слово «(юности)» — уточнение по принадлежности (тамйиз). Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: «полон юности» — это тот, кто в самом расцвете юности. «(и рубит его мечом)», то есть из гнева на него за отказ принять его притязание на божественность, либо чтобы явить свою мощь и подготовить почву для нарушения естественного порядка, «(и разрубает его на два куска)» — с фатхой на «джим», допустима и кясра; то есть на две части, отдалённые друг от друга, «(на расстояние выстрела по мишени)», то есть на расстояние броска до цели; это слово стоит в винительном падеже, будучи управляемым подразумеваемым словом, а смысл этого уточнения в том, чтобы люди убедились, что он погиб без всякого сомнения, как делают колдуны и фокусники. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: это слово произносится с фатхой на «джим» согласно распространённому мнению, а Ибн Дурайд передал произношение с кясрой; смысл «на расстояние выстрела по мишени» таков, что между двумя частями оставляется расстояние, равное дистанции выстрела до цели, — это явное и распространённое понимание. Кади передал это, а затем сказал: по-моему, здесь имеется перестановка порядка слов, и смысл таков: «он поражает его так, как поражает выстрел по мишени, и рассекает его на две части», но верным является первое понимание. Ат-Турбишти (да помилует его Аллах) сказал: под «выстрелом по мишени» подразумевается
либо стремительность прохождения меча, либо точность попадания в место рассечения. Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: это подтверждается толкованием ан-Навави слов из другого хадиса: «Потом Даджаль идёт между двумя частями».
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: слова «и разрубает его на два куска» произносятся с фатхой на «джим», а Ибн Дурайд передал произношение с кясрой; он сказал: предпочтительнее фатха, поскольку «джазлатайн» здесь — отглагольное существительное (масдар), соответствующее по смыслу глаголу «разрубает его», как если бы было сказано: «разрубил его на два куска» или «раздробил его на два обломка»; «джазля» — это масдар определённого вида от глагола «джазаля джазлан ва джазлатан». Допустима и кясра, если считать это существительным, то есть в значении «разделил его на два куска и на две части». А слова «на расстояние выстрела по мишени» стоят в винительном падеже как масдар, то есть «подобно выстрелу по мишени по быстроте и точности»; сказано также, что между двумя частями было оставлено расстояние, равное выстрелу по мишени, но в этом есть отдалённость от смысла, и первое понимание более уместно. Конец цитаты.
«(Потом он призывает его)», то есть Даджаль требует, чтобы юноша, которого он разрубил мечом, пришёл к нему, «(и тот подходит)» — юноша подходит к Даджалю, а слова «(и лицо его светится)» — предложение в винительном падеже как обстоятельство состояния, а смысл «светится» (йатахаллялю) — сияет и озаряется, а слово «(смеясь)» — предложение, являющееся обстоятельством состояния по отношению к «его лицу».
«(И вот, пока он)», то есть Даджаль, «(в таком положении)», то есть в таком состоянии и на таком пути, «(как вдруг Аллах посылает Мессию, сына Марьям)» (мир им обоим), — так пречист Тот, Кто отражает Мессию Мессией! Всевышний Аллах сказал: «Но Мы бросаем истину на ложь, и она сокрушает его, и вот оно исчезает» (аль-Анбия: 18). «(и он опускается)», то есть Иса (мир ему), «(у белого минарета)» — «у» (‘инда) — обстоятельство места для «опускается», а слова «(к востоку от Дамаска)» стоят в винительном падеже как обстоятельство места, присоединённое к слову «Дамаск», произносимому с кясрой на «даль» и фатхой на «мим», допустима и кясра; это тот город, который сегодня известен в Шаме, ибо он находится под его властью. Ас-Суюти в своём примечании к «Ибн Маджа» упомянул, что хафиз Ибн Касир сказал: в одном риваяте говорится, что Иса (мир ему) опускается в Байт аль-Макдисе, в другом риваяте — в Иордании, а в третьем — в лагере мусульман.
Он сказал: хадис о его опускании в Байт аль-Макдисе есть у Ибн Маджи, и по-моему это мнение более предпочтительно, и оно не противоречит остальным риваятам, поскольку Байт аль-Макдис находится к востоку от Дамаска, и он же был
лагерем мусульман в то время, а Иордания — название области (кура), как сказано в «ас-Сихах», и Байт аль-Макдис входит в неё; и если сегодня в Байт аль-Макдисе нет минарета, то он непременно должен появиться до его опускания, и Аллах Всевышний знает лучше.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: слова «и он опускается у белого минарета к востоку от Дамаска между двумя махрудами» — что касается «минарета», то это слово с фатхой на «мим», и этот минарет существует и по сей день к востоку от Дамаска; «Дамаск» произносится с кясрой на «даль» и фатхой на «мим», и это распространённое произношение, а автор «аль-Маталиь» передал также произношение с кясрой на «мим». Этот хадис является одним из достоинств Дамаска. В слове «‘инда» есть три диалектных варианта: с кясрой на «айн», с даммой и с фатхой, распространённым же является кясра. Что касается «махрудатайн», то передаётся как с обычной «даль», так и с точечной «заль», причём вариант с обычной «даль» более распространён, и оба варианта известны как среди ранних, так и среди поздних учёных языка и филологии, и в большинстве рукописей встречается вариант с обычной «даль», как это распространённо; смысл же таков: одетый в две одежды, окрашенные варсом, а затем шафраном; сказано также, что это две полосы ткани, а «шукка» — половина покрывала (маляа). Конец цитаты.
«(между двумя махрудами)» — с обычной «даль», допустима и точечная; то есть в состоянии, когда Иса (мир ему) находится между ними, в значении одетого в два одеяния, окрашенные варсом или шафраном. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: передаётся с обычной «даль» и с точечной «заль», причём последнее более распространено, и оба варианта известны как среди ранних, так и среди поздних учёных, и в большинстве рукописей встречается вариант с обычной «даль»; смысл же таков: одетый в два одеяния, окрашенные варсом, а затем шафраном. Конец цитаты.
Ибн аль-Анбари сказал: передаётся с обычной или с точечной «даль»; то есть между двумя михсарами, как пришло в хадисе, и мы не слышали этого слова ни в чём ином, кроме как в этом хадисе, — так же как и многие другие слова, услышанные только в хадисе. А «михсара» — это из одежд, в которых есть лёгкая складка (сафва хафифа), так сказано в «ан-Нихая».
