Он сказал: «Если кто-то из вас находится за трапезой, пусть не спешит покинуть её, пока не удовлетворит свою нужду [в еде], даже если объявлено начало молитвы». Конец [цитаты].
Что касается риваята Ибн Джурайджа, то его привёл также Абу Аввана в своём «Мусанаде» (1/359), сказав:
(1294) Передал нам Йазид ибн Синан, сказал: передал нам Хаммад ибн Мас‘ада, сказал: передал нам Ибн Джурайдж, от Нафи‘а, от Ибн Умара, от Пророка ﷺ, который сказал: «Если кому-то из вас подан ужин, пусть не спешит покинуть его». Конец [цитаты].
Он также сказал (1/360):
(1295) Передал нам Абу Хумайд аль-Масисси, сказал: передал нам Хаджжадж, от Ибн Джурайджа, который сказал: сообщил мне Нафи‘, что Ибн Умару подавали еду, когда уже был объявлен азан на молитву магриб, а затем объявлялось начало молитвы, и он слышал это, но не оставлял свой ужин и не спешил, пока не заканчивал ужинать, а затем выходил и молился. Он говорил: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Не спешите покинуть свой ужин, если он подан вам». Конец [цитаты].
Что касается риваята Айюба, то его привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(5772) Передал нам Аффан, передал нам Вухайб, передал нам Айюб, от Нафи‘а, от Ибн Умара, от Пророка ﷺ, который сказал: «Если подан ужин и объявлено начало молитвы, то начинайте с ужина». Он сказал: и однажды Ибн Умар ужинал, слыша при этом чтение имама. Конец [цитаты].
А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, и Он — наша достаточность и наилучший Покровитель.
По непрерывному санаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1250] (560) — Передал нам Мухаммад ибн Аббад, передал нам Хатим — он же Ибн Исмаил (в одном из списков: «и он»), — от Йа‘куба ибн Муджахида, от Ибн Аби Атика, который сказал: беседовал я с аль-Касимом у Аиши (да будет доволен ею Аллах), и аль-Касим был человеком, часто ошибавшимся в речи (в одном из списков: «лухнатан»), и он был сыном невольницы-матери [ребёнка господина]. Аиша сказала ему: «Что с тобой, почему ты не говоришь так, как говорит этот сын моего брата? Ведь я знаю, откуда это у тебя: этого воспитала его мать, а тебя воспитала твоя мать». [Ибн Аби Атик] сказал: аль-Касим разгневался и затаил на неё [обиду], а когда увидел, что принесли столик Аиши [с едой], встал. Она спросила: «Куда?» Он ответил: «Молиться». Она сказала: «Сядь». Он сказал: «Я иду молиться». Она сказала: «Сядь, изменник! Я слышала Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Нет молитвы при наличии еды (в одном из списков: «при наличии некоей еды»), и [нет молитвы] у того, кого одолевают две нужды [естественные потребности]»».
Передатчики этого иснада — их пятеро:
1 — (Мухаммад ибн Аббад) ибн аз-Зибрикан аль-Макки, переселившийся в Багдад, — правдивый передатчик, [иногда] допускающий ошибки [10-й разряд], (умер в 234 г.) (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа); ранее упоминался в «Введении» 4/19.
2 — (Хатим ибн Исмаил) аль-Хариси, их вольноотпущенник, Абу Исмаил аль-Мадани, куфиец по происхождению, — правдивый передатчик, [иногда] допускающий ошибки, [но] с достоверной книгой [8-й разряд], (умер в 186 или 187 г.) (все шесть авторов сборников); ранее упоминался в «Молитве» 42/1086.
3 — (Йа‘куб ибн Муджахид) аль-Курайши, Абу Хазра — с фатхой над «ха» и сукуном над «за» — аль-Мадани, проповедник (аль-касс), вольноотпущенник рода Бану Махзум. Говорят, что его кунья — Абу Юсуф, а «Абу Хазра» — прозвище; правдивый передатчик [6-й разряд].
