Хадис № 2637

Его слово: «И слово Аллаха ﷿: «О те, которые уверовали! Будьте стойки в справедливости, свидетельствуя перед Аллахом» — до Его слова — «о том, что вы совершаете, ведающим»». Так у Абу Зарра и Ибн Шаббавайха. А у ан-Насафи после слов из первого аята «то запишите его» приведено: «И пусть записывает между вами писец по справедливости, и пусть не отказывается писец записать, как научил его Аллах» — до слов — «о том, что вы совершаете, ведающим», и это, несомненно, ошибка. По-видимому, у него что-то выпало, что проясняется риваятом другого, как ты видишь. И он не привёл в этой главе ни одного хадиса — либо довольствуясь двумя аятами, либо указывая на хадис, приведённый незадолго до этого, в конце главы о залоге, касающийся этого же предмета. А разбор второй части — то есть клятвы, возлагаемой на ответчика, — придёт вскоре. Ибн аль-Мунир сказал: смысл довода этим аятом для заголовка главы в том, что если бы слово принадлежало истцу, то не было бы нужды ни в свидетелях, ни в записи прав и их диктовке. А повеление об этом указывает на нужду в этом и подразумевает, что доказательство возлагается на истца. И поскольку Аллах, повелевая тому, на ком лежит обязательство, диктовать запись, тем самым признал достоверность его признания в том, что он подтвердил, а раз он признан достоверным, то доказательство возлагается на того, кто утверждает обратное, обвиняя его во лжи. 2 — Глава: если человек засвидетельствовал о благонравии другого человека, сказав: «Мы не знаем о нём ничего, кроме добра» или «Я не знал о нём ничего, кроме добра» И привёл хадис об обвинении во лжи (хадис аль-ифк), в котором Пророк ﷺ сказал Усаме, когда посоветовался с ним: «Твоя семья, и мы не знаем о ней ничего, кроме добра». 2637 — Рассказал нам Хаджжадж: рассказал нам Абдуллах ибн Умар ан-Нумайри: рассказал нам Саубан. И сказал аль-Лейс: рассказал мне Юнус от Ибн Шихаба, который сказал: сообщили мне Урва ибн аз-Зубайр, Ибн аль-Мусайяб, Алькама ибн Ваккас и Убайдуллах ибн Абдуллах от хадиса Аиши (да будет доволен ею Аллах), причём часть их рассказа подтверждает другую часть, — о том, когда сказали ей клеветники то, что сказали. Тогда Посланник Аллаха ﷺ призвал Али и Усаму, когда задержалось откровение, чтобы посоветоваться с ними о разлуке со своей женой. Что касается Усамы, то он сказал: «Твоя семья, и мы не знаем о ней ничего, кроме добра». А Барира сказала: «Если я и видела в ней что-то, что могла бы поставить ей в упрёк, то лишь то, что она — молодая девушка, которая засыпает над тестом своей семьи, и приходит домашнее животное и съедает его». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто оправдает меня в отношении человека, о причинённом им вреде моей семье до меня дошло? Клянусь Аллахом, я не знал о своей семье ничего, кроме добра. И они упомянули человека, о котором я не знал ничего, кроме добра». Его слово: «Глава: если человек засвидетельствовал о благонравии другого человека, сказав: «Мы не знаем о нём ничего, кроме добра» или «Я не знал о нём ничего, кроме добра»» — в риваяте аль-Кушмихани вместо «человека» стоит «кого-либо». Ибн Батталь сказал: ат-Тахави передал от Абу Юсуфа, что тот сказал: если так было сказано, то его свидетельство принимается, и не упомянул разногласий среди куфийцев в этом вопросе, а они приводили в доказательство хадис об обвинении во лжи.