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): его слово («между двумя мухарраватайн»): достоверный риваят — с обычной «даль» (د) и буквой «та» с двумя точками сверху, а некоторые мухаддисы произносят это с «заль» (ذ). Ибн аль-Анбари передал, что говорится и так, и так, но известное — первое. В «Сахахе» сказано: «харадту-ссавба» — я разорвал одежду; «аль-хирда» на форме «фи‘ла» с кясрой на «ха» — растение, которым красят; «саубун махруд», то есть окрашенный в жёлтый цвет.
Поскольку это известное значение в языке, толкователи этого выражения в данном хадисе разошлись во мнениях. Одни сказали: Иса (мир ему) сойдёт в двух половинах одежды — а «шукка» это половина покрывала, — или в двух одеяниях, взятых из корня «харад», означающего разрезание и рассечение. Большинство же сказали: в двух одеждах, окрашенных в жёлтый цвет, — как будто это то, что окрашено «аль-хирда». Аль-Кутайби же дерзнул и обвинил передатчиков этого слова в ошибке, сказав: «По-моему, это ошибка передатчиков, и я считаю, что это должно быть «махрувватайн». Говорят: «харайту-ль-‘имама» — если надел её жёлтой, и как будто глагол от этого «харавту». И привели в подтверждение стих:
«Я видел, как ты надел чалму жёлтой, после того как я видел тебя долгое время с непокрытой головой, без чалмы».
Он сказал: имеется в виду, что ты надел чалму жёлтой, как её надевают господа, ибо господин обвязывал чалму жёлтого цвета, и это не свойственно другим.
Сказал аль-Куртуби: воистину прав тот, кто сказал об Ибн Кутайбе: он нападающий, вторгающийся в то, в чём не разбирается. Ибн Кутайба ошибся в том, в чём обвинил в ошибке доверенных передатчиков, людей точности, надёжности и знания, с двух сторон:
Первая: его суждение об ошибке и его дерзость в этом по отношению к авторитетным хафизам, доверенным учёным, тогда как ему следовало бы воздержаться, если он не нашёл иного объяснения этому слову согласно переданному варианту.
Вторая: то, чем он аргументировал, не является доказательством, по двум причинам, на которые указал Абу Бакр в том, что передал от него имам Абу Абдуллах, сказав: то, что он сказал, — ошибка, потому что арабы не говорят «харавту-ссауб», а говорят «харайту», и также «харайту» говорится только специально о чалме, поэтому ему не следовало проводить аналогию с чалмой, ибо язык — это то, что передано (риваят), а не то, что выводится по аналогии.
Сказал аль-Куртуби: наиболее достоверно мнение большинства, и этому свидетельствует то, что встречается в некоторых риваятах вместо «мухарраватайн»: «мумассаратайн», а «мумассара» из одежд — это окрашенная в жёлтый цвет — а Аллах Всевышний знает лучше». Конец цитаты.
В состоянии, когда Иса (мир ему) (кладёт свои ладони на крылья двух ангелов) — это разъяснение того, каким образом происходит его снисхождение, подобно тому как предыдущее было разъяснением того, каким образом он будет одет и каково будет его убранство. Затем разъяснено ему другое состояние в его словах: (когда он наклонит) с двумя хамзами, то есть опустит (свою голову, закапает), то есть вспотеет, (а когда поднимет её), то есть свою голову, (стечёт) с усиленной «даль», то есть спустится (от него), то есть от волос его головы, (жемчужный жемчуг), то есть капли, подобные джуману, с даммой на «джим» и облегчённой «мим», а также произносится с усилением её: зёрна, изготовленные из серебра. Сказал ан-Навави: аль-джуман с даммой на «джим» и облегчённой «мим» — это зёрна из серебра, изготовленные в виде крупных жемчужин, и имеется в виду: с него стекает вода в виде жемчуга по своей чистоте, и вода была названа джуманом за сходство с ним в чистоте. Конец цитаты.
(Как жемчуг), то есть в чистоте и белизне. В «Нихае» сказано: аль-джуман с даммой на «джим» и облегчённой «мим»: изготавливается из серебра в виде крупных жемчужин. Сказал ат-Тыби (да помилует его Аллах): он сравнил это с джуманом по крупности, затем сравнил джуман с жемчугом по чистоте и красоте, так что смысл — крупность вместе с чистотой и красотой.
В «Камусе» сказано: аль-джуман, как «гураб», — жемчуг, или частицы в форме жемчуга; и сказано: аль-джуман с усилением «мим» — мелкий жемчуг, а с облегчением её — зёрна, изготовленные из серебра; и сказано: имеется в виду под джуманом в описании Исы (мир ему) — зёрна, изготовленные из серебра.
Сказал аль-Куртуби: его слово «когда наклонит свою голову, закапает», то есть когда опустит голову, потечёт с неё вода, имея в виду пот, и это подобно тому, что сказано в предыдущем хадисе: «капает его голова водой, как будто он вышел из «димас»», имея в виду баню.
А его слово «когда поднимет её, стечёт с неё жемчужный [пот], как жемчуг»: аль-джуман — то, что имеет округлую форму из жемчуга и перла, и переносится это название на всё округлое из украшений, — сказал это Абу аль-Фарадж Ибн аль-Джаузи. Он сравнил капли пота с округлым драгоценным камнем, и это сравнение уместное.
(Не дозволено) с кясрой на «ха», то есть невозможно (для неверного, который ощутит запах его дыхания), с фатхой на «фа», (кроме как умрёт). Сказал ан-Навави: так передан риваят: «фа-ля йахилль» с кясрой на «ха», «нафасихи» с фатхой на «фа», и смысл «ля йахилль» — не возможно, не происходит. А кади сказал: смысл, по-моему, — истинно и обязательно. Он сказал: некоторые передали это с даммой на «ха», и это ошибка и заблуждение. Сказал ат-Тыби (да помилует его Аллах): смысл — не случается, или не подобает, чтобы он ощутил запах его дыхания в каком-либо из состояний, кроме состояния смерти. Так что его слово «ощутит» вместе с тем, что в контексте, является подлежащим для «йахилль» с подразумеваемым «ан». Конец цитаты.