Передавал от Салямы ибн Аби Салямы ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, от его двоюродного брата аль-Хасана ибн Усмана ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, от Убады ибн аль-Валида ибн Убады ибн ас-Самита, от Абдуллаха ибн Аби Атика ибн Мухаммада ибн Абу Бакра ас-Сиддика, от Мухаммада ибн Ка‘ба аль-Курази, от аль-Касима ибн Мухаммада ибн Абу Бакра и от других.
От него передавали Йахья ибн Са‘ид аль-Ансари — он старше него, — Ханзала ибн Амр ар-Раккы, Исмаил ибн Джафар, Хатим ибн Исмаил, Йахья ибн Са‘ид аль-Каттан, Сафван ибн Иса и другие.
Абу Зур‘а сказал: «В нём нет проблемы». Ан-Насаи сказал: «Надёжен (сика)». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных» и сказал: «Умер в Александрии в сто пятидесятом году, либо в сто сорок девятом; он был проповедником». В сто сорок девятом [году его смерть] датировал Ибн Са‘д, добавив: «У него было немного хадисов». Аль-Укайли сказал: передал нам Мухаммад ибн Иса, передал нам Ибрахим ибн Са‘ид аль-Джаухари, от Ибн Ма‘ина, который сказал: «Абу Хазра — с относительно неплохими хадисами (суайлих аль-хадис), слышал от аль-Касима ибн Мухаммада».
От него приводили хадисы аль-Бухари в «Адаб аль-муфрад», автор [Муслим] и Абу Дауд. В этой книге у него всего два хадиса: этот — под номером (560), и хадис (3014): «Кто дал отсрочку испытывающему нужду или простил ему [долг], того укроет Аллах [своей тенью]...» — длинный хадис, который приводится далее в «Книге о воздержании и увещеваниях».
4 — (Ибн Аби Атик) — это Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Бакр ас-Сиддик, известный как Ибн Аби Атик, Абу Бакр аль-Мадани, — правдивый передатчик, склонный к шутливости [3-й разряд].
Передавал от тётки своего отца Аиши, от Ибн Умара и от Амира ибн Са‘да.
От него передавали его сыновья: Абд ар-Рахман и Мухаммад, а также Халид ибн Са‘д, Амр ибн Динар, Мухаммад ибн Исхак, Абу Хазра Йа‘куб ибн Муджахид аль-Мадани и другие.
Аль-Иджли сказал: «Мадани, таби‘и, надёжен (сика)». Мус‘аб аз-Зубайри сказал: «Был праведным человеком, и в нём была шутливость». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных». Аз-Зубайр ибн Баккар сказал: «Он слышал от Аиши и заходил к ней во время её болезни, от которой она умерла, и сказал: «Как ты себя чувствуешь? Да сделает меня Аллах выкупом за тебя!» Она ответила: «Я на исходе». Он сказал: «Тогда нет [нужды спрашивать]»». Аз-Зубайр сказал: сообщил мне Абдуллах ибн Касир ибн Джафар, что Аиша ехала на муле и вышла, чтобы помирить своих слуг и слуг Ибн Аббаса, и её застал Ибн Аби Атик, который сказал: «Пусть будет свободным всё, чем ты владеешь, если ты не вернёшься!» Она спросила: «Что тебя побудило к этому?» Он ответил: «Не успел закончиться для нас день верблюда [битва при Джамале], как настал день мула».
От него приводили хадисы аль-Бухари, автор [Муслим], ан-Насаи и Ибн Маджа.
5 — (Аиша) (да будет доволен ею Аллах) — упоминалась ранее, за два хадиса до этого.
Тонкости этого иснада:
1 — Одна из них: этот иснад — из «пятизвенных» [хадисов] автора (да помилует его Аллах), и в нём встречаются формы «передал нам» (тахдис) и «от» (ан‘ана).
2 — Из них: этот иснад — «мусальсаль» [единый по качеству] по мединцам, за исключением его шейха [Мухаммада ибн Аббада], который мекканец, а затем багдадец.
3 — Из них: в нём присутствует Аиша (да будет доволен ею Аллах) — одна из семи, передавших наибольшее число хадисов; она передала (2210) хадисов.