(А дыхание его достигает того, чего достигает его взор). Сказал аль-Куртуби: «нафасуху» с фатхой на «фа», а «тарфуху» с сукуном на «ра» — это его глаз. И имеется в виду этим, что Аллах Всевышний укрепил дыхание Исы (мир ему) так, что оно достигает того места, которого достигает восприятие его взора. Смысл же в том, что неверные не приближаются к нему, а гибнут лишь при виде его и достижении его дыхания до них, в поддержку от Аллаха ему, и в защиту, и в проявление почёта и милости.
А аль-Кари сказал: «а дыхание его достигает того, чего достигает его взор» с сукуном на «ра», то есть его взгляд, его мимолётный взор. И допустимо, что Даджаль исключён из этого правила по мудрости показа его крови на копье, чтобы усилилось в сердцах верующих убеждение, что он колдун. И допустимо, что эта милость дана Исе сначала, при его снисхождении, а затем прекращается, когда он увидит Даджаля, поскольку постоянство этой милости не обязательно. И сказано: дыхание, которое умерщвляет неверного, — это дыхание, направленное специально на погубление неверного, а не обычное дыхание, поэтому отсутствие смерти Даджаля от него — из-за отсутствия того особого намерения. И сказано: понимается из этого, что тот из неверных, кто ощутит дыхание Исы, умрёт, но не понимается из этого, что это первое достижение его дыхания [до всех неверных], так что допустимо, что это происходит с ними после того, как Иса (мир ему) покажет им кровь Даджаля на своём копье, по указанной мудрости.
Он сказал: и удивительно, что дыхание Исы (мир ему) связано с оживлением для одних и умерщвлением для других. Конец цитаты.
(И он преследует его), то есть Иса (мир ему) преследует Даджаля, (пока не настигнет его у ворот Лудда), с даммой на «лям» и усилением «даль», не склоняемое: название горы в Шаме, и сказано: селение из селений Байт аль-Мукаддас, на этом остановился ан-Навави, а другие добавили: названо так за обилие его деревьев. В «Нихае» сказано: место в Шаме, и сказано: в Палестине, (и убьёт его), то есть Даджаля.
(Затем приходит к Исе, сыну Марьям, — мир ему, — народ, которых защитил Аллах от него), то есть от зла Даджаля, (и он стирает с их лиц), то есть удаляет с них то, что попало на них от пыли похода и его тягот, в знак великого почтения к ним и заботы о них; или смысл: он снимает то, что постигло их из следов уныния и горя на их лицах, тем, что радует их — известием об убийстве Даджаля.
А кади Ийяд сказал: возможно, что это стирание — в буквальном смысле, и он на самом деле проводит рукой по их лицам в знак благодати и благочестия, а возможно, что это указание на снятие того, в чём они находились, из тяготы и страха. Конец цитаты.
(И он рассказывает им о их степенях в Раю), то есть о том, что уготовил им Аллах Всемогущий и Великий из степеней за их терпение и стойкость перед искушениями Даджаля.
(тогда как это дело было) то есть тем временем, или Иса (мир ему) (было таким, как вдруг Аллах внушил Исе) (мир ему): (поистине Я) с кясрой хамзы или с фатхой, (вывел) то есть явил (рабов Моих) то есть группу, покорную Моему предопределению, (против которых нет рук) то есть нет силы, нет мощи (ни у кого сражаться с ними), — а о силе выразились словом «рука», потому что противостояние и отражение обычно происходит рукой, и это слово поставлено в двойственном числе для усиления, как бы говоря, что обеих его рук не существует из-за его бессилия отразить их; возможно также, что в двойственном числе есть указание на бессилие в отношении обоих (видов их, то есть Йаджуджа и Маджуджа). (Так укрой) от «тахриз», производное от «хирз» — то есть сохрани и собери (рабов Моих к Туру) то есть сделай его для них укрытием, а Тур — это известная гора.
Аль-Куртуби сказал: его слово «нет рук» означает, что ни у кого нет силы сражаться с Йаджуджем и Маджуджем; говорят: «нет у такого-то руки против этого дела», то есть нет силы.
А его слово «так укрой рабов Моих к Туру»: это достоверный риваят с буквой «за» («харрыз»), то есть переселись с ними к горе, где они укроют самих себя, а «Тур» — это гора на сирийском языке. Возможно, что это гора Синайская Тур. Некоторые передали это слово с «вав» («хаввиз»), но этот риваят до нас не дошёл, а смысл его ясен и совпадает с первым. Конец цитаты.
Ан-Навави сказал: его слово «нет рук» с кясрой на «нун» — двойственное число от «яд» (рука). Учёные сказали: смысл его — нет силы и нет мощи; говорят: «нет у меня в этом деле руки», «нет у меня в нём двух рук», потому что противостояние и отражение обычно происходит рукой, и как бы обеих его рук не существует из-за его бессилия отразить их. А смысл «укрой их к Туру» — то есть собери их и сделай его для них укрытием; говорят: «ахразту-ш-шайа ухризуху ихразан» — если сохранил вещь, собрал её при себе и оберёг от захвата. В некоторых списках встречается «хаззиб» с «ха», «за» и «ба» — то есть собери их. Кади сказал: передано также «хаввиз» с «вав» и «за», и смысл его — отдали их и убери с их пути к Туру. Конец цитаты.
(И Аллах выведет) то есть изведёт (Йаджуджа и Маджуджа) с хамзой и без неё — это два известных племени, о которых уже говорилось ранее. Его слово (и они) то есть оба племени в совокупности, по образцу слов Всевышнего: «это два спорящих, которые заспорили» (сура «Хадж», 19) (со всякого возвышения) с двумя открытыми гласными — то есть с возвышенного места на земле, (устремляются) с открытой «я» и кясрой на «син» — то есть спешат.
Аль-Куртуби сказал: речь о Йаджудже и Маджудже уже была приведена в начале «Книги смут»; «хадаб» — это возвышенность земли, то есть холмы и бугры; а «янсилуна» — от «насалан», что означает приближение шага с ускорением, подобно бегу волка, когда он спешит, — так сказал аль-Кутайби. Аз-Заджжадж же сказал: «янсилуна» означает «спешат».
(И проходят первые из них по озеру Тивериадскому) с изафетом; «бухайра» — уменьшительное от «бахра» (море), это водоём, собравшийся в Шаме, длина его — несколько миль; «Табария» с двумя открытыми гласными — название местности; сказано также, что это главный город Иордании в Шаме.