Комментарий к хадису:
Его слово (от Ибн Аби Атика) — с фатхой над «айн» и кясрой над «та»: это Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Бакр ас-Сиддик, который (сказал: «Беседовал я») — [здесь] использовано отделяемое местоимение, чтобы можно было присоединить явное [имя] к слитному местоимению, как сказано в «Хуласе»:
«Если ты присоединяешь [что-либо] к слитному местоимению именительного падежа — отдели [его] отделяемым местоимением, либо любым иным разделителем; а без разделителя это встречается в поэзии часто, но считай это слабым [употреблением]».
Его слово (аль-Касим) — это Ибн Мухаммад ибн Абу Бакр ас-Сиддик ат-Тайми, надёжный и подтверждённый [передатчик], один из знатоков фикха Медины. Айюб сказал: «Я не видел никого лучше него». [Он] из старших представителей третьего разряда, умер в 106 году по достоверному мнению; его биография приводилась ранее в «Хайд» 3/6950.
Его слово (у Аиши... беседу, и аль-Касим был человеком, часто ошибавшимся в речи) — с фатхой над «лям» и удвоением «ха»: то есть много допускающим ошибки в речи (лахн). Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал: его слово «рагулян лаххана» — так у ас-Самарканди. Этим выражением арабы пользовались для усиления [значения]: говорили «лаххана» о том, кто часто ошибается, и «алляма» о том, кто обладает большим знанием. У аль-Узри и Ибн Аби Джа‘фара встречается «лухната» — с даммой над «лям» и сукуном над «ха», и это то же самое по смыслу, то есть он ошибается в своей речи, и люди приписывают ему ошибки. Форма «фу‘ля» — с даммой над «фа» и сукуном над «айн» — используется для того, в отношении кого люди наблюдают это [качество], подобно «худ‘а» — для того, кого обманывают, и «хуз’а» — для того, над кем насмехаются. А форма «фу‘аля» — с фатхой над «айн» — [используется] в противоположном смысле, то есть для того, кто сам совершает это по отношению к другим, как говорят «сура‘а» о том, кто побеждает [в борьбе] людей, «хуза’а» о том, кто насмехается над ними, и «худа‘а» о том, кто их обманывает. Конец [цитаты].
Его слово (и был) — то есть аль-Касим (сыном невольницы-матери [ребёнка господина]) — Ибн Са‘д сказал в «Табакат»: его мать была невольницей-матерью, которую звали Сауда. Конец [цитаты].
Фраза «а он был сыном невольницы» — разъяснение причины того, почему в его речи было много грамматических ошибок, как если бы он сказал: он был склонен к ошибкам в речи потому, что его мать была неарабкой, не владевшей арабским языком в совершенстве, и он выучил речь от неё, как это разъяснила Аиша (да будет доволен ею Аллах) в своих последующих словах.
(И сказала ему Аиша) (да будет доволен ею Аллах) (что с тобой) — «ма» здесь вопросительное, то есть: что за вещь случилась с тобой?
(не) — отрицательная частица, (говоришь) — с фатхой на «та», изначально «татахаддасу» с двумя «та», одна из которых была опущена ради облегчения произношения, как сказано в «Хуляса»:
«И то, что начинается с двух «та», иногда сокращают до одной, как «табайяну-ль-ибар»».
(так, как говорит сын моего брата) — она имеет в виду сына Абу Атика, назвав его сыном своего брата в переносном смысле, поскольку он был сыном Мухаммада ибн Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра ас-Сиддика, то есть внуком её брата Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра ас-Сиддика. (О!) — частица привлечения внимания и предупреждения, подобная «аля» (поистине я) — «инни» с кясрой на хамзе, поскольку она стоит в начале предложения (уже знаю, откуда это к тебе пришло) — то есть от чего случилась с тобой ошибка в речи и отсутствие красноречия, подобного его красноречию (этот) — то есть сын Абу Атика (воспитала его) — с усилением буквы «даль» для придания значения интенсивности. Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «адабту-ху адбан», от глагола на образец «дараба»: я обучил его дисциплине души и добрым нравам». Абу Зейд аль-Ансари сказал: «адаб» относится ко всякой похвальной дисциплине, через которую человек воспитывается в одном из достоинств». Аль-Азхари сказал нечто подобное. Так «адаб» — имя для этого, множественное число — «адаб», как «сабаб» и «асбаб». А «адабту-ху таъдибан» — форма усиления и множественности; отсюда говорят: «адабту-ху таъдибан» — если наказал его за проступок, поскольку это причина, побуждающая к истинному воспитанию. Конец цитаты. (Его мать) — это Румайса, дочь аль-Хариса ибн Хузайфы ибн Малика ибн Раби'а, из рода бану Фирас ибн Ганм ибн Малик ибн Кинана, а смысл в том, что множество грамматических ошибок в твоей речи пришло к тебе именно от обучения твоей матери, потому что она была неарабкой (а ты) — имеется в виду аль-Касим (тебя воспитала твоя мать) — то есть она была красноречива, и красноречие пришло к нему от неё.