(И выпивают всё, что в нём есть, а когда проходят последние из них, они говорят: было здесь) то есть в этом озере или на этом месте (некогда) то есть в одно из прошедших времён (вода) в изобилии. (И будет в осаде) в форме страдательного залога — то есть будет заперт (пророк Аллаха Иса) (мир ему) (и его сподвижники) верующие на горе Тур, (так что голова быка) то есть коровы, при полной дешевизне его в тех краях, (для одного из них станет дороже ста динаров для одного из вас сегодня). Ат-Турбушти (да помилует его Аллах) сказал: то есть нужда доведёт их до такой степени; а упомянута именно голова быка, чтобы по ней можно было судить об остальном по цене.
(И воззовёт) то есть к Аллаху, или же станет молить (пророк Аллаха Иса) (мир ему), — в этом указание пророку на то, что Иса (мир ему), несмотря на следование им шариату Мухаммада ﷺ, остаётся при своём пророчестве. (И его сподвижники) — Кади сказал: то есть они станут молить Аллаха Всевышнего об их (Йаджуджа и Маджуджа) уничтожении и об избавлении их самих от тяжести этого испытания, и станут смиренно просить Его, и Аллах Всевышний ответит на их мольбу и уничтожит их червём, как сказано далее: (и пошлёт Аллах на них) то есть на Йаджуджа и Маджуджа (червя нагаф в их шеи) с открытыми «нун» и «гайн» — это черви, водящиеся в носах верблюдов и овец, единственное число — «нагафа»; и хотя это существо ничтожно, но поражение от него сильно; о презренном человеке говорят: «ты не более чем нагафа».
(И наутро они окажутся поверженными) по образцу и по смыслу слова «халка» — множественное число от «фарис», как «катыль» и «катла», от «фараса аз-зиибу-ш-шаа» — «волк схватил и убил овцу», отсюда же «добыча льва». (Подобно смерти одной души) в силу полноты могущества и связанной с ней воли; Всевышний сказал: «сотворение ваше и воскрешение ваше — как одной души» (сура «Люкман», 28). Ат-Турбушти (да помилует его Аллах) сказал: смысл в том, что божественное принуждение, одолевающее всё, поразит их всех одним разом, и наутро они окажутся убитыми; и двумя словами — «нагаф» и «фарса» — указано на то, что Он (велик Он и возвышен) уничтожит их в самый краткий срок самой незначительной вещью, то есть червём, и поразит их так, как хищник поражает свою добычу, после того как в их головах взметнулась гордыня притеснения, и они утверждали, что сразятся с тем, кто на небе.
(Затем спустится) с кясрой на «ба», от глагола третьей породы типа «дараба» — то есть сойдёт с Тура (пророк Аллаха Иса) (мир ему) (и его сподвижники) верующие (на землю, и не найдут на земле) то есть на всей её поверхности, — и в этом причина перехода от местоимения к явному имени: «лям» в первом случае для указания на уже известное, а во втором — для всеобщего охвата, на что указывает исключение; отсюда становится ясным, что известное правило — что определённое слово при повторении означает то же самое, что и в первый раз, — построено на преобладающем случае, или применяется там, где нет указания на иное.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: словами «отсюда становится ясным» и далее он указал на правило, которое упомянул ас-Суюти (да помилует его Аллах) в «Укуд аль-джуман», где он сказал:
Затем из правил известных,
Когда неопределённое приходит повторенным,
Различаются они, а если второе определено,
То совпадают, так же и оба определённых.
Свидетельство тому — то, что мы передали с иснадом:
«Никогда трудность не одолеет две легкости».
А ас-Субки возразил на это примерами
И сказал: это правило вызывает затруднение.
Составитель говорит: я уже ответил на упомянутое затруднение ас-Субки, сказав:
Я сказал: и нет затруднения, ибо это
Относится к тому, что преобладает при употреблении.
(Место в пядь, кроме как заполнит его их сало) с открытыми «за» и «ха», иногда с «за» огласованной даммой, и разъяснение этого — его слово: (и их зловоние) с сукуном на «та». Ат-Турбушти (да помилует его Аллах) сказал: «захам» с движением гласных — масдар от «захимат йади» с кясрой, от «зухума», отсюда «захима» — то есть «жирная», и на этом большинство риваятов, насколько я знаю, хотя со стороны смысла в этом есть некоторая слабость; а огласовка «за» даммой при фатхе «ха» более верна по смыслу, и это форма множественного числа от «зухма» — то есть с даммой на «за» и сукуном на «ха», что означает зловонный запах.
В «Камусе»: «аз-зухума» и «аз-зухма» с даммой — запах жирного мяса, зловонный; «аз-зухм» с даммой — зловонный запах, а с движением гласных — масдар от «захимат йади», как «фариха», то есть «захима» — «жирная». Конец цитаты.
(«обратится пророк Аллаха Иса» — мир ему) (со своими сподвижниками) верующими (к Аллаху) — Свят Он и Велик — с просьбой устранить с них ту зловонность, (тогда Аллах пошлёт птиц) — форма множественного числа от «птица» (طائر), хотя иногда употребляется и в единственном значении, но здесь имеется в виду именно множественное число, на что указывает далее слово «понесут их». (подобных по шеям бахтийским верблюдам) — «бухт» (البُخْت) с даммой на «ба» и сукуном на «ха» — вид верблюдов; то есть птицы, чьи шеи по длине и величине подобны шеям бахтийских верблюдов, (и понесут их) — то есть эти птицы понесут (трупы) Йаджуджа и Маджуджа, (и сбросят их) — то есть выбросят их (туда, куда пожелает Аллах) — в моря или за пределы обитаемых земель. (Затем Аллах пошлёт дождь), то есть обильный, (который не укроет) — читается «ля йакунну» с фатхой на «йа», даммой на «каф» и удвоенным «нун», от глагола «канантуш-шай'а» (из породы глаголов типа «насара»), означающего «укрыл, скрыл его»; либо читается с даммой в начале и кясрой во втором слоге, от «акнанту аш-шай'а» в том же значении; дополнение опущено, а предложение является определением к слову «дождь»; то есть не укроет и не защитит ничего (от него), то есть от того дождя, (ни глинобитный дом) — «мадар» (مَدَر) с двумя фатхами: земля и камень, (ни шерстяной шатёр) — «ва бар» (وَبَر) с двумя фатхами: шерсть или волос; имеется в виду обобщение — как жилища бедуинов, так и жилища горожан.
Ан-Навави сказал: то есть ни один дом из твёрдой глины не преградит путь воде.
Аль-Кади сказал: то есть между дождём и каким-либо местом не будет преграды, вода охватит все места без исключения.
Аль-Куртуби сказал: то есть из-за обильности этого дождя не укроется ни дом, построенный из глины, ни шатёр из шерсти или волоса.
(И омоет) этот дождь (землю), то есть всю её поверхность, (так что оставит её подобной зеркальной глади) — «аз-залафа» (الزَّلَفَة) с фатхой на «за» и «лям» (либо сукуном на «лям»), и с «фа» (по другой версии — с «каф»); это — зеркало, с кясрой на «мим», по другой версии — то, что устраивают для сбора воды из мастерской; имеется в виду, что вода покроет всю землю целиком, так что смотрящий увидит в ней своё отражение. Ан-Навави — да помилует его Аллах — сказал: передаётся с фатхой на «за» и «лям», с «фа», и с «каф»; передаётся также с даммой на «за», сукуном на «лям» и «фа». Аль-Кади — да помилует его Аллах — сказал: передаётся с «фа» и с «каф», с фатхой на «лям» и с сукуном на ней, и все эти чтения верны.
Он сказал: относительно смысла этого слова разошлись во мнениях. Са‘ляб, Абу Зайд и другие сказали: смысл его — «подобной зеркалу», и автор «аль-Машарик» приводит это же толкование от Ибн Аббаса, который сравнил её с зеркалом по чистоте и опрятности. По другому мнению, смысл — «подобной водохранилищам», то есть вода будет застаиваться в ней, так что земля станет подобна мастерской, где собирается вода. Абу Убайда сказал: смысл — «зелёный сосуд». По другому мнению — «подобной блюду», по третьему — «подобной саду». Конец цитаты.
(Затем будет сказано земле: «Выращивай свой плод и возврати») то есть своим обитателям (свою благодать), то есть из всех твоих благ, (и в тот день группа людей) — «аль-‘исаба» (العِصَابَة) с кясрой на «айн», то есть группа, (будет есть от одного гранатового плода) и насыщаться им, (и укрываться в тени его кожуры) — «кихф» (قِحْف) с кясрой на «каф», то есть кожуры. Ан-Навави — да помилует его Аллах — сказал: это — вогнутая часть его кожуры, уподобленная черепу человека, то есть тому, что находится над мозгом. По другому мнению, это — то, что отломилось от его черепа и отделилось. По третьему мнению, имеется в виду верхняя половина его кожуры; в основе своего значения это — округлая кость над мозгом, а также это — деревянный сосуд по её образцу, как бы половина са‘а; здесь же слово употреблено метафорически по отношению к части кожуры, прилегающей к верхушке плода. (И будет благодать) — в форме страдательного залога, то есть будет положена благодать и обилие (в молоке) — «рисль» (الرِّسْل) с кясрой на «ра» и сукуном на «син», то есть в молоке, (так что дойная верблюдица) — «лика» (اللِّقْحَة) с кясрой на «лям», также встречается с фатхой; дойная верблюдица
Ан-Навави сказал: «лика» с кясрой на «лям» и с фатхой — два известных варианта, кясра более распространена; это верблюдица, недавно родившая, множественное число — «ликах» с кясрой на «лям» и фатхой на «каф», подобно «биркя» и «бирак»; а «люкух» — обладательница молока, множественное число — «ликах». Конец цитаты.
Слова его (из верблюдов) поясняют слово «лика», (будет достаточно) то есть её молока (для целой массы людей) — «аль-фи'ам» (الفئام) с хамзой по образцу «риджаль»; простонародье заменяет хамзу на «йа»: группа людей, не имеющая единственного числа от этого слова; здесь имеется в виду больше, чем племя, подобно тому, как племя больше, чем род. Ан-Навави сказал: «аль-фи'ам» с кясрой на «фа» и после неё протяжённой хамзой: это многочисленная группа; таково известное и признанное значение в языке и в риваяте хадиса, с кясрой на «фа» и с хамзой. Аль-Кади сказал: это понимание не признаёт тот, кто не допускает хамзу, а произносит слово с «йа». В «аль-Машарик» сказано: аль-Халиль передал это слово с фатхой на «фа»; автор «аль-Айн» упомянул его без хамзы и поместил в разделе буквы «йа»; аль-Хаттаби передал, что некоторые произносят его с фатхой на «фа» и удвоенной «йа», но это грубая ошибка. Конец цитаты.
(И дойная верблюдица) — в форме винительного падежа, сочинённого с именем «инна»; то есть дойная верблюдица (из коров будет достаточна для целого племени людей, и дойная верблюдица) — также в винительном падеже по указанной причине (из овец будет достаточна для целого рода людей). Ан-Навави сказал: знатоки языка сказали: «фахз» (род) — это группа родственников, меньшая, чем «батн» (клан), а «батн» меньше, чем «кабиля» (племя). Аль-Кади сказал: Ибн Фарис сказал: слово «фахз» здесь произносится только с сукуном на «ха», не иначе, в отличие от «фахз», обозначающего часть тела, которое может произноситься и с кясрой, и с сукуном. Конец цитаты.
Аль-Куртуби — да помилует его Аллах — сказал: «фахз» меньше племени и больше «батна». Аз-Зубайр ибн Бакар сказал: арабы делятся на шесть уровней: «шаб», «кабиля», «имара», «батн», «фахз», «фасыля», а то, что между ними из предков, знают лишь их обладатели. Они названы «шуб» (народами), потому что от них ветвятся племена; племена названы так, потому что «имара» противостоят друг другу на их основе; «шаб» объединяет племена, племя объединяет «имара», «имара» объединяет «батн», а «батн» объединяет «фахз». Ибн Фарис сказал: в родовом смысле слово «фахз» произносится только с сукуном на «ха», в отличие от органа тела, который произносится и с кясрой на «ха», и с сукуном, а также с кясрой на «фа». Конец цитаты.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: некоторые довели родословие арабов до десяти разрядов, и я изложил это в стихах:
Знай, что арабы в родословии на десять разрядов разделились, слушай же и извлеки пользу:
«Джизм», затем «джумхур», затем «шаб», затем «кабиль», «имара», «батн», затем «фахз», о благородный,
«Ашира», «фасиля», «рахт» — вот и конец, хотя некоторые составили это иначе.