Суть того, на что указала Аиша (да будет доволен ею Аллах) в этих словах, состоит в том, что поскольку мать аль-Касима не была красноречивой арабкой и он воспитывался у неё, он не стал красноречивым, но был склонен к грамматическим ошибкам. А что касается сына Абу Атика, то поскольку его мать была красноречивой арабкой — ведь она была из рода бану Фирас ибн Ганм, как мы упомянули выше — и она воспитала его в своём красноречии, он стал красноречивым. Аллах Всевышний знает лучше.
(Сказал) сын Абу Атика (и разгневался) — с кясрой на «дад» с точкой (аль-Касим ибн Мухаммад) (и обиделся на неё) — с фатхой на хамзе и на «дад» с точкой, и с усилением буквы «ба»: то есть возненавидел. Аль-Файюми сказал: «адд-дабб» — это ненависть. А в «Аль-Камус» сказано: «Ад-дабб» —
гнев и ненависть, и можно читать с кясрой. Конец цитаты. Отсюда следует, что «дад» здесь с фатхой, но допустимо и с кясрой, пойми это. (Когда же увидел) — то есть аль-Касим (стол Аиши) (да будет доволен ею Аллах). Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «Слово «маида» (стол) производно от «мада — ямиду»: когда дают, и это форма действительного причастия в значении страдательного, потому что владелец «мада-ха» (дал её) людям, то есть дал им её. А по другому мнению, оно производно от «мада — ямиду»: когда двигается, и тогда это имя действия в своей обычной форме». Конец цитаты. (уже принесённого) — в форме страдательного залога, то есть принесённого (к ней) — то есть к столу (встал) — то есть чтобы не есть её еду, из гнева на неё (сказала) Аиша (да будет доволен ею Аллах) (куда?) — то есть в какое место ты встаёшь от места стола? (сказал) аль-Касим (я молюсь. Сказала: садись. Сказал: поистине, я молюсь) — повторил, поскольку его гнев на неё усилился (сказала: сядь, о обманщик) — «гудару» с даммой на «гайн» с точкой и фатхой на «даль» без точки, это форма без буквы обращения, то есть «о обманщик». Знатоки языка сказали: «аль-гадр» — это нарушение верности, а того, кто предал, называют «гадир» и «гудар», и чаще всего это используется в обращении в качестве оскорбления, как сказано в «Хуляса»:
«И распространилось в поругании мужчин форма «фуал», и не бери это за образец, и в стихах используй форму «фул»».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: она сказала ему «гудар» потому, что он был обязан почитать её, ведь она — мать верующих, его тётка, старше его, наставляла его и воспитывала, и его долгом было терпеть её, а не гневаться на неё. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: её слово «гудар» означает «о обманщик», и была использована эта форма вместо обычной ради усиления значения множественности, и приписывание ему обмана — из-за того, что он проявил, будто оставил её еду из-за молитвы, а то, что исходило от Аиши (да будет доволен ею Аллах) в отношении аль-Касима, было сделано ею для того, чтобы поднять его решимость и побудить его стремиться к учению и совершенствованию своей речи. Конец цитаты.
Затем она обосновала свой запрет ему молиться в том месте, сказав:
(поистине я) — «инни» с кясрой на хамзе, поскольку она стоит в начале предложения, как сказано в «Хуляса»:
«Ставь кясру в начале предложения и в начале придаточного, и там, где «инна» дополняет клятву».