(И вот, когда) — обстоятельство времени, связанное с глаголом «послал», а «ма» — замена на то, к чему добавляется; слова его (они) — подлежащее, сказуемое которого — слова его (таковы), то есть наслаждаются тем, что открыл им Аллах из благодати земли, а слова его (когда вдруг) выражают внезапность; то есть в один из моментов, когда они наслаждались приятной жизнью и обильным пропитанием, внезапно случилось так, что (послал Аллах) — Могуч Он и Велик — (благой ветер, который охватит их под их подмышками) — «абат» (آباط) с протяжённой хамзой: множественное число от «ибт» (подмышка), (и тот ветер изымет) — присвоение изъятия ветру здесь метафорическое — (дух каждого верующего и каждого мусульманина). Ан-Навави — да помилует его Аллах — сказал: так во всех рукописях Муслима — «и каждого мусульманина» с союзом «и», хотя, казалось бы, следовало ожидать разделительное «или», указывающее на неопределённость, поскольку между «верующим» и «мусульманином» разницы нет; цель здесь — усиление обобщения, а различие проводится с учётом различия двух качеств, как в откровении: «Это — аяты Писания и ясного Корана» (сура «Аль-Хиджр», 1), и в словах Всевышнего: «Воистину, мусульмане и мусульманки, верующие и верующие» (сура «Аль-Ахзаб», 35); либо это основывается на языковом различии между ними — что под «верующим» имеется в виду тот, кто подтверждает истину, а под «мусульманином» — тот, кто повинуется; но поскольку одно без другого не приносит пользы, обладатель обоих качеств представлен как единое лицо, и каждое из двух определений применено к нему на равных основаниях, либо потому что одно из этих качеств преобладает в нём на самом деле.
Ат-Тыби — да помилует его Аллах — сказал: повторение здесь означает всеохватность, то есть будет изъят дух всех лучших людей без исключения.
(И останутся худшие из людей) — «шарар» (شرار) с кясрой на «шин»: множественное число от «шарр» (худший), (которые будут смешиваться) то есть перемешиваться (в них), то есть в те времена, или на той земле, (подобно смешению ослов).
То есть: подобно их смешению — они совокупляются [прямо на улицах]; а сказано также: они враждуют друг с другом (يتخاصمون), ибо изначальный смысл слова «харадж» — это убийство и быстрый бег коня; [говорят] «харидж фи хадисихи», то есть: он смешал [речь]. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: то есть мужчина совокупляется с женщинами открыто, при людях, как это делают ослы, и никто на это не обращает внимания. А слово «аль-харадж» с сукуном на «вав» означает совокупление; говорят: «хараджа завджатаху», то есть совокупился с ней, «йахриджуха» — с фатхой, даммой или кясрой на «ра».
(«то на них наступит Час») то есть: не на кого иного. У Муслима далее приводится хадис: «Час не наступит иначе как на худших из людей», и уже приводился в «Книге веры» хадис: «Час не наступит, пока не перестанут говорить на земле: Аллах, Аллах», а Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис ан-Навваса ибн Сам'ана (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что передал только составитель (да помилует его Аллах) [Муслим].
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл (составитель) здесь [20/7343 и 7344] (2937), (Абу Дауд) в «Аль-Малахим» (4321), (ат-Тирмизи) в «Аль-Фитан» (2240), (Ибн Маджа) в «Аль-Фитан» (4126), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (4/181), (аль-Хаким) в «Аль-Мустадрак» (4/538), (ат-Табарани) в «Мусанад аш-Шамийин» (1/356), (Ибн Манда) в «Аль-Иман» (2/933), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (15/54), (Ибн Асакир) в «Тарих Димашк» (2/219), а Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (в числе них): указание на чудо Пророка ﷺ, поскольку он сообщил о том, что произойдёт, и это произойдёт так, как он сообщил ﷺ.
2 — (в числе них): указание на сильную озабоченность Пророка ﷺ упоминанием Даджаля и разъяснением того, что проявится через его руки из искушений для людей.
3 — (в числе них): указание на заботу Аллаха (Свят Он и Велик) и Его великую милость к этой умме, поскольку Он отводит от неё зло этого проклятого, так что каждый мусульманин способен отвести от себя искушение Даджаля, опровергнув его доводы и разрушив его обман.
4 — (в числе них): разъяснение некоторых сомнительных явлений, которые проявятся через руки Даджаля, как его повеление небу пролить дождь, а земле — вырастить растения за один день, так что его последователи благодаря этому обогащаются, вплоть до того, что тот, кто был бедным в начале дня, к концу дня становится одним из богачей.
5 — (в числе них): что в его словах ﷺ «оценивайте меру его» возможно содержится указание на облегчение для мусульман расчёта времени в тот период благодаря наличию измерительных приборов, подобных существующим ныне часам, или что-то в этом роде, а Аллах над всякой вещью властен.
6 — (в числе них): упоминание о нисхождении Исы (мир ему) как милости от Аллаха этой умме, поскольку он убивает Даджаля у врат Лудда, тем самым давая покой верующим и записывая гибель неверующим.
7 — (в числе них): разъяснение о выходе Йаджуджа и Маджуджа, «и они устремятся с каждой возвышенности» [Пророки: 96].
8 — (в числе них): разъяснение милости Аллаха Всевышнего к верующим, поскольку Он повелевает Исе (мир ему) укрыть их на горе (ат-Тур).
9 — (в числе них): разъяснение знамения Аллаха Всевышнего в погублении Йаджуджа и Маджуджа посредством ниспослания червя (ан-нагаф) в их шеи, из-за чего они умирают одной смертью.
10 — (в числе них): разъяснение о благом ветре, который явится в конце времён и заберёт душу каждого верующего мужчины и каждой верующей женщины, и это из милости Аллаха Всевышнего к верующим, чтобы их не застигла ужас наступления Часа, пока они живы.
11 — (в числе них): разъяснение того, что Час не наступит иначе как на худших из людей, то есть на неверующих — в унижение им и в отмщение им, а Аллах Всевышний знает лучше.
И по непрерывному иснаду до автора (да помилует его Аллах) в начале книги он сказал:
[7344] (…) — (Рассказал нам Али ибн Худжр ас-Сааади, [сказав]: рассказал нам Абдуллах ибн Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир и аль-Валид ибн Муслим — Ибн Худжр сказал: хадис одного из них вошёл в хадис другого — от Абд ар-Рахмана ибн Йазида ибн Джабира, с этим иснадом, подобно тому, что мы упомянули, и добавил после его слов: «Ведь здесь однажды была вода», — затем они [Йаджудж и Маджудж] продвигаются, пока не достигнут горы Хамар, а это гора Байт аль-Макдис, и говорят: мы уже убили тех, кто на земле, идёмте же, убьём тех, кто на небе! И они бросают свои стрелы в небо, и Аллах возвращает им их стрелы, обагрённые кровью. А в риваяте Ибн Худжра: «Ведь Я уже низвёл рабов Моих, с которыми никому не под силу сражаться»).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 — (Али ибн Худжр ас-Са'ди) аль-Марвази, о нём уже говорилось недавно.
2 — (Абдуллах ибн Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир) аль-Азди, Абу Исмаил ад-Димашки, надёжный (сика) [8].
Он передавал от своего отца, своего дяди Йазида, Исмаила ибн Убайдуллаха ибн Абу аль-Мухаджира, Мухаммада ибн аль-Хаджжаджа аль-Хаулани и других.
От него передавали аль-Валид ибн Муслим, Марван ибн Мухаммад, Сулейман ибн Абд ар-Рахман, Мухаммад ибн аль-Мубарак ас-Сури, Хишам ибн Аммар, Али ибн Худжр и другие.
Аль-Хусайн ибн аль-Хасан ар-Рази передал от Ибн Ма'ина: «В нём нет вреда», так же сказал ан-Насаи. Абу Хатим сказал: «Достойный хадиса» (салих аль-хадис). Ибн Хиббан упомянул его в «Ас-Сикат». Его отец был старше него на тринадцать или четырнадцать лет.
Его хадис приводили составитель [Муслим], Абу Дауд в «Аль-Кадар», ат-Тирмизи и ан-Насаи, и у них у него нет [других хадисов], кроме этого.
Остальные два [передатчика] были упомянуты ранее.
Его слова: (хадис одного из них вошёл в хадис другого) — то есть: что хадис Абдуллаха ибн Абд ар-Рахмана и хадис аль-Валида ибн Муслима перемешались, так что не различить хадис одного от хадиса другого, и подобное не вредит, поскольку оба они надёжны (сика), и подобное этому уже приводилось в хадисе аз-Зухри о случае с клеветой (аль-ифк), так не забывай об этом.
Его слова: (с этим иснадом и далее) — то есть: от Йахйи ибн Джабира ат-Таи, от Абд ар-Рахмана ибн Джубайра, от его отца, от ан-Навваса ибн Сам'ана (да будет доволен им Аллах).
Его слова: (и добавил после его слов и далее) — подлежащим при «добавил» является местоимение, [указывающее на] Али ибн Худжра.
Его слова: (затем они продвигаются) — то есть Йаджудж и Маджудж, (пока не достигнут), то есть пока не дойдут, (горы Хамар) — с «ха», диакритической, и «мим», обе с фатхой, и передатчик пояснил это своими словами: (а это гора Байт аль-Макдис). А «аль-хамар» изначально — это переплетённые деревья, скрывающие того, кто в них находится.
(и говорят: мы уже убили тех, кто на земле) — то есть всех, кто из них появился, а ранее было сказано, что Иса (мир ему) укрыл верующих на горе (ат-Тур), так что Йаджудж и Маджудж не узнали о них.
Его слова: (идёмте же) — в значении «подойдите». Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: «халумма» — слово, означающее призыв к чему-либо, подобно тому как говорят «та'аль». Аль-Халиль сказал: его основа — «лумма», от «собирания и объединения», отсюда: «собрал Аллах его разбросанное». Как будто призывающий хотел сказать: «собери себя к нам», а «ха» — для привлечения внимания, и была отброшена «алиф» для облегчения из-за частого употребления, и оба [элемента] были сделаны одним словом. А сказано также, что его основа: «халь умма», то есть «имелось намерение», и движение хамзы было перенесено на «лям», а сама она выпала, затем оба стали одним словом призыва. Жители Хиджаза обращаются с ним в одной форме и для мужского, и для женского рода, и в единственном, и во множественном числе, и на это указывает слово Всевышнего: «и говорящих своим братьям: идите к нам» [Сонмы: 18]. А в наджадском наречии к нему присоединяются местоимения, и оно согласуется [с родом и числом], так что говорят: «халумми», «халумма», «халумму», «халмумна», поскольку они делают его глаголом и присоединяют к нему местоимения, как присоединяют их к «кум», «кума», «куму», «кумна». Абу Зайд сказал: использование его в одной форме для всех — из наречия племени Укайль, и на это опирается [племя] Кайс после него, а присоединение местоимений — из наречия бану Тамим, и на это опирается большинство арабов. Оно употребляется как непереходное, например: «идите к нам», то есть: подойдите, и как переходное, например: «приведите ваших свидетелей» [Скот: 150], то есть: приведите их. Конец [цитаты].
Его слова: (убьём же тех, кто на небе) — то есть ангелов.
Его слово (فَيَرْمُونَ بِنُشَّابِهِمْ — «и они стреляют своими стрелами»): аль-Кари сказал: буква «ба» здесь избыточна, (إِلَى السَّمَاءِ — «в небо»); то есть Йаджудж и Маджудж пускают свои стрелы в направлении неба.
Слово «нушшаб» (النُّشَّاب) — с даммой над «нун» и удвоенной «шин», в единственном числе «нушшаба» — это стрелы (النبل), производное от «нашиба аш-шайу фи-ш-шайи» (نَشِبَ الشيءُ في الشيء) по образцу «та‘иба» — «нушуб» (نُشُوبًا): застрять, вонзиться; отсюда «нашиб» (نَاشِبٌ) — застрявший.
Его слово (مَخْضُوبَةً دَمًا — «окрашенные кровью»); то есть окрашенные, а «дама» — обстоятельство уточнения (تمييز). Это — хитрость (مكر) и постепенное вовлечение (استدراج) со стороны Него, Всевышнего, притом что возможно, что их стрелы попадут в каких-либо птиц в небе, и в этом содержится указание на то, что их порок и зло охватывают как нижний, земной мир, так и верхний, небесный.