(слышала Посланника Аллаха ﷺ говорящим: «Нет) — отрицающая род частица, действующая подобно «инна», как сказано в «Хуляса»:
«Придай действие «инна» частице «ля» в неопределённом имени, единственном ли, которое к тебе пришло, или повторённом».
А её имя — его слово: (молитвы) — оно стоит в родовом падеже без огласовки; из-за слитности с частицей это мнение басрийцев, а по мнению куфийцев оно стоит в винительном падеже, а его танвин выпал ради облегчения произношения. А его слово: (при присутствии еды) связано с частицей «ля». В одной из версий: «при присутствии еды» с неопределённой формой.
А в риваяте Абу Дауда: «нет молитвы при присутствии еды», и сказано в «Аль-Манхаль»: то есть нет молитвы при присутствии еды, к которой тянется душа, кроме как после еды и удовлетворения душой своей потребности в еде. А отрицание здесь в значении запрета, для нежелательности по мнению большинства учёных, и для строгого запрета по мнению приверженцев буквального толкования, Ибн Хазма, Абу Саура и группы учёных, и они категорически утверждали недействительность молитвы, если её [еду] подали, а еда, которая легко доступна вскоре, подобна присутствующей.
Собиратель [этой книги] — да простит его Аллах — говорит: в его словах «а еда, которая легко доступна, подобна присутствующей» есть очевидное сомнение; ведь его слово «если подали» и также «если поднесли» и другие выражения это отвергают, и правильнее ограничить это тем, что присутствует, следуя внешнему смыслу выражений, так что имей это в виду. Аллах Всевышний знает лучше.
Он сказал: и это [действует], если время [молитвы] не сужается так, что появляется опасение выхода времени молитвы, а иначе он молится обязательно и не откладывает её, соблюдая неприкосновенность времени; это то, к чему склонилось большинство учёных, основываясь на том, что передано от Джабира (да будет доволен им Аллах), что Пророк ﷺ сказал: «Не откладывайте молитву ради еды и ни ради чего иного», передал аль-Багави в «Шарх ас-сунна».
Ибн аль-Мулак сказал: этот хадис толкуется применительно к случаю, когда [человек] стойко владеет собой, и голод его не тревожит, или же время сужено и есть опасение его упущения; это ради согласования между хадисами. Конец цитаты.
Собиратель [этой книги] — да простит его Аллах — говорит: упомянутый хадис Джабира (да будет доволен им Аллах) передал также Абу Дауд в своём «Сунан», и он слабый, поэтому на него нельзя опираться, так что имей это в виду.
(и не [в состоянии], когда его теснят два скверных [нужды]) — то есть нет молитвы в состоянии, когда человека теснят два скверных, форма двойственного числа от «аль-ахбас», то есть моча и кал.
Ат-Тиби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «и не он теснят его два скверных» — аль-Ашраф сказал: это...
Синтаксическую конструкцию я не буду разбирать досконально, но скажу: можно сказать, что первое «ла» служит для отрицания рода, а «в присутствии еды» — его сказуемое; второе «ла» избыточно и добавлено для усиления, и это предложение присоединено к предыдущему сочинительным союзом. Слово «он» — подлежащее, «отвлекает его» — сказуемое, здесь имеется пропуск, подразумевается: «и нет молитвы в то время, когда его отвлекают в ней два зловонных [естественных отправления]», то есть человек сдерживает два зловонных отправления, дабы совершить молитву, а эти два зловонных отправления отвлекают его от молитвы. Возможно также толковать «взаимное отвлечение» как усиленную форму глагола «отвлекать» (в смысле преувеличения). Также возможно, что имя второго «ла» и его сказуемое пропущены, а слова «он, отвлекающий его» — обстоятельство состояния, то есть: «нет молитвы у молящегося, когда его отвлекают два зловонных отправления»; это подтверждается риваятом: «пусть человек не молится, когда его отвлекают два зловонных отправления». Подобный пропуск допустим. Конец слов ат-Тайби (да помилует его Аллах).