Его слово (لَا يَدَيْ لأَحَدٍ بِقِتَالِهِمْ — «ни у кого нет силы сражаться с ними»); Али ибн Худжр сказал: слово «ля йадай» (لا يدي) стоит в форме двойственного числа взамен слов Зухайра «ля йадан» (لا يدان); «йадай» стоит в винительном падеже как имя частицы «ля», отрицающей род, и признаком его винительного падежа служит «йа», поскольку это слово из числа тех, что в двойственном числе принимают в именительном падеже «алиф», а в винительном и родительном — «йа»; оно присоединено изафетно к слову «ахад» (أحد), а «лям» здесь избыточна. И Аллах Всевышний знает лучше.
[Примечание]: этот риваят Али ибн Худжра приводит ат-Тирмизи, да помилует его Аллах, в своём «Джами‘» с иснадом составителя, и он сказал:
(2240) — Передал нам Али ибн Худжр, [сказал]: сообщил нам аль-Валид ибн Муслим и Абдуллах ибн Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир, — часть хадиса одного из них вошла в хадис другого, — от Абд ар-Рахмана ибн Йазида ибн Джабира, от Йахйи ибн Джабира ат-Таи, от Абд ар-Рахмана ибн Джубайра, от его отца Джубайра ибн Нуфайра, от ан-Навваса ибн Сам‘ана аль-Килаби, который сказал: однажды утром Посланник Аллаха ﷺ упомянул о Даджжале, и говоря о нём, то понижал голос, то повышал, так что мы подумали, что он [Даджжаль] находится где-то среди пальмовой рощи. Мы разошлись от Посланника Аллаха ﷺ, а затем вернулись к нему, и он заметил это по нашим лицам и спросил: «Что с вами?» Мы сказали: «О Посланник Аллаха, ты упомянул утром Даджжаля, то понижая голос, то повышая его, так что мы подумали, что он находится где-то среди пальмовой рощи». Он сказал: «Иное, чем Даджжаль, страшит меня за вас больше. Если он выйдет, а я буду среди вас, то я буду его противником вместо вас; а если он выйдет, а меня не будет среди вас, то каждый человек сам будет отвечать за себя, и Аллах — мой преемник над каждым мусульманином. Он — юноша с курчавыми волосами, с потухшим глазом, похожий на Абд аль-Уззу ибн Катана. Кто из вас увидит его, пусть прочитает начальные аяты суры «Люди пещеры»». Он сказал: «Он выйдет между Шамом и Ираком и будет сеять порок вправо и влево. О рабы Аллаха, будьте стойки!» Мы спросили: «О Посланник Аллаха, а сколько он пробудет на земле?» Он ответил: «Сорок дней: день, подобный году, день, подобный месяцу, день, подобный неделе, а остальные его дни подобны вашим обычным дням». Мы спросили: «О Посланник Аллаха, а видишь ли, в тот день, что подобен году, — достаточно ли нам будет молитв одного дня?» Он сказал: «Нет, но рассчитывайте для него [время] по соразмерности». Мы спросили: «О Посланник Аллаха, а какова его скорость на земле?» Он ответил:
«Подобна дождевой туче, которую подгоняет ветер сзади. Он приходит к людям и призывает их, а они отвергают его и не принимают его слов; тогда он уходит от них, а их имущество следует за ним, и наутро у них не остаётся ничего в руках. Затем он приходит к другим людям и призывает их, и они откликаются на его призыв и верят ему; тогда он велит небу пролить дождь, и оно проливает дождь, и велит земле дать растительность, и она даёт растительность, так что их скот вечером возвращается к ним настолько тучным, насколько только может быть, с самыми высокими горбами, самыми полными боками и самыми обильными выменами. Затем он приходит к развалинам и говорит им: «Извлеки свои сокровища», и они выходят из неё, следуя за ним, подобно рою пчёл. Затем он призывает юношу, полного молодости, и рассекает его мечом на две части, а затем зовёт его, и тот подходит с сияющим лицом, смеясь. И вот, пока это происходит, вдруг спускается Иса, сын Марьям, к востоку от Дамаска, у белого минарета, облачённый в две одежды, окрашенные шафраном, положив руки на крылья двух ангелов. Когда он опускает голову, с неё стекают капли, а когда поднимает её, с неё скатываются капли, подобные жемчугу. И, — сказал он, — не почувствует никто дыхания его, кроме как умрёт, а дыхание его достигает предела его взора. Он преследует [Даджжаля], пока не настигнет его у ворот Лудда, и убивает его. Затем он остаётся [на земле] столько, сколько пожелает Аллах. Затем Аллах внушает ему откровение: «Отведи Моих рабов в безопасное место к горе, ибо Я послал рабов, против которых никто не в силах сражаться». И тогда Аллах посылает Йаджуджа и Маджуджа, а они, как сказал Аллах: «стремительно сходят с каждой возвышенности» (сура «Пророки», 21:96). Первые из них проходят мимо Тивериадского озера и выпивают всё, что в нём есть, а когда проходят последние из них, они говорят: «Здесь когда-то была вода». Затем они продолжают путь, пока не достигнут горы Байт аль-Макдис, и говорят: «Мы уже перебили тех, кто на земле, давайте перебьём и тех, кто на небе», — и пускают свои стрелы в небо, а Аллах возвращает им их стрелы, окрашенные кровью. И Иса, сын Марьям, и его спутники окажутся в осаде, так что голова быка в тот день будет для одного из них лучше, чем сотня динаров для одного из вас сегодня. Тогда Иса, сын Марьям, и его спутники обратятся с молитвой к Аллаху, и Аллах пошлёт на них червя [нагаф] в их шеи, и они наутро окажутся поверженными мёртвыми, как одна душа. Затем Иса и его спутники спустятся, и не найдут ни пяди земли, не заполненной их жиром, зловонием и кровью. Тогда Иса обратится с молитвой к Аллаху вместе со своими спутниками, и Аллах пошлёт на них птиц, подобных шеям верблюдов-бактрийцев, которые унесут их и сбросят в аль-Мехбаль. А мусульмане будут разжигать огонь из их луков, стрел и колчанов в течение семи лет. Затем Аллах пошлёт на них дождь, от которого не укроется...