В «Мират» сказано: «взаимное отвлечение» может пониматься либо в буквальном смысле — то есть человек сдерживает два зловонных отправления, дабы совершить молитву, а они отвлекают его от неё, — либо в смысле усиленного «отвлечения». Это относится к случаю, когда есть такое отвлечение. Если же человек не находит в себе такой тяжести и отвлечения нет, то нет запрета совершать молитву в таком состоянии. А при наличии отвлечения молитва не одобряется — говорят, что это нежелательность, связанная с недостатком смиренности (хушу‘). Если же человек боится, что выйдет время молитвы, если он сначала займётся отправлением нужды и избавлением от этих двух зловонных состояний, то он совершает молитву прежде, и она действительна, хотя и нежелательна, и желательно её повторить, но это не обязательно по мнению большинства, как сказал ан-Навави. От захиритов передаётся, что такая молитва недействительна. Конец.
Собиратель, да простит его Аллах, говорит: то, что сказали захириты, — предпочтительность этого мнения очевидна, исходя из явного смысла текстов; так что обрати на это внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
В «Манхаль» сказано: то, что говорят — будто в этом есть предпочтение права раба перед правом Всевышнего Аллаха, — отвергается тем, что дело не так: в этом, напротив, содержится сохранение права Всевышнего Аллаха, дабы раб входил в поклонение со смиренным сердцем, не занятым ничем иным.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: слова «нет молитвы в присутствии еды» и далее — явный смысл этого текста указывает на отрицание действительности и достаточности молитвы; к этому склонились захириты в вопросе о еде. Некоторые наши сподвижники истолковали хадис о взаимном отвлечении двумя зловонными отправлениями так, что если это его занимало настолько, что он не понимал, как молился, то он и есть тот, кто повторяет молитву — как до, так и после выхода времени. А если это занимало его занятостью, не мешающей ему исполнять предписанные ей ограничения, и он молился, сдвинув бёдра, то он повторяет молитву в пределах времени; это явный смысл слов Малика в этом вопросе. А аш-Шафии и ханафиты в подобном случае считают, что повторения не требуется.
Кади Абу-ль-Фадль сказал: все они единогласны в том, что тот, кого это довело до состояния, при котором он не осознаёт свою молитву и не соблюдает её ограничения, — его молитва не засчитывается, и ему нельзя входить в молитву в таком состоянии; а если это состояние настигло его во время молитвы, он должен её прервать. Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — помощь, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) относится к тем, что передал автор (да помилует его Аллах) в одиночку.
(Второй вопрос): о его извлечении:
Его приводит (автор) здесь [16/1250 и 1251] (560), (Абу Дауд) в «Книге очищения» (89), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (6/43, 54 и 73), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (933), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2073 и 2074), (аль-Хаким) в «Мустадраке» (1/168), (ат-Тахави) в «Мушкиль аль-Асар» (2/404-405), (Абу Аваана) в своём «Мусанаде» (1296), (Абу Нуайм) в своём «Мустахрадже» (1225 и 1226), (аль-Байхаки) в «Кубра» (3/71 и 72), (аль-Багави) в «Шарх ас-Сунна» (801 и 802). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (из них): запрет молиться в присутствии еды. Аль-Хаттаби (да помилует его Аллах) сказал: Пророк ﷺ повелел начинать с еды, чтобы душа получила от неё своё удовлетворение, и человек входил в свою молитву со спокойной душой, не борющейся с желанием еды, которое поторопило бы его завершить поклоны и земные поклоны и исполнить её обязанности надлежащим образом. То же самое, если его отвлекают моча и испражнения — из-за этого пропадает нечто подобное. Это в случае, если время молитвы обширно; а если нет, то он начинает с молитвы. Конец.
2 — (из них): этот хадис указывает на то, что понимание слова «молитва» в его словах ﷺ: «когда подан ужин кого-либо из вас и объявлена молитва, начинайте с ужина» в общем смысле предпочтительнее; потому что слово «молитва» в этом хадисе — неопределённое существительное в контексте отрицания, и нет сомнения, что это одна из форм всеобщности; и потому что слово «еда» — безусловное, не ограниченное ужином. Явный смысл таков, что упоминание вечерней молитвы (магриб) в прошедшем хадисе Анаса (да будет доволен им Аллах) — это указание на некоторые частные случаи общего, а не ограничение общего. А Аллах Всевышний знает лучше.
3 — (из них): запрет молиться при взаимном отвлечении двумя зловонными отправлениями — мочой и испражнениями, и к этому же присоединяется всё, что имеет подобный смысл из того, что занимает сердце и лишает молитву полноты смиренности. Имам Ибн Хиббан (да помилует его Аллах) сказал: человеку запрещено молиться при наличии позыва к моче и испражнению, а скрытая причина этого запрета — в том, что одно из них может поторопить его так, что он не сможет совершить молитву надлежащим образом, как того требует её цель. Доказательством этого служит явное указание в речи: «и когда его не отвлекают два зловонных [позыва]», — а не было сказано: «и когда он не испытывает эти два зловонных [позыва]»; и объединение двух зловонных [позывов] имело целью указать на их совместное наличие, а также на наличие каждого из них по отдельности, а не только их совместное наличие без отдельного. Конец его слов (да помилует его Аллах). А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1251] (…) — (Рассказали нам Йахья ибн Аюб, Кутайба ибн Саид и Ибн Худжр, они сказали: рассказал нам Исмаил, он же Ибн Джафар, сообщил мне Абу Хазра аль-Касс от Абдуллаха ибн Абу Атика от Аиши от Пророка ﷺ подобным образом, но не упомянул в хадисе историю о аль-Касиме).
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — (Йахья ибн Аюб) аль-Макабири аль-Багдади, надёжный, благочестивый [10] (умер 234) (خ عخ م د عس) — упомянут ранее в «Книге веры» 2/110.
2 — (Кутайба ибн Саид) ас-Сакафи, Абу Раджа аль-Багляни, надёжный, твёрдый [10] (умер 240) (ع) — упомянут ранее в «Введении» 6/50.
3 — (Ибн Худжр) — это Али ибн Худжр ас-Саади аль-Марвази, надёжный, хафиз, из младших [9] (умер 244) (خ م ت س) — упомянут ранее в «Введении» 2/6.
4 — (Исмаил ибн Джафар) ибн Абу Касир аль-Ансари аз-Зурки, Абу Исхак аль-Кари аль-Мадани, надёжный, твёрдый [8] (умер 180) (ع) — упомянут ранее в «Книге веры» 2/115.
Остальные упомянуты в предыдущем иснаде, а «Абу Хазра аль-Касс» — это Якуб ибн Муджахид, упомянутый там же; говорят, что «Абу Хазра» — его прозвище, а его кунья — Абу Юсуф.
Его слово («подобным образом») — то есть подобно хадису Хатима ибн Исмаила, то есть Исмаил ибн Джафар передал от Абу Хазры, Якуба ибн Муджахида, подобно тому, что передал Хатим ибн Исмаил от него же.
Его слово («и не упомянул в хадисе историю о аль-Касиме») — глагол «упомянул» построен как действительный, и его действующее лицо — местоимение, указывающее на Исмаила ибн Джафара.
[Замечание]: риваят Исмаила ибн Джафара, на который автор ссылается через риваят Хатима ибн Исмаила, привёл хафиз Абу Нуайм (да помилует его Аллах) в своём «Мустахрадже» (2/158-159), сказав:
(1226) Рассказал нам Ибрахим ибн Абдаллах: рассказал нам Мухаммад ибн Исхак ибн Хузайма: рассказал нам Али ибн Худжр — и рассказал нам Абу Мухаммад ибн Хайян: рассказал нам Мухаммад ибн аль-Аббас: рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Вакид, — оба они сказали: рассказал нам Исмаил ибн Джафар: рассказал нам Абу Хазра аль-Касс, от Абдаллаха ибн Абу Атика, от Аиши, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Пусть никто из вас не совершает молитву, будучи в присутствии еды, и не совершает её, когда его теснят два зловредных (нужда в моче или в испражнении)».
«На этом завершается. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
«Я хочу лишь исправить то, что могу, и успех мой только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».